Решение по делу № 2-1505/2022 от 18.07.2022 - о признании недействительным договора передачи жилого помещения в собственность, недействительным договора дарения, понуждении заключить договор социального найма, применении последствий недействительности сделок, третье лицо – Муниципальное казенное учреждение Департамент развития муниципальной собственности Администрации г. Симферополя.

Дело № 2-1505/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июля 2022 года г. Симферополь

Центральный районный суд г. Симферополя Республики Крым в составе:

Председательствующего судьи – Федоренко Э.Р.,

при секретаре – Лах М.М.,

с участием представителя истца – ФИО4,

представителя ответчика – ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Администрации г. Симферополя, ФИО2 о признании недействительным договора передачи жилого помещения в собственность, недействительным договора дарения, понуждении заключить договор социального найма, применении последствий недействительности сделок, третье лицо – Муниципальное казенное учреждение Департамент развития муниципальной собственности Администрации г. Симферополя,

установил:

24.01.2022 года ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации г. Симферополя ФИО2 о признании недействительным договора передачи жилого помещения в собственность, недействительным договора дарения, понуждении заключить договор социального найма. Мотивирует требования тем, что решением Центрального районного суда г. Симферополя от 27.07.2017 года по гражданскому делу № 2-2166/2017 был удовлетворен иск ФИО5 о признании ФИО1 утратившей право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: . 27.08.2018 года Администрация г. Симферополя заключила с ФИО5 договор о передаче (приватизации) жилого помещения – вышеуказанной квартиры. 20.12.2019 года ФИО5 произвела отчуждение квартиры путем заключения договора дарения квартиры своей дочери ФИО2 21.10.2021 года Верховный Суд Республики Крым отменил решение Центрального районного суда г. Симферополя от 27.07.2017 года, которым ФИО1 была признана утратившей право пользования жилым помещением. Истец полагает, что договор от 27.08.2018 года о передаче (приватизации) жилого помещения (квартиры), а также договор дарения квартиры от 20.12.2019 года заключены с нарушением норм закона и подлежат признанию недействительными, поскольку зарегистрированный в установленном порядке и включенный в договор социального найма гражданин подлежит наделению его долей в приватизируемом имуществе независимо от степени родства с другими проживающими в жилом помещении. Учитывая изложенное, просит восстановить срок исковой давности, признать недействительным договор от 27.08.2018 года № 745/40/18-06 о передаче (приватизации) жилого помещения – квартиры расположенной по адресу: ; признать недействительным договор дарения квартиры от 20.12.2019 года, заключенный между ФИО5 и ФИО2, применить последствия недействительности сделок, обязав Администрацию г. Симферополя заключить договор социального найма помещения указанной квартиры с ФИО1

Определением суда от 31.03.2022 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено МКУ Департамент развития муниципальной собственности Администрации г. Симферополя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО4 поддержала заявленные требования по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО6 в судебном заседании возражала против исковых требований, и пояснила, что ФИО2 являлась родной дочерью бывшего собственника спорной квартиры ФИО5, и проживала в ней до тех пор, пока не вышла замуж за гражданина США и переезда к нему. Однако, несмотря на переезд, регулярно поддерживала связь со своей матерью ФИО5, какие события происходят в ее жизни, ее мужа и его семьи. В частности, ей достоверно стало известно о том, что, начиная с 2004 года истец ФИО1 выехала на постоянное место жительства в Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии в г. Лондон и по настоящее время проживает там, создала семью, имеет постоянное жилье, что не оспаривается ею и было установлено в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-2166/2017. После переезда ФИО1 на постоянное место жительства в Лондон, ФИО5 и ее родной отец просили ее сняться с регистрационного учета, чтобы у них была возможность приватизировать квартиру, в которой они жили практически 50 лет, за совместные денежные средства производили ремонт, оплачивали коммунальные услуги. ФИО7 незадолго до своей смерти начал собирать документы для обращения в суд с иском о признании ФИО1 утратившей право пользования жилым помещением, обращался к депутату Симферопольского городского Совета I созыва ФИО8 для подтверждения факта не проживания его дочери ФИО1 в квартире, расположенной по адресу: . После смерти своего отца, будучи его законным наследником, ФИО1 отказалась вступать в наследство на какое-либо имущество, оставшееся после его смерти, отказалась заключать с Администрацией г. Симферополя договор социального найма. С момента смерти ФИО7 со стороны истца ФИО1 ни в письменной, ни в устной форме в адрес ФИО5 не поступало предложений о приватизации квартиры, категорически не желала поддерживать с ней общение. В связи с тем, что урегулировать спор во внесудебном порядке не получится, все понимали, что ФИО1 квартира не нужна, интереса к проживанию она не проявляла, формальная регистрация ее в квартире лишь создавала препятствия в полной мере владеть, пользоваться и распоряжаться недвижимостью, ФИО5 при жизни было подано исковое заявление о снятии ФИО1 с регистрации, которое решением от 27.07.2017 года было удовлетворено. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 21.10.2021 года указанное решение было отменено не в связи с его незаконностью, а ввиду смерти истицы ФИО5 В настоящее время истцом не представлено доказательств, что она зарегистрирована в спорной квартире. Отсутствие доказательств зарегистрированного места жительства в спорной квартире не свидетельствует о том, что ее право нарушено, поскольку данное право у нее отсутствует. Кроме того, считает, что истцом пропущен срок исковой давности на оспаривание договора от 27.08.2018 года о передаче (приватизации) квартиры, а также договора дарения квартиры, который начал течь с момента обращения истца с апелляционной жалобой по гражданскому делу № 2-2166/2017, а именно с 09.11.2020 года и истек 09.11.2021 года, в то время как исковое заявление было подано 24.01.2022 года, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Иные лица, принимающие участие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени извещены надлежащим образом, причины неявки суду не представили.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд рассматривает дело при имеющейся явке.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о следующем.

Частью 1 статьи 11 ГК РФ установлено, что суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Судом установлено, что на основании решения Симферопольского горисполкома № 486/1 от 27 августа 1974 года ФИО7 на состав семьи: жена – ФИО5, дочь ФИО1, дочь ФИО9, дочь ФИО10, теща ФИО11 была предоставлена (л.д.235-236).

Решением исполнительного комитета Симферопольского городского Совета народных депутатов трудящихся Крымской области № 531 от 26 октября 1977 года часть ул. Русской от улицы Гавена до строящейся больницы переименована в улицу 60 лет Октября (л.д.234).

Согласно лицевому счету от 21.06.2017 года, в квартире в качестве проживающих зарегистрированных лиц указаны ФИО7, ФИО5, и ФИО1 (л.д.237).

ФИО7 умер 31.01.2017 года (л.д.238).

23.06.2017 года ФИО5 обратилась в суд с иском о признании утратившей право пользования ФИО1 вышеуказанной квартирой, указав о том, что в 2004 году последняя добровольно выехала с целью дальнейшего проживания в Англию и по настоящее время там находится. Точный адрес не известен в связи с тем, что ответчиком были прерваны все родственные связи и контакты (л.д.232-233).

Решением Центрального районного суда г. Симферополя от 27.07.2017 года по гражданскому делу № 2-2166/2017 удовлетворены исковые требования ФИО5 о признании ФИО1 утратившей право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: (л.д.12-14).

04.10.2017 года между Администраций г. Симферополя и ФИО5 был заключен договор социального найма жилого помещения № 4273 от 04.10.2017 года в отношении данной квартиры, площадью 43,7 кв.м, членов семьи – не имеется (л.д.182-186).

27.08.2018 года между Администраций г. Симферополя и ФИО5 был заключен договор передачи жилого помещения – вышеуказанной квартиры в собственность в порядке приватизации (л.д.178-181).

20.12.2019 года ФИО5 произвела отчуждение квартиры путем заключения договора дарения квартиры со своей дочерью ФИО2(л.д.108-109).

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 21.10.2021 года решение Центрального районного суда г. Симферополя от 27.07.2017 года, которым ФИО1 была признана утратившей право пользования жилым помещением, отменено, производство по делу прекращено в связи со смертью ФИО5, и правоотношения не допускают правопреемство (л.д.15-18).

В силу статьи 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных данным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Согласно статье 11 указанного выше закона каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз.

В соответствии со статьями 7 и 8 этого же закона передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», гражданам не может быть отказано в приватизации занимаемых ими жилых помещений на предусмотренных этим законом условиях, если они обратились с таким требованием.

Согласно статье 10 Жилищного кодекса Российской Федерации права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных данным кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности (пункт 3).

Частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. ст. 153, 154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно абзацам 2 и 4 пункта 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (67ГПК РФ).

Как видно из материалов дела, на момент приватизации спорного жилого помещения ФИО5 на основании вступившего в законную силу решения суда являлась единственным лицом, имевшим право владения и пользования спорным жилым помещением по договору социального найма и, соответственно, имевшим право на приватизацию этого помещения, ввиду чего основания для вывода о том, что договор передачи (приватизации) спорного жилого помещения не соответствовал требованиям пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Само по себе нарушение прав и законных интересов истца указанной выше сделкой не может являться самостоятельным основанием для признания последующей сделки в отношении спорного имущества недействительной и применения последствий ее недействительности путем возложения обязанности на Администрацию г. Симферополя заключить договор социального найма жилого помещения с истцом ФИО1

Как установлено судом, на момент совершения оспариваемых сделок, сведений об отмене решения Центрального районного суда г. Симферополя от 27.07.2017 не имелось.

Учитывая, что на момент заключения договора передачи спорной квартиры, ФИО1 не была зарегистрирована в спорной квартире, ФИО5 являлась единственным лицом, имевшим право владения и пользования спорной квартирой на основании договора социального найма, следовательно, имела право на приватизацию квартиры. Таким образом, сделка – договор передачи спорной квартиры, на момент его заключения, соответствовала требованиям закона.

Договор дарения также соответствовал требованиям закона, оснований для признания его недействительным не имеется.

Таким образом, отсутствуют основания и для удовлетворения производных требований, и применения последствий недействительности сделок.

Кроме того, требование истца ФИО1 обладает признаками виндикационного иска и фактически является требованием об истребовании имущества у ответчика из чужого незаконного владения.

Виндикационный иск, т.е. истребование имущества из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК РФ), является требованием не владеющего вещью собственника к владеющему несобственнику о возврате ему вещи.

Согласно абзацу 7 п. 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 ст. 167 ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случае, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 34).

Право истребовать свое имущество из чужого незаконного владения предоставлено собственнику статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях (п.2 ст. 302 ГК РФ).

Право собственности ответчика ФИО2 на спорную квартиру возникло на основании безвозмездной сделки – договора дарения от 20 декабря 2019 года, заключенного с ее матерью ФИО5 (л.д.108-109).

Таким образом, обстоятельствами, подлежащими выяснению по данному делу является, во-первых, выбытие имущества из владения истца ФИО1 помимо ее воли, во-вторых, приобретение его ответчиком ФИО2 на основании безвозмездной сделки, что будет являться самостоятельным основанием для удовлетворения требования о виндикации спорного объекта недвижимости от ответчика вне зависимости от того, являлась ли она добросовестным приобретателем указанного имущества или нет.

Вместе с тем, истец ФИО1 не является собственником спорной квартиры и данное имущество не выбывало из ее владения, соответственно отсутствуют основания для применения положений ст. 302 ГК РФ для истребования квартиры у ответчика отсутствуют.

При таких обстоятельствах правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют в полном объеме.

Оснований для применения срока исковой давности не имеется, учитывая следующее.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п.1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Поскольку материалы дела не содержат доказательств того, когда истцу ФИО1 стало известно об оспариваемых сделках, началом исчисления срока исковой давности суд учитывает дату подачи апелляционной жалобы на решение Центрального районного суда г. Симферополя от 27.07.2017 года, а именно 05.11.2020 года (л.д.242).

Таким образом, на момент обращения с данным иском 21.01.2022 года трехлетний срок для оспаривания сделок от 27.08.2018 и 20.12.2019 года не истек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации г. Симферополя, ФИО2 о признании недействительным договора передачи жилого помещения в собственность, недействительным договора дарения, понуждении заключить договор социального найма, применении последствий недействительности сделок – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Центральный районный суд г. Симферополя в течение одного месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Судья Федоренко Э.Р.

Решение суда в окончательной форме принято 27.07.2022 года.