Судья <...>

Дело № 22-350/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 июля 2023 года г. Биробиджан

Суд Еврейской автономной области в составе:

председательствующего Журовой И.П.,

при секретарях Мерзляковой А.Б., Кузнецовой Ю.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осуждённого ФИО1 на приговор Облученского районного суда ЕАО от 6 апреля 2023 года, которым

ФИО1, <...>, судимый:

- 30.05.2018 Биробиджанским районным судом ЕАО по п.п. «а, б» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 10 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима,

осуждён по ч. 2 ст. 321, ч. 1 ст. 70 (приговор от 30.05.2018) УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

При постановлении приговора до его вступления в законную силу в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, он взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислён со дня вступления приговора в законную силу.

В срок наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период с 02.08.2022 по 31.01.2023 и с 06.04.2023 до дня вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешён вопрос по вещественным доказательствам.

Изложив существо обжалуемого судебного решения и апелляционной жалобы, заслушав выступления осуждённого ФИО1, участвующего посредством видеоконференц-связи, с участием переводчика Р.., защитника Ящук В.Н. в поддержку доводов апелляционной жалобы, прокурора Емельянчикова С.С., полагавшего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору ФИО1 признан виновным и осуждён за дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, которое выразилось в угрозе применения насилия, совершённой в отношении сотрудника места лишения свободы - Д. в связи с осуществлением им своей служебной деятельности.

Преступление совершено ФИО1 в утреннее время 11 января 2022 года в ФКУ <...>, расположенном по <...> при обстоятельствах установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в высказывании угрозы в применении насилия в отношении сотрудника колонии Д. признал, суду пояснил, что в течение года содержался в отряде строгих условий отбывания наказания. 11.01.2022 в утреннее время он находился в комнате для дневного пребывания осуждённых, где его досматривал сотрудник колонии Д., который замечаний по форме одежды не делал, но забрал музыкальную колонку, пообещав вернуть её позже. Когда его переводили его в другое помещение, он спросил у Д. про колонку, на что последний стал делать ему замечания по форме одежды и сказал, что напишет рапорт. Он не сдержался и оскорбил Д., высказав в нецензурной форме угрозы, которые исполнять не собирался. При этом он осознавал и достоверно знал, что Д. является сотрудником исправительного учреждения и находился при исполнении своих должностных обязанностей. Порядок отбывания наказания в исправительной колонии до настоящего времени ему не известен, поскольку его с ним не знакомили. Документы на таджикском языке об ознакомлении с порядком отбывания наказания ему не давали и устно не разъясняли. В течение четырёх лет содержания в колонии, он постоянно ходил в такой одежде и ранее замечания ему по данному факту никто не делал. Однако он согласен с тем, что не должен был вести себя, таким образом по отношению к сотруднику исправительного учреждения Д. о чём он сожалеет.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 выражает несогласие с приговором, ввиду его несправедливости и суровости назначенного наказания. В обоснование своих доводов, указывает, что на протяжении всего судебного следствия озвучивалось то, что один из сотрудников ФКУ <...> сделал ему обоснованное замечание по поводу неустановленной формы одежды, в результате чего он стал вести себя агрессивно и совершил инкриминируемое ему преступление. Однако, причиной совершения им преступления послужило вовсе не высказанное вышеуказанное замечание. Так, до начала конфликта он находился в комнате дневного пребывания, где совершал обряд-молитва. После окончания обряда в помещение вошли сотрудники колонии, чтобы перевести его в помещение ночного пребывания за личными вещами. Именно в этот момент сотрудник колонии Д. и заметил аудиоколонку, которая использовалась ими (осуждёнными), как радио и не являлась запрещённой к использованию. Он объяснил Д., что аудиоколонка находится в общем пользовании у всех осуждённых, находящихся в <...>, но в данный момент несёт за неё ответственность он (ФИО2) и попросил Д. вернуть ему колонку, на что последний ответил отказом, пояснив, что вернёт её позже. Позже, когда собирал личные вещи в комнате ночного пребывания, он несколько раз просил Д. вернуть ему аудиоколонку, на что последний ответил, что если он (ФИО2) не отстанет, то он (Д.) разобьёт эту колонку. Данный ответ Д. его очень разозлил. При переходе из помещения ночного пребывания в помещение дневного пребывания Д. сделал ему замечание, указав на форму неустановленного образца. Всё, что последовало после сделанного замечания зафиксировано на видеозаписи видеорегистратора «Дозор», находящегося в тот момент у сотрудника исправительного учреждения Ч.

Осуждённый обращает внимание суда апелляционной инстанции на факты, которые представлены в материалах уголовного дела и исследованы в судебном заседании, но не нашли своего отражения в приговоре суда, они по мнению осуждённого должны повлиять на смягчение приговора.

Так, из показаний сотрудников ФКУ <...>, являющихся свидетелями по уголовному делу, следует, что конфликт возник не из-за замечания, сделанного Д. по неустановленной форме одежды. Согласно аудиопротоколу судебного заседания один из сотрудников ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО указал на то, что первоначальные показания следователю они давали все одновременно, находясь в одном помещении, из чего, по мнению осуждённого, можно сделать вывод об имеющемся сговоре с целью выставить его (ФИО2) поведение во время конфликта в более негативном свете, а также с целью утаить определённые моменты произошедшего для введения суд в заблуждение.

Суд первой инстанции указал, что Д. воспринял его (ФИО2) угрозы реально. Однако государственный обвинитель попросил суд исключить из обвинения указанный пункт, в связи с чем доводы Д. в этой части, являются не более чем его субъективным мнением.

Выводы суда основываются на постановлении администрации ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО о признании его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, что, по мнению осуждённого не должно влиять на суровость приговора, поскольку нарушения бывают разного рода. Находясь в СИЗО-1 УФСИН России по ЕАО, он сделал выводы из случившегося и начал работу с психологом для предотвращения в дальнейшем подобных вспышек агрессии, которую планирует продолжить и в дальнейшем с психологом исправительного учреждения, по прибытию в ФКУ <...>. Осуждённый указывает на то, что он искренне осознал негатив своего поступка и раскаивается в том, что позволил втянуть себя в конфликт. Своё раскаяние осуждённый планирует доказать своим примерным поведением при дальнейшем отбывании наказания.

В возражениях на апелляционную жалобу осуждённого государственный обвинитель - старший помощник прокурора Облученского района Б. просит оставить её без удовлетворения, а приговор суда - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений прокурора, заслушав мнения сторон, суд не находит оснований для отмены или изменения приговора, полагая его законным, обоснованным, а назначенное наказание - справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении основаны на доказательствах, полученных в порядке, установленном законом, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, получивших оценку суда первой инстанции в соответствии со ст. 88 УПК РФ, и они не оспариваются сторонами.

Вина ФИО1 в совершении преступления, связанного с дезорганизацией деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, с угрозой применением насилия в отношении сотрудника места лишения свободы, в связи с осуществлением им служебной деятельности, подтверждается его собственными признательными показаниями об обстоятельствах высказывания им угрозы Д., в момент, когда последний сделал замечание ФИО1 по нарушению формы одежды.

Также вина осуждённого ФИО1 подтверждается приведёнными в приговоре доказательствами:

- показаниями потерпевшего Д., являющегося младшим инспектором отдела безопасности ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО, согласно которым 11.01.2022 он в 08:30 часов заступил на службу, участвовал в проведении обысковых мероприятий в отряде строгих условий содержания колонии. Вместе с ним в данных мероприятиях принимали участие сотрудники исправительного учреждения Ч., М.Т.., Ж., а также медицинский работник И. Во время сопровождения осуждённого ФИО1 из помещения ночного пребывания в помещение дневного пребывания осуждённых им было сделано замечание последнему по нарушению формы одежды, на что ФИО1 в ответ на его замечание, находясь в дверном проёме на входе в камеру для дневного пребывания осуждённых, стал выражаться в его адрес нецензурной бранью, угрожая при этом применить в отношении него (Д.) насилие. В этот момент ФИО2 был очень злой, стоял от него в шаговой доступности и без наручников. Оскорбления ФИО2 унизили его честь и достоинство, как сотрудника УИС. За некоторое время до случившегося у ФИО2 была изъята портативная колонка, но по данному факту последний агрессии не проявлял;

- показаниями сотрудников ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО М., Т., И., являющихся прямыми свидетелями совершённого ФИО1 преступления в отношении Д., давших подробные показания аналогичные показаниям потерпевшего Д. по обстоятельствам произошедшего;

- приказом начальника ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО № 266-лс от 07.12.2020, согласно которому Д. переведён на должность младшего инспектора 1 категории группы надзора отдела безопасности ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО (т. 1, л.д. 197-200);

- должностной инструкцией, утверждённой начальником ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО, в соответствии с которой Д. при несении службы обязан применять носимые видеорегистраторы при входе сотрудников в помещение строгих условий отбывания наказания, проведении технических осмотров камер ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, одиночных камер, при проведении обысков и досмотров осуждённых, требовать от осуждённых соблюдения установленных правил поведения, наблюдать за осуждёнными, пресекать с их стороны преступления и нарушения установленного порядка отбывания наказания (т. 1 л.д. 201-210);

- суточной ведомостью, в соответствии с которой с 08:30 часов 11.01.2022 до 10:30 часов 12.01.2022 инспектор Д. и дежурный помощник начальника колонии Ч. заступили на службу в составе дежурной смены на пост № 1 (т. 2 л.д. 28-35);

- протоколом осмотра места происшествия от 15.02.2022, в ходе которого осмотрено здание отряда строгих условий отбывания наказания ФКУ <...> УФСИН России по ЕАО (т. 1 л.д. 37-43);

- копией журнала № 400, согласно которой Ч. выдан видеорегистратор «Дозор» № 88-дсп (т. 2 л.д. 38-39);

- протоколом осмотра предметов от 17.02.2022, проведённого с участием потерпевшего Д., согласно которому осмотрен диск с записью событий с видеорегистратора «Дозор» № 88-дсп, имевших место 11.01.2022 в здании <...> УФСИН России по ЕАО, который после осмотра признан следователем вещественным доказательством и приобщён к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 58-59; 57-59);

- видеозаписью с видеорегистратора «Дозор» № 88-дсп, просмотренной в судебном заседании, на которой зафиксировано агрессивное поведение ФИО1, находящегося в коридоре, а также высказывания с использованием нецензурной брани в адрес Д., содержащие угрозы применения насилия. После просмотра видеозаписи потерпевший Д., свидетели и подсудимый ФИО1 подтвердили соответствие зафиксированных на диске событий фактическим обстоятельствам.

Оценив все вышеуказанные и иные исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, не установив каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об оговоре потерпевшим и свидетелями ФИО1, суд обоснованно пришёл к выводу о его виновности, а также о правильности квалификации его действий по ч. 2 ст. 321 УК РФ, как дезорганизация деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, то есть угроза применения насилия, совершённая в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Определяя вид и размер наказания за совершённое ФИО1 преступление, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, суд верно учёл характер и степень его общественной опасности, совершённого преступления, все данные о личности виновного, наличие смягчающих вину обстоятельств и отягчающее обстоятельство, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Суд пришёл к обоснованному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, мотивировав своё решение в приговоре, с которым соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы осуждённого, а также позиции стороны защиты, высказанной в суде апелляционной инстанции, назначенное ФИО1 наказание, является справедливым, соразмерным содеянному и личности виновного. Оснований для его смягчения, о чём просит осуждённый в апелляционной жалобе, не имеется.

Доводы жалобы осуждённого о том, что причиной конфликта явилось не замечание, сделанное Д. по неустановленной форме одежды, а аудиоколонка, которую потерпевший изъял ранее, не могут являться основанием для отмены или изменения приговора по данному основанию, поскольку факт высказывания ФИО1 угрозы применения насилия в отношении Д. нашёл своё подтверждение в судебном заседании в показаниях потерпевшего, свидетелей М., Т., И., в просмотренной видеозаписи с видеорегистратора «Дозор» № 88-дсп, а также не отрицается и самим подсудимым.

Доводы осуждённого о том, что суд в приговоре не указал на тот факт, что все сотрудники ФКУ <...> первоначальные показания следователю давали находясь в одном помещении, что, по мнению осуждённого, свидетельствует о сговоре с целью выставить ФИО1 в негативном свете, являются необоснованными, поскольку суд в приговоре дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, признал их относимыми и допустимыми и положил в основу приговора, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Не являются основанием для отмены приговора доводы осуждённого о том, что его никто не знакомил с правила внутреннего распорядка в ИТУ на таджикском языке, поскольку осуждённый ФИО1 фактически не оспаривает факт совершения им преступления в отношении Д., давая показания о том, что он не должен был так себя вести по отношению к сотруднику исправительного учреждения, сожалеет о содеянном.

Доводы жалобы осуждённого о том, что суд необоснованно указал в приговоре на то, что потерпевшим высказанные им угрозы восприняты реально, в то время как государственный обвинитель просил исключить из обвинения «указанный пункт», являются необоснованными, поскольку прокурор, участвующий в рассмотрении данного уголовного дела, просил исключить из обвинения предъявленного ФИО1 попытку им нанести Д. удар в область лица. В судебном заседании потерпевший Д. пояснил, что высказанную ФИО3 угрозу применения насилия он воспринял реально, поскольку последний вёл себя агрессивно, находился в шаговой доступности от него и без наручников.

Доводы жалобы осуждённого о том, что выводы суда основываются на постановлении администрации исправительного учреждения о признании его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, являются необоснованными, поскольку суд учёл данный факт лишь при учёте личности подсудимого, при определении вида и размера наказания ФИО2, указав на то, что последний характеризуется отрицательно.

Доводы жалобы осуждённого о том, что он работает с психологом, о том, что он всё осознал и раскаялся, не могут являться безусловным основанием для отмены или изменения состоявшегося судебного решения.

Вопреки утверждению стороны защиты, суд при повторном рассмотрении дела, после отмены приговора от 02.08.2022, постановленного в особом порядке, уменьшив объём обвинения, в соответствии со ст. 70 УК РФ назначил ФИО1 более мягкое наказание, чем было у него по отменённому приговору. При этом, само наказание ФИО1 по ч. 2 ст. 321 УК РФ осталось прежним - 1 год 8 месяцев, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ оно является минимальным и составляет 1/3 от санкции статьи.

Оснований для назначения наказания в соответствии с ч. 3 ст. 68 УК РФ, а также ст. 64 УК РФ, суд первой инстанции не установил, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения определён осуждённому ФИО1 правильно, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдение процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законных, обоснованных и справедливых решений в отношении осужденного по делу и влекущих отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Облученского районного суда ЕАО от 6 апреля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осуждённого - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осуждённым в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего судебного решения, в суд кассационной инстанции - Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в <...>, через Облученский районный суд ЕАО в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Осуждённый вправе письменно ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья И.П. Журова