Дело №2-466/2025

УИД: 42RS0007-01-2023-000833-74

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 18 сентября 2025 года

Ленинский районный суд г. Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Фирсовой К.А.,

с участием прокурора Спицыной А.Н.,

при секретаре Добрыниной М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску правопреемника ФИО4 - ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Правопреемник ФИО4 ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

Исковые требования мотивированы тем, что **.**,** между ФИО4 и его супругой ФИО1 был заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области ФИО7, зарегистрированный в реестре нотариуса за № **, в соответствии с условиями которого, был установлен раздельный режим собственности на единственное имущество, приобретенное в период брака – квартиру с кадастровым номером № ** площадью 36,3 кв.м, по адресу: .... Квартира, до момента заключения брачного договора принадлежала ФИО4 на праве собственности, о чем в ЕГРП **.**,** была сделана запись регистрации № ** После заключения брачного договора квартира стала личной собственностью ФИО1

**.**,** ФИО1 умерла, завещания не оставляла.

**.**,** ФИО4 обратился в нотариальную контору с заявлением об открытии наследственного дела. При рассмотрении документов нотариусом ФИО2 стало известно, что **.**,** был зарегистрирован переход права собственности на основании договора дарения квартиры.

Полагает, что брачный договор от **.**,** заключен ФИО4 под влиянием обмана со стороны ФИО1, поскольку подписывая брачный договор, ФИО4 не мог предполагать истинных намерениях ФИО1, которая не сказала ему о своих планах по отчуждению квартиры. ФИО4 же не имел намерения дарить внучке своей супруги квартиру.

При заключении брачного договора у ФИО4 были веские причины опасаться за свою жизнь и здоровье ввиду внезапно обнаружившегося заболевания, во избежание трудностей у супруги истца в случае его смерти был заключен брачный договор. Однако брачный договор поставил ФИО4 в крайне неблагоприятное положение, поскольку в результате заключения брачного договора ФИО4 оказался лишен единственного жилья. Указывает на злоупотребление правом со стороны ФИО1, которая ввела ФИО4 в заблуждение относительно цели заключения брачного договора.

До смерти ФИО1 ФИО6 в спорную квартиру вселяться не намеревалась, прав на нее не заявляла. В период с **.**,** по **.**,** ФИО1 находилась на лечении в больнице, где у нее были выявлены опасные для жизни заболевания.

После смерти ФИО1 ФИО6 обратилась в Ленинский районный суд г. Кемерово с иском о выселении ФИО4

Полагает, что заключение брачного договора между ФИО4 и ФИО1 и последующее тайное дарение квартиры ФИО6 являются ничтожными прикрывающими притворными сделками. Так, брачный договор, по сути, является договором дарения, предусматривающим передачу квартиры после смерти ФИО4 одаряемой ФИО1, а договор дарения между ФИО1 и ФИО6 по сути является договором дарения, предусматривающим передачу дара после смерти дарителя ФИО1 одаряемой ФИО6, что в силу ч. 3 ст. 572 ГК РФ влечет ничтожность сделок.

Также полагает, что сделка была совершена ФИО4 хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

ФИО4 умер **.**,**.

ФИО5 является наследником ФИО4 по завещанию.

Просит признать недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры от **.**,**г., применить последствия недействительности сделки: признать переход права собственности к ФИО6 недействительным, признать брачный договор от **.**,**г. недействительным, применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО6 на квартиру, расположенную по адресу: ..., признать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: ... за ФИО5, взыскать с ответчика в пользу истца, уплаченную государственную пошлину в размере 9 391,34 рублей.

**.**,** по указанному гражданскому делу было вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от **.**,** решение Ленинского районного суда г.Кемерово от **.**,** оставлено без изменения.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от **.**,** решение Ленинского районного суда г. Кемерово от **.**,** и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от **.**,** отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением суда от **.**,** по делу произведена процессуальная замена истца ФИО4 на ФИО5 (т.3 л.д.58).

Определением суда от **.**,** к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена нотариус Кемеровского нотариального округа Кемеровской области ФИО7 (т.3 л.д.105).

В судебном заседании истец ФИО5, представитель истца ФИО8, действующая на основании доверенности от **.**,**, исковые требования поддержали, суду пояснили, что ФИО4 в момент заключения брачного договора находился в адекватном состоянии, понимал суть брачного договора, однако не понимал последствий, которые могут наступить в результате совершенной сделки. Он не осознавал, что ФИО1 сразу подарит внучке квартиру. Договор дарения был заключен с условием передачи квартиры после смерти ФИО1 В результате заключения брачного договора ФИО4 был поставлен в неблагоприятные условия. Все сделки в деле взаимосвязаны между собой и направлены на передачу имущества ФИО6

Ответчик ФИО6 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, суду пояснила, что у ее бабушки ФИО1 до брака с ФИО4 был дом на ..., который она продала уже в браке, куда были израсходованы денежные средства от продажи дома неизвестно. В **.**,**. ФИО4 по брачному договору переоформил спорную квартиру на ФИО1, потом они стали ссориться и ФИО4 стал требовать квартиру обратно. ФИО1 хотела подарить ей квартиру, чтобы она не осталась на улице. **.**,** бабушка позвонила ей и попросила с ней съездить в МФЦ. ФИО4 не разрешал ей два года после смерти бабушки приходить в квартиру. ФИО9 умерла от рака, на момент заключения договора дарения она заболеваниями не страдала, была проведена экспертиза. Она подарила ей спорную квартиру, поскольку думала, что квартира после ее смерти перейдет государству. В спорном жилом помещении по ... она проживает с **.**,**.

Третье лицо ФИО10 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причину неявки суду не сообщили.

С учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть заявление в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с п.2.1 ст.113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации информация о слушании дела размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Выслушав истца, его представителя, ответчика, третье лицо, прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд считает, что требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, **.**,** ФИО4 и ФИО1 заключили брак (т.д. 1 л.д. 9).

В период брака, **.**,** ФИО4 приобрел по договору участия в долевом строительстве, заключенному с ООО СЗ «СДС-Финанс», квартиру по адресу: ..., стоимостью 2 072 000 рублей, оплата по договору предусмотрена путем внесения **.**,** единовременной суммы 1 460 000 рублей и ежемесячных платежей до **.**,** (т. 2 л.д. 16).

Право собственности ФИО4 зарегистрировано на указанное жилое помещение в установленном законом порядке (т. 1 л.д. 113).

**.**,** между ФИО4 и ФИО1 заключен брачный договор, согласно п.2 которого установлен режим раздельной собственности на имущество, приобретенное в период брака, а именно: квартира по адресу: ..., принадлежащее ФИО4 на праве собственности, становится личной собственностью ФИО1

При заключении брачного договора стороны были ознакомлены нотариусом с правовыми последствиями избранного ими правового режима имущества.

ФИО4 брачный договор подписал добровольно, собственноручно, ему разъяснены положения ст.256 ГК РФ, ст.40-44 СК РФ (т.д. 1 л.д. 7-8,52-53).

Согласно заключению <данные изъяты> от **.**,**, на момент совершения сделки у ФИО4 не выявлено противопоказаний к совершению гражданско-правовых действий (т. 1 л.д. 74).

По сведениям ГБУЗ ККПБ ФИО1 под диспансерным наблюдением в ГБУЗ ККПБ не находилась, за психиатрической помощью не обращалась.

ФИО4 под диспансерным наблюдением в ГБУЗ ККПБ под диспансерным наблюдением не находился. С **.**,** по **.**,** находился на стационарном лечении в ККПБ с диагнозом «<данные изъяты> (т.1 л.д.69,71).

ФИО1 умерла **.**,** (т.д. 1 л.д. 10-11).

На момент смерти ФИО1 значилась зарегистрированной по адресу: ... совместно с ФИО4 (т.1 л.д.12,13).

Согласно представленной нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области копии наследственного дела № ** после смерти ФИО1, умершей **.**,**, ФИО4 обратился с заявлением о принятии наследства. В наследственную массу включены денежные средства в АО «Россельхозбанк» (т.д. 1 л.д. 33-39, 124-174)

Согласно договору дарения квартиры от **.**,** ФИО1 безвозмездно передала ФИО6 в собственность квартиру по адресу: ... (т.д. 1 л.д. 54,95).

Из сведений ЕГРН следует, что право собственности ФИО6 на указанную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке **.**,** (т.д. 1 л.д. 14, 40-41, 60-61,96).

В настоящее время в жилом помещении, расположенном по адресу: ... проживает и зарегистрирована ответчик ФИО6

ФИО4 умер **.**,** (т.2 л.д.181).

**.**,** ФИО4 составлено завещание, удостоверенное нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области ФИО3, в соответствии с которым, все принадлежащее ему имущество, он завещал ФИО5 (т. 3 л.д. 19).

**.**,** ФИО5 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию, которое состоит из: страховой пенсии по старости в сумме 46 580, 28 рублей, остатка денежных средств, находящихся на счетах в банках ПАО «Сбербанк», АО «Россельхозбанк» (т.2 л.д.184, 195-201, т.3 л.д.15-47).

Иных наследников у ФИО4 не имеется.

Определением суда от **.**,** по делу произведена процессуальная замена истца ФИО4 на ФИО5 (т.3 л.д.58).

В целях выполнения указаний Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, судом были запрошены сведения об имуществе ФИО4 и его супруги ФИО1

Так, по сведениям Управления Гостехнадзора Кузбасса, ГУ МВД России по Кемеровской области – Кузбассу за ФИО4 транспортные средства, трактора, самоходные машины и другие виды техники за период с **.**,** по настоящее время не регистрировались (т.2 л.д.174-175,188,190).

За ФИО1 автомототранспортные средства в подразделениях Госавтоинспекции МВД РФ по состоянию на **.**,** за ФИО1 не зарегистрированы, в период с **.**,** по настоящее время на регистрационном учете не состояли (т.3 л.д.143).

Согласно выписок ЕГРН за ФИО1 в период с **.**,** по **.**,** было зарегистрировано следующее недвижимое имущество: в период с **.**,** по **.**,** жилое помещение, расположенное по адресу ...; с **.**,** по **.**,** жилое помещение, расположенное по адресу: ...; с **.**,** по **.**,** земельные участок и жилое помещение, расположенные по адресу ... (т.3 л.д.82-84,109-110,123-125).

За ФИО4 в период с **.**,** по **.**,** было зарегистрировано следующее недвижимое имущество: с **.**,** по **.**,** жилое помещение, расположенное по адресу ...; с **.**,** по **.**,** жилое помещение, расположенное по адресу: ...; с **.**,** по **.**,** жилое помещение, расположенное по адресу ... (т.3 л.д.87-88, 121-122).

По сведениям ГУФССП России по Кемеровской области – Кузбассу в период с 2020 года по **.**,** в отношении ФИО1, ФИО4 сведений о поступлении исполнительных документов и возбуждении исполнительных производств в подразделениях Главного управления не содержится (т.3 л.д.111,128).

Таким образом, в период брака с ФИО1, ФИО4 было приобретено жилое помещение, расположенное по адресу: ..., которое впоследствии ФИО4 реализовано по договору купли-продажи от **.**,**, а также спорное жилое помещение, расположенное по адресу ....

На момент заключения брачного договора от **.**,**, ФИО4 на праве собственности принадлежало единственное жилое помещение, расположенное по адресу ....

Определением Ленинского районного суда г. Кемерово от **.**,** прекращено производство по гражданскому делу № ** по иску ФИО6 к ФИО4 о выселении, в соответствии со ст. 220 ГПК РФ, в связи со смертью ответчика (л.д. 145 т. 3).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО5, являющаяся правопреемником ФИО4, ссылалась на то, что заключение брачного договора между ФИО4 и ФИО1 и последующее тайное дарение квартиры ФИО6 являются ничтожными прикрывающими притворными сделками. Кроме того, полагает, что сделка по заключению брачного договора была совершена ФИО4, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Также, ссылается на то, что брачный договор от **.**,** заключен ФИО4 под влиянием обмана со стороны ФИО1

В качестве основания для признания сделки недействительной, истец указывала на то, что заключение брачного договора поставило ФИО4 в крайне неблагоприятное положение, поскольку в результате сделки он лишился единственного жилья.

Между тем, указанные истцом основания для признания сделок недействительными, не нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Так, согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Согласно положениям статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии со статьей 40 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

В силу статьи 41 Семейного кодекса Российской Федерации брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака (абзац 1 пункта 1).

Брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установив режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор не может ограничивать правоспособность или дееспособность супругов, их право на обращение в суд за защитой своих прав; регулировать личные неимущественные отношения между супругами, права и обязанности супругов в отношении детей; предусматривать положения, ограничивающие право нетрудоспособного нуждающегося супруга на получение содержания; содержать другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства.

Статьёй 44 Семейного кодекса Российской Федерации установлены общие и специальные основания для признания брачного договора недействительным.

В силу пункта 1 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. То есть данной нормой установлены специальные семейно-правовые основания для признания брачного договора недействительным.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 15 Постановления Пленума от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если брачным договором изменён установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Брачный договор считается ничтожным, по общим основаниям, если он заключен: с нарушениями требований закона или иных правовых актов (ст. 168 ГК РФ); с нарушением установленной законом нотариальной формы (п. 1 ст. 165 ГК РФ); лишь для вида, без намерения создать правовые последствия (мнимая сделка) (п. 1 ст. 170 ГК РФ); с целью прикрыть другую сделку (притворная сделка) (п. 2 ст. 170 ГК РФ); с лицом, признанным недееспособным (п. 1 ст. 171 ГК РФ), или между недееспособными супругами.

Оспоримым брачный договор может быть признан в случае, если заключен под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ); заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, стечения тяжелых обстоятельств (кабальная сделка) (ст. 179 ГК РФ).

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии оснований, влекущих недействительность сделки.

Разрешая спор, суд, руководствуясь положениями статей 40, 41, 42, 44 Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 168, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования о признании брачного договора недействительным, исходя из того, что оспариваемый брачный договор от **.**,** был удостоверен нотариусом, которым установлено соответствие содержания договора волеизъявлению сторон, разъяснены положения о сути договора, его последствиях, основаниях признания сделки недействительной; воля каждого супруга была сформирована свободно, самостоятельно, без принуждения, заключение брачного договора не было обусловлено какими-то обстоятельствами или условиями, в том числе запретом для ФИО1 распоряжаться переданным ей имуществом, по условиям договора согласие другого супруга на распоряжение имуществом, перешедшим в личную собственность ФИО1, не требуется. Обстоятельств, вынуждающих истца заключить брачный договор, на указанных в нем условиях, судом не установлено.

При этом, правовые последствия оспариваемого брачного договора наступили, одной из сторон оспариваемой сделки реализованы, поскольку ФИО1 после заключения брачного договора распорядилась спорной квартирой по своему усмотрению, подарив ее своей внуке ФИО6, без получения согласия супруга ФИО4, что соответствует условиям брачного договора. Регистрация права собственности на недвижимое имущество нового собственника ФИО6 исполнена, собственник также фактически вступил во владение приобретенным имуществом.

Указание истца на то, что заключение брачного договора между ФИО4 и ФИО1 и последующее тайное дарение квартиры ФИО6 являются притворными сделками, является несостоятельным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 названного кодекса.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 этого же кодекса).

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Материалами дела подтверждаются, что брачный договор заключен в письменной форме, удостоверен нотариусом, содержит все существенные условия.

Кроме того, содержание оспариваемого договора прямо свидетельствует о воле сторон на заключение брачного договора.

Суд исходит из того, что притворная сделка не направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, прикрывает иную волю участников сделки, тогда как ФИО5 не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что брачный договор является притворной сделкой и что при этом воля супругов была направлена на создание иных правовых последствий.

Довод представителя истца о том, что договор дарения был заключен с условием передачи квартиры ФИО6 после смерти ФИО1, является несостоятельным, опровергается содержанием п. 11 брачного договора от **.**,**, из которого следует, что договор вступает в силу с момента подписания сторонами, право собственности ФИО6 на квартиру зарегистрировано **.**,**.

Доводы о том, что условия оспариваемого брачного договора поставили ФИО4 в крайне неблагоприятное положение по сравнению с ФИО1, поскольку в период брака ФИО4 и ФИО1 приобретена только указанная квартира и в результате сделки ФИО4, находясь в престарелом возрасте, лишился единственного жилья, в данном случае не могут служить основаниям для признания брачного договора недействительным.

В соответствии с п. 2 ст. 44 СК РФ суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение.

Истец ФИО5 не имеет права оспаривать брачный договор от **.**,** в соответствии с положениями указанной правовой нормы, поскольку указанное право связано с личностью супруга (наследодателя) и в силу части 2 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации не переходит к его наследникам в результате универсального правопреемства.

Наследники имеют право оспаривать брачный договор на основании положений ст. 168, 170 ГК РФ, однако судом оснований для признания брачного договора недействительным в соответствии с положениями данных правовых норм, не установлено.

Сам по себе факт заключения брачного договора ФИО4 в престарелом возрасте не является основанием для признания договора недействительным, так как ФИО4 недееспособным не был признан, его воля на заключение договора была сформирована свободно, самостоятельно, без принуждения.

ФИО4 и ФИО1 на стадии заключения брачного договора, располагали полной информацией об условиях договора, изменяющих режим совместной собственности супругов, добровольно, в соответствии со своим волеизъявлением приняли на себя все права и обязанности, определенные брачным договором, поскольку с положениями брачного договора были ознакомлены и согласны, лично подписав оспариваемый договор, что нашло отражение в его тексте.

Доводы истца о том, что брачный договор был заключен под влиянием обмана со стороны ФИО1 и последующего дарения внучке ФИО6, допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Бремя доказывания данных фактов лежит в данном случае на лице, оспаривающем сделку по указанным основаниям.

В силу абзаца 3 пункта 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Между тем, ни одно из условий, перечисленных в части 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации не установлено применительно к настоящему спору, поскольку содержание брачного договора не свидетельствует о том, что ФИО4 в момент его заключения не обладал достоверными сведениями о существенных условиях договора.

В пункте 12 брачного договора стороны заверили, что они понимают значение своих действий и суть договора, не находятся под влиянием заблуждения, разумно и объективно оценивают ситуацию, не находятся под влиянием обмана, у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить сделку на крайне невыгодных для них условиях вследствие стечения тяжёлых обстоятельств, а также стороны заверяют, что настоящая сделка не является притворной или мнимой.

В ходе рассмотрения дела по существу судом обозревалась видеозапись, представленная истцом на CD-диске, на которой имеется запись разговора между ФИО5 и ФИО4, в ходе которого последний излагает, что его супруга ФИО1 без его ведома подарила принадлежащую ему квартиру своей внучке ФИО6 (т. 3 л.д. 146).

Между тем, из данной видеозаписи судом не усматривается факт обмана ФИО4 или введения его в заблуждение ФИО1 при составлении брачного договора, каких – либо иных доказательств, свидетельствующих о заключении брачного договора на иных условиях и подтверждающих факт заблуждения и обмана ФИО4 со стороны ФИО1 относительно природы брачного договора, последствий его заключения, суду не было представлено, данные требования основаны лишь на предположениях истца, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что брачный договор по форме и содержанию соответствует требованиям закона и волеизъявлению сторон сделки, в связи с чем, оснований для квалификации оспариваемой сделки по ст. 179 ГК РФ, как заключенной под влиянием обмана не имеется.

При этом, установленные решением Центрального районного суда г. Кемерово от **.**,**г., вступившим в законную силу **.**,**г., обстоятельства наличия у ФИО6 обязательств по возврату ФИО4 суммы займа (т.д. 2 л.д. 7-12)., не имеют правового значения для рассмотрения настоящего дела.

Доводы истца о том, что квартира приобреталась на личные денежные средства ФИО4 и является его собственностью, суд не может принять во внимание, поскольку из материалов дела следует, что спорное имущество приобретено в период брака.

Доводы ФИО5 о том, что сделка по заключению брачного договора была совершена ФИО4, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

На основании пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Положениями ст. 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч.1 ст.79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Поскольку решение вопроса о нахождении ФИО4 в момент заключения оспариваемой сделки в состоянии, при котором он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, возможно только с помощью специальных медицинских знаний, которыми суд не обладает, истцу было разъяснено право заявить ходатайство о назначении по делу судебной психолого-психиатрической посмертной экспертизы для определения состояния психического здоровья ФИО4 при совершении всех юридически значимых действий, необходимых для заключения брачного договора, однако ФИО5 отказалась от проведения по делу экспертизы.

Доказательственная деятельность, в первую очередь, связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

Таким образом, относимых и допустимых доказательств нахождения ФИО4 в момент заключения брачного договора в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими в деле не имеется.

Поскольку оснований для признания брачного договора недействительным судом не установлено, оснований для признания последующей сделки в виде договора дарения квартиры от **.**,**, заключенного между ФИО1 и ФИО6, недействительными, суд не усматривает. Так как указанная сделка совершена в отношении единоличной собственности, принадлежащей ФИО1, права ФИО4, а в настоящее время его наследника по завещанию ФИО5 не затрагивают и не нарушают, согласия ФИО4 на совершение сделок по основаниям ст. 35 СК РФ в силу закона не требовалось.

С учётом установленного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, в полном объёме.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований правопреемника ФИО4 - ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Кемеровского областного суда путём принесения апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Кемерово в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Фирсова К.А.

Решение изготовлено в окончательной форме 23.09.2025 года.