Судья: Спешилов В.В. дело № 22-3623/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 сентября 2023 года)

25 сентября 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе председательствующего Першина В.И., судей Носкова П.В., Осипова Д.Ю.,

при помощнике судьи Ваисовой М.Д.,

с участием прокурора Винокуровой Н.Л.,

осужденной ФИО1, защитника – адвоката Петрушина К.В. путем использования системы видео-конференц-связи,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Петрушина К.В. на приговор Тулунского городского суда Иркутской области от 3 июля 2023 года, которым

ФИО1, родившаяся Дата изъята в <адрес изъят>, (данные изъяты), не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 4 года, с возложением обязанностей, перечень которых приведен в приговоре.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

По докладу судьи Першина В.И., выслушав выступления сторон, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за покушение на мошенничество, т.е. приобретение права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Преступление совершено в <адрес изъят> при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденная ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Петрушин К.В. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Полагает, что уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном.

В обоснование доводов ссылается на положения ст.ст.6,14 УПК РФ, ст.49 Конституции РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия», ст.389.15- ст.389.17 УПК РФ, обращает внимание на показания ФИО1 на стадии предварительного следствия и в суде и полагает, что в ее действиях отсутствует состав преступления.

Приводит показания потерпевших Пт. 2, Пт. 1, свидетелей Св. 6, Св. 7, Св. 3, Св. 5, дает им свою оценку, отличную от оценки суда.

Считает, что обстоятельства, установленные судом и приведенные в приговоре, существенно отличаются от предъявленного ФИО1 обвинения, тем самым суд вышел за пределы предъявленного обвинения.

Полагает, что суд дал неправильную юридическую оценку действиям осужденной на основании недопустимых доказательств.

Ссылается на положения ст.90 УПК РФ о преюдиции, ст.1 ГК РФ, ст.46, ст.118 Конституции РФ и обращает внимание, что на основании договора купли-продажи от 15 февраля 2008 года между Пт. 1, Пт. 2 и ФИО1 в собственность последней перешли земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу: <адрес изъят> с использованием заемных денежных средств, что подтверждается выпиской ЕГРН. Из указанных документов следует, что ФИО1 произвела полную оплату стоимости земельного участка и жилого дома. В результате совершения сделки гражданско-правового характера Пт. 1 получила денежные средства размере 1 070 000 рублей, а ФИО1 стала собственником земельного участка и жилого дома, что подтверждено вступившим в законную силу решением Тулунского городского суда Иркутской области от 4 июня 2010 года. Кроме того ссылается на решения указанного суда от 17 февраля 2011 года, 27 декабря 2012 года, 9 июля 2018 года, которыми отказано в удовлетворении исковых требований ОАО «(данные изъяты)», АО «(данные изъяты)» к ФИО1 В связи с чем полагает, что право собственности ФИО1 на дом и земельный участок никем и никогда не оспаривалось, что подтверждено вышеуказанными судебными решениями.

В обвинении ФИО1 указано на возникновение умысла в марте 2021 года, вместе с тем в приговоре отсутствует на это указание. Судом установлено, что моментом совершения преступления является 1 июля 2021 года – время подачи ФИО1 искового заявления в суд. Ссылаясь на решение по конкретному уголовному делу, положения ч.1 ст.46 Конституции РФ, считает, что не могут признаваться преступлением действия лиц по обращению в суд с иском о защите и восстановлении своих прав. Действия ФИО1 не могут квалифицироваться как преступление, поскольку она является собственником с 22 февраля 2008 года по настоящее время. Кроме того постановлением Тулунского городского суда прекращено производство по гражданскому делу Номер изъят по иску ФИО1 к Пт. о снятии с регистрационного учета и выселении, что свидетельствует об отсутствии события преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Не соглашается с выводами суда о мошенничестве ФИО1, в обоснование позиции ссылается на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» и полагает, что право регистрации по месту жительства не является правом на жилое помещение.

Обращает внимание, что суд пришел к выводу, что преступление не было доведено до конца по независящим от ФИО1 обстоятельствам, так как ее преступные действия были пресечены сотрудниками правоохранительных органов. Однако в приговоре не указано когда и кем именно пресечены действия ФИО1

Анализирует положения ст.15, 78 УК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», доказательства, положенные в основу приговора, и считает, что сроки давности уголовного преследования истекли, в связи с чем уголовное дело подлежало прекращению.

Полагает, что в ходе расследования уголовного дела допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, исключающие постановление обвинительного приговора. Так, в обвинительном заключении указано на заключение ФИО1 и Пт. то мнимой, то фиктивной сделки, вместе с тем судебными решениями указанная сделка не признавалась мнимой или фиктивной, в связи с чем полагает предъявленное обвинение неконкретизированным и необоснованным. Кроме того обращает внимание на неверный регистрационный номер земельного участка в обвинении, на что отсутствует ссылка в приговоре суда. При проведении очных ставок между Пт. и Св. 6, ФИО1 и Св. 6 не были использованы системы видео-конференц-связи государственных органов, не проведена видеозапись следственных действий. Заключение почерковедческой экспертизы Номер изъят от 19 мая 2022 года является неотносимым и недопустимым доказательством, поскольку нарушен порядок назначения экспертизы и направления объектов на экспертизу, с постановлением о назначении экспертизы сторона защиты ознакомлена после проведения экспертизы, что лишило защиту поставить перед экспертами вопросы, а также ознакомиться с объектами, представленными на экспертизу.

Судом необоснованно в качестве доказательства приведено заключение товароведческой экспертизы Номер изъят, которое не включено в обвинительное заключение и не исследовалось судом.

Считает, что уголовное дело возбуждено незаконно, после истечения сроков доследственной проверки. Утверждает, что при ознакомлении с материалами уголовного дела не имелось постановления о продлении срока проверки. Судом не дана оценка нарушению права на защиту при выполнении требований ст.217 УПК РФ.

Полагает, что постановление о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительное заключение составлены с нарушением закона, доказательства вины ФИО1 отсутствуют.

Просит приговор отменить, принять новое решение.

В возражениях государственный обвинитель Молоков А.Н., потерпевшая Пт. 1 просили доводы апелляционной жалобы оставить без удовлетворения, при этом подробно мотивировали свою позицию.

В суде апелляционной инстанции осужденная ФИО1, защитник-адвокат Петрушин К.В. просили об удовлетворении апелляционной жалобы и постановлении в отношении ФИО1 оправдательного приговора.

Прокурор Винокурова Н.Л. возражала удовлетворению доводов апелляционной жалобы.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, доводы апелляционной жалобы несостоятельными по следующим основаниям.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в покушении на мошенничество, т.е. приобретение права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств и подробно приведенных в приговоре.

Всем изложенным в приговоре доказательствам суд дал оценку в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Выводы суда о допустимости положенных в основу приговора доказательств надлежащим образом мотивированы и не вызывают сомнений в своей правильности. Суд привел в приговоре мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Приговор соответствует требованиям, предусмотренным ст.ст.297, 304, 307-309 УПК РФ.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, о непричастности ФИО1 к преступлению, предусмотренному ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, т.е. покушению на мошенничество, повлекшем лишение права гражданина на жилое помещение, опровергаются исследованными доказательствами: показаниями потерпевших Пт. 1, Пт. 2, Пт. 3, показаниями самой осужденной ФИО1; свидетелей Св. 1, Св. 4, Св. 6, Св. 2, Св. 3, Св. 5, протоколами выемок и осмотров документов, в том числе: копий договора целевого займа, домовой книги, свидетельств о государственной регистрации права, технического паспорта, договора купли-продажи жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес изъят> с использованием заемных денежных средств, скриншота переписки ФИО1, в котором отражено ее намерение продать вышеуказанный дом; протоколом осмотра дома и земельного участка по адресу: <адрес изъят>; копией искового заявления ФИО1 к Пт. 2, Пт. 1, Пт. 3 о признании утратившими право пользования жилым домом по адресу: <адрес изъят>, выселении и снятии с регистрационного учета; определением Тулунского городского суда Иркутской области от 28 февраля 2023 года, которым принят отказ истицы ФИО1 от данных исковых требований и производство по гражданскому делу прекращено; заключениями судебных экспертиз: товароведческой Номер изъят о рыночной стоимости жилого дома и земельного участка, заключением почерковедческой экспертизы Номер изъят и другими приведенными в приговоре доказательствами.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре.

Так, суд первой инстанции из исследованных доказательств установил, что с декабря 2006 года и до февраля 2008 года потерпевшие Пт. 1 и Пт. 2 являлись собственниками дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес изъят>, указанный жилой дом для потерпевших с 2006 года и по настоящее время является единственным и постоянным местом жительства. Потерпевшие несли полное бремя по содержанию и обслуживанию вышеуказанного жилого помещения. В целях получения займа Пт. 1, находившая в доверительных отношениях с ФИО1, обратилась к последней с предложением о заключении договора целевого займа на приобретение жилого дома и земельного участка (ипотечного договора), обязательства по которому будут обеспечены залогом в виде жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес изъят>, принадлежащих на праве собственности потерпевшим Пт. 1 и Пт. 2, на что ФИО1 согласилась. После чего Пт. 1 и Пт. 2 с ФИО1 заключили и зарегистрировали в уполномоченном органе договор купли-продажи жилого помещения - дома и земельного участка, по адресу: <адрес изъят>. Пт. и ФИО1 договорились, что после того как кредитные обязательства по договору целевого займа на приобретение жилого дома и земельного участка заключенному между кооперативом КПК «(данные изъяты)» и ФИО1 будут исполнены Пт. 1, право собственности на заложенное недвижимое имущество снова будет зарегистрировано на прежнего собственника.

Потерпевшая и ФИО1 пришли к соглашению о том, что Пт. 1 с членами ее семьи: супругом Пт. 2 и дочерью Пт. 3 продолжат проживать в указанном жилом доме, будут осуществлять оплату по договору целевого займа на приобретение жилого дома и земельного участка, заключенному КПК «(данные изъяты)» и ФИО1, нести полное бремя содержания и сохранения недвижимого имущества, жилого дома и земельного участка, по адресу: <адрес изъят>, таким образом, фактически останутся действительными собственниками указанного недвижимого имущества.

С момента заключения договора целевого займа на приобретение жилого дома и земельного участка и ранее достигнутой договоренности между Пт. 1 и ФИО1, последняя денежные средства согласно графику платежей не вносила, как и не осуществляла владение и пользование недвижимым имуществом потерпевших, выступая лишь формальной стороной сделки в указанных договорах.

1 июля 2021 года ФИО1, испытывая материальные трудности в нарушение ранее достигнутого соглашения с потерпевшей Пт. 1 о сохранении за последней и членами ее семьи потерпевшими Пт. 2 и Пт. 3 права фактического пользования и владения недвижимым имуществом в виде жилого дома и земельного участка, используя при этом с корыстной целью личные доверительные отношения с потерпевшими, желая наступления последствий в виде лишения права потерпевших на жилое помещение и земельный участок обратилась с исковым заявлением в суд с требованием о признании не приобретшими права пользования жилым помещением, выселении, снятии с регистрационного учета Пт. 1, Пт. 2, Пт. 3 из жилого дома по адресу: <адрес изъят>.

При этом суд правильно указал, что несмотря на то, что договор купли – продажи жилого дома с земельным участком от 15 февраля 2008 года, предметом по которому выступал жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес изъят>, недействительным не признавался, Пт. 1 и Пт. 2 с момента подписания и регистрации указанного договора в уполномоченном органе оставались действительными собственниками недвижимого указанного выше имущества, а ФИО1 являлась формальной стороной в указанном договоре, который, фактически, был заключен с целью, получения займа потерпевшими.

Судебная коллегия находит указанные выводы суда первой инстанции обоснованными, не находит оснований согласиться с доводами стороны защиты о наличии преюдиции в соответствии с положениями ст.90 УПК РФ, поскольку, исходя из правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2012 года № 30-П, уголовно-правовая квалификация преступления определяется исключительно в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и не может устанавливаться в иных видах судопроизводства. В связи с чем само по себе наличие вступивших в законную силу решений Тулунского городского суда Иркутской области, в том числе и от 4 июня 2010 года по гражданскому делу Номер изъят, в соответствии с которым договор целевого займа на приобретение жилого помещения Номер изъят от 15 февраля 2008 года между КПК «(данные изъяты)» и заемщиком ФИО2 признан заключенным на сумму займа в размере 1070000 рублей, а в удовлетворении исковых требований о признании незаключенным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка по адресу <адрес изъят> с использованием заемных денежных средств от 15 февраля 2008 года между Пт. и ФИО2 отказано, не ставят под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ей деяния.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что обращение ФИО1 в суд с иском о выселении потерпевших в 2021 году было направлено на лишение права потерпевших на их единственное жилье, поскольку несмотря на то, что формально ФИО1 является собственности жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес изъят>, право пользования жилым помещением могло быть реализовано ею лишь при положительном решении суда о выселении и снятии с регистрационного учета потерпевших, а распоряжение имуществом по результатам исполнения обязательств перед залогодержателем недвижимого имущества.

Судом проверены доводы стороны защиты о том, что потерпевшие Пт. проживали в <адрес изъят> на основании договора аренды и отвергнуты с приведением надлежащих мотивов. Нельзя согласиться с доводами стороны защиты о том, что отказ от иска ФИО1 является добровольным отказом от преступления. По смыслу закона, добровольным отказом не может признаваться прекращение преступных действий после того, как совершение преступления было пресечено. Следовательно, отказ ФИО1 от исковых требований обусловлен ее уголовным преследованием в связи с возбуждением уголовного дела на основании заявления Пт. 1, которое воспрепятствовало доведению преступления до конца, то есть преступление не доведено до конца по не зависящим от нее обстоятельствам. Таким образом, само по себе отсутствие в приговоре указания на время и конкретные правоохранительные органы, которыми были пресечены преступные действия ФИО1, не ставит под сомнение выводы суда о виновности осужденной.

Доводы стороны защиты о том, что обращение ФИО1 в суд с иском о защите и восстановлении своих прав не может являться преступлением, направлены на переоценку доказательств и выводов суда, оснований для чего судебная коллегия не усматривает, поскольку выводы суда о виновности ФИО1 надлежащим образом мотивированы и основаны на достаточной совокупности относимых и допустимых доказательств.

Тщательный анализ и надлежащая оценка представленных доказательств позволили суду правильно установить фактические обстоятельства дела и дать действиям ФИО1 верную юридическую оценку по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, как покушение на мошенничество, т.е. приобретение права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Нельзя согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения. Суд первой инстанции, исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств, при которых было совершено преступление, обоснованно квалифицировал совершенное ФИО1 деяние как покушение на совершение преступления. При этом за пределы предъявленного осужденной обвинения суд не вышел, новых обстоятельств не установил и нарушения права осужденной на защиту не допустил. Не указание в приговоре времени возникновения у ФИО1 умысла на совершение преступления также не свидетельствует о нарушении права на защиту, поскольку все подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ обстоятельства в приговоре приведены.

Доводы стороны защиты об истечении срока давности уголовного преследования основаны на неправильном толковании уголовного закона. Так, судом установлено время совершения преступления – время обращения ФИО1 с исковым заявлением в суд, то есть 1 июля 2021 года. В соответствии с п. «в» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения тяжкого преступления истек срок в десять лет. ФИО1 совершила преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, которое относится к категории тяжких, следовательно, на момент постановления приговора и рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции предусмотренные законом сроки уголовного преследования не истекли.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, в том числе права ФИО1 на защиту, влекущих отмену или изменение приговора суда, не допущено. Уголовное дело возбуждено в соответствии с требованиями закона при наличии оснований и повода уполномоченным должностным лицом по результатам доследственной проверки в соответствии с требованиями ст.ст.140,141,144, 145 УПК РФ. Сроки проведения доследственной проверки, вопреки доводам стороны защиты, не нарушены, что подтверждается представленными материалами уголовного дела. Каких-либо данных, свидетельствующих о фальсификации материалов уголовного дела при производстве предварительного следствия, не имеется.

Тот факт, что сторона защиты была ознакомлена с постановлением о назначении почерковедческой экспертизы после проведения указанной экспертизы, не свидетельствует о существенном нарушении требований уголовно-процессуального закона, поскольку обвиняемая и защитник не были лишены возможности поставить перед экспертами дополнительные вопросы и ознакомиться с объектами, представленными на исследование, то есть заявить ходатайство о дополнительной или повторной экспертизе.

Именование сделки мнимой или фиктивной, а также неверное указание регистрационного номера земельного участка в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и в обвинительном заключении, и отсутствие в приговоре ссылки на кадастровые номера на земельный участок и жилой дом не нарушают права осужденной на защиту. Вопреки доводам стороны защиты постановление о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительное заключение составлены в соответствии с требованиями ст.ст.171, 220 УПК РФ, в данных процессуальных документах указаны описание преступного деяния с указанием времени, места его совершения, иные обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с п.1-4 ч.1 ст.73 УПК РФ, в связи с чем у суда отсутствовали основания для возвращения дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Проведение очной ставки межу ФИО1 и свидетелем Св. 6, а также потерпевшей и Св. 6 с использованием негосударственных систем видео-конференц-связи, а также отсутствие видеозаписи само по себе не свидетельствует о недопустимости данных следственных действий, поскольку участвующим лицам разъяснялись их права, свидетелю и потерпевшей также обязанности, при допросе ФИО1 принимал участие ее профессиональный защитник-адвокат. Участвующие лица ознакомились с содержанием протоколов очных ставок, замечаний по поводу правильности содержания и заявлений, в том числе от адвоката и осужденной, не поступили.

Нарушений прав осужденной при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ органами предварительного следствия не допущено, как следует из протокола следственного действия ФИО1 и ее защитник ознакомлены со всеми материалами уголовного дела без ограничения во времени, им была предоставлена возможность заявить ходатайства.

Нельзя согласиться с доводами стороны защиты о том, что заключение товароведческой экспертизы Номер изъят не исследовалось в судебном заседании, поскольку, как следует из протокола судебного заседания и его аудиозаписи, данное экспертное заключение было исследовано судом с участием сторон, в связи с чем суд обоснованно сослался на это доказательство в приговоре.

Доводы стороны защиты об обвинительном уклоне председательствующего судебная коллегия находит несостоятельными. Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий не ограничивал прав участников процесса по исследованию доказательств, которые имели значение для уголовного дела, обеспечивал сторонам равные условия для реализации предоставленных им прав, все ходатайства им разрешены с принятием обоснованных решений, соответствующих требованиям закона.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, либо влекущих безусловную отмену или изменение приговора по доводам апелляционной жалобы, судом при рассмотрении дела не допущено.

Вместе с тем подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора ссылка суда на показания ФИО1, допрошенной в качестве свидетеля по уголовному делу Номер изъят, поскольку предупреждалась об уголовной ответственности по ст.307, 308 УК РФ, а также ссылка суда о том, что ФИО1 ввела Тулунский городской суд Иркутской области в заблуждение, поскольку судом установлено, что ФИО1 совершила преступление путем злоупотребления доверием потерпевших Пт.. Вносимые изменения не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора, поскольку выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления подтверждены достаточной совокупностью иных относимых и допустимых доказательств.

С учетом данных о личности, поведения в ходе предварительного и судебного следствия, заключения судебно-психиатрической экспертизы Номер изъят оснований сомневаться во вменяемости ФИО1 у суда первой инстанции не имелось, не находит таких оснований и судебная коллегия.

При назначении наказания осужденной ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 43, 60 УК РФ суд учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о ее личности, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление виновной и условия жизни ее семьи.

Суд надлежащим образом мотивировал назначение наказания в виде лишения свободы и о применении положений ст.73 УК РФ.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения ст. 64, ч. 6 ст.15 УК РФ мотивированы надлежащим образом.

Назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам совершения преступления и личности виновной, то есть является справедливым.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Тулунского городского суда Иркутской области от 3 июля 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания ФИО1, допрошенной в качестве свидетеля по уголовному делу Номер изъят, и о том, что ФИО1 ввела Тулунский городской суд Иркутской области в заблуждение.

В остальном этот приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Петрушина К.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово) через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае подачи кассационных жалоб, представлений осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Першин В.И.

Судьи: Носков П.В.

Осипов Д.Ю.

(данные изъяты)