Производство № 2-47/2025 №

УИД №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> <дата>

Белогорский городской суд <адрес> в составе:

судьи Голятиной Е.А.,

при секретаре Михолапе Д.С.,

с участием представителя ответчика – Администрации Белогорского муниципального округа ФИО1, действующего на основании доверенностей от <дата> №, от <дата> №,

представителя ответчика – ООО «Районный водоканал» ФИО2, действующего на основании доверенности от <дата> №, от <дата> №,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности <дата> №,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Приамурского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования к Администрации Белогорского муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО5 о возмещении вреда, причиненного окружающей среде,

установил:

Приамурское межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – <адрес> межрегиональное управление Росприроднадзора, Управление) обратилось в суд с настоящим исковым заявлением, в обоснование указав, что на основании задания на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом от <дата> № Управлением совместно со специалистами филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> (далее – ЦЛАТИ по <адрес>), было проведено выездное обследование окрестностей <адрес> муниципального округа <адрес>, по результатам которого установлено следующее. В точке с географическими координатами <данные изъяты> обнаружено место слива жидких бытовых отходов (далее – ЖБО) на почву, присутствовал характерный запах ЖБО, имелись следы шин автомобилей, ЖБО на поверхности почвы представляло собой лед.

Специалистами ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» по <адрес> <дата> отобраны пробы почвы в месте слива и доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования. Каждая проба отобрана в полиэтиленовую емкость, стекло помещено в термос t4°С, доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования. Метод отбора ГОСТ 17.<данные изъяты>, ГОСТ <данные изъяты>. Тип отбора: точечная, объединенная. Заложены 3 контрольные площадки по <данные изъяты> м. каждая.

Согласно заключению по результатам отбора проб (образцов), лабораторных исследований (испытаний) и измерений в рамках обеспечения государственного контроля (надзора) в сфере природопользования и охраны окружающей среды от <дата> № установлено наличие превышения концентрации загрязняющих веществ относительно проб №, №, а именно: - по нефтепродуктам в пробе № в 1,4,15 раз, в пробе № в 3,9 раза, в пробе № в 61,25 раза, в пробе № в 75,3 раза, в пробе № в 59,4 раза, в пробе № в 35,3 раза; - по кобальту (валовая форма) в пробе № в 1,18 раз; - по нитритам в пробе № в 1,2 раза, в пробе № в 1,3 раза.

Управлением в администрацию Белогорского муниципального округа направлен запрос № от <дата> о категориях земельных участков, расположенных в указанных географических координатах. Согласно ответу администрации Белогорского муниципального округа от <дата> земельные участки с указанными географическими координатами относятся к категории земель «земли населенных пунктов», в связи с чем, Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора пришло к выводу о том, что собственником проверенного земельного участка является администрация Белогорского муниципального округа, которым в нарушение требований действующего законодательства Российской Федерации не приняты меры по недопущению загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы. Расчет ущерба выполнен на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Минприроды России от <дата> №, и составил <данные изъяты> рублей.

Управлением в адрес администрации Белогорского муниципального округа направлено претензионное письмо от <дата>, в котором предложено добровольно в тридцатидневный срок со дня получения данного претензионного письма возместить вред, причиненный окружающей среде, которое получено адресатом <дата>, соответственно, последний срок его исполнения – <дата>. Однако данная претензия администрацией Белогорского муниципального округа оставлена без исполнения, в адрес Управления не представлена информация и документально не подтверждено о самостоятельном возмещении вреда земельным ресурсам, причиненного ответчиком, о ликвидации последствий ненадлежащей эксплуатации, загрязнения окружающей среды, а именно ее компоненты – почвы, веществами и их соединениями, превышающими нормативы допустимого воздействия, что создает опасность для здоровья человека и окружающей среды.

С учётом уточнения, истец заявляет требования: взыскать солидарно с ответчиков ООО «Районный водоканал», ФИО5, администрации Белогорского муниципального округа в пользу Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора ущерб, причиненный окружающей среде, а именно, ее компоненту – почве, в размере <данные изъяты> рублей.

Определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> данное исковое заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу №, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО».

Определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> по ООО «Районный водоканал», ФИО5 привлечены к участию в деле в качестве соответчиков. В связи с прекращением ФИО5 деятельности индивидуального предпринимателя <дата>, указанным определением Арбитражного суда <адрес> дело № передано по подсудности в Белогорский городской суд <адрес>.

Определением Белогорского городского суда <адрес> от <дата> данное гражданское дело принято к производству суда.

Представитель истца Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора ФИО6 в судебных заседаниях поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что контрольное (надзорное) мероприятие проведено в соответствии с требованиями Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре и муниципальном контроле в Российской Федерации». Ответчиками не представлены доказательства проведения данных мероприятий с нарушением норм действующего законодательства. На основании сведений, представленных Администрацией Белогорского муниципального округа, Управлением определено, что место обследованное слива ЖБО в окрестностях <адрес> относится к землям населенных пунктов. В Белогорском муниципальном округе производится сбор и утилизация жидких бытовых отходов в четырёх населённых пунктах. ФИО7 занимала должность заместителя главы Белогорского муниципального округа, утвердила схемы слива ЖБО на территории <адрес>, куда ООО «РВК» и ФИО5 производился слив ЖБО, непосредственно на рельеф почвы.

Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора лицензия на осуществление деятельности по сбору, транспортированию, обработке, обезвреживанию, размещению отходов I-IV классов опасности в части выполнения работ по утилизации жидких бытовых отходов ООО «РВК» не предоставлялись, в связи с чем ООО «РВК» не имеет право осуществлять деятельность по обращению с ЖБО. Официальных постановлений об утверждении мест слива ЖБО главой Белогорского муниципального округа не издавалось, и не имелось договорных отношений между ООО «РВК» и МКУ «Управление жизнеобеспечения БМО».На территории Белогорского муниципального округа допускается размещение отходов, в том числе и ЖБО на полигоне, принадлежащем ООО «Автосити». Факт утилизации ЖБО в <адрес> в соответствии с утверждёнными схемами главой администрации Белогорского муниципального округа подтверждается объяснениями генерального директора ООО «РВК» ТК* Слив ЖБО ООО «РВК», ФИО5 осуществляли в места слива, утверждённые ФИО7, которая на тот момент являлась должностным лицом – заместителем главы Белогорского муниципального округа, в связи с чем, действия ООО «РВК» и ФИО5 по сливу ЖБО, осуществлялись в соответствии с документами, утверждёнными администрацией Белогорского муниципального округа. Утверждая выделенные участки под слив ЖБО в <адрес>, администрация Белогорского муниципального округа не обустроила место в соответствии с действующим законодательством.

Управлением доказаны все необходимые элементы возникновения у ответчиков солидарной ответственности по возмещению вреда, причиненного окружающей среде. Принимая во внимание установленную презумпцию вины причинителя вреда, ответчиками не доказано, что слив ЖБО ими осуществлялся в иных местах и на основании иных схем. Правовая позиция, изложенная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации №, к данному спору не применима, поскольку возложение пропорциональной обязанности по ликвидации несанкционированных свалок на земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена, на органы федеральной, региональной власти и местного самоуправления допускается лишь в тех случаях, когда лицо, виновное в организации такой свалки, не установлено. Однако, применительно к обстоятельствам данного гражданского дела, виновные лица установлены, доказательств вины иных лиц, как и наличия договорных отношений, региональным оператором по ликвидации места слива ЖБО, материалы дела не содержат.

Представитель третьего лица ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» ФИО8 в судебных заседаниях, поддержала в полном объеме требования Управления Росприроднадзора, и позицию представителя истца, пояснила, что проведение контрольного (надзорного) мероприятия и выявленные по его результатам нарушения, осуществлено в соответствии с действующим законодательством.

Представитель ответчика администрации Белогорского муниципального округа ФИО1 в судебных заседаниях возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях по делу, дополнительно указал, что в материалах дела отсутствуют сведения о том, что администрация Белогорского муниципального округа, либо юридические лица, учрежденные администрацией округа осуществили слив ЖБО на почву на участке местности в районе <адрес> в точке с географическими координатами <данные изъяты>". В материалах дела отсутствуют сведения о том, что администрация округа, её структурные подразделения, учреждения, предприятия, привлекались к административной ответственности по ст.8.1 КоАП РФ «за несоблюдение требований в обрасти охраны окружающей среды при обращении с отходами производства и потребления», за слив ЖБО на почву в окрестности <адрес> в точке с географическими координатами <данные изъяты>", и что земельный участок в районе <адрес>, на котором осуществлялся несанкционированный слив ЖБО, является муниципальной собственностью <адрес>. В исковом заявлении Управление Росприроднадзора не указывает нормы права, в соответствии с которыми у администрации округа возникает обязанность нести обязанности ответственность по содержанию земельных участков, не находящихся в муниципальной собственности, и государственная собственность на которые не разграничена. Поскольку земельный участок на участке местности <адрес>, с географическими координатами <данные изъяты>", не является муниципальной собственностью Белогорского муниципального округа, исковые требования Управления Росприроднадзора не основаны на нормах действующего законодательства и противоречат правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от <дата> №.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что на земельном участке с каким кадастровым номером находится точка с географическими координатами N50°44"46.59"Е128°43"20.74", что не позволяет установить, кто является собственником земельного участка, на котором осуществлен незаконный слив ЖБО. Определение места слива ЖБО осуществлено с нарушением норм Федерального закона от <дата> № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений». Использованный истцом способ указания местоположения земельного участка не позволяет установить его действительное местонахождение, поскольку не представляется возможным установить, от каких именно границ поименованного населенного пункта осуществлялась привязка, где местоположение указанных границ, какими средствами измерения осуществлялся замер расстояния. Привязка относительно смежных земельных участков и каких-либо неподвижных ориентиров, существующих на местности, отсутствует. Из представленных истцом материалов не следует, что в отношении измерительного прибора проводились периодические поверки, как того требует положения ч. 1 ст. 1 5 Федерального закона от <дата> № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений». В нарушение ч. 4 ст. 1 Федерального закона от <дата> №-Ф5 «О кадастровой деятельности» к участию в проверке не был привлечен кадастровый инженер, обладающий специальным правом на осуществление кадастровой деятельности. При определении истцом участка местности, на котором на котором осуществлялся несанкционированный слив ЖБО, координаты местности получены с нарушением порядка их определения, предусмотренным п. 7 ч. 2 ст. 7 Федерального закона от <дата> № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» и правилами определения координат, утвержденными приказом «Росреестра» от <дата> № «Об утверждении порядка установления местных систем координат». ФИО7, утвердившая схему слива ЖБО, не являлась должностным лицом администрации Белогорского муниципального округа, поскольку в штатном расписании данной организации отсутствует такая должность, она являлась должностным лицом – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа». Утвержденная ею схема не отвечает признакам нормативного правового акта, в связи с чем, не могла быть принята к исполнению участниками гражданского оборота, которыми исполнялись обязанности по сливу ЖБО на спорный земельный участок. Истец в силу ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязан взыскать с ответчиков ущерб в пользу бюджета муниципального образования Белогорского муниципального округа, что предполагает уплату суммы ущерба администрацией Белогорского муниципального округа в свой бюджет, что является нелогичным.

При проведении контрольного (надзорного) мероприятия нарушен порядок его проведения, а именно, в отсутствии представителя администрации Белогорского муниципального округа, не велась видеозапись контрольного мероприятия, акт и иные материалы проверки в администрацию не направлялись, основания для проведения проверки без взаимодействия с контролируемым лицом отсутствуют, с момента отбора проб до привлечения к административной ответственности прошел год. Материалы проверки МО МВД России «Белогорский», являются недопустимым доказательством, поскольку по результатам проведенных мероприятий процессуального акта не принято, вступившее в законную силу постановление об административном правонарушении либо приговор суда отсутствуют, вина участников процесса и время причинения ущерба не доказаны, протокол осмотра составлен в отсутствие понятых, невозможно определить дату и время проведения данного осмотра. БВ*, указывающий на место слива ЖБО, процессуального статуса не имеет. Администрация Белогорского муниципального округа не является надлежащим ответчиком по настоящему делу. Из представленных истцом фотоматериалов, не усматривается, что в указанном месте проводился слив ЖБО. Фотографии отбора проб являются недопустимым доказательством, из них невозможно установить, где проходили мероприятия, на них отсутствуют следы слива ЖБО, нет «угнетённой» растительности иных повреждений систематического слива ЖБО. На представленном истцом диске имеются лишь фотографии отбора проб, те же, что были представлены истцом при рассмотрении другого гражданского дела.

В судебных заседаниях представитель ООО «Районный водоканал» ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований по доводам письменного отзыва и представителя ответчика администрации Белогорского муниципального округа. Дополнительно пояснил, что в целях исполнения природоохранного законодательства, упорядочения и соблюдения правил благоустройства и охраны окружающей среды на территории Белогорского муниципального округа <адрес> в соответствии с Федеральным Законом от <дата> № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», начальником МКУ Амурская администрация и начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения Белогорского муниципального округа» утвержден земельный участок и место слива жидких бытовых отходов. Самостоятельно ООО «Районный водоканал» никаких схем с местами слива ЖБО не утверждало, жидкие бытовые отходы не вывозило, а заключило договор с ФИО5, зарегистрированной в качестве самозанятой, у которой имеется заключенный договор на прием сточных вод с ООО «Водоканал <адрес>». В материалах настоящего дела отсутствует сведенья о том, что ООО «Районный водоканал» привлекалось к административной ответственности по ст. 8.2. КоАП РФ, за осуществление слива ЖБО на почву в окрестности <адрес>. Не зафиксировано фактов обнаружения слива ЖБО в точках с географическими координатами, указанными в исковом заявлении. Утверждение истца о том, что слив ЖБО производился с <дата>, не зафиксировано и не подтверждено. Каких-либо жалоб или претензий по причиненному ущербу в иные органы в отношении ООО «Районный водоканал» не поступали. В материалы дела истцом не представлены доказательства привлечения ООО «Районный водоканал» и его должностных лиц к административной ответственности по сливу ЖБО, отсутствуют доказательства вины общества в загрязнении почвы, в связи с чем, отсутствуют основания для привлечения ООО «Районный водоканал» к имущественной ответственности.

Отбор проб и проведение экспертизы проводилось без участия ООО «Районный водоканал», также не производился отбор проб из шамбо, обслуживаемых ООО «Районный водоканал». Выявленные химические элементы, обнаруженные в пробах грунта, теоретически не могут содержаться в отходах жизнедеятельности человека в сфере жилищно-коммунальных услуг.

В материалах дела имеется экспертное заключение по результатам отбора проб, однако, согласно информации, размещенной на официальном сайте ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО», данная организация имеет аккредитацию на взятие проб анализов (т.е. лаборатория), но отсутствует лицензия (аккредитация) на проведение и дачу экспертных заключений, в связи с чем, к данному доказательству следует отнестись критически. Объяснения ФИО7, ТК*, БТ*, БВ*, данные в ходе доследственной проверки МОМВД России «Белогорский» в КУСП № от <дата> являются недопустимыми доказательствами, поскольку результаты оперативно - розыскных мероприятий не являются доказательствами, а сведениями об источниках фактов, которые могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путём. В приобщённом к материалам дела диске, содержатся фотографии отбора проб, с координатами, не относящимися к настоящему спору, что свидетельствует о недопустимости данного доказательства.

Представитель ответчика ООО «Районный водоканал» ФИО9 в судебных заседаниях возражал против удовлетворения требований по доводам письменного отзыва, поддержал возражения представителя ответчика администрации Белогорского муниципального округа, дополнительно указал, что истцом не представлены доказательства вины ООО «Районный водоканал», в связи с чем, не может возникнуть имущественная ответственность. Истцом не представлено доказательств состояния почвы на спорном земельном участке до слива ЖБО, факт обнаружения Управлением Росприроднадзора места загрязнения окружающей среды не подтверждает, что данный слив осуществлен ответчиками. В материалы дела не представлены доказательства причинно-следственной связи между действиями (бездействием) солидарных ответчиков и последствиями в виде причинения вреда окружающей среде. Истцом допущены нарушения при проведении контрольного (надзорного) мероприятия, а именно: не велась видео-фиксация проверки, которая проведена без взаимодействия с контролируемым лицом, что лишило ответчика провести свои мероприятия, направленные на установление виновных лиц, лиц, участвующих в деле. Оснований для возникновения у ответчиков обязанности по возмещению ущерба истцом не доказано. Указанные обстоятельства в совокупности с фактом проведения проверки без взаимодействия с контролируемым лицом, свидетельствуют о том, что фактически проверка Управлением Росприроднадзора не проводилась, документы, необходимые для ее проведения у ответчиков не запрашивались. Истец не представил доказательств, что в месте отбора проб имел место слив именно ЖБО, в связи с чем, факт причинения ущерба окружающей среде не подтвержден относимыми и допустимыми доказательствами. ООО «Районный водоканал» заключил договор на оказание услуг по сбору и вывозу ЖБО в <адрес> с самозанятой ФИО5 Данные договорные отношения не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и вредом, причиненным окружающей среде. До <дата>. места, где осуществлялся слив ЖБО, были согласованы с главами сельских администраций по утвержденным схемам, слив ЖБО осуществлялся согласно схемам в инженерные сооружения, расположенные вблизи <адрес>. С <дата>. ФИО5 был заключен договор с ООО «Водоканал <адрес>», и слив ЖБО осуществляется в его системы канализации.

Представитель ФИО5 – ФИО4 в судебных заседаниях возражал против удовлетворения исковых требований, по доводам, изложенным в письменном отзыве, дополнительно пояснил, что в материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие виновные действия ФИО5 или её сотрудников, в результате которых причинён ущерб окружающей среде, о её причастности к загрязнению почвы. Определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> установлено, что в <дата> ФИО7 занимала должность заместителя главы Белогорского муниципального округа, в котором производится сбор и утилизация ЖБО в четырех населенных пунктах. Как должностное лицо, ФИО7 утвердила слив ЖБО на территориях <адрес> в утвержденных местах в соответствии со схемой расположения места сбора и утилизации ЖБО, что подтверждено ФИО7 лично. Начиная с даты утверждения схем – <дата> до <дата> слив и утилизация ЖБО производилось непосредственно на рельеф почвы. Сбор и утилизацией ЖБО отходов на территории <адрес> осуществляло ООО «Районный водоканал», которое не имеет право осуществлять деятельность по обращению с ЖБО.

Согласно сведениям реестра объектов негативного воздействия на окружающей среду, на территории <адрес> расположен объект негативного воздействия на окружающей среду – Территория №. Городские очистные сооружения (№), эксплуатируемые ООО «Водоканал <адрес>», подлежащий региональному надзору. Вместе с тем, официальных постановлений об утверждении мест слива ЖБО главой Белогорского муниципального округа не издавалось, а также официальных договорных отношений между ООО «РВК» и МКУ Управление жизнеобеспечения БМО не имелось, что подтверждается объяснениями ФИО7 от <дата>. Размещение отходов и ЖБО должно осуществляться на специализированных площадках. На территории Белогорского муниципального округа допускается размещение отходов, в том числе и ЖБО на полигоне, принадлежащем ООО «Автосити». Лицензию по обращению с ЖБО на территории Белогорского муниципального округа имеет ООО «Крепость». Факт утилизации (слива) ЖБО в <адрес> в соответствии с утвержденными схемами главой администрации Белогорского муниципального округа подтверждается объяснениями генерального директора ООО «Районный водоканал» ТК* от <дата>. Утверждая выделенные участки под слив ЖБО и выдавая разрешение в отведенных местах (<адрес>), не обустроил отведенное место в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. Из объяснений БВ* от <дата> и объяснений генерального директора ООО «Районный водоканал» ТК* от <дата> следует, что с <дата> сбор и вывоз на утилизацию ЖБО отходов, собранных в населенных пунктах <адрес>, осуществлялось ФИО5, как гражданином, зарегистрированным в качестве самозанятого, на основании договора на оказание услуг по сбору и вывозу ЖБО отходов №, заключенного с ООО «Районный водоканал». В соответствии с данным договором ответчик ФИО5 приняла на себя обязательства по откачке и вывозу ЖБО с территории и от объектов ООО «Районный водоканал»), расположенных в <адрес>. Вывоз ЖБО осуществляется в места, указанные заказчиком, которые определены органом местного самоуправления. Таким образом, ответчик ФИО5, действовала добросовестно и в интересах заказчика во исполнение поручений последнего. Права и обязанности ответчика ФИО5 по откачке и вывозу ЖБО определены указанным договором. Именно ООО «Районный водоканал» определял конкретный пункт утилизации жидких бытовых отходов, именно для него данное обстоятельство имело значения.

Пункты утилизации жидких бытовых отходов определялись ООО «Районный водоканал» самостоятельно, что подтверждается п. 1.2 договора. Исполнителю ФИО5 заказчиком была представлена схема расположения места сбора и утилизации ЖБО. Заказчик, указывая исполнителю на места вывоза ЖБО, ссылался на утвержденные выделенные участки под слив ЖБО и выданные главой Белогорского муниципального округа разрешения на эти отведенные места. ФИО5 не известно, насколько законны и официальны были представленные ей ответчиком ООО «Районный водоканал» постановления об утверждении мест слива ЖБО, изданные администрацией Белогорского муниципального округа, а также схемы расположения места сбора и утилизации ЖБО. О наличии или отсутствии официальных договорных отношений между ООО «Районный водоканал» и МКУ Управление жизнеобеспечения БМО ФИО5 до настоящего времени ничего не известно. ФИО5 не было известно, что утверждая выделенные участки под слив ЖБО и выдавая разрешение на данный слив в отведенных местах, администрация Белогорского муниципальное округа не обустроила отведенное место в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. Специалистом в области правил и норм обустройстве специальных мест для слива ЖБО ФИО5 не является.

Вина ФИО5 в причинении ущерба окружающей среде с разумной степенью достоверности причинно-следственной связи между ее действиями (бездействием) и причиненным вредом, истцом не доказана. Также не доказана совокупность обстоятельств, позволяющих суду прийти к выводу о виновности данного ответчика. Доказательства наличия оснований для возникновения солидарной ответственности Управлением Росприроднадзора в материалы дела не представлено.

Истцом при проведении контрольного (надзорного) мероприятия допущены грубые нарушения: отсутствовали основания для проведения проверки без взаимодействия с контролируемым лицом, место отбора проб выбрано истцом произвольно, порядок и сроки проведения проверки не соблюдены, контролируемое лицо и солидарные ответчики с его результатами не ознакомлены, в досудебном порядке ответчикам возместить вред, причинённый окружающей среде, не предлагалось, грубо нарушен порядок привлечения специалистов к проведению контрольного (надзорного) мероприятия, что свидетельствует о недопустимости доказательств причинения ущерба окружающей среде. Представленные акт отбора проб почвы, акт обследования территории не содержат географических координат земельного участка, подвергшегося загрязнению, нет отображения координат пробных площадок на координатной сетке с привязкой к источнику загрязнения, нет описания пробных площадок, в том числе качественного состояния почвенного слоя пробных площадок. Место загрязнения было определено сотрудниками Росприроднадзора самостоятельно и произвольно. На снимках не усматривается наледи, каких-либо следов слива ЖБО, растительность не угнетена и имеет вид, характерный для этого времени года. Взыскание ущерба, причиненного окружающей среде, в доход местного бюджета приводит к совпадению в одном лице причинителя вреда и получателя компенсации, что является недопустимым. Объяснения ФИО7, ТК*, БТ*, данные в ходе проведения проверки МОМВД России «Белогорский» не могут быть приняты во внимание при рассмотрении настоящего спора, поскольку данные лица в судебное заседание не вызывались и не допрашивались. Данные объяснения отобраны в ходе оперативно-розыскных мероприятий, по которым до настоящего времени не приняты процессуальные решения. Истцом не представлено доказательств подтверждающих размер, объём слитых ЖБО, что исключает возможность произвести расчёт причинённого ущерба, а также кто, когда и каким способом загрязнил почву. ФИО5 является ненадлежащим ответчиком по делу, в связи с чем, просил отказать в удовлетворении требований к данному ответчику.

В судебные заседания не явились представители истца Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора, ответчик ФИО5, представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО», МО МВД России «Белогорский», министерства природных ресурсов <адрес>, ООО «Белогорское», МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа», МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа», МКУ «Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Белогорского муниципального округа», МКУ администрация <адрес>, третье лицо ФИО7, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом.

Учитывая положения статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения представителей ответчиков, исследовав материалы настоящего гражданского дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В статье 42 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением.

Статьей 1 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Федеральный закон от <дата> № 7-ФЗ, Закон об охране окружающей среды) предусмотрено, что почва является одним из компонентов природной среды. Под вредом окружающей среде понимается негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности являются: земли, недра, почвы.

Природоохранное законодательство, устанавливая общие требования в области охраны окружающей среды при осуществлении хозяйственной и иной деятельности, исходит из презумпции экологической опасности указанной деятельности, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, и возлагает на ведущих ее лиц обязанность осуществлять свою деятельность в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды, проводить мероприятия по охране окружающей среды, в том числе по обеспечению экологической безопасности, предотвращению негативного воздействия на окружающую среду и ликвидации последствий такой деятельности (абз. 9 ст. 3, п. 1, 2 ст. 34 Закона об охране окружающей среде).

Целями охраны земель являются предотвращение и ликвидация загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы, а также обеспечение рационального использования земель, в том числе для восстановления плодородия почв на землях сельскохозяйственного назначения и улучшения земель (ст. 12 Земельного кодекса РФ, далее ЗК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 34 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ хозяйственная и иная деятельность, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляется в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды.

Статьей 75 Закона об охране окружающей среды предусмотрено, что за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды устанавливается имущественная, дисциплинарная, административная и уголовная ответственность в соответствии с законодательством.

На основании п. 1 ст. 77 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

В силу ст. 13 ЗК РФ охрана земель представляет собой деятельность органов государственной власти, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, направленную на сохранение земли как важнейшего компонента окружающей среды и природного ресурса (ч.1). Мероприятия по охране земель проводятся в соответствии с названным Кодексом, Федеральным законом от <дата> № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (ч.3).

Статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) установлено, что собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, помимо прочего, обязаны: использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; осуществлять мероприятия по охране земель, лесов, водных объектов и других природных ресурсов, в том числе меры пожарной безопасности; соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов; не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы; выполнять иные требования, предусмотренные данным Кодексом, федеральными законами.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (ст. 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном ст. 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 78 Закона об охране окружающей среды компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда. Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» разъяснено, что вред, причиненный окружающей среде, а также здоровью и имуществу граждан негативным воздействием окружающей среды в результате хозяйственной и иной деятельности юридических и физических лиц, подлежит возмещению в полном объеме (п. 1 ст. 77, п. 1 ст. 79 Закона об охране окружающей среды).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что по смыслу ст. 1064 ГК РФ, ст. 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

По смыслу приведенных выше норм правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда окружающей среде, осуществляется на основе гражданско-правового института внедоговорных (деликтных) обязательств.

При обращении в суд с иском о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, заинтересованное лицо устанавливает с разумной степенью достоверности круг хозяйствующих субъектов и иных лиц, осуществляющих эксплуатацию производственных объектов и (или) выступающих источником образования загрязняющих веществ, попадающих в почвы на соответствующем земельном участке.

При этом, учитывая презумпцию экологической опасности хозяйственной деятельности, невозможность с безусловностью установить, какие именно действия повлекли за собой загрязнение окружающей среды, не должно выступать обстоятельством, исключающим ответственность за вред.

В силу ст. 1079 ГК РФ, с учетом разъяснений п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №, при рассмотрении требований о возмещении экологического вреда именно на лиц, осуществляющих хозяйственную деятельность, возлагается обязанность по доказыванию надлежащего проведения ими мероприятий по охране окружающей среды, обеспечения экологической безопасности осуществляемой деятельности, за исключением случаев, когда лицо ведет деятельность, создающую повышенную опасность для окружающих.

Таким образом, в ситуации, когда истцом по делу о возмещении вреда представлены доказательства, подтверждающие с разумной степенью вероятности, что загрязнение окружающей среды связано, прежде всего, с хозяйственной деятельностью ответчика, то именно привлекаемое к ответственности лицо должно доказать свои возражения.

Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

Методика исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды утверждена приказом Минприроды России от <дата> №.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер охраны окружающей среды при содержании своего имущества лицами, уполномоченными владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Перечень оснований для проведения контрольных (надзорных) мероприятий предусмотрен статьей 57 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от <дата> № 248-ФЗ, Закон № 248-ФЗ), к числу которых относятся: наличие у контрольного (надзорного) органа сведений о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям с учетом положений ст. 60 настоящего Федерального закона.

Сведения о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям контрольный (надзорный) орган получает, в том числе при поступлении обращений (заявлений) граждан и организаций, информации от органов государственной власти, органов местного самоуправления, из средств массовой информации (п. 1 ч. 1 ст. 58 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ).

В соответствии п. 3 ч. 1 ст. 60 Закона № 248-ФЗ решение контрольного (надзорного) органа о проведении контрольного (надзорного) мероприятия, предусматривающего взаимодействие с контролируемым лицом, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 57 настоящего Федерального закона, принимается при наличии достоверной информации о причинении вреда (ущерба) или непосредственной угрозе причинения вреда (ущерба) окружающей среде, которые влекут административное наказание за совершение административного правонарушения в области охраны окружающей среды, природопользования и обращения с животными, предусмотренного Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Частью 3 ст. 56 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ предусмотрен исчерпывающий перечень контрольных (надзорных) мероприятий, проводимых уполномоченным органом без взаимодействия с контролируемым лицом, к числу которых относится выездное обследование (п. 2).

Судом установлено и следует из материалов дела, что участок местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>" относится к категории земель «земли населенных пунктов», что следует из ответа администрации Белогорского муниципального округа от <дата>.

На основании запроса МО МВД России «Белогорский» от <дата> руководителем Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора <дата> выдано задание № на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом: выездное обследование, задачами которого являются: предупреждение, выявление и пресечение нарушений в области охраны окружающей среды, место проведения: <адрес>, Белогорского муниципального округа, срок проведения контрольного мероприятия <дата>.

В соответствии с указанным заданием Управлением совместно со специалистом филиала ФГБУ "ЦЛАТИ по ДФО" - ЦЛАТИ по <адрес>, было проведено выездное обследование территории <адрес>, по результатам которого установлено, что в точке с географическими координатами <данные изъяты>" обнаружено место слива ЖБО на почву, присутствовал характерный запах ЖБО, имелись следы шин автомобилей, обнаружены замершие ЖБО в виде льда.

Указанные обстоятельства отражены в акте выездного обследования № от <дата>.

Согласно протоколу осмотра от <дата> №-П, в ходе проведения контрольного (надзорного) мероприятия произведено фотографирование, отбор проб с использованием технических средств: сотовый телефон <данные изъяты>) модели FNE-NX9, навигатор GARMIN 750t (сертификат о калибровке от <дата> №), рулетка измерительная металлическая Р50УЗГ № (свидетельство о поверке средства измерения №, действительно до <дата>).

Из данного протокола осмотра фототаблицы и плана-схемы № к нему (приложения к протоколу) усматривается, что при проведении данного контрольного (надзорного) мероприятия на земельном участке, расположенном в окрестностях <адрес> муниципального округа, с географическими координатами <данные изъяты> обнаружено место слива жидких бытовых отходов на почву, присутствовал характерный запах ЖБО, имелись следы шин автомобилей, обнаружены замерзшие ЖБО в виде льда.

Для оценки влияния хозяйственной деятельности специалистами филиала ФГБУ "ЦЛАТИ по ДФО" - ЦЛАТИ по <адрес> <дата> произведен отбор проб почвы в месте загрязнения земельного участка в результате слива ЖБО в <адрес>, в месте выявленного загрязнения (слива). Каждая проба отобрана в полиэтиленовую емкость, стекло помещено в термос t4°С, доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования. Метод отбора ГОСТ <данные изъяты>, ГОСТ <данные изъяты>. Тип отбора: точечная, объединенная. Заложены 4 контрольные площадки по <данные изъяты> м. каждая.

Из фототаблицы и плана-схемы № к протоколу осмотра от <дата> №-П усматривается, что местом обследования и отбора проб является: <адрес>, съезд с <адрес> направо после <адрес>, географические координаты местности <данные изъяты>".

Установленные в ходе выездного обследования обстоятельства зафиксированы в акте выездного обследования от <дата> №.

Согласно протоколу отбора проб от <дата> №ГК, местом отбора проб является: <адрес>, съезд с <адрес> направо после <адрес>, объект исследования: почва, характер проб: точечная, объединенная. На данном земельном участке были отобраны объединенные пробы на площади <данные изъяты> кв.м.: проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>"", проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>"", проба № с координатами <данные изъяты>.

В каждой объединенной пробе также были отобраны по 6 точечных проб с соответствующими географическими координатами. Каждая проба в месте слива ЖБО отобрана специалистами ЦЛАТИ по <адрес> <дата> в полиэтиленовую емкость, стекло помещено в термос t4°С, все пробы доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования.

Как следует из схемы отбора (приложение № к протоколу отбора проб от <дата> №) и плана отбора (приложение № к протоколу отбора проб от <дата> №), измерительные приборы, которые использовались специалистами Управления и ЦЛАТИ по <адрес>, прошли поверки, сроки действия которых истекали в <дата> г.

Учитывая совокупность изложенных обстоятельств, суд, вопреки доводам стороны ответчиков, приходит к выводу, что должностными лицами Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора и филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> достоверно определено расположение обследуемого земельного участка и контрольных точек в его границах.

Из экспертного заключения по результатам отбора проб (образцов), лабораторных исследований (испытаний) и измерений в рамках обеспечения государственного контроля (надзора) в сфере природопользования и охраны окружающей среды от <дата> № установлено превышение концентрации загрязняющих веществ относительно объединенных проб №, №, №, №, №, №, а именно: - по нефтепродуктам в пробе № в 1,4, 15 раз, в пробе № в 3,9 раза, в пробе № в 61,25 раза, в пробе № в 75,3 раза, в пробе № в 59,4 раза, в пробе № в 35,3 раза; - по кобальту (валовая форма) в пробе № в 1,18 раз; - по нитритам в пробе № в 1,2 раза, в пробе № в 1,3 раза.

Таким образом, в ходе выездного обследования Управлением совершены следующие контрольные (надзорные) действия: осмотр, отбор проб (образцов), испытание, экспертиза.

Вопреки доводам представителей ответчиков, в соответствии с условиями аккредитации в составе филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> осуществляют профессиональную деятельность эксперты, имеющие лицензии в области проведения экспертиз в сфере природопользования и охраны окружающей среды.

При этом, как следует из сведений Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), размещенных на официальном сайте Федеральной налоговой службы (<данные изъяты>/), ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» обладает лицензией от <дата> № на осуществление деятельности в области гидрометрологии и в смежных с ней областях (за исключением указанной деятельности, осуществляемой в ходе инженерных изысканий, выполняемых для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции объектов капитального строительства), выданная Федеральной службой по гидрометрологии и мониторингу окружающей среды.

Согласно сведениям, размещенным на официальном сайте ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» (<данные изъяты>/), филиал ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> имеет аттестат аккредитации испытательной лаборатории (центра) от <дата> №, выданный Федеральной службой по аккредитации.

При таких обстоятельствах, суд находит несостоятельными, доводы представителей ответчиков о нарушении истцом формы проведения контрольного мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ учитывая изложенный в п. 2 ст. ст. 1064 ГК РФ и в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» принцип презумпции вины причинителя вреда, ответчиками в обоснование своего довода доказательств недостоверности определения истцом географических координат не представлено.

По результатам исследования должностным лицом испытательной лаборатории <дата> составлены протоколы испытаний (измерений и исследований) № от <дата>, № от <дата>, экспертное заключение от <дата> №, №.

То обстоятельство, что при проведении контрольного (надзорного) мероприятия не присутствовали представители ответчиков, и не велась видеозапись, не свидетельствует о недействительности проведённого контрольного (надзорного) мероприятия.

При этом, в соответствии со ст. 75 Федерального закона от <дата> N 248-ФЗ "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 248-ФЗ) под выездным обследованием в целях настоящего Федерального закона понимается контрольное (надзорное) мероприятие, проводимое в целях оценки соблюдения контролируемыми лицами обязательных требований. Выездное обследование проводится без информирования и взаимодействия с контролируемым лицом.

Частью 3 статьи 75 Федерального закона от <дата> N 248-ФЗ "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 248-ФЗ) в ходе выездного обследования на общедоступных (открытых для посещения неограниченным кругом лиц) производственных объектах могут осуществляться: осмотр; отбор проб (образцов); инструментальное обследование (с применением видеозаписи); испытание; экспертиза.

Порядок проведения инструментального обследования установлен статьей 82 Федерального закона N 248-ФЗ.

Пунктом 3 части 3 статьи 75 Федерального закона N 248-ФЗ предусмотрено, что в ходе выездного обследования инструментальное обследование проводится с применением видеозаписи.

По смыслу приведённых норм закона, выездное обследование проводится без информирования и взаимодействия с контролируемым лицом, обязательное ведение видеозаписи осуществляется только в ходе выездного инструментального обследования.

Между тем, материалы настоящего дела не содержат сведений о проведении <дата> в ходе контрольного (надзорного) мероприятия такого действия, как инструментальное обследование, в связи с чем, ведение видеозаписи не требовалось.

Исчерпывающий перечень оснований, с которыми федеральный законодатель связывает недействительность результатов контрольного (надзорного) мероприятия, выразившуюся в его проведении с грубым нарушением требований к организации и осуществлению, и влекущую их отмену вышестоящим контрольным (надзорным) органом или судом, предусмотрен ч. 2 ст. 91 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ.

Так, к грубыми нарушениями требований к организации и осуществлению государственного контроля (надзора) являются: 1) отсутствие оснований проведения контрольных (надзорных) мероприятий; 2) отсутствие согласования с органами прокуратуры проведения контрольного (надзорного) мероприятия в случае, если такое согласование является обязательным; 3) нарушение требования об уведомлении о проведении контрольного (надзорного) мероприятия в случае, если такое уведомление является обязательным; 4) нарушение периодичности проведения планового контрольного (надзорного) мероприятия; 5) проведение планового контрольного (надзорного) мероприятия, не включенного в соответствующий план проведения контрольных (надзорных) мероприятий; 6) принятие решения по результатам контрольного (надзорного) мероприятия на основании оценки соблюдения положений нормативных правовых актов и иных документов, не являющихся обязательными требованиями; 7) привлечение к проведению контрольного (надзорного) мероприятия лиц, участие которых не предусмотрено настоящим Федеральным законом; 8) нарушение сроков проведения контрольного (надзорного) мероприятия; 9) совершение в ходе контрольного (надзорного) мероприятия контрольных (надзорных) действий, не предусмотренных настоящим Федеральным законом для такого вида контрольного (надзорного) мероприятия; 10) непредставление контролируемому лицу для ознакомления документа с результатами контрольного (надзорного) мероприятия в случае, если обязанность его предоставления установлена настоящим Федеральным законом; 11) проведение контрольного (надзорного) мероприятия, не включенного в единый реестр контрольных (надзорных) мероприятий, за исключением проведения наблюдения за соблюдением обязательных требований и выездного обследования; 12) нарушение запретов и ограничений, установленных п. 5 ст. 37 настоящего Федерального закона.

Таких оснований при рассмотрении настоящего спора, не установлено.

При таких обстоятельствах, поскольку контрольное (надзорное) мероприятие проводилось без взаимодействия с контролируемым лицом в форме выездного обследования, отсутствие представителей ответчиков и видеозаписи при проведении данного мероприятия, вопреки утверждениям представителей ответчиков, не свидетельствует о грубых нарушениях требований к его организации.

Утверждение представителя ответчика администрации Белогорского муниципального округа о не информировании истцом представителя администрации о результатах проведенного <дата> выездного обследования не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Так, приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора <дата> был направлен в администрацию Белогорского муниципального округа запрос, которым ответчику предложено представить информацию о категории земельного участка, расположенного на участке местности <адрес>, с географическими координатами <данные изъяты>". При этом в указанном запросе истцом сообщено ответчику о проведении <дата> выездного обследования без взаимодействия с контролируемым лицом, отражены результаты данного контрольного (надзорного) мероприятия, зафиксированные в акте выездного обследования от <дата>.

На данный запрос Управления главой Белогорского муниципального округа <дата>, дан ответ о том, что участок местности в <адрес> с географическими координатами <данные изъяты>" относится к категории земель «земли населенных пунктов». Оснований ставить под сомнение сведения, отраженные в ответе главы Белогорского муниципального округа от <дата> на запрос контролирующего органа у суда не имеется. Данный ответ администрацией Белогорского муниципального округа из контрольного органа не отозван, иной информации о категории земельного участка, расположенного на участке местности ответчиком в <адрес> межрегиональное управление Росприроднадзора не направлялось, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Сам по себе факт невручения акта выездного обследования в силу ч. 2 ст. 91 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ не является основанием, которое может повлечь недействительность результатов контрольного (надзорного) мероприятия. Ответчиком не приведено мотивов и доказательств, какие препятствия для реализации им своих процессуальных прав повлек факт невручения акта выездного обследования от <дата> при его информированности о результатах проведения <дата> данного контрольного мероприятия.

Представителем администрации Белогорского муниципального округа заявлено о том, что выездное обследование проводилось на ином земельном участке, в подтверждение представлены сканированные образы конвертера географических координат, земельного участка собственность на который не разграничена. Вместе с тем, суд не принимает во внимание сканированные образы конвертера географических координат, представленных представителем ответчика, поскольку в нарушение ст. 56, 60 ГПК РФ ответчиком не представлено допустимых доказательств об использованной им системе координат, способе, о наличии оснований и о порядке конвертирования определенных истцом координат спорного земельного участка и мест отбора проб.

При этом, как следует из материалов дела, при определении координат точек, стороной истца была использована мировая геодезическая система координат 1984 – WGS, в представленных стороной истца сканированных образах спутниковых снимков места расположения земельного участка на участке местности <адрес>, который являлся объектом выездного обследования, нанесены координаты места слива ЖБО и точки отбора проб, которые соответствующют тем, которые отражены в протоколе осмотра от <дата> №-П и в приложениях к нему, в протоколе отбора проб от <дата> № и приложениях к нему, в акте выездного обследования от <дата>, в протоколах испытаний (измерений и исследований) №, №, в экспертных заключениях от <дата> №, №.

Достоверность определения истцом координат и их соответствие месту расположения спорного земельного участка подтверждается также письмом администрации Белогорского муниципального округа от <дата>, которым она информировала Управление о том, что на земельном участке в кадастровом квартале № в районе подстанции РЭС между <адрес> и <адрес>, имеются несанкционированные места размещения отходов площадью около <данные изъяты> кв.м.

Вопреки доводам стороны ответчика, суд приходит к выводу, что материалами проведенного Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора <дата> контрольного (надзорного) мероприятия, доказано причинение вреда, окружающей среде, а именно, ее компоненту – почве на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>".

Администрацией Белогорского муниципального округа не принято достаточных мер по охране земельного участка, отнесенного к категории «земли населенных пунктов», направленных на недопущение загрязнения, порчи, уничтожения почвы либо иного негативного воздействия, в связи с чем, ответчик несет ответственность за неисполнение на территории указанного земельного участка требований федерального законодательства в области охраны окружающей среды, положений Земельного кодекса Российской Федерации.

Претензионным письмом от <дата> Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора потребовало от администрации Белогорского муниципального округа уплаты ущерба, причиненного окружающей среде, в размере <данные изъяты>.

При исследовании вопросов установления вины в действиях (бездействии) ответчиков за причиненный окружающей среде вред и наличии между их действиями (бездействием) и причиненным вредом причинно-следственной связи, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 58 Конституции Российской Федерации каждый обязан сохранить природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона «Об охране окружающей среды» от <дата> № 7-ФЗ, (далее – Федеральный закон от <дата> № 7-ФЗ), ст. 8 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от <дата> № 52-ФЗ (далее – Федеральный закон от <дата> №) граждане имеют право на благоприятную окружающую среду, на ее защиту от негативного воздействия, вызванного хозяйственной и иной деятельностью, чрезвычайными ситуациями природного и техногенного характера, на достоверную информацию о состоянии окружающей среды и на возмещение вреда окружающей среде.

В силу п. 11, 24, 32 и Устава администрации Белогорского муниципального округа на данное лицо возложены обязанности по организации мероприятий по охране окружающей среды в границах муниципального округа, в том числе организация и проведение в соответствии с законодательством в области охраны окружающей среды общественных обсуждений планируемой хозяйственной и иной деятельности на территории соответствующего муниципального округа; участие в организации деятельности по накоплению (в том числе раздельному накоплению), сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, захоронению твердых коммунальных отходов; осуществление мероприятий по охране их жизни и здоровья людей.

Частью 1 ст. 1 ЗК РФ установлен, в частности, приоритет охраны земли как важнейшего компонента окружающей среды.

Целями охраны земель являются предотвращение и ликвидация загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы, а также обеспечение рационального использования земель, в том числе для восстановления плодородия почв на землях сельскохозяйственного назначения и улучшения земель (ст. 12 ЗК РФ).

Пунктами 1, 3 ст. 13 ЗК РФ предусмотрено, что в целях охраны земель собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков обязаны проводить мероприятия по сохранению почв и их плодородия и защите сельскохозяйственных угодий от зарастания деревьями и кустарниками, сорными растениями, а также защите растений и продукции растительного происхождения от вредных организмов (растений или животных, болезнетворных организмов, способных при определенных условиях нанести вред деревьям, кустарникам и иным растениям).

Собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; осуществлять мероприятия по охране земель; соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов; не допускать загрязнение, захламление, деградацию и ухудшение плодородия почв на землях соответствующих категорий; выполнять иные требования, предусмотренные указанным кодексом, федеральными законами (ст. 42 ЗК РФ).

Санитарно-эпидемиологические требования к почвам, содержанию территорий городских и сельских поселений, промышленных площадок определены в ст. 21 Федерального закона от <дата> №, согласно которой в почвах городских и сельских поселений и сельскохозяйственных угодий содержание потенциально опасных для человека химических и биологических веществ, биологических и микробиологических организмов, а также уровень радиационного фона не должен превышать предельно допустимые концентрации (уровни), установленные санитарным правилам.

Содержание территорий городских и сельских поселений, промышленных площадок должно отвечать санитарным правилам.

В силу части 1 статьи 22 Федерального закона от <дата> № отходы производства и потребления подлежат сбору, накоплению, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению, условия и способы которых должны быть безопасными для здоровья населения и среды обитания и которые должны осуществляться в соответствии с санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 7 статьи 12 Федерального закона «Об отходах производства и потребления» от <дата> № 89-ФЗ предусмотрен запрет размещения отходов на объектах, не внесенных в государственный реестр объектов размещения отходов.

Согласно статье 13 Федерального закона от <дата> № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» территории муниципальных образований подлежат регулярной очистке от отходов в соответствии с экологическими, санитарными и иными требованиями.

Понятие несанкционированной свалки отходов содержится в пункте 4.13 ГОСТа <данные изъяты> «Межгосударственный стандарт. Ресурсосбережение. Обращение с отходами. Термины и определения», введенного постановлением Госстандарта России от <дата> №, - территории, используемые, но не предназначенные для размещения на них отходов.

На основании пункта 7.8 ГОСТа <данные изъяты> собственником отходов является юридическое лицо, индивидуальный предприниматель, производящие отходы, в собственности которых они находятся, которые намерены осуществлять заготовку, переработку отходов и другие работы по обращению с отходами, включая их отчуждение.

Если это лицо не установлено, собственником отходов являются органы местного самоуправления, юридические лица или индивидуальные предприниматели, ответственные за территории, на которых эти отходы находятся (Примечание к пункту 7.8 ГОСТа <данные изъяты>).

Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от <дата> № утверждены Санитарные правила и нормы СанПиН <данные изъяты> «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», обязательные для исполнения органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, юридическими лицами и гражданами, в том числе индивидуальными предпринимателями.

Согласно п. 23 СанПиН <данные изъяты> удаление ЖБО должно проводиться хозяйствующими субъектами, осуществляющими деятельность по сбору и транспортированию ЖБО, в период с 7 до 23 часов с использованием транспортных средств, специально оборудованных для забора, слива и транспортирования ЖБО, в централизованные системы водоотведения или иные сооружения, предназначенные для приема и (или) очистки ЖБО.

Пунктом 23 СанПиН <данные изъяты> установлено, что объекты, предназначенные для приема и (или) очистки ЖБО, должны соответствовать требованиям Федерального закона от <дата> № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», санитарных правил и санитарно-эпидемиологическим требованиям по профилактике инфекционных и паразитарных болезней, а также к организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

Не допускается вывоз ЖБО в места, не предназначенные для приема и (или) очистки ЖБО.

Из анализа указанных правовых норм следует, что органы местного самоуправления обязаны оперативно устранять причины образования несанкционированных свалок, выявлять лиц, в результате деятельности которых незаконно размещаются отходы, привлекая их к ответственности.

Пока не установлены иные лица, ответственные за ликвидацию последствий негативного воздействия на окружающую среду, органы местного самоуправления, самостоятельно осуществляют деятельность по ликвидации таких последствий.

Согласно материалам дела, <дата> заместителем главы администрации Белогорского муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа» ФИО7 утверждена схема маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес> муниципального округа.

<дата> между ООО «Районный водоканал» и ФИО5, заключен договор на оказание услуг №, по условиям которого ФИО5 приняла на себя обязательства по откачке и вывозу ЖБО с территории и объектов, обслуживаемых ООО «Районный водоканал». Вывоз ЖБО осуществлялся ФИО5 в места, указанные ООО «Районный водоканал», которые определены органом местного самоуправления (п. 1.2 договора от <дата> №).

Из объяснения ФИО7 от <дата>, имеющегося в материалах МО МВД России «Белогорский», следует, что данная схема утверждена ею для того, чтобы ресурсоснабжающая организация ООО «Районный водоканал» понимала точное место слива жидких бытовых отходов. Каких-либо постановлений об утверждении данных схем органом местного самоуправления не издавалось.

Из объяснения генерального директора ООО «Районный водоканал» ТК* от <дата>, имеющегося в материалах МО МВД России «Белогорский», следует, что в связи с нежелательностью роста тарифа для населения, по согласованию с заместителем главы администрации Белогорского муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа» ФИО7, начальниками МКУ сельских администраций совместно с сотрудником общества БТ* проведены замеры мест утилизации жидких бытовых отходов, составлены схемы, которые были утверждены ФИО7

Согласно объяснениям главного инженера ООО «Районный водоканал» БТ*, данным в ходе проверки в МОМВД России «Белогорский», в связи с отсутствием в Белогорском муниципальном округе очистных сооружений, утилизация ЖБО осуществляется в места, установленных в схемах, согласованных с начальниками МКУ сельских администраций и утвержденных заместителем главы администрации Белогорского муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа» ФИО7 Для разработки данных схем БТ* выезжала вместе с начальниками МКУ сельских администраций на территории поселений, главы администрации показывали ей места слива, она производила замеры и привязку к местности.

Из сведений, содержащихся в протоколе осмотра места происшествия от <дата>, проведённого в ходе доследственной проверки МОМВД России «Белогорский» с участием БВ*, следует, что БВ* указал на участок местности, куда он осуществлял слив ЖБО из <адрес> на основании утверждённой схемы слива ЖБО в <адрес> муниципального округа.

Таким образом, совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств подтверждено, что ООО «Районный водоканал» и ФИО5 осуществлялся слив ЖБО в <адрес> муниципального округа в почву, на основании схемы маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, утвержденной в <дата>. должностным лицом - заместителем главы администрации Белогорского муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа» ФИО7, где по результатам проведенного Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора <дата> контрольного (надзорного) мероприятия выявлено причинение вреда окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>".

С учётом установленных судом обстоятельств, указание представителя администрации Белогорского муниципального округа о том, что нормативным правовым актом несанкционированное место слива ЖБО администрации Белогорского муниципального округа не определялось, не свидетельствует об отсутствии вины ответчиков в причинении вреда окружающей среде.

С доводами представителей ответчиков о недопустимости использования объяснений ФИО7, БТ*, ТК*, БВ* отобранных в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий МО МВД России «Белогорский», в качестве допустимых доказательств по делу, суд не может согласиться, так как исходя из системного толкования положений ст. ст. 55 и 60 ГПК РФ объяснения лица, данные в ходе доследственной проверки могут являться доказательствами по гражданскому делу и оцениваться в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими доказательствами.

Приведённые объяснения указанных лиц суд признаёт допустимыми, достоверными доказательствами, поскольку они являются последовательными, согласуются между собой и с иными доказательствами по настоящему делу.

К показаниям свидетеля БВ*, опрошенного в судебном заседании по ходатайству представителя ответчика ФИО4, о том, что в ходе осмотра места происшествия он не указывал на место слива ЖБО в <адрес>, суд относится критически, расценивает как способ освободить от ответственности ответчика ФИО5, приходящейся свидетелю супругой.

Утверждение представителя ответчика ФИО1 о том, что ФИО7 не является должностным лицом администрации Белогорского муниципального округа, необоснованно, при этом, из распоряжения главы администрации Белогорского муниципального округа <адрес> о приёме на муниципальную службу № от <дата>, сведений Единого государственного реестра юридических лиц, усматривается, что ФИО7 с <дата> занимает должность заместителя главы администрации Белогорского муниципального округа – начальника МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа».

Доводы представителей ответчиков об утилизации ЖБО с <дата> исполнителем ФИО5 в систему коммунальной канализации <адрес> на основании заключенного между ней и ООО «Водоканал <адрес>» договора на прием сточных вод от <дата> отклоняются судом, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ и п. 1.1 данного договора ими не представлено доказательств, свидетельствующих об объемах вывоза ЖБО из <адрес> и их приема предприятием ООО «Водоканал <адрес>», и оплаты за прием соответствующих объемов ЖБО в систему коммунальной канализации <адрес>.

Сведений об иных лицах, непосредственно осуществлявших загрязнение спорного земельного участка, тем самым, причинивших вред окружающей среде, ответчиками также не представлено.

Учитывая изложенное, судом установлено, подтверждается материалами дела и не опровергнуто ответчиками, что уполномоченным должностным лицом Администрации Белогорского муниципального округа, а именно заместителем главы администрации Белогорского муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа» ФИО7, в отсутствие на территории Белогорского муниципального округа оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО, утверждена схема маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, и доведена для исполнения в ООО «Районный водоканал», в ведении которого находится оказание услуг по водоснабжению и водоотведению на территории Белогорского муниципального округа, которым, в свою очередь, на основании договора поручено непосредственному исполнителю ФИО5 осуществлять слив ЖБО в место, определенное указанной схемой, и фактический слив последней ЖБО на почву на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>", что свидетельствует о совместном причинении ответчиками вреда окружающей среде.

Утверждение представителей ответчиков ООО «Районный водоканал» и ФИО5 об их неосведомленности о степени законности доведенной к их исполнению схемы маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, при установленных обстоятельствах причинения вреда окружающей среде – ее компоненту почве, основаны на неправильном толковании норм материального права и иной оценке доказательств, противоречит установленной статьей 1064 ГК РФ презумпции виновности, и определенной в абз. 9 ст. 3, п. 1, 2 ст. 34 Закона об охране окружающей среде презумпции экологической опасности, которая ответчиками не опровергнута допустимыми доказательствами.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства в совокупности с вышеприведенным правовым регулированием, и с учетом законодательно установленной презумпции вины в причинении вреда окружающей среде, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер по ее охране, суд приходит к выводу, что в указанных действиях ответчиков достоверно подтверждается вина в причинении вреда окружающей среде (почве), и установлена причинно-следственной связи между их действиями и причиненным вредом.

Вопреки утверждениям представителей ответчиков, то обстоятельство, что ответчики не были привлечены к административной ответственности за слив ЖБО в <адрес>, не может служить основанием для их освобождения от возмещении ущерба, причинённого окружающей среде. При этом, суд учитывает положение абз. 2 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», согласно которому не привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не исключает возможности возложения на него обязанности по возмещению вреда окружающей среде. Равным образом привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред.

Рассматривая доводы ответчиков о недопустимости взыскания ущерба, причиненного окружающей среде с администрации Белогорского муниципального округа, поскольку данное взыскание подлежит обращению в доход бюджета Белогорского муниципального округа, что приведёт к совпадению в одном лице причинителя вреда и получателя компенсации, суд исходит из следующего.

Из разъяснений, содержащихся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», следует, что присужденные судом суммы компенсации по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, городских округов, городских округов с внутригородским делением, городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя по месту причинения вреда окружающей среде по нормативу 100 процентов (абз. 2 п. 6 ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 22 ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации платежи по искам о возмещении ущерба, а также платежи, уплачиваемые при добровольном возмещении ущерба, причиненного государственному или муниципальному имуществу (за исключением имущества, закрепленного за бюджетными (автономными) учреждениями, унитарными предприятиями), подлежат зачислению в бюджеты публично-правовых образований, в собственности которых находится указанное имущество, по нормативу 100 процентов.

Использование средств от платежей по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде вследствие нарушений обязательных требований, регламентировано статьей 78.2 Закона об охране окружающей среды.

Указанной нормой предусмотрено, что зачисленные в бюджеты субъектов Российской Федерации и местные бюджеты средства от платежей по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, направляются на выявление и оценку объектов накопленного вреда окружающей среде и (или) организацию работ по ликвидации накопленного вреда окружающей среде в случае наличия на территории субъекта Российской Федерации (муниципального образования) объектов накопленного вреда окружающей среде, а в случае их отсутствия - на иные мероприятия по предотвращению и (или) снижению негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду, сохранению и восстановлению природной среды, рациональному использованию и воспроизводству природных ресурсов, обеспечению экологической безопасности (пункт 1). Данные средства носят целевой характер и не могут быть использованы на иные цели (пункт 5).

По смыслу приведенных норм платежи по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, имеют целевое назначение, поскольку их взыскание обязывает субъект Российской Федерации или муниципальное образование провести за счет взысканных средств работы по выявлению и оценке объектов накопленного вреда окружающей среде, ликвидации накопленного вреда, иные мероприятия в области защиты окружающей среды.

На основании изложенного, обязанность органа публичной власти возместить вред окружающей среде не прекращается, если в одном лице совпадают причинитель вреда и получатель компенсации за этот вред (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (<дата>), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации <дата>).

Поскольку ответчиками, независимо от их организационно-правовой формы, был причинен вред почве, как объекту охраны окружающей среды, расположенным на территории Белогорского муниципального округа, сумма причиненного ущерба подлежит зачислению в бюджет Белогорского муниципального округа (ОКТМО №).

Принимая во внимание установленную судом с разумной степенью достоверности вину ответчика администрации Белогорского муниципального округа, уполномоченным должностным лицом которого в отсутствие оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО утверждена схема их слива в <адрес> на почву, и доведена для исполнения ответчику ООО «Районный водоканал», который в свою очередь заключил с ФИО5 договор об оказании услуг, предметом которого является откачка и вывоз ЖБО из <адрес> муниципального округа в места, указанные заказчиком, которые определены органом местного самоуправления, что в силу ст. 77 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ является основанием для возмещения причиненного вреда окружающей среде в полном объеме.

Ссылка представителя ответчика администрации Белогорского муниципального округа на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П, несостоятельна.

В названном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации признал положения статьи 3.3 Федерального закона от <дата> N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", пункта 18 части 1, частей 3 и 4 статьи 14 и пункта 14 части 1 статьи 15 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", статей 10 и 51 Федерального закона "Об охране окружающей среды", пунктов 1 и 2 статьи 13 Федерального закона "Об отходах производства и потребления" и пунктов 16 - 18 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> N 1156, не соответствующими Конституции Российской Федерации, в той мере, в какой они, применяемые совокупно или обособленно, являются правовым основанием для возложения на орган местного самоуправления муниципального образования обязанности по ликвидации за счет средств местного бюджета мест несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов или для взыскания с муниципального образования расходов, понесенных региональным оператором в связи с ликвидацией таких мест в случае, когда уполномоченный орган местного самоуправления не обеспечил такую ликвидацию самостоятельно или не заключил соответствующий договор с региональным оператором, если такие места расположены в границах муниципального образования на землях или земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена, при этом отсутствуют как прямое указание в федеральном законодательстве на полномочия органов местного самоуправления по ликвидации таких мест на указанных землях и земельных участках, сопровождаемое одновременным закреплением форм участия Российской Федерации или субъектов Российской Федерации в финансовом обеспечении осуществления этих полномочий, так и закон субъекта Российской Федерации о наделении органов местного самоуправления соответствующими государственными полномочиями с передачей им финансовых ресурсов; притом что не установлено, что возникновение или продолжение функционирования конкретного места размещения отходов вызвано умышленными неправомерными действиями органа местного самоуправления или должностного лица данного муниципального образования.

Конституционный Суд Российской Федерации одновременно указал, что до внесения соответствующих изменений в правовое регулирование допускается принятие судебных решений, возлагающих на органы местного самоуправления муниципальных образований обязанность по ликвидации за счет средств местного бюджета мест несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов, находящихся в том числе на указанных выше землях или земельных участках с обязательным указанием в судебном решении на условия финансового обеспечения, в том числе на минимально допустимый, исходя из обстоятельств конкретного дела, объем софинансирования из федерального бюджета или бюджета субъекта Российской Федерации.

Исходя из толкования Конституционным Судом Российской Федерации названных выше федеральных норм, регулирующих спорные отношения, возложить на орган местного самоуправления обязанность ликвидировать несанкционированную свалку, находящуюся на землях и земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена, допускается при условии установления умышленных неправомерных действий органа местного самоуправления или должностного лица данного муниципального образования, повлекших возникновение или продолжение функционирования конкретного места размещения отходов.

Таким образом, положениями приведённого постановления Конституционного Суда Российской Федерации, предусмотрена возможность возложения на органы местного самоуправления муниципальных образований обязанности по ликвидации за счёт средств местного бюджета мест несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов, находящихся на земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена.

При этом суд учитывает установленные при рассмотрении спора обстоятельства отсутствия на территории Белогорского муниципального округа оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО, и что вследствие действий ответчика администрации Белогорского муниципального округа, выраженных в утверждении схемы слива ЖБО в <адрес>, ответчиками ООО «Районный водоканал» и ФИО5 осуществлялся слив ЖБО на почву на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>" по схеме утвержденной заместителем главы администрации Белогорского муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации Белогорского муниципального округа» ФИО7

Доказательства стороны истца о причинении вреда окружающей среде действиями ответчиков, в нарушение ст. 56, 59, 60 ГПК РФ ответчиками относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнуты, приведенные ими при рассмотрении спора доводы не влекут недействительности результатов государственного контроля (надзора), отраженных в протоколе осмотра от <дата> №-П (приложениях к протоколу), акте выездного обследования от <дата> №-П, протоколе отбора проб от <дата> № (приложений к протоколу), экспертном заключении от <дата> №, и не ставят под сомнение обстоятельства, установленные данными доказательствами.

Представленный истцом расчет ущерба, причиненного окружающей среде, размер которого составил <данные изъяты>, судом проверен, расчёт произведён верно, соответствует требованиям приказа Минприроды России от <дата> № «Об утверждении Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды», выполнен при верном применении исходных данных, полученных при проведении контрольно-надзорного мероприятия, с учетом применяемого значения коэффициента дефлятора на <дата>, поэтому суд принимает его в качестве доказательства размера ущерба. Каких-либо мотивированных возражений в части неверности представленного расчета от ответчиков не поступило, контр расчёт не представлен.

Таким образом, представленный истцом расчет ущерба, причиненного окружающей среде (почве) на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты> в сумме <данные изъяты> признается судом с разумной степенью достоверности подтверждающим размер такого ущерба.

Согласно п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (п. 1 ст. 323 ГК РФ).

Таким образом, основанием для привлечения к солидарной ответственности являются нормы закона или условия заключенного договора.

Принимая во внимание, что в силу положений Закона об охране окружающей среды и Земельного кодекса Российской Федерации правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда окружающей среде, осуществляется на основе гражданско-правового института внедоговорных (деликтных) обязательств, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для возникновения у ответчиков администрации Белогорского муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО5 солидарной ответственности в силу закона.

При таких обстоятельствах, учитывая, что действующим законодательством устанавливается возможность возмещения ущерба, причиненного окружающей среде, размер ущерба, подтвержден материалами дела, ответчиками не оспорен, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в солидарном порядке с ответчиков администрации Белогорского муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО5 в качестве ущерба, причиненного окружающей среде - <данные изъяты>.

В соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет.

Таким образом, с ответчиков в солидарном порядке в доход бюджета <адрес> подлежит взысканию госпошлина в размере <данные изъяты>.

Руководствуясь ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Приамурского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования к Администрации Белогорского муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО5 о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, – удовлетворить.

Взыскать с Администрации Белогорского муниципального округа (ОГРН №, ИНН №), ООО «Районный водоканал» (ОГРН №, ИНН №), ФИО5 (родилась <дата> в <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации: №, выдан Белогорским РОВД <адрес> <дата>, код подразделения <данные изъяты>) в солидарном порядке в пользу <адрес> межрегионального управления Росприроднадзора (ОГРН №, ИНН №) ущерб, причиненный окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве, в размере 2 735 265 рублей 50 копеек.

Взыскать с Администрации Белогорского муниципального округа (ОГРН №, ИНН №), ООО «Районный водоканал» (ОГРН №, ИНН №), ФИО5 (родилась <дата> в <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации: №, выдан Белогорским РОВД <адрес> <дата>, код подразделения <данные изъяты>) в солидарном порядке в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 21 876 руб. 32 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Белогорский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: Е.А.Голятина

Решение суда принято в окончательной форме <дата>.