Решение по делу № 2-1278/2025 от 26.01.2026 - о защите прав потребителей, расторжении договора купли-продажи транспортного средства, взыскании стоимости транспортного средства, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов и исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» к Сюнгеч Эркуту Динчеру об обязании забрать автомобиль, взыскании стоимости по хранению автомобиля, расходов по оплате услуг представителя и государственной пошлины.

Дело № 2-8/2026 (№ 2-1278/2025)

64RS0048-01-2025-003225-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 января 2026 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Мурзиной Е.В.

при секретаре Астафьевой А.О.

с участием представителя ФИО2- ФИО3, представителя ООО «С-Авто»- ФИО4, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований – ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Сюнгеч Эркута Динчера к обществу с ограниченной ответственностью «С-Авто» о защите прав потребителей, расторжении договора купли-продажи транспортного средства, взыскании стоимости транспортного средства, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов и исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» к Сюнгеч Эркуту Динчеру об обязании забрать автомобиль, взыскании стоимости по хранению автомобиля, расходов по оплате услуг представителя и государственной пошлины,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «С-Авто» о защите прав потребителей, в котором просит: расторгнуть договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты>; взыскать с ООО «С-Авто» стоимость транспортного средства размере 2 291 080руб.; взыскать с ООО «С-Авто» неустойку за период с 07.06.2025 по 01.07.2025 в размере 572 770 руб.; взыскать с ООО «С-Авто» неустойку за период с 02.07.2025 по день фактического исполнения решения из расчет 1 % от стоимости товара; взыскать с ООО «С-Авто» штраф в размере 50% от присужденной суммы; взыскать с ООО «С-Авто» компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.; взыскать с ООО «С-Авто» судебные расходы в размере 55 000 руб.

В обоснование требований указано, что 03 февраля 2025 года между ФИО2 и ООО «С-Авто» заключен договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты>. ФИО2 оплатил стоимость товара в размере 2 291 080 руб. В период действия гарантийных обязательства в транспортном средстве потребителем был выявлен ряд недостатков, а именно: неисправность панели приборов, нарушение лакокрасочного покрытия, проблемы с закрытием двери. С выявленными недостатками потребитель обратился 07 апреля 2025 года в сервисный центр продавца. Транспортное средство было принято на гарантийный ремонт, но документов потребителю о принятии автомобиля не было выдано. ФИО2 неоднократно обращался к ООО «С-Авто» для выяснения этапов проведения работ, сроков и для получения документов об обращении с целью проведения ремонта. Указывает, что 16 мая 2025 года потребитель приезжал к продавцу для уточнения сроков ремонта и для получения заказ-наряда от 07 апреля 2025 года, однако в устной форме потребителю было отказано без объяснения причин, при этом сотрудник продавца уточнил, что когда работы по автомобилю будут завершены, потребителя заблаговременно уведомят. Получив устный отказ, потребитель обратился с письменным заявлением о выдаче ему копий документов, однако ни ответа, ни документов по настоящее время получено не было. Только 26.05.2025 потребителю сообщили о возможности забрать автомобиль после проведенного ремонта. В заказ-наряде, который был предоставлен на подпись было указано, что произведен ремонт не в рамках гарантийных обязательств, а в рамках некой программы «Добрая воля» цена которого составила 1 200 руб. Заказ-наряд был датирован 21 мая 2025 года, что не соответствует действительности. Отмечает, что никакого согласования о проводимом ремонте, о его объеме и стоимости не происходило, также потребитель не был уведомлен о том, что случай не является по мнению продавца гарантийным. Не согласившись с доводами продавца, а также по причине выхода за пределы установленного законом срока ремонта в 45 дней, 27 мая 2025 года потребитель обратился с претензией к продавцу о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченных по договору денежных средств в размере 2 291 080 руб. Претензия оставлена без удовлетворения, а транспортное средство находится на территории продавца. Ссылаясь на то, что транспортное средство приобреталось физическим лицом для личных нужд и подлежат применению нормы Закона о защите прав потребителей, а также, что ООО «С-Авто» был продан товар, имеющий недостаток производственного характера, проявившийся в процессе эксплуатации в период установленного законодательством гарантийного срока, ФИО2 обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Общество с ограниченной ответственностью «С-Авто» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2, в котором просит: обязать ФИО2 забрать с территории сервисного центра ООО «С-АВТО» автомобиль <данные изъяты> 2023 года выпуска в течение 10 календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу; взыскать с ФИО1 стоимость вынужденного хранения автомобиля за период с 27 мая 2025 года по 15 июля 2025 года в размере 25 000 руб.; взыскать с ФИО2 стоимость по хранению автомобиля за каждые сутки из расчета 500 руб. по день фактического исполнения обязательства; взыскать с ФИО2 расходы на оплату услуг представителя в размере 21 000 руб. и расходы на оплату государственной пошлины в размере 24 000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что 03 февраля 2025 года между ООО «С-Авто» и ФИО2 заключен договор купли-продажи (поставки) № (далее - Договор) автомобиля № (далее – автомобиль, транспортное средство). 07 апреля 2025 года ФИО2 обратился в сервисный центр ООО «С-Авто» для проведения ряда работ, связанных с жалобами на неисправности в вышеуказанном автомобиле, о чем был составлен акт технического осмотра состояния автомобиля № 27. ООО «С-Авто» была подписана заявка на ремонт автомобиля № апреля 2025 года, в которой были перечислены все неисправности, в том числе и то, что способ устранения оставляет на усмотрение Исполнителя. Работы по устранению недостатков были выполнены в полном объеме, что подтверждается заказ-нарядом № № от ДД.ММ.ГГГГ. Однако, со дня окончания ремонта и до настоящего времени автомобиль находится в сервисном центре ООО «С-Авто». ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по телефону был извещен об окончании работ и необходимости забрать автомобиль с территории ООО «С-Авто». 04 июня 2025 года и 26 июня 2025 года в адрес ФИО2 повторно были направлены письма с требованием забрать автомобиль с территории сервисного центра, которые были им получены. В связи с чем полагает, что у ФИО2 в силу условий заявки на ремонт автомобиля № № от 07 апреля 2025 года, с которой он был ознакомлен и согласен, возникло обязательство перед ООО «С-Авто» принять выполненные работы и забрать автомобиль. Поскольку до настоящего времени данные обязательства ФИО2 не исполнены, а в указанных действиях последнего имеется злоупотребление правом, ООО «С-Авто» обратилось в суд с настоящим исковым заявлением.

Определением суда от 11.08.2025 года гражданское дело № 2-1278/2025 по исковому заявлению ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «С-Авто» о защите прав потребителей, расторжении договора купли-продажи транспортного средства, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов и гражданское дело № 2-1299/2025 по исковому общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» к ФИО2 об обязании забрать автомобиль, взыскании стоимости по хранению автомобиля, расходов по оплате услуг представителя и государственной пошлины, объединены в одно производство с присвоением делу общего номера 2-1278/2025.

В судебное заседание явились представитель ФИО2 – ФИО3, представитель ООО «С-Авто» ФИО4, третье лицо ФИО5

Представитель ФИО2 поддержала заявленные требования в полном объеме, просила их удовлетворить. Также указала, что ФИО2 не отрицает, что со стороны ООО «С-Авто» осуществлялись ему звонки по различным вопросам несколько раз, в том числе и 21 мая 2025 года. Однако представленный телефонный разговор состоялся 26 мая 2025 года. Тот факт, что оператор связи подтвердил звонок длительностью 52 секунды, доказывает лишь наличие технического соединения и не подтверждает содержание разговора. Потребитель утверждает, что звонок касался направленного ранее запроса о предоставлении документов, а не готовности автомобиля. Более того, из представленного телефонного разговора не усматривается информирование потребителя о том, что ведется запись телефонного разговора, что является нарушением Закона о персональных данных и лишает данную запись статуса надлежащего доказательства. Название файла на диске не является доказательством даты его создания, так как файловые метаданные легко редактируются. Более того, согласно справке к данному файлу имеются сведения о внесении изменений в файл. В отсутствие фоноскопической экспертизы, подтверждающей отсутствие монтажа и дату фиксации, данная запись должна оцениваться судом критически. Также полагает, что и после надлежащим образом потребитель не был уведомлен о готовности автомобиля, поскольку в представленных почтовых квитанциях в качестве отправителя указано «Макеева», не являющаяся стороной договора или правоотношения, а получение письма от отправителя «Макеева» не может быть идентифицировано потребителем как официальное сообщение от юридического лица. Исковые требования заявленные ООО «С-Авто» считает не подлежащими удовлетворению по вышеуказанным основаниям, изложенным в иске ФИО2 и письменных пояснениях. Отдельно указала, что в любом случае заявленный в исковом заявлении ООО «С-Авто» расчет стоимости суммы за хранение автомобиля произведен некорректно, поскольку на второй странице заявки от 07 апреля 2025 года прописана сумма за хранение не 500 руб. за каждые сутки, а 30 руб. за первые трое суток и 100 руб. за последующие сутки, в связи с чем должна быть применена наиболее выгодная для потребителя цена, при этом любые неясности и противоречия в договоре, подготовленном профессиональным участником рынка (автосалоном), трактуются в пользу потребителя. Кроме того ссылалась на то, что помимо уведомления потребителя уже спустя 45 дней, ремонт по заявке вообще не был произведен в полном объеме по настоящее время. В заказ-наряде автосалоном указано о проведении ряда работ, в том числе «комбинация приборов обновление ПО», при этом эксперт в проведенной экспертизе утверждает, что признаков изменения или обновления программного обеспечения не обнаружено, что свидетельствует о том, что работы, заявленные в документах, фактически не производились, а заявка не исполнена. Таким образом, заявление ООО «С-Авто» об окончании ремонта и при выводах эксперта об отсутствии действий говорит о том, что недостаток либо не устранялся, либо самоустранился, а значит может вновь проявиться в любое время, что и произошло у ФИО2 и с чем он обратился в продавцу. Указанное недопустимо при гарантийном ремонте. Отсутствие ошибок в автомобилях 2024 года выпуска доказывает наличие технической возможности их устранения путем обновления ПО. Если на автомобиле потребителя (2023 г.) ошибки остались, а автосалон их не убрал (хотя на новых моделях их нет) — это существенный недостаток, так как он не был устранен доступным производителю способом. Заявление эксперта о незначительности ошибок не снимает с производителя обязанности обеспечить исправную работу панели приборов. Вопреки выводам эксперта ООО «С-Авто» утверждает, что ремонт был произведен при этом эксперт указывает, что и по настоящее время при считывании присутствуют ошибки. Следовательно, поскольку ПО на спорном автомобиле работает некорректно (выдает ошибки, которых нет в обновленных версиях), ООО «С-Авто» не смогло устранить недостаток, а эксперт не нашел следов прошивки, значит, что ремонт не был произведен, работа в заказ-наряде указана фиктивно, а недостаток (зависание панели) не устранялся. Указанное подтверждает не окончание ООО «С-Авто» ремонта в установленный законом срок и свидетельствует о производственном недостатке. Производитель знал об этих ошибках и исправил их в моделях следующего года, что подтверждается официальной информацией завода изготовителя. Доводы ООО «С-Авто» о том, что проблема не была обнаружена несостоятельны. Также отметила, что срок устранения недостатка согласно документам занял 1 час, автомобиль же находилось в сервисе более 45 дней, что говорит либо о намеренном затягивании времени в ожидании программного обеспечения, либо недостатки были существенными и потребовалось длительное время для их устранения. В обоснование позиции о применении в спорным правоотношениям положений Закона о защите прав потребителей ссылалась на то, что на момент заключения договора и в течение всего периода эксплуатации ФИО2 не имел статуса индивидуального предпринимателя. При этом сам по себе тип транспортного средства («коммерческий транспорт») не лишает гражданина статуса потребителя, а гражданин имеет право купить фургон или микроавтобус для перевозки личных вещей, семьи, стройматериалов для дачи и т.д. Факт крайне малого пробега автомобиля за несколько месяцев эксплуатации объективно подтверждает отсутствие его использования в коммерческих целях, поскольку в предпринимательской деятельности транспорт является средством извлечения прибыли, что предполагает интенсивную эксплуатацию. Пробег истца сопоставим с обычными бытовыми поездками частного лица. Кроме того истец при заключении договора был лишен возможности влиять на его содержание. Договор является типовым, заранее разработанным автосалоном (профессиональным участником рынка), по своей сути является договором присоединения (ст. 428 ГК РФ). Включение в договор пункта о «коммерческом использовании» при фактической продаже физическому лицу — это попытка автосалона совершить обход закона, чтобы лишить гражданина законных гарантий. Наличие статуса индивидуального предпринимателя у супруги ФИО2 не имеет правового значения, так как стороной договора является физическое лицо, вид деятельности супруги как индивидуального предпринимателя никак не связан с логистикой или перевозками, а имущество супругов может использоваться в личных целях вне зависимости от их профессиональной деятельности.

Третье лицо ФИО5 поддержала исковые требования ФИО2 в полном объеме, считает их подлежащими удовлетворению.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении не поступало, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения гражданского дела в их отсутствие, в соответствии с требованиями ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статья 45 Конституции РФ закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу ст. 11 ГК РФ суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных прав.

Закон РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителя) регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Согласно статье 4 Закона о защите прав потребителей, продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется. Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям.

Как следует из преамбулы Закона о защите прав потребителей, данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Таким образом, обязательным условием признания гражданина потребителем является приобретение и использование им товара исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей необходимо определять не только субъектный состав участников договора, но и то, для каких нужд он был заключен (п. 4 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 октября 2018 года).

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В исковом заявлении ФИО2 указал, что транспортное средство приобреталось им как физическим лицом для личных нужд, в связи с чем подлежат применению нормы Закона о защите прав потребителей.

Судом установлено и следует из материалов, что 03 февраля 2025 года между ФИО2 и ООО «С-Авто» заключен договор купли-продажи (поставки) № 5277 (далее - Договор) автомобиля <данные изъяты> (далее – автомобиль, транспортное средство).

Индивидуальные признаки автомобиля и его комплектация согласованы сторонами (п. 1.2. Договора)

Согласно п. 1.3. Договора транспортное средство приобретается с целью коммерческого использования.

В соответствии с п. 2.1. цена автомобиля составляет 2 291 080 руб., которая оплачена ФИО2 в полном размере согласно чеку от 03 февраля 2025 года.

Согласно приложению № к Договору покупатель принимает на условиях договора автомобиль в заводской комплектации: <данные изъяты>

Согласно акту приема передачи от 07 февраля 2025 года к Договору, ФИО2 принял спорный автомобиль.

Согласно выписке из электронного ПТС №, категория автомобиля в соответствии с ТР №– N1.

Согласно пункту 3 Технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (ТР №), принятого решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 года № 877, к объектам технического регулирования, на которые распространяется действие настоящего технического регламента, относятся транспортные средства категорий N - транспортные средства, используемые для перевозки грузов - автомобили грузовые и их шасси, в том числе категории N1 - транспортные средства, предназначенные для перевозки грузов, имеющие технически допустимую максимальную массу не более 3,5 т.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что ФИО2 спорный автомобиль приобретается с целью коммерческого использования, Договор им был подписан без замечаний, автомобиль является грузовым и конструктивно предназначен для перевозки грузов максимальной массой не более 3,5 т.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, заявляя довод о приобретении транспортного средства для личных нужд, ФИО2 подтверждающих доказательств приобретения грузового автомобиля в личных нуждах не представил, такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Таким образом в рассматриваемом случае, ФИО2 не является потребителем и на его правоотношения с ООО «С-Авто» в рамках заключенного Договора законодательство о защите прав потребителей не распространяется.

Вопреки доводам ФИО2, сам по себе факт отсутствия у ФИО2 статуса индивидуального предпринимателя и малый пробег автомобиля, не исключает возможность его использования в коммерческих целях.

Согласно пункту 1 статьи 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

В силу пункта 2 статьи 428 ГК РФ присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения. При этом правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 428 ГК РФ, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (пункт 3 статьи 428 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», для определения условий договоров стороны могут воспользоваться примерными условиями (стандартной документацией), разработанными в том числе саморегулируемыми и иными некоммерческими организациями участников рынка для договоров соответствующего вида и опубликованными в печати (статья 427 ГК РФ). При этом стороны могут своим соглашением предусмотреть применение таких примерных условий (стандартной документации) к их отношениям по договору как в полном объеме, так и частично, в том числе по своему усмотрению изменить положения стандартной документации или договориться о неприменении отдельных ее положений.

Если при заключении договора стороны пришли к соглашению, что его отдельные условия определяются путем отсылки к примерным условиям (статья 427 ГК РФ), судам следует учитывать, что при внесении в эти примерные условия изменений последние распространяют свое действие на возникающие из договора отношения лишь в случае, когда это прямо предусмотрено сторонами либо в самом договоре, либо в последующем соглашении.

Согласно позиции, приведенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 03 апреля 2023 года №14-П «По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина М.» - рассматривая споры о защите от несправедливых договорных условий по правилам статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела: он должен определить фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выяснить, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учесть уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Выравнивание положения сторон обеспечивается и посредством процессуальной деятельности суда, распределяющего бремя доказывания наличия необходимых материально-правовых оснований для применения соответствующих законоположений.

В рассматриваемом случае судом установлено, что по Договору приобретен грузовой автомобиль с целью коммерческого использования.

Договор подписан сторонами без замечаний.

Согласно общедоступным сведениям, размещенным на сайте https://sollers-cargo.ru/, автомобили марки и модели <данные изъяты>, размещены в разделе коммерческие автомобили. Из руководства пользователя данных автомобилей (размещены на сайте https://sollers-cargo.ru/) также следует их коммерческое назначение.

Указанное по мнению суда свидетельствует о том, что ФИО2 был ознакомлен с товаром и его спецификой, доказательств того, покупателю перед продажей не была предоставлена вся информация материалы дела не содержат и суду в ходе рассмотрения дела представлено не было. Доводы о том, что при покупке автомобиля ФИО2 был введен в заблуждение относительно типа и назначения транспортного средства не заявлены.

Доказательств того, что ФИО2 обращался к ООО «С-Авто» за изменением условий договора в части целей приобретения автомобиля, и, последним было отказано во внесении таких изменений, суду представлено не было.

На основании изложенного ссылка ФИО2 на то, что в Договор неправомерно включен пункт о коммерческом использовании автомобиля при фактической продаже физическому лицу, с целью лишения гражданина законных гарантий, судом отклоняется.

Также суд учитывает, что ФИО5, привлечённая судом к участию в настоящем деле по ходатайству ФИО2 в качестве третьего лица, является супругой последнего и согласно сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (далее - ЕГРИП) зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 04 марта 2020 года с основным видом деятельности - торговля оптовая прочими бытовыми товарами. При этом в соответствии с положениями статей 34, 35 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, владение, пользование и распоряжение которым осуществляется по обоюдному согласию супругов.

Кроме того, согласно сведения ЕГРИП, ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 03.12.2025 с основным видом деятельности – производство пластмассовых изделий для упаковывания товаров.

Указанное, по мнению суда также свидетельствует о том, что спорный автомобиль приобретался именно в коммерческих целях.

К пояснениям третьего лица ФИО5 о том, что транспортное средство приобреталось для личных нужд семьи и в предпринимательской деятельности не использовалось, суд относится критически, поскольку ФИО5 является супругой ФИО2 и, в целом, заинтересована в исходе дела.

В соответствии с п. 1 ст. 454, п. 2 ст. 455 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать товар имеющегося в наличии, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями.

Как установлено положениями п. п. 1, 2 ст. 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара. В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента. В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (ст. 476 ГК РФ).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 474 ГК РФ проверка качества товара может быть предусмотрена законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями, установленными в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, или договором купли-продажи.

Порядок проверки качества товара устанавливается законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями, установленными в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, или договором. В случаях, когда порядок проверки установлен законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями, установленными в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядок проверки качества товаров, определяемый договором, должен соответствовать этим требованиям.

Если порядок проверки качества товара не установлен в соответствии с п. 1 настоящей статьи, то проверка качества товара производится в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно применяемыми условиями проверки товара, подлежащего передаче по договору купли-продажи.

С учетом изложенного, неприменение законодательства о защите прав потребителей к спорным правоотношениям не лишает ФИО2 права требовать возврата уплаченной за товар денежной суммы в случае обнаружения существенного недостатка автомобиля, к которым относится неустранимый недостаток, недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, либо проявляются вновь после его устранения, и других подобных недостатков. При этом, обязанность по доказыванию наличия в автомобиле истца недостатка лежит на истце.

Как установлено выше, 03 февраля 2025 года между ФИО2 и ООО «С-Авто» заключен договор купли-продажи (поставки) № автомобиля <данные изъяты>, стоимостью 2 291 080 руб., которая оплачена ФИО2 в полном размере согласно чеку от 03 февраля 2025 года.

Согласно акту приема передачи от 07 февраля 2025 года к Договору, ФИО2 принял спорный автомобиль.

Согласно руководству по гарантийному и техническому обслуживанию автомобиля марки <данные изъяты> гарантийный срок на транспортное средство составляет 2 года без ограничения пробега, при этом для автомобилей категории В на различные типы датчиков, клапаны всего автомобиля, компоненты системы кондиционирования, инжекторы, турбокомпрессор, генератор, стартер, пусковой аккумулятор, аудио и видео система, шины срок гарантии установлен – 1 год/30 000 км.

Гарантийный период исчисляется с даты продажи автомобиля и оканчивается в последний день гарантийного срока. После этого срока на автомобиль не распространяется гарантия качества. Предмет гарантии: гарантия предоставляется в течение гарантийного периода и распространяется на дефекты производства, качества сборки, изготовления, материала. Ремонт и замена деталей в гарантийный период не приводят к продлению гарантийного срока на замененные детали. Гарантия не распространяется, в том числе на затраты, вызванные стандартным (регулярным) техобслуживанием, эксплуатацией, расширенным техобслуживанием и регулировками (например, частоты вращения холостого хода, расхода топлива, выбросов оксида углерода, ЭБУ, осветительных приборов, углов установки колем, балансировки колес и т.д).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 07 апреля 2025 года ФИО2 обратился в ООО «С-АВТО» с неисправностью, выявленной в автомобиле.

В заявке на ремонт № № года (далее – заявка на ремонт) ФИО2 заявлены следующие неисправности: зависает панель приборов; облазиет ЛКП на борту; плохо закрывается водительская дверь.

В данной заявке на ремонт ФИО2 выразил согласие на устранение вышеперечисленных неисправностей, при этом способы устранения недостатков оставил на усмотрение Исполнителя, о чем проставлена его собственноручной подпись.

В соответствии с п. 10 заявки на ремонт Заказчик обязан своевременно, т.е. в течение 3 (трех) суток с момента окончания ремонта, технического обслуживания и получения соответствующего уведомления от Исполнителя, забрать автомобиль с территории Исполнителя. При превышении установленного срока хранения отремонтированного автомобиля Исполнитель имеет право на оплату услуг по хранению автомобиля за каждые сутки превышения срока в размере 500 (Пятьсот) рублей 00 копеек.

ФИО2 под роспись ознакомлен с правилами оказания услуг (выполнения работ) по техническому обслуживанию и ремонту автотранспортных средств.

Согласно бланку интерактивной приемки автомобиля на ремонт от <данные изъяты> в присутствии клиента проведен осмотр автомобиля снаружи, от осмотра и фиксации состояния лакокрасочного покрытия ФИО2 отказался. В данном бланке имеются разъяснения, что клиент через сутки после извещения клиента о готовности его автомобиля стоимость стоянки оплачивается в размере 30 руб. за каждые из первых трех суток и 100 руб. за каждые последующие сутки

По итогам осмотра автомобиля специалистами ООО «С-Авто» составлен акт № 27 от 10.04.2025 года, согласно которому зафиксировано следующее: зависает панель приборов - при проведении тестовой поездки дефект не проявился; облазиет ЛКП на борту - не гарантийный случай (согласно раздела 2.3 руководства по гарантийному и техническому обслуживанию), следы механических повреждений поверхности; плохо закрывается водительская дверь - незначительные отклонения, не влияют на качество продукции в целом, не вызваны дефектом материала или производства, не являются гарантийным случаем.

11 апреля 2025 года специалистами ООО «С-Авто» составлен акт о неявке ФИО2 на подписание акта № 27 от 10 апреля 2025 года.

Поскольку по итогам осмотра неисправности производственного характера отсутствовали, ООО «С-Авто» были выполнены работы в рамках программы «Добрая воля», составлен заказ-наряд №.

Согласно заказ-наряду №/2 от 21 мая 2025 года были выполнены следующие работы: борт кузова – окраска; дверь боковая – подогнать по проему; комбинация проборов – обновление ПО; стоимость работ составила 1 200 руб.

21 мая 2025 по средствам телефонного звонка по номеру телефона ФИО2 №, указанному в Договоре и заявке на ремонт, последний проинформирован о готовности автомобиля и возможности его забрать.

27 мая 2025 года ФИО2 направил в адрес ООО «С-Авто» претензию о расторжении Договора и возврате уплаченной суммы.

В письме от 04 июня 2025 года № 194 ООО «С-Авто» в ответ на претензию сообщило об отсутствии оснований для расторжения Договора и возврата денежных средств, также в письме сообщено, что автомобиль отремонтирован и необходимо его забрать с территории ООО «С-Авто». Данное письмо направлено ФИО2 РПО № и согласно информации об отправлении получено ДД.ММ.ГГГГ.

В письме от 26 июня 2025 года № 214 ООО «С-Авто» сообщает ФИО2, что он 21 мая 2025 года был извещен об окончании ремонтных работ автомобиля, с указанием на то, что до настоящего времени автомобиль находится на территории ООО «С-Авто» с просьбой забрать автомобиль. Данное письмо направлено ФИО2 РПО № и согласно информации об отправлении получено ДД.ММ.ГГГГ.

Довод ФИО2 о том, что телефонный звонок о готовности автомобиля, на который ссылается ООО «С-Авто» состоялся 26 мая 2025 года, а не 21 мая 2025 года, судом отклоняется, поскольку в нарушении ст. 56 ГПК РФ, ФИО2, ставя под сомнение факт осуществления указанного звонка 21 мая 2025 года, опровергающих доказательств не представил. Ходатайств о фальсификации данных доказательств и назначении соответствующей экспертизы не заявлял.

Согласно представленным сведениям ООО «ТТК-Связь» за 21 мая 2025 года с номера № зафиксировано два исходящих телефонных соединения в 08 часов 12 минут 26 секунд – продолжительность 51 секунду и в 14 часов 16 минут 27 секунд – продолжительность 50 секунд. Продолжительность спорной записи, представленной ООО «С-Авто» составляет 51 секунду, что соотносится со сведениями представленными ООО «ТТК-Связь», при этом в данном разговоре четко сообщено о готовности автомобиля и необходимости его забрать.

Также суд полагает, что в рассматриваемом случае не имеет правового значения тот факт, что при начале разговора собеседнику не было сообщено о проведении записи разговора, так как в рассматриваемом случае в конкретном контексте разговора никакие персональные данные ФИО2 не сообщались.

Доводы о том, что последующие извещения ФИО2 письмами от 04 и 26 июня 2025 года не являются надлежащим, так как их отправителем значится «Макеева», суд также отклоняет как необоснованные.

Действительно, отправителем писем ООО «С-Авто» от 04 и 26 июня 2025 года о готовности автомобиля и необходимости его забрать, согласно представленным квитанциям о направлении является «Макеева».

Вместе с тем в материалы дела ООО «С-Авто» представлена доверенность от 20 декабря 2024 года № 21, выданная ФИО6 на право получать и отравлять почтовые отправления во всех отделения связи города Саратова от имени ООО «С-Авто», сроком действия с 02 января 2025 года на один год, а также выписка из реестра доверенностей на 2025 год.

При этом сами письма подписаны директором ООО «С-Авто», что не ставит под сомнение возможность получившим лицом идентифицировать их как официальное сообщение от юридического лица.

В ходе рассмотрения настоящего дела по ходатайству ФИО2 назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «РусЭксперт».

Согласно заключению эксперта ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ, предметом исследования являлся автомобиль марки <данные изъяты>. Согласно данным СТС, автомобиль имеет <данные изъяты>

Для проверки заявленного недостатка, связанного с зависанием панели приборов, экспертом была проведена проверка её функционирования в различных режимах эксплуатации автомобиля. Исследование начато с неоднократного запуска двигателя автомобиля с последующим контролем работы приборной панели при включении зажигания и в процессе работы силового агрегата. Экспертом оценивалось отображение информации на панели приборов, включая корректность работы стрелочных указателей и цифровых индикаторов. Проверялась работа тахометра, указателя температуры охлаждающей жидкости, указателя уровня топлива, спидометра, а также функционирование всех контрольных и информационных индикаторов. Во всех режимах работы отображение информации осуществлялось корректно, задержек, зависаний либо некорректного обновления данных не зафиксировано. Работа спидометра дополнительно проверялась в процессе тестовой поездки, осуществлённой по дорогам общего пользования. В ходе движения автомобиля показания спидометра изменялись синхронно с изменением скорости движения, расхождений, прерываний отображения либо замирания стрелки не выявлено. Остальные приборы и индикаторы в ходе тестовой поездки также функционировали штатно. Пробег по окончании тестовой поездки составил 2081 км. Дополнительно в рамках исследования было произведено чтение кодов неисправностей с использованием диагностического оборудования (диагностический сканер LAUNCH, модель DBScar VII, подключённый к транспортному средству посредством диагностического разъёма OBD, расположенного в салоне автомобиля). Подключение диагностического оборудования к диагностическому разъёму автомобиля выполнено корректно, связь со всеми доступными электронными блоками управления установлена. Диагностика проводилась в режиме локальной диагностики с опросом блоков управления автомобиля. В процессе диагностического опроса произведено считывание кодов неисправностей, сохранённых в памяти электронных блоков управления. Особое внимание уделялось блоку ICM (Instrument Cluster Module), отвечающему за работу панели приборов, в связи с ранее заявленным недостатком. По результатам диагностического считывания экспертом установлено, что в памяти блока ICM зафиксированы активные коды неисправностей B1003 и B1005. Иных кодов неисправностей, влияющих на функционирование панели приборов либо иных систем автомобиля, в ходе диагностики выявлено не было. Код неисправности B1003 — EEPROM Error. Данный код неисправности указывает на наличие ошибки, связанной с работой энергонезависимой памяти EEPROM в составе блока ICM (Instrument Cluster Module). EEPROM используется для хранения конфигурационных данных, параметров адаптации и служебной информации панели приборов. Регистрация данного кода свидетельствует о несоответствии или нарушении целостности данных, хранящихся в памяти блока, либо о сбое при их чтении или записи. Код неисправности B1005 — EPC Warning Lamp Failure указывает на неисправность цепи контрольной лампы EPC (Electronic Power Control), расположенной на панели приборов. Код фиксируется блоком управления при обнаружении несоответствия в работе лампы EPC, её электрической цепи либо при расхождении между ожидаемым и фактическим состоянием индикации. Ошибка B1003 при удалении из памяти блока управления удаляется, однако после последующего выключения и включения зажигания регистрируется повторно. Ошибка B1005 из памяти блока управления не удаляется. При этом в ходе визуального контроля панели приборов экспертом установлено, что каких-либо индикаций неисправности на панели приборов, связанных с указанными кодами ошибок, не отображается. В связи с этим экспертом была проведена проверка контроля исправности лампы индикатора EPC. В ходе проверки установлено, что лампа EPC функционирует корректно, включается и светится в предусмотренных режимах самодиагностики, что подтверждает её работоспособность. В рамках дополнительного осмотра экспертом было произведено сравнение поведения автомобиля по регистрации диагностических ошибок с аналогичными новыми автомобилями той же модели. При диагностике автомобиля с VIN № в памяти блока ICM фиксируется ошибка B1003. При диагностике еще одного нового автомобиля с VIN № в приборной панели также фиксируются ошибки B1003 и B1005. При этом в обоих случаях приборные панели автомобилей функционируют штатно, корректно отображают информацию и не проявляют признаков зависания либо некорректной работы. По результатам проведённого исследования экспертом установлено, что при фактической проверке функционирования панели приборов заявленный недостаток в виде зависания не подтвердился. Панель приборов автомобиля работает корректно, отображение информации осуществляется штатно, контрольные и информационные индикаторы функционируют в нормальном режиме. Экспертом отмечено, что в практике технической диагностики транспортных средств наличие зафиксированных в памяти электронных блоков управления диагностических кодов неисправностей (DTC) не во всех случаях свидетельствует о фактическом наличии неисправности либо дефекта автомобиля или его электронных блоков. Электронные системы управления современных транспортных средств построены таким образом, что фиксируют широкий спектр событий, отклонений параметров и служебных состояний, которые могут не сопровождаться нарушением функциональной работоспособности узлов и агрегатов. Диагностические коды могут регистрироваться, в том числе, в результате особенностей программного обеспечения, некорректной логики самодиагностики, неполного соответствия программных версий, а также по причинам, связанным с внутренними тестами блоков управления. В ряде случаев такие коды имеют информационный либо служебный характер, не приводят к активации предупреждающей индикации на панели приборов и не отражаются на эксплуатационных свойствах автомобиля.

Экспертом проанализированы сведения ООО «СОЛЛЕРС Карго», согласно которым: наличие активных кодов B1003 (EEPROM ERROR) и B1005 (EPC Warning Lamp Failure) обусловлено особенностями программного обеспечения производителя комбинаций приборов, поставляемых для автомобилей <данные изъяты>, при этом по данным кодам не требуется выполнение каких-либо диагностических процедур, что фактически исключает необходимость углублённой проверки узла или поиска аппаратного дефекта; данные коды должны быть замаскированы на уровне программного обеспечения, однако в конкретной реализации программного продукта они не были скрыты производителем; считывание кодов дилерским диагностическим оборудованием является следствием реализации логики ПО, а не признаком неисправности EEPROM либо отказа контрольной лампы EPC как функционального элемента; только производитель определяет перечень диагностических кодов, доступных для чтения, и сам факт их доступности не свидетельствует о наличии дефекта; коды B1003 и B1005 не являются следствием недостатков, включая производственные, не отображаются на панели приборов и не влияют ни на работу комбинации приборов, ни на автомобиль в целом. С учётом результатов фактического осмотра, функциональной проверки и диагностического обследования, проведённых в ходе исследования, экспертом установлено, что приборная панель автомобиля <данные изъяты>, функционирует исправно и соответствует своему функциональному назначению.

Для проверки заявленного недостатка - «облезание» лакокрасочного покрытия на борту кузова, экспертом произведён осмотр кузовной части транспортного средства, а именно правого борта платформы будки, расположенной на правом торце грузовой платформы, со стороны правого борта автомобиля, в ходе которого установлено, что конструктивно на раму автомобиля <данные изъяты> установлена грузовая будка, представляющая собой сборную надстройку, включающую в себя следующие основные элементы: раму пола, закреплённую на раме транспортного средства; напольное покрытие; боковые борта; тентовое покрытие с крепёжными элементами; а также задний портал с распашными дверями. Указанные элементы образуют единую грузовую платформу, предназначенную для перевозки грузов и не являющуюся неотъемлемой частью рамы и кабины автомобиля. При осмотре правого борта будки, в зоне правого торца платформы, экспертом выявлены участки, отличающиеся по фактуре и внешнему виду лакокрасочного покрытия от прилегающих участков поверхности. Указанные участки имеют признаки локального ремонтного окрашивания, выражающиеся в неоднородности поверхности, изменённой текстуре лакокрасочного слоя и визуально различимой границе перехода между ремонтной окраской и заводским покрытием.

Дополнительно в рамках исследования проанализированы материалы дела, в том числе фотоматериалы, отражающие состояние указанной части борта будки до проведения ремонтных покрасочных работ. Сопоставление фотоматериалов, имеющихся в материалах дела, с фактическим состоянием автомобиля в ходе осмотра позволило эксперту установить, что локализация ранее зафиксированного повреждения лакокрасочного покрытия соответствует месту выявленного ремонтного окрашивания. Для оценки характера выполненных работ экспертом произведены измерения толщины лакокрасочного покрытия с использованием толщиномера. В зоне, прилегающей к ремонтантным участкам, где отсутствуют следы ремонтной окраски, толщина лакокрасочного покрытия составила до 44 мкм, при этом зафиксированы следующие значения измерений: 39, 44, 45, 29, 32, 37, 21, 28 мкм (среднее значение 34,4 мкм). Минимальное значение толщины лакокрасочного покрытия в данной зоне составило 21 мкм. В зоне границы ремонтной окраски зафиксированы значения толщины лакокрасочного покрытия 12, 15, 17, 9, 11 мкм (среднее значение 12,8 мкм), что указывает на локальный характер проведённых покрасочных работ и наличие переходной зоны между заводским покрытием и восстановленным участком.

По результатам визуального осмотра, анализа фотоматериалов, а также инструментальных измерений толщины лакокрасочного покрытия экспертом установлено, что ранее заявленный недостаток в виде «облезания» лакокрасочного покрытия на борту кузова был устранён путём проведения локальных ремонтных покрасочных работ. На момент проведения исследования признаков активного отслаивания либо иного вида дефекта лакокрасочного покрытия в указанной зоне экспертом не выявлено.

В рамках исследования по заявленному недостатку – «затруднённое закрывание водительской двери, экспертом проведён осмотр и функциональная проверка водительской двери автомобиля. Осмотрены элементы дверных петель, замковый механизм, ответная часть замка, ограничитель открывания двери, а также крепёжные элементы указанных узлов. Видимых повреждений, деформаций или нарушений механизмов двери (петель, замков) экспертом не выявлено. Также проверено положение водительской двери относительно дверного проёма кузова. Зазоры по периметру двери визуально равномерные, перекосов двери относительно проёма экспертом не установлено, признаков смещения двери, нарушения геометрии дверного проёма либо несоосности замкового механизма и ответной части не выявлено. Относительно уплотнительных элементов дверного проёма и двери экспертом установлена их штатная установка, целостная структура, при этом разрывов, заломов, смещений и следов нештатного монтажа, а также препятствий закрывания двери и дополнительного сопротивления при её закрытии, не выявлено. Дефектов, способных вызвать затруднённое закрывание водительской двери, не выявлено. Дальнейшая проверка осуществлялась путём многократного открывания и закрывания водительской двери в статическом положении автомобиля, без воздействия внешних факторов, способных повлиять на результат (перекос кузова, неровности покрытия, дополнительные нагрузки). В процессе эксперимента экспертом оценивалась работа петель, замкового механизма и фиксатора, а также характер хода двери при закрывании. Установлено, что водительская дверь открывается свободно, без заеданий, и закрывается с первого раза, с характерным штатным звуком фиксации замка, без необходимости приложения избыточного усилия. Дополнительно выполнено сравнительное исследование работы водительской двери с пассажирской дверью. В ходе сравнения существенных различий в усилии закрывания, плавности хода и характере фиксации дверей не выявлено. Работа водительской двери по своим параметрам соответствует работе пассажирской двери. По результатам проведённого осмотра и экспериментальной проверки признаков затруднённого закрывания водительской двери не установлено. Заявленный недостаток в ходе исследования экспертом не выявлен.

В связи с отсутствием в автомобиле дефектов по заявленным недостаткам и не установлением производственных дефектов, экспертом указано об отсутствии технических оснований для определения их устранимости, расчёта расходов на устранение и определения сроков выполнения ремонтных работ.

Относительно устранения недостатков, указанных истцом в заявке на ремонт автомобиля экспертом указано, что перечень выполненных работ по заказ-наряду № № ДД.ММ.ГГГГ по своему содержанию и направленности соответствует тем недостаткам, которые были заявлены истцом, а именно: «облезание» лакокрасочного покрытия на борту кузова, затруднённое закрывание водительской двери и некорректная работа панели приборов. При этом экспертом отмечено, что работы по окраске борта кузова направлены на восстановление защитных и эксплуатационных свойств лакокрасочного покрытия, окраска кузовных элементов транспортных средств в целом представляет собой многослойный технологический процесс, включающий подготовку поверхности, нанесение грунтовочного слоя, базового слоя краски и защитного лакового слоя. В отношении грузовой будки и её составных элементов лакокрасочное покрытие, в первую очередь, выполняет функцию защиты металлических поверхностей от коррозии и воздействия внешних факторов. По результатам осмотра экспертом установлено, что нанесённое покрытие выполняет указанную защитную функцию и соответствует своему назначению, на элементах петель водительской двери имеются признаки ранее выполненной регулировки. В частности, лакокрасочное покрытие на головках крепёжных болтов петель имеет следы механического воздействия инструментом, что характерно для выполнения регулировочных работ по изменению положения двери относительно дверного проёма. Работы по регулировке боковой двери по проёму направлены на устранение возможных отклонений в положении двери, влияющих на процесс её закрывания. Фактическое состояние двери по результатам осмотра и экспериментальной проверки свидетельствует о штатной работе дверного узла, отсутствии заеданий и необходимости приложения избыточного усилия. Экспертом отмечено, чтовыбор способа, метода и технологии устранения выявленных недостатков относится к компетенции производителя и уполномоченного (авторизованного) сервисного центра, при условии соблюдения установленных технологических регламентов и требований безопасности. Экспертная оценка в данном случае основывается на факте выполнения работ и их техническом результате. По результатам анализа заказ-наряда, сопоставления выполненных работ с заявленными недостатками и данных фактического осмотра автомобиля экспертом установлено, что недостатки, указанные истцом в заявке на ремонт автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ, устранены. Выполненные виды работ соответствуют своему назначению и направлены на восстановление исправного и работоспособного состояния соответствующих узлов и элементов транспортного средства. Поскольку на момент проведения экспертного осмотра указанные недостатки, если имели место быть фактически, то уже были устранены на момент исследования при осмотре автомобиля не проявлялись. При этом эксперт не располагает технической возможностью достоверно подтвердить либо опровергнуть факт выполнения процедуры перепрограммирования, поскольку указанные действия относятся к внутренним операциям сервисного центра и не подлежат визуальной или инструментальной верификации в рамках экспертного осмотра. Экспертом установлено, что в представленном на исследование автомобиле <данные изъяты> № установленная в нём комбинация приборов имеет соответствующую чёрную отметку на шильдике, а также порядковый номер VIN не попадает под действие данного сервисного бюллетеня, что свидетельствует о её заводской модернизации. Необходимость дополнительного обновления программного обеспечения панели приборов для данного автомобиля отсутствовала, поскольку установленная комбинация приборов уже относится к модернизированной версии. Версия об отсутствии необходимости проведения перепрограммирования (перепрививки) комбинации приборов подтверждается результатами сравнительного анализа данных, полученных с исследуемого автомобиля и с заведомо исправных автомобилей — автомобиля из шоурума и автомобиля, находящегося на улице.Ключевые аппаратно-программные параметры комбинации приборов полностью идентичны у всех трёх автомобилей. Совпадают производитель и идентификатор поставщика ECU ICM, серийный номер модуля, номер и версия аппаратного обеспечения (HWN232, V1.0), номер и версия программного обеспечения (SWN232, V1.1), а также наименование системы (SYN232). Активная диагностическая сессия и код конфигурации автомобиля также не имеют отличий. Различия в отображаемых символах в поле «VIN (отображаемый в ECU ICM)» носят системный характер и наблюдаются как на исследуемом автомобиле, так и на новых заведомо исправных автомобилях, что указывает на особенности программной реализации отображения данных в диагностическом интерфейсе, а не на неисправность или некорректную привязку ECU ICM к конкретному транспортному средству. Сопоставление данных исследуемого автомобиля с аналогичными показателями исправных автомобилей подтверждает, что программное обеспечение комбинации приборов соответствует штатной конфигурации, а оснований для проведения дополнительной перепрошивки либо повторного обновления программного обеспечения по техническим причинам не установлено. В ходе анализа диагностических данных экспертом установлено, что дата установки ECU ICM, зафиксированная в комбинации приборов исследуемого автомобиля (ДД.ММ.ГГГГ), не соответствует дате выполнения ремонтных работ, отражённых в заказ-наряде № №/2 от ДД.ММ.ГГГГ. Указанная в ECU ICM дата коррелируется с периодом производства автомобиля (2023 год) и указывает на установку электронного модуля на этапе изготовления транспортного средства либо первичной заводской комплектации. Это свидетельствует об отсутствии факта замены либо повторной установки комбинации приборов в ходе ремонтных работ, выполненных в 2025 году, и дополнительно подтверждает, что вмешательство в аппаратную часть ECU ICM в рамках указанного заказ-наряда не производилось.

По итогам исследования экспертом сделаны следующие выводы:

1. По результатам проведённого исследования установлено, что в представленном на исследование автомобиле <данные изъяты> года выпуска, №, из числа дефектов, указанных истцом в заявке на ремонт автомобиля № <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ:

- заявленный дефект в виде зависания панели приборов в ходе фактического осмотра, функциональной проверки, тестовой поездки и диагностического обследования не подтвердился. Панель приборов функционирует штатно, корректно отображает информацию, контрольные и информационные индикаторы работают в предусмотренных режимах. Зафиксированные диагностические коды B1003 и B1005 имеют служебный характер, не сопровождаются визуальной индикацией неисправностей и, согласно представленной технической информации производителя, не влияют на функционал панели приборов и автомобиля в целом;

- заявленный дефект в виде «облезания» лакокрасочного покрытия на борту кузова на момент проведения экспертного исследования отсутствует. Установлено, что ранее имевшее место повреждение лакокрасочного покрытия было устранено путём проведения локальных ремонтных покрасочных работ, что подтверждается результатами визуального осмотра, анализом фотоматериалов и инструментальными измерениями толщины лакокрасочного покрытия;

- заявленный дефект в виде затруднённого закрывания водительской двери в ходе визуального осмотра, проверки зазоров, состояния петель, замкового механизма, уплотнителей, а также при проведении экспериментальных и сравнительных проверок не выявлен. Водительская дверь открывается и закрывается штатно, без заеданий и приложения избыточного усилия.

Таким образом, на момент проведения экспертного исследования технические дефекты в автомобиле не установлены. Соответственно, признаки существенных дефектов, механизм их развития, а также дефекты, влияющие на работоспособность, безопасность или возможность эксплуатации транспортного средства, не выявлены.

Поскольку в ходе исследования фактические дефекты отсутствуют, определить их производственный либо эксплуатационный характер, момент возникновения, а также отнести их к гарантийным с технической точки зрения не представляется возможным.

Следует отметить, что с технической точки зрения дефекты транспортного средства подлежат классификации по характеру их возникновения (производственные либо эксплуатационные). Понятия «гарантийности» либо «негарантийности» относятся к сфере правового регулирования и определяются условиями договора, положениями гарантийной политики производителя и нормами действующего законодательства.

В связи с этим вопрос о гарантийном характере недостатка не относится к компетенции эксперта и не может быть разрешён в рамках технического исследования.

2. По результатам проведённого исследования установлено, что производственные дефекты в автомобиле <данные изъяты>, не выявлены. В связи с этим вопрос об их устранимости, стоимости и сроках устранения не подлежит рассмотрению, поскольку отсутствует предмет технической оценки.

3. По результатам анализа материалов дела, заказ-наряда №/2 от ДД.ММ.ГГГГ, а также данных фактического осмотра и диагностического обследования установлено, что недостатки, указанные истцом в заявке на ремонт автомобиля № <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, на момент проведения экспертного исследования отсутствуют. Однозначно установлено, что произведена локальная окраска борта кузова для восстановления лакокрасочного покрытия, выполнена регулировка (подгонка) водительской двери по проёму. Фактическое состояние автомобиля свидетельствует об отсутствии проявлений ранее заявленных недостатков.

Выполненные виды и объём работ по своему характеру и направленности соответствуют устранению выявленных ранее отклонений и не противоречат действующим техническим нормам, правилам и регламентам производителя. При этом установлено, что необходимость перепрограммирования комбинации приборов для данного автомобиля отсутствовала, поскольку программно-аппаратная версия ECU ICM соответствует версии, применяемой на заведомо исправных аналогичных автомобилях. Дополнительно установлено, что дата установки ECU (ДД.ММ.ГГГГ), зафиксированная в системе, коррелируется с датой производства автомобиля и не соответствует дате ремонтных работ по заказ-наряду от ДД.ММ.ГГГГ, что указывает на отсутствие замены ECU ICM, либо ее перепрошивки. Таким образом факт проведения перепрошивки экспертом не подтверждается.

В целом, выполненные работы по окраске и регулировке двери можно признать достаточными для восстановления исправного и работоспособного состояния автомобиля.

Оценивая заключение эксперта, суд учитывает, что судебная экспертиза проведена лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим значительный стаж работы; методы, используемые при экспертном исследовании, и сделанные по результатам исследования выводы обоснованы и ясны. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

При таких обстоятельствах оснований сомневаться в достоверности указанного экспертного заключения у суда не имеется.

Результаты проведенной судебной автотехнической экспертизы сторонами не оспаривались.

Судом допрошен эксперт ФИО7 Относительно заявленного недостатка в виде зависания панели приборов пояснил, что исследование проводилось в два этапа, второй этап это дополнительное исследование, который потребовался именно из-за приборной панели. На первом осмотре после запуска двигателя приборная панель работала штатно. Сделали тестовую поездку (30 минут), во время которой никаких проблем с панелью тоже не возникло. После тестовой поездки подключили диагностическое оборудование которое зафиксировало две постоянных ошибки, что вызвало подозрения. Поэтому назначили дополнительный осмотр методом сравнения с аналогичными заведомо исправными новыми автомобилями, в которых были выявлены те же ошибки, что и в спорном автомобиле. Затребовали техническую документацию, чтобы понять являются ли выявленные ошибки дефектами либо это особенности программного обеспечения. После анализа данной документации подтвердилось, что это особенности программного обеспечения. При разработке программного обеспечения производитель изначально закладывает определенную маску ошибок, которые нельзя увидеть сканером и которые не влияют на функционал и эксплуатацию автомобиля, что и было подтверждено изготовителем. Основным моментом также учитывал, что на аналогичных новых автомобилях было выявлено тоже самое. Диагностические ошибки не видны на панели, их видно только при проверке специальным диагностическим прибором, что подробно отражено в исследовательской части заключения. Какие-либо сигнализаторы неисправностей, установленные на панели, не проявляются, при этом критичные неисправности и ошибки обязательно бы на приборной панели, т.е. зажегся бы сигнализатор. На странице 17 заключения приведены описания ошибок: код неисправности B1003 —на наличие ошибки, связанной с работой энергонезависимой памяти EEPROM в составе блока ICM (Instrument Cluster Module). EEPROM это аббревиатура внутренней памяти; код неисправности B1005 — EPC Warning Lamp Failure, это ошибка лампочки (на приборной панели есть специальная лампочка, связана с работой двигателя), при включения зажигания теста данная лампочка проходит. Диагностический прибор позволяет делать тест сигнализатора, все лампочки тест проходят что говорит об их исправности. Для сравнения наличия ошибок в аналогичных новых машинах, использовал автомобили не ранее 2023- 2024 года выпуска, на них стоят абсолютно одинаковые программные обеспечения с исследованным автомобилем, что отражено в соответствующей сравнительной таблице заключения (стр. 31-32 заключения). Запрашивали сервисный бюллетень, где подробно описана процедура обновления программного обеспечения. Спорный VIN не попадает под действие сервисного бюллетеня, была соответствующая маркировка. Если бы программное обеспечение подвергалось обновлению, то поменялась бы дата, что не было установлено. С технической точки зрения вмешательство в программное обеспечение необратимо. То, что ФИО2 мог обратиться с данным недостатком не исключает, однако тестировали достаточное количество времени, но данный дефект не проявился. При потухании прибора панели достаточно критично может быть относительно скорости. Зависание панели приборов в истории ошибок теоритически должно отражаться. Очистить историю ошибок можно, но в рассматриваемом случае навряд ли историю ошибок чистили. Панель приборов работала в штатном режиме, затуханий не было. Для достоверного определения характера повреждения лакокрасочного покрытия (производственный или эксплуатационный) осмотр необходимо проводить до проведения восстановительных работ. В рассматриваемом случае повреждение лакокрасочного покрытия имеет место на платформе будки, к которым таких требований как к кузову нет. Однозначно видно, что платформа будки подвергалась окраске, место визуализируется, есть резкие границы (фото 25,26 заключения). Дать ответ о характере повреждений в данной случае невозможно. Исследование проводили по недостаткам, указанным в заявке на ремонт. Относительно двери установлены признаки регулировки, но на момент исследования заявленных дефектов не выявлено. В целом такие дефекты являются эксплуатационными, у каждого бренда свои требования и обычно гарантией не покрываются.

Принимая во внимание заключение судебной экспертизы, показания эксперта, допрошенного судом в качестве свидетеля и предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что заявленные ФИО2 требования удовлетворению не подлежат, поскольку спорный автомобиль не имеет дефектов, а заявленные им дефекты не являются гарантийными.

Доводы ФИО2 о том, что ремонт по заявке не произведен в полном объеме по настоящее время, судом отклоняются как опровергаемые материалами настоящего и дела и результатами автотехнической судебной экспертизы.

Так, согласно выводам эксперта заявленный дефект в виде зависания панели приборов в ходе фактического осмотра, функциональной проверки, тестовой поездки и диагностического обследования не подтвердился. Панель приборов функционирует штатно, корректно отображает информацию, контрольные и информационные индикаторы работают в предусмотренных режимах. Зафиксированные диагностические коды B1003 и B1005 имеют служебный характер, не сопровождаются визуальной индикацией неисправностей и, согласно представленной технической информации производителя, не влияют на функционал панели приборов и автомобиля в целом. При этом в ходе рассмотрения дела эксперт пояснил, что на первом осмотре после запуска двигателя приборная панель работала штатно, во время тестовой поездки проблем с панелью не возникло. VIN спорного автомобиля не попадает под действие сервисного бюллетеня, была соответствующая маркировка. Если бы программное обеспечение подвергалось обновлению, то поменялась бы дата, что не было установлено. Тестирование проводилось достаточное количество времени, однако заявленный дефект не проявился.

На основании изложенного ссылка ФИО2 на опубликование в официальной группе производителя <данные изъяты> информации о том, что у первых выпусков аналогичных автомобилей были проблемы с щитком приборов (точнее с его электроникой) и в итоге разработано новое программное обеспечение, которое получают все новые Argo, также подлежит отклонению.

Согласно акту технического осмотра № от ДД.ММ.ГГГГ специалистами ООО «С-Авто» такой дефект как зависание панели приборов при проведении тестовой поездки не проявился.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае указание в заказ-наряде о проведении обновления программного обеспечения правового значения не имеет, поскольку экспертом однозначно установлено отсутствие недостатка приборной панели и обновлений программного обеспечения, при этом экспертом не сделано выводов об самоустранении спорного недостатка и возможности его проявления вновь. Кроме того, работы указанные в данном заказ-наряде были проведены не в рамках гарантийного ремонта, в рамках программы «Доброй воли».

Также, отклоняя, вышеуказанные доводы ФИО2, суд исходит из того, что заявленные дефекты в виде «облезания» лакокрасочного покрытия на борту кузова и затруднённого закрывания водительской двери экспертом также не установлено. Вместе с тем экспертом даны пояснения, что ранее имевшее место повреждение лакокрасочного покрытия были устранены, а относительно двери установлены признаки регулировки.

Доводы ФИО2 о нарушении ООО «С-Авто» установленного законом о защите прав потребителей срока для устранения недостатков, судом не принимаются, поскольку как указано выше на правоотношения сторон в рассматриваемом случае законодательство о защите прав потребителей не распространяется.

Доказательств наличия в автомобиле истца существенных недостатков материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, учитывая, что автомобиль не имеет существенного неустранимого недостатка, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, либо проявляются вновь после его устранения, и других подобных недостатков, отсутствие со стороны ООО «С-Авто» нарушения срока устранения недостатков в автомобиле ФИО2, суд приходит к выводу, что у последнего не возникло оснований для расторжения Договора и требования от ООО «С-Авто» возврата уплаченной за товар денежной суммы, в связи с чем заявленные исковые требования ФИО2 удовлетворению не подлежат.

Требования о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа и понесенных расходов, заявленные ФИО2 также не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основных требований, в удовлетворении которых судом отказано.

Рассматривая заявленные требования ООО «С-Авто» суд приходит к следующему.

Согласно ст. 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

На основании ст. 887 ГК РФ договор хранения должен быть заключен в письменной форме в случаях, указанных в статье 161 настоящего Кодекса. При этом для договора хранения между гражданами (подпункт 2 пункта 1 статьи 161) соблюдение письменной формы требуется, если стоимость передаваемой на хранение вещи превышает десять тысяч рублей.

Договор хранения, предусматривающий обязанность хранителя принять вещь на хранение, должен быть заключен в письменной форме независимо от состава участников этого договора и стоимости вещи, передаваемой на хранение.

В соответствии со ст. 889 ГК РФ хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока.

Если срок хранения договором не предусмотрен и не может быть определен исходя из его условий, хранитель обязан хранить вещь до востребования ее поклажедателем.

Как установлено выше, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «С-Авто» заключен договор купли-продажи (поставки) автомобиля <данные изъяты>.

07 апреля 2025 года ФИО2 обратился в ООО «С-АВТО» с неисправностью, выявленной в автомобиле.

Согласно п. 10 заявки на ремонт Заказчик обязан своевременно, т.е. в течение 3 (трех) суток с момента окончания ремонта, технического обслуживания и получения соответствующего уведомления от Исполнителя, забрать автомобиль с территории Исполнителя. При превышении установленного срока хранения отремонтированного автомобиля Исполнитель имеет право на оплату услуг по хранению автомобиля за каждые сутки превышения срока в размере 500 (Пятьсот) рублей 00 копеек.

ФИО2 под роспись ознакомлен с правилами оказания услуг (выполнения работ) по техническому обслуживанию и ремонту автотранспортных средств.

Согласно бланку интерактивной приемки автомобиля на ремонт от ДД.ММ.ГГГГ № №, клиент через сутки после извещения клиента о готовности его автомобиля стоимость стоянки оплачивается в размере 30 руб. за каждые из первых трех суток и 100 руб. за каждые последующие сутки.

Также выше суд пришел к выводу о том, что 21 мая 2025 по средствам телефонного звонка по номеру телефона ФИО2 №, указанный в Договоре и заявке на ремонт, последний проинформирован о готовности автомобиля и возможности его забрать.

Однако, ФИО2 в течение 3-х суток после уведомления его 21 мая 2025 года автомобиль не забрал.

В настоящее время автомобиль находится на территории сервисного центра ООО «С-Авто».

В связи с нахождением транспортного средства, принадлежащего ФИО2 на территории ООО «С-Авто» по истечении трех суток после извещения 21 мая 2025 года о завершении работ, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ООО «С-Авто» об обязании ФИО2 забрать автомобиль и взыскании стоимости вынужденного хранения.

Таким образом, поскольку последним днем бесплатного срока нахождения автомобиля на территории сервисного центра ООО «С-Авто» является 26 мая 2025 года, включительно, то стоимость вынужденного хранения автомобиля подлежит взысканию с 27 мая 2025 года.

Вместе с тем, суд не соглашается с произведенным расчетом стоимости исходя из условий п. 10 заявки на ремонт, а именно за каждые сутки превышения срока в размере 500 рублей, поскольку как установлено выше, в бланке интерактивной приемки автомобиля на ремонт от 07 апреля 2025 года № СА000019583 ФИО2 был проинформирован о том, что стоимость стоянки оплачивается в размере 30 руб. за каждые из первых трех суток и 100 руб. за каждые последующие сутки.

На основании изложенного, с ФИО2 в пользу ООО «С-Авто» подлежит взысканию стоимость вынужденного хранения автомобиля за период с 27 мая 2025 года по 26 января 2026 года из расчета 30 руб. за каждые из первых трех суток и 100 руб. за каждые последующие сутки, всего в размере 24 290 рублей (90 руб. (3 дн*30 руб.) + 24 200 руб. (242дн*100 руб.)), а начиная с 27 января 2026 года за каждые сутки, исходя из расчета 100 руб. по день фактического исполнения обязательства.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч.1 ст. 88 ГПК РФ).

Согласно ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Определением суда от 27 октября 2025 года расходы по проведению экспертизы возложены на истца ФИО2

Ответчиком на депозит суда внесены денежные средства в размере 40 000 рублей за проведение экспертизы по настоящему делу по чеку по операции от ДД.ММ.ГГГГ №.

Сумма за производство судебной экспертизы составила 137 500 руб.

С учетом того, что данное заключение принято судом в качестве доказательства по делу, судебный акт по делу состоялся не в пользу истца ФИО2, судебные расходы, за проведение судебной экспертизы подлежат отнесению на указанное лицо.

В связи с чем, суд находит необходимым взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «РусЭксперт» расходы на проведение судебной экспертизы в размере 97 500 руб.

Денежные средства в размере 40 000 рублей, оплаченные ФИО2 на проведение экспертизы по настоящему делу по чеку по операции от ДД.ММ.ГГГГ №, подлежат перечислению обществу с ограниченной ответственностью «РусЭксперт».

В силу ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из разъяснений, изложенных в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статья 2, 35 ГПК РФ, статья 3, 45 КАС РФ, статья 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (абзац 2).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Из разъяснений, изложенных в пункте 13 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1, следует, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-0-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статья 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

С учетом приведенных правовых норм и разъяснений возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя осуществляется в том случае, если расходы являются действительными, подтвержденными документально, необходимыми и разумными (исходя из характера и сложности возникшего спора, продолжительности судебного разбирательства, времени участия представителя стороны в разбирательстве, активности позиции представителя в процессе).

Судебные расходы присуждаются, если они понесены фактически, являлись необходимыми и разумными в количественном отношении. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, при этом разумность пределов при взыскании судебных расходов суд определяет в каждом конкретном случае исходя из фактических обстоятельств.

Из материалов дела следует, что ООО «С-Авто» понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 21 000 руб., что подтверждается договором поручения от 15 июля 2025 года, платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ №, трудовым договором №/ЛГ от ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований сомневаться в достоверности, представленных в материалы дела письменных доказательств об оплате юридических услуг, а также полагать, что заинтересованное лицо не понесло расходы на оплату услуг представителя в рамках настоящего дела, не имеется.

Принцип разумности и обоснованность взыскиваемых сумм судебных расходов предполагают, что исполнитель имеет право на вознаграждение в сумме, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные услуги, с учетом совершенных им действий.

Определяя размер подлежащих взысканию в пользу ООО «С-Авто» судебных расходов, суд исходит из вышеприведенных норм процессуального закона, регламентирующих взыскание судебных расходов на представителя стороне по делу, согласно которым взыскание судебных расходов законно при наличии доказательств соблюдения ряда условий: принятия судебного акта в пользу этой стороны; факта несения судебных расходов; несения расходов тем лицом, в пользу которого вынесен судебный акт; причинной связи между произведенными расходами и предметом конкретного судебного спора; разумных размеров расходов.

Учитывая объём заявленных ООО «С-Авто» требований, сложность дела, фактический объём оказанных представителем услуг, также учитывая расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, суд приходит к выводу о том, что заявленные ООО «С-Авто» расходы на оплату услуг представителя в размере 21 000 руб. нельзя признать разумными и, исходя из необходимости обеспечения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд полагает правильным уменьшить размер расходов на оплату услуг представителя до 15 000 руб. Определенная судом сумма расходов по оплате услуг представителя позволяет соблюсти необходимый баланс между сторонами, учитывает соотношение расходов с объемом получившего защиту права лица.

Кроме того, ООО «С-Авто» понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 000 руб., которые в силу ст. 98 ГПК РФ, подлежат взысканию с ФИО2 в пользу ООО «С-Авто».

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований Сюнгеч Эркута Динчера к обществу с ограниченной ответственностью «С-Авто» о защите прав потребителей, расторжении договора купли-продажи транспортного средства, взыскании стоимости транспортного средства, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов – отказать в полном объеме.

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» к Сюнгеч Эркуту Динчеру об обязании забрать автомобиль, взыскании стоимости по хранению автомобиля, расходов по оплате услуг представителя и государственной пошлины - удовлетворить частично.

Обязать Сюнгеч Эркута Динчера (№) забрать с территории сервисного центра общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» (ИНН <***>) автомобиль марки <данные изъяты>, в течение 10 календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с Сюнгеч Эркута Динчера (№) в пользу общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» (ИНН <***>):

- стоимость по хранению автомобиля за период с 27 мая 2025 года по 26 января 2026 года в размере 24 290 рублей, а начиная с 27 января 2026 года за каждые сутки, исходя из расчета 100 рублей по день фактического исполнения обязательства;

- расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 000 рублей;

- расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований общества с ограниченной ответственностью «С-Авто» – отказать.

Взыскать с Сюнгеч Эркута Динчера (№) в пользу общества с ограниченной ответственностью «РусЭксперт» (ОГРН <***> ИНН <***>) расходы на проведение судебной экспертизы в размере 97 500 руб.

Управлению Судебного департамента в Саратовской области перечислить обществу с ограниченной ответственностью «РусЭксперт» (ОГРН <***> ИНН <***>) денежные средства в размере 40 000 рублей, внесенные на депозит суда Сюнгеч Эркут Динчер (чек по операции от №, с назначением платежа: экспертиза дело 2-1278/2025 Фрунзенский р/с, за ФИО2 ), в счет возмещения расходов, связанных с проведением судебной экспертизы по следующим реквизитам:

Банк получателя: <данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья Е.В. Мурзина