Решение по делу № 2-121/2023 от 27.04.2023 - о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, штрафа.

Дело №2-121/2023 (59RS0002-01-2022-004225-04)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 апреля 2023 г. г. Пермь

Индустриальный районный суд г. Перми в составе

председательствующего судьи Ждановой О.В.

с участием прокурора Манохиной Ж.В.,

представителей истца – ФИО1, по доверенности,

представителя ответчика – ФИО2, по доверенности,

третьего лица гр2,

при секретаре Ковальковой О.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы гражданского дела по иску гр1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЛДЦ «Формула жизни» о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

гр1 обратился в суд с требованиями к Обществу с ограниченной ответственностью «ЛДЦ «Формула жизни» о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, штрафа, указав в обоснование следующие доводы.

30 марта 2022 года истцу проведена пластическая операция – ринопластика – в ООО «ЛДЦ «Формула жизни», расположенном по адресу: <адрес>. До начала операции истец обратился за консультацией к пластическому хирургу гр2, который является сотрудником ООО «ЛДЦ «Формула жизни». Хирург заверил меня, что после ринопластики у него (истца) будет красивый, ровный нос. Однако, в результате пластической операции нос истца стал еще хуже. Кривизну носа не исправили, кроме того, нос обезображен красным шрамом, истец стал хуже дышать, чем до операции, кроме того, в носу имеется новообразование. После операции истец обращался к оперирующему хирургу гр2 с претензиями по поводу проведенной операции. Врач признал свою ошибку, пояснив, что его коллеги из медицинского центра все исправят, проведя повторную операцию. На момент обращения на проведение операции в медицинском центре действовала скидка в размере минус 25 000 руб., и стоимость операции составила бы 50 000 руб. Однако, истцу такую скидку не предоставили, и он оплатил 75 000 руб. за проведенную операцию. Считает, что данными действиями ответчик обманул его (истца). В результате проведения пластической операции истцу причинены физические и нравственные страдания (моральный вред). Лицо истца обезображено, на носу появился шрам, у истца возникли проблемы с носовым дыханием, в результате чего возникают головные боли. Моральный вред истец оценивает в размере 1 000 0000 руб. Размер убытков составляет 100 300 руб., также истцом понесены расходы по оплате платных анализов перед операцией в размере 4 466 руб.

Истец, будучи извещенным надлежащим образом, в судебном заседании участи не принимал, представил заявление о рассмотрении иска в его отсутствие. На требованиях настаивал в полном объеме.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования доверителя поддержала, пояснила, что собранными по делу доказательствами доказан факт оказания некачественной платной медицинской услуги. Просила требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика исковые требования не признала. Представила письменные возражения, доводы которых сводятся к тому, что 30.03.2022 г. между Истцом гр1 и ООО « ЛДЦ «Формула жизни» был заключен договор №, пациент гр1 выбрал в качестве врача гр2 Челюстно-лицевым хирургом гр2 в условиях дневного стационара был осуществлен первый этап челюстно-лицевой операции по исправлению дефектов наружного носа, возникших вследствие застарелой травмы, оперативное вмешательство осуществлено в строгом соответствии с говором № от 30.03.2022 г. В полном соответствии условиями договора Пациенту был озвучен диагноз, цели и методы лечения, связанные с ним риски, возможные варианты и последствия медицинского вмешательства, а также ожидаемые результаты лечения, было обеспечено участие квалифицированного мед.персонала, врача с 45-летним стажем челюстно-лицевого хирурга гр2. В строгом соответствии с действующим законодательством (ФЗ №) пациентом гр1 было подписано добровольное собственноручно заполненное информированное согласие на оперативное вмешательство по коррекции носа под наркозом, в котором пациент подтвердил, что ознакомлен с характером предстоящей операции, ему разъяснены особенности и ход предстоящего оперативного лечения. Документ подтверждает, что гр1 было разъяснено и он осознавал факт того, что могут возникнуть непредвиденные обстоятельства и осложнения, в связи с чем, пациент выражает согласие на то, что ход операции может быть изменен врачом по его усмотрению. гр1 был предупрежден о том, что может потребоваться повторная операция - в связи с возможным осложнением либо особенностью течения заболевания. Пациент дал на вышеуказанное своё добровольное согласие. Пациенту была дана возможность задать вопросы о степени риска и пользе оперативного вмешательства. гр1 был полностью понятен выставленный диагноз. Кроме того, пациент был предупреждён о возможности образования гематом, уплотнений и неровностей, формирования рубцов, возможности достижения неполного косметического эффекта, а также возможность появления моральных переживаний по поводу перенесенной операции. Особо гр1 был проинформирован о том, что необходимо строго соблюдать особые правила, следовать всем медицинским санитарно-гигиеническим предписаниям в целях избежания возможных послеоперационных осложнений. Принципиальными и важнейшими условиями договора являлись требования постоянно и неукоснительно следовать всем медицинским рекомендациям, предписанным врачом в клинике «Формула жизни». Несмотря на все подписания гр1, пациентом были рушены предписания врача (пункт 2.3.2, 2.3.3 договора) - он ни разу после выписки не явился в обозначенные для него сроки. 27.07.2022 г., т.е. через 4 месяца после операции, гр1 подготовил формальную претензию в адрес лечебного учреждения, не указав, в чем же конкретно он считает операцию, проведенную ему, некачественной, ведь пациенту был проведен первый этап лечения - исправление дефекта костного отдела носа путём введения соответствующего имплантата. Все последующие манипуляции и дальнейшее лечение для достижения необходимого результата возможно проводить исключительно после приживления имплантата, т.е. не менее чем через 4, а возможно, и 6 месяцев после первичной операции, о чем пациенту было доподлинно известно. Учитывая вышеизложенное, по мнению ответчика, медицинская услуга в результате первого этапа челюстно-лицевого оперативного вмешательства по коррекции формы носа гр1 оказана качественно в полном соответствии с договором, в связи с чем, в иске просят отказать в полном объеме.

Третье лицо гр2 требования гр1 находит незаконными и не подлежащими удовлетворению. Операция проведена в соответствии с действующими регламентами, качественно. Требуется проведение следующего этапа по коррекции носа.

Прокурор в судебном заседании, с учетом выводов судебно-медицинской экспертизы, дала заключение, в соответствии с которым считает, что требования истца подлежат удовлетворению. Размер компенсации морального вреда следует определять с учетом всех обстоятельств, установленных в ходе разрешения спора, с учетом принципа справедливости и соразмерности.

Допрошенный в судебном заседании гр.3, привлеченный в качестве эксперта в ходе проведения по делу судебно-медицинской экспертизы, пояснил, что в ходе проведения судебной экспертизы, были установлены ряд недостатков, допущенных при оказании платной медицинской экспертизы, в частности, пациенту не выполнена фоторегистрация, которая позволяет идентифицировать изменения наружного носа. В истории болезни имеется протокол оперативного вмешательства, но информативность исследования нулевая. По материалам дела следует, что врач рекомендует выбрать многоэтапную корректирующую операцию, но при проведении многоэтапной корректирующей операции обычно составляется план оперативного вмешательства, где указывается, какие мероприятия проводятся на первом, втором и третьем этапе оперативного вмешательства. Далее такой план обычно подписывается пациентом и хирургом. Если план не подписывается и не согласовывается, то должны быть определены, какие моменты деформации будут устранены. Из договора ясно, что многоэтапность не предполагалась. Должна была быть одна операция по исправлению носа. Наиболее часто для контурной пластики используются собственные ткани организма, аллоимплантаты, либо синтетические имплантаты, применяемые для устранения той или иной деформации, что должно быть согласовано и подписано с пациентом. В данном случае, отсутствует согласие пациента о применении искусственного материала для реконструкции носа. Также не были проведены после операционные осмотры в связи с неявкой пациента. Кроме того, если используются искусственные синтетические материалы, то каждый материал имеет свое регистрационное удостоверение, а также шильду (наклейку). Любой имплантат должен быть вписан в протокол оперативного вмешательства для того, чтобы можно было идентифицировать данный искусственный материал. Также у любого синтетического материала должна быть инструкция, в которой описано в какие зоны и с какой целью можно применять данный материал. В данном случае, в протоколе операции таких данных нет, поэтому невозможно сказать, что именно было применено пациенту. Образование рубцов на носу истца, напрямую связано с наложением фиксирующих швов. При выраженном отёке они могут сдавливать ткани и вызывать появление данного дефекта. Для того, чтобы не возник рубцовый процесс необходимо снять фиксирующие швы на ранних сроках. Рубцы на лице истца не пройдут.

Заслушав доводы сторон, заключение прокурора, изучив письменные доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

На основании п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии со ст. 98 указанного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1095, п. 1 ст. 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков работы или услуги подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

Согласно положениям ст. 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие нарушения потребителем установленных правил пользования результатами работы, услуги или их хранения.

В силу п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41,44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса (п. 2 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

В силу п. 1 ст. 14 названного Закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно ст. 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Как следует из материалов дела 30.03.2022 г. ООО «ЛДЦ «Формула жизни» (Исполнитель) и гр1 (пациент) заключили договор № на оказание платных медицинских услуг (л.д. 9-10).

Согласно выписному эпикризу гр1 был поставлен диагноз: Осн: ИНП Врожденная деформация носа. Крупный концевой отдел носа Q30.9, проведена ринопластика под ЭТН и м/анестезией 0,25% р-р лидокоина. Указаны рекомендации (л.д. 11).

Стоимость платных услуг составила в общей сумме 100 300 руб., которые были истцом оплачены в полном объеме (л.д. 12-13).

По направлению ответчика в порядке подготовке к оперативным мероприятиям, истец был направлен на сдачу анализом, которые были сданы истцом платно, что подтверждено чеками (л.д. 15-19).

При подписании договора, истцом была заполнена анкета пациента, инофрмированное добровольное согласие на оперативное вмешательство, а также подписано заявление об информированности и согласии, в том числе дано согласие на фотосъемку, для фиксации клинического случая (л.д.37-39, 40).

Операция в ЛДЦ проводилась врачом челюстно-лицевым хирургом гр2, который состоит в трудовых отношениях с ответчиком, что подтверждается приказом о принятии его на работу, трудовым договором (л.д. 59, 65, 66-67).

22 и 23 августа 2022 г. ответчиком в адрес истца были направлены информационные письма о необходимости проведения второго этапа пластической операции, стоимость которого уже входит стоимость по договору, оплаченной истцом (л.д. 60-61). Сведений о получении истцом данных писем, материалы дела не содержат.

Как следует из выписки из амбулаторной карты гр1, представлено ООО «ЛДЦ «Формула жизни», истцу после операции было рекомендовано явиться через пять дней после проведенной операции, то есть 04.04.2022 г., однако в назначенный день истец не явился, был рекомендован повторный осмотр 04.05.2022 г., в назначенный день гр1 также не явился. Рекомендовано проведение КТ костей носа 04.05.2022 г., повторный прием с результатами исследования июль-август 2022 г. В указанный период пациент не явился (л.д. 101). Данные сведения противоречат информации, содержащейся в выписном эпикризе, выданной ответчиком на руки истцу, где отсутствует дата, когда ему необходимо было явиться для осмотра.

27.07.2022 г. истец обратился в ООО «Медицинский центр «Любимый доктор» с жалобами на состояние после ринопластики (л.д. 82-91).

С целью проверки доводов, как истца, так и ответчика, по ходатайству последнего, судом по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Так экспертами в рамках проведенной экспертизы, сделаны следующие вывод. На представленной на экспертизу рентгенограмме придаточных пазух носа в прямой проекции от 29.03.2022 на имя гр1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, видимых патологических изменений придаточных пазух носа не выявлено. Определяется искривление носовой перегородки. Данные, содержащиеся в представленной на экспертизу медицинской карте № стационарного больного, свидетельствуют, что гр1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 30.03.2022 обратился за медицинской помощью в ООО «ЛДЦ» Формула жизни» с жалобами на наличие дефекта (деформации) наружного носа, затруднение носового дыхания. Пациент был осмотрен, ему установлен диагноз «Основной: Посттравматическая деформация косно-хрящевого отдела носа. Неправильно сросшийся, застарелый перелом костно-хрящевого отдела носа. М 95.0 приобретенная деформация носа». В медицинской карте № стационарного больного в разделе «ЛОР статус» указано: «Контуры наружного носа не изменены. Деформация наружного носа». Фотографии пациента до операции, выполненные в клинике, не представлены. Выставленный гр1 диагноз «М 95.0 приобретенная деформация носа» (кодировка по Международной классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем (МКБ), не соответствует клиническому описанию по истории болезни - в описательной части наружного носа изменений не выявлено). Таким образом, на основании сведений, содержащихся в медицинских документах, и рентгенологическому исследованию носа (имеется в медицинских документах), определить вид деформации носа не представляется возможным. В материалах гражданского дела №-М-3053/2022 имеются фотографии, предоставленные гр1, на которых определяется посттравматическая деформация костно-хрящевого отдела носа. Исходя из вышеизложенного, при обращении в «марте 2022» в ООО «ЛДЦ» Формула жизни» у гр1 имелась посттравматическая деформация костно-хрящевого отдела носа. Вид деформации определить не представляется возможным. В настоящее время каких-либо утвержденных федеральных нормативно-правовых документов (стандартов, клинических рекомендаций) по устранению посттравматической деформации наружного носа не существует. Медицинская помощь по устранению посттравматической деформации носа (М95.0 приобретенная деформация носа) оказывается с учетом общепринятых подходов, сформулированных в монографии гр.4 [2]. При планировании оперативного вмешательства по устранению посттравматической деформации носа необходимо отметить жалобы пациента, провести клиническое обследование, включая лабораторные и объективные методы исследования, фоторегистрацию, риноскопию, оценку носового дыхания, а так же выполнить рентгенологические методы обследования [гр.4. Функциональная ринопластика - СПб.: Изд-во Политехн.ун-та, 2010,- стр. 61-77]. Изучение медицинской карты № стационарного больного показало, что проведенные пациенту методы диагностики являются достаточными, но не полными, а именно: пациенту не выполнена фоторегистрация, которая позволяет идентифицировать изменения наружного носа, что является дефектом оказания медицинской помощи. Все согласия на проведения оперативного лечения и анестезии получены. Все риски, возможный результат операции и возможные осложнения пациенту объяснены и им подписаны. Таким образом, объем обследования выполнен в достаточном, но не полном, объеме, а именно: не проведена фоторегистрация пациента, что является дефектом оказания медицинской помощи. Импланты для контурной пластики тела в реконструктивной хирургии лица применяются. Наиболее часто используются трансплантаты (импланты) из носовой перегородки, ушной раковины, реберные трансплантаты, фациальные трансплантаты, синтетические трансплантаты (импланты). К синтетическим имплантам для коррекции носа на сегодняшний день в пластике (реконструкции) носа применяются материалы: металлы, полимеры, пористо углеродные соединения и керамика. В доступной эксперту литературе нет сведений о применение каркасного сетчатого импланта для коррекции спинки носа. В медицинских документах нет шильды (наклейки), в протоколе операции не описан установленный имплант на спинку носа, поэтому определить его назначение применительно к подходам оказания медицинской помощи по восстановительной хирургии лица не представляется возможным. Клиникой ООО «ЛДЦ «Формула жизни» не предоставлена информация по установленному гр1 импланту. Учитывая изложенное выше, решить вопрос о возможности применения сетчатого импланта при реконструкции носа (в области спинки носа) в рассматриваемом клиническом случае не представляется возможным. Применение «каркасного импланта» на спинку носа не вызывает нарушения носового (внешнего) дыхания. Нарушения носового (внешнего) дыхания могут быть при выполнении остеотомии, понижение спинки носа, дисфункции носовых клапанов, уменьшение стабильности хрящевых структур, расслаблении кожных покровов, сужении крыльев носа. Такие оперативные действия гр1, судя по медицинским документам, не проводились. Таким образом, проведение оперативного вмешательства «контурная пластика каркасным имплантом» не вызывает нарушение функции внешнего дыхания. При судебно-медицинском обследовании гр1 в рамках настоящей экспертизы установлены рубцовые изменения на спинке носа. Рубцовые изменения на спинке носа сформировались в области стабилизирующих наружных швов для фиксации импланта спинки носа. Такой вид фиксации допустим в рассматриваемом клиническом случае (протоколе операции). При применении наружных швов вследствие чрезмерного затягивания или при выраженном отеке спинки носа после оперативного вмешательства рубцовый процесс в области спинки носа неизбежен. Наложение подобных швов требует осмотра пациента и наблюдение за состоянием швов в послеоперационном периоде. При возникновении угрозы сдавления мягких тканей с целью профилактики рубцового процесса необходимо раннее снятие швов. Длительное сдавление швами вызывает воспалительную реакцию, сдавление тканей и формирование рубцовых изменений на спинке носа. В медицинских документах зафиксировано, что пациент не являлся на контрольные осмотры в послеоперационном периоде. Следовательно, у эксперта нет оснований расценивать формирование рубцовых изменений на спинке носа у гр1 вследствие допустимого в рассматриваемом клиническом случае способа фиксации наружными швами «сетчатого импланта спинки носа» дефектом оказания медицинской помощи. Дефект оказания медицинской помощи, указанный выше, не оказал влияния на течение и исход проведенной гр1 операции «контурная ринопластика каркасным имплантом» и не повлек ухудшение состояния его здоровья, а так же каких-либо последствий. Фоторегистрация позволяет только идентифицировать вид деформации носа, но не оказывает влияние на диагностические и лечебные мероприятия. Следовательно, оснований для установления причинно-следственной связи не имеется. Результаты судебно-медицинского обследования гр1 в рамках настоящей экспертизы дают основание сделать вывод, что в рассматриваемом случае эстетическое устранение деформации носа не достигнуто. Принимая во внимание, изложенное выше, в соответствии с пунктом 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённых приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008г. №н и методическими рекомендациями «Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи», оснований для установления степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не имеется (л.д. 185-191).

Оценивая заключение судебной экспертизы, суд признает выводы экспертов обоснованными, поскольку экспертиза проведена экспертами компетентной организации в предусмотренном законом порядке в соответствии с требованиями статей 79, 80, 84, 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперты имеют соответствующую квалификацию, образование и стаж работы, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, в их распоряжение были представлены материалы гражданского дела, медицинская документация на имя истца, а также был произведен натурный осмотр истца членами экспертной комиссии.

Возражая против выводов экспертов в части отсутствия должной информации относительно используемого материала в качестве имплантата, стороной ответчика представлена накладная № от 13 декабря 2019 г. на приобретение сетки для имплантации, регистрационное удостоверение на медицинское изделие от 22.08.2012 №ФСЗ 2011/09776 (имплантаты для внутреннего протезирования, производитель КовидиенЛлс, США), приложение к данному регистрационному удостоверению, декларация о соответствии, регистрационное удостоверение от 05.04.2011 г. №ФСЗ 2011/09537 (сетки для имплантации, производитель «Герниамеш» Италия), приложение к данному удостоверению, а также инструкция по применению медицинского изделия (регистрационное удостоверение №ФСР 2008/02207 от 27.04.2018 г., которое представлено суду не было).

Однако, с учетом сведений, содержащихся в медицинской карте, а также выводов экспертов, суд не может прийти к выводу, какой именно из материалов, указанных в регистрационных удостоверениях, был применен именно в рамках оперативных мероприятий, проведенных истцу.

Таким образом, анализируя доказательства в совокупности, принимая во внимание установленные обстоятельства, суд приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 2 статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 ГПК РФ).

Согласно статье 3 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, их защита должна быть приоритетной.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Так судом бесспорно установлено, что на основании договора об оказании платных медицинских услуг, ответчиком истцу проведена пластическая операция по коррекции носа, имеющего седловидную форму в результате полученной травмы в подростковом возрасте. Операция в ЛДЦ проводилась врачом челюстно-лицевым хирургом гр2

Будучи не удовлетворенным тем, что ожидаемый результат от пластической операции – эстетический эффект, достигнут не был, полагая, что медицинская услуга оказана некачественно, истец обратился в суд с настоящим иском, за защитой нарушенного права.

Качество медицинской услуги в рамках судебного спора может быть подтверждено только путем проведения судебно-медицинской экспертизы, с привлечением к ее проведению узких специалистов.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 ГПК РФ).

По смыслу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (ст. 55 ГПК РФ).

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

С учетом фактических обстоятельств дела, суд принимает во внимание результаты экспертного заключения ГКУЗОТ «ПКБСМЭ», и не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения экспертизы, поскольку оно отвечает требованиям относимости и допустимости, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от дата № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным. Эксперты до начала производства исследования были предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, специалисты имеют необходимое для проведения подобного рода экспертиз образование, квалификацию и экспертные специальности, стаж экспертной работы.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Из приведенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое должно оцениваться судом не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в системе действующих положений закона.

Так, суд в качестве основного и допустимого доказательства принимает во внимание заключение судебно-медицинской экспертизы, выводы которой должны быть положены в основу судебного акта. В своем заключении эксперты пришли к мнению о наличии оснований полагать, что при оказании платной медицинской услуги, ответчиком, как исполнителем по договору, были допущены дефекты, в результате которых не был достигнут тот результат, который ожидал пациент гр1 Изначально целью обращения истца в ЛДЦ было восстановить эстетический внешний вид носа, который имел седловидную форму в результате полученной травмы, а также устранить затруднения дыхания. При заключении договора, истцу был гарантирован ожидаемый эстетический эффект, который впоследствии достигнут так и не был.

Вопреки доводам ответчика о том, что проведенная операция по сути является одним из этапов восстановления формы носа и не является окончательной, материалы дела не содержат допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что истцом был согласован некий план мероприятий, с которыми он был ознакомлен и поставлен в известность. Данные действия ответчика, также экспертами расценены, как дефект оказанной медицинской услуги.

Иному, в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, стороной ответчика доказательств не представлено.

Согласно преамбуле Закона РФ "О защите прав потребителей" существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Статьей 4 Закона «О защите прав потребителей» предусмотрено, что продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

Как уже было отмечено выше, эстетический эффект в результате проведенной пластической экспертизы достигнут не был. Мало того, на лице истца в области носа имеются рубцы, которые, как следует из пояснений эксперта, допрошенного в ходе судебного заседания, самостоятельно не исчезнут.

В материалах дела данных о возможности полного оказания услуги истцу иным способом, чем проведением повторной операции, т.е. несением, как минимум, аналогичных по стоимости расходов, не имеется.

Таких доказательств ответчиком не представлено.При таких обстоятельствах, исковые требования гр1 о взыскании уплаченных по договору об оказании платных медицинских услуг в размере 100 300 руб., а также убытков в размере 4 466 руб. подлежат удовлетворению. Необходимость несения убытков в размере 4 466 руб., связана с дополнительным медицинским обследованием по направлению ответчика перед планируемой операцией.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующее.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 " О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Пунктами 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 " О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда. Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно части 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "М. (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из установленного факта нарушения правгр1 при оказании платных медицинских услуг, с учетом степени его нравственных и физических страданий, возникших в результате того, что после проведенной пластической операции ожидаемый эффект не достигнут (форма носа не исправлена), но при этом не установлен факт причинения вреда здоровью истца. То обстоятельство, что истец обратился к специалистам за исправлением формы носа, деформированного в результате полученной ранее травмы, безусловно свидетельствует о том, что внешний дефект доставляет ему неудобства и стеснения, от которых он имел намерение избавиться.С учетом изложенного суд считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда, снизив заявленный размер до 150 000 рублей, что будет отвечать требованиям разумности, справедливости и достаточности, а также соответствовать характеру перенесенных истцом нравственных страданий в связи с некачественным оказанием ему медицинских услуг.

В соответствии со ст. 13 Закона «О защите прав потребителей» с ответчика в пользу истца также подлежит взысканию штраф в размере 127 383 руб. – 50% от взысканной суммы.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход государства подлежит взысканию госпошлина в размере пропорционально удовлетворенным требованиям.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЛДЦ «Формула жизни» в пользу гр1 стоимость оказанной медицинской услуги в размере 100 300 руб., убытки в размере 4 466 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., штраф в размере 127 383 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЛДЦ «Формула жизни» в доход государства госпошлину в размере 3 595, 32 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Судья: О.В. Жданова