РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2022 года г. Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Нагорной И.Н., при секретаре Семеновой Е.В., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-495/2022 (УИД 38RS0001-01-2021-006778-85) по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договор дарения, применении последствий недействительности сделки в виде включения в наследственную массу, признании права собственности,

установил:

В обоснование исковых требований указано, что ** между ФИО6 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) был заключен договор дарения квартиры общей площадью 45 кв. м, расположенной по адресу: ..., кадастровый №, договор зарегистрирован **.

Даритель является бабушкой истца, которая умерла **. О том, что жилое помещение не принадлежит ФИО6 истец узнал только **, получив выписку из ЕГРН. Истец считает, что указанный договор является недействительным, поскольку на момент сделки ФИО6 хоть и была дееспособна, однако, не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Так, на момент заключения указанного договора дарения у ФИО6 было злокачественное новообразование яичника. На момент совершения сделки ФИО6 проходила интенсивное лечение, с применением препаратов, содержащих наркотические вещества. На момент заключения договора ФИО6 была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими. До дня своей смерти даритель проживала в жилом помещении одна и оплачивала коммунальные услуги согласно справке № от **, выданной ЖУ-№ ООО «Жилком» и была снята с регистрационного учета по смерти.

Истец просил суд признать недействительной сделкой договор дарения от ** квартиры, общей площадью 45 кв. м, расположенной по адресу: ..., кадастровый №, заключенный между ФИО6 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки, а именно включить в наследственную массу после смерти ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: ..., признать за ФИО2 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: ... ....

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, его представитель ФИО1, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержала по доводам изложенным в иске и письменных объяснениях.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО4, действующая на основании ордера, участвуя в судебном заседании, возражали против удовлетворения исковых требований. Дополнительно пояснив, что ФИО6 понимала и осознавала происходящее в момент дарения квартиры, поскольку до момента смерти распорядилась всем своим имуществом, а не только спорной квартирой. С выводами комиссии судебно-психиатрических экспертов согласны.

Третье лицо - нотариус Ангарского нотариального округа Иркутской области ФИО5, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав представленные доказательства, оценивая их в совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующему выводу.

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1111 ГК РФ, наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Статья 166 ГК РФ предусматривает, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. ст. 167, 168 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу положений, закрепленных в п. 1 ст. 177 ГК РФ, недействительность сделки связана с пороком воли, то есть, таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли этой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Законом предусмотрена возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, дееспособность которого не стояла под сомнением при ее совершении. При этом необходимым условием оспаривания сделки по указанному основанию является доказанность того, что на момент совершения сделки лицо не было способно понимать значение своих действий или руководить ими.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что ФИО2 является внуком ФИО6, ** г.р., умершей **, что подтверждается свидетельством о смерти III-СТ № от ** и сыном ФИО7, ** г.р., умершего **, согласно свидетельству о рождении IV-СТ № о смерти III-СТ № от **, о рождении I-СТ № от **.

** между ФИО6 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) был заключен договор дарения квартиры, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому квартиру в многоквартирном доме по адресу: ..., кадастровый №.

** на имя ФИО3 зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..., о чем в Едином государственном реестре недвижимости произведена запись №.

** ФИО6 умерла.

Из правовой позиции истца следует, что на момент совершения сделки даритель была не способна понимать значение своих действий и руководить ими, так как ее состояние здоровья, в том числе психологические повлекло зависимость от чужого мнения, внушаемость, рассеянность внимания, что и помешало ей понимать истинный смысл совершаемой сделки и ее юридические последствия, отдать свое жилье постороннему человеку.

Из показаний допрошенной в судебном заседании свидетеля ФИО8 следует, что она являлась старшей двоюродной сестрой ФИО6, с которой поддерживали дружеские отношения. Когда ФИО6 заболела стали реже видеться. Истца не знает, видела только раз на похоронах. По поводу квартиры известно, что она подарила ее ответчице, которая за ней ухаживала. Решение подарить приняла самостоятельно.

Свидетель ФИО9 показал, что являлся работником в агентстве «Сакура», в 2020 году он занимался оформлением трех сделок с имуществом ФИО6, первоначально была подарена дача, потом спорная квартира и квартира в 82 квартале была продана, с выплатой компенсации за долю другому собственнику. В моменты общения ФИО6 на здоровье не жаловалась и про заболевание не говорила, вела себя адекватно, решения о распоряжении своим имуществом принимала самостоятельно.

Из пояснений свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12 следует, что ФИО6, узнав о своем диагнозе, при жизни решила распорядиться всем своим имуществом, в том числе подарить спорную квартиру ответчику, которая за ней ухаживала, относилась как близкому родному человеку. Решения принимала самостоятельно не под чьим-то влиянием, или в силу тяжелой болезни.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется. Свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, фактов заинтересованности свидетелей в исходе спора не установлено.

Определением суда от ** по гражданскому делу № по иску ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности была назначена судебная комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза.

В соответствии с заключением от ** № комиссия судебно-психиатрических экспертов определила, что на момент заключения договора дарения действия ФИО6 были целенаправленными, осмысленными, осознанными, психологически понятными: после сообщения ей врачом о бесперспективности ее лечения, подарила квартиру человеку, которая единственная ухаживала за ней и помогала. На момент совершения договора дарения у подэкспетрной не было выраженного болевого синдрома, отмечались лишь «периодические ноющие боли в нижних отделах живота», «умеренные боли в левой нижней конечности», об этом свидетельствует также и то, что ей не назначались сильнодействующие обезболивающие препараты. ФИО6 по своему психическому состоянию в момент заключения договора дарения могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая заключение, суд не усматривает правовых оснований сомневаться в его достоверности, принимает заключение за основу, поскольку оно в полном объеме отвечает требованиям ст. ст. 59 - 60 ГПК РФ, мотивировано, каких-либо сомнений относительно достоверности выводов экспертов у суда не возникло. Участвующими в деле лицами не оспорено.

Выводы психолога ФИО13, о том, что у ФИО6 выявлено снижение когнитивных процессов по ограниченному типу ближе к умеренному, что проявлялось в астенизации психических процессов, истощаемости внимания, снижения продуктивности деятельности, снижении в эмоциональной сфере (появилась плаксивость, раздражительность), сами по себе не свидетельствуют о том, что ФИО6 не могла понимать значение своих действий при заключении договора дарения, или находилась под влиянием ответчика.

Разрешая заявленные исковые требования, руководствуясь ст. ст. 166, 168, 178, 572 ГК РФ, оценив представленные по делу доказательства их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе показания допрошенных свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО10, ФИО14, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании недействительным договор дарения от ** (верная дата договора **) ФИО6, поскольку судом не установлено и материалами дела не подтверждено, что при заключении от ** (верная дата договора **) оспариваемого договора ФИО6 не понимала значение своих действий, поскольку истцом не доказано, что даритель при составлении договора дарения не понимала значения своих действий и не могла руководить ими, как и не доказано, что даритель не могла подписать спорный договор. Кроме того, истцом не представлены достаточные и бесспорные доказательства, подтверждающие факт заблуждения ФИО6 относительно правовой природы оспариваемой сделки, в порядке ст. 178 ГК РФ, а также доказательств отсутствия ее воли на совершение сделки именно дарения квартиры, заблуждение же относительно мотивов сделки не является достаточным основанием для признания сделки недействительной, совершенной ФИО6 в пользу ФИО3, принимая во внимание, что текст договора содержит все существенные условия договора дарения, которые изложены понятным языком, никаких противоречий не содержат.

Также не представлено доказательств тому, что сделка совершена под влиянием обмана, насилия, угрозы, вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка).

Кроме того, суд приходит к выводу о том, что ФИО6 выразила волю на дарение принадлежащей ей на праве собственности квартиры ответчику, учитывая, что договор заключен в установленной законом форме, бесспорных доказательств том, что ФИО6 не подписывала договор дарения суду не представлено.

Таким образом, доказательств тому, что ФИО6 не могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора дарения квартиры, истцом не представлено, а само по себе наличие у ФИО6 заболеваний, не свидетельствует о недействительности оспариваемого договора.

При изложенных обстоятельствах, как производные, также не подлежат удовлетворению и требования истца о применении последствий недействительности сделки в виде включения квартиры в наследственную массу после смерти ФИО6; признании за ФИО2 права собственности на квартиру.

Как следует из части 1 статьи 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 ГПК РФ суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, а также расходы на оплату услуг представителей относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» обратилось в суд с ходатайством о взыскании судебных расходов на производство в размере 10500,00 рублей, ссылаясь на факт неоплаты ее стоимости. Разрешая данное ходатайство, суд исходил из следующего.

Как суд указывал ранее, определением от ** по настоящему делу назначена комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, расходы на проведение которой были возложены на истца ФИО2

Стоимость комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы выпиской из приказа №; 98 от 04.02.2022 «Об утверждении перечня и цен на услуги».

Принимая во внимание, что истцом не исполнена обязанность по оплате стоимости комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, суд считает необходимым взыскать с ФИО2 в пользу экспертного учреждения судебные расходы на оплату стоимости комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы в размере 10500,00 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договор дарения жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: ..., кадастровый №, заключенный ** между ФИО6 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки в виде включения в наследственную массу после смерти ФИО6, умершей **, квартиры по адресу: ..., признании за ФИО2, ** года рождения право собственности на квартиру по адресу: ..., - отказать.

Взыскать со ФИО2, ** года рождения, уроженца ... (паспорт №, выдан ** ОУФМС России по ... в ... и ...) в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутский областной психоневрологический диспансер» (ОГРН <***>) расходы на проведение судебной комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы в размере 10500,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ангарский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья И.Н. Нагорная

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 05.08.2022.