Дело № 2-287/2022
УИД36RS0003-01-2021-005033-26
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Воронеж 13 июля 2022г.
Левобережный районный суд г. Воронежа в составе:
председательствующего судьи Голубцовой А.С.,
с участием ответчика ФИО1 и его представителя по ордеру - адвоката Сорокиной Е.В.,
при секретаре Журавлевой М.И.,
рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО2 ФИО8 к ФИО2 ФИО9 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки,
установил:
истец ФИО3 обратился в суд с заявлением к ФИО1, указав, что истец являлся собственником двухкомнатной <адрес>, общей площадью 45,3 кв.м., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 24.06.2010. Зимой 2019 года истец перенес тяжелое заболевание, 08 мая 2019 года, после долгих уговоров об опасении за его здоровье и жизнь, он переоформил по договору дарения квартиру на своего сына ФИО1, который утверждал, что квартира так же останется у прежнего хозяина, а договор нужен лишь для того, чтобы было меньше проволочек с документами. Месяц назад позвонил квартирант, который со своей семьей много лет снимает у истца квартиру и сказал, что пришли люди, стали выгонять его с детьми на улицу, мотивируя тем, что они новые собственники и эту квартиру будут продавать. Истец позвонил сыну и потребовал вернуть обратно его право на квартиру, поскольку тот воспользовался его болезнью и обманул его. Однако, ответчик отказал истцу. В связи с тем, что в момент совершения договора дарения истец находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий, подписанный им договор дарения от 08 мая 2019г., является недействительным, а запись о регистрации, произведенная на основании этого договора, подлежит погашению. Истец считает, что указанный договор недействителен, поскольку на момент совершения сделки даритель, хотя и был дееспособным, однако, не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. По мнению истца, на момент заключения договора у него имелись заболевания, которые могли привести к неадекватности поведения и повлиять на его психологическое и психическое состояние, он был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими, что подтверждается заключением судебно-психиатрической экспертизы, справками, выписками, другими документами из психоневрологического, наркологического диспансеров. Просит признать договор дарения двухкомнатной <адрес>, общей площадью 45,3 кв.м., заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительным. Признать за ФИО3 право собственности на <адрес>, прекратить право собственности на квартиру ФИО1, погасить запись регистрации (т.1 л.д.3-5).
Ответчик ФИО1 и его представитель по ордеру – адвокат Сорокина Е.В. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, считая недоказанным тот факт, что при заключении договора дарения между сторонами по делу, истец не был способен понимать значения своих действий.
Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом, однако судебное извещение возвращено с отметкой почтовой службы «истек срок хранения» (т. 2 л.д.7).
Третье лицо Управление Росреестра по Воронежской области о слушании дела извещено надлежащим образом.
В силу положений ст. 165.1 ГК РФ, 167 ГПК РФ суд считает возможным рассматривать ело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о слушании дела.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, разрешая исковые требования по существу в соответствии с положениями ст.ст. 56,60,67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3. (даритель) и ФИО1 (одаряемый) заключили договор дарения, по условиям которого даритель подарил, а одаряемый принял в дар следующее имущество: квартира, общей площадью 45,3 кв.м., по адресу: <...>. Указанная квартира принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора на передачу квартиры в собственность № 230460 от 18.05.2010, зарегистрированного 18.05.2010 Приказом руководителя управления жилищного фонда и жилищной политики администрации городского округа г.Воронеж за № 361 (т. 1 л.д.6-7, 47-64).
Из предоставленной информации филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области» от 17.11.2022 в Едином государственном реестре недвижимости содержатся сведения о зарегистрированном праве на объект недвижимости (помещение), расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером 36:34:0307009:635. Правообладателем указанной квартиры является ФИО1 на праве собственности с 26.06.2019 (т.1 л.д.122-242).
В <адрес> числятся зарегистрированными: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1 л.д.250).
Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец указал, что при совершении договора дарения находился в таком состоянии, при котором не мог понимать значения своих действий.
Из анализа положений п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору дарения передача имущества осуществляется безвозмездно, при этом обязательным признаком договора является вытекающее из него очевидное намерение передать имущество в качестве дара.
Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Бремя доказывания недействительности совершенной сделки возлагается на истца.
Так стороной истца в материалы дела представлены выписки из медицинских карт в отношении ФИО3 (т. 1 л.д.140-151).
По ходатайству стороны истца определением суда от 24.03.2022 назначено проведение судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, производство которой поручено КУЗ ВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» (т. 1 л.д.256-258).
Вместе с тем, гражданское дело возвращено из экспертного учреждения без заключения, с указанием мотива непроведения экспертизы – неявка ФИО3 (т. 2 л.д.1,2,3).
Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст.12 ГПК РФ, лицо, нереализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на предоставление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.
В соответствии с частью 3 статьи 79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.
Вместе с тем, истец от участия в проведении вышеуказанной экспертизы отказался и не явился, для ее проведения, в связи с чем, производство экспертизы невозможно.
Доказательств, свидетельствующих о том, что неявка истца на экспертизу связана с обстоятельствами, объективно препятствовавшими его явке на экспертизу, в материалах дела не имеется.
В свою очередь, стороной ответчика в ходе рассмотрения дела представлены следующие доказательства.
Так, по ходатайству ответчика в судебном заедании допрошен свидетель ФИО5 пояснившая суду, что ФИО1 является ее сыном, а ФИО3 – супругом. Когда сын пришел из армии, то отец предложил продать квартиры по ул.Ст.Большевиков в г.Воронежа, в котором они зарегистрированы. При этом квартира принадлежала ей. Истцу требовались денежные средства на бизнес. Истец заявил, что подарит сыну свою квартиру, расположенную по <адрес>, поскольку после продажи квартиры, принадлежащей свидетелю, утрачивалась регистрация у всей семьи. У отца имелся долг за квартиру, в которую он предложил всех зарегистрировать. Данный долг был оплачен свидетелем. Денежных средств от продажи квартиры свидетеля не хватило на то, чтобы истец смог открыть бизнес. У истца также имелась другая квартира по <адрес> в <адрес>, которую он передал во владение сыну. Эта квартира была в запущенном состоянии и там невозможно было проживать. На деньги, вырученные от продажи квартиры по <адрес>, они сделали ремонт в квартиру по <адрес> в <адрес>. В квартире по <адрес> также не предусмотрены условия для проживания, поэтому они решили ее продать и купить новое жилье. Однако, продать ее не смогли, поскольку в ней прописан истец, а сняться с регистрационного учета он отказался и стал оспаривать договор дарения. Также, свидетель пояснила, что у истца имеются водительские права, в том числе и на грузовые автомобили. Истец также имеет трехкомнатную квартиры по <адрес>, а на <адрес> имеет двухэтажный дом, в котором он в настоящее время живет, и два гаража в районе Шилово. С ДД.ММ.ГГГГ она с истцом не проживает. Раньше все жили по адресу: <адрес>. Она была прикреплена к поликлинике № 17 и врачей посещали по данному адресу. Она не может подтвердить наличие переводов денежных средств ответчику, поскольку ранее жили хорошо. В 2018-2019 годах она и муж посещали больницу на 9 км. У истца имелось заболевание руки, у него был инсульт. По поводу его состояния здоровья после инсульта сказать ничего не может, но после выписки из стационара на следующий день отправился на работу. Ходила вместе с мужем в поликлинику, когда сын был в армии, вместе посещали эндокринолога.
Оценивая свидетельские показания, суд приходит к выводу, что они н подтверждают и не опровергают обстоятельства, имеющие существенное значение для дела.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что вопреки положениям закона, истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии пороков воли истца при заключении договора дарения. Исходя из содержания договора, истец подтвердил, что он не лишен дееспособности, не состоит под опекой, не страдает заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие его совершить данный договор (п. 7 Договора).
Истцом не доказаны обстоятельства, на которых он основывал свои требования, а именно - заключение договора дарения квартиры в состоянии, при котором не был способен понимать значения совершаемых им действий. При этом, суд исходит из того, что ФИО3 лично подписал договор, а после его заключения не отказался от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество. В этой связи, суд приходит к выводу о том, что воля ФИО3, собственноручно подписавшего договор дарения и заявление о государственной регистрации перехода права собственности, была направлена на создание указанных в этом договоре последствий по безвозмездному отчуждению объектов недвижимости в пользу сына ФИО1
Оснований для квалификации оспариваемой сделки по ст. 177 ГК РФ, не имеется, поскольку оспариваемый договор дарения, содержит все существенные условия, которые изложены четко, ясно и исключают возможность его неоднозначного толкования, сторонами подписан и исполнен.
Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе, пояснения истца, руководствуясь положениями статей 209, 572, 421, 166, 167, п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных указанными нормами Гражданского кодекса Российской Федерации для признания оспариваемого истцом договора дарения недействительным, при этом суд исходит из того, что истцом доказательств, свидетельствующих о том, что в момент совершения сделки он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.
При заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора дарения. При этом, название договора (договор дарения) и его текст, не позволяют усомниться в том, что волеизъявление сторон было направлено на заключение именно договора дарения.
Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований, в связи с чем, в удовлетворении требований о признании сделки недействительной следует отказать.
Разрешая требования истца о признании за истцом права собственности на спорную квартиру, прекращении права собственности ответчика, погашении записи о регистрации, суд исходит из того обстоятельства, что данные требования являются производными от первоначальных требований, в удовлетворении которых судом отказано, в связи с чем, в удовлетворении производных требований также надлежит отказать.
Суд также принимает во внимание то, что иных доказательств, суду не представлено и в соответствии с требованиями ст. 195 ГПК РФ основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
Кроме того, поскольку судом принято решение об отказе в удовлетворении исковых требований, на основании ст. 144 ГПК РФ суд находит необходимым отменить обеспечительные меры, примененные в рамках настоящего дела на основании определения судьи от 25.10.2019.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО2 ФИО10 к ФИО2 ФИО11 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, отказать.
Отменить обеспечительные меры в виде запрета на совершение регистрационных действий в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес> яд. 2 <адрес>, принятые на основании определения судьи Левобережного районного суда г. Воронежа от 25.10.2019.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через районный суд.
Решение в окончательной форме изготовлено 20.07.2022.
Судья А.С. Голубцова