Дело №... КОПИЯ
УИД 59RS0№...-55
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 января 2026 года <АДРЕС>
Орджоникидзевский районный суд <АДРЕС> в составе:
председательствующего судьи Жужговой Д.А.,
при секретаре судебного заседания Ивашенцевой О.С.,
с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности от (дата),
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просит признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <АДРЕС>, заключенный (дата), между ней и ФИО3, указав в резолютивной части решения, что данное решение является основанием для прекращения права собственности ответчика и основанием для регистрации права собственности истца на данный объект недвижимости.
Требования мотивированы тем, что (дата) между ней (истцом) одной и ФИО3 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <АДРЕС>, что подтверждается прилагаемым договором дарения. Между тем, совершая сделку по отчуждению единственной принадлежащей ей на праве собственности квартиры, в которой она фактически зарегистрирована и проживает, она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, неразумно и необъективно оценивала ситуацию, действовала под влиянием существенного заблуждения. На момент заключения сделки она не осознавала суть заключаемого договора дарения жилого помещения, так как ее целью не было продать квартиру, она хотела оформить завещание, но ответчик ввела ее в заблуждение относительно природы договора, воспользовавшись неграмотностью и состоянием здоровья. Она (истец) не имела намерения отчуждать принадлежащую ей квартиру, поскольку никакого другого жилья и близких родственников с жильем у нее не имеется, не готовилась к переезду, не собирала свои вещи, не снималась с регистрационного учета, выселяться ей некуда, ее ввели в заблуждение относительно природы сделки, считала, что оформляет завещание, не было воли и желания дарить свое единственное жилье, она не совершила бы эту сделку, если бы понимала действительное положение дел и какой договора она подписывает. В соответствии со справкой ГБУЗ «ККПБ» от (дата) у нее имеется диагноз «Другие органические расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями головного мозг F 07.8». Таким образом, договор дарения квартиры от (дата) является недействительным, поскольку при заключении указанного договора она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, неразумно и необъективно оценивала ситуацию, действовала под влиянием существенного заблуждения. Является возрастной и одинокой женщиной, действительной воли на дарение единственного жилья, необходимости совершить данную сделку у нее не имелось. Просит удовлетворить заявленные требования.
Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении требований настаивала, пояснила, что ответчик пообещала помогать ей, но не помогает, в России не живет 3 года, живет в Белоруссии. Она продолжает проживать в спорной квартире, ответчик ее из квартиры не выселяет, но и на связь не выходит. Ответчик ввела ее в заблуждение обещанием ей помогать.
В предварительном судебном заседании (дата) ФИО1 пояснила, что на момент совершения сделки отношения с внучкой были доверительные, сейчас ответчик не проживает в России с (дата) года. Исковое заявление подано, поскольку ответчик не живет в <АДРЕС>, не помогает ей. Пояснила, что для заключения договора она с ответчиком вместе пришли в МФЦ, внучка обещала ей помогать. О том, что ответчик проживает в другом городе, и как она будет помогать ей, истец не думала. Указала, что ответчик мешает ей проживать в спорной квартире, что родные и подруги говорят ей, что она зря подарила квартиру внучке, что внучка может выгнать ее из квартиры. Пояснила, что понимала, что дарит квартиру ответчику, но думала, что можно будет отменить договор, полагает, что была введена в заблуждение. Не отрицала, что все осознавала при заключении договора дарения. Сейчас она с ответчиком не общается. У нее есть сын, была дочь, которая умерла, ответчик является ее внучкой. Сейчас с ней проживает младшая внучка Вика (л.д. 55-56).
Представитель истца ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивала, пояснила, что ответчик обещала предоставить истцу материальное содержание, оплачивать коммунальные услуги, обещание свое не сдержала. Во время заключения договора ответчик не осознавала, что подписывает договор дарения, его не прочитала, думала, что делает завещание и не понимала сути договора. Истец больна сахарным диабетом, у нее давление, на нее влияние оказать легко, ответчик воспользовалась состоянием истца, и убедила передать ей квартиру в собственность. Квартирой ответчик не пользуется. У истца есть еще сын, два внука, которые действительно ей помогают, а ответчик не участвует в жизни истца.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом посредствам электронной почты, представила письменное заявление о рассмотрении спора в ее отсутствие. Ранее в предварительном судебном заседании (дата) пояснила, что исковые требования не признает, истец ФИО1 ее бабушка, неоднократно на семейных торжествах говорила, что квартира достанется ей. (дата) ответчик прилетела в <АДРЕС>, узнать, как у бабушки дела, поскольку она незадолго до этого наблюдалась у врача и ей сказали, что у нее был инфаркт и есть след на сердце. Они вместе обратились в МФЦ, истцу там все разъяснили, что договор - именно дарственная. С 2018 года она оплачивает коммунальные услуги за спорную квартиру. Не имеет намерения продавать квартиру. (дата) бабушка на каком-то семейном торжестве сама все рассказала. В итоге родственники настроили бабушку против нее. Разговор о квартире начался в связи с ухудшением здоровья бабушки. В заблуждение она бабушку не вводила. Наследником первой очереди является ее сын (л.д. 45). В предварительном судебном заседании (дата) ответчик пояснила, что не согласна обратно оформить квартиру на бабушку, поскольку эту квартиру бабушка обещала ей, а своему сыну она уже передала квартиру. Полагает, что сын заставил истца написать данный иск (л.д. 55-56).
Представитель третьего лица Управления Росреестра по Пермскому краю в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, письменных заявлений, ходатайств суду не представил. В представленном ранее письменном отзыве просил рассмотреть исковое заявление без участия представителя Управления (л.д. 36-37).
Суд, выслушав пояснения истца, ее представителя, исследовав материалы дела, медицинские документы ФИО1, пришел к следующему выводу.
Согласно положениям ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В силу положений ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с ч. 2 указанной статьи требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.
Частью 5 статьи 166 Кодекса предусмотрено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
В соответствии с положениями части 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
Из положений части 2 указанной статьи следует, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу части 3 статьи 167 ГК РФ, если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.
Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (ч. 4 ст. 167 ГК РФ).
Согласно части 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно части 3 статьи 177 ГК РФ, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.
Абзацами 1 и 3 части 1 статьи 171 ГК РФ предусмотрено, что Статья 171 каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.
Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.
Как установлено ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В силу части 2 статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
В соответствии с ч. 3 указанной статьи заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки (ч. 4 ст. 178 ГК РФ).
Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (ч. 5 ст. 178 ГК РФ).
На основании ч. 6 ст. 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.
Из положений части 3 статьи 179 ГК РФ следует, что сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Судом установлено, что (дата) между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО1 безвозмездно передает квартиру в собственность, а ФИО3 принимает в дар от ФИО4 квартиру, расположенную по адресу: <АДРЕС> (л.д. 10-15).
Квартира по соглашению сторон оценена в 1 350 000 рублей.
В договоре указано, что даритель и одаряемый приходятся по отношению друг к другу близкими родственниками, а именно – являются родными бабушкой и внучкой.
Договор подписан сторонами собственноручно.
(дата) договор и переход права собственности зарегистрированы в Управлении Росреестра по <АДРЕС>, запись №..., ФИО3 является собственником квартиры с (дата) (л.д. 22-23).
(дата) на спорную квартиру наложено обременение в виде запрещения регистрации №... на основании определения Орджоникидзевского районного суда <АДРЕС> от (дата) (л.д. 25-34).
В материалы дела истцом представлена выписка о приеме ФИО1, (дата) г.р. (№... лет) <.....>
В квартире, расположенной по адресу: <АДРЕС> на регистрационном учете состоят: ФИО5, (дата) г.р. – с (дата), ФИО6, (дата) г.р. – с (дата), ФИО3, (дата) г.р. – с (дата), ФИО1 – с (дата) (л.д. 47).
Определением Орджоникидзевского районного суда <АДРЕС> от (дата) по делу назначено проведение <.....> экспертизы в отношении ФИО1 (л.д. 57-58).
У психиатра ранее ФИО1 не наблюдалась, на учете в ГБУЗ ПК «ПККНД» не состоит (л.д. 75-77).
В материалы дела представлена копия трудовой книжки истца (л.д. 85-91).
Согласно заключению <.....>
В ходе рассмотрения дела судом был допрошен свидетель ФИО6, сын истца.
Свидетель ФИО6 пояснил, что при совершении оспариваемой сделки дарения он не присутствовал, но мать ему жаловалась, что на нее производилось давление со стороны ответчика, которое заключалось в том, что нужно идти оформлять квартиру. Коммунальные услуги в спорной квартире оплачивают младшая сестра ответчика и ее муж с помощью телефона. Считает, что истец могла заблуждаться, когда заключала договор, если бы мать позвонила тогда ему, то ответчик бы не стала заключать договор.
Суд полагает, что к показаниям свидетеля стоит отнестись критически.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из того, что необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий.
С целью установления данных обстоятельств определением Орджоникидзевского районного суда <АДРЕС> от (дата) назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1
Согласно заключению комиссии экспертов от (дата) №... в юридически значимый период времени (дата) ФИО1 при заключении договора была способна понимать значение своих действий и руководить ими.
По мнению суда, оснований сомневаться в представленном заключении комиссии экспертов нет оснований. Заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, поскольку оно выполнены лицами, имеющими необходимую квалификацию и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Исследование и выводы, приведенные в заключении экспертов, изложены достаточно полно и ясно с учетом вопросов, поставленных перед ними в определении суда. По своему содержанию экспертное заключение полностью соответствует требованиям действующего законодательства, исследовательская часть базируется на исследовании всей имеющейся в деле медицинской документации, а также непосредственно истца. Объективных оснований не доверять выводам судебных экспертов у суда не имеется.
При изложенных обстоятельствах (дата) при заключении сделки – договора дарения ФИО1 могла понимать значение своих действий и могла руководить ими, а, следовательно, указанная сделка не может быть признана недействительной на основании ст. 177 ГК РФ, как совершенная с пороком воли.
Истцом также заявлено о признании договора дарения недействительным на основании ч. 1 ст. 178 ГК РФ, как сделки, совершенной под влиянием заблуждения.
При этом в исковом заявлении ФИО1 указывает, что заблуждалась относительно природы сделки, считала, что оформляет завещание.
Вместе с тем, в судебных заседаниях истец пояснила, что ответчик ввела ее в заблуждение обещанием ей помогать, а также, что истец понимала, что дарит квартиру ответчику, но думала, что сможет договор отменить.
Из материалов дела также усматривается, что на истца оказывают давления ближайшие родственники, в том числе сын, подруги, которые полагают заключение спорного договора дарения ошибочным.
Защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена под влиянием заблуждения, обеспечивает статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от (дата) №...-О, от (дата) №...-О и др.).
В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии, которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.
Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает.
Конституционный Суд Российской Федерации в названных выше определениях именует эти положения Гражданского кодекса Российской Федерации ориентирами, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной.
Вопрос о том, является ли заблуждение существенным, подлежит исследованию в каждом конкретном деле.
При этом оценке со стороны судов подлежит также то обстоятельство, проявил ли истец требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность при совершении оспариваемой им сделки.
Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Заблуждение истца относительно последствий, то есть в том, что совершенная сделка будет аннулирована, а право собственности на квартиру будет ей возвращено, в данном случае основанием для признания совершенной ею сделки недействительной являться не может.
Суд также учитывает особенности оспариваемого истцом вида сделки – договора дарения, сущность которого и порождаемых им гражданско-правовых последствий (переход права собственности на недвижимое имущество) является общеизвестной.
Дееспособный гражданин должен в первую очередь самостоятельно отвечать за последствия своего поведения, что следует, в том числе из смысла положений закона, закрепляющих основные начала гражданского законодательства (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Другими данными законодателем ориентирами разрешения вопроса о наличии оснований для оспаривания сделки в соответствии с положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации являются закрепленные в ее пункте 5 условия распознаваемости такого заблуждения и учета поведения (добросовестности) другой стороны сделки.
Согласно данной норме суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.
Исходя из положений названной статьи и в ее взаимосвязи с основными положениями гражданского законодательства, оспаривание сделки при безупречном поведении (объективной и субъективной добросовестности) по общему правилу по мотиву заблуждения не допускается.
При рассмотрении настоящего дела недобросовестного поведения ФИО3 при заключении оспариваемой сделки установлено не было.
С учетом изложенного, поскольку как на момент сделки, так и в настоящее время, способность истца понимать фактическую (содержательную) сторону юридически значимых событий не утрачена, суд считает возможным в удовлетворении исковых требований отказать.
Согласно ч. 3 ст. 144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.
По смыслу нормы ч. 3 ст. 144 ГПК РФ суд обязан отменить меру обеспечения иска, когда отпадает необходимость в таковой. Принятие мер по обеспечению иска связано с обеспечением возможности исполнения судебного решения, принятого по результатам рассмотрения конкретного гражданского дела.
Учитывая, что исковые требования оставлены без удовлетворения, суд приходит к выводу, что необходимость в сохранении обеспечительных мер отпала.
При таких обстоятельствах обеспечительные меры принятые определением Орджоникидзевского районного суда <АДРЕС> от 23.04.2025г. подлежат отмене.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры отказать.
Отменить обеспечительные меры, принятые определением Орджоникидзевского районного суда <АДРЕС> (дата).
Отменить запрет Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <АДРЕС> осуществлять регистрационные действия в отношении квартиры, расположенной по адресу: <АДРЕС>
Решение может быть обжаловано в <АДРЕС>вой суд через Орджоникидзевский районный суд <АДРЕС> в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения ((дата)).
Судья (подпись) Д.А. Жужгова
Копия верна, судья.