РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 сентября 2022 года г. Тула

Зареченский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Астаховой Г.Ф.,

при помощнике судьи Кудрявцевой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 к ФИО5 о вселении, нечинении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, обязании освободить жилое помещение и по встречному иску ФИО5 к ФИО3, ФИО4 о признании договора пожизненного содержания с иждивением, договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок,

установил:

ФИО3, ФИО4 обратились к ФИО5 с требованиями о вселении, нечинении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования жилым помещением, обязании освободить жилое помещение.

В обоснование заявленных требований указано на то, что ФИО4 на основании договора пожизненного содержания от 30.09.2021 и договора дарения от 10.11.2021 на праве собственности принадлежит 3/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Другим собственником спорной квартиры является ФИО5

ФИО3 зарегистрирована в вышеуказанной квартире и имеет пожизненное право на проживание в ней.

В настоящее время ФИО4 и ФИО3 лишены возможности пользоваться указанным жилым помещением, поскольку ФИО5 сменила замки на входной двери в квартиру и отказалась выдать им комплект ключей от запорных устройств.

Иного жилья в собственности для проживания у ФИО4 и ФИО3 не имеется.

Также указано на то, что порядок пользования спорной квартирой не определен, поскольку ФИО5 единолично пользуется ею.

При этом, спорная квартира представляет собой трехкомнатную квартиру, общей площадью 62,1 кв.м, то есть может быть использована всеми собственниками.

В связи с плохим состоянием здоровья ФИО3, и, как следствие, рекомендациям лечащего врача чаще бывать на свежем воздухе, имеется необходимость в выделении для нее и ФИО4 в пользование комнаты с балконом.

На основании изложенного, ссылаясь на нормы действующего законодательства, просили вселить их в квартиру по адресу: <адрес>, обязать ФИО5 не чинить препятствий в пользовании данной квартирой путем передачи ключей от запорных устройств входной двери, определить порядок пользования спорной квартирой, закрепив за ФИО4 и ФИО3 комнату № с балконом, оставив места общего пользования в совместном пользовании сторон, а также обязать ФИО5 освободить помещение №, находящееся в квартире по адресу: <адрес>.

Воспользовавшись положениями ст. 137 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО5 предъявила встречный иск, в котором просила признать недействительным договор пожизненного содержания от 30.09.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО4 в отношении ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, применив последствия недействительности сделки; признать недействительным договор дарения от 10.11.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО4 в отношении 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, применив последствия недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указано на то, что ФИО3 имеет продолжительные душевные болезни, является инвалидом первой группы, в связи с чем, есть основания полагать, что на момент заключения оспариваемых сделок она находилась в таком состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Также указано на то, что ФИО4 совершил с ФИО3 мнимую сделку, направленную не на получение права собственности на долю, а для наличия возможности предъявить в адрес ФИО5 на фоне возникших неприязненных отношений требование о выкупе принадлежащей ему доли.

ФИО4 в собственности имеет жилое помещение и не заинтересован в использовании принадлежащей ему на праве собственности доли в спорной квартире. В настоящее время он проживает с ФИО3 по адресу: <адрес>.

Истцы (ответчики по встречному иску) ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 по доверенности ФИО6 в судебном заседании поддержала заявленные ее доверителем требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом и уточненном исковом заявлении. При этом, возражала об удовлетворении встречных исковых требований. Пояснила, что в настоящее время ФИО4 и ФИО3 проживают в муниципальной квартире по адресу: <адрес>. Принадлежащую ФИО4 долю в праве собственности на спорную квартиру они действительно предлагали выкупить ФИО5 для того, чтобы приобрести ФИО3 квартиру, поскольку последняя боялась проживать с ФИО5 Однако, доля так и не была выставлена на продажу.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 по доверенности ФИО7 в судебном заседании поддержал заявленные его доверителем требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом и уточненном исковом заявлении. При этом, возражал об удовлетворении встречных исковых требований. Дополнительно пояснил, что в настоящее время ФИО4 осуществляет уход за ФИО3, в связи с чем, он (ФИО4) имеет намерение проживать с ФИО3 в спорной квартире. Проживать только с ФИО5 ФИО3 боится, поскольку предполагает, что ФИО5 вновь может направить ее (ФИО3) в психиатрический диспансер с надуманными симптомами и диагнозами, которые не нашли своего подтверждения в ходе ранее проведенных обследований. Кроме того пояснил, что вступившим в законную силу решением Зареченского районного суда г. Тулы установлен тот факт, что ФИО3 является дееспособной, в связи с чем, оснований полагать, что она не понимала своих действий в момент заключения сделок не имеется. Заключая с ФИО4 договор дарения, ФИО3 имела намерение именно подарить своему родственнику долю для того, чтобы он мог проживать в спорной квартире. Нотариусом данная сделка была заверена, договор прошел в установленном законом порядке государственную регистрацию в Управлении Росреестра по Тульской области.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 в судебном заседании поддержала заявленные ею встречные исковые требования и не возражала о вселении в спорную квартиру ФИО3 При этом возражала о вселении в квартиру ФИО4, поскольку у ФИО4 в пользовании имеется муниципальная двухкомнатная квартира, и нет намерения проживать в спорной квартире. Также пояснила, что она, ее сын ФИО8 и ФИО4 являются собственниками спорной квартиры. Данная квартира является трехкомнатной и расположена на пятом этаже многоквартирного дома, в связи с чем, поскольку ФИО3 93 года, у нее нет возможности подниматься на пятый этаж без лифта. В данной квартире она проживает одна и занимает комнату с балконом с возраста четырех лет. Когда ФИО3 проживала в спорной квартире, то занимала оставшиеся две комнаты, но ночевала в комнате площадью 12,6 кв.м. Балконом ФИО3 никогда не пользовалась. Ее сын ФИО8 с ней (ФИО5) не живет, он снимает квартиру. Также указала на то, что 14.09.2022 в ходе разговора ФИО3 сообщила ей, что проживать с ней (ФИО5) она не хочет и не собирается возвращаться в квартиру, потому что боится, что она (ФИО5) вновь вызовет врачей. Кроме того указала на то, что ФИО4 и ФИО3 страдают заболеваниями с нарушением функции работы головного мозга, являются инвалидами. В связи с чем, ФИО4 не может осуществлять уход за ФИО3

Представитель ответчика (истца по встречному иску) по ордеру ФИО9 в судебном заседании подержал позицию своего доверителя. Дополнительно указал на то, что мнимость сделки связана с тем, что ФИО3 не желает проживать в квартире, и сделки совершены также не для того, чтобы ФИО4 жил в квартире. Данные сделки были заключены по инициативе ФИО4 для того, чтобы он мог предложить ФИО5 выкупить принадлежащую ему долю для получения денежных средств.

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании поддержал позицию ФИО5 Пояснил, что ФИО3 больше года проживает с ФИО4, но она (ФИО3) может проживать в спорной квартире.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что квартира №35 дома №10 по Промышленному проезду г. Тулы принадлежала на праве собственности ФИО8 (1/4 доля), ФИО3 (3/8 доли) и ФИО5 (3/8 доли).

30.09.2021 между ФИО3 (получатель ренты) и ФИО4 (плательщик ренты) был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, по условиям которого получатель ренты передал в общую долевую собственность плательщику ренты принадлежащую ей на праве общей долевой собственности ? долю в праве на квартиру по адресу: <адрес>.

Впоследствии, ФИО3 подарила ФИО4 1/8 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, что подтверждается договором дарения от 10.11.2021.

Данные договоры прошли государственную регистрацию в установленном законом порядке в Управлении Росреестра по Тульской области.

Таким образом, ФИО4 стал собственником 3/8 долей в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 125.12.2021.

В обоснование своих встречных исковых требований ФИО5 ссылалась на то обстоятельство, что при заключении вышеназванных договоров ФИО3 фактически не понимала значение своих действий и не руководила ими.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2).

В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с абз. 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами при рассмотрении дела о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются наличие или отсутствие психического расстройства у истца в момент составления договора, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, что требует специальных познаний в области психиатрии, которая судом первой инстанции назначена не была.

В ходе рассмотрения дела по существу допрошенная в качестве свидетеля ФИО1 дала показания о том, что она знакома с ФИО3 и часто с ней общалась. В ходе телефонных разговоров ФИО3 говорила ей о том, что она плохо себя чувствует, у нее давление, и она стала все забывавть. В последнее время они стали общаться реже, поскольку ФИО3 перестала узнавать ее (свидетеля) и могла посередине разговора бросить трубку.

При этом, как усматривается из материалов дела, 22.01.2022 Зареченским районным судом г. Тулы было вынесено решение по гражданскому делу по заявлению ФИО5 о признании гражданина недееспособным, которым в удовлетворении требований о признании ФИО3 недееспособной было отказано.

При рассмотрении данного гражданского дела судом была назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница №1 им. ФИО10».

Согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от 10.12.2021 ФИО3 <данные изъяты>.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 15.06.2022 вышеуказанное решение суда было оставлено без изменения, то есть вступило в законную силу.

Согласно ч.ч. 2, 3 ст. 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления обязательны для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. Неисполнение судебного постановления, а равно иное проявления неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 указанного Кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

На основании ч. 2 ст. 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут оспаривать в другом процессе установленные судом факты и правоотношения.

Таким образом, факты, установленные в указанном выше решении Зареченского районного суда г. Тулы, в соответствии с положениями ч.2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что из содержания вышеназванного заключения следует, что однородная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза ФИО3 была проведена 10.12.2021 в отделении «Центр СПЭ», то есть после заключения оспариваемых сделок.

Таким образом, заявленное во встречном иске основание для признания недействительными договоров дарения и пожизненного содержания с иждивением, а именно предусмотренное п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, не нашло свое подтверждение, доказательств наличия у ФИО3 психического расстройства и стечения неблагоприятных жизненных обстоятельств, которые влияли на ее психическое состояние, и в силу которых в момент совершения оспариваемых сделок она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенных норм права, для признания договора дарения мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Как верно указано судом первой инстанции, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

При этом в силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, бремя доказывания мнимого характера сделки, возлагалось на лицо, обратившееся с указанными требованиями.

Однако, ФИО5 доказательств, подтверждающих, что воля сторон по оспариваемым сделкам была направлена на достижение иных правовых последствий сделок, равно как и о порочности воли сторон, подтверждающих мнимость сделок, не представлено.

Заключая оспариваемые договоры ФИО3 по своему усмотрению реализовала свое право собственника по распоряжению принадлежащим ей имуществом. Оспариваемые договоры составлены в письменной форме и удостоверены нотариусом г. Тулы ФИО2 В договорах отражено, что содержание договоров соответствует волеизъявлению его участников, договоры подписаны в ее присутствии, личности, подписавших договор, установлены, их дееспособность проверена.

Наличие у ФИО4 задолженностей и возбужденных в отношении него исполнительных производств не свидетельствует о недействительности договоров дарения и пожизненного содержания с иждивением.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.

Поскольку собственник, согласно положений ст. 304 и ст. 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе требовать устранения всяких нарушений его права, а у ФИО3 на основании договора пожизненного содержания с иждивением имеется право пожизненного пользования спорной квартирой, ФИО4 и ФИО3 обратились в суд с исковым заявлением.

В обоснование своих требований ФИО4 и ФИО3 указано на то, что они не имеют возможности пользоваться квартирой по адресу: <адрес> рамках своих правомочий, поскольку со стороны ФИО5 им чинятся препятствия в пользовании данной квартирой, в частности, она не выдает комплект ключей от указанного жилого помещения.

Доказательств обратного ответчиками в нарушение требований ст. 123 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Напротив, в ходе рассмотрения дела по существу ФИО5 пояснила, что в настоящее время ФИО3 и ФИО4 проживают в квартире по адресу: <адрес>, а также выразила несогласие с тем, что ФИО4 будет проживать в спорной квартире.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела по существу установлено, что во внесудебном порядке и при рассмотрении дела по существу спор, возникший между сторонами относительно пользования квартирой <адрес> разрешен добровольно не был.

Установленные фактические обстоятельства дела применительно к приведенным выше нормам права приводят суд к выводу о том, что имеются достаточные правовые основания для удовлетворения заявленных ФИО4 и ФИО3 требований об их вселении в спорную квартиру и возложении на ФИО5 обязанности не чинить препятствий в пользовании данным жилым помещением, передав комплект ключей от запорных устройств входной двери спорной квартиры.

Разрешая заявленные по данному гражданскому делу исковые требования об определении порядка пользования спорным жилым помещением между участвующими в деле лицами, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и не было оспорено сторонами при рассмотрении данного гражданского дела по существу, между сторонами отсутствует соглашение о порядке пользования спорным жилым помещением, поскольку ФИО3 и ФИО4 являясь лицами, обладающими правом пользования ею, лишены возможности фактически ее использовать.

Как указано выше, участниками долевой собственности на квартиру <адрес> являются ФИО8 (1/4 доля), ФИО4 (3/8 доли) и ФИО5 (3/8 доли).

Пунктом 5 договора пожизненного содержания с иждивением от 30.09.2021 установлено, что ФИО3 приобретает право бесплатного пожизненного пользования передаваемой долей в праве (1/4) на квартиру по адресу: <адрес>.

В силу положений ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим кодексом.

Статьей 34 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин, проживающий в жилом помещении на основании договора пожизненного содержания с иждивением, пользуется жилым помещением на условиях, которые предусмотрены статьей 33 настоящего Кодекса, если иное не установлено договором пожизненного содержания с иждивением.

В силу ч. 1 ст. 33 Жилищного кодекса Российской Федерации гражданин, которому по завещательному отказу предоставлено право пользования жилым помещением на указанный в соответствующем завещании срок, пользуется данным жилым помещением наравне с собственником данного жилого помещения.

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия – в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая требование об определении порядка пользования имуществом, находящимся в долевой собственности, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей долевой собственности, нуждаемость каждого из собственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

По смыслу положения ст. 247 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеуказанных разъяснений определение порядка пользования общим имуществом между собственниками возможно лишь тогда, когда в исключительное (ни от кого не зависящее) пользование и владение участника долевой собственности может быть передано конкретное имущество.

В этой связи при разрешении заявленных требований суд учитывает не только сложившийся порядок пользования имуществом, нуждаемость каждого из собственников в этом имуществе, но и реальную возможность пользования жилой площадью без нарушения прав других лиц, имеющих право пользования жилым помещением.

Как усматривается из технического паспорта на спорную квартиру, данная квартира имеет общую площадь 62,1 кв.м, расположена на пятом этаже многоквартирного дома и в ее состав входят помещение №1-коридор площадью 4,9 кв.м, помещение №2-уборная площадью 1 кв.м, помещение №3-ванная площадью 1,9 кв.м, помещение №4-кухня площадью 6,5 кв.м, комната №5 площадью 16,4 кв.м с балконом площадью 0,8 кв.м, комната №10 площадью 12,6 кв.м со шкафом №6 площадью 0,4 кв.м, шкафом №8 площадью 0,5 кв.м, шкафом №9 площадью 0,5 кв.м, комната №11 площадью 17,1 кв.м.

Установленные по делу обстоятельства, применительно к совокупности изложенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приводят суд к выводу о возможности удовлетворения заявленных ФИО4 и ФИО3 требований об определении порядка пользования спорными жилыми комнатами и, с учетом того обстоятельства, что только ФИО5 проживает в спорной квартире, ее сын ФИО8 проживает на съемной квартире, ФИО3 в настоящее время 93 года, у нее плохое состояние здоровья и по рекомендациям лечащего врача ей необходимо чаще бывать на свежем воздухе, а ФИО4 намерение проживать с ФИО3, чтобы осуществлять за последней уход, суд считает необходимым выделить в пользование ФИО4, ФИО3 комнату №5 площадью 16,4 кв.м с балконом площадью 0,8 кв.м, ФИО5, ФИО8 комнату №10 площадью 12,6 кв.м со шкафом №6 площадью 0,4 кв.м, шкафом №8 площадью 0,5 кв.м, шкафом №9 площадью 0,5 кв.м, комнату №11 площадью 17,1 кв.м, оставив в общем пользовании сторон помещение №1-коридор площадью 4,9 кв.м, помещение №2-уборная площадью 1 кв.м, помещение №3-ванная площадью 1,9 кв.м, помещение №4-кухня площадью 6,5 кв.м., а также обязать ФИО5 освободить помещение №5 площадью 16,4 кв.м с балконом 0,8 кв.м, находящееся в квартире по адресу: <адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3, ФИО4 удовлетворить.

Вселить ФИО3, ФИО4 в квартиру по адресу: <адрес>.

Обязать ФИО5 не чинить препятствия ФИО3, ФИО4 в пользовании жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, путем передачи комплекта ключей от запорных устройств входной двери данной квартиры.

Определить порядок пользования квартирой по адресу: <адрес>, выделив в пользование ФИО4, ФИО3 комнату №5 площадью 16,4 кв.м с балконом площадью 0,8 кв.м, ФИО5, ФИО8 комнату №10 площадью 12,6 кв.м со шкафом №6 площадью 0,4 кв.м, шкафом №8 площадью 0,5 кв.м, шкафом №9 площадью 0,5 кв.м, комнату №11 площадью 17,1 кв.м, оставив в общем пользовании сторон помещение №1-коридор площадью 4,9 кв.м, помещение №2-уборная площадью 1 кв.м, помещение №3-ванная площадью 1,9 кв.м, помещение №4-кухня площадью 6,5 кв.м.

Обязать ФИО5 освободить помещение №5 площадью 16,4 кв.м с балконом 0,8 кв.м, находящееся в квартире по адресу: <адрес>.

В удовлетворении встречных требований ФИО5 к ФИО3, ФИО4 о признании договора пожизненного содержания, договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий /подпись/ Г. ФИО11

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>