2-414/2025 УИД 50RS0№-48

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 октября 2025 года г. Солнечногорск

Солнечногорский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Титовой Е.С.,

при секретаре Борисенко В.Ю.

с участием:

представителя истца по доверенности ФИО1

ответчика ФИО2 и ее представителя по ордеру адвоката Бенько Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Комитета лесного хозяйства Московской области к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного лесному фонду,

УСТАНОВИЛ:

Комитет лесного хозяйства Московской области обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в ходе патрулирования территории лесного фонда был выявлен факт самовольного занятия лесного участка площадью 0,3278 га, который огорожен забором и примыкает к земельному участку ответчика с кадастровым номером 50:09:0020703:1009. Истец полагал, что ответчик является лицом, осуществившим самовольное занятие лесного участка, и, соответственно, причинителем вреда лесному фонду. Расчет суммы ущерба произведен исходя из положений Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Уточнив исковые требования после проведения по делу экспертизы, истец просил суд взыскать с ответчика сумму ущерба в размере 624 822 рублей 00 копеек.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала, представив в суд возражения, письменные пояснения и дополнения к ним. Свою позицию ответчик мотивировала тем, что она не осуществляла действий по установке спорного ограждения, которое существовало на местности задолго до того, как она приобрела право собственности на смежный земельный участок в порядке наследования после смерти супруга в 2020 году. Она не является причинителем вреда, а представленный истцом расчет ущерба является необоснованным и завышенным.

В судебном заседании представитель истца уточненные требования поддержала, просила удовлетворить иск, пояснила, что полагает вину ФИО2 доказанной, поскольку в отношении нее было вынесено постановление по делу об административном правонарушении, которое ответчиком не оспаривалось и вступило в законную силу.

Ответчик ФИО2 и ее представитель Бенько Д.В. в судебное заседание являлись, поддерживали ранее изложенную позицию и просили в иске отказать.

Третьи лица ФИО3, ФИО4 в судебные заседания не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Ранее в судебных заседаниях представитель ФИО3 указала, что в настоящее время ее доверителем предпринимаются усилия для разрешения спорных вопросов с Комитетом лесного хозяйства Московской области.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Заслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что земельный участок с кадастровым номером № был приобретен супругом ответчика, ФИО5, в 2014 году по договору купли-продажи. После его смерти ответчик вступила в права наследования и стала собственником указанного земельного участка в 2020 году вместе с дочерью покойного ФИО5 – ФИО4 в долевом отношении, а именно ? доли ФИО2, ? доля ФИО4

Спорный земельный участок лесного фонда, примыкающий к участку ответчика, имеет площадь 0,3278 га и огорожен забором. Согласно акту патрулирования лесов № от ДД.ММ.ГГГГ, самовольное занятие лесного участка было выявлено уполномоченными лицами Комитета. В акте указано, что занятие осуществлено на двух смежных выделах: выдел 21 площадью 0,2282 га и выдел 22 площадью 0,0996 га.

По факту выявленного нарушения в отношении ответчика был составлен протокол об административном правонарушении, вынесено постановление по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ.

По договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО4 продали земельный участок и расположенный на нем жилой дом ФИО3

Для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, по ходатайству ответчика была назначена и проведена судебная экспертиза силами АНО «Научно-исследовательский институт точных измерений и судебных экспертиз» (АНО «НИИТИ»).

В экспертном заключении №Н от ДД.ММ.ГГГГ, эксперты пришли к выводу о том, что фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером № который ранее принадлежал ФИО2 и ФИО6, составляет 5 628 кв.м., что на 3 158 кв.м. больше правомерной.

Имеется запользование земель лесного фонда на площади в размере 3 163 кв.м. На запользованном земельном участке расположены ограждение длиной 187,59 метра, состоящее из металлических столбов и направляющих, обшитых профлистом, и двое ворот, навес с замощенной площадкой площадью 30 кв.м., колодец из бетонных колец, туалет площадью застройки 1 кв.м., металлический гараж площадью застройки 24 кв.м., деревянный сарай площадью застройки 22 кв.м., хозблок с навесом площадью застройки 25 кв.м.

Также, отвечая на соответствующий вопрос суда, экспертами указано, что спорное ограждение на участке лесного фонда появилось в период между 2010 и 2013 годами, первое появление ограждения на фотоснимках датировано февралем 2013 года.

Экспертами также уточнен размер ущерба, причиненного лесному фонду самовольным занятием части его земель.

Всесторонне исследовав собранные по делу доказательства, суд находит иск необоснованным и неподлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 100 Лесного кодекса Российской Федерации (далее – ЛК РФ) лица, причинившие вред лесам, возмещают его добровольно или в судебном порядке. Таксы и методики исчисления размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства, утверждаются Правительством Российской Федерации.

Таким образом, ответственность за причинение вреда лесам является разновидностью деликтной ответственности и наступает при наличии общего состава правонарушения, предусмотренного статьей 1064 ГК РФ.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что по смыслу статьи 1064 ГК РФ, статьи 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Кроме того, презумпция вины в гражданском праве предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным отношениям сторон (ст. ст. 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации), именно ответчик должен доказать отсутствие своей вины в создании условий, при которых был причинен ущерб лесному фонду.

Истец в обоснование своей позиции ссылается на акт осмотра и протокол об административном правонарушении, которые констатируют факт наличия ограждения на землях лесного фонда, примыкающего к участку ответчика. Однако сам по себе факт нахождения объекта нарушения (забора) вблизи или на границе с земельным участком лица не порождает презумпции его виновности в совершении этого нарушения.

Истцом не представлено каких-либо доказательств, прямо свидетельствующих о том, что именно ответчик совершила действия по установке спорного ограждения. В материалах дела отсутствуют договоры подряда на выполнение работ, расписки, показания свидетелей, иные документы или прямые доказательства, которые бы позволяли суду сделать вывод о том, что ограждение было возведено по указанию или силами ответчика либо ее супруга.

Напротив, заключение судебной экспертизы АНО «НИИТИ» от ДД.ММ.ГГГГ опровергает доводы истца.

Экспертами установлено, что ограждение появилось в период между 2010 и 2013 годами. Ответчик же стала собственником смежного земельного участка лишь в 2020 году, а ее супруг приобрел его в 2014 году, то есть уже после того, как ограждение, по данным экспертизы, было возведено.

Суд также учитывает, что в материалы дела не представлено доказательств того, что до 2023 года у Комитета лесного хозяйства Московской области имелись претензии относительно самовольного занятия участка лесного фонда к прежним собственникам земельного участка с кадастровым номером 50:09:0020703:1009, в том числе, к супругу ответчика либо к его правопредшественнику.

Также суд учитывает, что согласно пояснениям представителя истца, требований к ФИО4 Комитетом не заявлялось, несмотря на то, что она также в указанный в иске период являлась собственником вышеуказанного земельного участка.

Таким образом, суд приходит к выводу о недоказанности факта возведения спорного ограждения непосредственно ответчиком, что повлекло самозахват земель лесного фонда.

Комитет также не представил доказательств того, что ответчик каким-либо образом использовала самовольно занятый лесной участок после вступления в права собственности (например, вела строительство, сельскохозяйственную деятельность, складировала материалы), что могло бы свидетельствовать о продолжении нарушения и принятии ею на себя ответственности за действия предыдущего нарушителя.

Согласно выводам судебной экспертизы, жилой дом, также принадлежавший до декабря 2023 года на праве общей долевой собственности ФИО2, расположен в границах правомерного земельного участка с кадастровым номером 50:09:0020703:1009, на самовольно занятых землях лесного фонда расположено только ограждение и несколько вспомогательных построек.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не доказано ключевое обстоятельство — противоправность поведения именно ответчика и ее вина в причинении вреда лесному фонду.

Учитывая, что суд пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения ответственности на ответчика ввиду недоказанности ее вины, исследование доводов сторон о размере ущерба не имеет правового значения для разрешения спора.

При таких обстоятельствах суд полагает не подлежащими удовлетворению уточенные исковые требования Комитета лесного хозяйства Московской области.

Доводы ответчика о том, что вина ФИО2 подтверждена постановлением по делу об административном правонарушении, суд отклоняет, поскольку данное постановление является одним из доказательств по настоящему делу и оценено в совокупности с другими доказательствами, в частности, заключением проведенной по делу судебной экспертизы, документами реестрового дела на земельный участок, которые подтверждают приобретение ФИО2 права на участок уже с наличием спорного ограждения.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Комитета лесного хозяйства Московской области отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Солнечногорский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Е.С. Титова