Дело № 10-3922/2023 судья Хребтов М.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 6 сентября 2023 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Антоновой Е.Ф.,

судей Рочева А.С. и Станелик Н.В.,

при помощнике судьи Шариповой Л.Б.,

с участием прокурора Ефименко Н.А.,

осужденного ФИО2,

его адвоката Петрова А.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению государственного обвинителя Рябцевой Е.В., жалобам осужденного ФИО2 и его адвоката Петрова А.С. на приговор Копейского городского суда Челябинской области от 6 марта 2023 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, судимый 9 ноября 2020 года Ленинским районным судом г. Челябинска по ч.1 ст.228 УК РФ к штрафу в размере 10 000 рублей (оплачен 15 января 2021 года),

осужден по ч.2 ст.228 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года со штрафом в размере 150 000 рублей; по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 9 лет 6 месяцев со штрафом в размере 300 000 рублей;

в соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 13 лет лишения свободы со штрафом 400 000 рублей с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима;

мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения в виде заключения под стражу;

срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу; зачтено в отбытый срок наказания время нахождения под стражей со дня задержания 10 сентября 2021 года до дня вступления приговора в законную силу, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.2 ст. 72 УК РФ;

решен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Рочева А.С., изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционных представления, жалоб; выступления осужденного ФИО2, адвоката Петрова А.С., поддержавших апелляционные жалобы; прокурора Ефименко Н.А., полагавшей необходимым отменить судебное решение по доводам апелляционного представления с вынесением нового обвинительного приговора, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 признан виновным в покушении группой лиц по предварительному сговору на сбыт наркотических средств в крупном размере, совершенном до 17 часов 45 минут 8 сентября 2021 года с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Он же, осужден за незаконное хранение до 00 часов 15 минут 10 сентября 2021 года без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Преступления совершены на территории г.Копейска Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Рябцева Е.В. заявляет о незаконности приговора ввиду нарушения уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, несправедливости вследствие излишней его мягкости.

По мнению автора представления, назначенное наказание не соответствует тяжести совершенных преступлений, оно не приведет к исправлению осужденного.

Кроме того, государственный обвинитель указывает, что при описании преступлений в приговоре судом не сделаны ссылки на Постановления Правительства № 1002 от 1 октября 2012 года, № 681 от 30 июня 1998 года, но в описательно – мотивировочной части указанные нормативно-правовые акты приведены без указаний их номеров, а также неверно указана дата вынесения второго Постановления Правительства РФ от 7 февраля 2006 года, тогда как должна быть дата - 30 июня 1998 года.

Также считает, что судом неправильно изменена формулировка обвинения без приведения мотивов. Квалификация покушения на особо тяжкое преступление является некорректной. Судом необоснованно исключен из объема обвинения по ч.2 ст.228 УК РФ квалифицирующий признак – незаконное приобретение наркотических средств, тогда как обстоятельства появления у осужденного запрещенных веществ указаны в предъявленном обвинении. Помимо изложенного, судом не учтены юридически значимые обстоятельства, которые могли повлиять на квалификацию действий осужденного, доказанность его вины, вид и размер наказания.

Предлагает отменить приговор и направить уголовное дело на новое судебное разбирательство.

Адвокат Петров А.С. в своей апелляционной жалобе (с дополнением) считает, что постановленный приговор является незаконным и необоснованным.

Полагает, что собранные в уголовном деле доказательства сфальсифицированы, а именно: два рапорта <данные изъяты> ФИО7 от 8 сентября 2021 года, так как содержат сведения о проведенном химическом исследовании изъятых веществ 9 сентября 2021 года (т.2 л.д.76,83-84), также разрешительная надпись руководителя правоохранительного органа ФИО8 на указанных документах соответственно дана после проведенных данных мероприятий; распоряжение о проведении оперативно-розыскных мероприятий «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» (т.2 л.д.85-87) от 8 сентября 2021 года, поскольку содержит информацию о действиях, выполненных в будущем; два сопроводительных документа «О результатах оперативно-розыскной деятельности и постановление о предоставлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд, три рапорта <данные изъяты> ФИО7, два постановления о проведении ОРМ «Наблюдение», поскольку зафиксированные в данных документах подписи <данные изъяты> ФИО8 имеют существенные визуальные различия (т.2 л.д. 1-2, 3-4,5,6, 22-48, 49-75, 76, 83-84). При этом ходатайства стороны защиты о вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 и проведении последующей почерковедческой экспертизы необоснованно были отклонены судом.

Обращает внимание, что недопустимыми являются показания его подзащитного ФИО2 в период предварительного следствия по той причине, что они даны под давлением, которое на него оказывалось и днем и ночью, исходя из составленных первоначальных документов. При этом у ФИО2 не выяснялось его желание участвовать на мероприятиях в ночное время. Также в противоречие требованиям закона ФИО2 был допрошен после его задержания, спустя более суток. При проведении оперативно-розыскных мероприятий не участвовал адвокат, поэтому право на защиту ФИО2 было нарушено, кроме того, осужденному не предоставлялось время на своевременное питание и отдых. При этом привлечение ФИО2 к административной ответственности являлось способом уклонения от выполнения положений ст.92 УПК РФ.

Отмечает, что оперативные сотрудники взяли на себя не свойственные им функции следователя, тем самым выйдя за пределы своих служебных полномочий. Так, ими проведены осмотры мест происшествий, выемки, допросы, проверка показаний на месте.

По мнению автора жалобы, не опровергнута позиция ФИО2 об изъявлении им с момента задержания о добровольном сотрудничестве с правоохранительными органами, поскольку он написал заявление о готовности выдать наркотические средства и сообщить код доступа к телефону, но сотрудники полиции вместо оформления добровольных действий осужденного стали регистрировать выявленные преступления.

Просит учесть, что при даче показаний ФИО2 указывал, что не знает о принадлежности наркотических средств, обнаруженных в ходе обследования участков местности, и действительно при данных мероприятиях согласно соответствующим протоколам, использовался телефон «Хонор» для поиска запрещенных веществ, однако у ФИО2 был изъят телефон Айфон S6. Телефон «Хонор» к материалам уголовного дела не приобщен.

Анализируя составление материалов оперативно-розыскной деятельности, адвокат отмечает, что они составлены спонтанно, непоследовательно, подгонялись под определенные действия, о чем свидетельствуют справки исследования (т.2 л.д.15), на которых имеются изображения пакетов с номерами 1642, 1643, 1644, и 1645, которые изъяты в разное время и в разных местах. Кроме того, вещество у ФИО2 в ходе личного досмотра (пакет 1643) изъято после проведения обследования участка местности у <адрес> (пакет №1642), что не согласуется с показаниям сотрудников полиции о порядке проведения оперативных мероприятий.

Указывает, что содержание отобранного с ФИО2 объяснения от 9 сентября 2021 года, протокола его допроса в качестве подозреваемого от той же даты идентичны по своему содержанию, в связи с чем адвокат приходит к выводу, что его подзащитный не допрашивался. ФИО2 данные показания не подтвердил в судебном процессе, поэтому их нельзя признать допустимым доказательством.

Полагает, что следователи формально провели производство по делу, зная о состоянии ФИО2, <данные изъяты>, не провели его освидетельствование. Между тем показания ФИО2 давал, как считает автор жалобы, в состоянии опьянения. Также ФИО2 заявлял о готовности заключить досудебное соглашение, но следователь по данному факту ничего не выяснял, а вынес формальное решение об отказе. Кроме того, введя в заблуждение ФИО2 и адвоката ФИО9, следователь ФИО10 провела обыск по месту жительства осужденного. Для придания законности своим действиям следователь попыталась взять расписку у ФИО2 о проведении обыска «задним» числом. Данный существенный недостаток пытался исправить другой сотрудник, приписав на расписке дату, что подтверждается материалами, ранее представленными в Копейский городской суд для решения вопроса о законности проведения обыска, где отсутствует дата составления заявления.

Также отмечает, что из пояснений ФИО2 следует, что после обследования участков местности, сотрудники привезли его в дом по месту проживания, при этом открывали двери при помощи ключей, изъятых у него. В доме ФИО2 выдал наркотическое средство, указав о месте его хранения, однако сотрудник полиции ФИО7 не стал его изымать, другие же сотрудники полиции свободно перемещались по жилому помещению и осматривали его. Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что сотрудники полиции 8 сентября 2021 года незаконно проникли в тот же дом, где задержали ее, насильно вывели на улицу, при этом она не успела выключить плиту, на которой готовилось мясо. Далее, в дом приходил свидетель ФИО12, который увидел открытые в нем двери, на плите стояло подгоревшее мясо. Он выключил плиту, закрыл дом. Свидетель ФИО13 пояснил, что в сентябре 2021 года видел у того же дома двух мужчин, один из которых предоставил ему служебное удостоверение, о чем он сообщил по телефону ФИО14 При этом свидетель ФИО14 подтвердила изложенную информацию ФИО13, однако также пояснила, что со слов данного лица знает, что из дома вывели девушку, и дом остался открытым, поэтому попросила ФИО12 сходит и посмотреть обстановку. Адвокат приходит к выводу, что сотрудники полиции могли попасть в дом ФИО2 в любое время, изъятые ключи находились у них, также в протокол следственного действия сведения о ключах не вносились. Считает, что протокол обыска является недопустимым доказательством.

В жалобе адвокат указывает, что оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО16 о том, что ему звонил ФИО2 перед задержанием и просил поговорить со знакомым сотрудником полиции ФИО15, нет. ФИО16 думал, что ФИО2 желает выдать наркотические средства.

Обращает внимание, что сотрудники полиции давали в судебном заседании противоречивые показания, ссылаясь на длительное прошедшее время, вследствие чего ничего не помнят. Их показания следовало оценивать критически, более того, должностные лица не проводили мероприятий, направленных на выявление лиц, приобретавших запрещенные вещества через интернет-магазин. И само изъятие наркотических средств было проведено только через 10 часов, соответственно сотрудники полиции не опасались, что закладки кто-то заберет. Напротив, его подзащитный ФИО2 давал показания самостоятельно, они были последовательно изложены и соответствовали обстоятельствам дела.

Приходит к выводу, что доказательств, подтверждающих умысел ФИО2 на сбыт наркотических средств, органом предварительного следствия не представлено.

Необоснованным считает вывод следователя при осмотре телефона о том, что владельцем телефона по неизвестному чату отправлено 20 фотографий с расположением закладок. Однако данный чат не установлен, что свидетельствует о предвзятости следователя к исходу дела. На самом деле ФИО3 не принимались попытки отправления данных фотографий, для чего у него было достаточно времени. Более того, в уголовном деле отсутствует телефон, изъятый у ФИО2 при личном досмотре. Имеющийся в уголовном деле телефон не имеет отношения к осужденному, поскольку на упаковке данного предмета указано, что он изымался при обыске дома, что не соответствует действительности. Постановление следователя ФИО18 об уточнении данных уголовного дела от 9 ноября 2022 года не исправляет ситуацию, поскольку в производстве данного следователя уголовное дело в отношении ФИО2 не находилось.

Несправедливым, как считает адвокат, отказ суда в ходатайстве стороны защиты о вызове свидетеля ФИО36, который обладал информацией о следовании ФИО2 с добровольной выдачей наркотических средств. Также адвокат считает неполным судебное следствие и предварительное, поскольку не был установлен водитель такси, поэтому не опровергнута версия ФИО2 о задержании его сотрудниками ГИББДД и передаче его сотрудникам уголовного розыска, оформившим после этого материалы оперативно-розыскной деятельности.

Обобщая изложенное, адвокат полагает, что собранные доказательства свидетельствуют только о приобретении ФИО2 наркотических средств для личного употребления, его отказе от совершения преступления и желании добровольно выдать запрещенные вещества.

Ставит вопрос об отмене приговора и передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Осужденный ФИО2 в своей апелляционной жалобе (с дополнением) указывает доводы, которые частично аналогичны доводам жалобы его адвоката.

Дополнительно сообщает, что судебный процесс велся с нарушением установленного порядка, а также его права на защиту, равноправия сторон и унижения чести, достоинства участников процесса. Кроме того, ранее тот же судья рассматривал ходатайства органов предварительного следствия, притом по незаверенным копиям, и в своем постановлении высказывался о наличии события преступления, состава преступления, обоснованности виновности обвиняемого. Указанные обстоятельства препятствовали судье рассматривать дело и выносить по нему итоговое решение, к тому же и в судебных процессах судья высказывался о его виновности.

Не согласен с действиями суда, отказавшего стороне защиты в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений о регистрации сотового телефона в сети «Интернет», мессенджере «Вотсапп». Между тем из материалов дела следует, что телефон использовался и дальше, после его задержания. Также сотовый телефон не может соответствовать критериям относимости, достоверности, допустимости и поэтому собранные доказательства на основе его исследования также не отвечают данным критериям. Судом не установлено, из каких источников у сотрудников полиции появились сведения о местах тайного хранения наркотических средств, и в данной части показания понятого ФИО21 и свидетеля ФИО19 противоречат друг другу. Помнит, что телефон был изъят у него сотрудниками полиции без участия специалиста, и он сам письменно в своем заявлении о добровольной выдаче наркотических средств указал пин-код к телефону, но данное заявление сотрудниками полиции было утеряно.

В жалобе осужденный указывает, что вещества, изъятые при осмотре мест происшествий (72 закладки), не были промаркированы, то есть не разъяснены места их изъятия по конкретному адресу, что исключало законность возбуждения уголовных дел. Более того, данные постановления о возбуждении уголовных дел выносились следователем через каждые пять минут, что было не возможным, учитывая необходимость заполнения статистической карточки, составления уведомления заинтересованным лицам. Приходит к выводу о служебном подлоге следователем, который доказывается еще и тем, что уведомления о возбуждении уголовных дел направлялись адвокату ФИО20, которая в уголовном деле не участвовала.

Помимо изложенного, считает, что суд первой инстанции должен был исключить из числа доказательств заключение эксперта № 2524 от 26 сентября 2021 года, поскольку по своему содержанию заключение эксперта в уголовном деле расходится с копией заключения, предоставленного ранее следователем в Челябинский областной суд при продлении меры пресечения. Недопустимыми, по мнению осужденного, также являются: показания понятых, так как зафиксированные в протоколах допроса их пояснения изложены с одинаковой орфографией, пунктуацией; протокол обыска, в связи с отсутствием на данном следственном действии защитника и владельца жилого помещения, не разъяснением порядка обыска и его прав; показания сотрудников полиции и понятого ФИО21 по той причине, что они заинтересованы в исходе дела, в частности ФИО21 принимал участие ранее в уголовных делах в различных статусах. Также осужденный полагает, что суд необоснованно включил в приговор заключение психиатрической экспертизы, так как последнее не согласуется с материалами дела, факт <данные изъяты> подтвержден показаниями свидетелей ФИО22, ФИО14, лечением его в <данные изъяты>, и в том числе предъявлением ему обвинения по ст.228 УК РФ.

Анализируя исследованные доказательства, автор жалобы просит учесть, что в материалах дела нет сведений, подтверждающих расфасовку им наркотических средств. Показания свидетеля ФИО22 лишь подтверждают данные выводы. На фальсификацию материалов ОРД указывает то обстоятельство, что нет сведений о прослушивании телефонных переговоров, и осужденный приходит к выводу, что маршрут, по которому будет следовать автомобиль такси, оперуполномоченные не знали.

Выражает мнение, что в пользу фальсификации доказательств указывает тот факт, что уголовное дело с номером, оканчивающимся на 1765, возбуждено в отношении двух лиц. При этом ФИО22 в порядке ст.91 УПК РФ задержана первой, основанием для ее задержания в процессуальном документе отмечена ее остановка непосредственно после совершения преступления, когда единственный эпизод, ранее инкриминированный данному лицу, был возбужден после ее задержания.

Обращает внимание на нарушение его права на защиту, поскольку судом необоснованно была отведена от участия в деле адвокат ФИО20, которой не допущен конфликт интересов. А именно, его показания и показания свидетеля ФИО22, ранее которую защищала тот же адвокат, не отличались друг от друга.

Необоснованным, как указано осужденным, является возврат судом апелляционной жалобы на постановление суда от 10 апреля 2023 года, которым он был ограничен в ознакомлении с уголовным делом, по причине пропуска срока обжалования. Считает, что указанный срок им не пропущен, так как получил решение суда 14 апреля 2023 года, а жалобу подал 28 апреля 2023 года.

Предлагает отменить судебное решение и его оправдать.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены приговора не имеется.

Виновность ФИО2 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере группой лиц по предварительному сговору, а также в хранении наркотических средств в крупном размере, вопреки доводам апелляционных жалоб, установлена совокупностью доказательств.

Так, из показаний в судебном заседании <данные изъяты> ФИО19 следует, что в сентябре 2021 года в отдел полиции стали поступать сведения о том, что граждане ФИО2 и ФИО22 занимаются сбытом наркотических средств на территориях <адрес> и <адрес>. В целях проверки указанной информации было проведено оперативно-розыскное мероприятие (ОРМ) «Наблюдение», оформлены соответствующие документы. За возможным местом появления ФИО2 и ФИО22 было организовано наблюдение. 8 сентября 2021 года около 17 часов из <адрес> вышел ФИО2, который проследовав за угол соседнего дома, сел в автомобиль такси и поехал по <адрес> в сторону <адрес> Он и сотрудник полиции ФИО23 направились на автомобиле за ФИО2, а оперуполномоченный ФИО7 остался наблюдать на месте. Было принято решение об остановке транспортного средства и задержании ФИО2, для чего при помощи сотрудников ГИБДД автомобиль такси был остановлен напротив <адрес>. Они подошли к данной автомашине, сидящему на заднем сиденье ФИО2 представились и задали вопрос о наличии запрещенных к свободному обороту веществ: наркотических средств, оружия. ФИО2 ответил, что при себе имеет свертки с наркотическим веществом - «<данные изъяты>». Со слов оперуполномоченного ФИО7 знает, что тот при выходе ФИО22 из дома, за которым наблюдали, задержал последнюю. ФИО2 и ФИО22 были доставлены в отдел полиции. При досмотре осужденного в присутствии понятых было обнаружено и изъято 5 свертков с кристаллообразным веществом белого цвета, которые упаковали и опечатали. Кроме того, у ФИО2 был изъят сотовый телефон марки «Iphone 6S» в корпусе розового цвета, к которому осужденный предоставил добровольно пароль доступа. Далее при проведении ОРМ «Наведение справок» были выявлены в телефоне ФИО2 фотографии организованных мест скрытого хранения наркотических средств, из которых впоследствии были изъяты наркотические вещества. Все результаты ОРМ переданы следователю. После возбуждения уголовного дела по месту жительства ФИО2 и ФИО22 был проведен обыск, в ходе которого в одной из спальных комнат в мебельной стенке был обнаружен полимерный пакет с кристаллообразным веществом. Аналогичное вещество было найдено в женских вещах. Кроме того при обыске были изъяты электронные весы, чайная ложка и упаковочный материал. Помнит, что в момент задержания ФИО1 находился в адекватном состоянии, от прохождения освидетельствования отказался. Никто из сотрудников полиции не вносил в телефон, изъятый у ФИО2, какие-либо изменения.

Аналогичные показания в судебном заседании были даны свидетелями ФИО26, ФИО7, ФИО28 Кроме того, свидетель ФИО7 уточнил, что в отделе полиции он лично проводил досмотр ФИО2, изъял у того 5 свертков с веществом и сотовый телефон. Оперативные сотрудники полиции, осматривая телефон, изъятый у осужденного, в рамках ОРМ «Наведение справок» установили адреса тайников с наркотическими средствами. В ночь на 9 сентября 2021 года три таких места были осмотрены вместе с ФИО2 и понятыми, по каждому обнаружили по свертку с кристаллообразным веществом. По месту жительства задержанных был проведен обыск, в ходе которого было изъято два свертка с веществом.

Из показаний в судебном заседании <данные изъяты> ФИО24 следует, что он также присутствовал при задержании ФИО2 При этом остановка автомобиля такси, в котором передвигался ФИО2 в качестве пассажира, была произведена сотрудниками ГИБДД по его просьбе. ФИО2 находился в адекватном состоянии, вел себя спокойно. Никто из оперативников на него давление не оказывал, наркотических средств не передавал.

Согласно оглашенным в ходе предварительного следствия на основании ч.3 ст.281 УПК РФ показаниям свидетеля ФИО16, последний знаком на протяжении нескольких лет с ФИО2, который созванивался с ним в январе 2022 года. Подсудимый ему не сообщал о своих намерениях пойти в полицию и сдать наркотические средства (т. 5 л.д. 34-45).

Свидетель ФИО25 в судебном заседании пояснил, что также знаком с ФИО2 и последний не высказывал ему намерений выдать наркотические средства сотрудникам правоохранительных органов.

Из показаний свидетеля ФИО22, данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что она вместе со своим сожителем ФИО2 приехали 6 сентября 2021 года в <адрес>. Она видела, как в период с 6 сентября 2021 года ФИО2 забирал в определенных местах наркотические средства. При этом ФИО2 постоянно пользовался ее телефоном. Также она не видела, как ее сожитель фасовал наркотические средства, поскольку тот осуществлял свою деятельность на втором этаже дома, куда запрещал ей подниматься. Она понимала, чем он занимается, поскольку видела в телефоне переписки (т. 5 л.д. 70-73).

Согласно показаниям допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО21, он 8 сентября 2021 года участвовал при досмотре ФИО2 в качестве понятого. ФИО2 вел себя спокойно, у него были изъяты несколько свертков и сотовый телефон. Указанные свертки были упакованы и опечатаны. Затем он со своей сожительницей около 2 часов ночи следующего дня по предложению сотрудников полиции участвовали при осмотре многих участков местности на территории <адрес>. Осмотры производились и 10 сентября 2021 года. Сотрудники полиции перед проведением следственных действий разъяснили, что по имеющимся в телефоне ФИО2 координатам будут производиться поиски наркотических средств. Всего было найдено 72 свертка с кристаллообразным веществом. По каждому действию, проведенному в его присутствии, составлялся соответствующий протокол, с его содержанием они знакомились, замечаний не имели. Также уточнил, что при первых трех осмотрах участвовал ФИО2, на которого никакого давления не оказывалось.

Помимо изложенных показаний свидетелей, виновность ФИО2 также подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами:

- постановлением о проведении ОРМ «Наблюдение» от 6 сентября 2021 года, вынесенного <данные изъяты> на основании поступившей оперативной информации о приобретении ФИО2 и ФИО22 наркотических средств и их сбыте на территории <адрес>, утверждены мероприятия, направленные на выявление и изобличение данных лиц в преступной деятельности, связанной с незаконным сбытом наркотических средств (т.2 л.д. 6);

- рапортом <данные изъяты> ФИО19 от 8 сентября 2021 года, в котором отражены результаты ОРМ «Наблюдение», указано появление ФИО2 на улице, его следование в автомобиль такси, последующее задержание (т.2 л.д.7);

- протоколом личного досмотра ФИО2 от 8 сентября 2021 года, у которого изъяты сотовый телефон «Iphone 6S» и пять свертков из изоленты зеленого цвета, под которой находилась фольга, а в ней пакетики, содержащие кристаллообразное вещество. При этом ФИО2 до проведения досмотра заявил о наличии у него наркотического средства (т.2 л.д.10);

- заключением химической экспертизы № 2520 от 29 сентября 2021 года, согласно которому вещество, изъятое при личном досмотре ФИО2, является производным наркотического средства <данные изъяты>, масса свертков (без учета ранее проведенного исследования) составила 0,42 грамма, 0,40 грамма, 0,43 грамма, 0,49 грамма и 0,42 грамма. В ходе исследования израсходовано по 0,01 грамма каждого вещества (т.2 л.д.15, т.4 л.д.89-90);

- протоколом осмотра от 8 сентября 2021 года, согласно которому был осмотрен мобильный телефон «Iphone 6S», изъятый у ФИО2 В истории интернет- мессенджера «<данные изъяты>» установлено наличие переписки, как с отдельными пользователями, так и в групповых чатах. В частности, с пользователями, использующими аккаунты: ник-нейм <данные изъяты> (юзер-нейм<данные изъяты>); ник-нейм <данные изъяты>; ник-нейм <данные изъяты>-инфо и другими. При изучении переписки с лицом под ник-неймом <данные изъяты> видно, что по своему характеру она соответствует общению курьера по распространению наркотических средств (ФИО2) и оператора (неустановленного лица). Между указанными лицами обсуждались вопросы получения ФИО2 мелкооптовых партий наркотических средств, их дальнейшей фасовки на разовые дозы, размещения в тайниках на территории городов <адрес>, <адрес> и <адрес>, предоставления отчетов о проделанной работе, направления фотографий с нанесенными на них географическими координатами и метками мест нахождения закладок, и оплаты проделанной работы. В частности из данной переписки также следует, что ФИО2 до 15 часов 39 минут 8 сентября 2021 года уже осуществил размещение очередной партии наркотических средств в тайниках на территории <адрес>, о чем уведомил пользователя, использующего аккаунт с ник-неймом <данные изъяты> (юзер-нейм <данные изъяты>), отправив тому соответствующие фотографии. В свою очередь, последний сообщил, что получил снимки и выгрузил их в БОТ. В ходе изучения приложения «<данные изъяты>» выявлено, что им ФИО2 пользовался для фотографирования мест нахождения тайников. Приложение в автоматическом формате наносило на фотографии географические координаты. Также в файловой системе телефона в папке «недавние» обнаружены снимки с метками, нанесенными с помощью графического редактора, и скриншоты экрана. При визуальном восприятии интересующей информации, содержащейся в телефоне, установлены местоположения 72 организованных тайников (т. 4 л.д. 185-220);

- распоряжением <данные изъяты> от 8 сентября 2021 года о проведении гласных ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», рапортами, протоколами обследования участков местности, в ходе которых в 72 местах скрытого хранения, расположенных на территории <адрес>, обнаружены и изъяты 72 свертка, содержащих кристаллообразное вещество бежевого цвета. При этом, в первых трех осмотрах, проведенных в с 8 на 9 сентября 2021 года, принимал участие ФИО2, который самостоятельно указывал на места организованных им закладок (т. 2 л.д. 83-84, 85-87, 88-91, 95-98, 101-104, 107-109, 110-112, 113-115, 116-118, 119-121, 122-124, 125-127, 128-130, 131- 133, 134-136, 137-139, 140-142, 143-145, 146-148, 149-151, 152-154, 155-157, 158-160, 161-163, 164-166, 167-169, 170-172, 173-175, 176-178, 179-181, 182- 184, 185-187, 188-190, 191-193, 194-196, 197-199, 200-202, 203-205, 206-208, 209-211, 212-214, 215-217, 218-220, 221-223, 224-226, 227-229, 230-232, 233- 235,236-238,239-241,242-244,245-247, т. 3 л.д. 1-3,4-6,7-9,10-12,13-15,16- 18, 19-21, 22-24, 25-27, 28-30, 31-33, 34-36, 37-39, 40-42, 43-45, 46-48, 49-51, 52-54,55-57, 58-60, 61-63,64-66);

- заключением химической экспертизы № 2524 от 26 сентября 2021 года, из которого следует, что вещества, изъятые при проведении оперативно-розыскных мероприятий, являются производным <данные изъяты> которые отнесены к наркотическим средствам. Массы веществ в 72 свертках (без учета ранее проведенных исследований) составляют 0,49 грамма, 0,43 грамма, 0,45 грамма, 0,50 грамма, 0,44 грамма, 0,52 грамма, 0,47 грамма, 0.41 грамма, 0,38 грамма, 0,41 грамма, 0,41 грамма, 0,50 грамма, 0,56 грамма, 0,46 грамма, 0,50 грамма, 0,43 грамма, 0,45 грамма, 0,31 грамма, 0,40 грамма, 0,51 грамма, 0,43 грамма, 0,43 грамма, 0,46 грамма, 0,47 грамма, 0,45 грамма, 0,52 грамма, 0,47 грамма, 0,43 грамма, 0,54 грамма, 0,45 грамма, 0,36 грамма, 0,37 грамма, 0,49 грамма, 0,42 грамма, 0,49 грамма, 0,47 грамма, 0,48 грамма, 0,53 грамма, 0,48 грамма, 0,48 грамма, 0,42 грамма, 0,45 грамма, 0,36 грамма, 0,58 грамма, 0,31 грамма, 0,42 грамма, 0,41 грамма, 0,47 грамма, 0,45 грамма, 0,47 грамма, 0,48 грамма, 0,38 грамма, 0,50 грамма, 0,38 грамма, 0,48 грамма, 0,51 грамма, 0,42 грамма, 0,39 грамма, 0,40 грамма, 0,42 грамма, 0,44 грамма, 0,46 грамма, 0,50 грамма, 0,42 грамма, 0,41 грамма, 0,45 грамма, 0,38 грамма, 0,45 грамма, 0,42 грамма, 0,48 грамма, 0,42 грамма и 0,41 грамма. При проведении исследования первых трех изъятых свертков было израсходовано по 0,01 грамма вещества (т. 4 л.д. 130-133);

- протоколом обыска по месту жительства ФИО2 в <адрес>, из которого следует, что в комнате в стенке обнаружен и изъят сверток с порошкообразным веществом белого цвета; также обнаружены и изъяты электронные весы, ложка, рулоны изоленты красного, черного, желтого, зеленого и синего цветов, рулон малярного скотча, рулон прозрачной липкой ленты, рулон фольги и упаковочный материал в виде пакетиков с пазовой застежкой (т. 4 л.д. 35-36);

- заключением химической экспертизы № 2521 от 29 сентября 2021 года, согласно которому вещество, изъятое в ходе обыска в мебельной стенке, является производным <данные изъяты>, которое отнесено к наркотическим средствам. Его масса составляет 1,33 грамма (т. 4 л.д. 155-156);

- заключением химической экспертизы № 2522 от 30 сентября 2021 года, из которого следует, что на изъятых весах и металлической ложке содержатся следовые количества производного <данные изъяты> (т. 4 л.д. 68-69).

Содержание приведенных доказательств и их анализ подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

Каких-либо существенных противоречий между исследованными доказательствами, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО2 и квалификации его действий, не установлено. Указанные выше доказательства согласуются между собой и положены в основу обвинительного приговора правильно.

При этом суд в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ дал подробную оценку всем доказательствам, представленным как стороной обвинения, так и стороной защиты, указав причины, по которым принимает одни из них и отвергает другие.

Оценка всем доказательствам дана исходя из принципов допустимости, достоверности, относимости и достаточности.

Судом первой инстанции надлежащим образом установлено, что ФИО2 посредством общения в сети Интернет вступил в сговор на сбыт наркотических средств с неустановленным лицом, которое передало наркотические средства ФИО2 для его дальнейшего распространения. Осужденный расфасовал переданное ему запрещенное к обороту вещество по отдельным пакетикам, которые разложил в скрытые от посторонних людей места с целью их дальнейшей реализации потребителям наркотических средств. Кроме того, осужденный на свой сотовый телефон сфотографировал указанные организованные места, в которые им были помещены пакетики с запрещенным веществом, с целью направления фотографий неустановленному лицу для сбыта запрещенных веществ покупателям, но был задержан сотрудниками полиции.

Об умысле ФИО2 на сбыт наркотических средств суммарной массой 34,46 грамм (72 закладки и 5 свертков, обнаруженные при осужденном) свидетельствует договоренность осужденного и неустановленного лица на сбыт всего объема наркотических средств, их хранение, расфасовка в удобные для передачи пакетики (свертки), обертывание последних разноцветной изолентой, блестящей фольгой для быстрого поиска потребителями, обстоятельства размещения закладок в лесном массиве, скрытом от посторонних лиц, фиксация закладок путем фотографирования.

Приведенные в приговоре показания осужденного ФИО2, данные тем в судебном заседании, укладываются в общую картину установленных судом обстоятельств по покушению на сбыт наркотических средств. Так, он за 1-2 дня до его задержания <адрес> забрал «закладку», в которой находилось 68 граммов запрещенного вещества. На протяжении ночи употребил около 30 граммов. Оставшуюся массу расфасовал на разовые дозы в 80 свертков, из которых часть поместил в <адрес> в тайники, а 5 свертков оставил при себе. Кроме того, по месту его жительства в <адрес> оставался для личного употребления еще один сверток с небольшим количеством запрещенного к обороту вещества. В указанный день он был задержан с 5 свертками. Сотрудникам полиции он добровольно сообщил пароль для доступа в телефон, в котором имелись фотографии закладок с разовыми дозами, организованные им.

В рамках ОРМ «Наведение справок» сотрудниками полиции в телефоне ФИО2 была обнаружена информация, свидетельствующая о причастности последнего к незаконному сбыту наркотических средств в соучастии с сотрудниками интернет-магазина. На обнаруженных в телефоне фотоснимках имелись пояснительные записи, подробно описывающие точное местонахождение «закладок», географические координаты, поэтому для сотрудников полиции не имелось препятствий найти все разложенные ФИО2 на определенной территории наркотические средства и изъять их.

Кроме того, при осмотре телефона, изъятого у ФИО2, имеется переписка с «куратором» о ходе и результатах выполненной работы в качестве закладчика и курьера наркотических средств. В частности, в интернет-мессенджере «<данные изъяты>» сохранилась переписка между лицом под ник-неймом <данные изъяты> и Костей (имя осужденного), где в чате обсуждаются вопросы получения закладчиком мелкооптовых партий запрещенных веществ, их дальнейшей фасовки на разовые дозы, размещение в тайниках на территории городов <адрес>, <адрес> и <адрес>, предоставление отчетов о проделанной работе. Суд первой инстанции раскрыл суть диалога между осужденным и «куратором» и более того, показал в хронологическом аспекте обстоятельства знакомства этих же лиц, взаимодействие между ними по распространению запрещенных веществ, которые возникли задолго до задержания осужденного. Информация, полученная при осмотре данного телефона, также указывает на несостоятельность пояснений ФИО2 в заседании суда второй инстанции о том, что он приехал в <адрес> 7 сентября 2021 года, поскольку в переписке с неустановленным лицом 6 сентября 2021 года, осужденный сообщает, что он прибыл в указанный город.

В ходе обыска, проведенного в жилище ФИО2, были обнаружены и изъяты не только наркотические средства, которые осужденный хранил в целях личного употребления, но и предметы, указывающие на действия осужденного, направленные на незаконный сбыт наркотических средств: электронные весы, металлическая ложка, пакетики, а также упаковочный материал в виде изоленты, скотча. При этом, на электронных весах и металлической ложке, согласно заключению химической экспертизы, были обнаружены следовые количества того же производного наркотического средства, которое было выявлено в местах скрытого хранения лесного массива.

Помимо изложенного, суд обоснованно отметил, что изъятые 72 свертка из организованных ФИО2 мест скрытого хранения в целях сбыта, в основном, имеют одинаковую упаковку, а именно наркотическое вещество изначально находилось в пакете, который сверху обернут фольгой, а последняя либо малярной лентой либо изолентой черного, желтого цветов, также при осужденном выявлены свертки с изолентой зеленого цвета. При этом в жилище осужденного также выявлено наркотическое вещество в упаковке из малярной ленты, и изъяты рулоны изолент черного, желтого, зеленого цветов. То есть приведенные доказательства подтверждают расфасовку запрещенных к обороту веществ, произведенную ФИО2, в целях сбыта последних. О такой же упаковке и ее цветах ФИО2 сообщает в переписке с неустановленным лицом. Из существа показаний свидетеля ФИО22 также следует, что она хоть и не видела, как ФИО2 фасует наркотические средства, но догадывалась об этом, поскольку осужденный не пускал ее на второй этаж дома, где занимался данной деятельностью, и ФИО22 читала переписку между осужденным и неустановленным лицом. Доводы осужденного о том, что сотрудники полиции изъяли ошибочно с мест скрытого хранения другие наркотические вещества, к которым он не имеет отношения, являются несостоятельным. Как следует из протоколов обследования участков местности, свертки с наркотическими веществами изымались строго по координатам, зафиксированным в телефоне, изъятом у ФИО2 Кроме того, вблизи данных свертков других веществ, предметов, представляющих интерес для уголовного дела, не обнаружено. Более того, часть свертков изымалась при непосредственном участии ФИО2, который каких-либо возражений о их принадлежности не высказывал и в протоколе оперативного мероприятия не отражал соответствующих заявлений.

<данные изъяты>, в том числе, и в составе смесей, отнесены к наркотическим средствам согласно списку № 1 наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами, утвержденного постановлением Правительства РФ № 681 от 30 июня 1998 года.

Кроме того, в соответствии с постановлением Правительства РФ «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей ст. ст. 228, 228-1 и 229 УК РФ» от 01 октября 2012 года № 1002 количество <данные изъяты> 0,2 грамма (до 1 грамма) является значительным размером, свыше 1 грамма (до 200 граммов) крупным размером.

Доводы апелляционного представления о том, что в приговоре при изложении вышеуказанных постановлений Правительства РФ суд допустил явные технические ошибки, а именно в первом не указал правильные дату вынесения и номер, а во втором только номер являются обоснованными, но на существо приговора не влияют, не требуют внесение в него каких-либо дополнений, поскольку, по сути, суд первой инстанции верно указал название нормативно-правовых актов, которыми запрещается оборот <данные изъяты> в Российской Федерации. Существенных нарушений при описании преступления с применением бланкетной нормы, учитывая единство описательно-мотивировочной части приговора, не допущено.

Позиция осужденного ФИО2 о непричастности к сбыту наркотических средств, которые он разместил в «закладки» для личного употребления, которые, как и находящиеся при нем свертки, желал выдать сотрудникам полиции, были тщательно проверены судом и правильно отвергнуты, как избранный способ защиты от предъявленного обвинения в совершении особо тяжкого преступления.

Суд верно обратил внимание, что оперативная информация о причастности ФИО2 к незаконному обороту наркотических средств поступила в полицию за два дня до задержания последнего 8 сентября 2021 года, что подтверждается материалами по подготовке оперативно-розыскных мероприятий, датированных 6 сентября 2021 года, показаниями свидетелей ФИО19, ФИО7, ФИО26

Доводы, аналогичные приведенным в апелляционных жалобах о том, что ФИО2 обращался к сотрудникам полиции с заявлением о добровольной выдаче запрещенных веществ, заявлялись стороной защиты и в суде первой инстанции, но справедливо были отвергнуты судом на основании показаний тех же свидетелей – сотрудников полиции, а также фактическим отсутствием подобного рода заявлений от осужденного в материалах уголовного дела. Более того, на момент задержания ФИО2, который по его версии желал выдать сотрудникам полиции все имеющееся в его распоряжении наркотические вещества, имел при себе только 5 свертков, тогда как остальная масса в существенно большем объеме осталась в местах организованных им закладок, а также по месту его временного проживания.

Суд второй инстанции обращает внимание и на то, что ФИО2, понимая нахождение с ним рядом сотрудников ГИБДД, решил, как следует только из его показаний, от них убежать, но был задержан, соответственно, осужденный в своей линии защиты допускает существенные противоречия, поскольку желая, по его мнению, выдать наркотические средства сотрудникам полиции, от них же решает скрыться. Приведенная оценка показаний осужденного и доказательств стороны обвинения последовательно показывает несостоятельность позиции стороны защиты в заявленном вопросе.

Кроме того, сам ФИО2, будучи неоднократно допрошенным на стадии предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого с участием защитника, признавал свою вину в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в соучастии с сотрудниками интернет-магазина, разъяснил свою роль курьера, закладчика, а также роль неустановленного лица, кроме того, объяснил, что полученные им от куратора партии с наркотическими веществами он фасовал и размещал в местах скрытого хранения, для своей работы он использовал весы, изоленту, упаковочный материал. В день его задержания недалеко от места его жительства в <адрес> он расфасовал наркотические средства в 80 свертков, которые разложил недалеко от своего дома. Затем автомобиль такси, в котором он двигался в качестве пассажира, остановили сотрудники ГИБДД, а задержали его другие сотрудники полиции.

Вопреки доводам жалоб, протоколы допросов ФИО2 в качестве подозреваемого и обвиняемого оформлены без нарушений закона, его допросы проводились с участием защитника. Допрос ФИО2 спустя более одних суток после его задержания не влечет признание протокола допроса в качестве подозреваемого недопустимым доказательством, к тому же в ходе либо по окончании следственных действий с участием осужденного от участников каких-либо заявлений и замечаний не поступало. Достоверность указанных показаний не вызывает сомнений, они согласуются с другими доказательствами, о чем верно указал суд первой инстанции в приговоре. Указанные данные исключают применение к ФИО2 какого-либо насилия, о чем выводы суда первой инстанции разделяются апелляционной инстанцией. То обстоятельство, что в момент задержания ФИО2, лишь, по его мнению, он находился в состоянии <данные изъяты>, не влияет на допустимость его допросов, поскольку осужденный допрашивался спустя более суток с момента его фактического задержания. Версия осужденного о том, что и после его задержания он употреблял наркотические средства, которые якобы ему давали сотрудники полиции, была проверена судом и с убедительной аргументацией отклонена.

Также следует отметить, что одинаковое содержание объяснений ФИО2 и его показаний в качестве подозреваемого, не свидетельствует о нарушениях закона. Доводы адвоката Петрова А.С. о допросе ФИО2 в ночное время без его согласия опровергаются содержанием протокола допроса осужденного в качестве подозреваемого, в котором оформлено соответствующее заявление стороны защиты.

Ссылки стороны защиты на недозволенность методов отобрания показаний с ФИО2 сотрудниками правоохранительных органов, являются несостоятельными. Согласно постановлению <данные изъяты> ФИО27 от 25 января 2023 года сообщение ФИО2 было проверено и не нашло своего подтверждения, в связи с чем в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.285, ч.1 ст.286, п. «б» ч.5 ст.290, ч.3 ст.303, ч.1 ст.228, п. «б» ч.4 ст.228.1. ч.1 ст.230, ч.1 ст.139 УК РФ в отношении <данные изъяты> ФИО26, ФИО19, ФИО7, ФИО24, ФИО28, ФИО10, ФИО29, ФИО30 было отказано за отсутствием в их действиях составов преступлений.

Следует отметить, что в ходе доследственной проверки проверялись доводы ФИО2 о фальсификации материалов уголовного дела, отсутствии при задержании адвоката, о незаконном хранении сотрудниками полиции наркотических средств в служебном сейфе, о подбрасывании запрещенных веществ в жилище ФИО2, передачи сотрудниками полиции наркотических веществ ФИО2 для употребления, которые были опровергнуты совокупностью доказательств.

Проверил суд первой инстанции и доводы стороны защиты о том, что в ночь на 9 сентября 2021 года ФИО2 вместе с сотрудниками полиции до проведения обыска приезжал к себе домой, где показывал им сверток. Данные показания также опровергаются показаниями свидетелей. Пояснения свидетеля ФИО22 (сожительницы осужденного) о том, что 8 сентября 2021 года сотрудники полиции зашли в дом ФИО2 и ходили в доме без какого – либо контроля, также своего подтверждения не нашли, при этом в период предварительного следствия данный свидетель об этих обстоятельствах показаний не давал, поэтому обоснованно судом данные показания свидетеля поставлены под сомнение и отклонены.

Ссылка в жалобах на показания свидетеля ФИО14 и ФИО13, которые, по мнению стороны защиты, показали, что сотрудники полиции проникали в жилище осужденного в отсутствие последнего, задержали и вывели на улицу ФИО22 является необоснованной, поскольку ФИО14 (мать осужденного) 8 сентября 2021 года в <адрес> не находилась и все обстоятельства ей известны со слов ФИО13 Между тем, свидетель ФИО13 показал, что он только видел у дома ФИО2 сотрудников полиции, но не пояснял о проникновении последних в жилище.

Не без внимания суда первой инстанции остались и доводы стороны защиты о том, что изъятый у ФИО2 при личном досмотре сотовый телефон не был приобщен к уголовному делу, а имеющийся в деле не имеет к нему к отношения и, согласно записи на упаковке сотового телефона, последний изъят в ходе обыска в <адрес>. Однако, с достоверностью установлено, что пояснительная надпись должностного лица на упаковке телефона является неверной, о чем было вынесено следователем соответствующее уточняющее постановление в рамках расследования дела в отношении ФИО22 Также, как видно из протокола судебного заседания, суд, осматривая изъятый и приобщенный к уголовному делу телефон, сравнил его идентификационные номера с номерами, зафиксированными в протоколе личного досмотра ФИО2, и расхождений не установил. Заявленные доводы ФИО2 об отсутствии специалиста при изъятии у него телефона о каких-либо нарушениях закона не указывают, поскольку данная процедура не требует применения специальных познаний, сотовые телефоны, по сути, относятся к предметам обычного повседневного использования.

Изложенные в жалобах доводы по незаконности участия ФИО21 в качестве понятого также необоснованны, поскольку какой-либо заинтересованности у данного лица в исходе уголовного дела не имеется. ФИО21 подтвердил правильность составленных в его присутствии протоколов досмотров, обследований участков местности. Ссылка стороны защиты на тот факт, что указанное лицо принимало участие в разных статусах в других уголовных делах, о каких-либо нарушениях закона не свидетельствует, о чем выводы суда первой инстанции являются правильными и разделяются апелляционной инстанцией.

Правильная оценка дана судом и показаниям свидетелей ФИО16, ФИО25 В частности последний в судебном заседании и свидетель ФИО16 на предварительном следствии утвердительно пояснили, что ФИО2 им не рассказывал о наркотических средствах и желании их выдать сотрудникам полиции. Изменение показаний свидетелем ФИО16 в судебном заседании, из которых следовало, что ФИО2 8 сентября 2021 года звонил ему и говорил о наркотических средствах, спрашивая знакомых в отделе полиции, обоснованно были расценены судом как помощь в попытке избежать своему товарищу ФИО2 уголовной ответственности. Данные пояснения полностью опровергаются показаниями того же свидетеля на стадии предварительного следствия, которые свидетель ФИО16 каким-либо образом не опроверг. Приобщенный стороной защиты к уголовному делу скриншот о поступившей информации на телефон ФИО16 от абонента по имени «ФИО38» не несет в себе необходимого смыслового значения, имеющего отношение к настоящему уголовному делу.

Позиция стороны защиты о том, что ФИО2 поехал 8 сентября 2021 года в отдел полиции для выдачи наркотических средств, не подтверждена и показаниями свидетеля Свидетель №1, допрошенного в суде апелляционной инстанции. Данный свидетель не смог указать конкретный день, когда он приезжал к ФИО2, указывая, что это было в сентябре или августе 2021 года. Также показания свидетеля о том, что он слышал разговор ФИО2 по телефону с неизвестным лицом о желании рассказать сотрудникам полиции о лице, торгующим наркотическим средствами (барыге), противоречат показаниям самого осужденного, который о данных обстоятельствах не давал показаний. Кроме того, из осмотра телефона, изъятого у ФИО2, видно, что он 8 сентября 2021 года в период с 15 часов до 17 часов ведет переписку с неустановленным лицом, находясь в лесном массиве и делая там закладки, после чего ФИО2 сообщает своему куратору, что будет продолжать делать закладки в другом районе, но предварительно отдохнет, следует к себе домой, после чего был задержан, соответственно, показания свидетеля Свидетель №1 о том, что в указанный период он был с ФИО2 у того дома, явно не соответствуют действительности.

Вопреки мнению защиты, предоставленные по настоящему уголовному делу и исследованные в судебном заседании результаты оперативнорозыскных мероприятий соответствуют требованиям закона. Они были переданы органу предварительного расследования в соответствии с положениями «Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», утвержденной совместным приказом МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 года, а потому являются допустимыми. Оперативные мероприятия были проведены в полном соответствии с требованиями Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а доводы адвоката Петрова А.С., в которых заявляется об отсутствии у сотрудников полиции полномочий на проведение осмотров участков местности, досмотра лиц, изъятие у них интересующих предметов подлежат отклонению.

В действиях сотрудников правоохранительных органов не имеется провокации на совершение преступлений ФИО2, умысел у которого на совершение преступлений, учитывая фактические обстоятельства содеянного, возник самостоятельно.

Обоснованно суд не усмотрел оснований для освобождения осужденного от уголовной ответственности в связи с пояснениями последнего о добровольном отказе от совершения преступлений, поскольку данных обстоятельств по уголовному делу не установлено. Незаконная деятельность ФИО2 была пресечена сотрудниками полиции.

Доводы стороны защиты о добровольной выдаче ФИО2 наркотических средств массой 1,33 грамм также справедливо были отвергнуты судом, поскольку очевидным является тот факт, что ФИО2 указал на наличие по месту его проживания запрещенных к обороту веществ после своего задержания, к тому же сотрудникам полиции место проживания ФИО2 в <адрес> было известно, оно также входило в объект наблюдения при проведении оперативно-розыскного мероприятия.

Оценил суд первой инстанции и доводы стороны защиты о недопустимости всех протоколов осмотра участков местности, поскольку в них имеется ссылка на применение иной марки телефона, чем была изъята у ФИО2 Суд первой инстанции правильно отметил, что сотрудниками полиции при ОРМ использовался другой телефон с целью определения географических координат тайников, взятых ранее с телефона, изъятого при задержании ФИО2 Нарушений в данных обстоятельствах не имеется.

Подлежат отклонению и доводы стороны защиты о несоответствии даты, последовательности составления рапортов и иных документов сотрудниками полиции реальному времени, так как данные доводы также были предметом обсуждения в заседании суда первой инстанции и не указывали на допущенные нарушения закона. Допрошенные в судебном заседании свидетели, они же сотрудники полиции логично объяснили, что оперативная деятельность по выявлению преступлений, совершенных ФИО2, длилась несколько суток, в связи с чем они были уставшими, вследствие чего допускали технические ошибки в составленных документах.

Кроме того, исследования наркотических средств и экспертизы проведены в полном соответствии с нормативно-правовой документацией. Заключения экспертов соответствуют положениям ст.204 УПК РФ. При этом фотофиксация при одной экспертизе двух разных упаковок наркотических средств не влияет на признание заключения недопустимым доказательством, поскольку химические экспертизы проводились в одном экспертном учреждении, все изъятые наркотические средства, как видно в большом количестве, были исследованы, при этом некоторые экспертизы проводились одним и тем же экспертом, что не исключало ошибочное приобщение к заключению химической экспертизы фотоснимков двух разных упаковок.

Позиция адвоката Петрова А.С. о различиях подписей <данные изъяты> ФИО8 в ряде документов является лишь его субъективным мнением, о чем выводы суда первой инстанции также являются правильными.

Помимо изложенного, ссылки адвоката и осужденного на такие документы, как заявление ФИО2 о не нуждаемости его в защитнике при проведении обыска, заключение химической экспертизы, копии которых предоставлялись ранее в суд первой инстанции при рассмотрении материалов производства, являются несостоятельными, поскольку предметом судебного рассмотрения выступают конкретные материалы уголовного дела, в которых доказательства добыты в соответствии с положениями УПК РФ.

Поскольку по уголовному делу была собрана достаточная совокупность доказательств, на основе которой установлена реальная картина совершенных преступлений, то не установление водителя автомобиля, подвозившего ФИО2, не влияет на правильность и объективность судебного акта.

Возбуждение уголовных дел, вопреки доводам жалобы осужденного, происходило в соответствии с нормами закона, при этом соблюден временной интервал для вынесения постановлений о возбуждении уголовных дел. Кроме того, возбуждение каждого уголовного дела происходило по конкретному изъятому наркотическому веществу, идентификация которых, принимая их изъятие на лесной территории, производилась путем фиксации географических координат.

Обсуждая доводы представления о некорректной квалификации действий осужденного и изменении судом формулировки обвинения, суд апелляционной инстанции считает необходимым их отклонить, ввиду отсутствия в них конкретных суждений.

Действия ФИО2 верно квалифицированы судом по:

- ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с использованием информационнотелекоммуникационной сети «Интернет», не доведенное до конца по независящим от них обстоятельствам;

- ч. 2 ст. 228 УК РФ, как незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Данная правовая оценка соответствует положениям уголовного закона и полностью разделяется судом второй инстанции.

По каждому преступлению судом приведена мотивированная оценка диспозитивных и квалифицирующих признаков совершенных преступлений.

До начала совершения особо тяжкого преступления осужденный договорился с неустановленным лицом на совершение сбыта наркотических средств. Действия ФИО2 и того же лица охватывались их совместным умыслом, направленным на распространение запрещенных веществ. Общение между соучастниками происходило в мобильном приложении «<данные изъяты>», установленном у ФИО2 в сотовом телефоне, имеющего доступ к сети «Интернет».

Вопреки доводам апелляционного представления, суд обоснованно исключил признак диспозитивной стороны преступления, предусмотренный ч.2 ст.228 УК РФ, - приобретение, поскольку органом предварительного следствия достоверно не установлено время, место получения или возникновения права у ФИО2 на эти наркотические средства иным способом.

Принимая во внимание выводы психиатрической экспертизы, а также показания осужденного в период предварительного следствия, его поведение во время совершения преступления и после него, отсутствие учета у психиатра, суд обоснованно признал ФИО2 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Несостоятельными являются и доводы жалоб о нарушении судьей права на защиту ФИО2

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Председательствующий обеспечил обвинению и защите равные возможности по предоставлению и исследованию доказательств. Все ходатайства разрешены судом правильно, с вынесением мотивированных решений. При этом как видно из протокола судебного заседания ходатайства сторон рассматривались судом объективно, а отклонение некоторых ходатайств стороны защиты было обоснованным, при этом большая часть ходатайств той же стороны судом удовлетворялась. Оснований считать, что судом нарушены принципы состязательности и равноправия сторон, не имеется.

Участие одного и того же судьи в рассмотрении уголовного дела и материалов производств в отношении ФИО2 не является основанием для его отвода, к тому же судья ранее, до вынесения приговора, не высказывался об установлении обстоятельств, виновности осужденного, поэтому доводы жалобы ФИО2 об обратном подлежат отклонению.

Право осужденного на защиту не нарушалось. Ему была предоставлена возможность излагать свою позицию и представлять доказательства. Как видно из протокола судебного заседания позиция осужденного по уголовному делу была согласована с адвокатом Петровым А.С., противоречий между ними не имелось.

Не имеется нарушений права на защиту ФИО2 и в том случае, когда суд отказал в допуске для участия в деле адвоката ФИО20

В соответствии с п.3 ч.1 ст.72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или оказывал ранее юридическую защиту лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого лица.

Как видно из материалов уголовного дела, адвокат ФИО20 по заключенному соглашению в период предварительного следствия защищала права и интересы ФИО22, которая органом расследования обвинялась в совершении тех же преступлений, что и ФИО2, в том числе в связи с утверждениями последнего в своих первых показаниях, что часть обнаруженного в его жилище наркотического средства принадлежит ФИО22 Последняя данное обстоятельство отрицала. В последующем в связи с прекращением в отношении ФИО22 уголовного преследования в связи с недоказанностью причастности к расследуемым преступлениям, она была признана свидетелем обвинения по делу. При разбирательстве уголовного дела в суде первой инстанции ФИО22 была допрошена в статусе свидетеля с участием адвоката ФИО20 Показания ФИО22 приведены судом в приговоре, как доказательства стороны обвинения по изобличению ФИО2 в незаконном обороте наркотических средств. Более того, и в суде первой инстанции ФИО2 высказывал мнение и заявлял о необходимости соединения его уголовного дела и уголовного дела в отношении ФИО22 в одно производство, разъясняя, что рассматриваемые вопросы являются их общим делом.

Заявленные стороной защиты отводы председательствующему судье были рассмотрены с удалением в совещательную комнату, по ним были вынесены аргументированные решения. Каких-либо объективных данных, дающие основания полагать о заинтересованности судьи в исходе уголовного дела, не имеется.

Не имеется оснований согласиться с доводами жалобы ФИО2 о необоснованном прекращении процесса ознакомления его с материалами уголовного дела после постановления приговора. По окончании предварительного следствия ФИО2 был ознакомлен с уголовным делом, кроме того, суд первой инстанции предоставил ему дополнительную возможность изучения того же дела в ходе судебного следствия и ФИО2 снова полностью ознакомился с уголовным делом совместно с адвокатом в период с 16 по 26 августа 2022 года, что подтверждает расписка.

Из постановления Копейского городского суда от 10 апреля 2023 года следует, что ФИО2 после вынесения приговора знакомился с делом в третий раз, а именно ему предоставлялось всего 5 дней, за которые он прочитал 1,2,3,7,8 тома и частично 4 том. При этом на протяжении двух дней ФИО2 без каких-либо объективных препятствий читал только 7 том. Учитывая изложенное, суд правильно пришел к выводу, что ФИО2 умышленно затягивал время ознакомления с материалами дела, чем нарушал права остальных участников процесса на рассмотрение дела в апелляционной инстанции в разумные сроки.

Постановление суда является законным, обоснованным и содержащиеся в нем сведения находят подтверждение в письменных материалах. Таким образом, право ФИО2 знать о содержании всех документов, находящихся в уголовном деле, не нарушено, что также подтверждается выступлениями ФИО2 в заседаниях судов первой и второй инстанций, в которых он свободно ориентировался в уголовном деле и конкретно собранных доказательствах. Оснований для предоставления ФИО2 дополнительного времени в целях ознакомления с уголовным делом в суде апелляционной инстанции также не имелось.

При назначении ФИО2 наказания суд обоснованно, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 за каждое преступление, суд учел: полное признание вины на стадии следствия; чистосердечное раскаяние в содеянном; активное содействие в раскрытии и расследовании преступных посягательств, в изобличении иных лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств; отсутствие учета у психиатра; наличие постоянного места работы и места жительства, регистрации, по которым, а также по месту содержания под стражей положительно характеризуется; <данные изъяты>; наличие малолетнего ребенка на иждивении;

по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ - совершение неоконченного состава преступления.

Все характеризующие данные по личности сужденного судом взяты во внимание, приведены в приговоре.

В отношении осужденного отягчающих обстоятельств не имеется.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением осужденного во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, судом первой инстанции не установлено, с чем соглашается и апелляционная инстанция. Оснований для применения в отношении осужденного положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ, у суда первой инстанции не имелось. Выводы в данной части поддерживаются судом второй инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначение осужденному реального лишения свободы со штрафом соответствует фактическим обстоятельствам содеянного, целям наказания, поскольку ФИО2, имея непогашенную и неснятую судимость за совершенное преступление небольшой тяжести в сфере незаконного оборота наркотических средств снова совершил аналогичные преступления, соответственно выводов об исправлении не сделал.

Срок лишения свободы, назначенный осужденному за неоконченное преступление, определялся судом с учетом ч.3 ст.66 УК РФ, кроме того, суд обоснованно за каждое преступление применил положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Назначая дополнительное наказание в виде штрафа, суд учел тяжесть совершенных преступлений, имущественное, семейное и материальное положение осужденного, возможность его трудоустройства.

Размеры основного и дополнительного наказания соответствуют характеру и общественной опасности совершенных преступлений, сведениям о личности ФИО2, в связи с чем приговор в части назначенного наказания является справедливым.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО2 надлежит отбывать назначенное наказание, определен в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных представления и жалоб не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В отбытый срок наказания осужденному суд первой инстанции включил период времени, проведенный ФИО2 под стражей с 10 сентября 2021 года до дня вступления приговора в законную силу, то есть моментом отсчета срока заключения под стражей суд первой инстанции взял во внимание составление протокола задержания осужденного в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ.

Между тем из предъявленного ФИО2 обвинения и материалов уголовного дела следует, что фактически он был задержан в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий 8 сентября 2021 года в 17 часов 45 минут, после чего доставлен в отдел полиции, где с ним проводилась длительная работа, направленная на раскрытие и расследование преступлений. Привлечение ФИО2 к административной ответственности и отбытие им ареста не влияет на правильность зачета фактического задержания в отбытое уголовное наказание.

Внесение указанных изменений не влияет на существо приговора, доказанность вины осужденного в совершении преступлений.

Помимо изложенного, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что суд первой инстанции не принял какое-либо решение относительно судьбы изъятого по уголовному делу телефона, что необходимо разрешить в порядке исполнения приговора.

Руководствуясь п.9 ч.1 ст.389.20, ст.389.28, ч.2 ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Копейского городского суда Челябинской области от 6 марта 2023 года в отношении ФИО2 изменить:

в срок отбытия наказания в виде лишения свободы зачесть время фактического нахождения ФИО2 под стражей с 8 сентября 2021 года до 6 сентября 2023 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Рябцевой Е.В., апелляционные жалобы осужденного ФИО2, адвоката Петрова А.С. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных представления, жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу данного судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10- 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: