Дело № 2-2175/2025

УИД 13RS0023-01-2025-003446-98

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 23 октября 2025 года

Ленинский районный суд города Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего судьи Бурлакова И.И.,

при секретаре судебного заседания Телиной И.А.,

с участием в деле:

истца – ФИО1,

ответчика – Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия,

представителя ответчика – ФИО2, действующей на основании доверенности от 09.01.2025 №4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия о признании незаконным и отмене решения ответчика № 86114/25 от 04.09.2025, возложении обязанности зачесть в страховой стаж периоды с 15.07.1992 по 21.02.1994 (1 год 7 месяцев 7 дней) и с 14.02.1997 по 13.02.1998 (1 год) и назначить страховую пенсию по старости в соответствии с п.1.2 ч.1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с 29.08.2025,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику о признании незаконным и отмене решения ответчика № 86114/25 от 04.09.2025, возложении обязанности зачесть в страховой стаж периоды с 15.07.1992 по 21.02.1994 (1 год 7 месяцев 7 дней) и с 14.02.1997 по 13.02.1998 (1 год) и назначить страховую пенсию по старости в соответствии с п.1.2 ч.1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с 29.08.2025.

В обоснование иска указано, что она ФИО1, полагая, что имеет необходимый страховой стаж, возраст и величину индивидуального пенсионного коэффициента для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» обратилась в ОСФР по Республике Мордовия с соответствующим заявлением о назначении пенсии.

Однако решением ОСФР по Республике Мордовия № 86114/25 от 04.09.2025 года в назначении пенсии ей было отказано в связи с отсутствием у нее продолжительности страхового стажа не менее 37 лет. Согласно обжалуемого решения на 29.08.2025 года продолжительность её страхового стажа якобы составляла лишь 36 лет 2 месяца 11 дней. С данным обстоятельством она категорически не согласна.

При этом в обжалуемом решении указано, что она достигла необходимого для назначения пенсии возраста, при требующихся не ранее 57 лет, её возраст 58 лет, и имеет необходимую величину индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) - 39.398, при требующихся не менее 30. Данные обстоятельства ею не оспариваются.

Обжалуемым решением необоснованно не засчитан в страховой стаж ряд периодов её трудовой деятельности. В частности, с 15.07.1992 года по 21.02.1994 года (1 год 7 месяцев 7 дней) - отпуск по уходу за детьми, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения ими возраста 1.5 лет. Полагает, что данный период подлежит включению в её страховой стаж, поскольку отпуск по уходу за ребенком был предоставлен ей с 15.07.1992 года после рождения первого ребенка - сына К.А.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и продолжался непрерывно. Второй ребенок - дочь К.Ан.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения была рождена ею в период уже предоставленного ранее отпуска.

До введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 КЗоТ РСФСР предусматривала включение периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком в стаж работы по специальности для назначения пенсии по выслуге лет.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 января 1981 г. «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 г. № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 г. повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Впоследствии право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет было предусмотрено Законом СССР от 22 мая 1990 г. № 1501-1 «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым были внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утвержденные Законом СССР от 15 июля 1970 г.; статья 71 Основ была изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

С принятием Закона Российской Федерации № 3543-1 от 25 сентября 1992 г. «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 г.) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Таким образом, исходя из смысла приведенных выше нормативных актов, период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в специальный стаж работы по специальности в соответствии со статьей 167 КЗоТ РФ до внесения изменений в данную норму закона, то есть до 6 октября 1992 года.

Принимая во внимание, что отпуск по уходу за ребенком начался 15.07.1992 г., то есть в период действия названных нормативных актов, с учетом положений статей 6 (ч. 2), 15 (ч. 4), 17 (ч. 1), 18, 19 и 55 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, то период с 15.07.1992 г. по 21.02.1994 г. (до момента его окончания) подлежит включению в её страховой стаж, дающий ей право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости за длительную работу.

Изложенная позиция в полной мере согласуется с разъяснениями, данными по указанному вопросу Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30 (ред. от 28.05.2019) «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», в п.27 которого предписано, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Таким образом, спорный период с 15.07.1992 года по 21.02.1994 года (1 год 7 месяцев 7 дней) подлежит включению в её страховой стаж.

Кроме того, обжалуемым решением необоснованно не засчитан в ее страховой стаж период с 14.02.1997 года по 13.02 1998 года (1 год) - период получения пособия по безработице по той причине, что якобы согласно ч.9 ст. 13 и п.2 ч.1 ст.12 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» период получения пособия по безработице не поименован.

Данный вывод не основан на законе, поскольку согласно п.4 ч. 1 ст.12 данного Федерального закона в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитываются в частности периоды получения пособия по безработице, период участия в оплачиваемых общественных работах и период переезда или переселения по направлению государственной службы занятости в другую местность для трудоустройства.

Спорный период с 14.02.1997 года по 13.02.1998 года (1 год) подлежит включению в её страховой стаж.

С учетом включения в её страховой стаж вышеуказанных спорных периодов, общей продолжительностью 2 года 7 месяцев 7 дней продолжительность её страхового стажа значительно превысит 37 лет. Следовательно, продолжительность её страхового стажа на день обращения в ОСФР по Республике Мордовия отвечала предусмотренным законом условиям. Поэтому обжалуемое решение является незаконным и подлежит отмене с назначением ей пенсии со дня её обращения, то есть с 29.08.2025 года.

На основании изложенного просит признать незаконным и отменить решение Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия № 86114/25 от 04.09.2025 года. Обязать Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия зачесть ей - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в страховой стаж периоды с 15.07.1992 года по 21.02.1994 года (1 год 7 месяцев 7 дней) и с 14.02.1997 года по 13.02.1998 года (1 год) и назначить ей страховую пенсию по старости в соответствии с п.1.2 ч.1 ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" с 29.08.2025 года.

В судебном заседании ФИО1 поддержала свои исковые требования в полном объеме. Просила их удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 иск не признавала. Считала решение Отделения законным и обоснованным. Пояснила, что истица не правильно трактует положения п.1.2 ч.1 ст. 8 ФЗ № 400-ФЗ, периоды которые истица просит включить в длительный стаж могут быть засчитана в специальный стаж, что предусмотрено нормативными документами приведенными истицей в исковом заявлении. Однако данные периоды не учитываются для исчисления стажа за длительную работу.

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Установлено, согласно свидетельству о заключении брака К.А.В. и ФИО3 вступили в брак 20.07.1991. После вступления в брак, ФИО3 присвоена фамилия ФИО4. В период брака у ФИО1 родились дети: К.А.А. ДД.ММ.ГГГГ года рождения и К.Ан.А. ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Данные обстоятельства подтверждаются копиями свидетельств на л.д.14,15,16.

Согласно архивной справке от 13.10.2025 № 848 МКУ Чамзинского муниципального района «Межведомственный архив документов по личному составу» следует, что ФИО5 значилась в Комсомольском торге Чамзинского района с 1992 по 1994 год, должность контролер-кассир.

Приказом от 8 июля 1992 года № 38 параграф 2- ФИО4 предоставлен частично-оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения 1,6 лет на период с 15.07.1992 по 09.10.1993. Приказом от 14 сентября 1993 года № 53 ФИО1 предоставлен частично-оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения 1,6 лет на период с 17.09.1993 по 27.12.1994.

Приказом от 03.03.1994 № 14 ФИО1 уволена с 01.03.1994, магазин № 3 переводом в смешанное товарищество «Нива» по ст. 29 п.5 КЗОТ РФ.

Согласно представленной копии Пенсионного дела на ФИО1 следует, что ФИО1 не засчитан в страховой стаж для определения права на страховую пенсию по старости за длительную работу периоды которые оспаривает истец: с 15.07.1992 года по 21.02.1994 года (1 год 7 месяцев 7 дней) - отпуск по уходу за детьми, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения ими возраста 1.5 лет. А также период с 14.02.1997 года по 13.02.1998 год (1 год) - период получения пособия по безработице по той причине, что якобы согласно ч.9 ст. 13 и п.2 ч.1 ст.12 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» период получения пособия по безработице не поименован.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи39 КонституцииРоссийской Федерации).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии определены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (часть 1 статьи 1 указанного Федерального закона).

Согласно части 2 статьи 1 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» целью данного Федерального закона является защита прав граждан Российской Федерации на страховую пенсию, предоставляемую на основе обязательного пенсионного страхования с учетом социальной значимости трудовой и (или) иной общественно-полезной деятельности граждан в правовом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, в результате которой создается материальная основа для пенсионного обеспечения, особого значениястраховойпенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров, субсидиарной ответственности государства за пенсионное обеспечение, а также иных конституционно значимых принципов пенсионного обеспечения.

В пункте 5 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» для целей этого Федерального закона дано понятие установлениястраховойпенсии, как назначениястраховойпенсии, перерасчета и корректировки ее размера, перевода с одного вида пенсии на другой.

Статьей 6 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что в соответствии с этим Федеральным законом устанавливаются следующие виды страховых пенсий: страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности и страховая пенсия по случаю потери кормильца.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Согласно ч. 1.2 ст. 8 названного закона, лицам, имеющимстраховойстажне менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Таким образом, лица, имеющиестраховойстажне менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), имеют право на назначениестраховойпенсии по старости ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в частности, согласно данным трудовой книжки, архивной выписки, копии пенсионного дела, ФИО1 в спорный период с 1992 по 1994 год работала в Комсомольском торге Чамзинского района контролером-кассиром.

Согласно сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица по состоянию на 29 августа 2025 года, стаж ФИО1 составил 36 лет 2 месяца 11 дней.

04 сентября 2025 года Решением ОСФР по Республике Мордовия № 86114/25вназначениистраховойпенсии по старости ФИО1 было отказано в связи с отсутствием длительного страхового стажа продолжительностью 37 лет.

Согласно принятому решению у заявителя отсутствует длительныйстраховойстажпродолжительностью 37 лет, исчисленный в соответствии с п. 1.2 ч.1 ст.8 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ; заявитель не достиг возраста выхода на пенсию - 57 лет.

Согласно ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» лицам, имеющимстраховойстажне менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного ч.ч. 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно части 1 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»встраховойстажвключаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 данного Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Из положений части 9 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что при исчислении страхового стажа лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 настоящего Федерального закона, в целях определения их права на страховую пенсию по старостивстраховойстажвключаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 настоящего Федерального закона, а также периоды, предусмотренные пунктами 1 (периоды прохождения военной службы по призыву, периоды участия в специальной военной операции в период прохождения военной службы), 2 и 12 (периоды участия в специальной военной операции) части 1 статьи 12 настоящего Федерального закона. При этом указанные периоды включаются (засчитываются) без применения положений части 8 настоящей статьи. Периоды участия в специальной военной операции в период прохождения военной службы, в период пребывания в добровольческом формировании исчисляются с применением положений части 10 настоящей статьи (часть 9 изложена в редакции Федерального закона от 04 ноября 2022 г. № 419-ФЗ).

Частью 8 статьи 13 указанного Федерального закона предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывалисьвтрудовойстажпри назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включатьсявуказанныйстажс применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Обращаясь в суд с требованиями о признании незаконным решения ОСФР по Республике Мордовия и включения периодоввстаж, дающий право на назначениистраховойпенсии по старости, ФИО1 указывала на то, что спорный период ее нахождения в отпуске по уходузаребенкомимел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона РФ от 25 сентября 1992 года № 3543-1), в связи с чем подлежит включениювстраховойстажпри определении права на пенсию в соответствии ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Однако указанные доводы нельзя признать обоснованными, поскольку согласно ч. 9 ст. 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», при исчислении страхового стажа лиц, указанных в ч. 1.2 ст. 8 этого Федерального закона, в целях определения права на страховую пенсию по старостивстраховойстажвключаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные ч. 1 ст. 11 и п. 2 ч. 1 ст. 12 данного Федерального закона.

Действующее законодательство предусматривает возможность включения периода ухода одного из родителейзакаждымребенкомдо достижения им возраста полутора лет, а также периодов работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу Федерального закона «О страховых пенсиях» и засчитывалисьвтрудовойстажпри назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию по иным основаниям, в том числе в связи с достижением общеустановленного пенсионного возраста при соблюдении условий, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» (пункт 3 части 1 статьи 12, часть 8 статьи 13 указанного Федерального закона), исходя из положений части 9 статьи 13 Федерального закона «О страховых пенсиях», период нахождения истца в отпуске по уходузаребенкомне подлежит включениювспециальныйстраховойстаж- 37 лет для целей назначениястраховойпенсии по части 1.2 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», так как не поименован в части 1 статьи 11 и пункте 2 части 1 статьи 12 данного Закона.

Вместе с тем, в перечне периодов, которые согласно части 1 статьи 12 Федерального закона № 400-ФЗ засчитываютсявстраховойстажнаравне с периодами работы и (или) иной деятельности, предусмотренными статьей 11 настоящего Федерального закона, период отпуска по уходузаребенком, как и период получения пособия по безработице не назван, периоды нахождения в отпуске по уходузаребенкомдо достижения возраста 1,5 лет и период получения пособия по безработице не подлежат включению в подсчет страхового стажа истца при определении права на назначениестраховойпенсии по п. 1.2 ч.1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». При этомстраховойстаждолжен составлять 37 лет, который у ФИО1 на момент обращения в пенсионный орган отсутствовал, в связи с чем у пенсионного органа не имелось оснований для назначения ей пенсии в соответствии с п.1.2 ч.1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в связи с чем Отделением фонда по Республике Мордовия правомерно отказано ФИО1 в зачете спорных периодов встраховойстаждля назначения пенсии в соответствии с п. 1.2 ч.1 ст. 8 названного закона.

Доводы истца о том, что в соответствии с п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 «О практике рассмотрения дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» отпуск по уходузаребенком, начавшийся до 6 октября 1992 г., с учетом законодательства, действующего в указанный период, подлежит включениювстаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости, независимо от момента его окончания, также считает ошибочными и не обоснованными. Истец не учёл, что Пленум разъяснил периоды включениявстаж, дающий право на досрочное назначениестраховойпенсии по старости на основании ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», то есть категориям граждан, занимавшихся определенным видом деятельности, тогда как п. 1.2 ч.1 ст. 8 упомянутого закона предусматривается иное основание для назначение пенсии (определенное количество страхового стажа).

Таким образом, исходя из положений ч. 9 ст. 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ "О страховых пенсиях", периоды нахождения истца в отпуске по уходу за детьми и получение пособия по безработицы по п.4 ч. 1 ст.12 Федерального закона, не подлежат включению встраховойстаждля целей назначения страховой пенсии по п. 1.2 ч.1 ст. 8 названного Федерального закона, так как не поименованы в ч. 1 ст. 11 и п. 2 ч. 1 ст. 12 данного Федерального закона.

Поскольку в соответствии с нормами п.1.2 ч.1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ у ФИО1 отсутствует длительныйстраховойстажпродолжительностью 37 лет, исчисляемый в соответствии с ч.9 ст. 13 названного Федерального закона, и она не достигла возраста выхода на пенсию – 59 лет, предусмотренного нормами ч.1 ст.8 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ право на назначениестраховойпенсии по старости у ФИО1, отсутствует.

При названных обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для признания решения Отделения фонда от 04.09.2025 № 86114/25 незаконным и возложения на ответчика обязанности включить спорные периоды в страховой стаж за длительную работу и произвести назначение ФИО1 страховойпенсии по старости с момента её обращения с заявлением о назначениистраховойпенсии по старости- с 29 августа 2025 года, в связи с чем исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия о признании незаконным и отмене решения ответчика № 86114/25 от 04.09.2025, возложении обязанности зачесть в страховой стаж периоды с 15.07.1992 по 21.02.1994 (1 год 7 месяцев 7 дней) и с 14.02.1997 по 13.02.1998 (1 год) и назначить страховую пенсию по старости в соответствии с п.1.2 ч.1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с 29.08.2025, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия И.И. Бурлаков

Мотивированное решение суда составлено 30 октября 2025 года.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия И.И. Бурлаков