Решение по делу № 2-1399/2022 от 06.07.2022 - о признании права собственности в силу приобретательской давности, признании недействительным договора купли-продажи, признании недействительными свидетельств о праве собственности, аннулировании записи в ЕГРП, встречному иску <ФИО> к <ФИО>, третьи лица <ФИО>, Управление Росреестра по Ставропольскому краю об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

2-1399/2022

26RS0003-01-2022-001326-64

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 июля 2022 года г. Ставрополь

Октябрьский районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Эминова А.И.,

при секретаре судебного заседания Кучеренко А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по искуФИО4 к ФИО1, ФИО2, третьи лица ФИО3, Управление Росреестра по Ставропольскому краю, о признании права собственности в силу приобретательской давности, признании недействительным договора купли-продажи, признании недействительными свидетельств о праве собственности, аннулировании записи в ЕГРП, встречному иску ФИО1 к ФИО4, третьи лица ФИО3, Управление Росреестра по Ставропольскому краю об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с иском, впоследствии уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО1, ФИО5 о признании права собственности в силу приобретательной давности, признании сделки недействительной, признании права собственности, в котором просила: признать за ФИО4 право собственности в силу приобретательной давности на 1/3 земельного участка, общей площадью 10442 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>; признать за ФИО4 право собственности в силу приобретательной давности на нежилое здание (крытый навес (склад), ФИО31, общей площадью 383,5 кв.м., с кадастровым номером № расположенное по адресу: <адрес>; признать за ФИО4 право собственности в силу приобретательной давности на нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; признать недействительным договор купли-продажи недвижимости с рассрочкой платежа, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ЗАО «Красный Металлист»; признать недействительным свидетельство о праве собственности от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на 1/2 доли в общем совместном имуществе за ФИО1, которое состоит из помещений, расположенных в здании литер «П» по <адрес>, принадлежащих наследодателю на основании договора купли-продажи, удостоверенного нотариусом по Ставропольскому городскому нотариальному округу ФИО30 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру за номером 2038; признать недействительным свидетельство о праве собственности от ДД.ММ.ГГГГ о праве на наследство по закону за ФИО1 на 1/4 имущества, которое состоит из помещений, расположенных в здании литер «П» по пр. К. <адрес>, принадлежащих наследодателю на основании договора купли-продажи, удостоверенного нотариусом по Ставропольскому городскому нотариальному округу ФИО30 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру за номером 2038; признать недействительным свидетельство о праве собственности от ДД.ММ.ГГГГ о праве на наследство по закону за ФИО35 В.Г. на 3/4 имущества, которое состоит из помещений, расположенных в здании литер «П» по пр. <адрес> принадлежащих наследодателю на основании договора купли-продажи, удостоверенного нотариусом по Ставропольскому городскому нотариальному округу ФИО30 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру за номером 2038; аннулировать запись в Россреестре, согласно которой ФИО6 имел собственность в виде имущества, состоявшего из помещений, расположенных в г. Ставрополе, в здании литер «П» по <адрес>; аннулировать записи в Россреестре, согласно которым ФИО1 имеет собственность 5/8 долей в общей долевой собственности, а ФИО35 В.Г. имеет собственность 3/8 долей в имуществе, состоявшем из помещений, расположенных в г. Ставрополе, в здании литер «П» по <адрес>; признать за ФИО4 право собственности на 1/3 нежилого здания, площадью 168,8 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый №. Исковые требования мотивированы тем, что ФИО4 является наследницей по закону после смерти ДД.ММ.ГГГГ ее супруга ФИО15, при этом, в наследственную массу не было включено имущество, которое умерший ФИО15 не зарегистрировал за собой по независящим от него обстоятельствам. Указанное имущество принадлежит на праве собственности ФИО1 и состоит из: земельного участка, общей площадью 10442 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>; нежилого здания (крытый навес (склад), ФИО31, общей площадью 383,5 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>; нежилого здания (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; нежилого здания, площадью 168,8 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №. ДД.ММ.ГГГГ ФИО15, ФИО3 и ФИО6 создали совместный бизнес по производству пенополистерола и торгового оборудования. В 1997 году ФИО16, ФИО3 и ФИО6 было принято решение приобрести здание, расположенное по адресу: <адрес>, и по договоренности между указанными лицами данное здание было оформлено на ФИО6. Стоимость здания согласно договора составляла 100000 руб. В соответствии с приходными ордерами № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ сумма в размере 25000000 руб. была оплачена покупателем. Данные денежные средства были общими и представляли собой прибыль от совместной предпринимательской деятельности. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 погиб, так и не успев оформить в собственность указанное имущество. ФИО15 и ФИО3 в полном объеме выполнили условия ранее заключенного ФИО6 договора, надеясь получить положенную им 1/3 имущества. Указанное подтверждается справкой, согласно которой за ФИО6 внесены две суммы по 25000 руб., в общей сумме 50000 руб. При этом, продавец ЗАО «Красный Металлист» подтвердило, что оплата произведена полностью. После смерти ФИО6, ФИО15 совместно с ФИО3 решили взять на работу супругу ФИО6 – ФИО1, установив ей заработную плату в размере доли ФИО6 – 1/3 от общей прибыли предприятия. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вступила в наследство после смерти своего супруга ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ и в результате ФИО1 стала собственником 5/8 долей в общей долевой собственности, а дочь ФИО35 В.Г. собственницей 3/8 долей здания, расположенного по адресу: <адрес>. Истцу в процессе судебного разбирательства стали известны следующие обстоятельства: на момент смерти ФИО6 и открытия наследства в соответствии с п. 7 договора и требованиями ст. 556 ГК РФ не был оформлен акт приема-передачи недвижимого имущества – здания, расположенного по адресу: <адрес>; не была в полном объеме оплачена сумма по договору купли-продажи, оплачена только сумма равная 25000000 руб.; не исполнено условие, предусмотренное п. 8 договора об обязательном предоставлении договора в Комитет по земельным ресурсам и землеустройству <адрес> для оформления прав покупателя на пользование земельным участком; в нарушение п. 3 ст. 433 ГК РФ договор купли-продажи не зарегистрирован в ПТИ и кадастровом бюро <адрес>; предметом договора купли-продажи было здание в то время, как в свидетельстве о праве собственности и в свидетельствах о праве на наследство по закону указано – помещение. Кроме того, истец указывает, что по результатам изучения наследственного дела ФИО6 было выявлено следующее. В заявлении № сделана дописка, где указано помещение по <адрес>, в <адрес>. При этом, само заявление написано ДД.ММ.ГГГГ, а дописка заверена ДД.ММ.ГГГГ, то есть даже после выдачи свидетельства о праве собственности; в заявлении № от ФИО17 также есть ссылка на перечень имущества, среди которого отсутствует недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес>; в заявлении № от ФИО18 также есть ссылка на перечень имущества, среди которого отсутствует недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес>. В наследственном деле имеется запрещение от ДД.ММ.ГГГГ на отчуждение рассматриваемого имущества до погашения долга и нотариального снятия запрещения (нотариус ФИО30). В неустановленную дату этим же нотариусом снято запрещение в связи с погашением стоимости. Однако, погашение произошло уже позже даты смерти ФИО6; ДД.ММ.ГГГГ выдано свидетельство о праве собственности на помещения, расположенные в здании литер «П» по <адрес>, принадлежащие наследодателю на основании договора купли продажи, удостоверенного нотариусом по Ставропольскому городскому округу ФИО30 По мнению истца, ответчики незаконно унаследовали имущество, которое на дату смерти не принадлежало умершему. Вопреки тому, что ФИО16 и ФИО3 были внесены денежные средства за свои доли, ответчики отказались от переоформления на них соответствующих долей. Форма соглашения и порядок регистрации не соблюдены. В этой связи истец полагает, что договор купли-продажи недвижимости с рассрочкой платежа, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ЗАО «Красный Металлист», подлежит признанию недействительным, как сделка, нарушающая требования закона и посягающая на охраняемые законом интересы третьих лиц (ч. 2 ст. 168 ГК РФ). Поскольку о незаконности включения данного имущества в наследственную массу истцу стало известно в момент судебного разбирательства, истец просит восстановить срок исковой давности по данному требованию. Требования истца ФИО4 о признании права собственности в силу приобретательной давности мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Ставропольтрубопроводстрой» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи недвижимости, предметом которого являлась продажа недвижимости, состоящей из нежилых зданий, находящихся по адресу: <адрес>: нежилое здание, литер А с пр. а, склад для материалов, общей площадью 350,4 кв.м., кадастровый №/А; нежилое здание, Б - склад, общей площадью 366,3 кв.м., кадастровый №/Б; нежилое здание, литер А - крытый навес (склад), общей площадью 383,5 кв.м., кадастровый №/В; нежилое здание, литер Г - склад-гараж, общей площадью 406 кв.м., кадастровый №/Г; нежилое здание литер Д-склад, общей площадью 346,5 кв.м., кадастровый №/Д; нежилое здание литер Ж-склад, общей площадью 45,8 кв.м., кадастровый №/Ж. Стоимость указанных объектов недвижимости составляла 800000 руб. и была оплачена с расчетного счета ИП ФИО1, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ. Денежные средства в размере 800000 руб. были общими от совместной деятельности ФИО15, ФИО3 и ФИО1 Данное обстоятельство подтверждается выпиской с банковского счета, открытого на имя ИП ФИО1, на который поступали платежи от контрагентов, с которыми непосредственно работали ФИО15 и ФИО3, оказывая услуги по изготовлению полистеролбетона. По совместной договоренности часть заказов проходили через ИП ФИО15, а часть через ИП ФИО1 по причине использования разных систем налогообложения. ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с договором № купли-продажи земельного участка был приобретен земельный участок под размещение производственной базы, расположенной по адресу: <адрес>. Данный земельный участок был приобретен у администрации муниципального образования <адрес> за 171744,8 руб., которые являлись совместными денежными средствами от предпринимательской деятельности. После приобретения базы, расположенной по адресу: <адрес>, ФИО1 безвозмездно передала в бессрочное пользование ФИО15 для организации производства ФИО31 и Г, без каких-либо условий использования и без заключения каких-либо письменных соглашений и с этого момента по момент своей смерти ФИО15 и его наследники пользовались данным имуществом как своим собственным открыто и добросовестно. ФИО15 за свои собственные средства привел указанные помещения в пригодное техническое состояние для возможности производства торгового оборудования и последующей сдачи указанных помещений в аренду. Указанной деятельностью он занимался более 15 лет. Учитывая, что указанная база была приобретена при отсутствии водоснабжения и энергоснабжения, ФИО15 начал заниматься проектной документацией для строительства трансформаторной подстанции, что подтверждается договором энергоснабжения от ДД.ММ.ГГГГ, актом разграничения балансовой принадлежности, сертификатом пожарной безопасности. ФИО15 с 2017 года восстанавливал за свой счет полностью разрушенное здание – нежилое здание (крытый навес (склад)), общей площадью 383,5 кв.м., кадастровый №, потратив на это более 2000000 руб. ФИО15 в 2012 и 2017 годы обращался к ФИО1 с просьбой о разделе имущества, но ФИО1 от раздела имущества уклонялась. Истец указывает, что ответчик ФИО1, оформив на свое имя недвижимое имущество, фактически устранилась от дел организации, от несения бремени затрат по содержанию недвижимости, расположенной по адресу: <адрес>. ФИО15 владел данным имуществом открыто, на протяжении долее 15 лет, как своим собственным. В связи с изложенным, истец просит признать на данные объекты недвижимости право собственности в силу приобретательной давности.

Ответчиком ФИО1 в порядке ст. 137 ГПК РФ предъявлен встречный иск об истребовании из чужого незаконного владения ответчика ФИО4 и обязании передать ФИО1 следующих объектов недвижимости: нежилое здание (крытый навес (склад)), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>. В обоснование встречного иска указано, что ФИО1 является единственным собственником производственной базы, расположенной по адресу: <адрес>, а именно земельного участка, общей площадью 10442 кв.м., с кадастровым номером № и всех объектов недвижимости, расположенных на данном земельном участке, в том числе: нежилое здание (склад для материалов), общей площадью 350,4 кв.м., литер А с пр. а, кадастровый №, условный №/А; нежилое здание (склад), общей площадью 366,3 кв.м., литер Б, кадастровый №, условный №/Б; нежилое здание (крытый навес (склад)), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, кадастровый №, условный №/В; нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, условный №/Г; нежилое здание (склад), общей площадью 346,5 кв.м., литер Д, кадастровый №, условный №/Д; нежилое здание (склад), общей площадью 45,8 кв.м., литер Ж, кадастровый №, условный №/Ж. Указанные объекты недвижимости были приобретены ФИО1 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ за собственные денежные средства. С 1999 по 2016 год ФИО1 совместно с ФИО16 и ФИО3 осуществляли совместную предпринимательскую деятельность по производству торгового оборудования, полистиролбетона и спорные нежилые помещения использовались ФИО16, ФИО3 и ФИО1 для целей осуществления указанной деятельности. В 2016 году ФИО1 прекратила заниматься совместной предпринимательской деятельностью с ФИО16 и ФИО3, но в связи с тем, что они были давно знакомы и состояли в хороших отношениях, ФИО1 безвозмездно предоставила во временное пользование ФИО15 нежилые здания с кадастровыми номерами №, № и безвозмездно предоставила во временное пользование ФИО3 нежилые здания с кадастровыми номерами №, №, №. В связи с наличием доверительных отношений ФИО1 не настаивала на заключении между ними договоров аренды. С 2006 года по настоящее время использование нежилых зданий, расположенных на территории производственной базы по адресу: <адрес>, осуществлялось следующим образом. Нежилое здание (склад для материалов), общей площадью 350,4 кв.м., литер А с пр. а, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 по 2015 год использовалось для ведения совместной предпринимательской деятельности ФИО1, ФИО3 и ФИО16 в качестве столовой для работников на первом этаже и дополнительного офиса предприятия на втором этаже. С 2016 года по устной договоренности между ФИО3 и ФИО1 данное нежилое здание было безвозмездно предоставлено ФИО3 во временное пользование на условиях оплаты им налога на имущество и коммунальных услуг. Кроме того, на втором этаже этого здания ФИО1 хранят свои личные вещи, нежилое здание (склад), общей площадью 366,3 кв.м., литер Б, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 года по 2016 года использовалось для ведения совместной предпринимательской деятельности ФИО1, ФИО3 и ФИО16 в качестве цеха для производства полистиролбетона. В период с 2017 года по настоящее время ФИО1 сдает данное здание в аренду, нежилое здание (крытый навес (склад), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 года по 2016 года использовалось для ведения совместной предпринимательской деятельности ФИО1, ФИО3 и ФИО16 в качестве навеса для личного и служебного автотранспорта предприятия. С 2016 года по устной договоренности между ФИО16 и ФИО1 данное нежилое здание было безвозмездно предоставлено ФИО15 во временное пользование на условиях оплаты им налога на имущество и коммунальных услуг, нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 года по 2016 года использовалось для ведения совместной предпринимательской деятельности ФИО1, ФИО3 и ФИО16 в качестве цеха по производству торгового оборудования и изделий из металла. С 2016 года по устной договоренности между ФИО16 и ФИО1 данное нежилое здание было безвозмездно предоставлено ФИО15 во временное пользование на условиях оплаты им налога на имущество и коммунальных услуг, нежилое здание (склад), общей площадью 346,5 кв.м., литер Д, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 года по 2016 года использовалось для ведения совместной предпринимательской деятельности ФИО1, ФИО3 и ФИО16 в качестве склада. В одном из помещений здания находиться щитовая трансформатора. С 2016 года по устной договоренности между ФИО3 и ФИО1 данное нежилое здание было безвозмездно предоставлено ФИО3 во временное пользование на условиях оплаты им налога на имущество и коммунальных услуг, нежилое здание (склад), общей площадью 45,8 кв.м., литер Ж, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 года по 2016 года использовалось для ведения совместной предпринимательской деятельности ФИО1, ФИО3 и ФИО16 в качестве склада и контрольно-пропускного пункта на территорию производственной базы. С 2016 года по устной договоренности между ФИО3 и ФИО1 данное нежилое здание было безвозмездно предоставлено ФИО3 во временное пользование на условиях оплаты им налога на имущество и коммунальных услуг. При этом, ФИО1 не давала ни ФИО15, ни ФИО3 согласия на передачу названного имущества в субаренду. В ноябре 2021 года ФИО15 умер, и с этого времени ФИО1 уже не было точно известно, кто именно находится в принадлежащих ей нежилых зданиях и использует их. В этой связи ДД.ММ.ГГГГ в нежилые здания, находившиеся ранее в пользовании у ФИО15 (кадастровые номера №, №) и в нежилые здания, находившиеся ранее в пользовании ФИО3 (кадастровые номера №, №, №), ФИО1 лично передала уведомления о том, что лицам, занимающим указанные нежилые здания, в срок до ДД.ММ.ГГГГ необходимо заключить с ФИО1 договор аренды или освободить занимаемые помещения. Однако, данные уведомления получателями были проигнорированы, в связи с чем, ФИО1 обратилась в суд со встречным иском. Поскольку ФИО1 предоставила лицам, в пользовании которых находятся нежилые здания с кадастровыми номерами №, №, №, №, № срок для заключения договора аренды до ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время ФИО4 и ФИО3 занимают принадлежащие ФИО1 нежилые помещения незаконно - в отсутствие воли собственника и договора аренды. Истец по встречному иску ФИО1 указывает, что ФИО15, являющийся правопредшественником истца по первоначальному иску ФИО4, также как и ФИО3 осуществляли временное пользование вышеуказанными объектами недвижимости с 2016 года, а до 2016 года данные объекты использовались для ведения совместной предпринимательской деятельности по производству торгового оборудования и полистиролбетона. Факт осуществления совместной предпринимательской деятельности между ФИО16, ФИО3 и ФИО1 на территории производственной базы, расположенной по адресу: <адрес>, в период с 2006 года по 2016 год подтверждает как ответчик по встречному иску ФИО4, так и допрошенные по ее ходатайству в судебном заседании свидетели, так и третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО3 При таких обстоятельствах, истец по первоначальному иску ФИО4 не владеет спорными объектами недвижимости на протяжении 15 лет, что является основанием для отказа в иске о признании права собственности по приобретательной давности. При этом, ФИО15 и ФИО3 с 2016 года использовали указанное недвижимое имущество с ведома и разрешения ФИО1, а использование имущества с разрешения собственника не является основанием для приобретения права собственности на это имущество в силу приобретательной давности. Кроме того, ФИО1 от владения данными объектами недвижимости не устранялась, не утратила к ним интерес и исполняла обязанности по их содержанию. Так, в период осуществления совместной предпринимательской деятельности между ФИО1, ФИО16 и ФИО3 - с 2006 года по 2016 год ФИО1 оплачивала налог на нежилые здания с кадастровыми номерами №, №, №, №, №, № и налог на земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, а также оплачивала электроэнергию, потребляемую всеми зданиями, расположенными на территории данной производственной базы, со своего расчетного счета. В 2016 году нежилые здания с кадастровыми номерами №, № были предоставлены во временное пользование ФИО15, нежилые здания с кадастровыми номерами №, №, № были предоставлены во временное пользование ФИО3, в связи с чем, между ФИО16, ФИО3 и ФИО1 состоялась договоренность о том, что ФИО15 и ФИО3 должны оплачивать налоги и расходы на электроэнергию за те помещения, которые передаются им во временное пользование. В 2017 и 2018 году ФИО15 передавал ФИО1 денежные средства в счет уплаты налога на имущество за 2016 и 2017 годы на нежилые здания, находившиеся в пользовании у ФИО15 (кадастровые номера №, №) и на нежилые здания, находившиеся в пользовании ФИО3 (кадастровые номера №, №, №), а также половину суммы налога на земельный участок. В 2019 году ФИО3 оплатил налог за 2018 год на нежилые здания, находившиеся в пользовании у ФИО15 (кадастровые номера №, №) и на нежилые здания, находившиеся в пользовании ФИО3 (кадастровые номера №, №, №), а также половину суммы налога на земельный участок. В последующем ФИО3 оплатил налог за 2019 и 2020 год на нежилые здания, находившиеся в его пользовании (кадастровые номера №, №, №) и 1/3 налога на земельный участок. ФИО15 налог за 20ДД.ММ.ГГГГ год на нежилые здания, находившиеся в его пользовании (кадастровые номера №, №) не оплатил. С 2016 года оплату расходов на электроэнергию ФИО1, ФИО15 и ФИО3 осуществляли самостоятельно на основании показаний индивидуальных приборов учета используемых нежилых зданий. Договор энергоснабжения был оформлен на имя ФИО15 и в связи с тем, что отношения между ФИО1 и ФИО16 испортились и ФИО15 отказывался платить налог на имущество, в мае 2021 года ФИО1 перестала платить за электроэнергию и в феврале 2022 подключилась к другому источнику электроэнергии. Представленные истцом по первоначальному иску ФИО4 доказательства свидетельствуют о том, что между ФИО16 и ФИО1 имели место переписки по электронной почте, а также через приложение WhatsApp, в которых ФИО1 просила ФИО15 перечислить денежные средства в счет оплаты налогов, а ФИО15, в свою очередь, просил ФИО1 перечислить денежные средства в счет оплаты электроэнергии. Таким образом, спорные объекты недвижимости не являются брошенными собственником, в связи с чем, основания для приобретения права собственности в силу приобретательной давности отсутствуют. В этом случае владение недвижимым имуществом осуществлялось не как своим собственным, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на имущество и не утратившим к нему интереса, передавшим его непосредственно во временное владение данному лицу. Из представленного в материалы дела ФИО4 постановления об отказе в возбуждении уголовного дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в ОП № 3 УМВД России по г. Ставрополю был зарегистрирован материал проверки КУСП № по заявлению ФИО15 о совершении в отношении него преступления. Как указано в данном постановлении причиной обращения в правоохранительные органы послужило несогласие ФИО1 переоформить на ФИО15 спорные объекты недвижимости. Следовательно, ФИО1 не утратила интерес к сохранению своего права собственности, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований о признании права собственности в силу приобретательной давности не имеется.

Истец по первоначальному иску ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, требования встречного иска не признала, указывая на их необоснованность.

Представитель истца по первоначальному иску адвокат Айрапетян Н.П. в судебном заседании требования первоначального иска поддержала, в удовлетворении встречных исковых требований просила отказать, заявила ходатайство о применении исковой давности по требованиям встречного иска.

Ответчик, истец по встречному иску ФИО1 в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель ответчика, истца по встречному иску ФИО1 адвокат Лятычевский С.В. требования первоначального иска не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме, заявил ходатайство о применении исковой давности в отношении требований о признании сделки недействительной, встречное исковое заявление ФИО1 просил удовлетворить.

Ответчик ФИО7 (до смены фамилии – ФИО5) в судебном заседании требования первоначального иска не признала, указав, что спорные объекты недвижимости были приобретены на личные средства ее матери – ФИО1 До 2016 года данная недвижимость использовалась для ведения совместного бизнеса ФИО16, ФИО3 и ФИО20, а после 2016 года ФИО1 в связи с тем, что с ФИО16 и ФИО3 их связывали длительные рабочие отношения (более 15 лет) предоставила ФИО15 во временное безвозмездное пользование нежилые здание литер В и Г, а ФИО3 нежилые здания литер А, Д, Ж, расположенные на территории производственной базы по адресу: <адрес>, при условии оплаты ими налогов и коммунальных услуг.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явился.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по Ставропольскому краю в судебное заседание не явился.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО21 показал, что он является отцом ФИО15 и в то время, когда он искал путь, как решить вопрос, чтобы найти работу и зарабатывать денежные средства, он был в курсе всех его дел и всех его намерений, где мог, советовал и как мог, подсказывал. ФИО3 он знает по совместной работе с его сыном ФИО15, ФИО4 супруга его сына ФИО15 и его невестка, они с ней знакомы со дня свадьбы его сына. О ФИО1 он узнал, когда убили её мужа ФИО6, его сын ФИО15 с ним советовался насчет того, чтобы принять её на работу бухгалтером, поскольку она осталась без работы. ФИО35 В.Г. ему не знакома. Его сын ФИО15 вместе с ФИО3 решили организовать в то время полистиролбетона, вначале пенопласта, а затем бетона. Искали вместе место, где организовать свою деятельность, нашли место на заводе «Красный металлист» в старом цеху. Он был хорошо знаком с директором завода «Красного металлиста», работая в институте и на стройке, поэтому был в курсе дела, и они бы там могли разместиться надолго, но потом было принято решение о закрытии завода «Красный металлист» и стал вопрос, где найти другое место, он ездил в Беларуссию и узнавал там, как изготавливается полистирол, оттуда заказали и привезли оборудование для изготовления полистирола, и начали его изготавливать. Появился вопрос приобретения старой базы, его сын ФИО15 посоветовался с ним, он был у директора с ней посоветовались, на что она пояснила, что база не имеет собственника, она списана, директор установила стоимость 800000 рублей и предложила им её купить, то есть самой собственности в договоре не значится, а земля находилась в аренде. Они с сыном ФИО15 посоветовались, он не очень был согласен на покупку данной базы, поскольку там требовался большой ремонт, для того чтобы начать работать на ней. В тот момент они работали втроём, ФИО1 была бухгалтером, а ФИО3 и его сын ФИО15 занимались производством, то есть искали потребителей, решали вопрос производства полистирол бетона и так далее. ФИО1 была бухгалтером и на её счет приходили денежные средства, которые они использовали поровну. Когда стал вопрос приобретения завода, то денежные средства за него были оплачены со счета ФИО1, через банк. И его сын ФИО15 вместе с ФИО3 начали приводить в порядок помещения на заводе, для дальнейшей эксплуатации и организации производства. Организовали производства полистирол бетона, после начали готовить торговое оборудование. В судебное заседание явились свидетели, которые изготавливали вместе с его сыном ФИО16 оборудование. Он задавал своему сыну ни один раз вопрос, по какой причине имущество было не поделено изначально на троих, на что сын пояснил, что имеется договор о том, что приобреталось в кредит, который платили поровну, и имущество будет принадлежать каждому на равных частях. После стал вопрос раздела имущества, они условно сделали схему, определили границу. ФИО1 не согласовала данную схему и раздел, его сын ФИО15 расстраивался по данному поводу, ему нужно было этот завод, который стоял без стен и без крыше как-то утеплять готовить к зиме, он договорился провести кабель, для того, чтобы провести электроснабжение, поскольку на этой базе ничего не было. Его сын самостоятельно за свои денежные средства провел электричество, занимался базой приводил её в порядок, для того, чтобы там в дальнейшем можно было работать, много денежных средств на это было затрачено, те денежные средства, которые они зарабатывали не хватало, для того чтобы из этих сооружений сделать крышу, провести отопление, купить оборудование и как-то работать, да ещё и материал, чтобы была возможность изготовления того, что уже было заключено договором. Его сын ФИО15 постоянно работал, он хотел уйти и самостоятельно работать, но ФИО1 ему этого не давала сделать. Он задавал вопрос ФИО15, был ли заключен какой-либо договор, что имущество принадлежит ему, поскольку он работал, но на каком основании? На что ФИО15 пояснил, что имущество общее и 1/3 принадлежит ему, 1/3 ФИО1 и 1/3 ФИО3 И вроде бы вопросов не было, после ФИО15 стал приходить с работы очень расстроенным, и он с ним беседовал, на что сын пояснил, что при разговоре с ФИО1, когда ФИО15 попросил у неё выделить его часть в имуществе, она не согласилась и аргументировала это тем, что всё имущество принадлежит ей. На что ФИО15 спросил у ФИО22, по какой причине всё имущество только её, ведь всё покупалось за общие денежные средства, и он работает на этом производстве и платит налоги. На что ФИО1 пояснила, что придет время, и все разделят и такой ответ поступал постоянно. И когда здоровье ФИО15 ухудшилось, поскольку получил травму на производстве, произошло заражение, и ему ампутировали ногу, собственность он так и не мог оформить. После появилось заявление от Ставропольэнергосбыт, такого порядка, в котором было сказано, чтобы ФИО15 прекратил свою деятельность на данной базе. Он поехал в Ставропольэнергосбыт и стал выяснять ситуацию, на что ему пояснили, что ФИО1 написала заявление, в котором указала, что база принадлежит ей, а ФИО15 самовольно на ней осуществляет работы. Возникли вопросы, каким образом ФИО15 туда попал, подтверждающего документа не было и вопросов не было. Подняли всю документацию, и признали, что никаких подтверждающих документов, на то, что ФИО1 дала согласие ФИО15 нет. То есть между ними не было заключено никакого документа, который был бы договором аренды либо разрешением на работу по использованию собственности, которая была оформлена на ФИО1 Поскольку имущество по общему согласию было оформлено на ФИО1 Учитывая, что у них производство было частично на заводе «Красный металлист» и частично на приобретенной базе, то они получили разрешения у директора и использовали это здание как офис, ФИО15 постоянно там находился, у него была заявка на телефон, там был оформлен телефон на него, это был его офис, он там постоянно находился и оформлял все договоры. На производстве был бригадир. После когда завод «Красный метелист» обанкротился, то ему предложили приобрести здание в г. Ставрополе по адресу: <адрес>, в собственность, на совете директоров было принято решение об определении стоимости этого здания, они решили его приобрести и оформить на ФИО6, поскольку он занимался экономическими вопросами и бухгалтерией, все денежные средства были у него и он из общих денежных средств заплатил 25000000 рублей из 100000000 рублей и должен был в соответствии с договором, в котором указано, что договор считается законным если будет оформлен акт купли-продажи. Это было не выполнено и ФИО6 умер, договор остался не выполненным, здание не было принято и о том, что это здание стало собственностью ФИО1 он узнал уже из документов, данным зданием он не интересовался, но из документов узнал, что когда ФИО6 умер, то при нём был договор намерений, который не был оформлен в приобретение этого здания, а частично было выплачено только 1/4, но как ему потом стало известно ФИО15 и ФИО3 они доплатили оставшуюся сумму и взяли справку, они считали, что это также будет совместной собственностью. Но после этого ФИО1 в соответствии с законом, должна была оформить договор, который не был оформлен и завершить оформление договора, то есть получить в наследство и оформить приобретение этого здания. Этого сделано не было и уже из документов, которые он увидел у сына ФИО15, он узнал, что через нотариуса ФИО1 оформила стоимость здания, при отсутствии договора купли-продажи здание было оформлено в собственность. Как это получилось, он не знает. ФИО15 самостоятельно приводил здание в порядок, обустраивал, проводил электроснабжение, устанавливал крышу, двери и так далее. Занимался только своими литерами, остальным, то, что ФИО1, разрешила занимать ФИО3, занимался ФИО3 Ни одного документа, в соответствии с которым ФИО1 требовала покинуть помещение, не было. Ему известно о том, что ФИО15 возмущался, что ФИО1 требует платить налоги и чтобы денежные средства были у неё. Сын хотел работать на себя, а не на ФИО1, поскольку самостоятельно привел в порядок здание. Здание содержал ФИО15 ФИО15 платил земельный налог и все налоги платил самостоятельно за себя. Имеются записанные телефонные разговоры, в них сказано, что ФИО15 сам уплачивает все налоги, находясь в этих сооружениях. Причем этих сооружений не существовало, когда ФИО1 разрешила ему привести их в порядок и начать производство. ФИО15 самостоятельно приводил в порядок производство, даже зарплату своей супруги на это тратил. Для того, чтобы привести в порядок и иметь возможность работать, ФИО15 и ФИО3 использовали здания, расположенные в г. Ставрополе по адресу: <адрес>, с того времени, как они работали на заводе «Красный металлист» до перехода на базу. Имеются документы, которые подтверждают оплату ФИО1 со счета, на которые поступали заработанные денежные средства, это можно установить по договорам, то есть, за выполненную продукцию, которой занимался ФИО15, денежные средства переводились на счет ФИО1 и с этого счета, который являлся общим, денежные средства, которые зарабатывались с продукции ФИО3 и ФИО15 шли на счет ФИО1 С этого счета были оплачены денежные средства за базу в <адрес>. Сама ФИО1 производством не занималась, у неё не имеется подтверждающих документов, о том, что всю продукцию изготовила она.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО23 показал, что знаком с ФИО3 с 1997 года, знаком с супругой ФИО32 – ФИО4 ФИО15 знает с 1992 года, когда создавались кооперативы, они общались. После ФИО15 со своими друзьями ФИО3 и ФИО6 создали предприятие с собственным производством. ФИО15 занимался всеми делами на производстве, организовывал, составлял чертежи, поскольку как он понял, их было трое ФИО6, ФИО15 и ФИО3, у каждого из них была своя доля. Но основными производственными вопросами занимался ФИО15 Сначала они арендовали помещение на территории завода «Красный металлист», после прошло время, и они приобрели помещение в г. Ставрополе по адресу: <адрес>, офис, поскольку само производство было на заводе «Красный металлист», не знает, у кого купили, купили вместе ФИО6, ФИО15 и ФИО3, так как вместе работали, более того, они в то время с ними очень близко общались. ФИО15, говорил о том, что они хотят расширяться, поскольку им нужно большее помещении. Кто именно покупал, не может сказать, ему известно, что они были компаньонами и совместно вели бизнес. Даже в прошлом году ФИО15 осуществлял там работы, а какие именно отношения были между ними, он не может пояснить. Он лично сам завозил стекло и постоянно видел там ФИО15, который производил ремонты, красил, варил что-то. Каждый раз ФИО15 что-то облагораживал, что-то ремонтировал. Он такой человек, что не мог сидеть, сложа руки. То, что имущество было троих компаньонов, это он знает. Они дружили, что именно случилось, он не может сказать, не может ничего плохого ни про кого сказать, он ко всем одинаково относится, но большее участие на предприятии принимал ФИО15 Даже самые простые вещи, которые они производили, создавались по чертежам ФИО15 На кого они оформляли право собственности помещений в <адрес>, и помещения в г. Ставрополе по адресу: <адрес>, он лично не видел. У него был разговор с ФИО16, поскольку он тоже вел бизнес и у него был вопрос на кого оформлено помещение, на что ФИО15 пояснил, что они дружат семьями и после поделят всё поровну между ФИО35, ФИО3 и ФИО4. Оформлено было все на ФИО35.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО24 показал, что он знаком с ФИО3 с 1985 года, знаком с ФИО4 с 1985 года. Ему известно, что ФИО15 работал совместно с ФИО3 и ФИО6 с 1996 года, занимались торговым оборудованием, какое имущество приобреталось ему неизвестно. Знает, что ФИО3 ездил с ФИО15 и ФИО6 в <адрес> и приобретали там торговое оборудование. Они осуществляли свою деятельность в последнее время в <адрес>, а до этого на заводе «Красный металлист». Кому принадлежало помещение на заводе «Красный металлист» ему неизвестно. В настоящее время помещение, которое находится по адресу: <адрес>, занимает он, арендуя его у ФИО1 Ему известно, что помещение находится в собственности у ФИО1, как перешло к ней в собственность ему неизвестно. Он работал с ФИО16, который занимался сварным оборудованием, и у него была покрасочная камера, то есть он занимался мебелью, а ФИО32 красил. ФИО1 и ФИО15 в то время работали вместе в этом помещении, а ФИО3 в то время работал на базе с 2015 года. До сегодняшнего дня он там осуществляет свою деятельность. ФИО15 ушел из помещения в г. Ставрополе по адресу: <адрес>, в 2015 году и осуществлял деятельность в <адрес>. Он к Акопяну туда приезжал и заказывал там запчасти. ФИО1 с ФИО16 он на базе не видел, то есть ФИО32 работал в помещении самостоятельно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 показал, что ФИО4 приходится ему матерью. ФИО32, ФИО35 и ФИО3 работали вместе очень давно, еще до приобретения данного недвижимого имущества, это было совместное предприятие, организованное ими совместно, точнее организовано между ФИО16, ФИО3 и покойным мужем ФИО1, ФИО6. Когда не стало ФИО6, его супругу ФИО1 взяли к себе на работу, для того, чтобы выполнить дружеские обязательства, не бросать семьи и эти обязательства они выполнили, взяли ФИО1 исполнять определенные функции, эти функции заключались в основном в ведении документации и в те времена открывали ИП, в то время называлось ЧП. Было долгое время открыто на отца ФИО15, потом в какой-то период времени потребовалось открыть другое ЧП, оно было открыто на ФИО1, и так как все вместе втроём работали, занимались изготовлением торгового оборудования, изготовлением полистиролбетона. Он сам лично принимал постоянно в этом участие, лично вместе со всеми занимался изготовлением данной продукции, в школьные каникулы его брали работать в цеха и работали совместно всё это время. Работали на один счет, были постоянные заказчики, там, где требовалась оплата без НДС, они платили на один счет, там, где требовалась оплата с НДС на другой счет оплачивали, насколько он понимает данную ситуацию. После, когда в какой-то период времени производство находилось по адресу: ФИО8, 2, арендатор расторг договор аренды, где находилось все производство. В связи с чем, потребовалось купить новую территорию и новое производство, на тот момент, насколько он понимает, у ФИО1 на счете от общего производства находились какие-то денежные средства, плюс на этот счет ещё переводились денежные средства, которые находились на других счетах и денежные средства которые хранились наличными, для покупки данной территории. В <адрес>, купили эту территорию, земля была муниципальная, данную землю требовалось переоформить и взять в собственность. ФИО1 давали денежные средства, чтобы она это выполнила, оформляла в собственность. После чего должен был последовать раздел данной территории. Вопрос о разделе данной территории поставил его отец, поскольку у него ухудшилось состояние здоровья, время было не очень хорошее для производства, сыграл ещё кризис в 2018 году, и производство перестало давать прибыль, пришлось уволить много людей, которые работали. Его отец ФИО15 стал работать самостоятельно, сам стоял за станками, сам занимался стеклом, естественно здоровье ему не позволяло, у него был сахарный диабет и каждое ранение стеклом, оно отражалось на его здоровье, в связи с чем, он потерял в дальнейшем ногу. Он объявил ФИО3 и ФИО1, что пора разделить имущество и ФИО1 обещала произвести разделение, она обещала это каждый год, под предлогом того, что требуются денежные средства для закрытия задолженности, жаловалась, что у неё висит арест на квартире, налоги требуется платить, и просила дать денежные средства, чтобы она закрыла все долги и тогда разделит имущество. Так продолжалось на протяжении трех лет, на четвертый год, когда состояние здоровья ФИО15 совсем ухудшилось, он отказался давать денежные средства ФИО1 и сообщил, что он обращается в суд, тем самым отец на данной территории пробыл 15 лет, ровно до его смерти. Он занимался данной территорией, дома постоянно были скандалы и недовольства по этому поводу, все денежные средства, которые он зарабатывал, он вкладывал в это производство, в семье не было денежных средств, но в производство он вкладывался. ФИО15 на инвалидной коляске достраивал эти цеха, семья ему помогала, но он их достроил, для того чтобы семье было на что жить. На счет музея может пояснить, что ему известно, что когда ФИО15 был вместе с ФИО6, у них было организовано производство на заводе «Красный металлист», они хотели любыми средствами хотели купить производство, чтобы там работать и не платить арендную плату. ФИО3, ФИО15 и ФИО6 договорились с руководителя завода «Красный металлист» о внесении денежных средств частями, тогда с общего счета, он называет это общим счетом, поскольку в то время денежные средства хранились наличным образом. Когда внесли часть денежных средств за музей, далее насколько он понимает, на данный момент не готов ответить детально по хронологии событий, какие были конкретно даты и года, далее ФИО6 умер и ФИО15 и ФИО3 вносили ещё по две доли, о чем в подтверждение имеется документ, что ими была внесена оплата. Но так как там была доля ФИО6, как он понял, требовалось вступление в наследство, у ФИО6 была дочь, которая была несовершеннолетней, была договоренность, что когда дочь вырастет и станет совершеннолетней, тогда ФИО1 все переоформит и поделит на троих. Поскольку на тот момент ФИО1 уже взяли на работу, и она работала вместе с ними. Но когда наступила эта дата и дочь ФИО1 стала совершеннолетней, переоформления не произошло, каждый раз находились отговорки, чтобы этого не делать, в том числе главной отговоркой были долги по базе, которые постоянно закрывались. В определенный момент после смерти ФИО15 им было отказано, в делении имущества и они вынуждены были защищать свои права. Ему известно заключение одного договора между ФИО35 и ФИО32, он заключался на краткосрочное время, заключался на позицию, на литеры главного цеха, этот главный цех, он расположен не в тех позициях, которые занимал его отец ФИО15 и которые отец строил. Его оформляли с целью оформления трансформаторной подстанции на территории, поскольку без договора невозможно было оформить трансформаторную подстанцию. На той территории, которую занимал ФИО15, какие-либо договоры не существовали. Отец ФИО15 при жизни делал схемы, разграничивал территорию схематично. Литеры тех цехов, которые были, территории и самих зданий и устно, это было оговорено, что 1/3 часть была ФИО1, 1/3 ФИО3, и 1/3 часть должна была остаться у его отца ФИО15 Это было подтверждено устно, обговаривалось много раз, даже он лично оговаривал это по телефону с ФИО1, когда его отец ФИО15 находился в больнице. ФИО1 много раз обещала, что та территория, которую они обозначили, которую они обговорили, она переоформит. Какие-либо претензии от ФИО1 за 15 лет за это время не поступали. Его отец ФИО15 владел и пользовался данным помещением как своим собственным. Отец говорил, что если когда-нибудь с ним что-нибудь случится, вы проживете только благодаря тому, что имеются эти помещения и он их достроил. 1/3 налогов на землю отец отдавал ФИО1, по её требованию и оплачивал за всю территорию, поскольку трансформаторная подстанция была ФИО32, он оплачивал электроэнергию за всю территорию. Был ещё телефон в музее, который ФИО32 долгие годы оплачивал. ФИО1 не принимала какое-либо участие в обслуживании помещений, которые находились в <адрес>, могла только попросить их что-либо сделать, и то это было обоюдно, грубо говоря, убрать территорию от мусора. Все остальное, что касается строительства, эксплуатации, ничего не делала. ФИО1 только спрашивала каждый месяц о своей доле денежных средств. В помещении в г. Ставрополе по адресу: <адрес>, ФИО15 находился там непосредственно, когда там располагался офис, и там принимали заказы, это был как офис производства, точно год назвать не может, но ему известно, что этот период наступил, когда ФИО1 сдала ФИО10 в аренду. Это ни с кем это не было оговорено и за все время аренды этого помещения, никакие денежные средства, вырученные с арендной платы, не пошли на общее производство, не на деление доходов. ФИО1 забирала все денежные средства себе, не объясняя причин, поясняла это тем, что это всё наследство от ФИО6 и всё принадлежит ей. От ФИО1 поступало уведомление, о необходимости заключить с ней договор аренды уже после смерти отца ФИО15, это было уже в январе или феврале месяце этого года.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО25 показал, что с ФИО3 знаком с 1985 года, с ФИО4 знаком с 1986 или 1987 года, точно не помнит. Он познакомился с ФИО16 в 1985 году, а также с ФИО3, когда работал тренером ДРСУ «Урожай» в Сельскохозяйственном институте, а они там учились, то есть он с ними знаком с 1985 года. Они осуществляли совместную деятельность, начали примерно в 1990 годах, точно не знает, но ему известно, что примерно с 1997 года они работали на ФИО11 фабрике, а потом они перешли на завод «Красный металлист», начинали там работать, а после через пару лет перешли на базу в <адрес>. ФИО6 ему знаком, он погиб в 1998 году 3 февраля. То есть ФИО15 и ФИО3 вместе начали работать раньше, а потом к ним присоединился ФИО6, а начинали они вдвоём ФИО15 и ФИО3 Ему известно, о том, что на заводе «Красный металлист» у них там был музей. Он с ними в то время был в дружеских отношениях. Другими делами занимался, приезжал, уезжал, но когда приезжал, всегда к ним приходил. Он хорошо знаком с ФИО16, ФИО6 и ФИО3, они хорошо общались, ему известно, что всё у них делилось на троих и ему известно, что все должно было приобретаться на троих. ФИО15 и ФИО3, занимались производством, а ФИО26 занимался финансовыми вопросами. Ему недавно стало известно, что, оказывается все было оформлено на ФИО1, она у них появилась, когда умер её супруг ФИО6 и они с целью оказания помощи семье своего друга, устроили её к себе на работу. Перед этим её там никогда не было. Увидел ФИО1 он первый раз на похоронах ФИО6 ФИО15 он видел непосредственно осуществляющим деятельность на территории в г. Ставрополя по адресу: <адрес>. ФИО15 там был и ФИО3, там была и ФИО1 Это было офисное помещение, а производство было в другом месте. Он также приезжал в <адрес>, к ФИО15 и видел своими глазами, после того как ФИО15 в 2017 году ампутировали ногу, иногда просил помощи, он никогда не отказывал и приезжал помогать, поскольку ФИО15 был в инвалидной коляске и работал, он ему помогал. ФИО1 там видел около 2 раз. До последнего они пытались договориться о разделении, ФИО1 соглашалась, но оттягивала этот момент, аргументируя это тем, что нет документов и денежных средств, но обещала разделить имущество. Никогда не было разговоров, что что-то пойдёт не так, всегда был разговор о том, что все имущество будет поделено на троих. ФИО15 пристроил несколько помещений, крытых по типу цехов. Никогда не видел, чтобы ФИО1 производила там какие-либо работы.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО27 показал, что ему знаком ФИО3 ФИО15 В.И. знакома, как супруга ФИО15 Он был знаком с ФИО15 С 2000 года, он работал в фирме торгового оборудования по 2008 год. Он работал у них грузчиком, после замерщиком. Это была фирма торгового оборудования, там был ФИО15, ФИО3 и ФИО1 Они были три собственника. Всем процессом производства заведовали ФИО15 и ФИО3, а ФИО1 занималась бухгалтерией. В основном он контактировал с ФИО3 и ФИО16 Деятельность сначала осуществляли на базе «Красный металлист», потом в район <адрес> переехали и после в <...>. ФИО6 ему не был знаком. ФИО15 постоянно находился в офисе, без них ничего не происходило, они там находились постоянно. Кем было приобретено помещение в <адрес> по адресу: <адрес>, а в последующем в <адрес>, ему неизвестно. В <адрес>, осуществляли деятельность ФИО15 и ФИО3, там были рабочие цеха, они работали вместе. Кому принадлежала территория в <адрес>, где он работал, ему неизвестно. В <адрес> был цех по сборке торгового оборудования, сварочный цех, цех по производству бетонных изделий. ФИО1, приезжала в цех, но очень редко, в основном она занималась в офисе своей работой. Он считал, что это их совместная собственность. Заработную плату ему платил ФИО15 либо ФИО3 В 2008 году он оттуда ушел.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы данного гражданского дела, приходит к выводам о том, что в удовлетворении первоначального иска надлежит отказать, а встречный иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. ст. 55, 56, 59, 60, 67 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с п. 3 ст. 218 ГК РФ, в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно ст. 234 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо, не являющиеся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющий как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55).

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества интереса в сохранении своего права (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55).

Судом установлено, что согласно сведениям ЕГРН ФИО1 на праве собственности принадлежат следующие объекты недвижимости: земельный участок, общей площадью 10442 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ); нежилое здание (склад для материалов), общей площадью 350,4 кв.м., литер А с пр. а, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ); нежилое здание (склад), общей площадью 366,3 кв.м., литер Б, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ); нежилое здание (крытый навес (склад)), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ); нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ); нежилое здание (склад), общей площадью 346,5 кв.м., литер Д, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ); нежилое здание (склад), общей площадью 45,8 кв.м., литер Ж, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес> (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ).

Кроме того, ответчик (истец по встречному иску) ФИО1 является собственником доли в размере 5/8 и ответчик ФИО7 является собственником доли в размере 3/8 нежилого здания, общей площадью 168,8 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, пр-т. К. Маркса, 7, кадастровый № (дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ).

В исковом заявлении, а также во встречном исковом стороны указывают на то, что в 1997 году ФИО15, ФИО3 и ФИО6 создали совместный бизнес по производству торгового оборудования и полистиролбетона. В 1999 году, после смерти ФИО6 его доля в совместном бизнесе перешла к его супруге – ФИО1 Совместная предпринимательская деятельность между ФИО16, ФИО3 и ФИО1 осуществлялась в период с 1999 по 2016 год. Для целей осуществления совместной предпринимательской деятельности использовались нежилые здания, расположенные на территории производственной базы, расположенной по адресу: <адрес>, литеры А, Б, В, Г, Д, Ж и нежилое здание, расположенное по адресу: <адрес>

При этом, во встречном исковом заявлении ФИО1 точно указывает по какому назначению использовалось каждое из нежилых зданий в период до 2016 года, в частности нежилое здание (крытый навес (склад), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 по 2016 использовалось в качестве навеса для личного и служебного автотранспорта предприятия, а нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>, в период с 2006 по 2016 использовалось в качестве цеха по производству торгового оборудования и изделий из метала.

Возражений на указанные доводы ФИО1 от ФИО4 не поступало. Допрошенные в судебном заседании по ходатайству истца ФИО4 свидетели пояснили, что ФИО15, ФИО3 и ФИО1 действительно осуществляли совместную предпринимательскую деятельность на условиях партнерства и в ходе этой деятельности использовали нежилые здания, расположенные на территории производственной базы по адресу: <адрес>, и нежилое здание, расположенное по адресу: <адрес>, пр-т. К. Маркса, 7.

Таким образом, в период с 2006 по 2016 год ФИО15, ФИО3 и ФИО1 совместно использовали нежилые здания с кадастровыми номерами № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.

Следовательно, истец ФИО4, с учетом правопреемства от ФИО15, не владеет объектами недвижимости с кадастровыми номерами №, расположенными по адресу: <адрес>, как своими собственными непрерывно в течение пятнадцати лет.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что нежилые здания с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: <адрес>, не являются брошенными собственником, о чем свидетельствуют представленные ФИО1 документы об оплате ей налога на данное имущество, документы об оплате расходов на электроэнергию, а также переписки между ФИО16 и ФИО1, представленные в материалы дела ФИО4, в которых обсуждались вопросы содержания объектов недвижимости, расположенных по адресу: <адрес>.

В этой связи, суд приходит к выводам о том, что ФИО1 не утратила интерес к сохранению своего права собственности на данные объекты недвижимости.

При таких обстоятельствах, отсутствуют основания для удовлетворения первоначального иска ФИО4 о признании за ней права собственности в силу приобретательной давности на нежилые здания с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: <адрес>.

В силу ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Рассмотрев ходатайство представителя истца ФИО4 адвоката ФИО29 о применении срока исковой давности по требованиям ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, суд не находит оснований для его удовлетворения, в связи со следующим.

Как указано во встречном исковом заявлении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ в нежилые здания, находившиеся ранее в пользовании у ФИО15 (кадастровые номера №) и нежилые здания, находившиеся ранее в пользовании ФИО3 (кадастровые номера №), ФИО1 лично передала уведомления о том, что лицам, занимающим указанные нежилые здания, в срок до ДД.ММ.ГГГГ необходимо заключить с ФИО1 договор аренды или освободить занимаемые помещения.

Поскольку документ, подтверждающий отправку или вручение указанного уведомления ФИО4, в материалы дела не представлен, судом отказано в удовлетворении ходатайства представителя ответчика ФИО1 о приобщении данного уведомления к материалам дела.

Вместе с тем, ФИО4 пояснила суду, что получала от ФИО1 уведомление о необходимости заключения договора аренды в декабре 2021 года и ранее подобных уведомлений от ФИО1 она не получала.

Допрошенный в судебном заседании сын ответчика ФИО4 – ФИО9 показал, что в декабре 2021 года такое уведомление поступало по месту нахождения спорных нежилых зданий.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Из представленных в материалы дела доказательств и объяснений лиц, участвующих в деле следует, что в 2016 году ФИО1 по своей воле передала в пользование ФИО15 нежилые здания с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: <адрес>.

Следовательно, до предъявления ФИО1 требования о заключении с ней договора аренды или требования о передаче ей спорных зданий обратно, владение ФИО4 данным имуществом нельзя признать незаконным и, соответственно, срок исковой давности по требованию об истребовании имущества из чужого незаконного владения начинает течь с момента, когда владение можно считать незаконным, то есть не ранее, чем с момента получения ФИО4 уведомления ФИО1 о необходимости заключения с ней договора аренды.

К требованиям об истребовании имущества из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК РФ) применяется общий срок исковой давности – 3 года (ст. 196 ГК РФ).

Таким образом, ФИО1 обратилась в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения ФИО4 в пределах срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, требования ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения ФИО4 являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Рассмотрев требования истца ФИО4 к ответчикам ФИО1, ФИО7 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимости с рассрочкой платежа, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ЗАО «Красный Металлист», о признании недействительными свидетельств о праве собственности, об аннулировании записей в Россреестре, признании за ФИО4 права собственности на 1/3 нежилого здания, площадью 168,8 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, суд приходит к выводам об отсутствии правовых оснований для удовлетворения данных требований.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 3 ст. 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Из приведенных норм права следует, что третье лицо, не являющееся участником сделки, вправе предъявить требование о признании недействительной ничтожной сделки, в случае если сделкой нарушаются права этого лица и это лицо имеет охраняемый законом интерес к признанию этой сделки недействительной.

Представителем ответчика ФИО1 адвокатом ФИО19 в судебном заседании заявлено ходатайство о применении срока исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной, которое подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В уточненном исковом заявлении истец ФИО4 указывает на то, что денежные средства, уплаченные за приобретение нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>, в размере 25000000 руб. являлись общими денежными средствами от предпринимательской деятельности ФИО15, ФИО3 и ФИО6 и дополнительно ФИО15 и ФИО3 внесли по 25000 руб. личных денежных средств на приобретение данного объекта недвижимости, в связи с чем, ФИО15 рассчитывал получить 1/3 указанного здания в собственность.

Следовательно, требования о признании сделки недействительной основываются на том, что в 1997 году ФИО15 передавал продавцу часть денежных средств на приобретение нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>.

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ, срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права.

Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Поскольку при жизни ФИО15 не мог не знать о том, что передавал денежные средства на приобретение нежилого здания по адресу: <адрес>, требования о признании сделки недействительной заявлены за пределами срока исковой давности, что является основанием для отказа в иске.

Ходатайство представителя истца ФИО4 – адвоката ФИО29 о восстановлении срока исковой давности подлежит отклонению, ввиду следующего.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Однако, уважительных причин пропуска срока исковой давности, имевших место в последние шесть месяцев срока, истцом суду не представлено.

Кроме того, пропущенный десятилетний срок исковой давности в силу закона не подлежит восстановлению.

При таких обстоятельствах, оснований для восстановления ФИО4 срока исковой давности не имеется.

При отсутствии правовых оснований для признания сделки недействительной, не имеется и оснований для признания недействительными свидетельств о праве собственности и аннулировании регистрационных записей Росреестра на данное имущество.

Требования о признании за ФИО4 права собственности на 1/3 нежилого здания, площадью 168,8 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, требования о признании недействительными свидетельств о праве собственности и аннулировании регистрационных записей Росреестра на данное имущество не подлежат удовлетворению, поскольку судом отказано в удовлетворении требований о признании сделки недействительной, а ФИО15 и ФИО3 сторонами договора купли-продажи нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес>, не являлись, соответственно, права и обязанности по данному договору возникают только у его сторон – ФИО6 и ЗАО «Красный Металлист».

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к вышеуказанным выводам.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4 признании права собственности в силу приобретательской давности за ФИО4 на следующие объекты недвижимого имущества: 1/3 земельного участка, общая площадью 10 442 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №; нежилое здание (крытый навес (склад), ФИО31, общая площадь 383,5 кв., кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>; нежилое здание (склад-гараж), общая площадь 406 кв.м., кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО4 признании недействительным договора купли-продажи недвижимости с рассрочкой платежа, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ЗАО «Красный Металлист», – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО4 признании недействительным свидетельства о праве собственности от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на 1/2 доли в общем совместном имуществе за ФИО1, которое состоит из помещений, расположенных в здании литер «П» по <адрес>, принадлежащих наследодателю на основании договора купли-продажи, нотариусом по Ставропольскому городскому нотариальному округу ФИО30 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру за номером 2038, – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО4 признании недействительным свидетельства о праве собственности от ДД.ММ.ГГГГ о праве на наследство по закону за ФИО1 на 1/4 имущества, которое состоит из помещений расположенных в здании литер «П» по <адрес>, принадлежащих наследодателю на основании договора купли-продажи, удостоверенного нотариусом по Ставропольскому городскому нотариальному округу ФИО30 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру за номером 2038, – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО4 аннулировании записи в Росреестре, согласно которым ФИО6 имел собственность в виде имущества, состоящего из помещений, расположенных в г. Ставрополе, в здании литер «П» по пр. <адрес> – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО4 аннулировании записи в Росреестре, согласно которым ФИО1 имеет в собственности 5/8 долей в общей долевой собственности, а дочь ФИО12 имеет в собственности 3/8 долей в общей долевой собственности, состоящем из помещений расположенных в здании литер «П» по <адрес>, – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО4 признании права собственности на 1/3 нежилого помещения, площадью 168,8 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, – оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требованияФИО1 – удовлетворить.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО4 в пользу ФИО1: нежилое здание (крытый навес (склад), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>.

Обязать ФИО4 передать ФИО1: нежилое здание (крытый навес (склад), общей площадью 383,5 кв.м., ФИО31, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; нежилое здание (склад-гараж), общей площадью 406 кв.м., литер Г, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в течение месяца со дня его изготовления в мотивированной редакции.

Мотивированное решение изготовлено 11 июля 2022 года.

Судья А.И.Эминов