Решение по делу № 2-2666/2021 от 13.04.2023 - о признании договора дарения недействительным, признании права собственности в порядке наследования.

Дело №

УИД 50RS0№-56

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 апреля 2023 года <адрес>

<адрес>

Истринский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Путынец И.А.

при секретаре ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности в порядке наследования.

В обоснование иска указывал, что он является собственником земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 737 кв.м и расположенного на нем садового дома площадью 96,7 кв.м с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенных по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., садовое товарищество «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>.

Дачный дом с земельным участком является совместно нажитым имуществом с супругой истца ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

С июня 2020 года ответчик ФИО3, сын истца, стал препятствовать в использовании указанного участка ФИО4, его дочери ФИО1 и внуку ФИО2 В связи с чем, истец обратился к дочери, ФИО1, для выяснения обстоятельств сложившейся ситуации. Тогда же стало известно, что собственником дачи по документам теперь является не ФИО4, а его сын ФИО3 Основанием перехода права собственности стал договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО3

Полагает, что указанный договор был подписан им под влиянием заблуждения в природе сделки под влиянием обмана со стороны ФИО3, не знал, что именно он подписывал. Договор дарения составлял ФИО3 По причине плохого зрения, не прочитал то, что он подписывал.

Отрицает, что получал согласие на совершение сделки у своей супруги ФИО5 Указывает, что она была тяжело больна, страдала психическим расстройством.

В связи с чем просил признать договор дарения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 737 кв.м и расположенного на нем садового дома площадью 96,7 кв.м с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенных по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., садовое товарищество «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>, заключенный между ФИО4 и ФИО3, недействительным; признать согласие ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ на совершение сделки по отчуждению имущества в виде дарения ФИО3 недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО3 на указанные объекты.

В ходе рассмотрения указанного дела, в суд поступило ходатайство от ФИО1, дочери ФИО4, и ФИО2, внука ФИО4, о замене стороны правопреемником, в котором они указали, что ФИО4 скончался ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 является наследником всего имущества ФИО4 по завещанию, составленному ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО1, как дочь, является наследником по закону.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ суд произвел замену истца с ФИО4 на соистцов ФИО1 и ФИО2

Неоднократно уточняя требования, ФИО1 и ФИО2, поддерживая ранее заявленные ФИО4 исковые требования, дополнительно указали, что ФИО4 узнал о нарушении своего права в 2020 году, так как до этого от него тщательно скрывалось отчуждение имущество, а в суд не обратился сразу по причине плохого самочувствия и потому что не поверил в случившееся, тогда же об этом узнали ФИО1 и ФИО2, до этого они длительное время проживали за пределами РФ.

В связи с чем, просят суд признать договор дарения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 737 кв.м и расположенного на нем садового дома площадью 96,7 кв.м с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенных по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., садовое товарищество «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>, заключенный между ФИО4 и ФИО3, недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права ФИО3 на спорные объекты недвижимого имущества; включить ? доли спорных земельного участка и садового дома в наследственную массу после смерти ФИО4; признать за ФИО1 право собственности на 1/8 доли земельного участка и садового дома; признать за ФИО2 право собственности на 1/8 доли земельного участка и садового дома.

ФИО2 в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом, на личной явке в судебное заседание не настаивал.

ФИО1 и представитель истцов по доверенности ФИО8 в судебное заседание явились, просили требования удовлетворить. ФИО8 полагала, что договор был подписан со стороны ФИО4 неустановленным лицом при неизвестных обстоятельствах, полагала, что срок исковой давности не пропущен. Также указала, что ФИО4 не имел намерений дарить свое имущество сыну, а супруга ФИО4 ФИО5 согласия на сделку не давала.

ФИО3 и его представитель по доверенности ФИО9 в заседание явились, против удовлетворения требований возражали. ФИО3 на вопросы суда указал, что у отца действительно было плохое зрение, но это не мешало ему разводить пчел на садовом участке, ухаживать за покойной супругой в последние годы ее жизни. Вопрос о дарении дома с участком ставился давно. Из разговоров с отцом следовало, что квартира родителей будет принадлежать ФИО1, а дача – ФИО3, так как ФИО1 дачей не занималась, проживала за границей, в Канаде. В МФЦ ездили вместе с отцом три раза – сначала узнать о форме, в которой заключается договор, и о необходимых для сделки документах, затем, после оформления согласия матери, приезжали на сдачу документов, отец сам оплачивал государственную пошлину, в третий раз приезжали за выпиской о переходе права. Договор печатал сам, отец читал и подписывал договор уже в МФЦ. Ответчик указывает, что платил членские взносы в СНТ, принимал участия в общих собраниях. Сестра вернулась в Россию в 2019 году и была крайне возмущена тем, что между отцом и братом заключена такая сделка.

Также сторона ответчика заявила о пропуске срока исковой давности. Указав, что ФИО4 не мог узнать о совершении сделки в 2020 году, так как был непосредственным ее участником, подтверждений того, что он находился в каком-либо неустойчивом психическом состоянии и не осознавал природу сделки не представлено. Также полагает, что в момент принятия наследства от своей супруги, ФИО5, ФИО4 уже было известно об отчуждении имущества, так как ни истцом, ни ФИО4 не было заявлено о супружеской доле ФИО5 в спорном имуществе.

С учетом надлежащего извещения участников процесса, суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что иск ФИО1, ФИО2 не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В силу п.1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

На основании подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 209 ГК РФ установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Исходя из п. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п.3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех и более (многосторонняя сделка).

В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Из положений ст. 422 ГК РФ следует, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п.п. 1,2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п.1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 ст. 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 названной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Согласно ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО4, первоначально обратившийся с исковыми требованиями к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, умерший ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.38-39), являлся собственником земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 737 кв.м и расположенного на нем садового дома площадью 96,7 кв.м с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенных по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., садовое товарищество «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>, до июля 2017 года (т.1, л.д.17-19,146,148-149,153).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор дарения вышеуказанных объектов (т.1 л.д. 14-15). Договор прошел установленную законом процедуру регистрации перехода права в Управлении Росреестра по <адрес> через Многофункциональный центр <адрес>, в связи с чем собственником спорных объектов недвижимости стал ФИО3

В силу ч.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

ДД.ММ.ГГГГ Истринским городским судом <адрес> было вынесено решение по гражданскому делу № по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3, третьи лица – Управление Росреестра по <адрес>, нотариус <адрес> ФИО10, о признании недействительными согласия на отчуждение имущества и признании права собственности на долю в наследстве.

Указанным решением иск ФИО1 удовлетворен. Признано недействительным согласие ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на совершение договора дарения в отношении земельного участка и садового домика садовое товарищество «Сокол-2» ВМФ по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., уч.<данные изъяты>, удостоверенное нотариусом <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, реестр №. Суд применил последствия недействительности сделки согласия ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на совершение договора дарения в отношении земельного участка и садового домика садовое товарищество «Сокол-2» ВМФ по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., уч.<данные изъяты>.

Судом признан недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в части дарения 1/2 доли земельного участка, кадастровый номер №, и 1/2 доли садового домика, кадастровый номер №, по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., СК «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>. В состав наследства после смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, включено имущество в виде 1/2 доли земельного участка, кадастровый номер №, и 1/2 доли садового домика, кадастровый номер №, по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., СК «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>. Право собственности ФИО3 на земельный участок, кадастровый номер №, и садовый домик, кадастровый номер №, по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., СК «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>, прекращено.

За ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признано право собственности на 1/6 доли земельного участка, кадастровый номер №, и 1/6 доли садового домика, кадастровый номер №, по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., СК «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>, в порядке наследования по закону после смерти ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ. За ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признано право собственности на 1/6 доли земельного участка, кадастровый номер №, и 1/6 доли садового домика, кадастровый номер №, по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., СК «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты>, в порядке наследования по закону после смерти ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ. За ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признано право собственности на 2/3 доли земельного участка, кадастровый номер №, и 2/3 доли садового домика, кадастровый номер №, по адресу: <адрес>, Ивановский с.о., СК «Сокол-2» ВМФ, уч.<данные изъяты> (т.1,л.д.70-76).

ДД.ММ.ГГГГ судом апелляционной инстанции решение Истринского городского суда оставлено без изменения.

В ходе судебного разбирательства по указанному делу также установлено, и не подлежит доказыванию, что дачный дом с земельным участком является совместно нажитым имуществом с супругой истца ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ (т.1,л.д.20).

Однако признание сделки недействительной в части дарения ФИО3 супружеской доли ФИО5, не исключает того, что ФИО4 мог распоряжаться своей супружеской долей в размере ? на спорное имущество.

Обращаясь в суд с иском, истцы сослались на то, что сделка совершена под влиянием заблуждения, что ФИО4 не хотел дарить дачу своему сыну, что заблуждался относительно природы сделки. Однако показания нескольких свидетелей подтверждают, что ФИО4 действительно высказывал намерения о совершении дарения дачного участка своему сыну ФИО3 Кроме того свидетель Свидетель №1 показал, что в период общения с ним ФИО4 рассказал, что они ездили в августе в МФЦ и отписали дачу сыну. То есть, из показаний усматривается, что ФИО4 осознавал природу сделки и явно выразил намерение по передаче спорного имущества своему сыну ФИО4

Кроме того суд принимает во внимание, что ФИО4 для совершения сделки обратился в МФЦ ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ им была оплачена государственная пошлины за совершение регистрационных действий, также из пояснения ответчика следует, что они с отцом также приходили за консультацией в МФЦ, в ходе которой выяснилось, что необходимо согласие супруги ФИО4 Суд приходит к выводу, что ФИО4 осознанно совершена целая цепочка из действий, направленных на передачу имущества ФИО3

Указанные обстоятельства подтверждаются предоставленными суду реестровыми делами.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО12 показал, что проживает на даче в СНТ. Ответчик ФИО3 ему знаком около 15 лет. Отца, ФИО4, знал более 30 лет. ФИО1 не видел ни разу. С 2019 года видел, как ФИО4 приезжает на дачу с сыном. Ответчик занимался дачей, пчелами, которые завёл отец, платил членские взносы. Показал, что было очевидным, что собственником станет ФИО3

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 показал, что стороны ему знакомы 40 лет. В 2017 году ФИО4 был на даче, общался со свидетелем. Участком пользовались ФИО4 и ФИО3, ФИО14 не видел на даче около 20 лет. ФИО4 рассказал свидетелю ФИО13, что они с сыном уже договорились о дарении дачи, что разговор об этом шёл с 2015 года. ФИО4 не озвучивал свидетелю причины, по которым он хотел передать дачу в собственность сына, однако в 2019 году рассказал свидетелю, что подписал договор дарения, сам договор свидетель не видел.

Свидетель Свидетель №1 показал, что стороны ему знакомы. В 2017 году общался с ФИО4, но не более 2-3 раз в год. Во время общения ФИО4 высказывал намерения подарить дачу сыну. ФИО1 на даче не видел. Показал, что ФИО4 перестал ездить на дачу в 2019 году. В период общения ФИО4 рассказал свидетелю, что они ездили в августе в МФЦ и переписали дачу на сына.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО15 показала, что знает ФИО1 с 1991 года, о существовании ответчика знала, но никогда его не видела, родителей сторон знала. В 2020 году свидетель встретила ФИО1 в парке с отцом, тогда отец сказал, что дачи у него больше нет и что его обманули. Насколько известно свидетелю, ФИО1 приехала к отцу после 2017 года.

Относительно показаний свидетеля ФИО15 и указания ею на то, что ФИО4 после приезда ФИО1 говорил о том, что его обманули, суд полагает следующее. Судом из объяснений сторон установлено, что ФИО4, будучи пожилым человеком, проживая с сыном, был с ним в более тесном контакте, что соответствовало периоду заключения сделки, а после приезда дочери, стал ближе к ФИО1, что соответствовало периоду оформления завещания на внука и доверенностей на дочь. Влияние взрослых детей на отца в последние годы его жизни привело к тому, что родитель таким образом распорядился принадлежащим ему имуществом.

При этом ни ФИО4 в первоначальных требованиях, ни ФИО1, ФИО2, как правопреемниками ФИО4, не указано, как именно ФИО4 заблуждался в природе сделки.

Истцами также неоднократно указывалось, что ФИО4 обладал плохим зрением, однако никакими документами не подтверждено, что зрение у него отсутствует полностью. Кроме того, после подписания договора дарения, после подписания всех документов в МФЦ, ФИО4, уже в 2020 году, также подписывал исковое заявление, нотариальную доверенность на представление своих интересов на имя ФИО1 (т.1, л.д.25), завещание, удостоверенное нотариусом, на своего внука ФИО2 (т.1, л.д.57). Таким образом, истцами должны быть поставлены под сомнение все документы, подписанные ФИО4, однако истцы выборочно сомневаются в подписании документов, которые не несут для них материально-правовой выгоды.

У суда имеются обоснованные сомнения в том, что умерший истец изначально знал об обращении с иском, читал его перед подписанием. Очевидно, что он полностью составлен ФИО16 При этом ФИО4 не принимал личное участие и в предыдущем судебном процессе, был представлен своей дочерью в тот период, когда написал на ее имя доверенность и завещание на внука.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

По ходатайству стороны истца судом была назначена посмертная почерковедческая экспертиза, на разрешение которой был поставлен вопрос: «Кем, ФИО4 или иным лицом от его имени выполнена подпись в договоре дарения земельного участка и садового домика от ДД.ММ.ГГГГ».

Согласно заключению эксперта, представленному в материалы дела (т.2,л.д.3-19), ответить на поставленные вопросы о принадлежности подписи, а также признаков поражения органов зрения подписанта не представляется возможным из-за краткости исследуемого объекта, отсутствии сопоставимых по периоду образцов (невозможно проследить устойчивость признаков).

Важно отметить, что в ходе рассмотрения дела по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3, третьи лица – Управление Росреестра по <адрес>, нотариус <адрес> ФИО10, о признании недействительными согласия на отчуждение имущества ФИО4 судом установлено, что по результатам судебной психиатрической экспертизы к моменту оформления согласия на отчуждение имущества от ДД.ММ.ГГГГ, согласно сведения медицинских документов у ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ, отмечалось хроническое психическое расстройство в форме деменции смешанного генеза (сосудистая, болезнь Паркинсона), степень выраженности изменений со стороны психики была столь значительная, что лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Решением суда не установлено и не ставилось под сомнение сторонами, что сделка по отчуждению была совершена именно ФИО3 и ФИО4 Подпись под договором дарения ФИО4 не оспаривалась, встречные требования ФИО4 о признании сделки недействительной по какому либо основанию не заявлялись.

В силу ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст.ст. 178,179 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Вместе с тем, истцами не представлено доказательств, свидетельствующих, что ФИО4 заблуждался относительно природы оспариваемой сделки, лица, с которым он вступил в сделку, а его волеизъявление на заключение оспариваемого договора было сформировано под влиянием обмана со стороны ФИО3 и введения в заблуждение путем предоставления недостоверной, заведомо ложной информации.

Отец и сын на момент совершения сделки проживали совместно, ФИО3 заботился об отце, посещал с ним вместе дачу и земельный участок, которые были впоследствии ему подарены отцом, который на тот момент был дееспособным, не имел заболеваний, препятствующих возможности понять последствия заключения сделки, для совершения которой он принимал активные действия и посещал государственные учреждения, а также последствий в виде отсутствия налогов, членских взносов и других материальных обязательств. Позиция ФИО1 о том, что отец и мать хотели все разделить поровну между детьми или завещать все ее сыну, т.е. их внуку от одного из детей, не соответствует ни формальной логике, ни справедливости, ни фактическим обстоятельствам. Истец не отрицала, что длительное время проживала в Канаде с сыном и с родителями общалась по телефону, а заботился о матери ее отец, ФИО4, который в юридически значимый период немощным стариком не был и ухаживал за садовым участком.

Изучив все обстоятельства, суд приходит к выводу, что ФИО4 понимал сущность сделки на момент ее совершения, а требования ФИО1 и ФИО2 направлены на уменьшение доли ФИО3 в наследственной массе, о чем свидетельствуют неоднократные предложения о заключении мирового соглашения с изменением размера долей в имуществе, которое дети получили от родителей по наследству и в результате дарения.

Кроме того, ответчиком ФИО3 заявлено о пропуске истцами срока исковой давности.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, договор дарения земельного участка с садовым домом был заключен ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ.

Истец, ФИО4, обратился в суд с настоящими исковыми требованиями ДД.ММ.ГГГГ, то есть, по истечении установленного законом срока.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Однако, каких-либо доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока исковой давности, суду не представлено.

Суд также принимает во внимание, что ФИО4 не мог узнать о совершении сделки в середине 2020 года (заявление подано ДД.ММ.ГГГГ), перед подачей иска ФИО1, так как был непосредственным ее участником, подтверждений того, что он находился в каком-либо неустойчивом психическом состоянии и не осознавал природу сделки не представлено. Кроме того, ФИО4 не мог не обратить внимание, что он перестал быть плательщиком налога за недвижимое имущество, а также то, что он перестал платить членские взносы в СНТ.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами ответчика о пропуске истцом без уважительных причин годичного срока исковой давности в отношении оспаривания договора дарения земельного участка с садовым домом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, суд приходит к выводу, что иск ФИО1 и ФИО2 подлежит отклонению.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности в порядке наследования – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд через Истринский городской суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья И.А. Путынец