43RS0026-02-2021-000307-53

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Омутнинск Кировской области 28 сентября 2022 г.

Омутнинский районный суд Кировской области в составе

председательствующего судьи Костина А.В.,

при секретаре Ситчихиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2/11/2022 по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причинённого в результате ДТП, упущенной выгоды и убытков, и по встречному иску ФИО2 к ИП ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В основании иска указал, что <ДАТА ИЗЪЯТА> на *** км автомобильной дороги <АДРЕС ИЗЪЯТ> произошло столкновение принадлежащего ФИО1 экскаватора-погрузчика JCB *** и автомобиля Volkswagen Touareg, принадлежащего ФИО2, под его управлением. Виновным в ДТП признан ФИО2 Истцу как собственнику экскаватора-погрузчика JCB *** *** регион причинен материальный ущерб. Страховой полис ОСАГО ФИО2 на момент ДТП не оформлен. В связи с повреждением экскаватора-погрузчика JCB *** истец понес расходы на ремонт транспортного средства в сумме 155194 руб. 60 коп. По договору аренды №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА> экскаватор-погрузчик JCB *** был передан в аренду, стоимость аренды составляла *** руб. в сутки. В связи с тем, что в результате ДТП экскаватор-погрузчик в период с <ДАТА ИЗЪЯТА> по <ДАТА ИЗЪЯТА> был в неработоспособном состоянии, у истца образовалась упущенная выгода, которую он мог бы получить по договору, в размере 720000 руб. В связи с необходимостью предоставления интересов ИП ФИО1 в суде при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 истец понес расходы на оплату услуг юриста в размере 100000 руб. Истец просит взыскать в свою пользу с ФИО2 155194 руб. 60 коп. в возмещение ущерба, причиненного транспортному средству, упущенную выгоду в размере 720000 руб., расходы по оплате услуг представителя, понесённые при рассмотрении дела об административном правонарушении, в размере 100000 руб., расходы по оплате услуг нотариуса в размере 11360 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12951 руб. 95 коп.

Ответчик ФИО2 обратился со встречным исковым заявлением к ИП ФИО1, в котором указал, что ДТП произошло по обоюдной вине водителя экскаватора-погрузчика JCB ХО905050 ФИО3, нарушившего требования Правил дорожного движения, и водителя ФИО2 В результате ДТП автомобиль Volkswagen Touareg не подлежит восстановлению, его стоимость по договору купли-продажи от <ДАТА ИЗЪЯТА> составляет *** руб. В связи с изложенным ФИО2 просит взыскать с ИП ФИО1 в возмещение ущерба указанную сумму.

В ходе судебного разбирательства представитель истца-ответчика ИП Геращенко адвокат Каунов В.В. на удовлетворении иска настаивал, встречный иск не признал, пояснив, что водитель ФИО2 нарушил Правила дорожного движения, поскольку не имел права находиться на полосе встречного движения, совершая обгон, так как ДТП произошло на участке дороги, где нанесена сплошная разделительная полоса. ФИО4 был обязан вернуться в свою полосу. Водитель трактора Правил дорожного движения не нарушал, он имел преимущество, разворачиваясь в разрешённом для этого месте и, находясь на встречной полосе, не создавал помех для той полосы движения, где должен был находиться ФИО4. Водитель трактора убедился в безопасности манёвра, его никто не обгонял, он подал сигнал поворота, начал выполнять манёвр, и в него врезался автомобиль. Водитель, нарушающий ПДД, не имеет преимущества, и у других водителей отсутствует обязанность уступать ему дорогу. После ДТП, в связи с повреждением трактора ИП ФИО1 для выполнения условий договора, заключённого с ООО «ДорМостСервис», вынужден был предоставить другой трактор, в связи с чем понёс убытки в виде неполученных доходов от использования данного трактора, который мог бы использоваться всё это время.

Представитель ответчика-истца Седых Н.Н. иск не признала, на удовлетворении встречного иска настаивала, уточнив исковые требования, и просила взыскать с ИП ФИО1 в возмещение материального ущерба 3757200 руб. Согласно её письменным и устным объяснениям, не было установлено, кто из водителей первым начал выполнение своего манёвра, и в какой момент они начали их совершать. Водитель экскаватора-погрузчика нарушил требования пунктов 8.1, 8,2, 8.5 (абз. 1), 8.7 и 11.3 ПДД. Он начал манёвр разворота, не убедившись в его безопасности и создав помехи другим участникам дорожного движения, так как он не мог быть уверен, что за грузовым автомобилем не имеется других участников дорожного движения, которые могут пытаться завершить манёвр обгона, как того требовала разметка дорожного полотна. Он подал сигнал поворота не заблаговременно, а непосредственно перед перекрёстком. Включённый сигнал поворота не даёт преимущества в движении. Водитель экскаватора-погрузчика должен был перед началом манёвра разворота принять крайнее правое положение на своей полосе движения, чего он не сделал, и водитель автомобиля ФИО4 не увидел его заблаговременно. ФИО4 не мог изменить траекторию движения, так как сбоку от него двигался автопоезд, а впереди находился экскаватор. Также и водитель экскаватора-погрузчика не мог заметить автомобиль Volkswagen Touareg. Он воспрепятствовал манёвру обгона, совершая разворот, при этом пересёк траекторию движения автомобиля, совершавшего обгон в неположенном месте.

Указанное подтверждено заключением эксперта №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА>, то есть действия обоих водителей находятся в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, имеется обоюдная вина.

ИП ФИО1, ФИО2, а также привлечённые к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 и ООО «ДорМостСервис» в суд не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещены.

Выслушав участников процесса, допросив эксперта, свидетеля, исследовав материалы дела, суд пришёл к следующему.

В силу п. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Постановлением судьи Омутнинского районного суда Кировской области от 10.06.2021 установлено, что <ДАТА ИЗЪЯТА> в 18 ч. 30 мин. на *** км автомобильной дороги <АДРЕС ИЗЪЯТ> ФИО2, управляя принадлежащим ему автомобилем Volkswagen Touareg, гос. рег. знак ***, нарушил п. п. 1.3, 11.1 Правил дорожного движения, не убедился в том, что полоса, на которую он выехал для совершения обгона, свободна на достаточном для обгона расстоянии, и совершил столкновение с экскаватором-погрузчиком JCB, гос. рег. знак ***, принадлежащего ФИО1, под управлением ФИО3, выполнявшим разворот (т. 1, л. 13-27).

Судьёй установлено, что допущенное водителем ФИО2 нарушение пунктов 1.3, 11.1 ПДД: игнорирование дорожной разметки, запрещающей движение по встречной полосе, и невыполнение требований безопасности при совершении обгона транспортных средств, находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП, причинением потерпевшему ФИО3 повреждения в виде <ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ> и причинением имущественного вреда потерпевшему ИП ФИО1

Производство по делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, поскольку не наступили последствия в виде средней тяжести вреда здоровью ФИО3

Решением судьи Кировского областного суда от 28.07.2021 постановление судьи от 10.06.2021 оставлено без изменения, а жалоба защитника ФИО2 – Седых Н.Н. – без удовлетворения (т. 1, л. 28-33).

В соответствии с Правилами дорожного движения, утверждёнными Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090, под обгоном понимается опережение одного или нескольких транспортных средств, связанное с выездом на полосу (сторону проезжей части), предназначенную для встречного движения, и последующим возвращением на ранее занимаемую полосу (сторону проезжей части) (п. 1.2).

Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами (п. 1.3).

Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения (п. 11.1).

Водителю запрещается выполнять обгон в случае, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево (п. 11.2).

Горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.

Линию 1.1 пересекать запрещается (Приложение 2 к Правилам дорожного движения).

Сторона ФИО2 ссылается на обоюдную вину водителей транспортных средств в ДТП, представив в качестве подтверждения заключение эксперта №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА> ООО «Кировский региональный экспертно-оценочный центр» (т. 1, л. 226-233), согласно выводам которого, механизм ДТП являлся следующим: в момент столкновения экскаватор находился в стадии завершения манёвра разворота и полностью находился на встречной полосе. Автомобиль Фольксваген двигался прямолинейно по встречной полосе, совершая манёвр обгона. Экспертом определено наиболее вероятное взаимное расположение ТС в момент столкновения, соответствующее углу ~ 900 между продольными осями, что соответствует повреждениям обоих ТС и обстоятельствам дорожно-транспортной ситуации. Перед столкновением манёвр обгона автомобиль Фольксваген совершал на участке дороги, где согласно разметке «1.1» запрещён выезд на встречную полосу и движение по встречной полосе. Протяжённость данной разметки составляла 20 метров непосредственно до перекрёстка, на котором произошло ДТП. Перед разметкой «1.1» была нанесена разметка «1.6» протяжённостью 56 м., которая предупреждала водителя Фольксвагена о приближении к разметке «1.1». Установить экспертным методом, кто раньше начал совершать манёвр обгона или разворота, не представляется возможным.

В дорожной ситуации, при которой было совершено ДТП, водители должны были руководствоваться следующими пунктами ПДД РФ: водитель экскаватора – п. п. 8.1, 8.2, 8.5, 8.11, 11.3 ПДД РФ; водитель Фольксвагена – п. п. 1.3, 11.1, 11.2 ПДД РФ.

Водитель Фольксвагена нарушил: п. 1.3 ПДД – пересёк разметку 1.1 и двигался по встречной полосе, совершая обгон на участке дороги, где движение по встречной полосе запрещено; п. 11.1 ПДД РФ – в процессе обгона создал опасность для движения и помеху другим участникам дорожного движения, в данном случае экскаватору. Водитель экскаватора нарушил: п. 8.1 абз. 1 ПДД РФ – манёвр разворота должен быть безопасен и не создавать помех другим участникам движения; п. 11.3 ПДД РФ – водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными средствами. В данном случае под иными средствами понимается манёвр разворота, при совершении которого экскаватор пересёк траекторию движения Фольксвагена, который совершал манёвр обгона в неположенном месте.

Экспертом сделан вывод, что невыполнение водителем автомобиля Фольксваген требований указанных пунктов ПДД РФ находится в причинно-следственной связи с ДТП.

Допрошенный судом в качестве свидетеля эксперт <ССС> подтвердил сделанные им выводы. Пояснил, что для водителя автомобиля Volkswagen Touareg момент возникновения опасности – начало совершения поворота водителем трактора, а для последнего – когда он намеревался совершить манёвр левого поворота. В тот момент он мог предвидеть, что по встречной полосе мог двигаться автомобиль, совершающий обгон. Для того, чтобы совершить манёвр поворота или разворота, он должен убедиться в безопасности маневра. Учитывая наличие на данном участке полосы разметки 1.1, преимущество при совершении манёвра было у трактора. Причинно-следственная связь не в том, что водитель автомобиля Volkswagen Touareg нарушил требования ПДД и ехал по встречной полосе, а в том, что водитель трактора не убедился в безопасности своего манёвра и пересёк траекторию, он мог видеть в зеркало заднего вида. Если бы он отказался от своего манёвра, то это могло предотвратить ДТП. Водитель автомобиля достаточное время двигался по встречной полосе, обгоняя колонну автомобилей. Пояснения водителя трактора о том, что он никого не видел, противоречат механизму ДТП, поскольку, когда он совершал поворот, Фольксваген уже двигался по встречной полосе, и он не мог его не видеть.

По ходатайству ответчика судом была назначена автотехническая экспертиза. Согласно заключению эксперта №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА> Кировской лаборатории судебной экспертизы Минюста России (т. 2, л. 138-149), выводы о механизме ДТП совпадают с выводами, содержащимися в заключении эксперта №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА>. Экспертом указано, что непосредственно перед столкновением автомобиль Volkswagen Touareg двигался по полосе встречного движения, а экскаватор-погрузчик JCB находился в прочесе выполнения манёвра разворота под углом, близким к прямому к продольной оси проезжей части (ответ на вопрос 1). В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля Volkswagen Touareg (далее также водитель автомобиля) для обеспечения безопасности дорожного движения следовало руководствоваться требованиями п. п. 1.5 (абзац 1), 9.1 (1), 11.1 Правил дорожного движения, а также линий дорожной разметки 1.1 и 1.6 ПДД. В действиях водителя автомобиля усматривается несоответствие требованиям указанных пунктов ПДД и линий дорожной разметки. Водителю экскаватора-погрузчика JCB (далее также водитель экскаватора-погрузчика) для обеспечения безопасности дорожного движения следовало руководствоваться требованиями п. п. 8.1 (абзац 1), 8.2 и 10.1 (абзац 2) ПДД. В действиях со слов водителя экскаватора-погрузчика несоответствия требованиям п. п. 8.1 (абзац 1), 8.2 ПДД не усматривается, а решение вопроса о соответствии его действий требованиям п. 10.1 (абзац 2) ПДД не представляется возможным, т.к. эксперт не решал вопрос о наличии у указанного водителя технической возможности предотвратить столкновение путём торможения, т.к. эксперту не задан момент возникновения опасности для движения, установление которого является исключительной прерогативой суда. Решение вопроса о том, кто и в какой мере каждый из водителей выполнил требования ПДД РФ, а в какой нарушил, выходит за пределы компетенции эксперта, и входит в компетенцию суда (ответ на вопрос 2).

Исходя из требований п. п. 1.5 (абзац 1), 9.1 (1) ПДД, водитель экскаватора-погрузчика пользовался преимущественным правом на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к водителю автомобиля (ответ на вопрос 3). Несоответствие действий водителя автомобиля требованиям вышеуказанных пунктов ПДД и линий дорожной разметки находится в причинной связи с происшествием (ответ на вопрос 4). Решение вопроса о том, находятся ли в прямой причинной связи действия водителя экскаватора-погрузчика с произошедшим ДТП, не представляется возможным, т.к. не представилось возможным решение вопрос о соответствии его действий требованиям п. 10.1 (абзац 2) ПДД (ответ на вопрос 5).

Допрошенный в судебном заседании эксперт <ККК> подтвердил сделанные им выводы, пояснив, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Volkswagen Touareg не имел преимущества перед водителем экскаватора-погрузчика, а последний, в свою очередь, не мог создавать ему помеху, так как имел преимущество в движении. Водитель автомобиля не мог выполнять манёвр обгона, поскольку находился слева от сплошной линии разметки. Поскольку из пояснений водителя экскаватора-погрузчика следует, что он не видел автомобиль Volkswagen Touareg, то он не мог определить, что для него возникла опасность.

В соответствии с п. 8.1 ПДД перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 8.2 ПДД, подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с п. 8.5 ПДД перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Согласно п. 8.7 ПДД, если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.

В соответствии с п. 11.3 ПДД водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Согласно изложенным в постановлении судьи от 10.06.2021 объяснениям ФИО2, виновным в ДТП является водитель трактора ФИО3, который приступил к выполнению манёвра, не убедившись в его безопасности, и у ФИО2 не было времени затормозить. <ДАТА ИЗЪЯТА> в 18.30 он на автомобиле Volkswagen Touareg двигался по автодороге ***. Проехал мост через Каму, от моста двигался со скоростью 20 км/час. После моста на прерывистой линии обогнал фуру и две Газели, до знака «Главная дорога» вернулся на свою полосу движения в пределах прерывистой разметки. Впереди него на расстоянии 100-150 м двигался экскаватор-погрузчик. ФИО4 в это время двигался со скоростью 60 км/час, обгонять трактор не намеревался. Неожиданно, не подавая сигнала, трактор стал поворачивать влево, потом, находясь перпендикулярно проезжей части на середине, начал сдавать назад. ФИО2 во избежание столкновения стал тормозить, пытался маневрировать, но из-за мокрого асфальта машина шла вперёд накатом. Столкновение произошло немного выше поворота налево, т.е. после перекрёстка, на правой полосе до начала сплошной линии. Трактор разворачивался с пересечением сплошной линии. От удара в левое заднее колесо трактор развернуло в обратную сторону на встречную полосу. Водитель трактора сказал, что он ФИО2 не увидел.

В связи с наличием противоречий судом оглашены показания ФИО2, данные им в судебных заседаниях, из которых следует, что он на автомобиле двигался по автодороге за двумя фурами. Проехал мост через Каму, от моста двигался со скоростью 20 км/час. После моста на прерывистой линии обогнал обе фуры. Не доезжая до ограждения и до знака *** км, завершил обгон и вернулся на свою полосу движения в пределах прерывистой разметки. Перед ним на расстоянии 80 м двигался экскаватор-погрузчик со скоростью такой же, как ФИО5, 60 км/час. Неожиданно, не подавая сигнала, экскаватор стал разворачиваться влево, при этом на расстоянии 40 м остановился на середине дороги. ФИО2, находясь на правой полосе движения, во избежание столкновения стал нажимать на тормоз и крутить рулём в разные стороны, затем въехал в заднее левое колесо трактора всей своей передней частью. Столкновение произошло на правой полосе ближе к середине дороги, от удара автомобиль ФИО2 оказался на встречной полосе и все осколки стащил на встречную полосу. Его автомобиль задней частью находился на правой стороне с небольшим выездом передней части на встречную полосу. На схеме места ДТП расположение транспортных средств и место столкновения зафиксированы неверно.

Из показаний ФИО3 следует, следует, что <ДАТА ИЗЪЯТА> в 18.30 он управлял экскаватором-погрузчиком, и ему нужно было съехать с моста через Каму на территорию дорожного участка. Т.к. движение по мосту было организовано по одной полосе, съезд был перекрыт колонной стоявших на светофоре автомобилей, он принял решение проехать до ближайшего перекрёстка и там развернуться. Следом за ним двигались фура, 2 микроавтобуса и внедорожник. Подъехав к перекрёстку, перед совершением манёвра ФИО3 подал левый сигнал поворота, посмотрел в зеркало и увидел, что фура находится на значительном от него расстоянии около 100 м. Навстречу никто не ехал. ФИО3, находясь на середине своей полосы, приступил к развороту на перекрёстке, места для выполнения данного манёвра было достаточно даже с учётом габаритов трактора. Никаких помех он никому не создавал. При завершении выполнения разворота в левую заднюю часть трактора въехал автомобиль Volkswagen Touareg под управлением ФИО2 От удара трактор развернуло в сторону моста. Согласно видеозаписи, ФИО2 ехал за двумя микроавтобусами и фурой, которые так же, как и трактор, двигались с небольшой скоростью. ФИО2 обогнал всю эту колонну машин и хотел обогнать трактор, на правую полосу он не возвращался, в момент ДТП полностью находился на встречной полосе.

Судья пришёл к мнению, что показания потерпевшего являются последовательными и непротиворечивыми и полностью согласуются с доказательствами, собранными в процессе административного расследования и судебного разбирательства, а именно с протоколом осмотра и схемой места совершения административного правонарушения и объективными данными фото- и видеоматериалов.

При этом показания ФИО2 судьёй оценены критически, поскольку они являются противоречивыми и опровергаются:

- видеозаписью о порядке следования транспортных средств на *** км автодороги;

- проектом организации дорог, согласно которому за 20 м до примыкания второстепенной дороги нанесена сплошная линия разметки 1.1, запрещающая обгон;

- свидетельством о прохождении техосмотра, согласно которому максимальная скорость экскаватора-погрузчика не более 38 км/ч;

- фотографиями и схемой места ДТП, из которых следует, что столкновение произошло не на правой, а на левой полосе движения. На правой полосе никаких осколков нет, следов волочения, стаскивания автомобиля на встречную полосу тоже нет. Маневрирование во избежание ДТП правилами запрещено, водителю следует принять меры к торможению вплоть до полной остановки. Согласно показаниям потерпевшего и другим исследованным доказательствам причиной нахождения автомобиля Volkswagen Touareg на встречной полосе явилось совершение водителем ФИО2 обгона колонны транспортных средств.

Доводы стороны ФИО2 о том, что водитель экскаватора-погрузчика ФИО3 допустил нарушения Правил дорожного движения, отклоняются судом в силу следующего. Указанные доводы проверялись судьёй при рассмотрении дела об административном правонарушении и признаны необоснованными.

Так, установлено, что доказательств того, что водитель ФИО3 перед выполнением разворота не подал сигнал левого поворота, в материалах дела не имеется. При этом в вышеуказанном постановлении судьи отражено, что на видеосъёмке на мосту зафиксирована подача им сигнала левого поворота и работающий жёлтый маячок.

Также установлено, что показания ФИО3 о том, что разворот он начал, находясь на середине своей полосы движения, и практически полностью его завершил в один приём без остановки, когда в трактор въехал ФИО2, подтверждаются фотоснимками, из которых видно, что на перекрёстке имелось достаточно места для выполнения разворота, и после ДТП оба транспортных средства размещены на встречной полосе с захватом перекрёстка.

Доводы Седых Н.Н. о том, что ФИО3 не убедился в безопасности своего манёвра, так как за следовавшим за ним грузовым автомобилем (фурой) другие транспортные средства могли начать обгон на данном участке дороги, отклонены судьёй при рассмотрении дела об административном правонарушении, поскольку им установлено, что, согласно проекту организации дорожного движения на данном участке дороги и схемы места ДТП, сплошная линия 1.1 начинается за 20 м до перекрестка, на котором совершался разворот, поэтому здесь не могло быть никаких обгонов. Кроме того, согласно п. 13.12 ПДД при повороте налево или развороте водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо. Со встречного направления никто не двигался.

Оснований не согласиться с вышеуказанными выводами судьи, произвести их переоценку в отношении действий обоих водителей, при рассмотрении данного гражданского дела не имеется, как в силу положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, так и в результате исследования представленных доказательств.

Довод о том, что водитель ФИО3 при совершении манёвра не убедился в безопасности манёвра и создал помеху автомобилю под управлением ФИО2, отклоняются и в силу следующего.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года №20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Таким образом, водитель автомобиля Volkswagen Touareg, двигавшийся в нарушение пунктов 1.3, 11.1 Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается – по встречной полосе, совершая обгон на участке дороги, где движение по встречной полосе запрещено, не имел преимущественного права движения, в связи с чем у ФИО3 отсутствовала обязанность уступить ему дорогу.

В связи с вышеизложенным судом отклоняются выводы о нарушении водителем ФИО3 требований Правил дорожного движения, содержащиеся в заключении эксперта №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА> ООО «Кировский региональный экспертно-оценочный центр». Кроме того, указанные выводы носят правовой характер, что не входит в компетенцию эксперта.

Таким образом, оснований полагать, что в дорожно-транспортном происшествии виновны оба водителя, при рассмотрении дела судом не установлено, в связи с чем суд приходит к выводу, что требования ИП ФИО1 о взыскании ущерба с ФИО2 являются обоснованными, а в удовлетворении встречного иска следует отказать.

В результате ДТП экскаватору-погрузчику причинены механические повреждения обоих задних колёс, левой подножки, крепления левой подножки, инструментального ящика, лобового стекла, левого указателя поворота.

На основании счёта-фактуры №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА>, счёта на оплату №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА>, платёжным поручением №*** от <ДАТА ИЗЪЯТА> ИП ФИО1 произвёл оплату АО «ЛОНМАДИ» денежных средств в размере 155194 руб. 60 коп. за шины, диски колёс, масло трансмиссионное, канистру с крышкой, ступицу, сальник ступицы, фильтры воздушные наружные и внутренние (т. 1, л. 45-48).

Размер и относимость указанных расходов к данному ДТП ответчиком не оспорены.

Согласно разъяснениям, данным в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Таким образом, требование о возмещении причинённых убытков без учёта износа транспортного средства не противоречит закону.

С ФИО2 в пользу ИП ФИО1 в возмещение материального ущерба подлежит взысканию 155194 руб. 60 коп.

Относительно требования о возмещении упущенной выгоды суд приходит к следующему.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (п. 2).

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (п. 3).

Согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (п. 4).

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ) (п. 5).

По договору №1 оказания услуг по предоставлению техники от <ДАТА ИЗЪЯТА>, заключённому между ИП ФИО1 (исполнителем) и ООО «ДорМостСервис» (заказчиком), исполнитель принял на себя обязательство оказать услуги по организации и предоставлению в его распоряжение техники, а заказчик обязался принять и оплатить эти услуги (т. 1, л. 34-36).

Исполнитель обязался предоставить в распоряжение заказчика исправную автомобильную технику, а в случае технической неисправности транспортного средства предоставить другую, аналогичную по техническим характеристикам, технику (п. 3.2).

Заказчик имеет право взыскать штраф в размере стоимости суток, не предоставленной в срок техники (п. 5.2).

Согласно Приложению №1 к договору №1, цена оказания услуг по предоставлению техники – экскаватора-погрузчика JCB4 CX 14H2WM гос. рег. знак *** (то есть впоследствии пострадавшего в результате ДТП) в сутки составляла 30000 руб. (т. 1, л. 37).

По акту приёма-передачи техники без экипажа от <ДАТА ИЗЪЯТА> исполнитель передал, а заказчик принял вышеуказанный экскаватор-погрузчик в исправном состоянии (т. 1, л. 39).

В соответствии с актами оказания услуг от <ДАТА ИЗЪЯТА> и <ДАТА ИЗЪЯТА>, ИП ФИО1 оказал, а ООО «ДорМостСервис» приняло услуги по предоставлению экскаватора-погрузчика JCB (без экипажа) за периоды с <ДАТА ИЗЪЯТА> по <ДАТА ИЗЪЯТА> на общую сумму 150000 руб., а также с <ДАТА ИЗЪЯТА> по <ДАТА ИЗЪЯТА> и фактически предоставленных 18 часов <ДАТА ИЗЪЯТА> на общую сумму 112500 руб. (т. 1, л. 40, 38).

Как пояснил представитель истца-ответчика Каунов В.В., стоимость услуг определена за 18 часов <ДАТА ИЗЪЯТА> в связи с тем, что экскаватор-погрузчик был повреждён в результате ДТП.

Платёжными поручениями от <ДАТА ИЗЪЯТА> и от <ДАТА ИЗЪЯТА> ООО «ДорМостСервис» перечислило денежные средства в указанных размерах в качестве оплаты за оказанные услуги (т. 1, л. 41-42).

Как следует из письма «ДорМостСервис» (далее ООО «ДМС») в ответ на обращение адвоката Каунова В.В., им для выполнения обязательств, связанных с ремонтом моста через реку Кама автодороги <АДРЕС ИЗЪЯТ> был арендован у ИП ФИО1 экскаватор-погрузчик JCB *** регион. Аренда была вызвана производственной необходимостью, связанной с выполнением соответствующих работ на данном объекте. В результате ДТП <ДАТА ИЗЪЯТА> экскаватор-погрузчик JCB получил повреждения двух задних колёс, оказался неработоспособен, и не был пригоден для выполнения каких-либо работ на объекте. В связи с этим он был возвращён ИП ФИО1 для выполнения восстановительных работ, а ООО «ДМС» было вынуждено осуществлять поиски аналогичной спецтехники для выполнения работ на объекте. Выполнение работ на объекте в период <ДАТА ИЗЪЯТА> происходило в круглосуточном режиме, в связи с чем планировалось максимально использовать данный экскаватор-погрузчик; его планировалось использовать на объекте в течение не менее 30-40 дней с учётом производственной необходимости, в том числе сроков производства работ, который был установлен по государственному контракту. Работы на объекте были завершены <ДАТА ИЗЪЯТА> (т. 1, л. 43-44).

Также в суд представлено Приложение №1 к договору №1 оказания услуг по предоставлению техники от <ДАТА ИЗЪЯТА>, составленное <ДАТА ИЗЪЯТА>, согласно которому ИП ФИО1 в связи с повреждениями экскаватора-погрузчика JCB4 *** регион в результате ДТП <ДАТА ИЗЪЯТА>, передал заказчику ООО «ДМС» следующую технику: экскаватор-погрузчик JCB3 CX 4WS SM гос. рег. знак ***, согласовав стоимость услуг в размере 30000 руб. в сутки (т. 2 л. 87).

По акту приёма-передачи техники без экипажа от <ДАТА ИЗЪЯТА> исполнитель передал, а заказчик принял вышеуказанный экскаватор-погрузчик в исправном состоянии (т. 2, л. 88).

В соответствии с актами оказания услуг от <ДАТА ИЗЪЯТА> и <ДАТА ИЗЪЯТА>, ИП ФИО1 оказал, а ООО «ДорМостСервис» приняло услуги по предоставлению экскаватора-погрузчика JCB (без экипажа) за периоды с <ДАТА ИЗЪЯТА> по <ДАТА ИЗЪЯТА> на общую сумму 360000 руб., а также с <ДАТА ИЗЪЯТА> по <ДАТА ИЗЪЯТА> на общую сумму 360000 руб. (т. 2, л. 89-90).

Платёжными поручениями от <ДАТА ИЗЪЯТА> и от <ДАТА ИЗЪЯТА> ООО «ДорМостСервис» перечислило денежные средства в указанных размерах в качестве оплаты за оказанные услуги (т. 2, л. 94-95).

Собственником указанного транспортного средства является ФИО1 (т. 2, л. 91-93)

На основании изложенного суд приходит к выводу, что истцом доказан размер упущенной выгоды 720000 руб., поскольку вследствие повреждёния в ДТП экскаватора-погрузчика, в соответствии с условиями договора №1 оказания услуг по предоставлению техники от <ДАТА ИЗЪЯТА> он был вынужден предоставить заказчику другой аналогичный экскаватор-погрузчик, при использовании на другом объекте он мог получить доход, которого лишился. Период, за который взыскивается упущенная выгода, то есть период ремонта повреждённого экскаватора-погрузчика, не является чрезмерно длительным, и его окончание совпадает с моментом оплаты деталей для производства ремонта ТС. Также суд учитывает, что стороной ответчика не представлено доказательств в опровержение заявленного требования о взыскании упущенной выгоды.

Заявленная сумма подлежит взысканию с ФИО2

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В силу ст. 88, 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителя, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесённые сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом заявлено о взыскании расходов по нотариальному заверению переписки в месседжере WhatsApp с ФИО2 для подтверждения попытки досудебного урегулирования спора, в размере 11360 руб.

Суд учитывает, что в данном случае досудебный порядок урегулирования спора не установлен законом и не является обязательным, то есть указанные расходы не являются необходимыми, вследствие чего данное требование не подлежит удовлетворению.

С ФИО2 в пользу ИП ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 12951 руб. 95 коп.

При подаче встречного искового заявления определением суда ФИО2 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до вынесения решения по делу. В связи с этим с него в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 26986 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

иск индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН ***) удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина РФ ***) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 155194 рубля 60 копеек в возмещение ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием, 720000 рублей в возмещение упущенной выгоды, 12951 рубль 95 копеек в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении требования о взыскании расходов по оплате нотариальных услуг отказать.

Отказать ФИО2 в удовлетворении встречного иска.

Взыскать с ФИО2 госпошлину в бюджет муниципального образования Омутнинский муниципальный район Кировской области в размере 26986 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд в течение месяца после его принятия в окончательной форме, через Омутнинский районный суд.

Судья А.В. Костин

Мотивированное решение вынесено 05.10.2022