№2-738/2025

03RS0044-01-2024-001432-23

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

08 апреля 2025 года село Иглино

Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Сафиной Р.Р.,

с участием ответчика Р.З., его представителя адвоката Р.Р.,

третьего лица Л.М.,

третьего лица А.З., действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: А.А., Б.А.,

при секретаре Вагизовой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Г.Г. к Р.З. о признании сделки договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки в ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок,

УСТАНОВИЛ:

Г.Г. обратилась в суд с иском к Р.З. о признании сделки договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки в ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, указывая в обоснование, что истцу на праве собственности принадлежал жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: РБ, <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ Г.Г. и ответчик Р.З. подписали договор дарения указанного жилого дома и земельного участка, на основании которого за Р.З. зарегистрировано право собственности на указанные объекты. В настоящее время ответчик препятствует проживанию истца в указанном жилом доме. Вместе с тем, истец рассчитывала на то, что передав свое имущество внуку, она будет обеспечена в жилье, питании и одежде, а, если потребует состояние ее здоровья, то и в уходе за ней. Истец полагает, что имеющаяся между сторонами договоренность свидетельствует о возникновении у ответчика встречного обязательства по предоставлению истцу части жилого дома, уходу за ней. Истец не имеет в собственности другого жилья, вынуждена проживать у родственников, материальными средствами для покупки жилья не обладает. Оспаривая заключенный договор, истец указывает на отсутствие намерения на отчуждение принадлежащей ей квартиры, поскольку полагала, что подписывает договор пожизненного содержания с иждивением. В силу возраста, состояния здоровья могла заблуждаться относительно природы сделки и значения своих действий, при этом сделка совершена между родственникам, что может свидетельствовать об особых доверительных отношениях. В рассматриваемом случае во внимание не принято, что истец не имеет в собственности другого жилья, продолжает проживать в спорном помещении и нести расходы по его содержанию, не исследован вопрос о том, имеются ли у истца материальные средства для покупки другого жилья. Истец не возражает против заключение с ответчиком мирового соглашения с условием признания за ответчиком права общей долевой собственности на ? долю спорного имущества. На основании изложенного истец просит признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ гола, заключенный между истцом и ответчиком, применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности Р.З. на жилой дом и земельный участок, признать за истцом право собственности на жилой дом и земельный участок, взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 680 руб.

В ходе рассмотрения дела истец Г.Г. уточнила исковые требования и просила признать недействительным (ничтожным) договор дарения жилого дома с земельным участком от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Г.Г. и Р.З., применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности Р.З. на ? долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, признать за Г.Г. право общей долевой собственности на ? долю жилого дома и земельного участка, взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 680 руб.

На судебное заседание истец Г.Г. не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не известила, не просила дело рассмотреть в ее отсутствие.

В судебном заседании ответчик Р.З., его представитель адвокат Р.Р. с исковыми требования не признали, возражали в его удовлетворении и просили в их удовлетворении отказать.

Третье лицо Л.М., третье лицо А.З., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: А.А. и Б.А. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, просили в их удовлетворении отказать.

Представители третьего лица Управления Росреестра на судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили, не просили дело рассмотреть в их отсутствие.

Выслушав объяснения ответчика, его представителя, третьих лиц, исследовав материалы гражданского дела, исследовав два тома гражданского дела №2-3203/2023, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.

Согласно ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с ч. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с абз. 2 п. 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 настоящего Кодекса.

В п. 2 ст. 170 ГК РФ указано, притворная сделка, это есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

При этом признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, на что указано в исковом заявлении, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

Статьей 584 ГК РФ предусмотрено, что договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.

Согласно ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделок обязательно, в том числе, в случаях, указанных в законе (ч. 2).

Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность (ч. 3).

В соответствии со ст. ст. 601 - 603 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты (договора пожизненного содержания) - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

На основании п. 2 ст. 423 Гражданского кодекса Российской Федерации безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Таким образом, правовым последствием заключения как договора ренты, так и договора дарения является переход права собственности на имущество, к плательщику ренты это право переходит возмездно (взамен на предоставление содержания с иждивением в натуре за счет своих средств), а к одаряемому - безвозмездно, то есть без какого-либо встречного предоставления (ни в денежной, ни в натуральной форме).

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" изложенных в п. 87, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

По смыслу действующего законодательства для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания притворности сделки лежит на лице, заявившем о ее притворности.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между Г.Г. (даритель) и Р.З. (одаряемым) был заключён договор дарения, по условиям которого Г.Г. подарила принадлежащий ей на праве собственности земельный участок, с кадастровым номером №, и расположенный на нем жилой дом, площадью 72,1 кв.м., с кадастровым номером №, по адресу: РБ, <адрес>, с/с Уктеевский, <адрес>, в дар своему внуку Р.З., а последний принял указанное имущество в дар.

Как следует из п. 5 договора дарения стороны договора подтверждают, что не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключить договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Государственная регистрация права собственности на земельный участок и жилой дом за Р.З. произведена ДД.ММ.ГГГГ.

В настоящее время в жилом помещении проживает ответчик Р.З. совместно со своей супругой Л.М.

Истец Г.Г. в жилом доме не проживает в связи с возникшей конфликтной ситуацией между сторонами.

Оспаривая договор дарения, истец ссылается на то, что на отсутствие у нее намерения на отчуждение принадлежащего ей имущества, поскольку она полагала, что предоставляет жилье своему внуку с условием пожизненного содержания, кроме того, она в силу возраста и состояния заблуждалась относительно природы сделки, ее правовых последствий, полагая, что заключает договор ренты.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Ранее Иглинским межрайонным судом РБ рассматривалось гражданское дело по иску Г.Г. к Р.З. о признании сделки договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Решением Иглинского межрайонного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований Г.Г. было отказано.

В ходе рассмотрения дела судом была проведена судебно-психиатрическая экспертиза, согласно которой Г.Г. на интересующий суд период времени (ДД.ММ.ГГГГ) Г.Г. не обнаруживала грубых нарушений памяти, интеллекта, мышления, критических способностей, при наблюдении врачами не отмечалось каких-либо изменений в ее психическом состоянии, в поведении, не рекомендовалась консультация либо лечение у врачей невролога и психиатра, указанные изменения психической деятельности у Г.Г. не сопровождались какими-либо психотическими нарушениями, грубыми нарушениями памяти, интеллекта, эмоционально-волевой сферы, критических и прогностических способностей; она была способна к самостоятельному принятию решений, произвольному поведению, реализации своих решений, могла понимать юридические особенности сделки и прогнозировать ее последствия, поэтому в период составления и подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ Г.Г. могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Апелляционным определением Верховного Суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ решение суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, а апелляционная жалоба Г.Г. – без удовлетворения.

При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что Г.Г. понимала, что подписывает договор дарения.

Свои выводы апелляционная инстанция основывала на двух экспертных заключения, проведенных экспертами ГБУЗ РБ Республиканская клиническая психиатрическая больница и БУЗ Удмуртской Республики «Республиканский клинический центр психического здоровья МЗ УР», которые при оценке одних и тех же обстоятельств относительно психического состояния Г.Г., так и возможности введения ее в заблуждение при совершении сделки, эксперты пришли к аналогичным выводам относительно ее как психического состояния здоровья, так и отсутствия ведения о введении ее в заблуждение в оспариваемый период.

Обстоятельства, установленные по ранее рассмотренному делу, исходя из субъектного состава настоящего дела, имеют преюдициальное значение при рассмотрении спора.

Таким образом, суд признает установленным тот факт, что Г.Г. при подписании договора дарения не была введена ответчиком в заблуждение относительно существа совершаемой сделки.

В этой связи, суд не может согласиться с доводами истцами в указанной части.

Что касается доводов истца относительно того, что между сторонами фактически имелась договорённость о передаче спорного жилья по договору ренты, что заключенный договор дарения является притворной сделки, то суд исходит из следующего.

Как усматривается, обязанности сторон по оспариваемому договору дарения выполнены сторонами в полном объеме, воля дарителя на отчуждение принадлежащего ей имущества выражена ясно, добровольно и в установленной законом форме, договор подписан сторонами по сделке.

Договор заключен в соответствии с требованиями, предъявляемыми к таким сделкам действующим законодательством. Содержание спорного договора дарения прямо свидетельствует о воле дарителя на безвозмездную передачу принадлежащего ей имущества. Из него прямо следует, что истец подарила ответчику, а он принял квартиру в дар и даритель в действительности имела намерение подарить одаряемому квартиру.

Каких-либо условий об обременении спорный договор дарения не содержит, юридические и фактические последствия ренты не наступили, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора дарения притворным, а именно, заключенным с целью прикрыть сделку на иных условиях.

По данному делу юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса о том, была ли воля всех участников сделок направлена на достижение одних правовых последствий, что стороны понимали, что они фактически заключают не ту сделку, на которую была направлена воля ее участников.

Все существенные условия договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ сторонами согласованы, договор сторонами подписан, форма договора соблюдена, переход права собственности по нему зарегистрирован в установленном порядке, указанное свидетельствует, что договор дарения является заключенным и действительным.

Пунктом 5 вышеуказанного договора предусмотрено, что настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами, в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления которые могли быть приняты сторонами, будь то в устной или письменной форме до заключения настоящего договора.

Тот факт, что ответчик Р.З. обещал ухаживать за бабушкой, говорил, что они будут жить вместе не свидетельствует о его намерении заключить договор пожизненной ренты и притворности заключенного договора дарения.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что оснований для признания договора дарения спорного жилого дома и земельного участка недействительным не имеется, поскольку с учетом установленных обстоятельств отсутствуют основания полагать, что участники сделки (дарения) при заключении оспариваемого договора стремились к достижению правового результата, отличного от правовых последствий договора дарения, следовательно, данная сделка не является притворной.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд полагает, что в удовлетворении исковых требований о признании договора дарения недействительным следует отказать.

Указанное свидетельствует также о необоснованности требования истца о применении последствий недействительности сделки посредством прекращения права ? долю ответчика на жилой дом и земельный участок и признании за истцом право на указанную долю.

Кроме того, признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий, как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

С учётом изложенного в удовлетворении исковых требований истца следует отказать в полном объеме.

В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку в удовлетворении исковых требований Г.Г. отказано, то суд не находит оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению ей расходов по оплате государственной пошлины в размере 13 680 руб.

Более того, истец при подаче настоящего иска государственную пошлину не оплачивала, определением Иглинского межрайонного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ Г.Г. была предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины до рассмотрения спора, стало быть, у истца отсутствуют правовые основания для предъявления требования о возмещении ей судебных расходов.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Принимая во внимание, что подаче иска Г.Г. была представлена отсрочка от уплаты государственной пошлины, а в удовлетворении заявленных ею требований отказано, суд полагает, что с нее в пользу местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 13 680 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований Г.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН №, к Р.З., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН №, о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома, площадью 72,1 кв.м, с кадастровым номером №, и земельного участка, площадью 1578 кв.м, с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, Уктеевский сельский совет, <адрес>, недействительным, применении последствий недействительности сделки в ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, и земельный участок, расположенных по адресу: <адрес>, Уктеевский сельский совет, <адрес>, взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 13 680 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Р.Р.Сафина

Решение суда в окончательной форме изготовлено 18 апреля 2025 года.