дело № 22-1529/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Тюмень 3 августа 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Тюменского областного суда в составе:
председательствующего – судьи Валеевой Р.Э.,
судей Драчевой Н.Н., Голубева А.Н.,
с участием: прокурора отдела уголовно – судебного управления прокуратуры Тюменской области Ушаковой М.А.,
осужденных ФИО1, ФИО2,
защитников – адвокатов Шлегеля А.А., Гурьянова И.В.,
при секретаре Колесникове С.М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и ФИО2, адвоката Шлегеля А.А., действующего в защиту интересов осужденной ФИО1, на приговор Центрального районного суда г. Тюмени от 1 февраля 2023 года, которым
ФИО1, <.......>
осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 7 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.
В соответствии с ч. 32 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей со 2 августа 2021 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима,
ФИО2, <.......>
осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.
В соответствии с ч. 32 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания ФИО2 под стражей со 2 августа 2021 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Заслушав доклад судьи Валеевой Р.Э., осужденных ФИО1 и ФИО2, адвокатов Шлегеля А.А. и Гурьянова И.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Ушаковой М.А., полагавшей необходимым приговор изменить, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за то, что, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, используя информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть Интернет), совершили покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере.
Преступление совершено в 2021 году в г. Тюмени при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 вину по предъявленному обвинению признали, от дачи показаний отказались, воспользовавшись правом не свидетельствовать против себя.
В апелляционных жалобах адвокат Шлегель А.А., действующий в защиту интересов осужденной ФИО1, выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания. Полагает, что при назначении ФИО1 наказания судом не дана оценка положительным характеристикам ее личности. По мнению адвоката, суд первой инстанции необоснованно отверг позицию стороны защиты в части применения к ФИО1 положений ст. 82 УК РФ, а также ст. 64 УК РФ. Кроме того, автор жалоб приводит доводы о необходимости исключения из приговора квалифицирующего признака использования информационно-телекоммуникационных сетей (сети «Интернет»), который не нашел своего подтверждения в ходе судебного следствия. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.12.2022 № 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» отмечает, что по указанному признаку квалифицируются действия лица, которое с использованием сети «Интернет» подыскивает источник незаконного приобретения наркотических средств с целью последующего сбыта или соучастников незаконной деятельности по сбыту наркотических средств, а равно размещает информацию для приобретателей наркотических средств; по указанному признаку также квалифицируется и совершенное в соучастии преступление, если связь между соучастниками в ходе подготовки и совершения преступления обеспечивалась с использованием электронных или информационного-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет». Опираясь на практику Верховного Суда Российской Федерации, указывает, что само по себе использование сотовой телефонной связи при обращении приобретателя к лицу, сбывающему наркотическое средство, с вышеуказанной просьбой не свидетельствует о том, что при непосредственной передаче наркотического средства, оплате за наркотик использовались электронные или информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть «Интернет»), при этом использование сотовой телефонной связи в переговорах, связанных со сбытом наркотического средства, как между сбытчиком и приобретателем, так и между самими соучастниками по сбыту по существу не отличается от использования данными лицами телефонной кабельной связи при осуществлении таких переговоров. Обращает внимание, что ФИО1 с потребителями напрямую не общалась и приобретателям наркотических средств расположение тайников не сообщала. По мнению защитника, информационно-телекоммуникационная сеть не была использована ФИО1 с целью поиска источника незаконного приобретения наркотических средств для последующего сбыта, поиска соучастников незаконной деятельности, размещения информации для приобретателей наркотических средств, связи с соучастниками в ходе подготовки и совершения соответствующего преступления. Кроме того, полагает, что факт не установления лица, с которым ФИО1 вступила в преступный сговор с целью совершения преступления, также не позволяет вменить указанный квалифицирующий признак как способ связи с соучастниками в ходе совершения преступления, поскольку информационно-телекоммуникационная сеть использовалась ФИО1 для ведения переговоров (общения) между соучастниками, определения целей, задач и особенностей деятельности сформированной преступной группы, а не в рамках непосредственного выполнения объективной стороны состава преступления, что также подтверждается мотивировочной частью приговора. В связи с чем защитник полагает, что указанный квалифицирующий признак излишне вменен его подзащитной. С учетом изложенного, автор жалоб просит приговор изменить, исключить квалифицирующий признак совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и снизить назначенное ФИО1 наказание.
Осужденная ФИО1 в апелляционных жалобах приводит доводы о несогласии с приговором, считает его несправедливым, а назначенное ей наказание чрезмерно суровым. Оспаривает выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ. Обращает внимание на наличие по делу исключительных обстоятельств, дающих основание для применения указанных положений. Отмечает, что активно способствовала расследованию преступления, с ее участием были осуществлены выезды на места закладок наркотических средств, добровольно выданы другие наркотические средства, а также был изобличен второй соучастник преступления. Обращает внимание, что преступление было совершено по причине сложного финансового положения ее семьи, поскольку она имеет на иждивении престарелых маму и бабушку, а также малолетнего больного ребенка, который в настоящее время проживает со своим родным отцом. Также полагает, что в качестве исключительного обстоятельства может быть признано ее длительное содержание в следственном изоляторе. Указывает, что суд не обосновал невозможность применения при назначении ей наказания положений ст. 73 УК РФ. Считает, что при назначении наказания не в полной мере учтены смягчающие наказание обстоятельства, а также данные о ее личности. Отмечает, что она ранее не судима, характеризуется исключительно положительно, не состоит на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах, полностью признала свою вину и раскаялась в содеянном. Обращает внимание, что суд первой инстанции не рассмотрел возможность ее трудоустройства у ИП Р., что подтверждается гарантийным письмом. По мнению осужденной, суд первой инстанции необоснованно отверг позицию стороны защиты о возможности применения к ней положений ст. 82 УК РФ. Отмечает, что у нее на иждивении находится малолетний ребенок, с которым у нее тесная связь. Полагает, что обстоятельств, препятствующих применению отсрочки отбывания наказания до достижения ее сыном четырнадцатилетнего возраста, не имеется. С учетом изложенного, автор жалоб просит приговор изменить, снизить ей назначенное наказание и применить положения ст. 82 УК РФ.
В апелляционных жалобах осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания, просит его изменить и назначить ему минимально возможное наказание. Полагает, что судом первой инстанции при назначении ему наказания не в полной мере учтены смягчающие наказание обстоятельства. С учетом наличия у него ряда хронических заболеваний полагает необходимым назначить ему наказание, применив положения ч. 3 ст. 68 УК РФ. Кроме того, автор жалоб просит исключить из объема предъявленного ему обвинения квалифицирующий признак совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», поскольку он не вел общение с неустановленным следствием лицом, а также его мобильный телефон не поддерживал сеть «Интернет».
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель – помощник прокурора г. Тюмени Ракова А.С., считая приговор законным, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.
Судебная коллегия считает выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств правильными, основанными на полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах, которым судом дана подробная оценка.
В соответствии с требованиями ст. 87 и ст. 88 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации суд проверил и оценил все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он принял доказательства, представленные в обоснование доказанности вины ФИО1 и ФИО2
Суд правильно пришел к выводу о достоверности и допустимости доказательств, указанных в приговоре, и обоснованно признал их достаточными для подтверждения виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении ими действий, направленных на незаконный сбыт наркотических средств, положив их в основу приговора.
С мотивами принятого решения, указанными в приговоре, судебная коллегия согласна.
В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 вину по предъявленному обвинению признали, от дачи показаний отказались, воспользовавшись правом не свидетельствовать против себя.
Из показаний ФИО1 и ФИО2, данных ими в ходе производства предварительного расследования, следует, что у ребенка ФИО1 запоздалое развитие речи, в связи с чем они нуждались в денежных средствах на логопеда. В конце мая 2021 года в приложении «Телеграмм» они увидели объявления о заработке денежных средств. С мобильного телефона ФИО1 через указанное приложение последняя нажала на одно из объявлений для получения более подробной информации. С аккаунта под ником «Татьяна» поступил ответ, что требуется курьер для распространения наркотических средств на территории г. Тюмени. Ими был выбран вариант распространять готовые «закладки» наркотических средств, для чего «работодателем» было предложено отправить пробные фотографии с предполагаемыми местами «закладок» наркотических средств и описанием. Данные действия ими были выполнены, после чего им был выслан адрес с пробным кладом, который они нашли и сообщили об этом куратору. Затем поступили указания, в каком районе разложить «закладки» с наркотическим средством. Разложив 5 свертков с неизвестным веществом, они отправили фотографии с их местонахождением. После чего они получили новый заказ. Им был присвоен персональный менеджер, который полностью координировал их действия, обучал и платил заработную плату. 1 августа 2021 года в вечернее время им была направлена фотография с оптовым кладом и описание с координатами. На следующий день они обнаружили указанный клад, в котором находилось 60 свертков в фольге. Вернувшись домой, часть свертков, около 10 или 11 штук, они убрали в комод, чтобы разложить позже. Взяв 50 свертков, они направились раскладывать их в районе улиц Муравленко и Щербакова г. Тюмени, так как оператор обозначил данный район города. ФИО2 положил свертки к себе в карман и по одному раскладывал в тайники, а ФИО1 их фотографировала, делая координаты и описание в приложении <.......> для последующего направления «работодателю». Они успели сделать 35 «закладок», после чего были остановлены сотрудниками полиции, которые пригласили понятых и произвели личный досмотр ФИО2, в ходе которого у него в кармане были обнаружены и изъяты оставшиеся 14 свертков с наркотическим средством. После чего их отвезли на стационарный пост полиции, где в присутствии двух понятых женского пола досмотрели ФИО1, но ничего запрещенного не обнаружили, при этом изъяли ее мобильной телефон марки «Samsung», где имеется вся информация о распространении ими наркотических средств, в том числе переписки с куратором, а также мобильный телефон, принадлежащий ФИО2
При проверке показаний на месте ФИО1 указала место, где они совместно с ФИО2 приобрели свертки с наркотическим средством.
Оценивая показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе производства предварительного расследования, с точки зрения допустимости, судебная коллегия принимает во внимание, что нарушений закона при их отобрании допущено не было. ФИО1 и ФИО2 были допрошены в присутствии защитника, ни в ходе, ни по окончании следственных действий, ни от допрашиваемых, ни от адвокатов заявлений, замечаний, дополнений по ходу и результатам следственных действий не поступило.
Доказательств, свидетельствующих о том, что показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе производства предварительного расследования, носили вынужденный характер, не имеется. При таких обстоятельствах, показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе предварительного следствия, правильно оценены судом как допустимые доказательства.
Оценивая данные показания с точки зрения достоверности, судебная коллегия находит, что показания ФИО1 и ФИО2 являются подробными, последовательными и согласующимися с другими доказательствами по делу. Достоверность приведенных в приговоре первоначальных показаний осужденных объективно подтверждается и иными доказательствами.
Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им преступления, который, помимо признательных показаний осужденных, подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре.
Из показаний свидетеля К. следует, что он работает в должности инспектора ОБППСП УМВД России по <.......>. 2 августа 2021 года в ходе несения службы около 19 часов 20 минут у дома № 17 по ул. Муравленко г. Тюмени ими были замечены двое граждан, распивающих спиртные напитки. Мужчина сидел на корточках и что-то копал, а девушка стояла рядом. Ими были установлены личности данных граждан, как ФИО2 и ФИО1 В ходе общения они вели себя подозрительно, заметно нервничали, на вопросы, которые им задавались, путались в ответах. В связи с чем, ими было принято решение произвести личный досмотр данных лиц. В ходе личного досмотра ФИО2 в правом кармане шорт, надетых на нем, было обнаружено 14 свертков, обмотанных фольгой серого цвета. Он в присутствии понятых и ФИО2 открыл один из свертков и увидел внутри прозрачный полимерный пакетик с неизвестным кристаллическим веществом светлого цвета. Обнаруженные свертки были изъяты. ФИО1 была доставлена на стационарный пост полиции <.......>, где был произведен ее личный досмотр, в ходе которого у нее были обнаружены 2 мобильных телефона.
Согласно показаниям свидетеля Н., она работает в должности инспектора ОБППСП УМВД России по <.......>. 2 августа 2021 ею был произведен личный досмотр ФИО1, в ходе которого у последней было обнаружено и изъято 2 сотовых телефона марки «Nokia» и «Samsung».
Показания свидетеля К. согласуются с протоколом досмотра ФИО2 от 2 августа 2021 года, согласно которому в правом кармане шорт, надетых на ФИО2, обнаружено 14 свертков, обмотанных фольгой, внутри одного из них находится прозрачный полимерный пакетик с неизвестным веществом кристаллической формы светлого цвета. Показания свидетеля Н. соответствуют протоколу досмотра ФИО1 от 2 августа 2021 года, согласно которому в сумке ФИО1 было обнаружено 2 сотовых телефона марки «Nokia» и «Samsung».
П. и С., принимавшие участие в качестве понятых при досмотре ФИО2 и ФИО1, подтвердили сведения, отраженные в протоколах досмотра и изъятия.
При осмотре мест происшествия было обнаружено и изъято 28 свертков из фольги с находящимися в них прозрачными полимерными пакетиками с неизвестным веществом.
Из показаний свидетеля Ш. следует, что он принимал участие в качестве понятого при осмотре предметов с участием ФИО1, в ходе которого был осмотрен изъятый при ее досмотре сотовый телефон «Samsung», где были обнаружены изображения участков местности с географическими координатами сделанных ею и ФИО2 закладок с наркотическим средством; а также при осмотре мест происшествия с участием ФИО1 и ФИО2, в ходе проведения данных мероприятий ФИО1 и ФИО2 указывали места с тайниками, где они располагали свертки с наркотическим средством.
При производстве обыска в <.......> был обнаружен и изъят прозрачный полимерный пакет с находящимися внутри 10 свертками из фольги с неизвестным веществом.
Из показаний свидетеля У. следует, что он принимал участие в качестве понятого при производстве обыска в жилище. Сведения, отраженные в протоколе обыска свидетель подтвердил, указав на правильность их фиксации. При этом свидетель показал, что ФИО1 и ФИО2, у которых в жилище был произведен обыск, было предложено выдать запрещенные в гражданском обороте предметы, после чего ФИО1 добровольно указала на комод, где хранились 10 свертков с наркотическим средством.
Судебная коллегия не усматривает оснований для искажения фактических обстоятельств дела со стороны свидетелей, поскольку их показания являются последовательными и детализированными. Судебная коллегия отмечает, что показания свидетелей согласуются со сведениями, отраженными в соответствующих протоколах, что свидетельствует о том, что ход и результаты проведенных мероприятий, были отражены верно.
Содержимое изъятых свертков было подвергнуто химическому исследованию, которым установлено, что в обнаруженных свертках находилось наркотическое средство.
Указанные выше экспертизы были назначены и проведены в соответствии с требованиями ст. ст. 195 - 196 УПК РФ; выводы экспертов являются подробными, ясными и понятными, надлежащим образом мотивированы и аргументированы, не противоречат материалам дела, не содержат каких-либо неясностей и не вызывают сомнений в своей объективности.
Суд первой инстанции обоснованно оценивал результаты экспертных заключений во взаимосвязи с другими фактическими данными, что в совокупности позволило правильно установить виновность осужденных.
Доводы апелляционных жалоб о необходимости исключения из квалификации действий ФИО1 и ФИО2 квалифицирующего признака совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)», являются несостоятельными.
Из описания преступного деяния, установленного судом и приведенного в приговоре, следует, что ФИО2 и ФИО1 не позднее 31 мая 2021 года, действуя умышленно, совместно и согласованно, в составе группы лиц по предварительному сговору, используя принадлежащий ФИО1 сотовый телефон марки «Samsung» imei <.......>, приискали неустановленное лицо в глобальной информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», зарегистрированное в программном обеспечении «Telegram» под ником <.......> занимающееся незаконным сбытом наркотических средств, с которым вступили в предварительный преступный сговор, направленный на совершение преступлений, связанных с систематическим сбытом наркотических средств в крупном размере на территории г. Тюмени. На ФИО2 и ФИО1 была возложена роль «курьеров», распространяющих на территории г. Тюмени наркотические средства через систему постоянно меняющихся тайников, а именно: забирать крупные партии наркотических средств, переданные неустановленным лицом в глобальной информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в программном обеспечении «Telegram» из тайника; помещать наркотические средства в тайники в различных местах города Тюмени для последующего их незаконного сбыта; сообщать неустановленному лицу адреса тайников с наркотическими средствами в глобальной информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в программном обеспечении «Telegram» с целью последующего их незаконного сбыта неустановленным лицам.
При этом, неустановленным лицом для осуществления преступной деятельности были приняты меры конспирации, в соответствии с которыми, общение между ним, ФИО2 и ФИО1, осуществлялось только посредством использования программы в глобальной информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в программном обеспечении «Telegram»; неустановленное лицо с ФИО2 и ФИО1, как между собой, так и с приобретателями наркотических средств не встречались; незаконный сбыт наркотических средств должен был осуществляться через систему постоянно меняющихся тайников, местонахождение которых также должно было сообщаться в глобальной информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в программном обеспечении «Telegram»; все денежные средства, вырученные от сбыта наркотиков, аккумулировались у неустановленного лица путем использования неустановленной электронной платежной системы.
ФИО1 и ФИО2 не позднее 22 часов 44 минут 01 августа 2021 года, посредством программного приложения «Telegram», получили сведения о месторасположении тайника с наркотическими средствами и 2 августа 2021 года около 14 часов 00 минут прибыли к месторасположению тайника, где получили вещество, содержащее производное N-метилэфедрона, общей массой 39,8218 граммов, которое относится к крупному размеру. Часть полученного вышеуказанного наркотического средства, содержащего в своем составе производное N - метилэфедрона, массой 14,3349 граммов ФИО2, действуя по предварительному сговору с ФИО1 и неустановленным лицом, стал незаконно хранить при себе с целью последующего незаконного сбыта, а часть наркотического средства, содержащего производное N - метилэфедрона, массой 9,6218 граммов стали хранить в квартире <.......>. Оставшуюся часть полученного наркотического средства, содержащего производное N-метилэфедрона, общей массой 15,8651 грамма, ФИО2 по предварительному сговору с ФИО1 и неустановленным лицом, в присутствии ФИО1 разместил в самолично оборудованных тайниках. ФИО2 и ФИО1 не смогли довести свой преступный умысел до конца по не зависящим от них обстоятельствам.
Изложенное свидетельствует, что для совершения преступления ФИО1 и ФИО2 явно использовали информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть Интернет).
В соответствии с действующим законодательством, виновное лицо подлежит уголовной ответственности по квалифицирующему признаку совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет)» в тех случаях, когда это лицо с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет) выполняет объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 2281 УК РФ, то есть незаконного сбыта наркотических средств.
Из установленных судом первой инстанции обстоятельств дела, следует, что ФИО2 и ФИО1 выполнили часть объективной стороны преступления, совершив действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, а именно вступили в преступный сговор с неустановленным лицом, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием сети «Интернет» неопределенному кругу потребителей, достигли с неустановленным лицом договоренности об условиях реализации наркотических средств и своей роли в данной преступной деятельности, выполняя взятые на себя обязательства, получили на сотовый телефон, принадлежащий ФИО1, сведения о месте расположения тайника с наркотическим средством, которое ФИО2 и ФИО1 в необходимых объемах разместили в тайниках на территории г. Тюмени. При этом, ФИО1 в процессе изготовления ФИО2 тайников с наркотическими средствами, при помощи имеющегося у нее сотового телефона «Samsung» (imei <.......>) осуществила графическое закрепление месторасположений указанных тайников с наркотическими средствами с привязкой их к географическим координатам.
По смыслу закона, преступление квалифицируется как совершенное с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», независимо от стадии совершения преступления, если для выполнения хотя бы одного из умышленных действий, создающих условия для совершения соответствующего преступления или входящих в его объективную сторону, лицо использовало такие сети. При незаконном сбыте наркотических средств квалифицируются действия лица, которое с использованием сети «Интернет» подыскивает источник незаконного приобретения наркотических средств с целью последующего сбыта или соучастников незаконной деятельности по сбыту наркотических средств, а равно размещает информацию для приобретателей наркотических средств. По указанному признаку квалифицируется и совершенное в соучастии преступление, если связь между соучастниками в ходе подготовки и совершения преступления обеспечивалась с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет».
Из материалов дела следует, что именно использование сети «Интернет» для достижения договоренности между ФИО1, ФИО2 и неизвестным лицом, занимающимся незаконным сбытом наркотических средств, о совместном распространении наркотических средств дистанционным способом через тайники-закладки свидетельствует о том, что указанные лица договорились о распространении наркотических средств с использованием возможностей этой информационно-телекоммуникационной сети.
В соответствии с установленными фактическими обстоятельствами уголовного дела об умысле на незаконный сбыт свидетельствует характер и последовательность действий осужденных, в результате которых передача наркотических средств конечным потребителям, должна была осуществляться с учетом современных информационных технологий не из рук в руки, а бесконтактным способом, то есть через тайники-закладки, координаты которых и фотографии ФИО1 и ФИО2 должны были направлять неизвестному лицу через мессенджер «Телеграм», используя сеть «Интернет».
Вопреки доводам апелляционных жалоб, квалификация действий ФИО1 и ФИО2 соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам и является правильной.
Суд первой инстанции, тщательно исследовав и проанализировав представленные стороной обвинения доказательства, пришел к обоснованному выводу о том, что все исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства получены в соответствии с требованиями действующего уголовно – процессуального закона.
Таким образом, оценив все имеющиеся фактические данные, судебная коллегия отмечает правильность оценки судом доказательств, как каждого в отдельности, так и в их совокупности.
Анализ исследованных судом доказательств, положенных в основу приговора, позволил суду прийти к правильному выводу о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств.
Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в приговоре мотивированы надлежащим образом. Оснований для иной оценки доказательств на предмет их относимости, допустимости и достоверности, не имеется. Ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала сомнение, не было положено в обоснование тех или иных выводов суда.
Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации судом установлены приведенной в приговоре совокупностью доказательств.
Наказание ФИО1 и ФИО2 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех характеризующих данных осужденных, требований ст. 6, ст. 60, ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденных.
Судом первой инстанции при назначении наказания ФИО1 и ФИО2 были учтены имеющиеся на момент вынесения приговора данные о личности виновных, а также смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд признал: раскаяние в содеянном, полное признание вины, наличие на иждивении престарелых родственников и их состояние здоровья, состояние здоровья малолетнего ребенка, а также состояние здоровья ФИО1 и ФИО2, наличие на их иждивении малолетнего ребенка, активное способствование расследованию преступления, у ФИО2 также участие в боевых действиях. Учтено судом и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Вместе с тем, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.
В силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами признаются явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления.
Из материалов уголовного дела следует, что в ходе предварительного расследования ФИО1 и ФИО2 давали последовательные признательные показания, принимали участие в следственных действиях, изобличая второго соучастника преступления, с указанием всех обстоятельств совершенного ими преступления, что непосредственно повлияло на раскрытие и расследование этого преступления.
Суд первой инстанции в приговоре указал, что ФИО1 и ФИО2 активно способствовали расследованию преступления и изобличению соучастника преступления, однако ошибочно не признал «активное способствование изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления», смягчающим наказание обстоятельством.
При таких условиях, судебная коллегия считает необходимым признать в качестве смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ ФИО1 и ФИО2, «активное способствование изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления».
Кроме того, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 судебная коллегия признает состояние здоровья отца осужденной, который согласно медицинским документам, представленным в суд апелляционной инстанции, перенес тяжелое острое заболевание.
С учетом признания вышеизложенных обстоятельств смягчающими, судебная коллегия находит, что назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание подлежит смягчению.
Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания ФИО1 и ФИО2, однако суд обоснованно не нашел для этого оснований, должным образом мотивировав свои выводы в приговоре, с чем также соглашается судебная коллегия.
Судебная коллегия находит обоснованными выводы суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления, совершенного ФИО1 и ФИО2
При этом, судебная коллегия приходит к выводу, что из описательно – мотивировочной части приговора подлежит исключению указание суда на повышенную общественную опасность преступления, совершенного ФИО1 и ФИО2, поскольку такое суждение противоречит смыслу уголовного закона, в силу которого характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления, определяется исходя, прежде всего, из направленности деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.
Вносимые изменения не ставят под сомнение выводы суда первой инстанции относительно вида и размера наказания, а также отсутствия оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК РФ и изменения категории преступления.
Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной ФИО1 и ее защитника о необходимости применения положений ст. 82 УК РФ, судебная коллегия не усматривает для этого объективных оснований. Несмотря на положительные данные о личности ФИО1, учитывая характер и общественную опасность совершенного преступления, а также обстоятельства его совершения, судебная коллегия не находит достаточных данных для применения отсрочки отбывания наказания до достижения ребенка ФИО1 четырнадцатилетнего возраста, который, как пояснила осужденная, проживает в настоящее время со своим отцом.
Несмотря на все положительные данные о личности ФИО1, на иждивении которой находился малолетний ребенок, судебная коллегия также не усматривает оснований для применения ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывая характер и общественную опасность совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, а также обстоятельства его совершения.
Как установлено судебной коллегией обязанности по воспитанию и уходу за ребенком осуществляет его отец. Доводы стороны защиты о добросовестном исполнении осужденной обязанностей по воспитанию ребенка, подкрепленные характеристиками, судебная коллегия принимает в качестве данных, положительно характеризующих личность осужденной, однако не учитывает в качестве основания для применения отсрочки отбывания наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста, поскольку в силу закона каждый родитель обязан заниматься воспитанием и содержанием своего ребенка.
Нарушений уголовно – процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебной коллегией не установлено.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 38915, 38919, 38920, 38928 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А :
Приговор Центрального районного суда г. Тюмени от 1 февраля 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить.
Исключить из приговора указание об учете повышенной степени общественной опасности преступления при решении вопроса о невозможности изменения категории преступления, совершенного ФИО1 и ФИО2
Признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3 и ФИО2 активное способствование изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления, ФИО1 также – состояние здоровья отца осужденной.
Назначенное ФИО3 и ФИО2 наказание за совершенное преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 Уголовного кодекса Российской Федерации, смягчить до 6 лет 4 месяцев лишения свободы, каждому.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – удовлетворить частично.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а для осужденных, содержащихся под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 4014 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственного в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110 – 40112 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи