Дело № 22-1521 судья Ломакин В.В.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
3 июля 2023 года город Тула
Тульский областной суд в апелляционной инстанции в составе:
председательствующего судьи Шевелевой Л.В.,
при ведении протокола помощником судьи Абросимовой А.И.,
с участием прокурора Красниковой Ю.В.,
адвокатов Сенюшиной Н.В., Ушакова А.Г.,
осужденных ФИО15, в режиме видеоконференц-связи осужденного ФИО16,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО15, ФИО16 по апелляционным жалобам адвоката Ушакова А.Г. в защиту осужденного ФИО15, адвоката Сенюшиной Н.В. в защиту осужденного ФИО16 на приговор Киреевского районного суда Тульской области от 12 апреля 2023 года, по которому
ФИО15, <данные изъяты>, несудимый,
и
ФИО16, <данные изъяты>, несудимый,
каждый осуждены за четыре преступления по ч. 2 ст. 159 УК РФ к наказанию за каждое из четырех преступлений в виде 1 (одного) года исправительных работ с удержанием ежемесячно 15 % заработной платы в доход государства.
Они же осуждены по ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159 УК РФ каждый к 10 (десяти) месяцам исправительных работ с удержанием 15 % заработной платы в доход государства.
Каждому из осужденных за совокупность преступлений по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено 2 (два) года исправительных работ с удержанием ежемесячно 15 % заработной платы в доход государства.
Решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Шевелевой Л.В., выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
ФИО15 и ФИО16 осуждены за то, что при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах 1 сентября 2022 года в г. Липки Киреевского района Тульской области, группой лиц по предварительному сговору, действуя с распределением ролей, совершили четыре мошенничества, то есть четыре хищения чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину:
- потерпевшей ФИО1 на сумму 11500 рублей,
- потерпевшей ФИО2 на сумму 10000 рублей,
- потерпевшей ФИО3 на сумму 11200 рублей,
- потерпевшему ФИО4 на сумму 7800 рублей.
Они же осуждены за то, что 1 сентября 2022 года в городе Липки Кирееского района Тульской области, действуя группой лиц по предварительному сговору с распределением ролей, совершили покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана по признаку значительного ущерба в отношении потерпевшей ФИО5 на сумму 11700 рублей.
В апелляционной жалобе адвокат Ушаков А.Г. считает, что приговор, в нарушение ст. 14, 302 УПК РФ, построенным на предположениях, не отвечающим требованиям закона и позиции Верховного Суда Российской Федерации.
Указывает на обвинение и обстоятельства преступления, установленные в приговоре, которое находит содержащими неустановленные и недоказанные обстоятельства относительно технического состояния газового оборудования, которое заменено подзащитным в квартирах потерпевших по ценам «значительно выше» в сравнении с ценами АО «Газпром Газораспределение Тула».
При таком обвинении, в котором отсутствуют техническая и оценочная экспертизы, осуждение считает ошибочным.
Констатирует тот факт, то потерпевшие получили услуги, за которые заплати по прейскуранту, а так же по другим документам, которые представлены в уголовном деле и не содержат недостоверных сведений.
Указывает на гражданско-правовые правоотношения.
Просит приговор в отношении ФИО15 отменить.
В апелляционной жалобе адвокат Сенюшина Н.В. так же просит приговор в отношении ФИО16 отменить и уголовное дело прекратить за отсутствием в действиях её подзащитного состава преступления.
Приводит нормы уголовного, уголовно-процессуального закона, правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации.
Не согласна с юридической оценкой действий подзащитного как уголовно-наказуемых преступлений, совершенных с прямым умыслом.
Полагает, что, рекомендуя потерпевшим заменить газовые краны и шланги, её подзащитный занимался предпринимательской деятельностью, действовал не преступно, а в рамках гражданско-правовых отношений.
Находит доказанным тот факт, что потерпевшим предоставлялись услуги, которые ими же добровольно оплачивались. Сумму оплаты за услугу ущербом не считает, а все возникшие вопросы по качеству и цене закон предполагает разрешать в порядке гражданского судопроизводства.
Указывает на отсутствие признаков хищения, связанных с противоправностью, безвозмездностью, а так же причинением ущерба.
Констатирует, что каких либо доказательств, документальных подтверждений тому, что оборудование не нуждалось в замене, в деле нет.
Как на доказательства отсутствия умысла на мошенничество приводит факт наличия заявлений потерпевших о замене, договоров, актов выполненных работ, квитанций, в которых все указано без искажений.
Вопрос реальной стоимости услуги и газового оборудования органами расследования не исследовался и остался невыясненным.
Оспаривает показания свидетеля ФИО6 на предмет содержания доказательственных сведений о процедуре регистрации заявлений потерпевших о преступлении. Приводит содержание п. 23,39,40,41,42,43 «Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях», которые в настоящем деле нарушены сотрудниками, проводившими проверку.
Утверждает, что протокол осмотра от 09.09.2022 года у ФИО5 проведен ранее регистрации заявления и КУСП. Она не предупреждена об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ, а номер регистрации в протокол осмотра внесен позже.
По тем же основаниям оспаривает протоколы осмотров в квартире ФИО2, ФИО3.
Полагает, что суд необоснованно не принял доводов защиты и не дал им надлежащей оценки в приговоре.
Утверждает, что её подзащитный не совершал никаких противоправных и противозаконных действий, а добросовестно исполнил обязательства по договору об оказании услуг.
В апелляционном представлении государственный обвинитель просит исключить признак значительного ущерба по преступлению в отношении потерпевшего ФИО4, смягчить наказание, а так же смягчить наказание за совокупность преступлений.
В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО16 и адвокат Сенюшина Н.В., осужденный ФИО15 и адвокат Ушаков А.Г. доводы апелляционной жалобы поддержали, не возражая принять к рассмотрению доводы государственного обвинителя об отсутствии признака значительного ущерба.
Настаивали на гражданско- правовых правоотношениях, которые не могут быть признаны преступлениями – мошенничествами, совершенными с прямым умыслом. Ссылались на доказательства и нормы закона, находя производство предварительного расследования заказным, а приговор – построенным на предположениях без учета их позиций.
Подвергли анализу, отличному от анализа суда в приговоре, показания потерпевших на следствии и в суде, оценивая составление потерпевшими, не имеющими претензий, заявлений о возбуждении уголовного дела по указанию сотрудников правоохранительных органов.
Осужденный ФИО16 и адвокат Сенюшина сообщили о рождении <данные изъяты> у осужденного сына ФИО7.
Осужденный ФИО15 и адвокат Ушаков обратили внимание на выполнение О-вым трудовых отношений с ИП ФИО16, выполнение работ и получение за них заработной платы.
Приведенные в приговоре доказательства осужденные и адвокаты оценили не достоверными, не относимыми к делу.
Ввиду отказа в производстве технических и оценочных экспертиз считают нарушением принципа достаточности доказательств.
Настаивали на отсутствии преступления в отношении ФИО5, а так же на том, что иски потерпевшие, ввиду отсутствия к осужденным претензий, к рассмотрению не предъявляли.
Прокурор Красникова Ю.В. поддержала доводы апелляционного представления, просила исключить признак значительного ущерба у потерпевшего ФИО4, смягчить наказание, изменив приговор. Остальные доводы осужденных и адвокатов, полагая, что они являются не состоятельными, просила оставить без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований к отмене в части осуждения ФИО15 и ФИО16 за преступления, совершенные в отношении потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, но усматривает основания к изменению приговора в этой части.
В отношении потерпевшей ФИО5 суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене с прекращением уголовного дела и уголовного преследования осужденных в этой части за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159 УК РФ.
В части осуждения ФИО15 и ФИО16 по оконченным преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст. 159 УК РФ, в отношении потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3, а так же, за исключением осуждения по признаку значительного ущерба, в отношении ФИО4, приговор суда содержит описание места, времени, способа совершения доказанных преступных деяний и иных предусмотренных законом обязательных обстоятельств, отражающих объективную и субъективную стороны этих четырех преступлений.
Установленные в ходе судебного рассмотрения дела обстоятельства преступлений в этой части в приговоре отражены и отвечают критериям объективности, законности и обоснованности.
Выводы суда по четырем оконченным составам преступлений о виновности осужденных подтверждены исследованными без нарушения процедуры доказательствами, изложенными в приговоре.
Позиция осужденных, не отрицавших самих фактов событий замены газового оборудования у потерпевших, адвокатов о невиновности, судом, вопреки доводам жалоб, проверена и обоснованно отвергнута, как несостоятельная, с приведением доказательств.
Как следует из приговора, доводы осужденных и защитников о том, что предлагая потерпевшим услуги по замене газового оборудования, меняя его, осужденные осуществляли предпринимательскую деятельность, не совершали преступлений, а потерпевшие добровольно оплачивали их услуги, признаны судом способом избежать уголовной ответственности.
С таким решением суда первой инстанции по четырем оконченным преступлениям, следует согласиться.
Несмотря на непризнание, вина осужденных в преступлениях по отношению к потерпевшим ФИО1, ФИО2, ФИО3, а так же, за исключением осуждения по признаку значительного ущерба, по отношению к ФИО4 в приговоре установлена и доказана.
Что касается указанных выше четырех оконченных преступлений, суд в приговоре привел только относимые, допустимые, достоверные доказательства, не допустив нарушения принципа достаточности для постановления обвинительного приговора.
Так, суд обоснованно сослался на показания этих потерпевших, к оговору которыми осужденных, данных нет.
В своих показаниях, полученных в суде и на предварительном следствии, которые потерпевшие поддержали, они достоверно сообщили об обстоятельствах замены у них в квартирах по месту жительства газового оборудования с использованием обмана и запугивания ранее незнакомыми О-вым и ФИО16 под видом сотрудников городской газовой службы.
О том, что перед ними сотрудники городской газовой службы, со слов потерпевших, они сделали вывод, исходя из того, что ранее незнакомые ФИО15 и ФИО16 не разъясняли о своей частной предпринимательской деятельности, деятельности, а представлялись газовщиками, сотрудниками газовой службы, находились в форменной одежде, имели удостоверения, которые показывали со скоростью, исключающих в силу возраста и плохого зрения, ознакомиться подробно, составляли договоры, акты, квитанции, диктовали текст заявления, объявляли высокую цену за свою работу, которую потерпевшие, под угрозой штрафа и утечки газа, в случае отказа заменить оборудование, что являлось обманом и заблуждением, уплачивали, производя наличный расчет и передавая денгьи ФИО16, ФИО1 при пенсии 13849 рублей - 11500 рублей, ФИО2 при пенсии 20000 рублей – 10000 рублей, ФИО3 при пенсии 14000 рублей – 11200 рублей, ФИО4 при его пенсии 35000 рублей – 7800 рублей.
Указанные суммы ущерба потерпевшие оценивали переданными в результате обмана, значительным размером в соотношении с их доходом, размером пенсии и необходимыми тратами для жизнеобеспечения.
Считать, что в показаниях потерпевшей ФИО2 имеются сведения, оправдывающие осужденных, нельзя. При оглашении показаний она полностью их поддержала, уточнив, как и другие потерпевшие, обстоятельства написания заявления о привлечении к уголовной ответственности ранее незнакомых ФИО15 и ФИО16.
Суд так же привел показания свидетеля ФИО8, по преступлению в отношении мамы ФИО2, свидетеля ФИО9 по преступлению в отношении мамы ФИО3, свидетеля ФИО10 в отношении отца ФИО4 об известных им со слов родителей обстоятельствах, имеющих значение для дела, таких же, о которых сообщили сами потерпевшие.
Не доверять показаниям потерпевших суд обоснованно не усмотрел оснований. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.
Что касается показаний и допроса потерпевшего ФИО10, который, в силу возраста, изложил их так, как помнил, считать его показания недопустимым доказательством, оснований не усматривается.
Свидетель ФИО10 пояснила о том, что ее отец имеет преклонный возраст, мама- старше отца. Диагноз, болезнь <данные изъяты>, у отца не установлена, но по ее мнению выражается в том, что у него трясутся руки, а так же в том, что он имеет забывчивость.
Вместе с этим, данный свидетель подтвердил тот факт, что отцу следует напоминать о событиях, он, воспроизводя события, не фантазирует, и, относительно денежных средств, все помнит.
Потерпевший ФИО4, как это следует из протокола судебного заседания, давал показания относимо к делу, каких- либо фантазий и иных сведений, не относимых к делу, не сообщал. На вопросы он давал логичные понятные ответы.
Обстоятельства написания заявления в полицию, а так же факт передачи денег женой, как это следует из протокола судебного заседания, содержали неточности с его же оглашенными показаниями. Однако неточности в этой части не оказывают влияния на обстоятельства преступления, совершенного осужденными.
При той процедуре, которая применена при допросе потерпевшего ФИО4 с учетом показаний свидетеля ФИО10, у суда не имелось оснований, указанных в п. 4 ст. 196 УПК РФ, для производства экспертизы потерпевшему.
Отсутствия сомнений, несмотря на тремор рук и забывчивость, в способности ФИО10 воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, а так же давать по ним объективные пояснения, указывает на обоснованный вывод суда о доказательственном значении, за исключением признака значительного ущерба, показаний этого потерпевшего.
Уличая осужденных в совершенных преступлениях в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 суд привел показания начальника Липковской газовой службы филиала АО «Газпром газораспределение г. Тула», допрошенного в качестве свидетеля, ФИО11
Свидетель подтвердил, как и потерпевшие, факт заключения с организацией договоров на обслуживание газового оборудования с собственниками квартир, осмотр которых производился 1 раз в 12 месяцев, а так же по мере надобности по заявкам. Не исключая возможности работ сторонними организациями, свидетель подтвердил не только необходимость аттестации, профессиональных навыков, стажировки, но, в доказательство противоправности и незаконности, как признаков хищения, обязательное наличие инструкций по технике безопасности, аварийной службы.
Относимо к делу, в доказательство отсутствия необходимости замены газового оборудования, фигурирующего в деле, и обмана, отсутствия возможности визуального определения неисправного технического состояния кранов и шлангов и труб, свидетель подтвердил факт проверки исправного газового оборудования в квартирах потерпевших. Он указал на стоимость работ по их прейскуранту, утвержденному генеральным директором АО «Тулаоблгаз», примерно 300 рублей или 200 рублей за одну позицию, то есть « значительно ниже 12 тысяч рублей», как сообщил свидетель.
О процедуре выполнения работ по договору о замене газового оборудования, кранов и шлангов, сообщил свидетель ФИО12, подтвердив, что при выявлении неисправности и необходимости замены газового оборудования, само оборудование покупает заявитель, а он выполняет работы. Свидетель указал на обязательный плановый обход один раз в год, а так же на заявительный характер договорных отношений и отсутствие заявок на неисправность оборудования в сентябре 2022 года жителей с ул. Трудовой, Советской, Горького города Липки.
Данные показания относимы к делу как доказательство объективной стороны четырех оконченных преступлений в части отсутствия необходимости замены газового оборудования в квартире потерпевших.
В совокупности с показаниями потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, свидетелей ФИО10, ФИО9, показания свидетеля ФИО12 подтверждают возникновение вынужденного желания произвести замену газового оборудования, в этом не нуждающегося, то есть от обмана осужденных, а как следствие – причинение от преступления материального ущерба на установленные в приговоре суммы.
Суд так же обоснованно принял во внимание показания свидетеля ФИО13 о том, что с жителями Тульской области заключены договоры с АО «Газпром газораспределение Тула» на обслуживание внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, выполнять которое при наличии договора с АО «Газпром газораспределение Тула» другими организациями, исходя из специальной специфики работы, запрещено.
Со ссылкой на постановление Правительства РФ № 410 свидетель указал на необходимость информирования жилищной инспекции субъекта РФ, о производстве работ другими организациями, которые должны зарегистрироваться в жилищной инспекции, а с газораспределительной организацией, если таковой у организации, желающей производить работы, нет аварийной службы, должен заключаться договор на аварийное диспетчерское обслуживание.
Свидетель сообщил о процедуре замены газового оборудования, а так же о невозможности визуального определения неполадок, за исключениям запаха газа, как последствия неисправности, о наличии которого уголовное дело не содержит объективны данных.
По указанным выше основаниям, показания этого свидетеля так же относимы к настоящему уголовному делу. Подтверждают наличие признаков хищения, связанные с противоправностью и незаконностью изъятия у потерпевших денежных средств.
Свидетель ФИО14, начальник Киреевской районной службы ООО «Газпром межрегионгаз Тула» сообщила о процедуре допуска к работам с оборудованиями и трубами, подключенными к газораспределительной системе, только после получения инструктажа по технике безопасности аттестованными сотрудниками в специализированных учебных центрах, у которых имеются лицензии на такое обучение и аттестацию.
Сведений об инструкции по технике безопасности не содержится в показаниях самих осужденных.
Из анализа агентского договора, в котором фигурируют индивидуальный предприниматель ФИО16 и гражданин ФИО15, следует содержание прав и обязанностей Агента, не подлежащих расширительному толкованию.
По договору осужденный ФИО15 не являлся в силу профессиональных навыков и специальной аттестации, сотрудником, который должен и мог произвести техническое обслуживание, ремонт, замену газового оборудования, а так же произвести его диагностику.
Согласно установленным в деле обстоятельствам четырех преступлений работы по замене газового оборудования, в целях придания видимости гражданско- правовых отношений, во исполнение преступной роли, эти работы выполнял исключительно ФИО16, которому обстоятельства отсутствия навыков и аттестации не вменялись, но которые, по объективному мнению суда, использовались в целях обмана.
В агентском договоре не перечислены те действия, которые суд обоснованно установил и признал преступными, составившие предварительный сговор и распределение ролей в совершенных четырех хищениях чужих денежных средств с применением обмана.
По результатам состоявшегося судебного разбирательства суд пришел к обоснованному выводу о том, что четыре оконченных преступления совершены О-вым и ФИО16 по предварительному сговору, с распределением ролей, привел в приговоре этому доказательства и мотивы.
Тот факт, что преступные действия в четырех оконченных преступлениях совершены с прямым умыслом, доказан.
Об умысле свидетельствуют те умышленные действия, которые при наличии обмана, нельзя признать невиновными, и которые совершены О-вым и ФИО16 в достижение преступного результата в виде наступления материальных последствий, связанных с причинением потерпевшим от преступления ущербом, то есть с корыстной целью.
Несогласие ФИО15 с обвинением и с установленными в приговоре действиями, как преступными, его ссылка на договорные трудовые отношения с ИП ФИО16 как на работодателя, а так же ссылка на то, что он проходил соответствующее обучение и аттестацию, по указанным выше мотивам не являются основаниями для исключения указанных выше обстоятельств из приговора.
Показания потерпевших и свидетелей в этой части приговора приведены без искажений, не доверять которым, оснований нет.
О том, что показания достоверны, свидетельствуют сведения, не имеющие противоречий с показаниями и содержащиеся в протоколах осмотров квартиры ФИО1 <данные изъяты>, квартиры ФИО2 <данные изъяты>, квартиры ФИО3 <данные изъяты>, квартиры ФИО4 <данные изъяты>, в протоколах опознания ФИО15, ФИО16 потерпевшей ФИО1, ФИО16 потерпевшей ФИО3, протоколах очных ставок между потерпевшей ФИО1 и О-вым, потерпевшей ФИО2 и ФИО16.
В своих показаниях потерпевшие не согласились с доводами осужденных об уточнении частной предпринимательской деятельности, представителями которой они являлись. Убедительно с приведением мотивов возраста, плохого зрения указали на созданное О-вым и ФИО16 заблуждение относительно их принадлежности к «горгазу», а так же, опровергая показания осужденных ФИО15 и ФИО16, на то, что, заходя в квартиру, последние не сообщали о частной практике, ФИО15 проводил только визуальный осмотр и запугивал последствиями утечки газа и взрыва, в случае отказа заменить краны и шланги.
Потерпевшие, а поэтому и суд, оценили данные действия обманом, который выявили после передачи ФИО16 денежных средств и после ухода из квартиры осужденных.
Потерпевшие так же сообщали о договорных отношениях с АО «Газпром газораспределение Тула» на техническое обслуживание и ремонт, а так же диагностику газового оборудования, расположенного внутри квартиры, которое проверялось последними и никаких недостатков не выявлялось.
Суд обоснованно по оконченным четырем преступлениям в качестве доказательств привел заявления потерпевших, прайс-листы, договоры, акты, квитанции, оформленные как прикрытие совершенных преступлений, из совокупности которых усматриваются правильно установленные дата, место, способ и другие обстоятельств преступлений, а так же суммы причиненного ущерба.
Письменные доказательства в виде заявлений, договоров на выполнение разовой услуги по замене газового оборудования, актов выполненных работ, квитанций, прайс-листа, составленного ФИО16 без какого- либо анализа неоправданного удорожания услуг с указанием сумм, а так же в виде уведомления ФИО16 заместителя начальника полиции ФИО6 о предпринимательской деятельности на территории г. Липки, считать оправдывающими действия осужденных, оснований нет.
Данные доказательства использованы в преступлении для обмана, облегчения доступа к денежным средствам потерпевших в достижение корыстного результата.
В объективную сторону мошенничества суд, исходя из приведенных в приговоре и указанных выше доказательств, обоснованно отнес установленные им факты того, что потерпевшие фактически не нуждались в установке, либо замене того газового оборудования, которое заменено осужденными..
Судом правильно установлен способ совершения преступления путем обмана, который заключался в формировании у потерпевших ложного мнения о необходимости и обязанности замены или установки нового газового оборудования, его составных частей.
Формирование у потерпевших ложного представления обеспечивалось поведением осужденных в квартире, визуальным осмотром оборудования для придания видимости и придания достоверности словам о возможной утечке газа и взрыве, а так же убеждением в этом при демонстрации удостоверений, в которых отчетливо отражалось название «Горгаз», спецодежды, схожей со спецодеждой сотрудников Липковской городской газовой службы.
Кроме показаний потерпевших и свидетелей об отсутствии необходимости замены газового оборудования, запаха газа в их квартирах, наличии договоров на техническое обслуживание газового оборудования с газораспределительной организацией Тульской области, о преступном умысле совершения хищения с использованием обмана указывают акты осмотра технического состояния газоиспользующего оборудования в квартире ФИО1 от 28.03.2022 года, у ФИО2 от 17.08.2021 года, ФИО3 от 30.03.2022 года, ФИО4 от 01.02. 2022 года, согласно которым необходимость замены приборов, отключающих устройств, соединительных шлангов отсутствовала, то есть это оборудование, которое убрали осужденные, являлось исправным.
Считать, что при таких доказательствах следовало бы назначить и провести техническую экспертизу замененному оборудованию на предмет его исправности, оснований нет.
По делу следует, замененные предметы частично утрачены. По другим изъятым предметам истекло значительно время.
К тому же в этой части принцип достаточности достоверных, относимых, допустимых доказательств не нарушен.
Ссылка осужденных и адвокатов на тот факт, что произведена замена шлангов, кранов и труб с истекшим сроком эксплуатации, как на доказывающую необходимость их замены, при указанных выше доказательствах, не состоятельна.
Материалы уголовного дела таких сведений об истечении срока эксплуатации не содержат.
Сам ФИО15 не отрицал только визуального осмотра оборудования.
Согласно показаниям потерпевших, замена произведена в связи с их запугиванием и обманом.
У осужденных ФИО16 и ФИО15 не имелось законного права на оказание работ и услуг по поддержанию внутриквартирного газового оборудования, его составных частей в техническом состоянии, соответствующем предъявляемым к нему нормативным требованиям, по определению технического состояния и неисправностей, возможности для его дальнейшего использования, при отсутствии на территории Тульской области аварийной службы или договора с таковой, а так же при отсутствии уведомления о производстве работ на территории Тульской области.
Согласиться с доводами об отсутствии в совершенных действиях осужденными признаков мошенничества, в числе которых обман потерпевших, наличии предпринимательской деятельности, оснований не установлено.
Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 14 мая 2013 года № 410, между потребителем газа и газовой компанией должен заключаться договор на техническое обслуживание с оказанием услуг в рамках данного договора.
Те договоры на выполнение услуг, которые составлялись осужденными в день совершения преступлений для придания видимости законности действий, исходя из правовой природы разового характера и обстоятельств их заключения под обманом, не являются теми гражданско-правовыми договорами, о которых идет речь в вышеуказанном Постановлении Правительства РФ.
Законные договоры заключены потерпевшими с газовыми службами, имеющими право на проверку газового оборудования, производство работ по его установке, замене, и приобщены к делу.
Осужденный ФИО16, несмотря на государственную регистрацию частным предпринимателем, осведомлялся о выполнении п. 6 ФНП № 531, федеральных законов и подзаконных актов о необходимости выполнения комплекса мероприятий, независимо от организационно-правовой формы, включая наличие аварийно-диспетчерской службы или заключение договора с такой службой.
В деле содержатся исчерпывающие сведения о том, что ФИО16, несмотря на его организационно-правовую форму индивидуального предпринимателя, обязан соблюдать федеральные законы, другие подзаконные акты.
В силу п. 5(9) Постановления Правительства РФ от 16.07.2009 года № 584 в ред. от 12.11. 2018, 23.09.2017 года и п. 88 приложения № 1 к нему «Об уведомительном порядке начала осуществления отдельных видов предпринимательской деятельности», ФИО16, без исключения, обязывался представить уведомление в органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, уполномоченных на осуществление государственного жилищного контроля (жилищную инспекцию Тульской области).
Согласно указанному приложению работы и услуги по поддержанию внутридомового и внутриквартирного газового оборудования в техническом состоянии, соответствующем предъявляемым к нему нормативным требованиям, по определению технического состояния оборудования, либо его составных частей, поиска и определения неисправностей оборудования, а также по определению возможности его дальнейшего использования, носят обязательный характер уведомления по процедуре, установленном постановлением Правительства РФ.
ФИО16 жилищную инспекцию Тульской области о производстве работ не уведомлял, аварийной службы не имел, договора с таковой не заключал.
Ссылка на круглосуточную телефонную службу, а так же на то, что осужденные могли выполнять работы по замене газовых кранов и без уведомлений, не указывает на её состоятельность.
Замена газовых кранов и шлангов, а так же другие, установленные в приговоре, работ являлась непосредственными контактами с газовым оборудованием, частью газовой системы, как указал свидетель ФИО11.
Считать, что работы по замене газового оборудования, которые совершены осужденными, не включены в перечень п. 88 указанного выше постановления Правительства РФ, является незаконным.
Несмотря на то, что работы по замене газового оборудования выполнены осужденными, признак безвозмездности усматривается в вынужденном, под обманом, согласии потерпевших, на замену частей газового оборудования, фактически не требующего замены.
Отсутствие гражданских исков оправдывающим фактом не является. Добровольность желания потерпевших, в данном случае, является их правом, а не обязанностью следователя, либо суда требовать исполнения данного права.
Таким образом, признаки хищения путем обмана, с корыстной целью, а так же такие, как противоправное незаконное безвозмездное изъятие чужого имущества доказаны с достаточной полнотой.
Исходя из установленных фактических обстоятельств четырех оконченных преступлений, замена газового оборудования не требовалась. Действия по замене явились для потерпевших вынужденными событиями в результате их обмана.
Назначение экспертизы для оценки проделанной работы, проведенной, как установлено в приговоре, для придания преступлениям видимости гражданско- правовых отношений, не требовалась, как не требовался, ввиду вынужденности, учет стоимости поставленных потерпевшим, взамен других, предметов.
Состав четырех оконченных преступлений исходит не из качества и стоимости выполненных работ, а из их выполнения осужденными под обманом вынужденной для потерпевших замены газового оборудования, не нуждающегося в этом, то есть с причинением ущерба потерпевшим.
Суд обоснованно отказал в производстве такой экспертизы, что прав участников процесса не нарушает, как не нарушает принципа достаточности относимых, допустимых, достоверных доказательств.
Доказана сумма причиненного ущерба, обоснованно оцененная судом у потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3 значительным размером ущерба, исходя из подтвержденного по делу размера пенсионного обеспечения, о чем суд указал в приговоре.
Решение суда в этой части соотносится с примечаниями 2 к статье 158 УК РФ об обязательном условии превышении ущерба 5000 рублей.
Согласиться с тем, что при пенсионном ежемесячном обеспечении 35000 рублей сумма ущерба 7800 рубля для ФИО4 является значительным размером ущерба, нельзя.
Суд первой инстанции не привел этому убедительных мотивов. Данный признак полежит исключению из обвинения осужденных, что является основанием к смягчению назначенного им наказания за данное преступление.
Объективных данных, которые бы при постановлении приговора по четырем оконченным преступлениям, за исключением данных о размере пенсионного обеспечения потерпевшего ФИО4, остались без внимания суда и свидетельствовали бы о допущенной судом ошибке, предопределяющей исход дела, либо существенно нарушившей права и законные интересы участников процесса, не усматривается.
Существенных нарушений положений ст. 75 УПК РФ при получении доказательств, их фиксировании и приобщению к делу, не выявлено.
Доводам адвоката о незаконности протоколов осмотров мест происшествия судом дана мотивированная оценка.
Доводы о наличии других граждан, у которых проведены работы, но которые не установлены и не признаны потерпевшими, как об оправдывающих осужденных, таковыми не являются.
Дело рассмотрено судом в соответствии со ст. 252 УПК РФ. В этих же пределах оно проверено судом апелляционной инстанции.
То, что данная судом оценка исследованным доказательствам по четырем оконченным преступлениям не совпадает с позицией стороны защиты и осужденных, не свидетельствует о нарушениях норм уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.
Как следует из протокола судебного заседания, суд, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил принцип состязательности, рассмотрел заявленные ходатайства, процедуры исследования доказательств, в том числе оглашением первичных показания потерпевших с учетом наличия неточностей для причин их выяснения и устранения, не нарушил.
Исключение из осуждения по преступлению в отношении ФИО4 признака значительного ущерба не является основанием для изменения квалификации по ч. 2 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору.
По трем преступлениям в отношении потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3 как три самостоятельных мошенничества, то есть три хищения чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба по трем ч. 2 ст. 159 УК РФ квалифицированы правильно.
Оснований для оправдания осужденных в этой части, освобождения их от уголовной ответственности не выявлено.
Что же касается осуждения ФИО15 и ФИО16 за покушение на мошенничество, то есть за покушение на хищение чужого имущества путем обмана, по предварительному сговору группой лиц, в значительном размере в отношении потерпевшей ФИО5, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о незаконности и необоснованности приговора суда в этой части.
Как следует из предъявленного обвинения и приговора ( л.д. 38-39 том 7) все совершенные ФИО15 действия по подысканию потерпевшей ФИО5, производству визуального осмотра газового оборудования, предоставлению ложной информации о необходимости замены за 11700 рублей газового оборудования ввиду неисправности, подачи сигнала по рации ФИО16, оценены органами расследования и установлены судом, как вступление ФИО15 и ФИО16 в преступный сговор для наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда потерпевшей путем обмана.
По делу ФИО16 квартиру ФИО5 не посещал, никаких действий по замене не предпринимал, а ФИО15 покинул квартиру ввиду отказа потерпевшей от оплаты предлагаемых услуг.
Все обвинение в преступлении и сами фактические данные, указанные судом, установлены судом как действия, не доведенные до конца по независящим от осужденных обстоятельствам, то есть покушением на мошенничество.
Вместе с тем, приговор не содержит никаких мотивов относительно вывода о доказанности стадии покушения и квалификации действий осужденных.
Не содержится исчерпывающих сведений о покушении и в приведенных в приговоре доказательствах.
Осуждая ФИО15 и ФИО16 по ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159 УК РФ, суд оставил без внимания выдвинутое обвинение, в котором все совершенные действия, являются предварительным сговором на преступление.
Однако, сговор на совершение преступления, либо умышленное создание условий для совершения преступления (подыскание потерпевшей, сообщение ложной информации, указание суммы) в силу ч. 1 ст. 30 УК РФ являются стадией приготовления при недоведении преступления до конца по независящим от лица обстоятельствам.
Непринятие судом во внимание выдвинутого обвинения в сопоставлении с положениями ч. 1 ст. 30, ч 2 ст. 30 УК РФ, в соответствии с которыми уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо-тяжкому преступлению, повлекло необоснованность осуждения ФИО15 и ФИО16 в этой части. Состав ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159 УК РФ, в котором указан только преступный сговор на преступление, осужденным не вменен, в их действиях отсутствует.
Обвинительный приговор в этой части подлежит отмене, уголовное дело и уголовное преследование ФИО15 и ФИО16 по преступлению в отношении ФИО5 следует прекратить за отсутствием состава преступления с признанием за ними права на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ.
Озвученные в судебном заседании сведения о рождении у ФИО16 малолетнего сына ФИО7 <данные изъяты> года, несмотря на то, что свидетельство о рождении не представлено, сомнений не вызывают.
К такому выводу суд апелляционный инстанции приходит на основании выписки из эпикризов о беременности жены осужденного на момент следствия и постановления приговора судом первой инстанции.
Наличие малолетнего ребенка прямо предусмотрено смягчающим обстоятельством при назначении наказания, на что указывается в п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а значит полежит обязательному учету.
На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о признании смягчающим наказание осужденному ФИО16 наличие малолетнего ребенка по всем четырем преступлениям, а в этой связи, к смягчению наказания.
Другие смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, в приговоре учтены.
Оснований для изменения категории преступления, а так же для условного осуждения не имеется.
Правила ст. 69 ч. 2 УК РФ применены без нарушений. Вместе с этим, наказание по указанным мотивам внесения в приговор изменений и отмены осуждения за покушение на мошенничество, подлежит назначению в меньшем размере, чем назначил суд первой инстанции.
Руководствуясь ст. 38915, 38928, 389 33, 38935 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
приговор Киреевского районного суда Тульской области от 12 апреля 2023 года в отношении ФИО15 и ФИО16 по ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159 УК РФ с назначением каждому наказания в виде 10 (десяти) месяцев исправительных работ с удержанием ежемесячно 15 % заработной платы отменить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава данного преступления. Уголовное дело и уголовное преследование ФИО15 и ФИО16 в этой части прекратить, признав за каждым из них право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ.
Этот же приговор в отношении ФИО15 и ФИО16 изменить.
Признать смягчающим наказание осужденному ФИО16 на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ по четырем преступлениям наличие малолетнего ребенка ФИО7, <данные изъяты> года рождения.
По преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 159 УК РФ, связанному с причинением материального ущерба потерпевшему ФИО4, исключить из осуждения каждого признак причинения значительного ущерба,
осужденному ФИО15 по ч. 2 ст. 159 УК РФ, а так же осужденному ФИО16, с учетом ему же наличия малолетнего ребенка, наказание смягчить, назначив каждому за данное преступление по 10 (десять) месяцев исправительных работ с ежемесячным удержанием 15 % заработной платы в доход государства,
осужденному ФИО16 за каждое из остальных трех преступлений по трем ч. 2 ст. 159 УК РФ наказание смягчить до 10 (десяти) месяцев лишения свободы с ежемесячным удержанием 15 % заработной платы в доход государства.
По совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО15 и ФИО16, каждому из них, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ назначить наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев исправительных работ с ежемесячным удержанием 15 % заработной платы в доход государства.
В остальной части приговор оставить без изменений, апелляционные жалобы адвокатов – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.
Осужденные вправе заявить ходатайство о своем участии, участии защитников в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий судья: