Решение по делу № 2-219/2025 от 21.04.2025

Дело №2-219/2025

УИД: 09RS0004-01-2024-000733-16

Решение

именем Российской Федерации

8 апреля 2025 город Карачаевск, КЧР

Карачаевский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего судьи Текеева Н.З.,

при секретаре судебного заседания Хачатурян Н.А.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующей по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Карачаевского районного суда Карачаево-Черкесской Республики гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 и ФИО5 о признании недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ., применении последствия недействительности ничтожных сделок, признании права собственности за ФИО1 на нежилое помещение и нежилое здание (здание коровника) расположенных по адресу: <адрес> и взыскании морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 и ФИО5 о признании недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ., применении последствия недействительности ничтожных сделок, признании права собственности за ФИО1 на нежилое помещение и нежилое здание (здание коровника) расположенных по адресу: КЧР<адрес> мотивируя тем, что истец свою трудовую деятельность провел в колхозе имени О. Касаева, где работал с отцом в ущелье <адрес>. В указанном районе он и отец построили чабанский дом и овчарню, о чем свидетельствуют вырезка из газеты «Ленинское знамя» от ДД.ММ.ГГГГ и пользовались указанными сооружениями постоянно и регулярно производили ремонт.

После смерти отца ДД.ММ.ГГГГ, данным имуществом ФИО1, пользуется и по сегодняшний день. На данной территории истец ведет придворное хозяйство. ДД.ММ.ГГГГ он построил хозпостройку, возвел новое ограждение вокруг своего двора, поднял осевший фундамент на домкратах и укрепил, построил новое сенохранилище, протянул водопровод с родника на расстоянии <данные изъяты> метров.

Указанная местность имеет местное название <данные изъяты> на карте местность обозначена как <данные изъяты> В настоящее время истец не имеет возможности зарегистрировать свое право собственности на данные постройки, поскольку их незаконно, предоставив в ЕГРП недостоверные сведения зарегистрировал на себя ответчик ФИО5, впоследствии путем составления фиктивного договора купли-продажи эти объекты были оформлены на его отца -ответчика ФИО3

Ранее ФИО5 обращался в Карачаевский районный суд с иском к истцу об устранении препятствие в пользовании данным земельным участком.

Апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в данных требованиях, а в установочной части определения было указание, что «.... Более того, как следует из доказательств, представленных истцом, право собственности на спорные объекты возникло на основании разрешения на строительство, здания дома животноводства <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, то есть является вновь возникшим объектом. Однако, из материалов дела усматривается, что спорные объекты ранее принадлежали КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева» и были возведены в <данные изъяты> годах. Данное обстоятельство свидетельствует о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРН в отношении спорного имущества.» То есть установлено, что путём предоставления недостоверных сведений в ЕГРН ФИО5 зарегистрировал право собственности на нежилое помещение (дом животновода, хотя оно является жилым помещением и истец там проживает с семьей) общей площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым №, расположенного по адресу: <адрес> и нежилое здания (здания коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, с инвентарным № от ДД.ММ.ГГГГ КЧРГУП БТИ по Карачаевскому ГО, расположенных по адресу: <адрес>

То, что земельный участок передан незаконно (а именно на представленных недостоверных данных кадастрового инженера) в аренду ФИО5, а затем на тех же недостоверных данных представлен ФИО3, подтверждается экспертным исследование № от ДД.ММ.ГГГГ из которого следует, что при подготовке схемы расположения земельного участка на кадастровой карте от ДД.ММ.ГГГГ, инженером - землеустроителем ФИО6 были указаны недостоверные данные о месте размещения участка, формируемого для предоставления в аренду: участок, границы которого отображены на схеме, расположен: <адрес>. Следовательно, фактическое местоположение участка со словесным описанием: находящийся по адресу: <адрес> из постановления администрации Карачаевского муниципального района от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении и выдаче ФИО5, расположения земельного участка» графическому отображению границ участка не соответствует указанным в схеме расположения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ; межевом плане от ДД.ММ.ГГГГ; базе данных государственного кадастра недвижимости.

Недостоверные данные о местоположении участка явились основой для межевого плана от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного кадастровым ФИО7, и, соответственно, результаты не адресного межевания внесены в государственный кадастр недвижимости с кадастровым №. При этом, также выявлено несоответствие месторасположения границ участка, учтенного в кадастре, местоположению его на схеме.

В границах участка с кадастровым № фактически земельные участки различных категорий (земли сельскохозяйственного назначения, земли водного фонда, земли лесного фонда, различные угодья (сельскохозяйственные и несельскохозяйственные), здания, строения и сооружения, принадлежащие различным субъектам (гражданам и юридическим лицам), земли общего пользования (межселенные дороги); земли, изъятые и ограниченные в обороте (лесной фонд, водные объекты) и т.д.. На Космоснимке местности (приложение 3) схематично нанесены объекты местности, расположенные в границах участка.

Также межевой план от ДД.ММ.ГГГГ. выполненный кадастровым инженером ФИО7 по форме и содержанию не соответствует требованиям Приказа Минэкономразвития России от 24.11.2008 №412 «Об утверждении формы межевого плана и требований к его подготовке, примерной формы извещения о проведении собрания о согласовании - местоположения границ земельных участков», не требованиям действующего законодательства, т.к. согласно ст. 38 Федерального Закона «О государственном кадастре недвижимости» №221-Ф3 от 24.07.2007 (далее - Закон о кадастре). Межевой план представляет собой документ, который составлен на основе кадастрового плана территории или кадастровой выписки о соответствующем земельном участке и в котором воспроизведены определенные внесенные в государственный кадастр, недвижимости сведения и указаны сведения об образуемых земельном участке или земельных участках, либо о части или частях земельного участка, либо новые необходимые для внесения в государственный кадастр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках. Форма межевого плана и требования к его подготовке, в соответствии с Законом о кадастре, установлены Приказом Минэкономразвития России от 24.11.2008 №412 «Об утверждении формы межевого плана и требований к его подготовке, примерной формы извещения о проведении собрания о согласовании местоположения границ земельных участков» (далее - требования).

Экспертами поэтапно было проверено соответствие межевого плана от ДД.ММ.ГГГГ установленным требованиям и выявлены следующие нарушения:

- В реквизите 1 «Перечень документов, использованных при подготовке межевого плана» раздела «Исходные данные» в качестве исходных данных государственного кадастра недвижимости, послуживших для составления межевого плана указан кадастровый план территории от ДД.ММ.ГГГГ №, тогда как дата завершения работ и сдачи межевого плана в орган кадастрового учета - ДД.ММ.ГГГГ. То есть, межевой план уже был подготовлен и сдан для проведения кадастрового учета за шесть дней до получения необходимых для его подготовки исходных данных, следовательно, в Межевой план включены недостоверные данные об исходных сведениях ГКН.

Как видно из объявления о предоставлении земельного участка и кадастрового паспорта, разрешенным видом использования земельного участие является ведение сельскохозяйственного производства. Однако, ФИО5 не является юридическим лицом, следовательно не относится к субъектам, которым земельные участки сельскохозяйственного использования предоставляются в порядкест.82 ЗК РФ.

Предоставление же гражданам земельных участков для целей, указанных в ЗК РФ производится с особенностями, предусмотренными ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», ФЗ «О личном подсобном хозяйстве».

Так же, ФИО5, не является главой КФХ, цель предоставления участка - не для ЛПХ не для пастьбы и сенокошения, следовательно, ФИО5, как физическое лицо, не попадает ни в одну из категорий, которым земельный участок сельхозназначения площадью 10га, мог быть предоставлен в аренду.

Помимо изложенного, согласно абзацу 4 пункта 1 статьи 34 Земельного кодекса Российской Федерации органы государственной власти и органы местного самоуправления обязаны обеспечить управление и распоряжение земельными участками, которые находятся в их собственности и (или) в ведении, на принципах эффективности, справедливости, публичности, открытости и прозрачности процедур предоставления таких земельных участков. Для этого указанные органы обязаны, в том числе, обеспечить подготовку информации о земельных участках, которые предоставляются гражданам и юридическим лицам на определенном праве и предусмотренных условиях (за плату или бесплатно), и заблаговременную публикацию такой информации.

Публикация ДД.ММ.ГГГГ в газете «День республики» не содержит достоверных сведений о местоположении земельного участка, позволяющих однозначно выделить его из иных объектов недвижимости, а также предложение приобрести земельный участок на соответствующем праве, для чего и обратится с соответствующим определенному адресу. В связи с тем, что содержание не позволяет индивидуализировать формируемый участок, то нарушены права интересы неограниченного круга граждан и юридических лиц в сфере Земельного кодекса РФ считаются равными и предполагают обязанность органов местного самоуправления обеспечить гарантии доступа населения к участию в принятии решений о предоставлении прав на землю и к ее получению.

Так, же администрация Карт-Джуртского СП не вправе была выдавать разрешение на строительство на соответствующие объект, а в последствии и разрешение на ввод в эксплуатацию спорных объектов, если земельный участок под застраиваемым объектом не расположен в его административном расположении.

Указанный земельный участок находится в ведении Хурзукского сельского поселения. Ранее ФИО5, подавая исковое заявление в Карачаевский районный суд, указывал на то, что он осуществлял строительство здания коровника и здания животновода в урочище. Между тем, не вооруженным глазом, очевидно, что указанным строениям более шестидесяти лет, что он никогда не вел строительство. Материалами, ранее рассмотренных гражданских дел в Карачаевском районном суде, показаниями свидетелей, администрации Карачаевского района явствует, что объекты не были построены ФИО5 существующие десятки лет объекты, а впоследствии выдавая разрешения на ввод данных объектов в эксплуатацию подтвердило свою заинтересованность в незаконной передаче данных объектов ФИО5

Согласно п. 1 ст. 166, п. 1ст. 167 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

ФИО3 не является добросовестным приобретателем спорного имущества, поскольку был в курсе событий, имевших место при рассмотрении дела апелляционным судом КЧР и вынесением апелляционного определения.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в абз.2 п. 52 постановления Пленума от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Истец просил признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. нежилого помещения общей площадью <данные изъяты>,6 кв.м, с кадастровым №, и нежилого здания (здание коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, с инвентарным № от ДД.ММ.ГГГГ КУРГУП БТИ по Карачаевскому ГО, расположенных по адресу: <адрес> заключенного между ФИО5 и ФИО3.

Применить последствия недействительности ничтожных сделок:

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на нежилое помещение общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, расположенное по адресу: КЧР, <адрес>, урочище «Эльмезтебе», на имя ФИО3;

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на нежилое здания (здание коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес> на имя ФИО3;

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на нежилое здания (здание коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес> на имя ФИО5.

Признать право собственности за ФИО1 на нежилое помещение общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес>

Признать право собственности за ФИО1 на нежилое здания (здание коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым № расположенное по адресу: <адрес>

Взыскать с ФИО3 и ФИО5 моральный вред размере 3 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, в суде его интересы по доверенности представляет ФИО2

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные требования в полном объеме. Считает, что исковое заявление ФИО1 подлежит удовлетворению по имеющимся в деле письменным доказательствам, также ссылается на уголовное дело возбужденное в отношении неустановленных лиц по факту незаконного приобретения спорного земельного участка и объектов недвижимости расположенных на границах спорного земельного участка. Также ссылается на то обстоятельство, что постановление об отказе возбуждения уголовного дела по факту служебного подлога и.о. главы администрации Карт-Джуртского сельского поселения Карачаевского муниципального района КЧР ФИО8 за истечением сроков давности привлечения к уголовного преследования является неоспоримым доказательством незаконного приобретения ФИО5 спорных объектов недвижимости на спорном земельном участке, так как имеются признательные показания ФИО8, о том что он выдал разрешение на строительство коровника и дома животновода ФИО5 не зная о наличии уже построенных там указанных объектов недвижимости, выданное им разрешение явилось основанием для незаконной постановки на государственный учет спорных объектов.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, его интересы в судебном заседании представляет по доверенности ФИО4

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме, по следующим основаниям.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 (ред. от 22.06.2021) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» предусмотрено, что в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

По смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не

имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Учитывая то обстоятельство, что о сделках и обо всех обстоятельствах стороне истца ФИО1 было известно как минимум с 2011 года, и далее в ходе судебного разбирательства о чем имеется вступившее в законную силу решение суда было известно о наличие сделки и регистрации права которую он оспаривает, то суду надлежит применить пропуск срока исковой давности, и применить его как самостоятельное основание для отказа в удовлетворении иска.

О чем стороной ответчика и заявляется.

Также, полагала, что у суда имеются все основания для прекращения производства по делу в части исковых требований о признании права собственности на объект недвижимости.

Как указывалось выше, ранее между этими же сторонами имелся спор о праве и судом он был разрешен. Подачей настоящего иска сторона пытается преодолеть ранее вступившие в законную силу судебные акты.

В соответствии со ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда.

ФИО3 является собственником нежилого помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым № инвентарный № от ДД.ММ.ГГГГ КУРГУП БТИ по Карачаевскому ГМО, и нежилого здания (здание коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым № инвентарный № от ДД.ММ.ГГГГ КЧРГУП БТИ по Карачаевскому ГМО, расположенных по адресу: <адрес>

Недвижимое имущество принадлежит ФИО3 на основании договора купли-продажи заключенного ДД.ММ.ГГГГ, запись о регистрации права собственности на здание № и запись о регистрации права собственности №.

Земельный участок, на котором расположены объекты недвижимости, находились на праве долгосрочной аренды. Ранее, предыдущему арендатору он принадлежал на основании Постановления главы администрации Карачаевского муниципального района № от ДД.ММ.ГГГГ которым решено предоставить в аренду сроком на 49 лет ФИО5 земельный участок с кадастровым № из категории земель сельскохозяйственного назначения площадью <данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: <адрес> для ведения сельскохозяйственного производства заключен Договор аренды данного земельного участка администрацией муниципального района с заявителем от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 принял в аренду данный земельный участок, условия по договору сторонами выполнены полностью.

В принадлежащем ФИО3 объекте недвижимости проживает ответчик со своей семьей, без его на то разрешения, о чем был подан иск о выселении.

Злоупотребляя своими процессуальными правами и пытаясь затянуть спор о выселении ФИО1 подал настоящий иск.

Согласно сведениям с сайта Росреестра об объекте недвижимости здание № дата присвоения кадастрового номера ДД.ММ.ГГГГ форма собственности: частная; характеристики объекта: адрес (местоположение), Российская <адрес>, площадь <данные изъяты> кв.м., назначение: нежилое; количество этажей 1, материал наружных стен: каменные, год завершения строительства ДД.ММ.ГГГГ, год ввода в эксплуатацию ДД.ММ.ГГГГ; сведения о кадастровой стоимости - кадастровая стоимость (руб.) - 3805313.33, дата определения ДД.ММ.ГГГГ. дата внесения ДД.ММ.ГГГГ; ранее присвоенные номера Инвентарный №; Сведения о правах и ограничениях (обременениях) вид, номер и дата государственной регистрации права: Собственность, № от ДД.ММ.ГГГГ, ограничение прав обременение объекта недвижимости Запрещение регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ. Прочие ограничения прав обременения объекта недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ

На момент приобретения ФИО3 объекта недвижимости и в дальнейшем выкупа земельного участка, раздела, никаких обременений не имелось. Сделка совершена на законных основаниях. Денежные средства переданы от покупателя к продавцу.

Те доводы, которые на сегодняшний день изложены в исковом заявлении, были предметом рассмотрения других судебных разбирательств и не могут быть приняты во внимание судом, так как им дана иная оценка. В такой ситуации сторона истца, злоупотребляя своими процессуальными правами хочет привести к правовому явлению - прямой конкуренции судебных актов.

При этом в данном иске добавилась сторона, а предмет и основания остались прежними.

Истцом не доказано наличие заявленных им оснований для признания сделки недействительной.

Фактически заключенная, оконченная сделка между ФИО3 и ФИО5 не является ничтожной, как пытается убедить суд истец. Максимально, что можно применить судом это требования к статье по оспоримости сделки, но и она не может быть признана таковой, поскольку соответствует всем требованиям закона.

О сделке совершенной между ответчиками в 2022 году также было известно истцу. Кроме того, на публичной кадастровой карте, указаны даты совершения регистрационных действий, о которых достоверно известно было истцу.

В исковом заявлении ФИО1 не указано право (законный интерес), зашита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «O применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Нет обоснования признания права собственности за ФИО1 на основании какой-либо нормы закона.

Чем нарушены его права законными сделками суду не представлено. Никаким образом он не может претендовать на данное имущество и судом вышестоящей инстанции уже была дана оценка.

Статья 218 ГК РФ предусматривает, что право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Статья 219 ГК РФ право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В соответствии с Постановлением Пленума ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», с п. 11 граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации (статья 218 ГК РФ). В силу пункта 2 статьи 8 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом. Спорное имущество приобретено в период брака, и является совместно нажитым как в отношении продавца, так и покупателя.

Иной момент возникновения права установлен, в частности, для приобретения права собственности на недвижимое имущество в случае полной выплаты пая членом потребительского кооператива, в порядке наследования и реорганизации юридического лица (абзацы второй, третий пункта 2, пункт 4 статьи 218 ГК РФ, пункт 4 статьи 1152 ГК РФ). Так, если наследодателю или реорганизованному юридическому лицу (правопредшественнику) принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику или вновь возникшему юридическому лицу независимо от государственной регистрации права на недвижимость.

По смыслу пункта 2 статьи 223 ГК РФ право собственности возникает у добросовестного приобретателя не только в том случае, когда вступило в законную силу решение суда об отказе в удовлетворении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, но и тогда, когда прежний собственник в суд не обращался и основания для удовлетворения такого иска отсутствуют.

Требования, на которые сторона истца ссылается, ведут лишь к затягиванию судебного спора, но никаких доказательств нарушения прав истца суду не представлено.

Не представлено обоснование того, что имеются законные основания для взыскания морального вреда в каком-либо размере.

На основании изложенного, просила суд отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме, в том числе с применением пропуска сроков исковой давности.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора ФИО9 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, причину неявки суду не сообщила.

Представители третьих лиц: администрации Карачаевского района, администрации Карт-Джуртского СП, администрации ФИО10 и КЧРГУП «Племенной завод им. О. Касаева» - в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причину неявки не сообщили.

Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотрел дело в отсутствие неявившихся сторон.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданское законодательство основывается, в частности, на неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

По смыслу ст. 11, 12 ГК РФ выбор способа защиты нарушенного права принадлежит лицу, обратившемуся в суд за такой защитой.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как видно из материалов дела, одними из заявленных истцом требований были требования о признании отсутствующим у ответчиков права собственности на спорные земельные участки и о признании права собственности за истцом на эти земельные участки.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» к требованиям собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, которые не соединены с лишением владения, относятся также требования о признании права (обременения) отсутствующим.

Установлено в судебном заседании, что истец свою трудовую деятельность провел в колхозе имени О. Касаева, где работал с отцом в ущелье при слиянии реки Чучхур и рекой Ельмезтебе. В указанном районе он и отец построили чабанский дом и овчарню, о чем свидетельствуют вырезка из газеты «Ленинское знамя» от ДД.ММ.ГГГГ и пользовались указанными сооружениями постоянно и регулярно производили ремонт.

После смерти отца в 1992 году, данным имуществом ФИО1, пользуется и по сегодняшний день. На данной территории истец ведет придворное хозяйство. Весной 2009 года он построил хозпостройку, возвел новое ограждение вокруг своего двора, поднял осевший фундамент на домкратах и укрепил, построил новое сенохранилище, протянул водопровод с родника на расстоянии 215 метров.

Указанная местность имеет местное название «<данные изъяты> на карте местность обозначена как <данные изъяты>.

Так же установлено, что постановлением главы администрации Карачаевского Муниципального района от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО9 был предоставлен в аренду земельный участок сроком на 49 лет, расположенный по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты> кв.м.

Между ФИО5 и администрацией <адрес> был заключён договор аренды на вышеуказанный земельный участок ДД.ММ.ГГГГ №, сроком на 49 лет, данный договор аренды ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР.

Согласно договору аренды земельного участка №, от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 оплачивалась аренда земельного участка.

ДД.ММ.ГГГГ администрацией Карт-Джуртского СП Карачаевского муниципального района КЧР было выдано разрешение на строительство здания дома животновода и здание коровника.

После окончания строительства здания дома животновода и коровника ДД.ММ.ГГГГ в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по КЧР, было зарегистрировано право собственности на дом животновода - общей площадью <данные изъяты> кв.м, и здание коровника - общей площадью <данные изъяты> кв.м.

Между тем, суд апелляционной инстанции указал, что ФИО5 не являлся владеющим собственником вышеуказанного спорного имущества, при таких обстоятельствах, применительно к возникши правоотношениям суд апелляционной инстанции установил, что ФИО5, как не владеющий собственник не обладает правом на удовлетворение негаторного иска.

Согласно апелляционному определению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда КЧР от 08.06.2016 было установлено, что право собственности на спорные объекты у ФИО5 возникло на основании разрешения на строительство, здания дома животноводства размерами <данные изъяты> и здания коровника размерами <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, то есть является вновь возникшим объектом. Однако, из материалов дела усматривается, что спорные объекты ранее принадлежали КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева» и были возведены в <данные изъяты> годах. Данное обстоятельство свидетельствует о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРН в отношении спорного имущества».

То есть, судом апелляционной инстанции установлено, что путём предоставления сведений в ЕГРН ФИО5 зарегистрировал право собственности на нежилое помещение (дом животновода, хотя оно является жилым помещением и истец там проживает с семьей) общей площадью <данные изъяты> кв.м., с кадастровым №, расположенного по адресу: <адрес> и нежилое здания (здания коровника) общей площадью <данные изъяты> кв.м, с кадастровым №, с инвентарным номером <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ КЧРГУП БТИ по Карачаевскому ГО, расположенных по адресу: <адрес>

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании права собственности в силу приобретательной давности на жилой дома (дом чабана) общей площадью <данные изъяты> кв.м. и нежилое здание (здание коровника) общ. пл. <данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, также отказано.

По смыслу статьи 234 ГК РФ необходимыми условиями, при которых право собственности может быть признано в силу приобретательной давности, являются добросовестность и открытость владения имуществом как своим собственным.

Между тем из материалов дела следует, что спорные здания ранее принадлежали КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева» и были предоставлены семье ФИО1 в связи с трудовыми обязанностями.

Таким образом, для ФИО1 владение спорным зданием было обусловлено согласием на это со стороны собственника, который, допуская такое владение, не отказывался от реализации принадлежащих собственнику правомочий.

ФИО1, уточняя фактические обстоятельства по делу, указал, что спорное имущество было в 1990-1991 году продано КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева» его отцу ФИО11, умершему ДД.ММ.ГГГГ и работавшему сторожем на спорных объектах. Письменных доказательств, подтверждающих факт заключения сделки, суду представлено не было.

Между тем, давностное владение является добросовестным лишь тогда, когда лицо, получая владение, не знало, и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности.

Следовательно, для признания права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности, ФИО1 должен был доказать, что стал пользоваться им в качестве собственника, а не по иному основанию.

Доказательств ФИО1 суду апелляционной инстанции представлено не было, а само по себе безвозмездное использование спорного имущества в связи с наличием в определенные периоды времени трудовых отношений с КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева» членов семьи ФИО1 не свидетельствует возникновении права собственности в силу приобретательной давности.

При таких обстоятельствах требования ФИО1 о признании за ним права собственности на здание в силу приобретательной давности – одного из способов приобретения права собственности, указанных в пункте 3 ст. 218 ГК РФ, суд апелляционной инстанции посчитал необоснованным.

В связи с тем, что суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении встречных требований ФИО1 о признании права собственности, следовательно отказано в удовлетворении иска в части оспаривания разрешительной документации выданной ФИО5 и записей в ЕГРП в отношении спорного имущества, поскольку истец не доказал свой материально-правовой интерес в возникших правоотношениях (не доказал основания возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Данное апелляционное определение сторонами не оспорено, вступило в законную силу.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 вышеназванной статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.

Недействительность сделки означает, что действие, которое совершено в виде сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых желали субъекты.

В силу статьи 180 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Такое правовое регулирование, наделяющее суд необходимыми для осуществления правосудия дискреционными полномочиями по определению того, была бы сделка совершена и без включения недействительной ее части, исходя из фактических обстоятельств дела, направлено на сохранение стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, а также обеспечение баланса публичных и частных интересов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 100 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», признавая сделку недействительной в части, суд в решении приводит мотивы, исходя из которых им был сделан вывод о том, что сделка была бы совершена сторонами и без включения ее недействительной части (статья 180 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом в силу пунктов 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации признание судом недействительной части сделки не должно привести к тому, что сторонам будет навязан договор, который они не намеревались заключать. В связи с этим при решении вопроса о признании недействительной части сделки или сделки в целом суду следует вынести указанный вопрос на обсуждение сторон (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

При выполнении задачи, связанной с представлением необходимых доказательств, судья учитывает особенности своего положения в состязательном процессе. Судья обязан уже в стадии подготовки дела создать условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, но с учетом характера правоотношений сторон и нормы материального права, регулирующей спорные правоотношения. Судья разъясняет, на ком лежит обязанность доказывания тех или иных обстоятельств, а также последствия непредставления доказательств. При этом судья должен выяснить, какими доказательствами стороны могут подтвердить свои утверждения, какие трудности имеются для представления доказательств, разъяснить, что по ходатайству сторон и других лиц, участвующих в деле, суд оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 ГПК РФ) (пункт 7 постановления).

Разрешая заявленное стороной ответчика требование о применении сроков исковой давности, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Частью 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Таким образом, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 4).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 АПК РФ, начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Вместе тем, согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о пропуске срока исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков.

Учитывая, что исковые требования направлены на лишение заявивших о применении срока исковой давности ответчика ФИО5 права собственности в отношении принадлежащего ему земельного участка, и эти требования не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков, не заявивших о применении последствий пропуска такого срока, таким образом, у суда имеются достаточные основания для применения последствий пропуска срока исковой давности по заявлению ответчика ФИО3. в отношении исковых требований, заявленных ко всем ответчикам.

Судом установлено и не оспорено сторонами, что начало течения соответствующего срока обусловлено моментом и фактом заключения Администрацией Карачаевского района с ФИО5 оспариваемого договора аренды, а именно ДД.ММ.ГГГГ.

Данный факт, по мнению суда, является достаточным и бесспорным подтверждением доводов ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для предъявления рассматриваемых требований, поскольку, при вынесении приведенного договора о предоставлении земельного участка в аренду ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ к договору аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ № (который непосредственно взаимосвязан и вытекает из договора от ДД.ММ.ГГГГ) и последующем заключении договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ и постановления о передачи земельного участка в собственность от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 мог и должен был узнать о нарушении своего предполагаемого права, в том числе и с учетом того, что по идентичным требованиям имеется вступившее в законную силу апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда КЧР, которое сторонами не оспаривалось.

Пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года №, от 28 февраля 2019 года № 339-О и др.). При этом в соответствии с истолкованием, придаваемым правоприменительной практикой данной статье, она предполагает, что срок исковой давности в установленном ею порядке начинает течь со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (абзац второй пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Защита гражданских прав, в том числе права собственности, осуществляется способами, перечисленными в статье 12 ГК Российской Федерации. Выбор способа защиты права предопределяется правовыми нормами с учетом характера нарушения и фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 2017 года N 1791-О и N 1792-О и др.), которые должны быть установлены судом при решении вопроса о том, избран ли истцом надлежащий способ защиты прав. Так, статьи 301 и 302 ГК Российской Федерации касаются вопросов защиты прав собственника, не владеющего имуществом, и предусмотренный ими иск предъявляется к лицу, во владении которого находится это имущество. Оспариваемые положения этих статей применяются с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав".

В соответствие со ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Так как, оспариваемый договор купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ неразрывно связан и основывается на дополнительном соглашении от ДД.ММ.ГГГГ к договору аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ №, суд приходит к выводу, что сроки исковой давности по исковым требованиям ФИО1 начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, а именно со дня (ДД.ММ.ГГГГ), когда первоначальный истец ФИО1 узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Разрешая доводы представителя истца ФИО2 на незаконное приобретение ФИО5 спорных объектов недвижимости на основании разрешения на строительство, выданное и.о. главы администрации Карт-Джуртского сельского поселения ФИО8, суд приходит к следующему.

О незаконности выдачи разрешения на строительство на соответствующие объект, а в последствие и разрешение на ввод в эксплуатацию спорных объектов, представитель истца ФИО2 ссылается на постановление об отказе в возбуждения уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в следственный отдел по городу Карачаевск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике из МВД по КУР поступил материал проверки по факту служебного подлога, совершённого бывшим главой администрации Карт-Джуртского сельского поселения ФИО8 при выдаче ДД.ММ.ГГГГ разрешения на ввод в эксплуатацию объектов капитального строительства «дом животновода» и «коровника», расположенных по адресу: <адрес>

Однако, суд считает, что постановление о возбуждении уголовного дела не свидетельствует о незаконном приобретении ФИО5 спорных объектов недвижимости. Возбуждение уголовного дела является начальной самостоятельной стадией уголовного процесса, в ходе которой устанавливаются поводы и основания для возбуждения уголовного дела. Завершающим предварительное следствие процессуальным документом, содержащим сформулированное по делу обвинение, определяющим процессуальное решение компетентных органов и должностных лиц, позволяющих определить обстоятельства совершенного преступления – является обвинительное заключение.

В соответствие с положениями ст.221 УПК РФ после изучения всех обстоятельств дела, положенных в основу обвинения доказательств, наличия виновности обвиняемого, указанное заключение.

Обвинительное заключение по уголовному делу по факту служебного подлога и.о. главы администрации Карт-Джуртского сельского поселения ФИО8 не утверждалось, более того органами предварительного расследования вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, за истечением сроков давности уголовного преследования.

Таким образом, доводы представителя истца ФИО2 о незаконном приобретении ФИО5 спорных объектов недвижимости и признании недействительной сделки и применения последствий сделки, суд признает несостоятельными, не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Исходя из указанного, следует, что также установлению в рамках настоящего дела подлежит вопрос о фактическом пользовании спорных объектов недвижимости и земельным участком истцом.

Однако, в материалах дела истцом не представлена разрешительная документация на спорные объекты, расположенные на спорном участке, в связи с чем, довод истца о добросовестном владении и признании права собственности не подлежит удовлетворению.

Письменных доказательств, подтверждающих факт заключения сделки, суду представлено не было. Между тем, давностное владение является добросовестным лишь тогда, когда лицо, получая владение, знало, и не должно было знать об отсутствии основания возникновения собственности.

Суд, также не может считать спорные объекты недвижимости самовольными постройками и признании на них права собственности, так как ст. 222 ГК РФ закреплены три признака, при наличии хотя бы одного из которых недвижимое имущество является самовольной постройкой. В частности, если здание, строение, сооружение возведены: 1) на земельном участке, не отведенном для этих целей в установленном порядке; 2) без получения на это необходимых разрешений; 3) с существенным нарушением градостроительных, строительных норм и правил.

В соответствии с нормами ст. 51 ГрК РФ, а также положениями ст. 3 Федерального закона от 17.11.1995 № 169-ФЗ «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации», строительство, реконструкция объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт осуществляются на основании разрешения на строительство, которое выдается органом местного самоуправления по месту нахождения земельного участка, где планируется строительство. К заявлению о выдаче разрешения в обязательном порядке должны прилагаться правоустанавливающие документы на земельный участок, градостроительный план земельного участка, материалы проектной документации, а также иные предусмотренные статьей 51 данного Кодекса документы.

Право собственности на самовольную постройку, возведенную без необходимых разрешений, не может быть признано за создавшим ее лицом, которое имело возможность получить указанные разрешения, но не предприняло мер для их получения. В противном случае при удовлетворении требований на основании ст. 222 ГК РФ имел бы место упрощенный порядок легализации самовольного строения, применение которого ставит добросовестного застройщика, получающего необходимые для строительства документы в установленном порядке, в неравное положение по сравнению с самовольным застройщиком, который не выполнял предусмотренные законом требования (п. 9 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденным Президиумом ВС РФ от 16.11.2022).

Возведение самовольной постройки является правонарушением, в силу чего не порождает правовых последствий, предусмотренных п. 1 ст. 218 ГК РФ в виде возникновения права собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов. Напротив, согласно п. 2 ст. 222 ГК РФ лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Общим правовым последствием создания самовольной постройки является снос такой постройки осуществившим ее лицом либо за его счёт.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 11.03.1998 № 8-П, определениях от 25.03.2004 № 85-0, от 13.10,2009 № 1276-0-0, от 03.07.2007 № 595-0-II, от 19.10.2010 № 1312-0-0, закрепленные в ст. 35 Конституции РФ гарантии права собственности предоставляются лишь в отношении права, возникшего на законных основаниях. Самовольное строительство представляет собой правонарушение, которое состоит в нарушении норм земельного законодательства, регулирующего предоставление градостроительных норм, регулирующих проектирование и строительство. Осуществление самовольной постройки является виновным действием, доказательством совершения которого служит установление хотя бы одного из условий, перечисленных в п, 1 ст. 222 ГК РФ.

В соответствие с п.3 ч. 17 ст. 51 ГрК РФ выдаче разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

Судом установлено, что какая-либо документация на строительство спорных объектов ФИО1 не выдавалась, уведомления о планируемом строительстве так же не подавались, а само по себе безвозмездное использование спорного имущества в связи с наличием в определенные периоды времени трудовых отношений с КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева» членов семьи ФИО1 не свидетельствует возникновении права собственности в силу приобретательной давности.

Такая же правовая оценка исковому требованию о признании права собственности на спорные объекты недвижимости за ФИО1, дана апелляционным определением от 08.06.2016 в рамках рассмотрения гражданского дела №2-1/2015 исследованном входе рассмотрения дела.

На основании части первой ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании акта органа местного самоуправления недействительным, в чью правовую сферу этот акт вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены действиями органа местного самоуправления.

Лицо, не участвующее в правоотношениях, заявляющее иск о признании акта недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

Так, по смыслу статьи 234 ГК РФ необходимыми условиями, при которых право собственности может быть признано в силу приобретательной давности, являются добросовестность и открытость владения имуществом как своим собственным.

При таких обстоятельствах требования ФИО1 о признании за ним права собственности на здание в силу приобретательной давности - одного из способов приобретения права собственности, указанных в пункте 3 статьи 218 ГК РФ, нельзя считать обоснованным.

Пользование работником определенной частью имущества работодателя само по себе не является основанием для признания права собственности на данную часть имущества в силу приобретательной давности. Исходя из ст. 234 ГК РФ юридически значимыми являются обстоятельства, свидетельствующие о владении спорным имуществом как своим собственным имуществом.

При этом, из искового заявления следует, что владение спорным имуществом осуществлялось в связи с наличием трудовых отношений членами семьи ФИО1 с КЧР ГУП «Племенной завод имени Османа Касаева».

Таким образом, поскольку ФИО1 на момент начала использования спорного имущества было известно о наличии собственника, а последующее владение и пользование имуществом фактически осуществлялось по договору безвозмездного пользования, то исключается возможность владения имуществом ФИО1 как своим собственным.

По этим основаниям истцом не доказано наличие права собственности, таким образом, в этой части исковые требования не подлежат удовлетворению.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчиков ФИО3 и ФИО5 компенсации морального вреда в сумме 3 000 000 рублей суд отказывает, так как настоящий спор не связан с личными неимущественными правами, носит имущественный характер, в данном случае законом не предусмотрена компенсация морального вреда. Истец не представил доказательств о причинении ему морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями ответчиков, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те, обстоятельства на которые она ссылается как на основания своих и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

Вместе с тем приведенные положения гражданского процессуального закона не предполагают произвольной оценки доказательств судом.

Руководствуясь статьями 193,194-198 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 и ФИО5 о признании недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ., применении последствия недействительности ничтожных сделок, признании права собственности за ФИО1 на нежилое помещение и нежилое здание (здание коровника) расположенных по адресу: <адрес> и взыскании морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики через Карачаевский районный суд Карачаево-Черкесской Республики.

В окончательной форме мотивированное решение изготовлено 21 апреля 2025 г.

Судья

Карачаевского районного суда КЧР Н.З. Текеев