РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
07 августа 2025 года г. Тула
Привокзальный районный суд г.Тулы в составе:
председательствующего Афониной С.В.,
при ведении протоколов судебного заседания помощником судьи Каптинаровой Д.А. и секретарем Ларюхиной В.В.,
с участием истцов ФИО1, ФИО2,
представителя истцов ФИО1, ФИО2 по доверенности ФИО3,
представителя ответчика Банка ВТБ (ПАО) по доверенности ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № (УИД: 71RS0№-69) по иску ФИО1, ФИО2 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным,
установил :
М. обратилась в суд с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, указав в обоснование требований, что дата следователем отдела по расследованию преступлений на территории обслуживаемой УМВД России по <адрес> и ОП «Криволученский» СУ УМВД России по <адрес> было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от дата.
дата, более точный период следствием до настоящего времени не установлен, неустановленное следствием лицо, в неустановленном следствии месте, тайно оформило кредит в банке «ВТБ» (ПАО) на сумму 859923 рубля на ее имя, тем самым причинив ей материальный ущерб на указанную сумму. Об оформлении кредита она узнала дата, когда ей поступило смс-уведомление о необходимости погасить кредитный платеж, о существовании которого она не знала.
Обратившись в отделение Банка, выяснилось, что неизвестными ей людьми на ее имя был оформлен кредит в банке «ВТБ» (ПАО) на сумму 858 923 руб., номер кредитного договора № от дата. Она незамедлительно обратилась в отдел полиции. Постановлением следователя от дата она признана потерпевшей. дата ею подано заявление в банк о приостановлении платежей по данному кредиту до выяснения обстоятельств и последующее его закрытие. дата от банка получен отказ в приостановлении операций.
Истец указала, что не знала о существовании вышеуказанного кредитного договора от дата, кредитный договор в письменном виде не подписывала, денежные средства не получала, электронную подпись в кредитном договоре не оформляла, денежные средства не получала, себя с паспортом не фотографировала, никаких переводов не совершала, считает кредитный договор недействительным (ничтожным), поскольку был заключен с незаконным использованием ее персональных данных.
дата в адрес банк была направлена досудебная претензия с требованием о расторжении кредитного договора, однако ответа не поступило.
На основании изложенного, просит суд признать кредитный договор № от дата, заключенный между ею и банком «ВТБ» (ПАО), недействительным.
Истец ФИО5 умерла дата, что подтверждается свидетельством о смерти серии III-БО №.
Согласно представленным свидетельствам о праве на наследство по закону от дата., наследниками к имуществу умершей М. в равных долях являются ФИО1 и ФИО2.
Определением Привокзального районного суда <адрес> от дата произведена замена истца М., умершей дата правопреемниками ФИО1 и ФИО2.
Истцы ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, одновременно дополнив, что волеизъявления на совершение спорной сделки М. не выражала, заявления на предоставление кредите не оформляла, договор не подтверждала и не заключала, электронной подписи не имеет, денежные средства не получала, кредит не оплачивала. Указанный кредитный договор от ее имени заключен третьим лицом без ее согласия с использованием ее персональных данных мошенническим путем. Каких-либо сообщений и уведомлений об условиях кредита М. не поступало, электронных средств платежа в установленном законодательством порядке ей не выдавалось, идентификации М., как надлежащей стороны договора, банком не проводилось. Зачисление денежных средств на счет, открытый на имя М., их перечисление, произведены в короткий промежуток времени. Исходя из этого, банком не была обеспечена безопасность дистанционного предоставления услуг, что указывает на отсутствие добросовестности в поведении банка. М. не изъявляла каким-либо возможным способом своей воли на заключение кредитных договоров, не совершала юридически значимых действий на их заключение, отсутствовала ее воля на совершение операций по перечислению денежных средств. Ответчик при выдаче кредита, переводе денежных средств не идентифицировал получателя денежных средств и не установил, что именно М. перечисляются денежные средства. Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдение не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде. Действия ответчика, как профессионального участника рынка кредитных правоотношений, не отвечают требованиям разумности и осмотрительности, критерию добросовестности. Считают, что письменная форма кредитного договора между сторонами спора не соблюдена, поскольку кредитный договор М. не подписывала, заемщиком не является, каких-либо обязательств на себя по данному договору не принимала, так как кредитный договор, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом не может подтверждать соблюдение его сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявления М. на возникновение кредитных правоотношений.
Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что согласно показанием потерпевшей, которые давала М. в рамках уголовного дела, ей поступил звонок от сотрудников МТС о продлении срока действия договора сотовой связи. М. сообщила звонившему личные данные и код из СМС-сообщения, тем самым предоставила доступ к своим госуслугам.
В ПАО «Банк ВТБ» на имя М. было открыто несколько счетов, поскольку он являлась держателем зарплатной карты банка, а также ранее неоднократно заключала кредитные договоры, погашение задолженности по которым осуществляла дистанционно, в связи с чем М. была подключена услуга «ВТБ-Онлайн», соответственно, М. была ознакомлена с Правилами дистанционного обслуживания и дала на это согласие.
Порядок идентификации и аутентификации клиента для доступа к дистанционному банковскому обслуживанию установлен Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц Банка ВТБ (ПАО) (далее - Правила ДБО), с которыми истец согласилась при заключении договора комплексного банковского обслуживания.
При этом в соответствии с пунктом 7.1.1 Правил ДБО клиент несет ответственность за несанкционированный доступ третьих лиц к мобильному устройству, на которое банк направляет пароль, ОЦП, SMS/Push-коды и/или уведомления; несвоевременное и/или неполное письменное уведомление Банка об обстоятельствах, предусмотренных договором ДБО, в том числе о возникновении внештатных ситуаций, связанных с работой систем ДБО, о компрометации/ подозрении на компрометацию логина/пароля/средства подтверждения и/или о несанкционированном доступе к системе ДБО/подозрении на несанкционированный доступ к системе ДБО, об изменении ранее сообщенных банку сведений; за убытки, возникшие у банка в результате исполнения распоряжений/заявлений п/у, переданных в банк от имени клиента неуполномоченным лицом, при условии, что это стало возможно по вине клиента; за несанкционированный доступ третьих лиц к мобильному устройству, на которое банк направляет пароль, SMS/Push-коды и/или уведомления/генератору паролей и карте, с использованием которых формируются средства подтверждения - коды подтверждения; за правильность данных, указанных в распоряжениях оформляемых в рамках Договора ДБО.
Согласно пунктам 7.2.3, 7.2.5 Правил ДБО банк не несет ответственности: в случае, если информация, связанная с использованием клиентом системы ДБО станет известной третьим лицам во время использования клиентом системы ДБО в результате доступа к информации при ее передаче по каналам связи, находящимся вне зоны ответственности банка; за ущерб, возникший вследствие несанкционированного доступа к системе ДБО по вине клиента, если данные для доступа в систему ДБО (аутентификации) и/или средства подтверждения были скомпрометированы, средства доступа и/или средства получения кодов и/или доверенное Bluetooth-устройство были утрачены и/или доступны для использования третьими лицами; за техническое состояние средства доступа клиента, за сбои в работе почты, Интернета, сетей связи, возникшие по независящим от банка причинам и повлекшие за собой несвоевременное получение или неполучение клиентом уведомлений банка.
Банк не несет ответственности по рискам клиента, связанным с получением клиентом услуг мобильной связи/по организации доступа к сети Интернет и ее использованию, в соответствии с договором между клиентом и поставщиком услуг мобильной связи/Интернет (провайдером), в том числе банк не отвечает за убытки клиента, возникшие в результате обращения клиента к системе ДБО с использованием сети Интернет.
Таким образом, в силу приведенных норм и положений законодательства выбытие из контроля клиента Банка мобильного устройства либо согласованного с Банком телефонного номера, либо используемого для доступа к дистанционным банковским услугам, равно как и получение третьими лицами иным способом конфиденциальной информации, направляемой Банком на такие устройства для обеспечения доступа к дистанционным банковским услугам, сами по себе не могут служить основанием для возложения ответственности по переводу денежных средств на Банк.
дата. с устройства М. осуществлялся вход в ДБО с характерного ip-адреса. Регистрация на новых устройствах не производилась. Все операции совершены на её устройстве. Также в материалах дела представлена детализация СМС-сообщений с Банком, согласно которым Банк ПАО ВТБ блокировал операции по переводу М. денежных средств, направлено СМС-сообщение с требованием звонка оператору для подтверждения. В ходе телефонного звонка М. разблокировала операцию и впоследствии денежные средства были переведены. Банк идентифицирует заемщика по номеру телефона.
дата. от М. в банк поступило заявление о факте мошеннического списания денежных средств с его счета. По результатам проведенной проверки причастность работников Банка к мошенническим действиям третьих лиц не установлена, о чем было сообщено М. и рекомендовано обратиться в правоохранительные органы.
Представители третьих лиц Отдела по расследованию преступлений на территории обслуживаемой УМВД России по г. Туле и ОП «Криволученский» СУ УМВД России по г. Туле, ПАО МТС, третье лицо Ш. в судебное заседание не явились, извещались своевременно и надлежащим образом, сведения о причине неявки суду не сообщил.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть данное дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив собранные по делу письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Статья 35 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану права частной собственности законом (пункт 1).
Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 ГК РФ, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2).
Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.
Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.
Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).
В соответствии со статьей 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею.
Согласно статье 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.
В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.
Пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 06.04.2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что электронная подпись - это информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.
В силу пункта 1 статьи 4 названного Федерального закона одним из принципов использования электронной подписи является право участников электронного взаимодействия использовать электронную подпись любого вида по своему усмотрению, если требование об использовании конкретного вида электронной подписи в соответствии с целями ее использования не предусмотрено федеральными законами или принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами либо соглашением между участниками электронного взаимодействия.
Пунктом 2 статьи 5 указанного Федерального закона установлено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.
В соответствии с пунктом 2 статьи 6 того же Федерального закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.
Пунктом 9 статьи 8 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» предусмотрено, что распоряжение клиента может быть до наступления безотзывности перевода денежных средств отозвано клиентом в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и договором.
В силу пункта 7 статьи 5 названного Федерального закона безотзывность перевода денежных средств, за исключением перевода электронных денежных средств, наступает с момента списания денежных средств с банковского счета плательщика или с момента предоставления плательщиком наличных денежных средств в целях перевода денежных средств без открытия банковского счета.
Судом установлено, что М. являлась клиентом Банк ВТБ (ПАО) с 2009 года, что подтверждается информацией из АБС Банка ВТБ (ПАО).
Как следует из материалов дела, Правила комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Правила совершения операций по счетам физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Правилам дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) (Правила ДБО), являются неотъемлемой частью кредитного договора № от дата, заключенного с М.
Согласно правилам комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), персональный идентификационный номер (ПИН-код) – Средство подтверждения в виде цифрового кода для совершения Операций с использованием Карт в УС, торгово-сервисных предприятиях, ПВН, предоставленный Банком лицу, которому в соответствии с Договором карты, предоставлена в пользование Карта (держатель) или назначенный указанным лицом самостоятельно (при наличии технической возможности). Введение ПИН-кода признается аналогом собственноручной подписи держателя Карты при совершении Операции с использованием Карты. ПИН-код известен только держателю. Стороны признают ПИН-код в качестве ПЭП при заключении, изменении, расторжении сделок/договоров, подписанных держателем путем ввода ПИН-кода Карты, посредством которой выполнен доступ к сервисам УС.
Простая электронная подпись (ПЭП) – электронная подпись, сформированная Клиентом для подписания Электронного документа в соответствии с Договором ДБО (как присоединенная, так и иным образом связанная с Электронным документом в случаях, предусмотренных ДКО и Договором ДБО), соответствующая признакам и требованиям, предъявляемым к простой электронной подписи Федеральным законом от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», и используемая для определения лица, подписавшего Электронный документ.
Согласно п.3.4. Правил комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), в рамках ДКО Клиент сообщает Банку Доверенный номер телефона, на который Банк направляет пароль, SMS-коды/Push-коды для подтверждения (подписания) Распоряжений/Заявлений БП, и сообщения в рамках подключенной у Клиента SMS-пакета/заключенного договора ДБО, а также сообщения/уведомления при использовании технологии Безбумажный офис.
В рамках ДКО Банк предоставляет клиенту возможность проводить операции в офисах Банка с использованием электронного документа оборота (без формирования документов на бумажном носителе), в соответствии с разделом 5 настоящих правил. Перечень операций, доступных для проведения Клиентом по технологии Безбумажный офис, а также перечень офисов банка, в которых возможно обслужитвание по технологии безбумажный офис, устанавливается банком и размещается на сайте банка.
Отношения между сторонами, возникшие в связи с использованием системы «ВТБ-Онлайн», регулируются Правилами ДБО.
В соответствии с указанными Правилами доступ клиента в систему ДБО осуществляется при условии успешной аутентификации. Порядок аутентификации определяется условиями системы ДБО, в которой она осуществляется.
При этом под аутентификацией понимается процедура проверки соответствия указанных клиентом данных предъявленному им идентификатору при проведении операции в системе ДБО, под идентификатором – число, слово, комбинация цифр и/или букв или другая информация, однозначно выделяющая (идентифицирующая) клиента среди определенного множества клиентов банка (паспортные данные клиента, пароль, УНК, логин, номер карты клиента, номер счета).
Клиент, поставлен в известность в полной мере осознает и соглашается, что сеть интернет, канал связи, используемый мобильным устройством, является незащищенным каналом связи, самостоятельно несет все риски, связанные с возможным нарушением конфиденциальности информации, переданной в сообщениях по незащищенным каналам связи, самостоятельно несет все риски, связанные с получением услуг по организации доступа к сети интернет/мобильной связи и ее использованию, с получением банковских услуг посредством Мобильного устройства, с использованием технологии Touch ID/ специализированного порядка идентификации (п.7.1.2 правил ДБО).
Согласно п.7 правил ДБО, клиент обязуется соблюдать конфиденциальность логина, пароля и других идентификаторов, средств подтверждения, используемых в системе ДБО, исключить доступ третьих лиц к мобильному устройству, посредством которого передаются распоряжения/заявления П/У в банк, в случает подозрения на компрометацию логина/пароля / средства подтверждения/ключа ЭП и/или подозрения о несанкционированном доступе к системе ДБО незамедлительно информировать об этом Банк в целях блокировки системы ДБО.
Судом установлено, что дата посредством электронного документооборота Банк ВТБ (ПАО) заключил с М. кредитный договор №
По условиям кредитного договора Банк предоставил М. кредит в сумме 589 923 руб., под 21,047 % годовых, сроком на 60 месяцев, в подтверждение чего Банком представлены копии анкеты-заявления заемщика на получение кредита, анкета-заявление от дата, а также кредитный договор, подписанные простой электронной подписью заемщика.
Сумма кредита подлежала возврату путем внесения ежемесячных платежей не позднее 13 числа каждого месяца в размере 19 302,78 руб., количество ежемесячных платежей - 60.
Из выписки по счету, открытого на имя М. в Банке ВТБ (ПАО), следует, что дата банк произвел зачисление кредитных денежных средств в размере 859 923 рубля на счет заемщика № счета 40№, из которых: 628 800 руб. + 49 000 руб. + 34500 руб. переведены дата внутрибанковским переводом на имя Ш.
Согласно протоколу операции цифрового подписания, дата в 13:18 М. подтвердила ознакомление и согласие с условиями электронных документов, в 13:20 подтвердила активацию клиентом кнопки Подписать/Отказаться, в 13:20 ввела код подтверждения (элемента ключа электронной подписи), в 13:20 поступление СУБО ЦП РБ информации о подписании всех электронных документов по операции.
Представленными банком распечатками протоколов из системы дистанционного банковского обслуживания, распечатками смс-сообщений подтверждается, что М. вошла в сервис отправки PUSH по HTTP, ей было направлено смс-сообщение о соответствующем входе и направлен код подтверждения на мобильный телефон +№, указанный ею при заключении договора банковского обслуживания, этот код подтверждения успешно введен, клиент согласилась на персональное предложение банка о предоставлении кредита, после чего перешла к оформлению кредитного договора.
Кроме того, М. пришли уведомления, а именно: об инициировании восстановления пароля для доступа в ВТБ –Online, с предупреждением (Если вы это не делали, срочно обратитесь в банк), код для смены пароля в ВТБ Онлайн: 343932 (Никому не говорите его), подтверждение электронного документа (Согласие на обработку персональных данных, получение кредитного отчета и подачу заявки на кредит в ВТБ Онлайн на сумму 859923 руб. сроком на 60 мес. С учетом услуги «Ваша низкая ставка»), денежные средства по кредитному договору на сумму 712360 руб. перечислены на ваш счет.
Впоследствии, дата М. осуществила перевод на №*1808, получателю Максим Ш. на сумму 34 500 руб., с получением уведомления (Никому не сообщайте этот код:642488). В целях безопасности средств операции по карте/счету в БТБ Онлайн были ограничены, банк уведомил М., что для снятия ограничений ей необходимо позвонить в банк по номеру, указанному на оборотной стороне ее карты, или по номеру 1000.
В ходе судебного заседания представителем ответчика представлен CD-диск с аудиозаписью разговора сотрудника банка и абонентом с доверенным телефонным номером М. (+№), из содержания которого следует, что абонентом дано согласие на совершение перевода на счет в другой банк денежных средств, а также подтверждено, что никаких сомнительных звонков и сообщений в его адрес не поступало.
М. после разблокировки операции осуществила перевод 901*1808 получателю. Максим Ш. на сумму 628 800 руб. 49 000 руб., с получением смс-уведомления от банка (Никому не сообщайте этот код: 795479).
Судом установлено, что для входа в сервис отправки PUSH по HTTP при помощи компьютера/планшета в качестве средства подтверждения использован логин (уникальный номер клиента, присваиваемый банком, или номер банковской карты, выданной клиенту) + пароль (автоматически сгенерированный банком или заданный пользователем самостоятельно). При совершении всех действий в системе дистанционного банковского обслуживания на телефон М. направлялись смс- сообщения с содержанием кодов, уведомления о недопустимости сообщения кодов третьим лица, уведомления о совершенных транзакциях.
Как указал представитель Банка ВТБ (ПАО), идентичность смс-кода, направленного банком, и известного только истцу, и смс-кода, проставленного в электронном документе, явилась основанием считать такую подпись подлинной и проставленной М., которая своей простой электронной подписью подтвердила, что ознакомлена и согласна с кредитным договором.
дата М. обратилась в полицию с заявлением, на основании которого в этот же день следователем отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП «Криволученский» СУ УМВД России по г. Туле, возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.
В ходе проверки установлено, что дата, точное время и место следствием не установлены, неустановленное лицо тайно оформило кредит в ПАО ВТБ на сумму 859 923 руб. на М., тем самым причинив материальный ущерб.
Из протокола допроса М. как потерпевшей по уголовному делу следует, что дата, ей на ее мобильный номер оператора МТС поступил звонок, неизвестный ей ранее мужчина представился сотрудником компании МТС и пояснил, что ей нужно подтвердить свои персональные данные, так как у нее заканчивается срок договора с МТС. Получив её подтверждение, сообщил, что на ее номер придет смс уведомление с 6-значным кодом, который она должна будет ему продиктовать. Потом ей пришло 2 смс- уведомления с кодами от портала «Госуслуги», она продиктовала их звонившему мужчине. Далее он ей пояснил, что ее номер МТС не будет работать 24 часа, но так как у нее в пользовании имеется сим карта Теле2, то входящие звонки будут переадресованы на вышеуказанную сим-карту, после этого он отключился. После того, как они прекратили разговор, сим карта у нее перестала работать. По прошествии 24 часов ее сим-карта с номером МТС не заработала, тогда она пошла в салон связи «МТС», где сотрудник салона ей подтвердил возможное отключение сим-карты на сутки и более, а также сообщил, что у нее было утверждение ее персональных данных, но не совпадал адрес регистрации, он исправил.
Также судом установлено, что в ПАО «Банк ВТБ» на имя М. было открыто несколько счетов, поскольку он являлась держателем зарплатной карты банка, а также ранее неоднократно заключала кредитные договоры, погашение задолженности по которым осуществляла дистанционно, в связи с чем М. была подключена услуга «ВТБ-Онлайн».
Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемый кредитный договор от дата № заключен между сторонами в соответствии с нормами действующего законодательства и оснований для признания его недействительным не имеется, действия М., позволили неустановленным лицам получить доступ к мобильному Интернет- банку, а также совершать от ее (М.) имени расходные операции по счетам и банковской карте; операции по перечислению денежных средств со счета карты клиента в пользу третьих лиц совершены после подтверждения клиентом проведения операций путем введения паролей, пришедших смс-сообщениями на номер телефона, подключенного к мобильному банку, а, соответственно, нарушений со стороны Банка ВТБ (ПАО) при оформлении оспариваемого кредитного договора не имеется.
Банковские операции произведены посредством направления на номер телефона истца смс-пароля и введения его для подтверждения совершения операций. Так как операции подтверждались одноразовыми паролями, направленными на телефон М., вход в мобильное приложение «ВТБ-Онлайн» произведен корректно.
Кредитный договор оформлен с использованием простой электронной подписи М., что соответствует положениям Федерального закона от дата № 63-ФЗ «Об электронной подписи», Федерального закона от дата № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», то есть, несмотря на фактическое отсутствие рукописной подписи заемщика, договор подписан М. с использованием аналога собственноручной подписи, которым являлся код в смс-сообщении, полученном на ее (М.) номер мобильного телефона, а денежные средства переведены на счет заемщика М.
Доводы истцов о том, что банк при дистанционном оформлении сделки не убедился в понимании М. совершаемых действий при кредитовании на значительную сумму денежных средств, судом отклоняются, поскольку в рассматриваемой ситуации операции по переводу денежных средств в системе «ВТБ-Онлайн» подтверждены при помощи действительных на момент совершения операций средств подтверждения, то есть исполнение банком распоряжения М. осуществлено непосредственно после подтверждения операции путем указания кода аутентификации, документы в электронной форме, направленные в Банк ВТБ (ПАО), после аутентификации клиента в системах банка считаются отправленными от имени клиента и признаются равными соответствующим бумажным документам, порождают права и обязанности, банк обязательства исполнил, зачислив денежные средства на счет заемщика М.
Суждение истцов о том, что сделка совершена под влиянием обмана, не может являться основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку применительно к положениям пункта 2 статьи 179 ГК РФ и с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» обстоятельств, относительно которых М. при совершении сделки была обманута Банком ВТБ (ПАО), не установлено, а сам по себе факт возбуждения уголовного дела в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, не является основанием для признания оспариваемого кредитного договора недействительным, вступивший в законную силу приговор о противоправных действиях сотрудников кредитора отсутствует. Последовательность действий при заключении оспариваемого истцами кредитного договора посредством аналога собственноручной подписи с введением кодов, направленных банком на номер телефон истца с целью обеспечения безопасности совершаемых финансовых операций, не дает оснований для вывода о том, что банк знал или должен был знать об обмане истца-заемщика со стороны третьих лиц, в связи с чем оснований для признания недействительным заключенного М. кредитного договора по основаниям, предусмотренным статьями 168, 179 ГК РФ, не имеется.
В случае вынесения в дальнейшем судом обвинительного приговора в отношении лиц, совершивших хищение денежных средств со счета М., и установления предусмотренных частью 4 статьи 61 ГПК РФ фактов, истцы не лишены права обратиться в суд с заявлением о защите нарушенного права либо о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам.
Доводы истцов о том, что М. не намеревалась и не заключала кредитный договор, а стала жертвой мошеннических действий со стороны неустановленных лиц, подлежат отклонению.
В нарушение статьи 56 ГПК РФ истцами не представлено доказательств заключения кредитного договора третьим лицом без какого-либо участия и М. волеизъявления.
Исходя из показаний М., она по указанию неустановленного ею лица сообщила неустановленному лицу пороли- коды от «Госуслуг», свои персональные данные, что позволило произвести оформление кредитного договора и снятие части полученных заемщиком кредитных денежных средств бесконтактным способом.
Вместе с тем, Правилами ДБО предусмотрено, что клиент несет ответственность, в том числе, за несанкционированный доступ третьих лиц к мобильному устройству, на который банк направляет пароль, смс-коды и (или) уведомления, за правильность данных, указанных в распоряжениях/заявлениях, оформляемых в рамках ДБО за поддержание актуальной информации о доверенном номере телефона.
Суд обращает внимание, что спорные операции по заключению кредитного договора и получению денежных средств совершены в сети Интернет с использованием одноразового пароля, являющегося аналогом личной подписи, который направлен М. на ее номер телефона, который не выбывал из ее владения; банком до М. доведена информация о неразглашении контрольной информации, идентификаторе пользователя, логине, паролях, тогда как из представленных пояснений М. усматривается, что она самостоятельно разгласила свою аутентификацию пользователя третьим лицам, что привело к несоблюдению Условий договора банковского обслуживания, она своевременно не предприняла мер об извещении банка о сложившейся ситуации, действуя с обычной осмотрительностью.
Учитывая, что М. со своей стороны проявила неосмотрительность, нарушила Правила ДБО, о чем Банк ВТБ (ПАО) не мог знать, оснований считать незаконными действия банка и недействительным заключенный кредитный договор вопреки доводам истцов не имеется.
Доводы истцов, о том, что банк не принял повышенных мер при заключении оспариваемого договора и не заблокировал подозрительную операцию, являются не состоятельными, поскольку виновных действий банка не имеется, без использования идентификатора пользователя и пароля, которые имелись у М., вход в систему не возможен, оспариваемые операции проведены с применением аутентификации, о зачислении и списании денежных средств клиент также была проинформирована банком уведомлениями, поступившими ей на мобильное устройство, при этом она лично сообщила неизвестному лицу пароли и обеспечила удаленный доступ к ее мобильному устройству. Банком производилась блокировка подозрительных операций, а равно банк уведомлял клиента во избежание мошенничества о необходимости подтверждения совершения операции именно истцом, однако М. либо лицом от ее имени операция была разблокирована, что следует из сообщения Банка ВТБ (ПАО) и содержания телефонных разговоров с мобильного телефона М. и сотрудников Банка ВТБ (ПАО), прослушанных в судебном заседании.
Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств об обстоятельствах заключения оспариваемого кредитного договора следует, что между сторонами – М. и Банком ВТБ (ПАО) - в предусмотренных законом и ранее достигнутым соглашением порядке и форме, посредством подписания документов электронной подписью, состоялось согласование существенных условий кредитного договора, в том числе о размере и сроке кредита, процентной ставке. Банком исполнена обязанность по предоставлению именно М. суммы кредита, которое осуществлено посредством зачисления денежных средств на ее банковский счет. Заключение кредитного договора осуществлено посредством использования мобильного телефона М. с доверенным им банку номером, который из владения М. не выбывал и на который банком высылались одноразовые пароли для заключения кредитного договора с доведением понятной информации на русском языке о предназначении пароля, кода и предупреждением о его неразглашении, производилось информирование о заключении кредитного договора, его условий и поступлении денежных средств.
Действия банка соответствовали положениям Правил ДБО, с которыми ранее согласилась М. и приняла на себя обязательства их соблюдать. С учетом подтверждения осуществляемых распорядительных действий кодами, паролями, которые были доступны только М., у банка не имелось оснований для отказа в совершении действий по заключению кредитного договора, поскольку при введении этих кодов предполагалось, что распоряжение дано уполномоченным, на котором лежит обязанность сохранять как полученные от банка коды доступа и пароли, не передавать их иным лицам, так и исключить доступ третьих лиц к своему мобильному устройству, посредством которого передаются распоряжения клиента. Указанные обстоятельства в своей совокупности подтверждают факт заключения кредитного договора от дата №.
При этом в Определении Конституционного Суда РФ от дата №-О указано, что при рассмотрении споров о телефонном мошенничестве особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков.
Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Обстоятельств недобросовестности и неосмотрительности со стороны Банка ВТБ (ПАО) не усматривается, а равно материалы дела не содержат доказательств того, что банк при заключении кредитного договора от дата года № обманывал, вводил М. в заблуждение либо знал о совершении в отношении М. третьими лицами мошеннических действий.
Таким образом, оценивая в совокупности представленные доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что исковые требования правопреемников М.- ФИО1, ФИО2 удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении иска ФИО1, ФИО2 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным отказать в полном объеме.
Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Привокзальный районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме принято 18.08.2025г.
Председательствующий С.В. Афонина