дело № 2-86/2022
УИД 23RS0045-01-2021-002994-71
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Славянск-на-Кубани 20 сентября 2022 года
Славянский городской суд Краснодарского края в составе:
председательствующего судьи Отрошко В.Н.,
при секретаре судебного заседания Дей В.В.,
с участием
истицы ФИО1,
представителя истицы по доверенности ФИО4,
ответчика ФИО5,
представителя ответчика по доверенности ФИО12,
представителя третьего лица, не заявляющего
самостоятельные требования ФИО14 ФИО19
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, к ФИО5,, третьи лица ФИО3, ФИО16, ФИО6, о признании завещания недействительным,-
установил:
ФИО1 обратилась в Славянский городской суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО5 о признании завещания недействительным.
В обосновании исковых требований указав, что истица является дочерью ФИО2, умершего 25.08.2021г.. После смерти ФИО2 умершего 25.08.2021г, по заявлению ФИО1 нотариусом ФИО13 было открыто наследственное дело № от ДД.ММ.ГГГГ Истица и заинтересованное лицо ФИО3 являются наследниками первой очереди.
В наследственную массу вошли: - жилое помещение и земельный участок, расположенные по адресу: . От нотариуса ФИО1 стало известно, что ее отец ФИО2 умерший 25.08.2021г составил завещание от ДД.ММ.ГГГГ, которое было зарегистрировано нотариусом в реестре под №. В соответствии с завещательным распоряжением спорный земельный участок и жилое помещение должны отойти ФИО5 С января 2021 года ФИО2 страдал онкологическим заболеванием, болезнью сердца и другими сопутствующими заболеваниями, по назначению врача принимал наркотические препараты.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была присвоена 2 группа инвалидности, 04.08.2021 перенес тяжелую операцию.
На основании указанного, истец полагает, что на момент составления завещания ФИО2 находился в состоянии, в котором не мог в полной мере осознавать значение своих действий, ввиду воздействия на его психику наркотических и седативных лекарственных препаратов, в связи с чем просит суд признать завещание ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом ФИО13, зарегистрированное в реестре по № в пользу ФИО5 недействительным.
Истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО4 в судебном заседании поддержали заявленные требования, просили иск удовлетворить в полном объеме. Истица ФИО1 обстоятельства, указанные в исковом заявлении, подтвердила.
Ответчик ФИО5 и ее представитель по доверенности ФИО12 возражали против удовлетворения требований истицы.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ФИО14 – ФИО19 в возражал против удовлетворения требований истицы.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования, ФИО16, ФИО15, ФИО3 в судебное заседание не явились, были надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства, подтверждения уважительности причин своей неявки суду не предоставили.
Выслушав мнение участников процесса, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Как установлено из содержащихся в материалах дела копий завещательного распоряжения и реестра нотариуса ФИО13 № ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Славянского нотариального округа ФИО13 удостоверено завещание ФИО2, в соответствии с которым принадлежащее ему имущество, состоящее из земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: было завещано ФИО5,, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, выданным отделом ЗАГС Славянского района управления ЗАГС Краснодарского края, после его смерти открылось наследство.
Дочь ФИО2 - ФИО1 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства по закону ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно выпискам из ЕГРН от 06.09.2021 на момент смерти ФИО2 принадлежали на праве собственности жилой дом, расположенный по адресу: , с кадастровым номером № и земельный участок, расположенный по адресу: , с кадастровым номером №.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 пояснил, что являлся знакомым ФИО2, последний раз встречал его в начале августа 2021 года, в тот момент ФИО2 находился за рулем автомобиля, управлял им самостоятельно. Каких-либо сомнений в адекватности ФИО2 не возникло, он вел беседу, отвечал на вопросы адекватно.
Допрошенный в ходе судебного заседания (ДД.ММ.ГГГГ) свидетель ФИО8 пояснила, что она является сестрой ФИО2 Перед смертью брата она замечала изменения в его поведении: сильную утомляемость, забывчивость. Примерно за месяц до своей смерти он перестал управлять автомобилем самостоятельно. В августе 2021 года по назначению врача-онколога он стал принимать опиоидные обезболивающие. ДД.ММ.ГГГГ ей поступил звонок от сожительницы брата ФИО5 в ходе которого она просила вызвать полицию, поскольку ФИО2 потерялся. О составленном завещании брат ей не сообщал. Отвечая на ее звонки, в августе 2021 путался, ее не узнавал. Она и ее сестры поддерживали ФИО2 материально.
Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО9 пояснила, что она состояла в браке с ФИО2 с 1981 по 2001 год, истица ФИО1 является их совместной дочерью. Последний раз она видела ФИО9 в начале июля 2021г., при встрече он не узнал внучку. Полагает, что за несколько месяцев до смерти он стал вести себя не адекватно: путался в именах, не узнавал родственников и знакомых.
Допрошенный в ходе судебного заседания (ДД.ММ.ГГГГ) свидетель ФИО10 пояснила, что она является подругой ФИО1, Последний раз она встречала ФИО2 в августе 2021, при встрече он с ней поздоровался, но не узнал.
Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО11 пояснил, что он является бывшим мужем истицы ФИО1 В июле 2021 года он отвозил умершего ФИО2 в , в ходе поездки ФИО2 не мог сидеть более 15 минут, отвечал на вопросы не связно, терялся в ответах.
Оценивая показания свидетелей, суд учитывает отсутствие у допрошенных медицинского образования и невозможность произвести объективную оценку состояния здоровья ФИО2, поскольку для установления факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени необходимы специальные познания, которыми свидетели не обладают.
Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.
Из заключения комиссии экспертов первичной посмертной судебно-психологической экспертизы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что в максимально приближенный юридически значимый период состояние подэкспертного описывалось как «удовлетворительное, был в сознании, адекватен», однако состояние сопровождалось хроническим болевым синдромом 70-80%, для купирования которого ФИО2 принимал морфин в таблетках и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в инъекциях трамадола. Данные опиоидные обезболивающие назначались под контролем лечащего врача, в терапевтических дозах, в связи с чем не могли оказать существенное влияние на способность ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими. При жизни ФИО2 врачами психиатрами не осматривался, в юридически значимый период на учете у врача психиатра не состоял. Подэкспертный находился в ясном сознании, был адекватен, тяжесть его состояния была обусловлена основным заболеванием «ЗНО прямой кишки». Однозначно определить оказали ли заболевания и способы их лечения ФИО2 влияние на его способность понимать значение своих действий и руководить ими на ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным в связи с тем, что выйдя от нотариуса, «вел себя неадекватно, ушел в неизвестном направлении», медицинскими работниками не осматривался.
Согласно заключения комиссии экспертов дополнительной посмертной судебно-психиатрической экспертизы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО2 отсутствовало заболевание, при котором у него была бы нарушена способность понимать значение своих действий и руководить ими на ДД.ММ.ГГГГ. Принятие лекарственных препаратов ДД.ММ.ГГГГ не являлось препятствием для ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими при подписании завещания. Поскольку опиоидные обезболивающие назначались под контролем лечащего врача, в терапевтических дозах, с целью купировать болевой синдром, что способствует улучшению состояния.
У суда отсутствуют основания, вызывающие сомнения в достоверности и правильности заключений, проведенных судебно-психиатрических экспертиз, так как они проводились специалистами СКПБ №1 Министерства здравоохранения Краснодарского края, которая является государственным бюджетным учреждением здравоохранения, эксперты предупреждались об ответственности по ст. 307 УК РФ, в распоряжение экспертов предоставлялись все медицинские документы о состоянии здоровья ФИО2, имеющиеся в материалах гражданского дела, а также предоставленные Славянской ЦРБ Краснодарского края. Результаты произведенных экспертиз не находятся в противоречии между собой и с материалами дела.
На основании ходатайства истицы ФИО1 к материалам дела было приобщено заключение специалистов центра судебной экспертизы «Аналитика» от ДД.ММ.ГГГГ № согласно которого, специалисты полагали заключения ранее осуществленных судебно-психиатрических экспертиз не соответствующим методике проведения экспертизы в части полноты и достоверности. По мнению специалистов с высокой степенью вероятности к моменту составления и подписания завещания у ФИО2 наблюдались расстройства психики вследствие органического поражения головного мозга на фоне терминальной стадии онкологического заболевания, полиорганной недостаточности, приема медикаментов, в том числе опиоидных анальгетиков, в силу чего полагали необходимым привлечь в состав экспертной комиссии для осуществления посмертной судебно-психиатрической экспертизы врача-онколога.
Данное заключение специалистов судом оценивается критически, поскольку перед проведением экспертизы специалисты не предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, ими не изучалась медицинская документация, содержащаяся в материалах гражданского дела, в полном объеме, а только частично, в том объеме, который был предоставлен стороной истицы в виде копий.
Допрошенный в ходе судебного заседания специалист ФИО17 пояснила, что она является медицинским психологом. Ей были изучены копии медицинской документации, предоставленные стороной истицы, включая два заключения судебно-психиатрических экспертиз, произведенных в ходе рассмотрения данного гражданского дела. Она полагает, что при производстве данных заключений экспертами выводы не мотивированны, медицинские сведения не сопровождаются расшифровкой, данные, положенные в основу доказательных выводов, носят формальный характер, а именно в части запрета управления автомобилем во время приема наркотических препаратов. Также не были учтены свидетельские показания, умерший при жизни врачом-психиатром не осматривался. Указывает, что наличие у умершего неврологического заболевания - ДЭП 2 степени свидетельствует о снижении памяти и эмоционально-волевых процессов, также наличие онкологического заболевания в терминальной стадии и принятие 50 миллиграммов морфина в день, а по показаниям свидетелей 60 мг, а также факт того, что в день составления завещания умерший потерялся и его разыскивали сотрудники полиции, в своей совокупности свидетельствует о тяжелом состоянии ФИО2, у него были значительно снижены внимание и концентрация, выраженная астения.
Допрошенный в ходе судебного заседания специалист ФИО18 пояснил, что он является онкологом. Ему для анализа стороной истца были предоставлены копии медицинской документации, исходя из которых он полагает, что ФИО2 не мог адекватно оценивать свои действия по составлению завещательного распоряжения, в связи с наличием у него онкологического заболевания – рака прямой кишки, а также последствий проведенного ему лечения в виде химио-лучевой терапии. У ФИО2 имелись жалобы на плохое самочувствие, утомляемость, что является проявления астенического синдрома. Полагает наличие у умершего раковой интоксикации, а также документально подтвержденное наличие ДЭП 2 степени, что свидетельствует о нарушениях не только неврологических, но и психических, выраженный болевой синдром, который купировался принятием опиоидных обезболивающий в виде морфина, что вызывает затуманенность сознания. Эксперт полагает, что в ходе проведения судебно-психиатрических экспертиз экспертами была неправильно оценена ситуация.
Допрошенная в ходе судебного заседания специалист ФИО4 пояснила, что она является врачом-психиатром. Полагала, что наличие у ФИО2 онкологического заболевания в терминальной стадии, хронического болевого синдрома, сосудистого заболевания, прием наркотических препаратов, оперативное вмешательство, осуществленное за две недели до юридически значимого события, в своей совокупности свидетельствуют об отсутствии у умершего возможности понимать значение своих действий и руководить ими, волеизъявление было нарушено. Экспертами, при проведении судебно-психиатрических экспертиз, не учтены свидетельские показания, не расшифрованы медицинские состояния, возможно привлечение онколога с целью констатации тяжести ракового заболевания.
Показания экспертов ФИО17, ФИО18 и специалиста ФИО4 суд оценивает критически, поскольку выводы указанных экспертов и специалиста основываются на изучении копий заключения комиссии экспертов первичной посмертной судебно-психологической экспертизы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № и заключения комиссии экспертов дополнительной посмертной судебно-психиатрической экспертизы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, а также копий части медицинской документации, предоставленных стороной истца, вся медицинская документация, полученная в ходе рассмотрения гражданского дела и содержащаяся в материалах ими не была изучена, что свидетельствует о неполноте произведенного анализа. Свидетельские показания, на которые ссылаются эксперты при даче показаний в ходе судебного разбирательства, исходя из смысла ч. 1 ст. 69 ГПК РФ могут быть источником из которых устанавливаются факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, однако не могут подменять собой экспертное заключение.
Разрешая данный спор, суд принимает во внимание письменные пояснения нотариуса Славянского нотариального округа ФИО13 согласно которым оспариваемое завещание было удостоверено ей ДД.ММ.ГГГГ в помещении нотариальной конторы, куда ФИО2 прибыл на личном автомобиле, которым управлял самостоятельно. Перед составлением завещания она дважды провела длительные беседы с ФИО2, в ходе которых он сообщил ей, что желает оставить завещательное распоряжение в пользу ФИО5, с которой находился в фактических брачных отношениях, по причине наличия у него онкологического заболевания. Никаких подозрений относительно состояния его психического здоровья, либо наличия у ФИО2 состояния, в котором он не мог понимать значение своих действий у нотариуса не было. Личность ФИО2 нотариусом была установлена, дееспособность проверена, после чего он, находясь в здравом уме сделал распоряжение о завещании своего имущества, состоящего из земельного участка и жилого дома в пользу ФИО5
Доказательств, подтверждающих нарушение порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление наследодателя, истцом предоставлено не было.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок.
Положениями пункта 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Как следует из заключения комиссии экспертов дополнительной посмертной судебно-психиатрической экспертизы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № и заключения комиссии экспертов первичной посмертной судебно-психологической экспертизы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № на момент совершения юридически значимого действия – составления завещательного распоряжения, наследодатель не имел психических расстройств, которые служили препятствием для понимания лицом своих действий и делали невозможным руководство ими. Прием опиоидных препаратов, назначенных врачом в терапевтической дозе, по-мнению экспертов, также не могло повлиять на волеизъявление наследодателя. В обосновании сделанных выводов экспертами была исследована медицинская документация ФИО2, дана оценка показаниям свидетелей, объяснениям сторон, изучены материалы дела.
Таким образом, учитывая заключения судебно-психиатрических экспертиз, в совокупности с остальными доказательствами, содержащимися в материалах дела, суд приходит к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для признания завещательного распоряжения ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, в связи с чем в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО5 суд полагает необходимым отказать.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
Решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5, о признании недействительным завещания ФИО2 от 19.08.2022, - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда через Славянский городской суд в течение одного месяца.
Решение суда изготовлено в окончательной форме 27 сентября 2022 года.
Копия верна
Согласовано
Судья