77RS0001-01-2020-011503-51
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 июня 2022 года г. Москва
Бабушкинский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Меркушовой А.С., при секретаре Луниной Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к несовершеннолетней ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении квартиры в состав наследственной массы,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к несовершеннолетней ФИО4 в лице законного представителя ФИО3 и просит: признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ***, кадастровый № ***, заключенный 21 февраля 2019 года *** и ФИО2 в лице ее законного представителя ФИО3 и применить последствия недействительности сделки; включить квартиру, расположенную по адресу: *** в наследственную массу после смерти наследодателя ***, умершего *** года.
ФИО1 мотивирует свои исковые требования тем, что *** года умер отец истца – ***. На день смерти он был зарегистрирован по адресу: ***, проживал совместно с ФИО3 и несовершеннолетней дочерью – ФИО2, по адресу: ***. Наследниками первой очереди по закону являются его дети: ФИО1, ФИО5, ФИО2, *** года рождения. На день смерти ***, ему на праве собственности принадлежала квартира, в которой он фактически проживал, расположенная по адресу: ***. Истец обратилась к нотариусу г. Москвы ФИО6 с заявлением о принятии наследства, на основании которого было открыто наследственное дело № ***. 15 июля 2020 года, по сведениям полученным от нотариуса ФИО6 истцу стало известно, что 21 февраля 2019 года в Росреестре был зарегистрирован переход права собственности на вышеуказанную квартиру к ФИО2 на основании договора дарения квартиры, регистрационный № ***. Однако истец указывает, что на момент подписания договора дарения *** страдал психическим расстройством, имел ряд заболеваний, не мог руководить своими действиями и не понимал их значения.
Представитель истца ФИО7 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить.
Ответчик ФИО3, представляющая интересы несовершеннолетней ФИО2 и ее представитель ФИО8 в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать.
Представители третьих лиц Управления Росреестра по Москве, нотариуса г. Москвы ФИО6, ОСЗН Лосиноостровского района СВАО г. Москвы, третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела.
Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в определении от 22.03.2011 года № 435-О-О, статья 167 ГПК РФ предусматривает обязанность суда отложить разбирательство дела в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, а также в случае неявки лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, при признании причин их неявки уважительными. Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа фактических обстоятельств, поскольку предусмотреть все причины неявки, которые могут быть отнесены к числу уважительных, в виде исчерпывающего перечня в законе не представляется возможным. Данное полномочие суда, как и закрепленное ст. 118 ГПК РФ право суда считать лицо в упомянутом в ней случае надлежаще извещенным вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; лишение суда этих полномочий приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом.
Исходя из изложенного, принимая во внимание то, что реализация участниками гражданского процесса своих прав не должна нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, суд, в соответствии со ст. 118 ч. 3, 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие надлежаще извещенных лиц, по имеющимся в материалах дела письменным доказательствам.
Суд, выслушав лиц участвующих в деле, допросив свидетеля ФИО9, исследовав в судебном заседании письменные материалы дела, считает иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Исходя из положений пунктов 1 и 2 статей 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Собственник по своему усмотрению вправе совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.
В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим кодексом, в силу признания ее таковой судом, либо независимо от такого признания.
Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Частью третьей указанной статьи установлено, что если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.
В судебном заседании установлено, что на основании свидетельства о смерти *** умер *** года, о чем *** года составлена запись акта о смерти № ***, *** Орган ЗАГС Москвы № 116 МФЦ предоставления государственных услуг района Дорогомилова.
В соответствии со свидетельством о рождении ФИО10 родилась ДД.ММ.ГГГГ года, ее родителями указаны: отец – ***, мать – ФИО2, о чем в книге регистрации актов о рождении 16 ноября 1994 года произведена запись за № *** Бабушкинским отделом ЗАГС г. Москвы.
В соответствии со свидетельством о заключении брака ФИО11 и ФИО10 заключили брак 27 апреля 2018 года, после заключения брака жене присвоена фамилия – ФИО12, о чем 27 апреля 2018 года составлена запись акта о заключении брака № *** Вернадским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы.
В соответствии со свидетельством о рождении Пономарева К.В. родилась ДД.ММ.ГГГГ года, ее родителями указаны: отец – ***, мать – ФИО2, о чем в книге регистрации актов о рождении 01 июня 1993 года произведена запись за № *** Бабушкинским отделом ЗАГС г. Москвы.
На основании свидетельства о перемене имени Пономарева К.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, переменила фамилию, имя, отчество на ФИО13, о чем 15 марта 2017 года составлена запись о перемене имени № *** Вернадским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы.
В соответствии с записью акта о рождении № *** от *** года ФИО14, родилась *** года, ее родителями указаны: отец – ***, мать – ФИО3 Сведения об отце указаны на основании свидетельства об установлении отцовства, запись акта № *** от *** года Бабушкинским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы.
Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 17 марта 2019 года ОМВД России по району Свиблово г. Москвы: ФИО1 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ст. 119 ч. 1 и ст. 330 ч. 1 УК РФ, в отношении ФИО3 по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 и ст.ст. 144, 145 и 148 УПК РФ; ФИО3 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ст. 306 ч. 1 УК РФ, в отношении ФИО1 по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 и ст.ст. 144, 145 и 148 УПК РФ.
На основании свидетельства о собственности на жилище от 17 февраля 1999 года № *** *** является собственником жилого помещения по адресу: ***, на основании ст. 218 ГК РФ, ст. 5 Закона РФ «Об инвестиционной деятельности» и Договора, удостоверенного нотариусом г. Москвы ФИО15 02 июля 1998 года по реестру за № ***. Зарегистрировано 17 февраля 1999 года за № ***.
12 февраля 2019 года между *** и ФИО3, действующей как законный представитель своей несовершеннолетней дочери ФИО2, 02 апреля 2012 года заключен договор дарения квартиры, в соответствии с которым: Я, ***, Подарил ФИО2 принадлежащую мне по праву собственности квартиру, расположенную по адресу: ***, общей площадью 48.1 кв.м., кадастровый № ***. Договор зарегистрирован в УФРС по Москве 21 февраля 2019 года № регистрации ***.
По сообщению ПНД № 16 от 25 августа 2020 года № ***, *** на диспансером наблюдении, не находился.
По ходатайству представителя истца – ФИО7, на основании определения Бабушкинского районного суда г.Москвы от 21 октября 2020 года судом назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава России.
В соответствии с заключением судебно-психиатрической комиссии экспертов от 17 ноября 2020 года и 13 апреля 2021 года № *** ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава России: в интересующий суд период, относящийся к моменту подписания договора дарения 12 февраля 2019 года, у *** обнаруживалось психическое расстройство в форме «органического бредового (шизофреноподобного) расстройства в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F06.21 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации о наличии у *** к февралю 2019 года на фоне церебрально-сосудистой патологии (артериальная гипертензия, смешанная энцефалопатия (дисциркуляторная, посттравматическая) атеросклероз мозговых артерий), проявляющейся церебрастенической симптоматикой (головные боли, головокружения, повышенная утомляемость), интелектуально-мнестического снижения (снижение концентрации внимания, памяти) бредовых идей ипохондрического содержания, преследования, особого значения, зрительных и слуховых обманов восприятия, сопровождающихся дезорганизацией интеллектуальной деятельности, аффективной неустойчивостью, повышенной раздражительностью, возбудимостью, неадекватным поведением, что послужило поводом для госпитализации его в психиатрический стационар, а также рекомендации наблюдения и лечения у психиатра в ПНД по месту жительства. Анализ представленных материалов гражданского дела и медицинской документации позволяет сделать вывод о том, что психическое расстройство (органическое бредовое (шизофреноподобное) расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга) в интересующий суд период у *** сопровождалось психопродуктивной симптоматикой, эмоционально-волевыми нарушениями, непоследовательностью, малопродуктивностью мышления, расстройством критических функций, что лишало его способности осуществлять целенаправленную деятельность, правильно воспринимать действительность, адекватно мотивировать свои решения, понимать юридические последствия совершенных им правовых действий. Поэтому в юридически значимый период, относящиеся к моменту подписания договора дарения 12 февраля 2019 года, *** не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
ФИО3 предоставлено заключение специалиста № -*** от 07 июня 2021 года ООО ИЦ «Глав-эксперт», в соответствии с которым, признаки измененного внутреннего состояния, каких-либо сбивающих факторов и необычных условий выполнения в исследуемой подписи от имени *** в договоре дарения квартиры от 12 февраля 2019 года отсутствуют.
ФИО3 также, предоставлено заключение специалиста № *** от 10 июня 2021 года АНО «Бюро судебных экспертиз», в соответствии с которым: рецензируемое Заключение (судебно-психиатрической комиссии экспертов от 17 ноября 2020 года и 13 апреля 2021 года № *** ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава России) имеет ряд существенных недостатков, которые позволяют поставить под сомнение всесторонность и полноту проведенного исследования, его научную обоснованность и правильность экспертных выводов. На основании анализа представленных материалов данные экспертного заключения трудно считать в полной мере научно обоснованными, поскольку выводы не вытекают из проведенных данных. Исследование, которым аргументировано основание для его установления, выполнено с грубыми нарушениями действующего законодательства, без соблюдения нормативно-правовых актов, регулирующих проведение психических экспертиз, без указания методик (методических рекомендаций) проведения данного вида исследований, со ссылками на собственные субъективные суждения, без применения современного научного знания о предмете исследования, что является основанием для признания результатов данной экспертизы сомнительными и недостоверными, а также поводом для назначения квалифицированной повторной комплексной посмертной судебной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы.
Согласно определению Московского городского суда от 06 сентября 2021 года, определение Бабушкинского районного суда г.Москвы от 21 октября 2020 года в части приостановления производства по делу отменено, и направлено в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.
В целях разрешения имеющихся противоречий, с учетом определения Московского городского суда от 06 сентября 2021 года, принимая во внимание, что для правильного разрешения спора необходимы специальные познания по ходатайству представителя ответчика – ФИО16, на основании определения Бабушкинского районного суда г.Москвы от 02 декабря 2021 года, судом назначена повторная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено ПКБ № 1 им. Н.А. Алексеева на основании ст. 79, 87 ч. 2 ГПК РФ.
В соответствии с заключением комиссии экспертов от 11 февраля 2022 года № *** ГБУЗ «ПКБ № 1 им. Н.А. Алексеева ДЗМ», что у *** в юридически значимый период заключения договора дарения квартиры от 12 февраля 2019 года обнаруживалось психическое расстройство в форме органического бредового расстройства в связи с сосудистым заболеванием головного мозга – F 06.21 по МКБ-10. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, отраженные в предоставленной медицинской документации и материалах гражданского дела, о возникновении у него к 2017 г., на фоне длительного течения сосудистого заболевания головного мозга (гипертоническая болезнь кризового течения, распространенный, в том числе стенозирующий церебральный атеросклероз с явлениями хронической ишемии головного мозга, дисциркуляторной энцефалопатии (что нашло отражение при нейровизуализации – КТ, МРТ головного мозга: глиозная трансформация (лейкоареоз) в перивентрикулярных отделах белого вещества, очаги сосудистого генеза в области подкорковых ядер, расширение ликворных пространств за счет корковой и центральной атрофии), церебрастенических проявлений (головные боли, тяжесть в голове, головокружение, «мелькание мушек» перед глазами, слабость), органических изменений в когнитивной сфере (обстоятельность, вязкость мышления, снижение памяти интеллекта, нарушения критики) в сочетании с негативной измененностью эмоционально-волевой сферы, аффективной неустойчивостью, тревожностью, суетливостью, ипохондричностью и «зацикленностью» на своих переживаниях, повышенной стеничностью и агрессией в случаях не достижения желаемого, что, начиная с ноября-декабря 2017 года, сопровождалось развитием психотической симптоматики в виде бредовых идей ипохондрического содержания со стойкой бездоказательной убежденностью в перенесенных им инсультах, высказываемыми вычурными жалобами («плохо работают определенные нефроны», болят яички и от этого повышается давление», «смог затормозить инсульт, удерживая ногтями кожу лица, чтобы оно не сползло», «у него в яйце маленький мальчик»), кверулянтскими тенденциями с безосновательными требованиями повторных обследований и угрозами направления жалоб на врачей в различные инстанции, в сочетании с недоверием к назначаемому ему лечению с тенденцией к уклонению от ряда процедур и обследований, которые считал неэффективными, и назначаемых врачами лекарственных препаратов; а также бредовые идеи особого происхождения и способностей («божественное происхождение», «приближен к богу», имеет особую «миссию», является «великим инженером»), отношения, преследования, ущерба (неудачи в бизнесе связаны с завистью окружающих, в окружающих видел «врагов», «преследователей», которые «плетут заговор», «аферисты хотят отобрать квартиру посредством фальсификации договора», идеи ревности в адрес сожительницы), с признаками дезорганизации психической деятельности с паралогичностью, непоследовательностью, порой вплоть до разорванности, мышления, парадоксальностью суждений, склонностью к резонерству, своеобразной интерпретацией различных событий, с фиксированностью на значимых переживаниях с охваченностью психопатологическими переживаниями обуславливающей нарушение эмоционально-волевых и критических функций, что в совокупности приводило к неправильному, зачастую агрессивному поведению (по словам лиц ближайшего окружения, высказывал «нелепые мысли», совершал «нелепые действия», описываемые в меддокументации дурашливость, сексуальная расторможенность, агрессия), обусловило необходимость оказания психиатрической помощи, и в декабре 2017 года позволило диагностировать «органическое заболевание головного мозга», в ноябре 2018 года – «органическое параноидальное расстройство», в феврале 2019 года – «органическое бредовое (шизофреноподобное) расстройство». Таким образом, в юридически значимый период заключения договора дарения квартиры от 12 февраля 2019 года указанные психические нарушения у *** были выражены столь значительно (сопровождались неспособностью к смысловой оценке ситуации, осознанию юридических особенностей сделки и прогнозу ее последствий, а также нарушением критических функций, целенаправленности и регуляции своих действий), что лишали его возможности понимать значение своих действий и руководить ими.
Выводы комиссии экспертов ГБУЗ «ПКБ № 1 им. Н.А. Алексеева ДЗМ» подробно мотивированы и обоснованы, содержат полное описание произведенных исследований; компетентность экспертов, стаж работы, высокий уровень подготовки подтверждены соответствующими документами; эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что указывает на соответствие представленного заключения требованиям ст. 86 ГПК РФ, а также требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, установленным ст. ст. 16, 25 ФЗ от 31.05.2001 г. N 73 "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Объективных доказательств, свидетельствующих о несоответствии выводов экспертов обстоятельствам дела, обоснования необходимости признания данного заключения недопустимым доказательством, сторонами не представлено.
При этом, суд не принимает во внимание представленное ФИО3 заключение специалиста № -*** от 07 июня 2021 года ООО ИЦ «Глав-эксперт», заключение специалиста № *** от 10 июня 2021 года АНО «Бюро судебных экспертиз», поскольку в данном случае имеет место мнение отдельных специалистов. Кроме того, в соответствии со ст. 55 ГПК РФ не предусмотрено в качестве доказательств проведение исследования на предмет соблюдения экспертом методики проведения экспертизы.
Также, указанное заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 17 ноября 2020 года и 13 апреля 2021 года № *** ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава России не положено в основу решения, поскольку определение Бабушкинского районного суда г.Москвы от 21 октября 2020 года на основании которого было проведено указанное заключение, отменено.
Также, судом отказано в удовлетворении ходатайства представителя ответчика о вызове врачей-экспертов для разъяснения экспертизы, поскольку заключение ГБУЗ «ПКБ № 1 им. Н.А. Алексеева ДЗМ» является достаточно мотивированным и основано на фактических данных, подтвержденных материалами дела, каких-либо противоречий в нем не усматривается, необходимости в вызове в судебное заседание для дачи пояснений врачей-экспертов у суда не имелось. Кроме того, ответчик не смог пояснить необходимость вызова экспертов, а также не предоставил доказательств, опровергающих выводы экспертов и суда о неспособности *** в юридически значимый период осознавать характер совершаемых им действий и руководить ими.
В связи с чем, отказ в удовлетворении соответствующего ходатайства не свидетельствует об ограничении в возможности представлять доказательства в обоснование заявленных требований.
Кроме того, действующим законодательством не предусмотрена возможность вызова в суд эксперта для осуществления правовой позиции одной из сторон по гражданскому делу с учетом специфики и медицинских познаний.
ОСЗН района Лосиноостровский СВАО г. Москвы предоставлен протокол беседы специалистов ОСЗН с малолетней ФИО2, *** года рождения в присутствии матери ФИО3, в соответствии с которым она сообщила, что о болезни отца она знала, однако отец был адекватным, водил машину. Отец подарил ей квартиру и сестры спорят в суде из-за этого, в связи с чем, сейчас сестры с ней не общаются.
В ходе рассмотрения дела, судом был допрошен свидетель ФИО17, которая показала, что знала ***, т.к. является родной тетей ФИО3, и проживает в г. Нижний Новгород. Ранее встречалась с *** на совместных праздниках и летом на даче. *** был грамотным, образованным, и душой компании, а также всегда находил общий язык со всеми. Отметил, что алкоголь принимал только по праздникам, агрессию к окружающим не проявлял, психических расстройств не замечала. После того как *** выписали из больницы Алексеева, говорил, что подарит свою квартиру дочери.
Между тем, суд критически относится к показаниям данного свидетеля, поскольку данный свидетель не был очевидцем событий, связанных с составлением оспариваемого договора дарения и не обладает специальными познаниями в области судебной психиатрии, позволяющими ей делать юридически значимые выводы.
Суд, так же не может принять во внимание нотариально заверенные свидетельские показания ФИО18, ФИО19, поскольку в соответствии с положениями ст. 70 ГПК РФ, свидетель дает свои показания устно непосредственно суду, исключение составляют случаи, если свидетель вследствие болезни, старости, инвалидности или других уважительных причин не в состоянии явиться по вызову суда - доказательств наличия данных обстоятельств представлено не было.
Таким образом, поскольку судом установлено, что в юридически значимый период - момент заключения договора дарения 21 февраля 2019 года, *** не мог адекватно оценивать существо сделки, осознавать ее юридические особенности и прогнозировать последствия, в связи с чем, данный договор подлежит признанию недействительным на основании ст. 177 ГК РФ.
Согласно абзацу первому ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Поскольку договор дарения на квартиру, расположенную по адресу: ***, признан судом недействительным, спорное жилое помещение, принадлежавшее *** на момент его смерти, подлежит включению в наследственную массу после смерти.
Кроме того, суд полагает необходимым указать, что по вступлении решения в законную силу арест, наложенный определением Бабушкинского районного суда г.Москвы от 10 августа 2020 года на квартиру по адресу: ***, подлежит отмене.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к несовершеннолетней ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении квартиры в состав наследственной массы – удовлетворить.
Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ***, кадастровый № ***, заключенный 21 февраля 2019 года *** и ФИО2 в лице ее законного представителя ФИО3.
Включить квартиру, расположенную по адресу: ***, в наследственную массу после смерти наследодателя ***, умершего *** года.
Обеспечительные меры, наложенные определением Бабушкинского районного суда г. Москвы от 10 августа 2020 года, в виде наложения ареста и запрета осуществления регистрационных действий с квартирой по адресу: *** по вступлению в законную силу решения – отменить.
Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Московский городской суд через Бабушкинский районный суд города Москвы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Решение суда изготовлено в окончательной форме 08 июня 2022 года
Судья Меркушова А.С.