УИД 63RS0027-01-2024-003781-40
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 июля 2025 года г. Тольятти
Ставропольский районный суд Самарской области в составе председательствующего федерального судьи Магда В.Л.,
с участием истца ФИО1,
представителя истца ФИО4,
ответчика ФИО6, действующей в своих интересах и в интересах ФИО2,
представителя ответчика ФИО6 — ФИО7,
представителя третьего лица ФИО5 — ФИО3,
при секретаре судебного заседания Дмитриевой Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-979/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО8, ФИО6 о признании договоров дарения недействительными,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в Ставропольский суд к ФИО8, ФИО6 о признании договоров дарения недействительными, в котором с учетом уточненных требований просит:
- признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО8, и договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО8 и ФИО6 о дарении жилого дома площадью: общей 355,5 кв.м, жилой 91,70 кв.м, кадастровый №, и земельный участок площадью 1499,00 кв.м., назначение земли поселений, находящиеся по адресу: <адрес> недействительными;
- применить последствия недействительности сделок.
Заявленные требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО9 был заключен брак. При заключении брака фамилия жены была изменена на ФИО10.
ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка № Ставропольского судебного района Самарской области брак между ФИО1 и ФИО6 был расторгнут.
В период брака родились совместные дети: ФИО11 и ФИО8.
На момент заключения брака у ФИО1 в собственности находился жилой дом, площадью: общей 355,5 кв.м., жилой 91,70 кв.м, кадастровый №, принадлежащий ФИО1 на основании права на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства о государственной регистрации права 63-АБ № выданным ДД.ММ.ГГГГ УЮ СОРП филиалом Ставропольского района Самарской области (запись регистрации <данные изъяты>) и земельный участок, площадью 1499,00 кв.м., назначение земли поселений, принадлежащий ФИО1 на основании права на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, № в реестре 8900, свидетельства о государственной регистрации права серия 63-АБ №, выданный ДД.ММ.ГГГГ УЮ СОРП филиалом <адрес> находящейся по адресу: <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заключил с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в лице его законного представителя ФИО6, договор дарения на вышеуказанные объекты недвижимости (дом и земельный участок). При этом, существенным условием договора дарения стал п. 4: лица, сохраняющие за собой право проживания и пользования жилым домом после дарения: ФИО1, ФИО11, ФИО8.
На момент дарения стороне одаряемого ФИО8 было 11 лет и его мать, представляя интересы одаряемого, полностью понимала: принимала условия договора.
Договор дарения был зарегистрирован в УФСГР (в Росреестре).
Истец полагает, что в момент заключении договора он, не понимал, что заблуждается, разумно и объективно не оценил ситуацию и возможные крайне негативные последствия. При заключении сделки договора дарения истец добросовестно полагал, что заключая договор на установленных условиях, он сохранит за собой права проживания и пользования в будущем. Иного жилья, кроме подаренного сыну дома, истец не имеет.
Выяснилось после расторжения брака (ДД.ММ.ГГГГ), сын истца ФИО8 распорядился подаренным имуществом, передав его в собственность своей матери ФИО6
Истец, имея намерение защитить свое право на единственное жилье, ДД.ММ.ГГГГ обратился в Ставропольский районный суд Самарской области с требованием к Управлению Росреестра по Самарской области об обязании внести сведения об обременении в ЕГРН.
ДД.ММ.ГГГГ Ставропольским районным судом Самарской области было принято решение по гражданскому делу №.
Срок исковой давности по оспариванию сделки – договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ с условием проживания истца в подаренном доме не пропущен, так как истец полагал, что договор дарения с условием его проживания в доме обезопасил его от угрозы потери единственного для истца жилья.
Истец при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ желал заключить соглашение, которое являлось бы гарантией того, что за ним будет осуществляться постоянный уход, оказываться поддержка лицом (представителем лица), в пользу которого он совершит действия по отчуждению своего жилья. В момент совершения сделки воля сторон не была направлена на возникновение соответствующих дарению гражданских прав и обязанностей, между истцом и ответчиком была достигнута договоренность о переходе права собственности на объект недвижимости только после его смерти, взамен помощи в быту, ухода, что свидетельствует о том, что сделка не являлась безвозмездной, а предусматривала встречное исполнение обязательства.
Определением Ставропольского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, отраженном в протоколе судебного заседания (л.д.157-159) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО11, нотариус ФИО12, ПАО «Россети Волга».
В судебном заседании истец заявленные требования подержал и просил их удовлетворить по основаниям изложенным в иске и дополнительных письменных пояснениях. Дополнительно в судебном заседании пояснил, что в их семье так сложилось, что семейный дом остается у младшего сына. Он понимал, что право владения, пользования и распоряжения будет у младшего сына, но при условии, что домом будут пользоваться и другие сыновья и сам истец. На вопрос суда пояснил, что он не понимал, что такое договор ренты.
В судебном заседании представитель истца ФИО4 заявленные требования подержала и просила их удовлетворить по основаниям изложенным в иске и дополнительных письменных пояснениях. Дополнительно пояснила, что спорный дом ранее принадлежал истцу, был получен по завещанию от родителей. Истец, будучи убежденным в добросовестности дальнейших отношений, подарил дом сыну. Представителем несовершеннолетнего выступала ФИО6, обязательным условием договора дарения был п. 4 лица сохраняющие за собой право пользования и проживания дома ФИО1, ФИО11 и ФИО8 Истец был уверен, что до конца своей жизни он останется в этом доме и будет иметь крышу над головой. Супруги развелись, сын ФИО8 оформил договор дарения на ФИО6, и право проживания в новом договоре дарения исчезает. В новом договоре ФИО6 выступает как одаряемый, а ФИО8 как даритель. Данной сделкой нарушается право истца на единственное жилье. Приобрести иное жилье у него возможности не имеется. Считает, что при заключении договора дарения истец заблуждался относительно природы сделки. В ходе разговора с истцом выяснилось, что форму договора в ДД.ММ.ГГГГ составляла ФИО6, которая не могла не знать о пункте 4 договора, что за истцом остается право бессрочного пользования домом. Однако, в последующем договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ данный пункт о постоянном проживании истца отсутствует.
Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суду не сообщил, просил рассмотреть дело без своего участия. С требования истца не согласен. При этом воспользовался своим правом, предусмотренным ч.1 ст.48 ГПК РФ, на ведение дела через представителя.
В судебном заседании ответчик ФИО6, действующая так же в интересах ответчика ФИО13, с исковыми требованиями не согласилась в полном объеме, просила отказать в заявленных требованиях. Дополнительно пояснила, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ был составлен нотариусом по просьбе истца. Истец подарил земельный участок и расположенный на нем дом своему младшему сыну. Истец понимал, что он подписывает договор дарения. Истец до сих пор проживает в доме, его никто не выселяет.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 - ФИО7 с исковыми требованиями не согласился в полном объеме, просил отказать в заявленных требованиях. Заявил о пропуске срока исковой давности об оспаривании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Пояснил, что у истца нет оснований для спаривания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он не является стороной сделки. Считает, что истец намерено заявляет, что был заключен договор ренты. Истец понимал, что он дарит своему сыну земельный участок и расположенный на нем дом.
Третье лицо ФИО11 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суду не сообщил, об отложении дела не просил. Согласно письменного заявления просил в соответствии с ч.5 ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело без своего участия. При этом воспользовался своим правом, предусмотренным ч.1 ст.48 ГПК РФ, на ведение дела через представителя.
В судебном заседании представитель третьего лица ФИО11 — ФИО6 с исковыми требованиями не согласилась в полном объеме, просила отказать в заявленных требованиях.
Представитель третьего лица ПАО «Россети Волга» в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительны причинах неявки суду не сообщил, просил рассмотреть дело без участия представителя ПАО «Россети Волга».
Третье лицо нотариус ФИО12 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрение дела извещалась надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суду не сообщила. В порядке ст.35 ГПК РФ предоставила письменный отзыв, в котором указала, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО8 в архиве нотариальной контры отсутствует. Согласно сведениям Росреестра по Самарской области, все сделки относительно указанного объекта недвижимости совершались в простой письменной форме.
Представитель третьего лица Управления Росреестра по Самарской области в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суду не сообщил, об отложении, рассмотрении дела без своего участия не просил.
Суд выслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, приходит к следующему.
Согласно части первой статьи 12 ГПК РФ, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она основывает свои требования.
В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Согласно статей 153, 154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними. Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).
В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункты 1, 2 статьи 223 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.
В соответствии с ч.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Правовой целью вступления, одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением титульного владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновение титульного владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты, принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого, а также отсутствия со стороны одаряемого любого встречного предоставления.
При этом, совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество.
Таким образом, при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением.
Согласно ст.164 ГК РФ в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.
К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
На основании ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1).
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2).
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3).
В соответствии с ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Бремя доказывания совершения сделки под влиянием обмана или заблуждения, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ лежит на истце.
Судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежало следующее имущество:
- жилой дом, площадью: общей 355,5 кв.м., жилой 91,70 кв.м, кадастровый №, по адресу: <адрес>6, почтовый адрес ориентира: <адрес>
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, действующего в лице своего законного представителя ФИО6 был заключен договора дарения, согласно которому даритель безвозмездно передал, а одаряемый принял в собственность жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> земельный участок, находящийся по адресу<адрес>
В силу пункта 4 договора дарения лица, сохраняющие за собой право проживания и пользования указанным жилым домом после его дарения: ФИО1, ФИО11, ФИО8 (л<данные изъяты>
Управлением Росреестра по Самарской области ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован переход права собственности.
Из буквального толкования текста оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что договор ясно определяет волеизъявление дарителя на безвозмездную передачу земельного участка и расположенного на нем жилого дома в собственность одаряемого.
Обращаясь с исковым заявлением в суд и оспаривая указанную сделку дарения, истец указывает на то, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО8 недействительный по основаниям, предусмотренным ст. 166 и ст. 178 ГК РФ.
В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
В силу ч.1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Пункт 3 ст. 574 предусматривает обязательную государственную регистрацию договора дарения недвижимого имущества.
В предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной, совершенной под влиянием заблуждения, входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.
По смыслу приведенных положений ст. 178 ГК РФ, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.
Заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить (например, думая, что заключает договор ренты, дарит квартиру).
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец, ссылается на то, что он заблуждался относительно природы сделки, ее правовых последствий, полагая, что заключают договор о пожизненном содержании с иждивением, в том числе с пожизненным проживанием в доме.
Что касается доводов истца и его представителя о том, что был умысел на составлении договора ренты, суд относиться к данным доводам критически, поскольку в соответствии со ст. 583-584 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина и иждивением. Договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.
Пунктом 1 ст. 601, ст. 602 ГК РФ предусмотрено, что по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).
Обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты ритуальных услуг.
В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.
Таким образом, правовым последствием заключения, как договора ренты, так и договора дарения является переход права собственности на имущество, к плательщику ренты это право переходит возмездно (взамен на предоставление содержания с иждивением в натуре за счет своих средств), а к одаряемому - безвозмездно, то есть без какого-либо встречного предоставления (ни в денежной, ни в натуральной форме).
Как следует из разъяснений в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.
Согласно подп. 1 п. 2 ст. 163 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе.
Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность (п. 3 ст. 163 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Судом проверены доводы истца о том, что в действительности истец рассчитывал на заключение договора ренты с пожизненным содержанием и установлено.
В Информационном письме Президиума ВАС РФ от 10 декабря 2013 года № 16 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что заблуждение относительно природы сделки (статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации) выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить (например, думая, что заключает договор ссуды, дарит вещь).
Юридически значимым обстоятельством являлось выяснение вопроса о том, понимал ли истец сущность сделки на момент ее совершения или же его воля была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Предметом доказывания истца является направленность его воли на совершение иной сделки.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец, ссылается на то, что он заблуждался относительно природы сделки, ее правовых последствий, полагая, что заключают договор пожизненного содержания (постоянного проживания в подаренном доме).
Кроме того, суд полагает недоказанным довод истца ФИО1 о том, что оспариваемый им договор дарения был заключен сторонами под условием, поскольку в судебном заседании истец пояснил, что он намеривался именно подарить земельный участок и расположенный на нем дом своему сыну. Договор подписан добровольно, без принуждения, что сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.
При изложенных обстоятельствах, действительная воля сторон оспариваемого договора была направлена на достижение правовых последствий в виде безвозмездной передачи имущества ФИО1 в пользу своего сына ФИО8
Доказательств того, что истец заблуждался в предмете сделки не имеется как и не имеется доказательств того, что у ФИО8 имелся умысел на обман ФИО1 при заключении сделки (оставить его без имущества). Данные доводы истца подлежат отклонению, как не подтвержденные материалами дела.
Доводы стороны истца о том, что истец несет расходы по оплате коммунальных услуг, потребленных по адресу нахождения спорного земельного участка и дома не свидетельствует о недействительности заключенной сделки, истец фактически проживает в спорном имуществе, платежи оплачивал добровольно, что следует из пояснений лиц, участвующих в деле.
Что касается доводов истца о том, что жилой дом и земельный участок ответчиком в дар приняты не были, поскольку после совершения сделки ответчик ФИО14 приехала в дом исключительно забрать свои вещи, бремя содержания имущества не несла, коммунальные услуги не оплачивала.
По мнению суда так же не может являться основанием для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, поскольку как пояснил истец ФИО1 перед заключением договора дарения ставился вопрос о том, что он останется проживать в доме, однако в настоящее время его просят освободить дом, доказательств этому суду не представлено. Ответчик ФИО14 пояснила, что намерения выселять ответчика из спорного жилого помещения не имеет.
Исходя из справки, предоставленной администрацией с.п. Подстепки м.р. Ставропольский Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ за № в жилом доме по адресу: <адрес>, с.<адрес>, <адрес>, <адрес>, зарегистрированы: ФИО1, ФИО6, ФИО8, ФИО11, проживает только ФИО1
Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку.
Из ответа на запрос суда от нотариуса ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что договор дарения жилого дома от имени ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ не удостоверялся.
Договор дарения подписан обеими сторонами сделки, переход права на спорное недвижимое имущество осуществлены на основании личного заявления дарителя.
В ходе рассмотрения дела представитель истца в подтверждение заявленных оснований для признания договора дарения вышеуказанного имущества сослалась на то, что ФИО1 в настоящее время является человеком преклонных лет, с хроническими заболеваниями, сейчас проходит лечение и ставится вопрос о его инвалидности. Состояние здоровья истца подтверждается выписными эпикризами из наименование организации.
Суд, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности, приходит к выводу о том, что обязанности по оспариваемому договору дарения выполнены сторонами в полном объеме, воля дарителя на отчуждение принадлежащего ему имущества выражена ясно, добровольно и в установленной законом форме, договор подписан сторонами по сделке. Договор заключен в соответствии с требованиями, предъявляемыми к таким сделкам действующим законодательством. Содержание спорного договора дарения прямо свидетельствует о воле дарителя на безвозмездную передачу принадлежащего ему имущества.
Из договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ прямо следует, что истец подарил ответчику, а последний принял недвижимое имущество в дар и даритель в действительности имел намерение подарить одаряемому земельный участок и жилой дом, а супруга дарителя на момент совершения договора дарения (ФИО6) не возражает против совершения дарителем указанной сделки (действовала в интересах на тот момент несовершеннолетнего одаряемого).
Все существенные условия заключенного между сторонами договора дарения были изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истцом не высказывалось, он добровольно подписал указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, согласился со всеми условиями, доказательств иного суду не представлено.
Оснований для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным не имеется, поскольку с учетом установленных обстоятельств отсутствуют основания полагать, что участники сделки при заключении оспариваемого договора стремились к достижению правового результата, отличного от правовых последствий договора дарения.
Истцом не представлено и материалы дела допустимых и относимых доказательств того, что при совершении оспариваемой сделки его воля была направлена на совершение какой-либо иной сделки, отличной от договора дарения не представлено.
Состояние здоровья на момент рассмотрения дела не имеет юридического значения для рассмотрения дела по основанию, совершении сделки под влиянием заблуждения, а также не может подтверждать факт того, что истец при совершении договора дарения ДД.ММ.ГГГГ сомневался в предмете сделки, данный довод направлен лишь на моральную сторону ответчиков, с целью получения назад своего имущества, как полагавшего истцом получивших его (имущества) недобросовестным способом.
Проанализировав имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка выражала действительную волю истца, который отказался от своего права на спорное недвижимое имущество самостоятельно и на момент заключения договора дарения понимал значение своих действий и был способен руководить ими.
Исходя из вышеизложенного, оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части, суд не усматривает.
Представителем ответчика в ходе рассмотрения дела было заявлено о пропуске срока исковой давности об оспаривании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.11.2001г. «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Согласно п.1 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков.
Истцом было заявлено, что он узнал о своем нарушенном праве после расторжении брака, когда ответчик (его бывшая супруга ФИО6) объявила ему, что она является собственником спорного земельного участка и расположенного на нем жилого дома и попросил его освободить дом, в связи с чем им был подан иск в Ставропольский районный суд Самарской области, однако решением Ставропольского районного суда Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № было отказано в удовлетворении заявленных требований об обязании Управления Росреестра внести сведения об обремении в ЕГРН <данные изъяты>), только в ходе рассмотрения дела он узнал, что собственником имущества является ФИО6, в связи с чем срок оспаривания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не был пропущен.
Однако, суд приходит к выводу, что данный довод истца является ошибочным, поскольку после совершения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ и его регистрации в Управлении Росреестра, истец знал о том, что данное имущество перешло в пользование, владение и распоряжение ответчика – сына истца ФИО8
Таким образом срок исковой давности необходимо исчислять с момента регистрации договора дарения в Росреестре, а именно с ДД.ММ.ГГГГ – 1 год, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом срок исковой давности по оспариванию данного договора истек.
С иском ФИО1 обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть с существенным пропуском срока исковой давности.
Истцом пропущен срок исковой давности, доказательств о наличии уважительных причин, которые могли бы им препятствовать для обращения в суд с данным иском, суду не представлено.
Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных истцами требований, в связи с чем исковые требования о признании недействительным договора дарения не подлежат удовлетворению.
Что касается требований истца о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО8 и ФИО6 о дарении жилого дома площадью: общей 355,5 кв.м, жилой 91,70 и земельного участка площадью 1499,00 кв.м., находящиеся по адресу: <адрес> недействительными и применении последствия недействительности сделок, суд приходит к следующим выводам.
Статьей 223 ГК РФ установлено, что право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
В соответствии с положениями ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО6 был заключен договор дарения земельного участка с КН 63:32:1701023:6, площадью 1499 кв.м., местонахождение: <адрес>, пер. Морской <адрес> расположенное на нем здание, КН 63:32:1701022:112, жилое, площадью 313,8 кв.м., местонахождение: <адрес>, пер. Морской <адрес>. Данный договор был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве ДД.ММ.ГГГГ (л.д.97-98).
Стороны подписали договор и не оспаривали его.
Даже после регистрации договора дарения истец остался проживать в спорном доме.
Сохранение за дарителем ФИО1 права проживания в жилом доме при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не противоречит положениям пункта 1 статьи 572 ГК РФ, поскольку предоставление права проживания тем или иным лицам является одним из правомочий ее собственника.
Согласно положениям ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (отсутствуют доказательства того, что обязательным условием заключения договора дарения являлось предоставление возможности проживания дарителя в доме (заключение сделки под условием не производилось).
При этом указание в договоре дарения на право проживания дарителя нельзя рассматривать как встречное обязательство (встречным предоставлением), это условие сделки, которое даритель вправе включить в договор.
Условие договора дарения о проживании в доме дарителя не делает договор дарения возмездным и не свидетельствует о его какой-либо притворности.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение пункта 2 статьи 218 ГК Российской Федерации направлено на реализацию участниками гражданских правоотношений своих имущественных прав, в том числе права иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им (определения от 21 октября 2008 года N 660-О-О, от 21 июня 2011 года N 833-О-О, от 17 июля 2012 года N 1294-О, от 16 июля 2013 года N 1188-О и др.).
Наличие в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ условия о сохранении за истцом и третьего лица ФИО11 права пользования и проживания на жилой площади не могло ограничивать возникшее после государственной регистрации право собственника ФИО8 на свободу распоряжения принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению, а также учитывая, что то обстоятельство, что жилой дом является для истца единственным жильем, само по себе не может являться достаточным основанием для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества в виде жилого помещения любому лицу.
Таким образом, сделку дарения, заключенную между ФИО8 и ФИО6 оснований считать недействительной у суда не имеется. Сами участники договора от ДД.ММ.ГГГГ указанную сделку не оспаривали.
Учитывая изложенное суд полагает что оснований для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключенного между ФИО8 и ФИО6 так же не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО8, ФИО6 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительными – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Ставропольский районный суд Самарской области.
Судья (подпись) В.Л. Магда
КОПИЯ ВЕРНА
Судья В.Л. Магда
Мотивированное решение составлено 25.07.2025.