31RS0004-01-2023-001538-42 № 2-1224/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 октября 2023 года город Валуйки
Валуйский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Андреевой С.Н.,
при ведении протокола секретарями судебного заседания Беляковой С.С., Страховой Е.С.,
с участием представителя истца-ответчика ФИО5 по ордеру Ласунова А.С., ответчика-истца ФИО6, его представителя по ордеру адвоката Бабенковой С.В.
в отсутствии истца-ответчикаФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о признании права собственности на земельный участок и жилой дом и встречное исковое заявление ФИО6 к ФИО5 о признании права собственности в праве общей долевой собственности на 1/3 долю земельного участка и 1/3 долю части жилого дома,
установил:
ФИО5 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просил признать за ним право собственности на земельный участок, площадью 770 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, и часть жилого дома, площадью 67,5 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, с хозяйственными и бытовыми постройками, расположенную по адресу: <адрес>. В обоснование требований указал, что его брату ФИО7 на праве собственности после смерти их родителей в порядке наследования принадлежалземельный участок, площадью 770 кв.м. (ранее в документах ошибочно указано 823 кв.м.), и часть жилого дома, площадью 67,5 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>. Примерно с сентября 2013 г. он проживал в указанной части жилого дома с их родителями, поскольку прекратил семейные отношения с супругой. Истец проживает в другой части указанного жилого дома, ухаживал за братом во время его болезни. В начале февраля 2020 г. ФИО7 предложил ему заключить договор дарения, ссылаясь на ухудшение состояния здоровья, и желание передать ему его часть родительского дома. 10.02.2020 они заключили договор дарения земельного участка и части жилого дома в простой письменной форме, который не подлежалрегистрации и вступил в силу с момента его подписания и передачи имущества, его принятиепроизошло при подписании. 31.03.2020 ФИО7 попал в больницу и 20.03.2020 скончался, не успев зарегистрировать переход права собственности к брату по договору дарения. Истец после его смерти фактически владел и содержал весь дом, включая часть, подаренную братом, оплачивал коммунальные услуги, начал в нем ремонт. Для оформления права собственности по договору дарения он обратился в МФЦ, где ему устно разъяснили о невозможности регистрации перехода права по дарению после смерти дарителя. Не желая обращаться в суд, он обратился к нотариусу. Жена и дочь брата отказались от наследства в его пользу. По окончании 6-месячного срока принятия наследства он узнал, что на наследство, в том числе жилой дом и земельный участок, перешедшие к нему фактически по договору дарения, претендует сын брата от первого брака, который не присутствовал на похоронах и с ним после развода брата, когда тот был ребенком, не общался.
Ответчиком-истцом ФИО6 заявлено встречное исковое заявление, в котором он просил признать за ним право собственности на 1/3 долю земельного участка, площадью 770 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты> на 1/3 долю жилого дома, площадью 67, 5 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты>, с хозяйственными и бытовыми постройками, расположенную по адресу: <адрес>. В обосновании указал, что после смерти его отца 20.03.2020 открылось наследство на вышеуказанный жилой дом и земельный участок. Он обратился к нотариусу, однако документы до настоящего момента не оформлены ввиду возникновения спора с ФИО5, который желает признать за собой право собственности по договору дарения. Считает, что договор дарения не имеет юридической силы, так как не был зарегистрирован в ЕГРПН. Не зарегистрирован переход права собственности. По праву наследования ФИО5 имеет право на 2/3 вышеназванного имущества, так как жена и дочь от второго брака его отца отказались от наследства в его пользу.
В возражениях на первоначальный иск также указал, что по договору дарения невозможно определить, участвовал ли лично даритель в заключении договора. Сам по себе факт подписания договора дарения не подтверждает его заключение и волеизъявление дарителя осуществить дарения, так как переход права собственности не зарегистрирован. Истец был в курсе существования у него племянника, должен был знать, что он является наследником, поэтому считает, что в суд он мог подать исковое заявление в течении 3 лет с момента смерти его отца- 20.03.2020. Поскольку иск подан 24.07.2023, срок исковой давности им пропущен, что является основанием для отказа ему в иске.
В судебном заседании 25-29.08.2023 истец-ответчик ФИО5 поддержал заявленные требования своего иска, пояснил, что дом и земельный участок реально разделены по решению суда, имеют два разных адреса, дом на два хозяина. В одной части живет он с семьей, в другой- жили родители и с 2013 года брат- ФИО7 Он ему помогал, заботился, когда тот болел, вызвал ему скорую помощь, когда тому стало плохо, после смерти организовал похороны. В МФЦ он обращался за регистрацией перехода права собственности по договору дарения в апреле 2020, ему устно отказали, и он обратился к нотариусу. В судебное заседание 19-25.10.2023 не явился, извещен ЭЗП 05.10.2023, об отложении дела не просил, обеспечил явку своего представителя.
Представитель истца-ответчика ФИО5 по ордеру адвокат Ласунов А.С. иск поддержал, в удовлетворении встречного иска просил отказать. В возражениях на встречный иск указал, что не считает его встречным, поскольку у исков разные основания. Отказ нотариуса выдать ФИО6 свидетельство о праве на наследство после смерти отца не подтвержден доказательствами, такой отказ может быть обжалован в соответствии с положениями ст. 48 Основ законодательства РФ о нотариате. Считает, что ФИО6 просто не представляет нотариусу необходимые документы, в связи с чем тот не выдает ему свидетельство. Считает, что срок исковой давности по требованию признании права собственности составляет 10 лет, в любом случае 3-х годичный срок также не пропущен, поскольку он начинает течь с момента, когда ФИО5 узнал, что ФИО6 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства ФИО7 Это было по истечению 6 месяцев после смерти ФИО7
Ответчик-истец ФИО8, его представитель по ордеру адвокат Бабенкова С.В. в судебных заседаниях встречный иск и свои возражения на первоначальный иск поддержали, в удовлетворении требований истца ФИО5 просили отказать. ФИО8 указывал, что истец знал о его существовании, о том, что он является наследником, в связи с чем срок исковой давности пропущен. О смерти отца ФИО8 узнал от его сослуживца, и решил претендовать на наследство. ФИО5 связывался с ним после того, как узнал о подаче им заявления нотариусу, по телефону, приглашал к себе поговорить, но ФИО8 не пожелал.
Представитель по ордеру адвокат Бабенкова С.В. в судебных заседаниях возражала против удовлетворения первоначального иска по основаниям, изложенным в возражениях, встречный иск поддержала. Указала, что у ФИО7 имелось достаточно времени- месяц, для регистрации перехода права по дарению, однако он им не воспользовался. Сам факт подписания договора дарения не указывает на то, что воля была исполнена. Срок исковой давности пропущен, поскольку истец-ответчик знал о существовании у брата еще одного ребенка, который является наследником спорного имущества.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, пояснениям сторон,показаниям свидетеля, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании решения Валуйского районного суда Белгородской области от 22.09.2009 за ФИО9, Тельной А.А., ФИО7 признано право собственности по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на самостоятельную часть жилого дома, общей площадью 67,5 кв. м, в том числе жилой 34,2 кв.м., распложенный по адресу: Белгородская <адрес>, (л.д.30). Распоряжением администрации муниципального района «город Валуйки и Валуйский район» Белгородской области от 16.06.2010 №1041-р в долевую собственность (по 1/3 доли) ФИО10 представлен находящийся в их фактическом пользовании земельный участок, площадью 823 кв. м., расположенный по адресу: <адрес>. Постановлением от 28.09.2010 № 160 этому земельному участку, присвоен адрес: <адрес>
02.04.2015 умер Тельной К.Ф., 22.04.2015- Тельная А.А., что подтверждается представленными в деле копиями свидетельств о смерти <данные изъяты> соответственно (л.д.7,6).
Согласно копиям свидетельств о праве на наследство <данные изъяты> наследником по завещанию их имущества, в том числе 2/3 доли в общей долевой собственности на часть вышеуказанного жилого дома, а также 2/3 доли в праве собственности на земельный участок (с уточненной площадью в 770 кв.м.) стал ФИО7 (л.д. 10.11), ему выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности на часть вышеуказанного жилого дома: от 26.05.2010- на 1/3 доли на основании решения Валуйского районного суда о области от 22.09.2009; от 17.06.2016 на 2/3 в порядке наследования по завещанию (л.д.27, 25); а также на часть земельного участка, площадью 770 кв.м.: от 18.10.2010 на 1/3 доли на основании Распоряжения от 16.08.2010, от 17.06.2016- на 2/3 на основании свидетельств о праве на наследство по завещанию от 19.02.2016.
10.02.2020 между ФИО7 и ФИО5 был заключен договор дарения в письменной форме, согласно которому ФИО7 передает в дар, а ФИО5 принимает принадлежащее дарителю имущество, состоящее из земельного участка площадью 770 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенная на нем часть жилого дома, площадью 67, 5 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты>, с хозяйственными и бытовыми постройками, расположенную по адресу: <адрес> (л.д.12).
20.03.2023 ФИО7 скончался, что подтверждается свидетельством о смерти <данные изъяты> ( л.д.8).
Заявляя требование о признании права собственности на недвижимое имущество на основании договора дарения ФИО5 указывает, что договор заключен, воля дарителя была определена при подписании данного договора. Фактически дар истец принял в момент его подписания, заботится по сей день о нем, провел ремонтные работы, несет расходы за коммунальные услуги.
В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2012 N 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 01.03.2013.
Исходя из указанных правовых норм договор дарения недвижимого имущества государственной регистрации не подлежал, в связи с чем довод в ответчика –истца ФИО6 во встречном иске о том, что договор дарения не имеет юридической силы, поскольку не был зарегистрирован в ЕГРПН несостоятелен.
В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Из содержания договора от 10.02.2020 дарения части дома и земельного участка, заключенного в простой письменной форме, следует, что существенные условия договора между сторонами были согласованы.
Пунктом 1 статьи 131 ГК РФ предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.
При жизни ФИО7 переход права собственности по договору дарения на часть дома и земельный участок от 10.02.2020 зарегистрирован не был.
Вместе с тем отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на объект недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости не влияет на действительность самой сделки. Истец-ответчик ФИО6 требований о признании договора дарения недействительным не заявляли, факт подписания его ФИО7 также не оспаривали. Право на назначение судебной экспертизы стороне ответчика-истца ФИО6 разъяснялось.
Сам факт того, что воля дарителя не была до конца исполнена в связи с его болезнью и смертью спустя месяц после подписания договора дарения не свидетельствует об отсутствии воли дарителя к регистрации перехода права собственности к одаряемому. По пояснениям истца-ответчика ФИО5, ФИО7 работал, однако чувствовал себя плохо, он несколько раз вызывал ему машины скорой помощи. По запросу суда ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» представлена выписка из журнала вызовов, согласно которой 11.03.2020 ФИО7 братом вызывалась скорая помощь в связи с гипертонической болезнью. По данным из Посмертного эпикриза 13.03.2020 ФИО7 поступил в Валуйское ЦРБ в порядке экстренной помощи на машине скорой помощи в тяжелом состоянии, был госпитализирован в неврологическое отделение с DS: <данные изъяты> 20.03.2020 скончался(л.д.9).
Из материалов дела следует, что договор дарения в части передачи и принятия дара фактически был исполнен. Земельный участок и часть жилого дома находятся во владении ФИО5, который в течении 3 лет со смерти брата несет коммунальные расходы, осуществляет ремонт и уход за имуществом. Данные обстоятельства подтверждаются представленными истцом-ответчиком квитанциями по оплате коммунальных услуг за июнь, июль, ноябрь, декабрь 2020 года, январь, февраль, апрель, август, сентябрь 2021 года, январь, апрель, май, ноябрь, декабрь 2022 года, июнь, июль, август 2023 года (л.д. 75-91); фото ремонта (л.д. 93-100). Вся документация по имуществу, переданному в дар также находится у ФИО5 Суд представлены оригиналы свидетельств о праве собственности на земельный участок, часть дома, технические паспорта, свидетельства о праве на наследство по завещанию.
Суд считает необходимым также отметить, что по пояснениям самого ответчика-истца ФИО6 ФИО5 звонил ему с намерением урегулировать ситуацию, но он указал, что они встретятся у нотариуса. На протяжении 3 лет после нахождения спорного имущества во владении ФИО5 ФИО6 не проявлял инициативы для разрешения данной ситуации.
В обоснование своей позиции о пропуске истцом срока исковой давности по ходатайству ответчика-истца был опрошен в качестве свидетеля ФИО1, коллега ФИО7 по работе. Свидетель подтвердил, что о договоре дарения он не знал, ФИО7 общался с сыном, не забывал о нем, сына не скрывал, считал, что родственники ФИО7, в том числе, его брат, знали о его существовании. Считает, что ФИО7 распорядился бы своим имуществом, отдав детям.
Суд принимает данные показания, однако оценивая в совокупности с другими доказательствами, не может признать их достаточными для вывода о пропуске срока давности или отсутствия у ФИО7 воли на совершение договора дарения. Сам факт того, что даритель не обсудил со свидетелем договор дарения его заключение и волю не опровергает. Письменный договор суду представлен, действительность его не оспаривается. Предположение свидетеля о воле ФИО7 носят характер его размышлений и догадок, а не слова самого ФИО7
Что касается пропуска срока исковой давности, о котором заявляет сторона ответчика-истца, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.
Частью 1 статьи 200 ГК РФ определено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Довод о том, что срок исковой давности следует считать с момента смерти ФИО7, поскольку Тельной В.Ю. знал о существовании наследника- сына ФИО7- ФИО6 не обоснован. Принятие наследства в соответствии с ч. 1 ст. 1154 ГК РФ носит добровольный характер. Наследник может обратиться к нотариусу с заявлением о его принятии, может отказаться от наследства, может не обращаться к нотариусу и не вступать в наследство. ФИО6 подал заявление 26.08.2020. О том, что ФИО6 претендует на 1/3 спорного имущества, истцу-ответчику ФИО5 стало известно от нотариуса спустя полгода после смерти ФИО7, то есть в сентябре-октябре 2020 года. В суд ФИО5 подал исковое заявление 24.07.2023, то есть в пределах 3-годичного срока исковой давности. При таком положении, суд считает, что срок исковой давности ФИО5 не пропущен.
Оценив в совокупности и системной связи имеющиеся в деле доказательства по правилам ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО7 при жизни выразил свою волю и осуществил дарение своему брату ФИО11 земельного участка площадью 770 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенная на нем часть жилого дома, площадью 67, 5 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты> (ранее кадастровый номер <данные изъяты> выписка из ЕГРН-л.д.69), в связи со смертью дарителя регистрация перехода права осуществлена не была. Поскольку фактически договор дарения в части передачи и принятии дара исполнен, требования о его недействительности не заявлялись, суд полагает возможным признать право собственности на указанное недвижимое имущество за ФИО11
В производстве нотариуса Валуйского нотариального округа ФИО4 имеется наследственное дело № к имуществу ФИО7, умершего 20.03.2020 г., открытое по заявлению ФИО5 о принятии наследства по всем основаниям. 26.08.2020 Тельным Романов Юрьевичем, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, было подано заявление о принятии наследства по всем основаниям наследования. ФИО2 и ФИО3 от наследства в пользу ФИО5 (истца). На день смерти ФИО7 осталось следующее имущество: земельный участок и часть жилого дома, по адресу:<адрес>; права на денежные средства, внесенные во вклады, хранящиеся на счетах в ПАО Сбербанк, что следует из ответа нотариуса по запросу суда (л.д.53).
Поскольку первоначальный иск подлежит удовлетворению, спорное имущество не может быть признано входящим в наследственную массу, в связи с чем встречное требование о признании 1/3 доли в праве собственности на него в прядке наследования подлежит отклонению.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Иск ТельногоВладимира Кондратьевича к ФИО6 о признании права собственности - удовлетворить.
Признать за ФИО5, <данные изъяты>, право собственности на земельный участок, площадью 770 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты> расположенный по адресу: <адрес> и часть жилого дома, площадью 67,5 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты> (ранее кадастровый номер <данные изъяты>), расположенную по адресу: <адрес>
В удовлетворении встречного иска ФИО6 к ФИО5 о признании права собственности в праве общей долевой собственности на 1/3 долю земельного участка и 1/3 долю части жилого дома - отказать.
Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд через Валуйский районный суд в течение 1 (одного) месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья:
Мотивированное решение изготовлено 02.11.2023