Дело № 2-671/2023
УИД 74RS0008-01-2023-000731-12
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 октября 2023 года г. Аша Челябинская область
Ашинский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Борисюк А.В.
при секретаре Гриценко В.С.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки, восстановлении процессуального срока для обращения в суд,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в котором на основании ст. ст. 166, 167, 173, 572 ГК РФ просил суд отменить договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> от <дата>, заключенного между ф.и.о. и ФИО2, применении последствий недействительности сделки, восстановлении процессуального срока для обращения в суд.
В обоснование иска указаны следующие обстоятельства. ф.и.о. являлся супругом истца, а ответчик ФИО2 – дочь истца. В 2003 году между ф.и.о. и ФИО2 состоялся оспариваемый договор дарения дома и земельного участка, при этом согласия супруги ФИО1 ф.и.о. не получал, в органах Росреестра она не присутствовала. Считает, что спорное недвижимое имущество является совместной собственностью супругов ф.и.о., в связи с чем, истец должна была присутствовать при регистрации сделки. О совершенной сделке истец узнала только в январе 2023 года на семейном ужине, ранее о сделке дарения не знала, проживала и проживает в доме одна, зарегистрирована в нем по месту жительства, иного имущества не имеет.
Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебном заседании участия не принимала, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.
В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержал по предмету и основаниям иска и просила их в полном объеме удовлетворить, просил восстановить срок исковой давности, поскольку ФИО1 узнала о нарушении своего права только в январе 2023 года.
В судебном заседании ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО4, действующая по устному ходатайству, заявленные исковые требования просили оставить без удовлетворения по тем основаниям, что договор дарения был заключен между отцом и дочерью. ф.и.о. являлся единоличным собственником недвижимого имущества на основании решения суда. При этом, при регистрации договора дарения ФИО1 давала согласие на совершение сделки, о чем имеется ее письменное заявление. Именно с того времени ФИО1 известно о регистрации договора купли-продажи между отцом и дочерью. Заявили о пропуске истцом срока исковой давности.
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.
Суд определил рассмотреть дело при установленной явке в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.
Заслушав явившихся участников судебного процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определение основания и предмета иска является исключительно правом истца.
В соответствии с п. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, суд может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.
В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено, что ф.и.о. подарил своей дочери ФИО2 жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, договор дарения от <дата> зарегистрированый в Управлении Росреестра <дата>, что подтверждается материалами реестрового дела (л.д. 73-100).
ф.и.о. являлся собственником спорного домостроения на основании решения Ашинского городского суда от <дата>. Согласно указанного решения, ответчик ФИО1, являющаяся супругом ф.и.о., в судебном заседании участия не принимала, представила письменный отзыв, согласно которому не возражает чтобы собственником дома был признан ф.и.о. (л.д. 83).
ф.и.о. умер <дата>. Наследником, принявшим наследство после его смерти, является дочь – ФИО5 (третье лицо по настоящему гражданскому делу). ФИО1 обратилась к нотариусу с письменным заявлением об отказе от наследственного имущества в пользу дочери – ФИО5 (л.д. 37-45 материалы наследственного дела).
Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
В силу ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу ст. 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В соответствии со ст. 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.
Согласно п. 1 и п. 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.
Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (п. 1 ст. 36 Семейного кодекса Российской Федерации).
Имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие) (статья 37 Семейного кодекса Российской Федерации).
Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки (ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации).
Из содержания ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.
В п. 2 ст. 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В соответствии с положениями ст. 200 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 1 сентября 2013 г.) течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным кодексом и иными законами.
Согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ "О противодействии терроризму".
Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права.
Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.
Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Вместе с тем истцу не может быть отказано в защите права, если до истечения десятилетнего срока имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга.
Десятилетний срок, установленный пунктом 2 статьи 196 ГК РФ, не подлежит применению к требованиям, на которые в соответствии с законом исковая давность не распространяется (например, статья 208 ГК РФ) (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").
В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Истцом заявлены требования о восстановлении пропущенного процессуального срока, поскольку истец является престарелым человеком, инвалидом первой группы. Также представитель истца в судебном заседании показал, что ФИО1 узнала о нарушении своего права только в январе 2023 года, при семейном Новогоднем ужине, когда речь зашла о спорном домовладении.
Материалами дела подтверждается, что ф.и.о. и ФИО1 состояли в юридическом браке с <дата> по <дата> (л.д. 59).
ф.и.о. умер <дата>, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 58).
На момент смерти, ф.и.о. и ФИО1 проживали совместно в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, были зарегистрированы там по месту жительства (л.д. 75-78 – домовая книга).
Согласно материалам наследственного дела (л.д. 37-45), наследником, принявшим наследство является ФИО5 (третье лицо по делу), которая обратилась к нотариусу с заявлением о принятии всего наследственного имущества по закону после смерти своего отца ф.и.о.
При этом, ФИО1 после смерти супруга ф.и.о. обратилась к нотариусу с заявлением от <дата> в соответствии с которым сообщила, что отказывается от причитающейся ей доли наследственного имущества по закону после смерти супруга в пользу дочери ФИО5 Состав наследства и круг наследников ей известны. Каких-либо претензий в отношении наследственному имущества к наследникам не имеет (л.д. 41).
Учитывая изложенное, ФИО1 не заявляла своих прав на наследственное имущество ф.и.о. как пережившая супруга умершего, с заявлением о разделе совместно нажитого имущества ни нотариусу ни суду не подавала. Учитывая изложенные факты суд приходит к выводу об осведомленности ФИО1 о совершенном договоре дарения и согласии с ним еще в 2014 году.
Ссылка представителя истца о престарелом возрасте ФИО1 не может быть признана судом в качестве уважительной причины пропуска исковой давности обращения в суд, поскольку с момента совершения сделки прошло более 10 лет, доказательств невозможности обращения к нотариусу или в суд с заявлением о разделе совместно нажитого имущества в виду тяжелых жизненных обстоятельств (длительная и тяжелая болезнь, полная потеря подвижности тела, и др.), а также обращение за юридической помощью в этот период суду не представлено. Также из материалов дела следует, что ФИО1 имела и имеет четверых совершеннолетних детей, к которым также могла обратиться с целью оспаривания совершенного договора дарения.
Доводы представителя истца о нахождении ФИО1 в период совершения сделки в лечебном учреждении опровергаются материалами дела, в частности, материалами реестрового дела в соответствии с которыми регистрация сделки приостанавливалась для получения согласия на совершения сделки ФИО1 и переход права собственности был зарегистрирован после получения соответствующего заявления. В установленном законом порядке данный документ (заявление о согласии на совершение сделки) также стороной истца не оспорен.
Ответчиком заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности.
С учетом того, что срок исковой давности составляет один год, а с момента заключения договора дарения от <дата>, заключенного между ф.и.о. и ФИО2 и зарегистрированный в установленном законом порядке <дата>, о котором достоверно знал истец, и датой подачи в суд искового заявления <дата> прошло более 9 лет, заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском срока исковой давности.
Срок исковой давности истек <дата>. Истцом безусловных доказательств, подтверждающих невозможность обратиться в суд с иском в пределах срока исковой давности, суду не представлено.
Таким образом, каких-либо допустимых доказательств, свидетельствующих об исключительных обстоятельствах, препятствовавших им обратиться в суд с иском либо подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока исковой давности, перерыва или приостановления срока исковой давности истцом не представлено.
Исходя из установленных обстоятельств, на основании оценки и анализа собранных доказательств в их совокупности, учитывая, что истец обратился в суд с иском о признании договора дарения по истечении срока исковой давности, при этом доказательств уважительности пропуска срока исковой давности, суду не представил, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной, истцом пропущен.
В связи с чем, суд удовлетворяет ходатайство ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> от <дата> (зарегистрирован в Управлении Росреестра по <адрес> <дата>), заключенного между ф.и.о. и ФИО2, применении последствий недействительности сделки недействительной и как следствие, по требованию о признании права собственности как производному требованию. В соответствии со ст. 199 ГК РФ пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Кроме того, истцом заявлены требования о применении последствий недействительности сделки в виде признании права за истцом на спорное недвижимое имущество. При этом, спорное имущество до передачи его в дар принадлежало ф.и.о., который умер и наследником которого является ФИО5, ФИО1 отказалась от причитающейся ей доли наследства в пользу ФИО5, в связи с чем, правопреемником после смерти ф.и.о. истец не является и в случае удовлетворения исковых требований могла бы претендовать только о признании за ней права на ? доли в праве собственности на недвижимое имущество. Судом неоднократно разъяснялось стороне истца право на уточнение исковых требований, однако уточненное исковое заявление в части указанных требований в суд не поступало.
В соответствии с пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
При таких обстоятельствах суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> от <дата>, заключенного между ф.и.о. и ФИО2, применении последствий недействительности сделки, восстановлении процессуального срока.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> от <дата>, заключенного между ф.и.о. и ФИО2, применении последствий недействительности сделки, восстановлении процессуального срока для обращения в суд, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Ашинский городской суд Челябинской области.
Председательствующий А.В. Борисюк