Дело № 2а-1679/2022
УИД: 66RS0028-01-2022-002273-39
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
29 декабря 2022 года с. Байкалово
Ирбитский районный суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Скоромновой В.А.,
при секретаре судебного заседания Язовских Т.А.,
с участием
административного истца ФИО1,
представителя административных ответчиков ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи административное дело по административному иску ФИО1 к МВД России, ГУ МВД России по Свердловской области, МО МВД России «Байкаловский», Министерству Финансов России, Министерству Финансов Свердловской области, о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в изоляторе временного содержания,
установил:
ФИО1 обратился с административным иском к МВД России, УМВД России по Свердловской области, МО МВД России «Байкаловский», Министерству Финансов России, Министерству Финансов Свердловской области, о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в изоляторе временного содержания,
В обоснование заявленных требований указал, что в 2011 г., в 2022 г. он содержался в изоляторе временного содержания МО МВД России «Байкаловский».
В ДД.ММ.ГГГГ он содержался в камере где нет окон, что нарушает Приложение №2 Приказа МВД России № 389 от 30.04.2012, данное обстоятельство лишало его естественного света, глаза очень уставали при чтении книг, при подготовке к суду или следствию; в камерах полная антисанитария, стоял скверный запах, унитаз грязный, раковина сломана, унитаз санузел огорожен стойкой высотой 60-70см., и не имела дверцы, что исключало использование в условиях приватности, приходилось терпеть, поэтому испытывал сильные боли в животе, отсутствовали прогулочные дворики, а отсутствие свежего воздуха влияло на его сон, развивалась бессонница, камеры были расположены в подвале, что не могло считаться жилым помещением, данное обстоятельство оставило негативный след на его сознании и психике.
В ДД.ММ.ГГГГ его не выводили на прогулку, за все время его водили в душ только один раз, за ним наблюдали два сотрудника.
Просил признать действия МО МВД России «Байкаловский» по содержанию его в ненадлежащих условиях незаконными и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 150 000 руб.
Определением суда дополнительно в качестве административных ответчиков привлечены Министерство Финансов Свердловской области, МВД России, УМВД России Свердловской области,
Представитель Министерства Финансов России ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представила возражения на административное исковое заявление ФИО1 в которых указывает, что в соответствии с ч.4 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с подведомственной принадлежностью органа (учреждения) обеспечивающего условия содержания под стражей.
В соответствии с п.160 Регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 17.10.2013 № 850 МВД России осуществляет исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействиями) МВД России, территориальных органов МВД России, иных организаций и подразделений системы МВД России или их должностных лиц.
В силу подпункта 100 п.11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 г. № 699 Министерство внутренних дел Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета.
По существу спора указал, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку в нарушение ст.126 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административный истец не представил документы, подтверждающие соблюдения им досудебного порядка урегулирования административного спора, документы, подтверждающие обстоятельства, на которые он основывает свои требования.
При рассмотрении дела административный истец уточнил заявленные требования и просил взыскать компенсацию морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей в размере 33 000 руб., в том числе за ДД.ММ.ГГГГ г. – 25 000 руб., за ДД.ММ.ГГГГ г. – 8 000 руб., при этом добавил, что в ДД.ММ.ГГГГ г. он был лишен свиданий с близкими родственниками, душ не соответствует нормам, когда он мылся его снимали на видеорегистратор, торопили, чтоб быстрее выходил из душа.
Представитель МВД России, ГУ МВД России по Свердловской области ФИО4 в судебное заседание не явилась, представила возражения на административное исковое заявление, из которых следует, из системного толкования ч.1 ст. 227.1 и ч.3 ст.227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что в административном исковом заявлении о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержатся два требования – об оспаривании действий конкретных учреждений исполнения наказаний и о взыскании компенсации, которая на основании ч.4 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации присуждается с главного распорядителя средств федерального бюджетав соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения) обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
ГУ МВД России по Свердловской области на основании Положения о Главном управлении МВД Российской Федерации по Свердловской области, утвержденного приказом МВД России от 28.07.017 № 546, не является надлежащим ответчиком по данному делу.
В соответствии по ст.219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов
Как указано в п. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.
Однако ФИО1 за судебной защитой обратился по истечении 10 лет после событий, с которыми он связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсаций морального вреда.
Факт длительного не обращения Административного истца с требованиями о компенсации морального вреда свидетельствуют о том, что характер и степень нравственных переживаний не являлись для ФИО1 значительными.
Данный факт свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны Административного истца, имеющего цель неосновательного получения бюджетных денежных средств.
абзаца 2 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяется, не может служить основанием для продления сроков обращения в суд с иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей.
Так, из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, приведенных в пункте 7 постановления его Пленума от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, а такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.
Поскольку требование о взыскании компенсации вреда, в рассматриваемом случае обосновано административным истцом допущенным бездействием со стороны ИВС по обеспечению надлежащих условий содержании под стражей, срок, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропущен, что в силу части 8 названной статьи является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
В соответствии с п.1 ч.9, ч.11 ст.226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания факта нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца, возлагается на лицо, обратившееся в суд.
Административный истец заявляя требования о признании незаконными действия (бездействия) сотрудников МО МВД России «Байкаловский», не представил допустимых доказательств в обоснование своих требований.
Кроме того, юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о взыскании компенсации вреда является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.
При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.
Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность/неоднократность такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; возможность самостоятельного принятия потерпевшим или совместно отбывающими с ним наказание лицами мер по обеспечению приватности санитарно-гигиенических процедур; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.
Неудобства которые ФИО1 мог претерпеть в период его нахождения в ИВС МО МВД России «Байкаловский» связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение преступлений, что ведет к ограничению привычного образа жизни, бытовым неудобствам, пребыванию в состоянии стресса, ограничению свободы передвижения. Вынужденному нахождению в замкнутом пространстве в условиях камеры и другим последствиям, которые являются следствием противоправного поведения самого истца, а не действий должностных лиц.
Просит отказать в удовлетворении исковых требований.
В судебном заседании представитель административных ответчика МО МВД России «Бапйкаловский» ФИО2 просила в удовлетворении административного иска отказать по основаниям, изложенным в отзыве. Указала, что ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ содержался в ИВС с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ содержался 5 дней, а именно с ДД.ММ.ГГГГ с 18:00 час. по ДД.ММ.ГГГГ до 10:00 час., ДД.ММ.ГГГГ с 15:20 час. -18:20 час., ДД.ММ.ГГГГ с 13:20 час. до 14:20 час., с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ до 22:00 час. согласно представленной информации в период содержания ФИО1 в учреждении нарушений его прав допущено не было.
Период ДД.ММ.ГГГГ
Административное исковое заявление подано в Ирбитский районный суд только в ДД.ММ.ГГГГ то есть спустя более 10 лет, то есть через значительный период времени. Документов по основным вопросам деятельности ИВС МО МВД России «Байкаловский» за 2011 год, санитарные журналы ИВС, книги обращения граждан, документы по рассмотрению жалоб, касающиеся содержания задержанных, подозреваемых и обвиняемых лиц не предоставляется возможным в связи с ограниченным сроком хранения.
Факт длительного не обращения Административного истца с требованиями о компенсации вреда свидетельствует о том, что характер и степень нравственных переживаний не являлись для истца значительными.
По содержанию в ДД.ММ.ГГГГ.
ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ находился в ИВС в общей сложности 5 дней, а именно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
В ДД.ММ.ГГГГ г. в ИВС МО МВД России «Байкаловский» проведен капитальный ремонт. В здании ИВС расположено 5 камер, 3 из которых предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемыхв совершении преступлений, 2- для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, имеется прогулочный дворик.
Все камеры оборудованы согласно санитарным правилам.
В соответствии с планом работ проводится обследование и составляются Акты обследования.. ДД.ММ.ГГГГ проведено обследование ИВС МО МВД России «Байкаловский», составлен Акт из которого следует, что нарушений не установлено.
Согласно акта обследованы три камеры (для содержания уголовно арестованных), обследуемые параметры: наличие и исправность санитарного узла с соблюдением необходимых требований приватности результат обследования (в том числе соответствие нормативам) санитарный узел в наличии в исправном состоянии соответствует предъявляемым требованиям высота 1 м., имеется водопроводная вода (подключена горячая и холодная). Также обследован прогулочный дворик.
В камерах установлены видеокамеры, которые осуществляют регистрацию информации в помещениях ИВС, с выводом на моннторы в дежурную часть.
ИВС МО МВД России «Байкаловский» оборудован прогулочным двориком, куда выводят подозреваемых, обвиняемых на прогулку. Имеется комната свиданий.
В указанный период ФИО1 неудобства указанные им: помывка в душе при видео съемке сотрудников ИВС не соответствуют действительности, так как сотрудники ИВС при дежурстве не имеют никаких сотовых телефонов, тем более снимать лиц находящихся в душе. В камерах установлены видеорегистраторы с выводом на монитор в ГУ МВД России, но они установлены таким образом, чтоб не было видно человека. Установлены согласно требования законодательства.
ФИО1 ни разу не подавал заявку на выведение его на прогулку.
Жалоб на содержание в ИВС МО МВД России «Байкаловский» ФИО1 не подавал, ни куда не обращался за защитой нарушенных прав.
Просит отказать в удовлетворении административного иска, на основании не доказанности фактов ненадлежащего содержания в камере временного содержания, а также за пропуском исковой давности для обращения в суд с иском, события на которые ссылается административный истец происходили в апреле ДД.ММ.ГГГГ, он обратился ДД.ММ.ГГГГ, спустя четыре месяца.
Заслушав доводы сторон, исследовав представленные доказательства, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с положениями статьи 17.1 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» № 103-ФЗ от 15 июля 1995 (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) подозреваемый, обвиняемый в случаен нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.
Согласно ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
Как следует из статьи 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований к режиму содержания.
Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при использовании наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. В статье 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации отражено материально-техническое обеспечение осужденных к лишению свободы, минимальные нормы которого устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях 31 января 1957 года и 13 мая 1977 года (далее по тексту-Правила) предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 Правил).
Согласно статье 4 Федерального закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
В статье 7 Федерального закона № 103-ФЗ предусмотрено, что местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.
В соответствии со статьей 23 данного закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
Из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.
Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее также - МВД России) от 22 ноября 2005 г. № 950 утверждены Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (далее - Правила). Нормативный правовой акт зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 9 декабря 2005 г., регистрационный номер 7246, опубликован в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти 19 декабря 2005 г. № 51.
Согласно пункту 2 Правил в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (далее - ИВС) устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, их изоляцию, исполнение ими своих обязанностей, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Организация и обеспечение режима в ИВС, поддержание в нем внутреннего распорядка возлагается на соответствующего начальника территориального органа Министерства внутренних дел Российской Федерации, его заместителя - начальника полиции, заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка), начальника ИВС (далее - администрация ИВС) (пункт 3 Правил).
пунктом 45 Правил предусмотрено, что камеры ИВС оборудуются: санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.
В судебном заседании установлено и никем не опровергнуто, что ИВС МО МВД России «Байкаловский» имеет пять камер, три из которых предназначены для подозреваемых и обвиняемых. Камеры оборудованы санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, о чем свидетельствует технический паспорт ИВС МО МВД России «Байкаловский» (л.д.101-102), актом комиссионного обследования ИВС МО МВД России «Байкаловский» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.103-117).
Пунктом 47 Правил предусмотрено, что не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.
Как следует из представленных в материалы гражданского дела книги учёта лиц содержащихся в ИВС ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ г. находился в ИВС ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Непрерывного периода длительностью 7 дней (неделю) ФИО1 не находился в ИВС. Тем не менее, право на помывку ФИО1 предоставлялось, как и всем без исключения лицам, содержащимся в ИВС, не реже 1 раза в неделю в душе продолжительностью не менее 15 минут в соответствии с п. 45 Правил внутреннего распорядка, утвержденного приказом МЮ РФ от 14.10.2005 № 189. Санитарное состояние душевых помещений удовлетворительное, позволяет пользоваться ими без угрозы для здоровья.
Таким образом, вопреки доводам административного истца содержание в камерах временного содержания подозреваемых, обвиняемых соответствует нормам действующего законодательства.
Также судом установлено, что в адрес администрации МО МВД России «Байкаловский», в Байкаловскую районную прокуратуру Свердловской области, в прокуратуру Свердловской области ФИО1 с заявлениями о нарушении его прав, порочащих его честь и достоинства, не обращался, каких-либо жалоб от него не поступало (л.д.32).
Доказательств, опровергающих данный вывод суда, административным истцом не представлено. Ходатайств о содействии со стороны суда в истребовании каких-либо доказательств, подтверждающих заявленные требования в соответствии со ст. 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации от административного истца не поступало.
Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что доводы административного истца о санитарном состоянии камер, нарушения санитарных норм в период нахождения ФИО1 в ИВС МО МВД России «Байкаловский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не нашли своего подтверждения в связи с тем, что обращение с данным заявлением последовало по истечении длительного периода, что в свою очередь лишило административных ответчиков разумной возможности представить все доказательства отсутствия нарушений именно прав истца, а соответственно, отсутствие своей вины, в том числе по причине уничтожения документов за истечением сроков хранения.
Именно не обращение ФИО1 в суд за защитой нарушенных прав в течение столь длительного периода (около 11 лет) привело к невозможности исследования судом юридически значимых обстоятельств и доказательств, вследствие уничтожения необходимых документов по истечении срока хранения.
Истец в свою очередь в нарушение положений ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не представил каких- либо доказательств относительно своих доводов в данной части.
Отсутствие конкретизации обстоятельства причинения заявленного им вреда, отсутствие подтверждения обращения в прокуратуру или иной надзорный (контролирующий) орган по этому поводу и длительное не обращение за судебной защитой, свидетельствует о низкой степени значимости для истца заявленных им обстоятельств причинения ему вреда.
Также заслуживают внимание доводы представителя административных ответчиков о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
Согласно частям 5, 7 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.
Из представленной информации центра ГУ МВД по Свердловской области следует, что освобожден из мест лишения свободы ДД.ММ.ГГГГ. С настоящим иском обратился в ДД.ММ.ГГГГ году, то есть со значительным пропуском установленного законом срока для обращения в суд. Каких-либо доказательств относительно уважительности причин пропуска срока, административным истцом не представлено.
В ДД.ММ.ГГГГ г. по мнению ФИО1 его права были нарушены в ДД.ММ.ГГГГ г., однако в судебном заседании доводы о нарушении его законных прав не нашли своего подтверждения, более того, административный истец обратился с административным иском спустя пять месяцев, с даты предполагаемого нарушения его прав.
Доводы ФИО1 о пропуске срока ввиду его неосведомленности относительно нарушения прав не могут являться уважительной причиной, поскольку после отбытия наказания в 2014 году он не был ограничен в общении, предоставлении юридической консультации по правовым вопросам, в связи с чем, обладал возможностью реализовать свое право на получение соответствующей компенсации незаконного бездействия по обеспечению надлежащих условий содержания в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
То обстоятельство, что административный истец изменил исковые требования, настаивая на возмещении морального вреда, не дает оснований для применения положений абзаца 2 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации и не может служить основанием для продления сроков обращения в суд.
Как разъяснил в пункте 7 своего постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.
Требование о компенсации морального вреда административный истец мотивировал фактом ненадлежащих условий содержания, то есть не отвечающих требованиям законодательства.
Поскольку требования о взыскании компенсации морального вреда, в рассматриваемом случае обосновано административным истцом допущенным бездействием со стороны исправительного учреждения по обеспечению ненадлежащих условий содержания под стражей, срок, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропущен, что в силу части 8 названной статьи является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
Необходимо отметить, что обращение истца по настоящему делу за компенсацией последовало через одиннадцати лет со дня окончания его содержания по стражей в ИВС МО МВД России «Байкаловский», что само по себе свидетельствует о степени значимости для ФИО1 исследуемых обстоятельств, подобный весьма продолжительный срок не только доказывает факт отсутствия у административного истца надлежащей заинтересованности в защите по его мнению нарушенных прав, но и утрату для него с течением времени актуальности их восстановления.
С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.
Руководствуясь ст. ст. 175, 177-179, п. 2 ч. 2 ст. 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
решил:
административные исковые требования ФИО1 к МВД России, ГУ МВД России по Свердловской области, МО МВД России «Байкаловский», Министерству Финансов России, Министерству Финансов Свердловской области, о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в изоляторе временного содержания о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей- оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, путем подачи жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.
Председательствующий (подпись)