Председательствующий: Волкова О.В. Дело № 33-5647/2023

№ 2-610/2023

55RS0005-01-2022-005282-19

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 14 сентября 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе

председательствующего Башкатовой Е.Ю.,

судей Паталах С.А., Поповой Э.Н.,

при секретаре Шапоревой Д.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО2 - ФИО3 на решение Первомайского районного суда г. Омска от 13 июня 2023 г., которым постановлено:

«В удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФИО4, Г.И.А. о выселении из жилого помещения отказать.

Встречные исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от <...> между ФИО4 и ФИО2.

Признать недействительной государственную регистрацию перехода права собственности на комнату <...> в г. Омске на имя ФИО2.

Восстановить регистрационную запись о праве собственности ФИО4 на комнату <...> в г. Омске.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей».

Заслушав доклад судьи Омского областного суда Паталах С.А., объяснения представителя ФИО2 по доверенности ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу ФИО4 и ее представителя по ордеру адвоката Фадина С.В., заключение прокурора Даниловой А.А. о законности и обоснованности обжалуемого решения, Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО4, Г.С.Э. в лице законного представителя Г.И.А. о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении.

В обоснование указала, что ей на основании договора дарения от <...> 2009 г. принадлежит комната № <...> <...> в г. Омске. В настоящее время в комнате зарегистрированы и проживают ФИО4 и ее внучка Г.С.Э., <...> года рождения. ФИО4 проживает в комнате с согласия истца, но на вселение и регистрацию Г.С.Э. истец согласие не давала. По соглашению сторон ФИО4 должна была проживать в комнате и оплачивать коммунальные услуги, но в начале 2022 г. с банковской карты истца стали списываться денежные средства в счет погашения задолженности по коммунальным услугам, образовавшейся по спорному жилому помещению. При обращении к ФИО4 для разрешения данного вопроса, та обещала разобраться с долгами, а затем перестала отвечать на телефонные звонки. При попытке истца попасть в жилое помещение ФИО4 заявила, что комната принадлежит ей и не пустила истца. Просила признать ФИО4 и Г.С.Э. утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Омск, <...> и выселить их.

Определением судьи Омского областного суда от 19 декабря 2022 г. в связи с тем, что ФИО4 является действующим сотрудником Советского районного суда г. Омска, настоящее гражданское дело передано для рассмотрения в Первомайский районный суд г. Омска.

ФИО4 подала встречный иск к ФИО2 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки, в обоснование указав, что <...> она формально подписала с ФИО2 договор дарения спорной комнаты. При подписании договора дарения намерений отказываться от права собственности на указанное жилое помещение у нее не было. Переоформление права собственности на комнату на ФИО2 произведено в связи с выделением ФИО4 в 2009 г. из средств федерального бюджета выплаты на приобретение жилья как государственному служащему. Для получения указанной целевой выплаты ей необходимо было представить в жилищную комиссию документы об отсутствии в собственности у нее и детей жилых помещений. Ранее право собственности на спорное жилое помещение было зарегистрировано на ее имя в порядке приватизации на основании решения суда. Она, ее дочь и сын вселились в спорное жилое помещение в 1997 г., с указанного времени она постоянно проживает в комнате. Поскольку срок предоставления документов в жилищную комиссию был ограничен, ФИО4 обратилась к своей знакомой ФИО2 и попросила переоформить на себя комнату на время. На основании достигнутой договоренности <...> был подписан договор дарения. До настоящего времени ФИО2 никаких требований в отношении спорной комнаты к ней не предъявляла. Обращение в суд с иском обосновано наличием задолженности по коммунальным услугам по комнате, которая была взыскана с ФИО2 как собственника жилого помещения. Договор дарения от <...> является мнимой сделкой, поскольку при ее совершении стороны не намеревались создать последствия, обычно преследуемые при совершении договора дарения. Поскольку исполнение по сделке от <...> не производилось, трехлетний срок исковой давности по требованию о признании договора недействительным не истек. Просила признать недействительным договор дарения от <...>, заключенный между ФИО4 и ФИО2 Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО4 комнаты <...> в г. Омске, восстановив сведения о правах ФИО4 на недвижимое имущество. Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей.

В судебном заседании представитель ФИО2 по доверенности ФИО5 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Встречные требования не признал. Указал, что истцом по встречному иску пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной.

Истец по встречному иску ФИО4 и ее представитель по ордеру Фадин С.В. первоначальные требования не признали, поддержали доводы и требования встречного иска. Указали, что поскольку исполнение сделки не началось, срок исковой давности не пропущен.

Истец по первоначальному иску ФИО2, законный представитель Г.С.Э. - Г.И.А., представитель третьего лица Управление Росреестра по Омской области в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 - ФИО3 просит решение суда отменить и принять по делу новое решение. Указывает, что исполнение сделки началось со дня регистрации договора дарения от <...> 2009 г., поэтому срок исковой давности по встречным требованиям пропущен. Полагает, что суд не учел, что после заключения договора дарения между сторонами было достигнуто устное соглашение - договор аренды на проживание ответчика с условием оплаты коммунальных услуг. Также суд первой инстанции не принял во внимание незаконность постановки на регистрационный учет Г.С.Э.

Исполняющим обязанности прокурора Советского АО г. Омска принесены возражения на апелляционную жалобу, в которых просит решение суда оставить без изменения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия не усматривает предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом и следует из материалов дела, предметом спора являются права на жилое помещение площадью 18,3 кв.м., расположенное по адресу: г. Омск, <...>.

На основании решения Советского районного суда г. Омска от 15 марта 2007 г. с учетом определения того же суда от 12 ноября 2007 г. право собственности в порядке приватизации на указанную комнату было признано за ФИО4 (т. 2 л.д. 33-34, 36-41).

Право собственности ФИО4 на спорное жилое помещение было зарегистрировано УФРС по Омской области <...> 2007 г., о чем выдано свидетельство (т. 2 л.д. 29).

<...> 2009 г. между ФИО4 (даритель) и ФИО2 (одаряемая) заключен договор дарения, по условиям которого даритель подарила, а одаряемая приняла в дар комнату <...>, находящуюся на 3 этаже в <...> г. Омска, общей площадью 18,3 кв.м., места общего пользования находятся в общей собственности (т. 2 л.д. 21-22).

Пунктом 8 договора дарения предусмотрено, что одаряемая осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию приобретаемого жилого помещения в соответствии с правилами и нормами, действующими в Российской Федерации, а также участвует соразмерно с занимаемой площадью в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе капитальным, всего дома.

На основании названного договора дарения от <...> 2009 г., прошедшего государственную регистрацию, ФИО2 зарегистрировала право собственности на спорное жилое помещение <...> 2009 г.

По сведениям ЕГРН по состоянию на 4 мая 2023 г. собственником комнаты по адресу: <...> является ФИО2 (т. 2 л.д. 10-13).

ФИО2 обращение в суд с иском о признании утратившими права пользования и выселении ФИО4 и ее несовершеннолетней внучки Г.И.А. мотивировала тем, что ответчики своим проживанием в спорной комнате нарушают ее права собственника, в подтверждение чего представила копию лицевого счета, согласно которого ответчики значатся зарегистрированными в спорном жилом помещении (т. 1 л.д. 92), и копии судебных приказов о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Омская энергосбытовая компания» и ООО «ОмскРТС» задолженности по оплате коммунальных услуг (т. 1 л.д. 14, 15).

Собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами использования (ст. 288 ГК РФ, ст. 30 ЖК РФ).

На основании ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

ФИО4, не оспаривая факт проживания в жилом помещении по адресу: <...>, заявила требование о признании договора дарения от <...> 2009 г. недействительным по мотиву мнимости данной сделки.

Согласно п.п. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ установлено, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемом) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1 ст. 572 ГК РФ).

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней (ст. 131 ГК РФ).

Согласно ст. 166 ГК РФ (в редакции, действующей на дату заключения договора) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Иначе говоря, стороны мнимого договора создают только видимость совершения ими сделки, не имея намерения породить гражданско-правовые последствия, соответствующие этой сделке.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля 2016 г. № 305-ЭС16-2411).

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности (п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 7 апреля 2021 г.).

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Истец должен доказать, что при совершении оспариваемой сделки стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена, не породила правовых последствий.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование мнимости договора дарения от <...> 2009 г. ФИО4 приводила доводы о том, что данный договор заключен ею с целью фиктивного ухудшения своего имущественного положения для получения целевой выплаты из федерального бюджета на приобретение жилья, при этом намерений в действительности передавать спорное жилое помещение ФИО2, с которой они состояли в доверительных отношениях, у ФИО4 не было, она продолжила проживать в спорной комнате и нести бремя ее содержания, то есть осталась фактическим собственником.

Данные обстоятельства нашли свое подтверждение в материалах дела.

Так, согласно информации, представленной Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации и Управлением Судебного департамента в Омской области, ФИО4, работающая секретарем судебного заседания Советского районного суда г. Омска с октября 1988 года, была поставлена на учет для обеспечения жильем <...> Жилищной комиссией <...> принято решение о выделении денежных средств в размере 1 400 000 рублей ФИО4, в связи с чем последней было поручено подготовить документы для проведения открытого конкурса. Заключение контракта не состоялось в связи с тем, что победитель конкурса отказался от подписания контракта. Денежные средства УФК в Омской области были возвращены в федеральный бюджет. Приказом Управления Судебного департамента от <...> № <...> помощник судьи Советского районного суда г. Омска ФИО4 поставлена на учет для предоставления единовременной субсидии на приобретение жилого помещения. До настоящего времени единовременная субсидия ФИО4 не предоставлялась (т. 2 л.д. 56, 57).

В соответствии с копией лицевого счета ФИО2 никогда не значилась зарегистрированной в спорной комнате, тогда как после заключения договора дарения в данном жилом помещении имели постоянную регистрацию ФИО4 (по настоящее время) и ее близкие родственники - дочь Г.И.А. (снята <...>), сын ФИО1 (снят <...>), внучка Г.С.Э. (по настоящее время) (т. 1 л.д. 92).

Факт постоянного проживания ответчиков по первоначальному иску в жилом помещении по адресу: <...> и отсутствие ФИО2 по данному адресу подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели (т. 1 л.д. 246-247).

Кроме того, судом установлено, что в спорный период в ресурсоснабжающих организациях и РФКР МКД лицевые счета были открыты в том числе на имя ФИО4, с которой так же взыскивалась задолженность по судебным приказам.

Также ФИО4 представлены абонентский договор на оказание услуг «Триколор ТВ» от 5 сентября 2012 г., договор на установку изделий из ПВХ от 20 марта 2010 г., договор об оказании услуг связи ОАО «Ростелеком» от 3 февраля 2013 г., договор на оказание услуг связи для физических лиц с ООО «Омские кабельные сети» от 5 сентября 2018 г., договор с ООО ПК «Командор» на изготовление и установку мебели от 30 мая 2015 г. Указанные договоры заключены и подписаны ФИО4, местом их исполнения является жилое помещение по <...> (т. 1 л.д. 221-244).

Возражая против мнимости договора дарения, ФИО2 ссылалась на факт государственной регистрации права собственности на ее имя и наличие устного соглашения с ФИО4 о проживании последней в данной комнате безвозмездно, но с обязанностью оплаты коммунальных услуг.

Между тем, ФИО4 достижение такой договоренности отрицала, в договоре дарения такое условие также отсутствует, при этом п. 10 договора, который по мнению ФИО2 является действительным, предусмотрено, что он содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора.

Одновременно с этим судом правомерно учтено, что права на иные жилые помещения за период с 2007 г. по настоящее время на имя ФИО4 не регистрировались, в ее пользовании другое жилье не находилось, то есть спорная комната как на дату заключения договора дарения, так и после совершения данной сделки, являлась для нее единственным жильем, при этом ФИО2 родственником ей не приходится, а оформление квартиры на ее имя было обусловлено невозможностью заключить договор дарения с родственниками ФИО4, поскольку их имущественное положение так же подлежало учету при решении вопроса предоставления целевой выплаты.

По смыслу вышеприведенных норм, совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о том, что ФИО4 представила суду достаточные доказательства тому, что при заключении <...> 2009 г. договора дарения у ФИО4 и ФИО2 отсутствовала направленность воли на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, свойственных данной сделке, а преследовалась иная цель.

После совершения оспариваемой сделки каких-либо распорядительных действий в отношении спорного объекта недвижимого имущества ФИО2 совершено не было, при этом ФИО4 продолжила проживать в комнате и нести бремя ее содержания в отсутствие какого-либо договора, обратное ФИО2 не доказано. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что сделка дарения фактически носила формальный характер.

Вопреки позиции апеллянта, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ (п. 86 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25).

Оценивая возможность применения последствий пропуска срока исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения от <...>, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в данной части и их правовым обоснованием.

Так, из положений п. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции на дату заключения договора) следует, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

При этом в абзаце 3 п. 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 указано, что по смыслу п. 1 ст. 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 574 ГК РФ передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Как указано выше, фактической передачи жилого помещения, являющегося предметом сделки дарения, не состоялось, оно осталось в пользовании ФИО4 и членов ее семьи.

В судебном заседании представитель ФИО2 подтвердил, что ключи от комнаты одаряемой не передавались, доступ в спорное жилое помещение она никогда не имела и не имеет по настоящее время (т. 1 л.д. 246 (оборот)-247), а оригинал свидетельства о государственной регистрации права собственности на имя ФИО2 и копия технического паспорта представлены в материалы дела именно истцом по встречному иску ФИО4, а не зарегистрированным собственником (т. 1 л.д. 220, 224-225, 246).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что исполнение по сделке не производилось, соответственно, срок исковой давности по требованию о признании ее ничтожной не истек. Доводы автора жалобы об обратном основаны на неверном толковании норм права и иной оценке обстоятельств дела.

Учитывая, что совершенная сделка не соответствовала действительной воле ФИО2 и ФИО4, поскольку последняя не имела намерения лишить себя права собственности на единственное жилое помещение, не предполагала, что ее дальнейшее проживание в комнате будет зависеть от воли ФИО2, в свою очередь, ФИО2 не имела намерения приобрести в собственность спорную комнату в момент совершения сделки, принимая во внимание то обстоятельство, что спорная комната является единственным жильем ФИО4, а договор дарения не содержит положений о сохранении за ней права ею, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО4 неправомерно произвела регистрацию своей внучки Г.С.Э. по спорному адресу по месту жительства, правового значения не имеют, поскольку с учетом признания договора дарения ничтожной сделкой ФИО4 продолжала сохранять права собственника на спорное жилое помещение после заключения договора.

Ссылки на злоупотребление ФИО4 должностным положением путем намеренного ухудшения имущественного положения с целью получения денежных средств из федерального бюджета так же не свидетельствуют о судебной ошибке при разрешении заявленных требований, поскольку, напротив, подтверждают наличие порока воли сторон договора дарения.

Доводы жалобы представителя ФИО2 по существу повторяют изложенную истцом по первоначальному иску позицию по делу, которая была предметом исследования и оценки суда первой инстанции, фактически направлены на переоценку собранных по делу доказательств, оснований для которой судебной коллегией не усматривается, в связи с чем не могут служить основанием для отмены либо изменения решения суда.

При рассмотрении дела судом правильно определены обстоятельства, имеющие юридическое значение, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Первомайского районного суда г. Омска от 13 июня 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО2 - ФИО3 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 сентября 2023 г.