Дело № 2-2857/2025

УИД 18RS0003-01-2025-001816-06

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 октября 2025 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Дресвянниковой А.С.,

при секретаре Матросове И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ш.Д.И. к ООО «ХОТДОГГЕР» о признании договора коммерческой концессии недействительным, применении последствий недействительности сделки, возврате паушального взноса, судебных расходов,

установил:

Ш.Д.И. (далее по тексту – истец) обратился в суд с иском к ООО «ХОТДОГГЕР» о признании договора коммерческой концессии недействительным, применении последствий недействительности сделки, возврате паушального взноса, судебных расходов. Требования мотивированы тем, что 15.01.2025 между сторонами был заключен договор коммерческой концессии <номер>. В соответствии с условиями договора п. 1.1 правообладатель предоставляет пользователю право использования в его предпринимательской деятельности комплекс исключительных прав (далее по тексту - КИП), а пользователь обязуется своевременно уплатить правообладателю вознаграждением в порядке и на условиях, определённых настоящим договором. На момент заключения договора, истец не имел и в настоящий момент не имеет статуса индивидуального предпринимателя. Ответчик зная, что истец не обладает статусом индивидуального предпринимателя, заключил договор и передал КИП лицу, которое не может являться стороной договора коммерческой концессии, нарушив требования закона. В соответствии с п. 3.2 договора размер паушального взноса по договору за права использования КИП правообладателя для открытия 1 одной закусочной составляет 350 000 руб., без учета НДС. 15.01.2025 истец оплатил ответчику паушальный взнос в полном объеме. Истец считает, что заключенный договор является недействительным, следовательно, ответчик должен вернуть истцу уплаченные по договору денежные средства. 07.02.2025 истцом была передана претензия ответчику с требованиям вернуть уплаченный по договору паушальный взнос в полном объеме в связи с недействительностью договора. В соответствии с п. 11.1 договора срок рассмотрения претензии составляет 10 календарных дней с даты ее получения стороной. Требования, изложенные указанной претензии, в добровольном порядке ответчиком выполнены не были, что послужило основанием для обращения в суд. На основании ст.ст. 166, 168, 1027 ГК РФ истец просит суд признать договор коммерческой концессии недействительным, применении последствий недействительности сделки, возврате паушального взноса в размере 350 000 руб., взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 250 руб.

Истец Ш.Д.И., будучи надлежащим образом извещенным, на рассмотрение дела не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие.

При таких в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности, с требованиями не согласился, просил в их удовлетворении отказать, по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск.

Суд, оценив пояснения представителя ответчика, письменные возражения ответчика, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 15.01.2025 г. заключен договор коммерческой концессии, в соответствии с которым ООО «ХОТДОГГЕР», как правообладатель, принял на себя обязательства предоставить Ш.Д.И., как пользователю, за вознаграждение на указанный в договоре срок право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, а именно: право на использование товарного знака, право на использование логотипа, право на использование ноу-хау.

В соответствии с п. 1.3 Договора пользователю предоставляется исключительное право использовать принадлежащий правообладателю комплекс исключительных прав на территории г. Можга.

Согласно п. 1.5 – 1.6 Договора пользователь вправе использовать КИП для открытия 1 (одной) закусочной на территории использования КИП, указанной в п. 1.3 Договора. Открытие второй и каждой последующей закусочной осуществляется пользователем на основании дополнительного соглашения с правообладателем либо путем заключения сторонами самостоятельного договора коммерческой концессии.

Настоящий договор предполагает использование КИП правообладателя: при проведении пользователем маркетинговых мероприятий по продвижению деятельности закусочной; при непосредственном оказании услуг; при размещении товарного знака на всей документации, связанной с осуществлением деятельности закусочной, в информационных и иных сообщениях, связанных с осуществлением закусочной; при размещении товарного знака в объявлениях, на вывесках, в рекламе, в любых сообщениях в социальных сетях, при условии соблюдения требований настоящего договора. (п. 1.7 Договора).

Пунктом 2.1.1. договора следует, что в течение 5 (пяти) рабочих дней с момента подписания настоящего договора, а также при условии выполнения пользователем условий оплаты паушального взноса, предусмотренных п. 3.3 договора. Предоставить пользователю право использования ноу-хау. Доступ к ноу-хау предоставляется правообладателем пользователю в любом виде, исключающем возможность несанкционированного доступа к таким сведениям со стороны третьих лиц.

Во исполнение п. 3.2 Договора 15.01.2025 г. истец осуществил перевод в пользу ООО «ХОТДОГГЕР» денежных средств в размере 350 000 руб., представляющих собой фиксированный разовый платеж (паушальный взнос) по Договору.

После получения паушального взноса ООО «ХОТДОГГЕР» предоставил истцу доступ к графическому изображению логотипа правообладателя, являющегося приложением <номер> к договору коммерческой концессии <номер> от <дата>, а также доступ к Ноу-Хау, помещенному в облачное хранилище данных, что является приложением <номер> к договору коммерческой концессии <номер> от <дата>.

<дата> истец направил в адрес ответчика претензию, в которой, ссылаясь на недействительность Договора, просил возвратить ранее перечисленные денежные средства в размере 350 000 руб.

В ответе от <дата> ответчик отказал в возврате паушального взноса, данный ответ получен истцом <дата>.

Данные обстоятельства установлены судом, сторонами в целом не оспариваются.

В силу положений ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Положениями п. 4 ст. 1 ГК РФ декларирован запрет на извлечение преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 ст. 1027 ГК РФ предусмотрено, что по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс, принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Согласно п. 2 ст. 1027 ГК РФ договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

К договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII ГК РФ о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям настоящей главы и существу договора коммерческой концессии.

Как следует из ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой указанной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, становившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу п. 2 ст. 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 ГК РФ, а также, если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Аналогично, п. 3 ст. 432 ГК РФ запрещает стороне, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившей действие договора, требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

Согласно п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского Кодекса РФ" указано, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо, действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Одним из основных доводов истца, заключался в том, что на момент заключения Договора истец не был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателем, что противоречит императивным предписаниям п. 3 ст. 1027 ГК РФ.

Однако, исходя из материалов дела, данное обстоятельство не влечет признания Договора недействительным по заявлению Ш.Д.И. в силу следующего.

В п. 1.1 Договора прямо указано, что комплекс исключительных прав предоставляется пользователю для использования в предпринимательской деятельности. Таким образом, уже на стадии подписания Договора истец, проявив должную осмотрительность, исходя из буквального содержания Договора, мог уяснить, что его исполнение требует наличия статуса индивидуального предпринимателя.

Изложенное с очевидностью свидетельствует о том, что истец, узнав об обстоятельствах, которые могли свидетельствовать о недействительности Договора, самостоятельно совершил действия, подтверждающие его намерение сохранить силу сделки, а также о том, что недоведение ответчиком информации о необходимости иметь статус индивидуального предпринимателя не находилось в причинной связи с решением Ш.Д.И. о заключении рассматриваемого Договора.

Таким образом, подписание Договора между ООО «ХОТДОГГЕР» и Ш.Д.И., не имевшим на момент совершения сделки статуса индивидуального предпринимателя, с учетом последующего поведения истца и обстоятельств дела, в силу вышеприведенных положений ст. ст. 166, 168 ГК РФ и правовой позиции Верховного Суда РФ лишает его права оспаривать сделку по указанному основанию.

Таким образом, поскольку материалами дела подтверждается факт согласования сторонами существенных условий Договора, частичное исполнение сторонами условий Договора, принимая во внимание фактическое поведение сторон после заключения Договора, суд приходит к выводу, что спорный Договор является заключенным, а основания для признания его недействительным по заявленным истцом обстоятельствам отсутствуют.

Согласно п. 1 ст. 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым настоящего пункта.

Учитывая, положения п. 4 ст. 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем.

Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

С учетом изложенного суд приходит к выводам, что Ш.Д.И., заключая договор в целях ведения предпринимательской деятельности, уже в силу его условий принял на себя связанные с такой деятельностью обязанности и риски, в т.ч. связанные с необходимостью регистрации в качестве предпринимателя, чего фактически не сделал, в полном объеме реализую права и обязанности стороны в рамках спорного договора, такое поведение со стороны истца объективно свидетельствует об отклонении от добросовестного поведения субъекта гражданских правоотношений.

Отказ в признании Договора недействительным влечет отказ в удовлетворении исковых требований о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств, уплаченных по Договору, а также расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований Ш.Д.И. (паспорт серии <номер>) к ООО «ХОТДОГГЕР» (ИНН <номер> о признании договора коммерческой концессии недействительным, применении последствий недействительности сделки, возврате паушального взноса, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Ижевска.

Решение в окончательной форме изготовлено 23 октября 2025 года.

Председательствующий судья А.С. Дресвянникова