Решение по делу № 2-1413/2023 от 20.04.2023 - о взыскании агентского вознаграждения по агентскому договору и судебных расходов, по встречному иску <ФИО> к Индивидуальному предпринимателю <ФИО> о признании агентского договора недействительным с применением последствий недействительности сделки.

Дело № 2-1413/2023

УИД 36RS0004-01-2023-000105-45

Стр. 2.211

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 апреля 2023 г. город Воронеж

Ленинский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Маньковой Е.М.,

при секретаре Санникове А.Г.,

с участием адвоката Константиновой И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании агентского вознаграждения по агентскому договору и судебных расходов, по встречному иску ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании агентского договора недействительным с применением последствий недействительности сделки,

Установил:

ИП ФИО1 обратился в Ленинский районный суд г. Воронежа с исковыми требованиями к ФИО2 о взыскании агентского вознаграждения по агентскому договору от 03 марта 2022 г. в сумме 372 750 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 6 927,50 руб. Мотивировал требованиям тем, что 03 марта 2022 г. между ИП ФИО1 и ФИО2 был заключен агентский договор, в соответствии с которым в истец взял на себя обязанность по поручению ответчика, выполнить действия для получения в его пользу суммы страхового возмещения за вред здоровью причиненный ему в результате ДТП от 27 ноября 2021 г. В соответствии с подпунктом 3.2. агентского договора ответчик взял на себя обязательства по выплате агентского вознаграждения исходя из следующей формулы: агентское вознаграждение «=» сумма страхового возмещения – 112 500 руб. Согласно пункт 3.3. договора, ответчик обязался перечислить агентское вознаграждение в течении 3-ех рабочих дней со дня получения денежных средств на его счет. Согласно положениям агентского договора принципал обязался не заключать аналогичных агентских договоров с другими агентами, а также принял на себя обязательства воздержаться от осуществления самостоятельной деятельности, аналогичной деятельности, составляющей предмет договора.

В рамках работы по договору ИП ФИО1 были выполнены все необходимые действия способствующие получению в пользу ответчика страхового возмещения. Для привлечения исполнения условий агентского договора, истец заключил договор на оказание юридических услуг с юридической фирмой «Лекс».

В августе 2022 г. в адрес ИП ФИО1 от АО «Макс» поступило письмо, согласно которого страховое возмещение в пользу ФИО2 было выплачено 01 июля 2022 г. в сумме 485 250 руб.

При таких обстоятельствах, согласно положениям агентского договора сумма агентского вознаграждения составила 372 750 руб. (485 250 - 112 500). 18 августа 2022 г. в адрес ФИО2 был направлен отчет агента о проделанной работе и претензия о выплате агентского вознаграждения. Вознаграждение выплачено не было, что противоречит условиям агентского договора и закона. Агентский договор расторгнут ответчиком не был. Поскольку ответчик предъявленные к нему требования проигнорировал, ИП ФИО1 обратился в суд с настоящим иском за защитой прав, свобод и законных интересов.

Не признавая предъявленных к нему требований, ФИО2 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ИП ФИО1, в котором просил, признать агентский договор от 03 марта 2022 г., заключенный с ИП ФИО1 недействительным и применить последствия недействительности сделки.

По заявленным требованиям указывал, что 27 ноября 2021 г. на ул. Кирова г.Воронежа у дома №28 он был сбит автомобилем «Хендай Солярис», под управлением ФИО5 В результате ДТП получил телесные повреждения и находился на стационарном лечении в БУЗ ВО «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1». После выписки из больницы, продолжил лечение в поликлинике. Чувствовал себя очень плохо, средств на лечение не хватало. В июне 2022 г. к ФИО2 домой приехал мужчина и сообщил, что он страховой агент и может получить для него страховую выплату в связи с полученными в ДТП травмами. Пояснил, что он может получить около 120 000 руб., для этого он должен подписать доверенность и договор, агентское вознаграждение не будет превышать 10 000 руб. ФИО2 ссылался во встречном иске о том, что поскольку он очень нуждался в денежных средствах, и не знал, какая ему положена страховая выплата, он согласился. Они вместе поехали к нотариусу, где были подписаны документы. После подписания доверенности и договора он передал их ФИО1, и он уехал. Больше ФИО2 его не видел. ФИО2 никто не звонил, отчетов о работе не направлял, информации не сообщал. В июне 2022 г. следователь по ДТП дала ему пакет документов и пояснила, что их надо сдать в страховую компанию для получения страховой выплаты. 24 июня 2022 г. ФИО2 подал в страховую компанию АО «Макс», в которой был застрахован виновник ДТП, заявление о выплате страхового возмещения в связи с полученными в результате ДТП телесными повреждениями.

01 июля 2022 г. ФИО2 на счет в Сбербанке от страховой компании АО «Макс» поступила страховая выплата в размере 485 250 руб. Во встречном иске ссылался также на то, что при подписании агентского договора, ИП ФИО1 не предоставил ему полной и достоверной информацию об услугах и их стоимости, намеренно обманул ему, сообщив, что в связи с полученными им травмами, ему полагается страховое возмещение около 120 000 руб., при этом агентское вознаграждение от этой суммы не превысит 10 000 руб. При этом ИП ФИО1 воспользовался его юридической безграмотностью, престарелым возрастом, состоянием здоровья и тяжелым материальным положением. ФИО1 намерено умолчал о действительном размере положенной ему страховой выплаты, ввел его в заблуждение о размере агентского вознаграждения, в связи с чем, сделка была заключена на кабальных для истца по встречному иску условиях. В связи с тем, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, полагал, что агентский договор от 03 марта 2022 г. следует признать недействительным и применить последствия недействительности сделки.

В судебное заседание истец по первоначальному иску и ответчик по встречному истку, - ИП ФИО1, не явился, своего представителя не направил. Был надлежаще извещен о времени и месте рассмотрения дела. Участник процесса считается извещенным о времени и месте судебного заседания надлежащим образом в том случае, когда повестка направлена по месту нахождения стороны или указанному ею адресу, и у суда имеется доказательство, подтверждающее получение отправленного уведомления адресатом, в том числе с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Информация о месте и времени рассмотрения дела заблаговременно размещена на официальном сайте суда.

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску, ФИО2, в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, направил в суд своего представителя, адвоката, Константинову И.Н., действующую на основании ордера, которая, явившись в судебное заседание, предъявленные к ФИО2 исковые требования не признала, доводы, изложенные во встречном исковом заявлении подтвердила, на удовлетворении встречных исковых требований настаивала.

Выслушав пояснения представителя ответчика, заслушав показания свидетеля, исследовав материалы настоящего гражданского дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к следующему

В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации, по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

В случаях, когда в агентском договоре, заключенном в письменной форме, предусмотрены общие полномочия агента на совершение сделок от имени принципала, последний в отношениях с третьими лицами не вправе ссылаться на отсутствие у агента надлежащих полномочий, если не докажет, что третье лицо знало или должно было знать об ограничении полномочий агента.

Агентский договор может быть заключен на определенный срок или без указания срока его действия.

В соответствии со статьей 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в агентском договоре размер агентского вознаграждения не предусмотрен и он не может быть определен исходя из условий договора, вознаграждение подлежит уплате в размере, определяемом в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса.

При отсутствии в договоре условий о порядке уплаты агентского вознаграждения принципал обязан уплачивать вознаграждение в течение недели с момента представления ему агентом отчета за прошедший период, если из существа договора или обычаев делового оборота не вытекает иной порядок уплаты вознаграждения.

Материалами гражданского дела установлено.

27 ноября 2021 г. по адресу: <...> у дома № 28 в результате дорожно-транспортного происшествия по вине водителя автомобиля «Хендай Солярис», государственный регистрационный знак № ФИО5 ФИО2, <данные изъяты>, получил телесные повреждения.

С 27 ноября 2021 г. по 08 декабря 2021 г. ФИО2 находился на стационарном лечении в Бюджетном учреждении здравоохранения Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» (л.д. 40,41).

08 декабря 2021 г. ФИО2 был выписан из больница с диагнозом: <данные изъяты>

Из пояснений представителя ФИО2, текста встречного искового заявления, письменных пояснений на иск, показаний свидетеля ФИО3 следует, что после выписки из больницы ФИО2 чувствовал себя плохо, у него были постоянные боли в местах переломов, поднималось высокое артериальное давление. После полученных травм, ФИО2 долечивался в районной поликлинике.

03 марта 2022 г. ФИО2 и ИП ФИО1 заключили агентский договор, в соответствии с которым принципал, (ФИО2) поручает, а агент (ИП ФИО1) принимает на себя обязательство совершать от имени принципала действия для получения принципалом страхового возмещения и всех возможных выплат, согласно законодательству об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, в связи со страховым случаем, указанным в пункте 1.2. настоящего договора, за счет средств юридического лица участника рынка страхования в сфере ОСАГО.

Страховым случаем для целей настоящего договора, является ДТП, произошедшее 27 ноября 2022 г., по вине ФИО5, в результате чего был причинён вред здоровью ФИО2 (подпункты 1.1, 1.2 агентского договора).

Расходы, связанные с выполнением поручения, оплачивает агент (подпункт 1.4 договора).

В соответствии с положениями пунктов 3.1-3.3 агентского договора, агентское вознаграждение выплачивается агенту только при поступлении от страховщика денежных сумм и только за счет этих сумм. В противном случае агентское вознаграждение не выплачивается. Стороны договорились, что из суммы страхового возмещения и иных выплат, (в том числе, присужденных судом сумм пеней, штрафов, морального вреда, судебных расходов и прочего), поступивших от страховщика на счет агента. Агент обязан передать принципалу денежные средства в размере 112 500 руб. «Сумма по договору». Оставшиеся средства, не зависимо от их размера, составляют агентское вознаграждение. В случае поступления указанных в пункте 3.2 настоящего договора денежных средств на счет принципала, Принципал вправе оставить за собой «Сумму по договору», оставшиеся денежные в течении трёх рабочих дней обязан передать агенту в качестве агентского вознаграждения.

Согласно абзаца 4 пункта 2.4 агентского договора, принципал взял на себя обязанность не заключать аналогичных агентских договоров с другими агентами, а также принял на себя обязательства воздержаться от осуществления самостоятельной деятельности, аналогичной деятельности, составляющей предмет Договора.

Согласно пункта 5.2. агентского договора, принципал в любое время вправе отказаться от исполнения договора путем направления письменного уведомления агенту за 10 календарных дней. В указанном случае принципал обязан оплатить агенту услуги в размере на который агент мог бы рассчитывать согласно разделу 3 настоящего договора независимо от того получена ли им страховое возмещение.

Судом установлено, что не ФИО2 готовил текст договора, а именно сторона истца. ФИО2 юридического образования не имеет, подписывая агентский договор от 03 марта 2022 г., действовал, доверяя ФИО1

При этом, ключевым условием договора являлось условие, что агент получает плату в размере разницы между произведённой ФИО2 страховой выплатой и «Суммой по договору». Размер оставшихся средств, не оговаривался, что в любом случае должно было привести к нарушению прав принципала от недобросовестных действий агента. ИП ФИО1, будучи предпринимателем, заключил договор именно на таких условиях.

Из доводов встречного искового заявления, объяснений представителя истца по встречному иску, показаний свидетеля ФИО3, судом было установлено, что 03 марта 2022 г. к ФИО2, проживающему по адресу: <адрес> <адрес>, вместе с женой и сыном, приехал ранее незнакомый мужчина. Сообщил, что он является страховым агентом и может получить для ФИО2 страховую выплату в связи с полученными в ДТП травмами. ФИО2 очень нуждался в деньгах (его пенсия и пенсия жены, являлись для семьи основным доходом), и согласился выслушать пришедшего. Мужчина посмотрел медицинские документы, которые показал ему ФИО2, и пояснил, что ФИО2 может получить денежную выплату в сумме около 120 000 руб., причем затраты на оплату его услуг не превысят 10 000 руб. Для этого необходимо подписать агентский договор и оформить у нотариуса доверенность. ФИО2, не зная размер причитающейся ему страховой выплаты, согласился на предложенную сделку, и они вместе со «страховым агентом» поехали к нотариусу, где он подписал доверенность и еще какие-то документы. Какие, ФИО2 в силу возраста и состояния здоровья, вспомнить не смог. После подписания доверенности, ФИО2 передал их ФИО1, и тот уехал. Больше его не видели. ФИО4 никто не звонил, о каких-либо действий по взысканию страховой выплаты, не сообщал, отчетов о работе почтой не направлял. Свидетель ФИО3, суду пояснял, что отец не предал никакого значения обстоятельствам произошедшего события, вскоре о мужчине забыли.

Позднее, в июне 2022 г., следователь передала ФИО2 пакет документов и сказала, что их надо сдать в страховую компанию для получения выплаты.

23.06.2022 г. ФИО2 подал в страховую компанию АО «Макс», в которой была застрахована гражданская ответственность виновника ДТП ФИО6, заявление со всеми необходимыми документами о выплате ему страхового возмещения в связи с полученными в результате ДТП телесными повреждениями (л.д.14).

01 июля 2022 г. на расчетный счет ФИО2 в ПАО Сбербанк поступила страховая выплата в размере 485 250 руб.

18 августа 2022 г. ИП ФИО1 направил ФИО2 претензию с требованием произвести оплату агентского вознаграждения в сумме 372 750 руб., что составляло разницу между полученным пострадавшим от ДТП страховым возмещением в сумме 485 250 руб. и суммой по договору 112 500 руб. В претензии ссылался на то, что агент исполнил взятые на себя обязательства, провел сбор документов, обратился за выплатой страхового возмещения в страховую компанию.

О том, что страховая выплата произведена по заявлению ФИО2 и на его расчетный счет 01 июля 2022 г., ИП ФИО1 узнал только 29 июля 2022 г. из письменного ответа АО «Макс».

Одновременно с письменной претензией, 18 августа 2022 г., ИП ФИО1 направил ФИО2 отчет агента о проделанной по договору от 03 марта 2022 г. о работе. Сторона истца указывала в исковом заявлении, что 17 марта 2022 г. был направлен запрос в СО по РДТП ГСУ ГУ МВД России по ВО; 07 апреля 2022 г. получен оригинал медицинского эпикриза из КБСМП № 1; 11 апреля 2022 г. поступил письменный ответ на запрос СО по РДТП ГСУ ГУ МВД России по ВО, подготовлен запрос в ГИБДД У МВД г. Воронежа; 13 апреля 2022 г. направлен запрос в ГИБДД УМВД г. Воронежа, включая личное обращение; 28 июня 2022 г. получение заключения СМЭ; 18 июля 2022 г. получено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела; 26 июля 2022 г. – отправка заявления в страховую компанию АО «Макс» (л.д. 13, 14); 16 августа 2022 г. – получение ответа страховой компании. В отчете агента было указано, что принципал может направить письменную претензию агенту по качеству выполненных работ в течение суток с момента получения отчета.

В ходе разрешения спора по существу сторонами не оспаривался объем работ, выполненных по агентскому договору от 03 марта 2022 г. ООО ЮФ «Лекс». Ранее, ООО ЮФ «Лекс» и ИП ФИО1 заключили возмездный договор оказание юридических услуг № б/н от 15 апреля 2021 г. (л.д. 17).

ИП ФИО1 не представил суду допустимых доказательств о понесенных в связи с исполнением договора от 03 марта 2022 г. расходах.

В установленный законом срок, оплата по агентскому договору от ФИО2 ИП ФИО1 в сумме 372 750 руб., не поступила, это обстоятельство ответчиком по первоначальному иску не оспаривалось. Никаких замечаний относительно отчета агента от 18 августа 2022 г. со стороны принципала не поступило.

В силу пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Из содержания пункта 2 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации следует также, что правила главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации "Возмездное оказание услуг" применяются и к договорам агентирования.

Положения главы 52 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют правоотношения по агентированию.

Статьей 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к отношениям, вытекающим из агентского договора, соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 настоящего Кодекса, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям настоящей главы или существу агентского договора.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора и вправе заключить его на условиях как предусмотренных, так и не предусмотренных законом или иными правовыми нормативными актами.

Согласно положениям пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В обоснование своих исковых требований, сторона истца ссылается на агентский договор от 03 марта 2022 г., отчет агента от 18 августа 2022 г., которые, по его убеждению, являются доказательством выполнения им условий агентского договора и основанием для взыскания агентского вознаграждения.

Суд с такими доводами истца согласиться не может. В пунктах 1.1. и 1.2 поименованного агентского договора от 03 марта 2022 г. предусмотрено, что агент (ИП ФИО1) принял на себя обязательство совершать от имени принципала (ФИО2) действия для получения принципалом страхового возмещения и всех возможных выплат, согласно законодательству об ОСАГО, в связи со страховым случаем: ДТП, произошедшем 27 ноября 2021 г. по вине водителя ФИО6, в результате чего был причинен вред здоровью ФИО2 Таким образом, предметом договора являются юридические и иные действия, которые правомочен совершать агент от своего имени или от имени принципала (и всегда за счет принципала)

Существенным условием агентского договора является предмет, в том числе оказание посреднических услуг, к которым относятся как нематериальные услуги, так и юридические и фактические действия. Для определения предмета договора агентирования достаточно указания общих полномочий агента. Никаких ограничений по роду и характеру действий, совершаемых агентом, законом не предусмотрено, что позволяет принципалу поручать агенту осуществление любых действий. По смыслу статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации полномочия агента могут быть определены договором конкретно, путем перечисления поручаемых ему действий, либо в общем виде, с передачей агенту общих полномочий на совершение юридически значимых действий, направленных на достижение оговоренной принципалом цели, - получение страховой выплаты в связи со страховым случаем.

Судом было установлено, и сторонами спора не оспаривалось, что получение ФИО2 страхового возмещения, стало результатом личного обращения потерпевшего в страховую компанию со всеми необходимыми документами, а не результатом работы ИП ФИО1 Причем, имело место более ранее обращение с заявлением о выплате страхового возмещения со стороны истца по встречному иску, ФИО2, нежели ИП ФИО1, который, обратился в страховую компанию, уже после получения ФИО2 страховой выплаты.

В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее Закон о защите прав потребителей), Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей, потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Учитывая субъектный состав участников агентского договора от 03 марта 2022 г., и для каких нужд он был заключен, суд полагает необходимым применить к правоотношениям сторон положения Закон защите прав потребителей.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Закона о защите прав потребителей, продавец обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В силу положений пункта 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

Согласно статье 32 Закона о защите прав потребителей, потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Судом установлено, что при подписании агентского договора ИП ФИО1 не предоставил ФИО2 полной и достоверной информацию об услугах и их стоимости, намеренно ввел в заблуждение пожилого человека, сообщив, что в связи с полученными травмами ему полагается страховое возмещение только в сумме около 112 500 руб., при этом агентское вознаграждение от этой суммы не превысит 10 000 руб.

При этом ИП ФИО1 воспользовался юридической безграмотностью ответчика по первоначальному иску, его престарелым возрастом, состоянием здоровья и тяжелым материальным положением. Доподлинно зная, что в соответствии с положениями статьи 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, 500 тысяч руб., но не как не 112 500 руб., на которые, в соответствии с положениями заключенного 03 марта 2022 г. договора, мог рассчитывать ФИО2 В соответствии с выпиской из ЕГРИП от 20 декабря 2022 г. к основным видам деятельности ИП ФИО1 отнесена деятельность в области права (л.д. 8), и он не мог не знать условия и порядок осуществления обязательного страхования, предусмотренные Закона об ОСАГО.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктами 2-4 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

Таким образом, обман, охватываемый частью 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривает намеренные действия (либо намеренное умолчание) контрагента, направленные на создание у истца неправильного представления о природе сделки, ее правовых последствиях или иных существенных обстоятельствах. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах 3, 4 и 5 пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Из разъяснений, приведенных в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм права, при совершении сделки под влиянием обмана волеизъявление потерпевшей стороны не соответствует ее действительной воле, либо она вообще лишена возможности действовать по своей воле и в своих интересах. При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ИП ФИО1, по убеждению суда, воспользовался юридической неграмотностью, возрастом ФИО2, действуя с целью получения личной выгоды, намерено умолчал о действительном размере положенной потерпевшему от ДТП, страховой выплаты, ввел его в заблуждение о размере агентского вознаграждения, в связи с чем, сделка была заключена на кабальных для ФИО2 условиях, и под вилянием обмана. Если бы ФИО2 знал о размере подлежащего выплате агентского вознаграждения, он бы отказался от заключения следки.

Учитывая изложенное, суд считает, что имеются основания для признания агентского договора от 03 марта 2022 г. недействительным на основании пунктов 2, 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Кроме того, заявленное ко взысканию агентское вознаграждение в размере 372 750 рублей значительно превышает сумму страховой выплаты подлежащей передаче принципалу по агентскому договору от 03 марта 2022 г., что в противоречит общим началам и смыслу гражданского законодательства, устанавливающего равенство участников гражданских правоотношений, и не допускающего действий граждан и юридических лиц, осуществляемых с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

С учетом положений статьи 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации такую сумму нельзя признать разумной и соразмерной подлежащему к исполнению истцом обязательству.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Кроме того, как следует из статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление.

Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства (пункт 5 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2008 г. № 127 (Обзор № 127).

Принимая во внимание, что основным видом деятельности ИП ФИО1, как уже было установлено ране, является деятельность в области права, то будучи профессиональным участником данных правоотношений, он не мог не знать о реальном размере положенной ответчику ФИО2 с учетом полученных телесных повреждений страховой выплаты, что свидетельствует о недобросовестности стороны истца, и является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении первоначального иска.

Недобросовестность ИП ФИО1, которая заключалась в намеренном умолчании о действительном размере положенной страховой выплаты, размере агентского вознаграждения, использовании в своем интересе юридической неграмотности ФИО2, его престарелого возраста (более75 лет), привело к заключению недействительной следки.

Принимая во внимание, что согласно статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, суд, удовлетворяя требования, изложенные во встречном иске, признавая агентский договор от 03 марта 2022 г. недействительным, с применением последствия недействительности сделки; отказывает ИП ФИО1 в удовлетворении иска первоначального о взыскании агентского вознаграждения по агентскому договору от 03 марта 2022 г. в сумме 372 750 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 6 927,50 руб.

На основании вышеизложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании агентского вознаграждения по агентскому договору от 03 марта 2022 г., заключенного ФИО2 и Индивидуальным предпринимателем ФИО1 и судебных расходов, - отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании агентского договора недействительным с применением последствий недействительности сделки, - удовлетворить.

Признать агентский договор от 03 марта 2022 г., заключенный ФИО2 и Индивидуальным предпринимателем ФИО1 недействительным.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Ленинский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Е.М. Манькова