Судья Ферапонтов Н.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

уг. № 22-1476/2023

г. Астрахань 10 августа 2023 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Гонтаревой П.М., судей Иваненко Е.В. и Маревского Н.Э.,

при секретаре Мардановой А.Ш.,

с участием государственного обвинителя Даудовой Р.Р.,

осужденных ФИО1 и ФИО2,

защитников - адвокатов Агабалаевой А.Г. и Годунова А.П.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1 и ФИО2, адвокатов Кращенко И.П. и Годунова А.П. на приговор Советского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ Кировским районным судом г. Астрахани по ч. 1 ст. 161, п. «а,г» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 228, ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения не отбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ – к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

- ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом г. Астрахани по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

- ДД.ММ.ГГГГ судом в составе мирового судьи СУ № <адрес> по ст. 319 УК РФ к 8 месяцам исправительных работ, на день вынесения приговора (ДД.ММ.ГГГГ) не отбытый срок составляет 7 месяцев 23 дня,

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

На основании ст. 70 УК РФ с учетом положений ст. 71 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения не отбытой части наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно к 5 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ Кировским районным судом г. Астрахани по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный ДД.ММ.ГГГГ по постановлению Наримановского районного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ в связи с заменой не отбытого наказания ограничением свободы на срок 6 месяцев 2 дня;

- ДД.ММ.ГГГГ судом в составе мирового судьи СУ № <адрес> по ст. 264.1 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года;

- ДД.ММ.ГГГГ Кировским районным судом г. Астрахани по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

- ДД.ММ.ГГГГ судом в составе мирового судьи СУ № <адрес> по ст. 264.1, ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговорам от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ - к 2 годам 4 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года;

- ДД.ММ.ГГГГ по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от ДД.ММ.ГГГГ – к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года;

- ДД.ММ.ГГГГ Трусовским районным судом <адрес> по ч. 2 ст. 264.1, ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения не отбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ – к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 4 года;

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с основным наказанием и полного присоединения дополнительного наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно к 6 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 4 года, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Иваненко Е.В., изложившей обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав осужденных и их защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Даудовой Р.Р., полагавшей, что приговор является законным, обоснованным и справедливым, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в разбойном нападении на ФИО18, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 виновными себя в разбойном нападении не признали.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней, осужденный ФИО2 ставит вопрос об отмене приговора, как незаконного, необоснованного и несправедливого, а также ввиду несоответствия выводов суда установленным фактическим обстоятельствам.

Указывает, что достоверных доказательств его виновности в разбойном нападении по вмененным ему квалифицирующим признакам, не добыто, а приговор основан на предположениях.

Отрицает наличие сговора с ФИО3 на совершение разбоя, указывая, что их действия, по применению к ФИО18 физической силы, были ответом на его противоправные действия, поскольку инициатором конфликта являлся непосредственно потерпевший.

Полагает, что показания потерпевшего о нанесении ему ударов стеклянной бутылкой по голове и их количестве, подлежат критической оценке, поскольку не подтверждаются выводами эксперта. Сведений о применении при нанесении телесных повреждений какого-либо предмета, экспертное заключение также не содержит. Единственным доказательством этому, являются показания самого потерпевшего, который заинтересован в исходе дела. При этом эти показания ФИО18 опровергаются протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого такого предмета, либо его осколков, обнаружено не было. Не подтверждают эти обстоятельства и показания свидетеля ФИО19, поскольку факт наличия у ФИО1 в руках бутылки, не свидетельствует о нанесении ею повреждений потерпевшему.

Считает, что показания потерпевшего об избиении его с целью хищения, при котором они осматривали карманы его одежды и автомобиль на предмет наличия ценностей, сомнительны, поскольку другие ценные вещи, которые при нем находились, ими не были похищены. Отсутствие отпечатков их пальцев в автомобиле, по его мнению, также опровергает в этой части предъявленное обвинение. Кроме того, все показания потерпевшего об обстоятельствах нападения, в том числе и роли каждого из них в преступлении, содержат противоречия, и на протяжении следствия менялись. В связи с чем, не могут быть расценены как достоверные.

Показания свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, не могут служить доказательствами его виновности, поскольку о случившемся им известно со слов самого потерпевшего. При этом, при допросах, данные лица не указывали, что со слов ФИО18 осведомлены о применении к нему в ходе нападения постороннего предмета.

Обращает внимание, что именно противоправные действия потерпевшего, послужили поводом к его избиению. И в этой связи, данное обстоятельство должно быть учтено в качестве смягчающего, со снижением наказания при наличии других смягчающих обстоятельств, признанных таковыми судом и с учетом доводов апелляционного представления.

Полагает, что отсутствие у потерпевшего документов на похищенный телефон, также влечет переквалификацию его действий на ст. 116 УК РФ. Сумму ущерба и наличие у потерпевшего того имущества, на хищение которого он указывает, считает недоказанным.

Вместе с этим отмечает, что судом не в полной мере дана оценка всем исследованным доказательствам. В частности оставлены без оценки доказательства защиты, которые судом безосновательно отвергнуты, чем нарушен принцип справедливости. Предварительное и судебное следствие проведены с обвинительным уклоном.

В частности его ходатайства о проведении ряда следственных действий, об истребовании видеозаписей с ближайших камер наблюдения в месте событий, а также записей с видеорегистратора потерпевшего и камеры наблюдения по месту его жительства, оставлены следователем без удовлетворения, в то время как эти доказательства могли опровергнуть предъявленное обвинение.

Отмечает, что государственные обвинители, участвующие в деле, неоднократно менялись. Государственный обвинитель, выступающий в прениях сторон, не был подготовлен к судебному заседанию, поскольку обвинил его в том, что не вменялось ему в обвинение, а также озвучил характеризующие его материалы в противоречие их содержанию.

Вместе с этим считает, что судом не в полной мере учтено состояние его здоровья и здоровья его матери, положительные характеристики и награды за спортивные достижения, а также сведения о наличии у него телесных повреждений, причиненных ему потерпевшим.

Просит приговор отменить и отправить дело на новое рассмотрение, или переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 161 и ст. 116 УК РФ, а также исключить из протоколов опознания от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ указание о нанесении им и ФИО1 ударов потерпевшему стеклянной бутылкой.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 ставит вопрос об изменении приговора, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона при квалификации его действий.

Указывает, что приговор основан на недопустимых доказательствах, содержащих ряд противоречий, а все сомнения в его виновности не устранены и не истолкованы в его пользу.

Считает, что его виновность в инкриминируемом преступлении исследованными доказательствами не подтверждена, а доказательствам, опровергающим обвинение, судом не дана оценка.

Подробно приводя содержание каждого доказательства и, давая им свою оценку указывает, что потерпевший изначально не заявлял о том, что на него было совершено разбойное нападение, равно как и о том, что в ходе хищения использовался посторонний предмет. Отсутствие в автомобиле ФИО18, принадлежащих им отпечатков пальцев, также опровергает предъявленное им обвинение. Вместе с этим, показания самого потерпевшего о количестве и локализации, причиненных ему телесных повреждений, по его мнению, опровергается выводами эксперта-медика. Этими же выводами эксперта, опровергается обвинение и в части применения к потерпевшему насилия, опасного для жизни и здоровья, поскольку согласно заключению, ФИО18 причинены повреждения легкой степени тяжести. И соответственно его действия не могут быть квалифицированы по признаку разбоя.

Заключение оценочной экспертизы телефона потерпевшего, доказательством не считает, поскольку полагает, что оценка была проведена со слов ФИО18

Обращает внимание, что показания потерпевшего на всей стадии расследования были противоречивыми. Последний не смог достоверно указать, кто из них в ходе конфликта использовал посторонний предмет, равно как и то, кем и сколько ударов было нанесено ему этим предметом. Противоречия в его неоднократных показаниях прослеживаются и относительно суммы похищенных денег, а также места нахождения похищенного имущества. При этом его показания об обстоятельствах произошедшего конфликта, также неоднократно менялись. По мнению осужденного, эти обстоятельства свидетельствуют о ложности показаний ФИО18

Отмечает, что его собственные показания в стадии следствия, равно как и показания ФИО2 не имеют доказательственной силы, поскольку даны под моральным и физическим давлением со стороны оперативных сотрудников. Эти его показания в части места нахождения якобы похищенных денег, противоречат показаниям потерпевшего, что также ставит под сомнение их достоверность.

Показания свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13, доказательствами его виновности не считает, поскольку очевидцами конфликта с ФИО18 они не являлись. Их же показания не подтверждают факт использования при хищении постороннего предмета и эти обстоятельства установлены исключительно со слов потерпевшего.

Показания свидетеля ФИО14 считает недопустимыми, поскольку данное лицо, является заинтересованным в исходе дела.

Недопустимым доказательством считает и свои показания в ходе очной ставки с ФИО2, поскольку в период её проведения не осознавал происходящего по состоянию здоровья.

Обращает внимание, что в ходе конфликта с ФИО18, инициатором которого и явился последний, ему и ФИО2 были причинены телесные повреждения, что свидетельствует о незаконности действий потерпевшего. При этом применение ими к потерпевшему физической силы, являлось средством самозащиты от его противоправных действий.

Факт хищения телефона потерпевшего не отрицает, однако не может указать его место нахождения, настаивая, что данный телефон никому не сбывал.

Отрицает наличие предварительной договоренности с ФИО2, поскольку с учетом обстоятельств произошедшего, достигнуть таковую, они не имели возможности.

Ссылаясь на неоднократное привлечение ФИО18 в качестве потерпевшего по другим уголовным делам считает, что его показания в отношении них являются оговором и давая их, потерпевший преследовал корыстный интерес.

Обращает внимание, что предварительное следствие велось с обвинительным уклоном, о чем свидетельствует отказ следователя в ряде его ходатайств об изъятии видеозаписей с видеорегистратора ФИО18 и камер наблюдения в районе произошедшего. Уголовное дело для ознакомления было представлено ему не в прошитом и пронумерованном виде, что свидетельствует о нарушении следователем уголовно-процессуального закона. Вместе с этим считает незаконным осмотр его жилища, хотя фактически, оперативными сотрудниками был проведен обыск.

Отмечает, что в ходе судебного разбирательства председательствующий неоднократно его прерывал, не давая возможности заявлять ходатайства, чем нарушил его право на защиту. Показания свидетелей ФИО4, ФИО5 и ФИО7 необоснованно использованы для доказывания, поскольку эти лица не были допрошены в суде.

Считает, что уголовное дело сфабриковано и обвинение сфальсифицировано.

Вместе с этим полагает, что судом не в полной мере учтено состояние его здоровья и здоровья его матери, характеристика с места работы, а также частичное признание вины о чем обоснованно указано в апелляционном представлении.

Просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 161 УК РФ, признать в качестве смягчающего обстоятельства - противоправность поведения потерпевшего и смягчить наказание.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО6 в интересах осужденного ФИО1, ставит вопрос об отмене приговора, как незаконного и необоснованного.

Считает, что приговор основан на предположениях, так как доказательств виновности ФИО1 в разбойном нападении не добыто, его действия квалифицированы судом неверно, и соответственно назначенное наказание нельзя признать справедливым.

Отмечает, что орудие преступления – стеклянная бутылка, установлено следствием со слов потерпевшего. Однако данная бутылка, равно как и её осколки, не изъяты и не представлены в качестве вещественных доказательств. И соответственно, возможность снятия с неё отпечатков пальцев, у стороны защиты отсутствовала. Многочисленные показания свидетелей, на которые суд сослался в приговоре, в их числе ФИО8, ФИО9 и ФИО10, умысел осужденных на разбой, также не подтверждают.

Обращает внимание, что выводы суда о применении к потерпевшему насилия опасного для жизни и здоровья, путем нанесения удара бутылкой в затылочную часть головы, безосновательны, поскольку заключением эксперта установлено наличие у ФИО18 лишь одного телесного повреждения в лобной части справа, которое опасным для жизни не является.

Судом проигнорированы показания свидетеля ФИО19, которые по своей сути опровергают доводы обвинения о наличии между осужденными предварительного сговора, поскольку как следует из них, инициатором конфликта был именно потерпевший, который первым стал вытаскивать ФИО1 и ФИО2 из машины и наносить им удары. И в этой связи, выводы суда о предварительной договоренности осужденных на разбойное нападение, основаны на догадках. В связи с такими выводами суда, по мнению защиты, подлежат исключению из приговора показания свидетелей ФИО19, ФИО8, ФИО9 и ФИО10,

Показания же потерпевшего ФИО18, взятые судом за основу приговора, содержат ряд противоречий, и не согласуются с его сообщением в полицию, в котором он указал, что на него напали пассажиры, отказавшиеся платить за проезд, хотя в суде подтвердил, что проезд ему был оплачен.

Не устраненным, по мнению защиты осталось и противоречие в части хищения у ФИО18 телефона, поскольку согласно материалам дела, именно с похищенного телефона, потерпевший связывался с группой таксистов после произошедшего.

С учетом неправильной квалификации действий осужденных, с целью объективного разбирательства по делу, просит приговор отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе адвокат Годунов А.П. в защиту интересов осужденного ФИО2 приводит доводы, аналогичные доводам жалобы адвоката Кращенко И.П.

Вместе с этим отмечает, что показания потерпевшего ФИО18 в отсутствие других прямых свидетельств виновности осужденных, предъявленное им обвинение не подтверждают.

Полагает, что выводы суда о наличии предварительной договоренности между осужденными на совершение преступления не конкретизированы, поскольку не установлено в какой момент рассматриваемых событий, могла возникнуть эта договоренность.

Считает, что оплата ФИО2 проезда в машине потерпевшего, не предъявление осужденными требований ФИО18 о передаче имущества в ходе следования, свидетельствует об отсутствии у его подзащитного умысла на хищение чужого имущества.

При этом обстоятельства конфликта с потерпевшим, переросшего в обоюдную драку с осужденными, напротив свидетельствуют об отсутствии между ФИО2 и ФИО1 предварительного сговора. Применение же насилия к ФИО18, было обусловлено лишь противостоянием его нападения.

Ссылаясь на показания самого ФИО2, его супруги ФИО16, а также осужденного ФИО1, не обнаружение по месту жительства его подзащитного похищенного имущества, указывает на его непричастность к хищению и наличие в действиях ФИО1 эксцесса исполнителя.

Вместе с этим, оспаривает факт применения к ФИО18 насилия опасного для жизни и здоровья, отмечая, что в выводах эксперта-медика обнаружены повреждения, соответствующие легкому вреду здоровью. При этом показания потерпевшего о неоднократных ударах, наносимых ему стеклянной бутылкой в область головы, считает противоречащими заключению эксперта, поскольку каких-либо повреждений в затылочных, теменных, и височных частях головы потерпевшего, повреждений не обнаружено. При этом сам факт использования стеклянной бутылки, какими-либо доказательствами не подтвержден.

Просит приговор изменить, переквалифицировав действия ФИО2 на ч. 1 ст. 115 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных и защитников, государственный обвинитель Яровая А.С. считает приговор законным, обоснованным, справедливым и не подлежащим изменению и отмене по доводам апелляционных жалоб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения и отмены приговора.

Вывод суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им преступления, как того и требует закон, основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно изложенных в приговоре. Фактические обстоятельства содеянного судом установлены с достаточной полнотой, в ходе судебного разбирательства проверены доводы осужденных, выдвинутые в свою защиту.

Обоснованность выводов суда сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. Судом проанализированы показания осужденных, потерпевшего и свидетелей по делу, а также другие доказательства, которые имели существенное значение для правильного разрешения уголовного дела и всем им дана правильная оценка.

Как усматривается из материалов уголовного дела, судом обеспечено всестороннее и полное исследование обстоятельств дела на основе принципа состязательности сторон, их равноправия перед судом, созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

На основании совокупности собранных по делу и проверенных в ходе судебного разбирательства доказательств, судом с достаточной полнотой установлены обстоятельства совершенного осужденными преступления, и сделан правильный вывод об их виновности в совершении разбоя, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, а также предмета, используемого в качестве оружия.

Так, из последовательных показаний потерпевшего ФИО18 следует, что он подрабатывает в службе такси «Таксолет» и в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, подвозил ФИО1, ФИО2 и еще одного парня. При этом ФИО2, сидя на переднем пассажирском сиденье, сразу оплатил проезд. Третий парень и ФИО1 сели сзади. У последнего в руках была стеклянная бутылка. В пути следования ФИО18 по просьбе осужденных остановился на ул. <адрес>. Однако они не стали выходить из машины и ему пришлось ехать дальше, т.к. своим автомобилем он перекрыл движение. Когда они прибыли по адресу заказа на <адрес>, пассажиры из машины выходить не стали. Третий парень звонил по телефону. Осужденные, выйдя из автомобиля, вновь сели в него, поменявшись местами, и стали требовать возврата денег за проезд. Оба находились в состоянии опьянения и не желали слушать каких-либо объяснений. Между ними возник конфликт, в самом начале которого третий парень ушел. В ходе конфликта ФИО18 вытащил с заднего пассажирского сиденья ФИО2, между ними завязалась драка. В это же время ФИО1 ударил его сзади бутылкой по голове, от чего он упал. После чего оба осужденных стали наносить ему обоюдные удары по голове, ФИО2 – руками и ногами, ФИО1 – стеклянной бутылкой. Во время избиения ФИО2 обыскал карманы его одежды. Затем по требованию осужденных он сообщил, что между сиденьями автомобиля находятся деньги. После чего ФИО1 по указанию ФИО2 обыскал салон автомобиля, откуда похитил деньги в сумме 20 тыс. рублей (его накопления) и мобильный телефон «Самсунг S20». О случившемся он сообщил своим коллегам по такси посредством второго телефона. В результате нападения ему причинен ущерб и телесные повреждения, по поводу которых он обратился в медучреждение.

На своих показаниях ФИО18 настаивал и в ходе опознания ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответственно.

При проведении очных ставок с ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ФИО18 утверждал, что оба осужденных наносили ему обоюдные удары по голове и телу. При этом ФИО1 избивал его бутылкой. В ходе избиения ФИО2 заставил ФИО18 сообщить о месте нахождения денег в машине, обыскал его карманы, откуда забрал ключи от автомобиля. После чего, ФИО1, по его же указанию обыскал салон автомобиля и забрал деньги и телефон (л.д. 89-91, 109-112 т. 1)

Показания потерпевшего согласуются с показаниями свидетелей – таксистов ФИО8, ФИО9 и ФИО10, согласно которым, получив посредством мобильного приложения сообщение от ФИО18 о нападении, они прибыли на <адрес>, где застали потерпевшего в крови и с телесными повреждениями в области головы. Там же находились сотрудники скорой медицинской помощи. Со слов ФИО18 на него напали, избили, похитили телефон и деньги в сумме 20 тыс. рублей, а также ключи от автомобиля. Ввиду отсутствия ключей, автомобиль был перемещен на стоянку при помощи эвакуатора.

При этом свидетели уточнили, что в программе, через которую было получено сообщение от ФИО18 отображается только его «ник», а не номер телефона.

Свидетель ФИО19 в суде и в стадии следствия подтвердил показания потерпевшего относительно начала конфликта, возникшего в пути следования, указав, что его инициатором был именно ФИО2, который изначально оплатив заказ, по прибытию на <адрес>, потребовал от ФИО18 возвратить ему плату за проезд. Водитель отказался возвращать деньги и стал вытаскивать ФИО2, а затем и ФИО1 из машины. После чего он сразу ушел.

Факт наличия в руках ФИО1 в пути следования в автомобиле ФИО18 стеклянной бутылки, подтвержден и показаниями осужденного ФИО2 в стадии следствия в качестве подозреваемого.

Сам ФИО1 в стадии следствия при допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого и в ходе очной ставки с ФИО18, в целом подтвердил его показания, указав, что при посадке в автомобиль потерпевшего, держал в руках недопитую бутылку водки. В ходе следования между ФИО15 и ФИО2 возник конфликт, причину которого он не помнит, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения. Потерпевший предпринял попытку вытащить его из автомобиля, предварительно ударив рукой в область головы, однако он не вышел. Далее между ФИО2 и ФИО18 завязалась драка, к которой он присоединился, трижды ударив потерпевшего бутылкой по голове, от чего тот оказался обездвиженным и опустился на корточки. Он в это время, проверил салон автомобиля и вытащил оттуда около 19-20 тыс. рублей и мобильный телефон «Samsung». После чего они с ФИО2 разошлись. Каких-либо травм от удара потерпевшего, им получено не было. В медицинские учреждения по данному поводу не обращался. Похищенный телефон продал, деньги потратил на алкоголь. О том, что он похитил имущество, ФИО2 не знал и указаний на это последний ему не давал (л.д. 85-88, 89-91, 94-97 т. 1).

Из заключения эксперта-медика № следует, что у ФИО18 телесные повреждения: рана лобной области справа, не являющаяся опасной для жизни, влечет расстройство здоровья (временное нарушение функций органов и систем) продолжительностью до трех недель (менее 21 дня) и соответствует легкому вреду здоровью, а также кровоподтеки лобной области справа, правого плечевого сустава, правого предплечья, обеих кистей рук, правого голеностопного сустава, не являющиеся опасными для жизни, не влекущие расстройства здоровья и как вред здоровью не расценивающиеся. Экспертом не исключено образование всех телесных повреждений ДД.ММ.ГГГГ. При этом указано, что все кровоподтеки, обнаруженные у ФИО18, образовались от воздействия тупого твердого предмета (предметов); судить о характере и механизме образования раны лобной области – не представляется возможным.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного нейрохирургического отделения ГБУЗ АО «Александро-Мариинская областная клиническая больница» ФИО18, период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, основной диагноз - сотрясение головного мозга. Ушибленная рана мягких тканей головы. Ушиб мягких тканей правого лучезапястного сустава и кисти. Госпитализирован в НХО для консервативного лечения острого периода черепно-мозговой травмы. Выполнено ПХО раны лобной области. Осмотрен травматологом и нейрохирургом. Проведена компьютерная томография головного мозга, в ходе которой у ФИО18 выявлены ушибы и гематомы мягких тканей головы. Согласно заключению, имеются признаки явлений наружной заместительной гидроцефалии.

По выводам оценочной экспертизы №, рыночная стоимость мобильного телефона «Samsung S 20» черного цвета с учетом износа и срока эксплуатации на ДД.ММ.ГГГГ составляет 26000 рублей.

Виновность осужденных подтверждается и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре, допустимость которых, сомнений не вызывает.

Вопреки доводам жалоб, показания потерпевшего и свидетелей, которые положены в основу приговора, являются последовательными, логичными, согласуются с другими доказательствами по делу, в части с показаниями осужденных в стадии следствия, и не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Каких-либо оснований не доверять этим показаниям не имелось и судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для оговора осужденных указанными лицами, наличие обстоятельств, которые бы могли повлиять на объективность их показаний, и свидетельствующих о том, что они заинтересованы в исходе дела, в ходе судебного разбирательства также установлено не было.

Доводы жалоб о наличии у ФИО18 корыстного интереса и в этой связи, оговоре им осужденных лишены оснований, поскольку каких-либо требований материального характера, потерпевшим в установленном законом порядке не предъявлено.

Вопреки утверждениям осужденных, не содержат показания потерпевшего ФИО18 и каких-либо существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о доказанности их виновности в содеянном. Напротив, его показания об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления, на всем протяжении предварительного и судебного следствия, являются последовательными и полностью подтверждены другими доказательствами по делу.

Их же утверждения об искусственном создании доказательств обвинения и их фальсификации безосновательны, поскольку таких фактов материалы уголовного дела не содержат. Не установлено этого и судом в ходе судебного следствия.

Суд дал надлежащую оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, как в отдельности, так и в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Такая оценка проведена судом в соответствии с требованиями ст. 87, 88, 307 УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона.

В основу приговора положены доказательства, полученные в точном соответствии с требованиями закона, включая те, о допустимости которых осужденными ставился вопрос в жалобах.

В частности оснований для исключения из протоколов опознания ФИО18 осужденных указания о нанесении ими потерпевшему ударов стеклянной бутылкой не имеется, поскольку исследованными доказательствами подтверждено, что в ходе разбойного нападения использовался предмет – стеклянная бутылка, которым ФИО1 также причинил телесные повреждения потерпевшему.

Отсутствуют основания и для исключения из доказательственной базы показаний ФИО1 и ФИО2 в стадии предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемых (обвиняемых) и при очных ставках с потерпевшим, поскольку эти доказательства добыты без нарушения закона, в присутствии защитников и в условиях разъяснения обоим осужденным их процессуальных прав, что исключает применение к ним недозволенных методов ведения следствия.

Утверждения ФИО1 о присутствии при его допросах на начальной стадии следствия оперативного сотрудника, оказывающего на него психологическое воздействие, опровергнуты показаниями следователя ФИО20 в суде, который отрицал эти обстоятельства.

Не указывал о таковых и сам ФИО1 по окончании допросов, о чем свидетельствует отсутствие в протоколах каких-либо замечаний с его стороны и со стороны защитника по данному поводу.

Вместе с тем, давая оценку показаниям ФИО1 в стадии следствия при указанных допросах и при очной ставке с ФИО18, суд апелляционной инстанции отвергает их в части того, что хищение было совершено им единолично, в отсутствие осведомленности об этом ФИО2, а телесные повреждения потерпевшему он нанес в ответ на его противоправные действия, поскольку в этой части его утверждения полностью опровергнуты показаниями потерпевшего, нашедшими свое подтверждение в других доказательствах по делу и свидетельствующих о том, что оба осужденных действовали совместно и согласованно, а насилие и предмет, применялись ими именно с целью хищения имущества потерпевшего.

Вместе с этим, утверждения ФИО1 о причинении потерпевшему телесных повреждений в ответ на его противоправные действия, противоречат его собственным показаниям о том, что от ударов бутылкой ФИО18 был обездвижен, после чего им было похищено его имущество.

При изложенных обстоятельствах, показания ФИО1 в стадии предварительного расследования, в той их части, в какой они признаны судом достоверными, суд апелляционной инстанции признает доказательством, подтверждающим обвинение осужденных в разбойном нападении.

Вопреки утверждениям в жалобах, оснований для исключения из доказательственной базы показаний свидетелей ФИО11, ФИО14 и ФИО21 не имеется, поскольку данные доказательства судом для доказывания виновности осужденных не использовались.

Показания ФИО8, ФИО9 и ФИО10, вопреки позиции защиты, обоснованно положены судом в основу приговора, поскольку эти доказательства в полной мере отвечают требованиям ч. 1 ст. 56 и 74 УПК РФ.

Тщательный и всесторонний анализ собранных по делу доказательств, свидетельствует о том, что судом полно и правильно установлены фактические обстоятельства дела. Оснований для иной оценки доказательств не имеется, а выводы суда по всем значимым аспектам основаны на правильном применении норм действующего законодательства.

Оценив установленные обстоятельства нападения на ФИО18, исходя из согласованности действий осужденных, суд обоснованно пришел к выводу о совершении ими разбоя по предварительному сговору.

Факт применения при нападении предмета – стеклянной бутылки, подтвержден как показаниями потерпевшего, так и самого ФИО1 в стадии предварительного расследования и сомнений не вызывает. И в этой связи, то обстоятельство, что в ходе следствия указанный предмет и его осколки не были изъяты, а выводами эксперта не установлено причинение телесных повреждений ФИО18 каким-либо предметом, не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденных данного квалифицирующего признака.

Ссылки в жалобах на выводы эксперта-медика об отсутствии у ФИО18 опасных для жизни и здоровья телесных повреждений, на квалификацию действий осужденных не влияют, поскольку в силу закона, опасным для жизни и здоровья насилием, признается применение такого насилия, которое хотя и не причинило вреда здоровью потерпевшего, однако в момент его применения создавало реальную опасность для его жизни и здоровья.

Принимая во внимание факт причинения множественных телесных повреждений ФИО18, нанесение осужденными ударов руками, ногами и стеклянной бутылкой в область головы потерпевшего, с целью хищения его имущества, суд обоснованно квалифицировал их действия по признаку разбоя.

Лишены оснований и доводы жалоб об отсутствии у ФИО18 телесных повреждений в затылочной части головы, поскольку согласно выписке из медкарты НХО ГБУЗ АО «АМОКБ» при осмотре и проведении КТ у ФИО18 выявлены ушибы и гематомы мягких тканей головы. Имеются признаки явлений наружной заместительной гидроцефалии.

Несостоятельны и доводы жалоб о не установлении следствием размера причиненного потерпевшему ущерба, поскольку сумма похищенных денег, доказана как показаниями потерпевшего, так и самого ФИО1 в стадии следствия.

Этими же доказательствами подтвержден факт хищения телефона потерпевшего, стоимость которого определена судом исходя из заключения эксперта, не доверять которому нет оснований, поскольку экспертиза проведена компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями и имеющим достаточный стаж работы. Процедура и порядок назначения и производства экспертизы соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, перед началом её производства эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Его выводы оформлены надлежащим образом.

Проведение указанной экспертизы без непосредственного исследования телефона, также не противоречит закону, поскольку телефон был похищен и утрачен. При этом экспертом приведены методики, на основании которых проведено исследование, указаны нормативные документы и иные необходимые сведения.

Доводы защитников о том, что после нападения ФИО18 связывался с таксистами посредством похищенного телефона, надуманны, поскольку из показаний свидетелей установлено, что сообщение о нападении потерпевший направил посредством мобильного приложения, в котором отображается только его ник, а не номер телефона. Кроме того, сам ФИО1 в своих неоднократных показаниях на следствии утверждал, что похищен был именно телефон «Samsung».

Таким образом, исследовав все доказательства в их совокупности, суд обоснованно признал их достаточными для принятия решения по делу, правильно квалифицировав действия ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Оснований для иной правовой оценки действий осужденных, как о том ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Установленные судом обстоятельства совершения преступления, также не дают оснований полагать, что осужденные действовали в целях самозащиты.

Вопреки всем доводам жалоб, предварительное и судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273-291 УПК РФ, в ходе которых все ходатайства, заявленные сторонами, были разрешены в установленном законом порядке, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения. Предусмотренные законом процессуальные права осужденных на всех стадиях уголовного процесса, в том числе их право на защиту, были реально обеспечены.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденных во время рассмотрения дела судом, либо обвинительного уклона, вопреки утверждениям жалоб, допущено не было.

Проверяя точность, полноту и правильность протокола судебного заседания в части заявленных осужденными замечаний на протокол судебного заседания, суд апелляционной инстанции признает их не влияющими на установленные судом фактические обстоятельства совершенного ими деяния и квалификацию содеянного.

Не влияющей на установление фактических обстоятельств и квалификацию содеянного осужденными, суд апелляционной инстанции находит и позицию государственного обвинителя в прениях сторон, поскольку судом в приговоре действия ФИО1 и ФИО2 изложены согласно предъявленному каждому из них обвинению, равно как и учтены данные об их личности, содержащиеся в материалах дела и соответствующие им.

Вместе с этим, суд апелляционной инстанции отмечает, что закон не содержит запрета замены государственного обвинителя в ходе судебного разбирательства, и соответственно неоднократная замена такового по настоящему делу, не является процессуальным нарушением, влекущим отмену приговора.

Утверждения осужденных о необъективности предварительного следствия в связи с неудовлетворением их ходатайств о проведении ряда следственных действий, высказаны вопреки материалам дела, исходя из которых следователями, ведущими расследование, все ходатайства рассмотрены с принятием мотивированных постановлений. Обоснованные ходатайства осужденных были удовлетворены и повлияли на ход расследования. Несвоевременное уведомление осужденных о принятых решениях, за что следователи привлечены к дисциплинарной ответственности, на объективность расследования не повлияло.

Вопреки доводам в жалобах, следствием предпринимались меры по установлению камер видеонаблюдения в месте совершения преступления, однако таковых обнаружено не было (л.д. 236-237 т. 1). Проверены следствием и утверждения осужденных о наличии видеозаписи событий обвинения в видеорегистраторе, установленном в автомобиле ФИО18, о чем свидетельствуют неоднократные допросы потерпевшего, который в свою очередь заявил об отсутствии таковой, ввиду неисправности регистратора.

Доводы осужденных о предъявлении им по окончании предварительного расследования материалов дела в не прошитом, не пронумерованном и неполном виде, опровергаются протоколами их ознакомления с материалами дела в присутствии защитников (л.д. 156-160, 164-168 т. 3), в которых указано о полном ознакомлении с материалами дела, предъявленных им в надлежащем виде.

Кроме того, следует отметить, что в ходе судебного разбирательства, осужденные повторно и неоднократно знакомились с материалами дела, не указывая на конкретные нарушения, допущенные следователем при выполнении требований ст. 217 УПК РФ, а также неполноту предъявленных им материалов.

При назначении наказания осужденным суд учел характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, смягчающие и отягчающие обстоятельства, данные об их личности, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей.

Смягчающими наказание обоих осужденных обстоятельствами, суд признал состояние их психического и физического здоровья, положительные характеристики и отсутствие сведений о постановке их на спецучеты.

Отягчающим наказание ФИО1 и ФИО2 обстоятельством, судом обоснованно признан рецидив преступлений в их действиях.

Указанные обстоятельства в полной мере учтены судом при назначении наказания осужденным, которое признается судом апелляционной инстанции справедливым.

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом к совершению преступления, о чем указано в апелляционных жалобах, не имеется, поскольку материалами дела подобного поведения потерпевшего не установлено. Напротив, из показаний свидетеля ФИО19 установлено, что инициатором конфликта с потерпевшим являлся именно ФИО2

Частичное признание осужденными вины не является предусмотренным ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание. Судебная коллегия не усматривает оснований для признания его таковым в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, поскольку из исследованных доказательств усматривается, что свою вину в групповом разбое с целью хищения имущества ФИО18, с применением к нему насилия опасного для жизни и здоровья, и предмета, используемого в качестве оружия, осужденные не признали.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими, не усматривается.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

Приговор Советского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных и адвокатов – без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденными – в тот же срок со дня вручения им копии определения.

В случае подачи кассационных жалоб, осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись П.М. Гонтарева

Судьи подпись Н.Э. Маревский

подпись Е.В. Иваненко