РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Домодедово 18 октября 2022 года

Домодедовский городской суд Московской области в составе:

председательствующего Лебедева Е.В.

при секретаре Хоменко Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № иску ФИО5 к ФИО4 о признании сделок недействительными (ничтожными), признании имущества совместной собственностью супругов, разделе супружеского имущества, 3-е лицо: Управление Росреестра по МО, суд,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО4, ИП ФИО3 признании сделок недействительными (ничтожными), признании имущества совместной собственностью супругов, разделе супружеского имущества. В обоснование заявленных требований истец указал, что состоит в зарегистрированном браке с ФИО2 брак зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ для ведения предпринимательской деятельности истец приобрел у ИП ФИО3 помещение, расположенное по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4. Право собственности было оформлено на имя мамы – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., пенсионерки, проживавшей на тот период времени в <адрес>. Целью оформления права собственности на маму являлось исключение претензий кредиторов истца на нежилое помещение. Действуя по доверенности от имени мамы ФИО4, истец заключил договор купли-продажи, произвел оплату продавцу по договору, принял помещение во владение. В дальнейшем в период с февраля 2019 года по февраль 2020 года истец за счет личных и заемных средств осуществил ремонт помещения, приобрел и установил медицинское оборудование. В апреле 2019 года истец оформил договор аренды спорного помещения между ФИО4 и ООО «ФИО13 доктор», где истец является участником и генеральным директором. Весной 2020 года супруга истца ФИО2 потребовала вывести нежилое помещение из формальной собственности ФИО4, пояснив, что приобретенное имущество фактически является супружеским, но оформлено на имя ФИО4 по притворной сделке. Это соответствовало действительности, т.к. мама истца являлась пенсионеркой по возрасту, инвалидом II гр., не имела ни возможности, ни намерения приобретать спорное нежилое помещение. Поэтому ДД.ММ.ГГГГ истец заключил договор дарения нежилого помещения с ФИО4 по которому получил в собственность нежилое помещение. Передачи нежилого помещения не происходило, т.к. с февраля 2019 года оно уже находилось в фактическим владении истца и использовалась им в коммерческой деятельности. Истец указывает, что фактически ФИО4 признала притворный характер первоначальной сделки. После переоформления ДД.ММ.ГГГГ нежилого помещения на имя истца, оформление арендных отношений с ООО «ФИО13 доктор» было для истца затруднительным, поскольку арендодатель и арендатор совпали в одном лице (собственник нежилого помещения и генеральный директор общества). Поэтому супруга истца ФИО2 предложила переоформить нежилое помещение на ее имя. Тем самым решалась проблема с совпадением сторон в договоре, кроме того супруга настаивала на переоформлении, т.к. считала, что ее имущественные права будут лучше защищены. Истец ДД.ММ.ГГГГ заключил договор дарения с ФИО2, т.к. полагал, что переоформление спорного нежилого помещения на имя другого супруга не меняет его статус общей совместной собственности. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ООО «ФИО13 доктор» был заключен договор аренды нежилого помещения. Истец указывает, что формальная передача объекта по данным реестра от ФИО4 сначала в собственность ФИО5, а затем в собственность ФИО2 не изменило фактической ситуации приобретения нежилого помещения за счет общих супружеских средств. Намерения прекратить режим общей совместной собственности путем заключения брачного договора истец не имел, от права на совместно нажитое имущество не отказывался. Осенью 2021 года ФИО2 уведомила истца, что считает себя единоличным собственником имущества, поэтому истец обратился в суд с вышеуказанным иском.

В судебном заседании представитель истца ФИО8 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГг.) исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, пояснил, что истец не отказывался от права совместной собственности. Заявил ходатайство о приобщении документов о направлении личных средств истца на ремонт спорного помещения, отчета об оценке рыночной стоимости нежилого помещения и рыночной стоимости выполненного ремонта. Указал в ходатайстве, что срок исковой давности не пропущен, т.к. ответчик ФИО4 заключила с ним договор дарения в июне 2020 года, оспариваемая притворная сделка между ФИО4 и ФИО3 не начинала исполняться, фактически нежилое помещение было передано ему, он же произвел оплату. Совершенная притворная сделка фактически прикрывала договор купли-продажи, в котором покупателем являлся истец, а не ФИО4 Признание недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не влечет применения последствий недействительности сделки, но находится во взаимосвязи с установлением судом возмездного характера прикрываемой сделки и факта направления общих средств супругов ФИО5 и ФИО2 на приобретение имущества. Право истца было нарушено, когда ФИО2 заявила о том, что является единоличным собственником приобретенного помещения.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 ФИО9 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГг.) исковые требования не признал, представил суду письменные возражения, в которых указал, что оснований для признания ничтожным договора купли-продажи нежилого помещения не имеется. Подробно проанализировал установленные законом основания для квалификации сделки мнимой, в том числе положения п.1 ст.170 ГК РФ о том, что мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а также п.86 Постановления Пленума ВС РФ №, касающийся мнимых сделок, проанализировал судебную практику для разрешения вопроса о мнимом характере договора. Пояснил, что для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь, но как следует из пояснений самого ФИО5, по указанному договору купли продажи спорное нежилое помещение надлежащим образом передано ответчику ФИО4 в собственность, оплата произведена в полном объеме, то есть цели, для которых заключался данный договор купли-продажи, достигнуты, исполнение произведено сторонами в полном объеме, что свидетельствует об отсутствии в данной сделке пороков действительности, позволяющих квалифицировать ее как мнимую, и как следствие, оснований для признания данной сделки недействительной. Указал, что неясно, в качестве какой сделки должен быть квалифицирован оспариваемый договор купли-продажи, если мнимой, то имеются или отсутствуют факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь, а если в качестве притворной, то необходимо представить доказательства о том, какую реальную сделку прикрывала притворная (прикрываемая сделка), то есть утверждений о том, что сделка совершалась с целью избегания претензий со стороны кредиторов, недостаточно, для признания сделки недействительной. Истец в своем исковом заявлении подтверждает, что указанная сделка была совершена с целью прикрыть другую сделку, которую он хотел совершить, но не совершил с целью избежать претензий кредиторов. Указал, что установленный законом трехлетний срок для оспаривания данной сделки истек ДД.ММ.ГГГГ, истечение срока давности является основаниям для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Не усматривается оснований для признания договора дарения нежилого помещения недействительным, поскольку истец безвозмездно передал ФИО2 в собственность спорное нежилое помещение, переход права зарегистрирован в ГРН. Пояснения истца о том, что он полагал, что при переходе от одного супруга к другому статус совместной собственности не изменится, не имеют правового значения. Установленные законом основания для признания данной сделки недействительной отсутствуют. Указал, что когда между супругами заключается договор купли-продажи совместно нажитого имущества для создания видимости правовых последствий, поскольку в любом случае, даже при переоформлении это имущество все равно оказывается в совместной собственности и на них действует законный режим совместной собственности и в том случае, возможно признание такой сделки недействительной (мнимой), поскольку никаких правовых последствий, на которые направлен договор купли-продажи, а именно отчуждения имущества и перехода права собственности к другому лицу, не происходит. Подобная сделка по распоряжению совместно нажитым имуществом имеет все основания быть охарактеризованной как мнимая, совершаемая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (ст. 170 ГК РФ). В результате неё состав имущества каждого из супругов не меняется. Супруги остаются в том же положении, что и до заключения договора. Такая сделка ничтожна, так как по содержанию не соответствует требованиям закона, поскольку сделкой признается действие, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указывает, что единственным последствием такой сделки будет только формальное изменение имени собственника недвижимого имущества в правоустанавливающих документах (с супруга-продавца на супруга-покупателя) и держателя денежных средств (с супруга-покупателя на супруга-продавца). Таким образом, возмездный договор, заключаемый между супругами по поводу совместно нажитого имущества, не приводит ни к установлению, ни к изменению, ни к прекращению гражданских прав и обязанностей, является ничтожным. Но в сложившейся между сторонами ситуации, супруги заключают между собой безвозмездную сделку, прямой запрет на совершение, которой в действующем законодательстве не содержится, а сделка презюмируется действительной. Статья 575 ГК РФ, содержащий исчерпывающий перечень субъектов, между которыми не допускается дарение, так же не упоминает супругов, что в очередной раз свидетельствует о допустимости и законности совершения такой сделки между супругами, в первую очередь, руководствуясь принципом свободы договора. Вследствие этого не имеется оснований для включения спорного помещения, расположенного по адресу: <адрес>, пом. 4, в состав совместно нажитого имущества и его раздела, поскольку спорное нежилое помещение получено ФИО2 по безвозмездной сделке. Указал, что пояснения ИП ФИО3 не имеют значения для дела.

В судебном заседании представитель ответчицы ФИО2 ФИО9 доводы, изложенные в письменных возражениях, поддержал. Не оспаривал фактические обстоятельства приобретения нежилого помещения у ИП ФИО3 ФИО5, в частности не смог подтвердить или опровергнуть факт приобретения спорного нежилого помещения на общие супружеские средства ФИО5 и ФИО2

Индивидуальный предприниматель ФИО3, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства в судебное заседание не явился, через представителя по доверенности ФИО10 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ с правами ведения дел в судах и признания иска) направил суду письменные пояснения, просил рассмотреть гражданское дело в его отсутствие. В пояснениях указал, что полностью подтверждает факт приобретения истцом для себя лично и за собственные средства спорного нежилого помещения. Истец обратился к ответчику в связи с приобретением, принадлежащего ответчику нежилого помещения, которое истец намеревался использовать для работы своего медицинского учреждения. Помещение продавалось без отделки, требовало ремонта, истец осматривал помещение и самостоятельно принимал решение о его приобретении, использовал собственные и заемные средства, для отделки помещения продал свою квартиру в <адрес>. О том, что при заключении договора купли-продажи истец будет действовать как представитель ответчик узнал непосредственно перед заключением договора купли-продажи в середине февраля 2019 года. По всем действиям истца, включая переговоры по сделке, расчетам по договору и последующим действиям, ответчик понимал, что помещение приобретается для истца. После покупки истец организовал ремонт помещения, который продолжался до конца 2020 года. Ответчику принадлежали соседние помещения, поэтому он посоветовал истцу бригадира, а также давал ему советы, где приобретать стройматериалы. В дальнейшем в помещении был организован медицинский центр «ФИО13 Доктор».

Ответчица ФИО11 надлежаще извещенная о месте и времени судебного разбирательства в судебное заседание не явилась, представила суду заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие в связи с возрастом и состоянием здоровья. Указала, что ее сын истец по делу приобрел в 2019 году нежилое помещение для того, чтобы сделать там медицинский центр. Истец попросил ответчицу оформить покупаемое помещение на свое имя. Ответчице 87 лет и собственных средств на приобретение помещения у нее не было. Для покупки помещения истцу не хватало денег, он был вынужден их занимать, а для ремонта помещения продал квартиру в <адрес>. Всеми вопросами, начиная с поиска помещения, общения с покупателями, оформления договора купли-продажи занимался истец. Ответчица этим не занималась и не интересовалась, продавца помещения я не знала и никогда с ним не общалась. Выдала истцу доверенность на заключение договора и государственную регистрацию права собственности. После покупки помещения истец около года занимался его ремонтом, а потом начал работать в медицинском центре «ФИО13 доктор». К ремонту ответчица тоже не имела никакого отношения. Подтвердила, что истец приобретал помещение для себя. В мае 2020 года истец попросил ответчицу оформить доверенность на другого представителя, чтобы переоформить помещение на свое имя. По телефону истец объяснил, что дома у него произошел скандал, что его жена ФИО2 требует переоформить помещение на него. Ответчица сходила к нотариусу и переслала доверенность сыну. После оформления доверенности она больше никаких документов в отношении помещения не подписывала. Считает требования в исковом заявлении законные и справедливые, поскольку помещение куплено в браке и является общим для сына и его жены. Подлинность подписи на заявлении удостоверена нотариусом на основании ст.80 Основ законодательства о нотариате.

Истец ФИО5, ответчик ФИО2 в судебное заседание не явились, обеспечили участие в деле представителей, ответчики ФИО4, индивидуальный предприниматель ФИО3 в судебное заседание не явились, направили в суд письменные отзывы на иск, просили рассмотреть дело в их отсутствие, третье лицо Управление Росреестра по <адрес>, надлежаще извещенное о месте и времени судебного разбирательства явку уполномоченного представителя не обеспечило. Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд с согласия участников процесса, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о дате и времени рассмотрения данного дела.

Выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд считает необходимым исковые требования удовлетворить по следующим основаниям.

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, а суд согласно ст.67 ГПК РФ оценивает все представленные в материалы дела доказательства.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4 с кадастровым номером 50:28:0010578:1696. Между сторонами по договору был подписан акт приема передачи нежилого помещения. Как следует из представленного Управлением Росреестра по <адрес> регистрационного дела, переход права собственности на нежилое помещение был зарегистрирован в установленном законом порядке. От имени ФИО4 все юридически значимые действия совершены ФИО5, действующим на основании доверенности. В дальнейшем ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 заключила с истцом договор дарения спорного нежилого помещения.

Как установлено по делу и не оспаривается сторонами, нежилое помещение было принято во владение ФИО5, во владение ФИО4 никогда не поступало. Оплату по договору купли-продажи произвел истец ФИО5, состоящий в зарегистрированном браке с ответчицей ФИО2 брак зарегистрирован Ивантеевским о/ЗАГС ДД.ММ.ГГГГ, актовая запись №.

Факт оплаты нежилого помещения по договору купли-продажи ФИО5 без привлечения средств ФИО4 подтвержден письменными объяснениями ответчиков по делу ФИО3 и ФИО4, не оспаривался ФИО2 и ее представителем в судебном заседании.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО4 был заключен договор дарения, по которому в собственность ФИО5 было передано спорное нежилое помещение, в этот же день подписан передаточный акт. При этом суд считает установленным, что реальной передачи спорного нежилого помещения по договору дарения от ФИО4 ФИО5 не производилось, поскольку оно было передано во владение ФИО5 индивидуальным предпринимателем ФИО3 ранее при заключении договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ.

Также не оспаривалось ни одной из сторон по делу, что после поступления в фактическое владение ФИО5 спорного нежилого помещения он самостоятельно осуществил его ремонт и приобретение оборудования для осуществления в указанном помещении коммерческой деятельности ООО «ФИО13 Доктор».

Оценивая представленные доказательства, объяснения сторон и фактические действия, связанные с приобретением истцом нежилого помещения, передаче его истцу в фактическое владение, использованием его истцом по целевому назначению, несение истцом расходов по приобретению и ремонту помещения, суд приходит к выводу о том, что действительной целью участников договора купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ было приобретение нежилого помещения в собственность истца.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно п.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В данном случае стороны имели намерение совершить и совершили сделку с иным субъектным составом (п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25).

Притворная сделка прикрывала собой другую сделку договор купли-продажи, по которому истец приобрел у ИП ФИО3 спорное нежилое помещение. Вследствие этого договор купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4 с кадастровым номером 50:28:0010578:1696ДД.ММ.ГГГГ между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО4 является недействительным (ничтожным) с момента заключения, а с учетом положений п.2 ст.170 ГК РФ суд считает установленным, что истец является собственником спорного нежилого помещения не на основании безвозмездной сделки (договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ), а на основании договора купли-продажи, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ИП ФИО3

Таким образом, в результате последовательного совершения сначала договора № купли-продажи нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, а затем договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в собственность ФИО5 было возмездно передано нежилое помещение расположенного по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4 с кадастровым номером 50:28:0010578:1696.

Рассматривая довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности на защиту нарушенного права, суд приходит к следующему. Оспариваемая сделка совершена ДД.ММ.ГГГГ и, как уже установлено судом являлась притворной, т.е. прикрывала собой сделку с иным субъектным составом, в которой приобретателем имущества являлся истец по делу. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 (покупатель по договору от ДД.ММ.ГГГГ) передала в собственность истца спорное помещение. Права истца не нарушались до момента заявления ФИО2 претензий на спорное помещение как на личное имущество. Согласно ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. В силу п. 1 статьи 181 ГК РФ срок исковая давность по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Приведенный выше пункт 1 статьи 181 ГК РФ предполагает, что начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а соответственно и по требованиям о признании ее недействительной, обусловлено не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки. К принятию исполнения по сделке или к выполнению обязанности по оплате ФИО4 (сторона прикрываемой сделки) не приступала. С учетом даты передачи спорного нежилого помещения в собственность истца ДД.ММ.ГГГГ суд не находит основания для применения срока исковой давности к требованию о признании недействительным притворной сделки, поскольку совершение ФИО4 договора дарения находилось во взаимной связи с первоначальным договором и в своей совокупности прикрывали переход права на нежилое помещение от продавца (ИП ФИО3) к покупателю (ФИО5). Требований о применении последствий недействительности сделки истцом не заявлено. Правового значения момент формальной регистрации права собственности на нежилое помещение на имя истца в июне 2020 года на основании безвозмездной сделки не имеет, для рассмотрения спора правовое значение имеет установленный судом возмездный характер сделки, в результате которой спорное нежилое помещение поступило в состав общей собственности супругов.

Судом установлено, что спорное нежилое помещение поступило в собственность истца не на основании безвозмездной сделки (договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ), а было нажито супругами ФИО5 и ФИО2 в период брака по смыслу ч.2 ст.34 СК РФ, в соответствии с которой к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Оценивая показания допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО12, подтвердившего факт приобретения истцом спорного нежилого помещения, принятия помещения во владение и обстоятельства дальнейшего использования помещения суд приходит к выводу об их достоверности. Показания согласуются с объяснениями истца, ответчиков ФИО4, ФИО3 и представленными доказательствами и подтверждают доводы истца о притворном характере сделки.

Оценивая представленные стороной истца в качестве доказательства отчет об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ суд не может принять его в качестве относимого доказательства, поскольку сведения о рыночной стоимости нежилого помещения на дату приобретения (без ремонта) и рыночная стоимость ремонта нежилого помещения не влияет на выводы суда в отношении общности супружеского имущества (нежилого помещения), подлежащего разделу в равных долях без денежной компенсации несоразмерности стоимости выделяемого имущества.

Как следует из представленных стороной истца доказательств (свидетельство о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, договор об участии в долевом строительстве многоквартирного жилья №\И от ДД.ММ.ГГГГ), истцу на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>, приобретенная в 2008 году являлась в силу ч.1 ст.36 Семейного кодекса РФ личным имуществом истца. Указанная квартира была продана истцом ДД.ММ.ГГГГ, цена договора купли-продажи составила 6 950 000 рублей (договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГг.). Денежные средства от продажи квартиры были зачислена на банковский счет истца в АО «Альфа-Банк» ДД.ММ.ГГГГ. В дальнейшем истец с указанного банковского счета перечислял средства в качестве беспроцентных займов ООО «ФИО13 Доктор». ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № на сумму 500 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № на сумму 500 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № на сумму 450 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № на сумму 500 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № на сумму 500 000 рублей. Денежные средства, полученные истцом от реализации добрачного имущества, также не являются общим супружеским имуществом. Как следует из копий авансовых отчетов и первичных документов, денежные средства, предоставленные истцом в качестве беспроцентного займа, направлялись ООО «ФИО13 Доктор» на ремонт спорного помещения. Однако данные обстоятельства не влекут за собой необходимости отступления от равенства долей в праве при разделе имущества, поскольку с момента предоставления истцом в собственность ООО «ФИО13 Доктор» денежных средств по договорам займа между истцом и обществом возникли обязательственные отношения, что не влечет за собой изменения долей супругов при разделе спорного помещения по правилам ст.38 Семейного кодекса РФ.

С учетом установленного судом факта поступления в общую собственность супругов спорного нежилого помещения, суд приходит к вывод о недействительности заключенного между супругами ФИО5 и ФИО2 договора дарения объекта общей совместной собственности по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ст.34, п.1 ст.35 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. На основании п. 2 ст.38 общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено. Согласно п.п.1-2 ст.42 Семейного кодекса супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности брачным договором, в котором установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов, заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению (п.2 ст.41 Семейного кодекса РФ). Законом установлены дополнительные гарантии для сторон брачного договора. Согласно п.2 ст.44 Семейного кодекса РФ суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны.

Таким образом, семейное законодательство устанавливает принцип распоряжения общим имуществом супругов по взаимному согласию при заключении сделок с третьими лицами (п.1 ст.35 Семейного кодекса РФ). Для совершения сделок по распоряжению общим имуществом одним из супругов в пользу другого, закон предусматривает совершение брачного договора, заключаемого в нотариальной форме и предусматривающего дополнительные гарантии супругов. Ограничений по совершению сделок по распоряжению личным имуществом одного из супругов в пользу другого закон не содержит.

В соответствии с ч.1 ст.256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

На момент заключения оспариваемого договора дарения истец и ответчик ФИО2 являлись собственниками спорного нежилого помещения, которое принадлежало им на праве совместной собственности.

Представитель ответчика в письменных возражениях, давая оценку возмездной сделке между супругами в отношении совместно нажитого имущества, указывает, что единственным последствием такой сделки будет только формальное изменение имени собственника недвижимого имущества в правоустанавливающих документах (с супруга-продавца на супруга-покупателя) и держателя денежных средств (с супруга-покупателя на супруга-продавца), возмездный договор, заключаемый между супругами по поводу совместно нажитого имущества, не приводит ни к установлению, ни к изменению, ни к прекращению гражданских прав и обязанностей, является ничтожным. Именно «формальное изменение имени собственника» с супруга дарителя на супруга одаряемого произошло в ГРН после заключения ДД.ММ.ГГГГ договора дарения между участниками совместной собственности ФИО5 и ФИО2 На момент заключения договора дарения каждый из супругов являлся равноправным участником общей совместной собственности на нежилое помещение.

Фактически какого-либо исполнения договора дарения, свидетельствующего о намерении ФИО5 отказаться от участия в совместной собственности наряду с ФИО2 не произошло. Истец пояснил, что намерения отказаться от права на совместное имущество у него не было. Единственным возможным вариантом отступления от режима общей совместной собственности указывает брачный договор.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о мнимом характере договора дарения нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4 с кадастровым номером 50:28:0010578:1696, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО2, заключенного без намерения создать юридические последствия. В соответствии с п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Суд не принимает довод ответчицы ФИО2 о необходимости отказа во включении в раздел спорного нежилого помещения, поскольку судом установлено, что указанное имущество является совместно нажитым.

Нежилое помещение по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4 с кадастровым номером 50:28:0010578:1696, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО2 является имуществом, нажитым супругами во время брака.

На основании ст.38-39 Семейного кодекса РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов. В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Оснований для отступления от равенства долей супругов ФИО5 и ФИО2 не имеется.

При разделе в собственность каждого из супругов надлежит выделить по ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4 с кадастровым номером 50:28:0010578:1696.

Исковые требования законны, обоснованы и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Требований о возмещении судебных расходов сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Иск ФИО5 – удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли – продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4, с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО3 и ФИО4.

Признать недействительным договор дарения нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4, с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО5.

Признать нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4, с кадастровым номером №, общей совместной собственностью ФИО2 и ФИО5.

Признать за ФИО5 право собственности на ? долю на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4, с кадастровым номером №.

Признать за ФИО2 право собственности на ? долю на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4, с кадастровым номером №.

Зарегистрированное право собственности ФИО2 на целое нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, мкрн. Западный, <адрес>, пом. 4, с кадастровым номером № – прекратить.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Московский областной суд через Домодедовский городской суд.

Председательствующий Е.В.Лебедев