Решение по делу № 2А-568/2025 от 24.06.2025 | Ирбитский районный суд (Свердловская область)

Мотивированное решение изготовлено 24.06.2025.

УИД: 66RS0001-01-2025-000442-27

Дело № 2а-568/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10.06.2025 г. Ирбит

Ирбитский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Саламбаевой Ю.А.,

при секретаре судебного заседания Модиной Н.Л.,

с участием прокурора Чернавина Н.Ю.,

представителя административных ответчиков - ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО2 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению здравоохранения Федеральной службы исполнения наказаний «Медико-санитарная часть № 66» о признании незаконными действия (бездействия), взыскании компенсации морального вреда, за ненадлежащие условия содержания под стражей,

установил:

ФИО2 обратился с указанным административным иском, указав, что в период с 2012 по 2015 год во время предварительного следствия и суда был задержан и помещен под стражу в ФКУ СИЗО – 2 ГУФСИН России по Свердловской области. В указанный период содержания под стражей незаконными действиями администрации ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области его здоровью причинен существенный вред здоровью в виде заболевания: <данные изъяты>. Установлен диагноз: <адрес>. Незаконные действия ответчиков выразились в предоставлении ФИО2 антисанитарных условий пребывания в следственном изоляторе не отвечающих требованиям безопасности, создающих угрозу приобретения инфекционных заболеваний. Он был помещен в общую камеру с антисанитарными условиями(непроветриваемое помещение, ползающие насекомые, грязные стены и полы, покрытые трещинами), где помимо этого содержались лица больные <данные изъяты>. На протяжении всего периода пребывания в течение 2 лет, содержался в камере №22 с одними заключенными и постоянно подвергался высокому риску заразиться инфекционным заболеванием. По прибытию в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области ему было проведено обследование, по результатам которого он - здоров. За время пребывания в учреждении истец несколько раз проходил обследование, по результатам которых был здоров. С 26.09.2014 по 04.10.2014 находился на лечении в МЧ-2 ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России, с 09.10.2014 по 27.01.2014 находился на лечении в ЛИУ-51 с диагнозом: <данные изъяты>. В процессе лечения ФИО2 принимал препараты которые имеют побочные эффекты, что также повлияло на здоровье ФИО2 В виду надлежащего контроля со стороны администрации ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области за техническим состоянием помещений, соответствующим всем нормам санитарных и противоэпидемических правил, а так же за состоянием здоровья лиц, находящихся в камерах предварительного заключения, им было получено опасное заболевание. Понимая, что заболевание несет смертельную опасность для его жизни, это оставило отпечаток на его психоэмоциональном состоянии. Он испытывает постоянные страдания, из-за осознания уменьшения продолжительности жизни, нарушения ее комфорта и качества, возникновения острой необходимости в медицинской помощи, последующем уходе за тяжело больным вызывают у ФИО2 чувства постоянной тревоги и безысходности. Бездействиями ответчика ему причинены нравственные физические страдания, просил взыскать с ГУФСИН по Свердловской области компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. (том 1 л.д. 4-5).

В ходе рассмотрения дела протокольными определениями к участию в деле в качестве административного ответчика привлечены ФКУ СИЗО- 2 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ФКУЗ ФСИН «Медико-санитарная часть № 66», в качестве заинтересованного лица привлечены Управление федерального казначейства по Свердловской области.

В судебном заседании представитель административных ответчиков (ФКУ СИЗО № 2 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН по Свердловской области, ФСИН России) ФИО1 просила в удовлетворении административного иска отказать. Указала, что в период содержания ФИО2 в учреждении нарушений его прав допущено не было. ФИО2 содержался с 09.08.2012 по 04.10.2014 года в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области. После выявления у него заболевания он 04.10.2014 этапирован для прохождения лечения в ФКУ ИК-51 ГУФСИН России по Свердловской области. Вся необходимая медицинская помощь ему была оказана. Согласно справке отдела режима и надзора, копию камерной карточки, а также информации о камерах, в которых отбывал наказание предоставить не представляется возможным, в связи с истечением срока архивного хранения. Также, в соответствии с нормативно-правовыми актами, регламентирующих работу СИЗО они не предполагают сбор и хранение информации о совместном содержании в камерах подозреваемых, обвиняемых и осужденных. В камерах имеется вытяжная вентиляция с естественным пробуждением, путем проведения проветривания через окна камер, кроме того, для лучшей вентиляции воздуха над дверными проемами камера оборудована вытяжным вентиляционным отверстием, огражденной металлической решеткой. В органы Прокуратуры ФИО2 не обращался в период содержания в СИЗО-2. Поскольку нарушений со стороны администрации ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области не имеется, в удовлетворении требований истца просила отказать.

Заслушанная в качестве специалиста в фельдшер филиала ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН ФИО3 пояснила, что заболевание <данные изъяты> содержится в каждом человеке, может быть активна от нескольких месяцев до нескольких лет, то есть ее пробуждению может послужить какое-то ослабление иммунитета, стрессовая ситуация, курение, неправильное питание, то есть возникновение заболевания может привести к разным последствиям. Показаний о том, что ФИО2 заразился именно в СИЗО-2 нет. При выявлении заболевания <данные изъяты> пациент изолируется в отдельную палату, он не содержится в общей массе и ФИО2, находясь в СИЗО-2 не мог содержаться вместе с <данные изъяты>, если бы у него был контакт с <данные изъяты>, то он был бы взят на диспансерный учет, как контактное лицо, данных об этом не имеется. ФИО2 не обращался на прием, после того как у него выявили <данные изъяты>, ему назначено лечение, он изолирован в отдельную камеру, затем этапирован 04.10.2014 для прохождения лечения.

Из отзыва ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России по Свердловской области следует аналогичная информация, согласно которой первичный медицинский осмотр проводится в кратчайшие сроки до направления прибывших подозреваемых, обвиняемых и осужденных в общие камеры. Все лица с предварительно установленным диагнозом <данные изъяты>, незамедлительно переводятся в изоляторы медицинских частей, то есть осуществляется разобщение со здоровыми лицами, с последующей госпитализацией в стационар <данные изъяты>. Указали, что обращений от административного истца за время его содержания в учреждении не зарегистрировано, в случае нарушения его прав он не был лишен права обратиться с заявлениями к администрации учреждения, контрольным и судебным органам, обращения по личным вопросам к руководителю учреждения. С учетом того, что с требованиями административный истец обратился по истечение 10 лет, просили в удовлетворении исковых требований отказать (том 1 л.д. 139-141).

В соответствии с ч. 6 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие административного истца ФИО2, в возражениях поддержавшего заявленные требования, указавшего на то, что им не пропущен срок обращения за защитой своих прав, просившего признать причинно-следственную связь между полученным им заболеванием и условиями содержания в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области(л.д.42-43), его представителя ФИО4, представителя административного ответчика ФКУЗ ФСИН «Медико-санитарная часть № 66», представителей заинтересованных лиц Министерства финансов Российской Федерации, Управления федерального казначейства по Свердловской области, в возражениях просивших в удовлетворении требований ФИО2 отказать в полном объеме(л.д.127-140), о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом, причина неявки не известна.

Заслушав доводы сторон, пояснения специалиста, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив доказательства в своей совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основываются на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

Частями 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Согласно части 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения (часть 5).

В силу п. 1, 3 Приложения 1 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189 (действовавших на момент рассматриваемых событий) подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах, обязаны, в том числе: соблюдать порядок содержания под стражей, установленный Федеральным законом от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы; выполнять законные требования администрации СИЗО. Подозреваемым и обвиняемым запрещается, в том числе: вести переговоры, осуществлять передачу каких-либо предметов лицам, содержащимся в других камерах или иных помещениях СИЗО, перестукиваться или переписываться с ними.

Согласно ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Для правильного разрешения вопроса о размере компенсации за нарушение условий содержания под стражей судам необходимо учитывать в совокупности характер выявленных нарушений условий содержания, их продолжительность, какие последствия они повлекли именно для административного истца с учетом его индивидуальных особенностей (например, возраст, состояние здоровья), были ли они восполнены каким-либо иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц, возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания").

В свою очередь на административном истце в силу положений подп. 1, 2 ч. 9, ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лежит обязанность доказать нарушение его прав, свобод и законных интересов.

Судом установлено следующее.

Согласно справке ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 09.08.2012 по 04.10.2014(л.д.96).

Согласно справки, карточки формы № 1 следует, что ФИО5 содержался в ФКУ СИЗО-2 в период с 09.08.2012 по 04.10.2014 в камерах №№ 14к,31,39,32,23,32,22,53,27,43,63.(л.д.112-113).

В Генеральную прокуратуру Российской Федерации, нижестоящим прокурорам заявления от ФИО2, в том числе на ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области не поступали (л.д.101-102).

Согласно акта №5 о выделении к уничтожению дел и журналов ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области журнал регистрации жалоб и заявлений сотрудников и граждан, поступающих в СИЗО-2, -уничтожены(л.д.91-95).

По этим причинам невозможно установить обращался ли административный истец с заявлениями на возможные нарушения его прав при нахождении в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области в спорные периоды времени по объективным причинам, в связи с уничтожением документов по истечении сроков хранения в силу закона.

Данный срок хранения журналов/книг количественной проверки подозреваемых, обвиняемых и осуждённых совпадает со сроком хранения таких журналов /книг, установленных Приказом ФСИН России № 373 от 21.07.2014 года (ст. 1290 перечня документов, образующихся в деятельности службы исполнения наказания, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказом ФСИН от 21.07.2014 № 373), действующего в настоящее время.

Именно не обращение истца ФИО2 в суд за защитой нарушенных прав в течение столь длительного периода привело к невозможности исследования судом юридических значимых обстоятельств и доказательств, вследствие уничтожения необходимых документов по истечении срока хранения.

К моменту обращения административного истца с требованиями о нарушении условий содержания документы, которые могли быть предметом исследования и оценки утрачены в связи с исполнением требований ведомственных нормативных актов относительно срока их хранения. Административный ответчик был тем самым лишён возможности предоставить в обоснование своей позиции доказательства своих возражений. Административный истец, в свою очередь, в подтверждение факта несоблюдения в отношении него требований действующего законодательства, на конкретные доказательства не ссылался и не предоставил.

Доводы истца ФИО2 о допущенных со стороны административного ответчика незаконных действий (бездействие) связанных с организацией ненадлежащих условий содержания под стражей, необеспечением истца минимальными нормами материально-бытового и санитарно-гигиенического обеспечения, нарушения нормой санитарной площади в вышеуказанный период времени, суд отклоняет как необоснованные.

Согласно справки заместителя начальника учреждения ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области следует, что в период содержания ФИО2 в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области он был обеспечен индивидуальным спальным местом, организованы надлежащие условия содержания осужденного(л.д.112).

Как следует из справки заместителя начальника учреждения от 16.04.2025 в соответствии с п.14.13 СП 101-2001 «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем» в камерах осуществлялась и осуществляется приточно-вытяжная вентиляция с естественным побуждением, путем проветривания через окна камеры. Камерные помещения оборудованы вентиляционным проемом (отдушиной) над входными дверями, очищение которого осуществлялось регулярно. Камеры оборудованы кроватями по количеству спальных мест, столом, шкафом для хранения продуктов питания, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, зеркалом, вмонтированным в стену, розеткой для подключения бытовых приборов, бачком для питьевой воды, подставкой под бак для воды, тазом для стирки, радиоприемником для вещания общегосударственных программ, урной для мусора,, столом со скамейкой, светильниками дневного и ночного освещения, вызывной сигнализацией, раковиной, санитарным узлом с унитазом. Также во всех камерах имеется уборочный инвентарь: веник, совок, бак для мытья полов(л.д.112).

Согласно приложенных медицинских документов усматривается, что при поступлении в учреждение ФИО2 прошел флюорографическое обследование 13.08.2012, по результатам которого в легких ФИО2 не выявлено изменений(л.д.10).

25.09.2014 ФИО2 прошел очередное флюорографическое обследование, установлен диагноз <данные изъяты>(л.д.10).

После установленного диагноза осужденный ФИО2 административным ответчиком ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России незамедлительно был изолирован и направлен на лечение в ОТБ-6 ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России.

Из справки филиала ОТБ-6 ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России следует, что в период с 09.10.2014 по 21.01.2015 ФИО2 находился на стационарном лечении в филиале ОТБ-6 ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России с диагнозом <данные изъяты>. <данные изъяты>, а также с 31.03.2015 по 06.07.2015 с диагнозом <данные изъяты> 06.07.2015 переведен на амбулаторное лечение в здравпункт ЛИУ-51, что также подтверждается выписными эпикризами представленными административным истцом(л.д.16-18), с 19.08.2016 этапирован в ФКУ ИК-53(л.д.100-оборот).

Согласно справке заместителя начальника ОБ-4 ФИО6 ФИО2 находился на лечении в ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России ОБ-4 п. Сосьва в терапевтическом отделении с 18.02.2017 по 26.06.2017, врачом фтизиатром диагностировано клиническое излечение <данные изъяты>. Диагноз <данные изъяты> не установлен(л.д.19).

Согласно ответа ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России от 12.02.2025 ФИО2 в 2017 году освободился из ФКУ ЛИУ-23 ГУФСИН России по Свердловской области. Медицинскую карту ФИО2 не представляется возможным направить, в виду произошедшего в учреждении пожара 25.04.2023(л.д.35).

Таким образом, суду не представлено доказательств того, что вследствие действий, бездействий должностных лиц ответчиков состояние здоровья ФИО2 ухудшилось, причинен вред здоровью, были получены нравственные и физические страдания.

ФИО2 перечислив допущенные, по его мнению, ничем им не подтвержденные кроме его письменных пояснений многочисленные факты нарушений условий его содержания под стражей в обозначенный период в ФКУ СИЗО-2, фактически уклонился от доказывания обстоятельств, подтверждающих причинение ему физических и нравственных страданий, а также заявленной суммы компенсации -1 000 000 руб. Обратившись в суд с административным исковым заявлением, связанным с нарушением условий его содержании под стражей в период 2012-2015 года, лишь по истечении более 12 лет, не указал, чем была обусловлена пассивность такого поведения, почему он не обращался в органы государственной власти и учреждения по вопросу ненадлежащих условий в период нахождения в названном учреждении. При этом, как следует из пояснений административных ответчиков часть необходимых документов, отражающих условия содержания административного истца в спорные периоды, не сохранилась в связи с их уничтожением по истечении установленного срока хранения, который определен нормативными правовыми актами и является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий. Обратившись в суд с административным иском по истечении столь значительного промежутка времени после событий, с которыми ФИО2 связывает причинение ему нравственных и физических страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда, он сам способствовал созданию ситуации затруднительности сбора доказательств по настоящему делу, что не свидетельствует о добросовестности его действий.

Доказательств необеспечения надлежащими условиями содержания, нарушения прав административного истца такими условиями, причинно-следственной связи между оспариваемыми условиями и причиненными ему страданиями в материалах дела не имеется.

Представителем административных ответчиков заявлено о пропуске административным истцом срока на обращение в суд и отсутствие уважительных причин для его восстановления.

Из административного искового заявления, а также пояснений административного истца следует, что требования им заявлены в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

Пропущенный по указанной в части 6 приведенной статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено данным кодексом (часть 7).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Суд принимает во внимание, что административный истец освобожден из мест лишения свободы 29.06.2017, вместе с тем в суд с указанным административным исковым заявлением обратился только в 2025 году, то есть спустя более 10 лет после прекращения указанных нарушений. При этом из материалов дела следует, что об указанных нарушениях условий содержания, по мнению ФИО2, ему было достоверно известно в период содержания в следственном изоляторе. Осознание административным истцом факта нарушения его прав и законных интересов не может ставиться в зависимость от сообщения ему об этом другими осужденными. Не может быть также и принят довод об отсутствии юридического образования у ФИО2

При таких обстоятельствах, исходя из положений части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47, в силу которых срок на обращение в суд начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях, суд приходит к выводу о несоблюдении административным истцом срока на обращение в суд с требованиями о компенсации за нарушение условий содержания в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. Доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока обращения в суд, препятствовавших своевременной подаче административного искового заявления, в том числе в период после освобождения из мест лишения свободы, административный истец не представил.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований административного истца о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе по причине пропуска срока на обращение в суд и отсутствием оснований для его восстановления, что в силу положений части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований. Столь длительное необращение ФИО2 в суд свидетельствует о незначительности его переживаний и об отсутствии правовой заинтересованности у самого административного истца в сложившейся ситуации и защите своих прав. В рассматриваемом случае отбывание административным истцом наказания в виде лишения свободы не является непрерывным, а период, за который он просит присудить ему компенсацию за нарушение условий содержания под стражей, предшествовал его освобождению из мест лишения свободы.

Во исполнение положений статей 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 год N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", административным истцом не было представлено в суд достаточных и допустимых доказательств в обоснование заявленных требований, то есть административным истцом не доказан факт причинения морального вреда (физических страданий) в результате умышленных действий (бездействий) ответчиков. В целом условия содержания административного истца в следственном изоляторе не подвергли его душевному страданию или трудностям, интенсивность которых превышает неизбежный уровень страданий, присущий содержанию под стражей. Оснований полагать, что здоровье и благополучие административного истца в период содержания в учреждении не были адекватно защищены, у суда не имеется.

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177-179, п. 2 ч. 2 ст. 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административные исковые требования ФИО2 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению здравоохранения Федеральной службы исполнения наказаний «Медико-санитарная часть № 66» о признании незаконными действия (бездействия), взыскании компенсации морального вреда, за ненадлежащие условия содержания под стражей, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, путем подачи жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.

Председательствующий (подпись)