Судья – Жданова О.В. (гр.д. №2-1929/2023)

Дело № 33–9591/2023

УИД: 59RS0002-01-2022-003282-20

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Фомина В.И.,

судей Симоновой Т.В., Делидовой П.О.,

при секретаре Нечаевой Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми 12.09.2023 дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Индустриального районного суда г. Перми от 26.04.2023.

Ознакомившись с материалами дела, заслушав доклад судьи Симоновой Т.В., объяснения представителя истца ФИО4, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование требований указано, что 23.11.2020 она заключила договор на оказание информационно - консультативных и юридических услуг (далее по тексту – Договор) с юридической компанией «Пермское Банкротное Бюро», которую представляли ФИО2, ФИО3, для целей оказания ей юридических услуг, необходимых для осуществления процедуры банкротства, в том числе предполагалось принятие участия данных лиц в качестве ее представителя в рассмотрении дела о банкротстве в арбитражном суде Пермского края, проведение переговоров и согласование позиции с финансовым управляющим, оформление документов, потребность в которых возникнет в ходе осуществления процедуры банкротства, вынесения арбитражным судом решения о признании истца банкротом. Во исполнение денежного обязательства по вышеуказанному договору она передавала лично в руки руководителю юридической компании «Пермское Банкротное Бюро» ФИО2 денежные средства в размере 196600 руб. В подтверждение их принятия ФИО2 выдал ей от своего имени расписки в получении денежных средства, а также приходные кассовые ордера, заверенные своей подписью и печатью организации «Пермское Банкротное Бюро». Однако условия по договору ответчиками выполнены не были. В последующем ей стало известно, что данное юридическое лицо не существует. В возбуждении в отношении ФИО2 уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ) (мошенничество) органами полиции отказано. Исходя из изложенного полагает, что ответчики обманным путем присвоили себе 196600 руб., в связи с чем спорная сумма подлежит взысканию в ее пользу.

Судом постановлено решение, которым со ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в размере 193100 руб., проценты в соответствии с положениями ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 11.06.2021 по 26.04.2023 в размере 21632,49 руб., с дальнейшем их начислением, начиная с 27.04.2023 по дату фактического возврата суммы неосновательного обогащения.

Со ФИО2 в доход местного бюджета взыскана госпошлина в размере 5347,32 руб..

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО3 отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда изменить, взыскать спорную денежную сумму с ответчиков в солидарном порядке. Полагает, что оснований для освобождения ответчика ФИО3 от ответственности у суда не имелось, поскольку при заключении договора на оказание юридических услуг ответчики действовали сообща, в том числе вместе получали денежные средства.

На апелляционную жалобу истца от ответчика ФИО3 поступили возражения, согласно которым просит решение суда оставить без изменения.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании суда апелляционной инстанции на доводах, изложенных в апелляционной жалобе, настаивал, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные участники процесса о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили.

При указанных обстоятельствах в соответствии со ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Проверив законность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы (ст.327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

В материалы дела представлен договор об оказании информационно-консультативных и юридических услуг от 23.11.2020, подписанный между истцом ФИО1, именуемой в дальнейшем заказчик, и юридической компанией «Пермское Банкротное Бюро» в лице юриста ФИО2, действующего по доверенности от 15.10.2020, именуемой в дальнейшем исполнитель (л.д.17-18).

Согласно п. 1.1. Договора заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридические услуги в соответствии с техническим заданием (Приложение № 1), являющимся неотъемлемой частью данного договора (л.д.17).

В соответствии с техническим заданием № 1 к Договору от 23.11.2020 целью оказания услуг сторонами указана: подготовка документов для проведения процедуры банкротства ФИО1 как физического лица, участие в качестве представителя в Арбитражном суде Пермского края от имени заказчика, проведение переговоров и согласование позиций стороны банкротящегося лица с финансовым управляющим, оформление всех необходимых документов в процессе банкротства, по поручению и от имени заказчика, вынесение решения о признании заказчика банкротом (л.д.20).

Сроки выполнения услуг определены сторонами в соответствии с процессуальными сроками, установленными федеральным законодательством Российской Федерации (п.2 Технического задания № 1 к Договору от 23 ноября 2020 г.) (л.д.20).

Стоимость и форма оплаты за выполненные услуги определяются сторонами в протоколе согласования стоимости оказываемых услуг (Приложение № 2), который является неотъемлемой частью Договора от 23 ноября 2020 г. (п.4.1. Договора) (л.д.17, оборот).

Из Протокола № 1 согласования стоимости услуг к Договору от 23.11.2020 следует, что заказчиком оплачивается общая сумма за услуги 135000 руб., из них оплачивается сумма аванса в размере 10000 руб., которая вносится при подписании Договора. Остальная часть суммы в размере 125000 руб. заказчиком оплачивается ежемесячно не позднее 23-го числа каждого месяца в течение 10-ти месяцев, но не менее установленного размера 13500 руб. ежемесячно. Результатами оказываемых услуг считается – оказание информационно-консультативных услуг заказчику, признание заказчика банкротом (л.д.19).

Согласно представленным распискам в получении денежных средств и квитанций к приходным кассовым ордерам истец оплатила по Договору от 23.11.2020 юридической компании «Пермское Банкротное Бюро» 193100 руб. (л.д.21-31). Все платежные документы и расписки имеют подписи ответчика ФИО2.

Как указывает истец, услуги до данному договору ей оказаны не были, заявления о признании истца банкротом в Арбитражный суд Пермского края не подали, что подтверждается представленной истцом распечатки с сайта Арбитражного суда Пермского края (л.д.32).

Позднее, в связи с неисполнением обязательств по договору, истцу стало известно о том, что такое юридическое лицо как юридическая компания «Пермское Банкротное Бюро» в ЕГРЮЛ не включено (л.д.35-41).

По факту совершения мошеннических действий, завладения принадлежащими ей денежными средствами, истец обратилась с заявлением в Отдел полиции № 1 (дислокация Дзержинского района) Управления МВД России по г. Перми, на основании которого оформлен материал КУСП 8019.

По результатам проведенной проверки ст.участковым уполномоченным полиции ОУУП и ПДН ОП № 1 Управления МВД России по г. Перми вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 159 УК РФ в отношении ответчиков за отсутствием события преступления (л.д.42; материал КУСП 8019).

При этом в рамках проводимой доследственной проверки ответчиком ФИО3 10.11.2021 были даны объяснения, в которых он указал, что после знакомства со ФИО2 в октябре 2020 г., они решили организовать совместную деятельность по оказанию юридических услуг в частности по процедуре банкротства. В октябре 2020 ФИО2 заключил с Возбранной договор, подписал, не имея права подписи. Возбранная оформила доверенность и внесла первый взнос 10000 руб. На эту сумму ей были оказаны услуги по сбору документов. В январе 2021 г. он (ФИО3) решил не продолжать совместную деятельность со ФИО2 из-за разногласий. После чего ФИО2 забрал договор с Возбранной и документы, пояснив, что он привел эту клиентку, соответственно сам будет исполнять договор. Денежные средства от ФИО1 не вносились в кассу организации. В сентябре 2021 г. ФИО1 приходила к нему в офис с претензиями, однако он ей объяснил, что ему не известно местонахождение ФИО2, пообещал поддержку (л.д. 48 материал КУСП 8019).

ФИО2 в своих объяснениях от 10.06.2022 г. не отрицал факт заключения с ФИО1 договора и получение от нее денежных средств. Подтвердил и то обстоятельство, что после разногласий с ФИО3 он перешел работать в ООО «Банкротовъ». Однако продолжал получать от ФИО1 денежные средства различными суммами. С июля 2021 г. перестал работать в связи с асоциальным образом жизни и употреблением наркотических средств. Готов возместить причиненный ФИО1 материальный ущерб (материал КУСП 8019).

Постановлением УУП ОП №1 (дислокация Дзержинский район) Управления МВД РФ по г. Перми от 07.10.2022 г. в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием события преступления.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 49, 51, 167, 168, 432, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что спорный договор от 23.11.2020 является ничтожной сделкой, поскольку на момент его подписания у ЮК «Пермское Банкротное Бюро» отсутствовала правоспособность. При таких обстоятельствах надлежащим ответчиком по делу является ФИО2, как лицо без установленных законом или договором оснований, получивший денежные средства на общую сумму 193100 руб.. Квитанция к приходному кассовому ордеру (л.д. 30) на сумму 3500 рублей была исключена судом из состава убытков истца, как не относящаяся к рассматриваемому спору, поскольку получателем платежа значилось ООО «Банкротовъ» за подписью ФИО5. Также суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии с положениями ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскав их за период с 11.06.2021 по 26.04.2023 в размере 21632,49 руб., с исключением из расчета периода действия моратория на возбуждение дел о банкротстве, введенного Постановлением Правительства РФ от 28.04.2022 № 497 с 01.04.2022 по 01.10.2022, с дальнейшем начислением процентов, начиная с 27.04.2023 по дату фактического возврата суммы неосновательного обогащения.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается и не усматривает оснований для отмены постановленного судебного акта по доводам апелляционной жалобы истца.

Пунктом 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила своё обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 этого кодекса, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причинённого недобросовестным поведением обогатившегося лица.

По смыслу статей 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствие установленного законом, иными правовыми актами или сделкой основания для приобретения или сбережения имущества за чужой счет является важнейшим условием возникновения кондикционного обязательства.

Таким образом, требование из неосновательного обогащения при наличии между сторонами обязательственных правоотношений может возникнуть вследствие исполнения договорной обязанности при последующем отпадении правового основания для такого исполнения, в том числе и в случае объективной невозможности получить встречное предоставление по договору в полном объёме или в части.

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации, правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу статьи 780 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, исполнитель обязан оказать услуги лично.

Как указывалось выше, в ходе рассмотрения дела по существу судом было установлено, что ЮК «Пермское Банкротное Бюро» на момент подписания с истцом договора от 23.11.2020 не было создано в установленном законом порядке, и, соответственно, не было внесено в ЕГРЮЛ.

Следовательно, по общему правилу, отсутствие у юридического лица правоспособности не порождает обязательства по договору, подписанному от имени такого юридического лица, между заказчиком и исполнителем, в данном случае у ЮК «Пермское Банкротное Бюро».

В тоже время, ФИО2, подписывая такой договор от имени несуществующего юридического лица, не мог не осознавать правовые последствия принятия на себя обязательства по оказанию истцу поименованных в договоре услуг, принимая при этом от истца денежные средства в счет исполнения условий подписанного им соглашения.

В ходе рассмотрения дела по существу обстоятельств оказания ФИО2 услуг ФИО1 не установлено, сроки оказания услуг по договору истекли, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно применяя при разрешении требования ст.ст. 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что именно с ответчика ФИО2, как лица, получившего от истца денежные средства, но не исполнившего обязательства в рамках договора от 23.11.2020, в пользу ФИО1 подлежит взысканию испрашиваемая последней денежная сумма, поскольку именно данный ответчик сберег за счет истца спорную сумму, не предоставив встречного исполнения.

Однако, оснований для привлечения к ответственности ФИО3, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, обоснованно не усмотрел.

В силу положений п. 1 ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установленазаконом, в частности принеделимостипредмета обязательства.

Таким образом, по смыслу приведенной правовой нормы, солидарная ответственность наступает в двух основных случаях: если имеется договор и, если предмет обязательства является неделимым.

Кроме того, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ солидарная ответственность может наступить, если в результате совместных действий причинен?внедоговорной?вред и при этом невозможно определить, кто именно причинил этот вред и в какой части.

В рассматриваемом случае, наличия каких-либо обязательств перед ФИО1 непосредственно у ФИО3 материалами дела, вопреки доводам апелляционной жалобы, не установлено.

Какого-либо соглашения, подписанного между ФИО3 и ФИО1 не имеется, денежные средства от истца ФИО3 не принимались, достоверных и допустимых доказательств обратного материалы дела не содержат, а доводы апелляционной жалобы истца в данной части, по сути, являются голословными.

Само по себе признание ФИО3 обстоятельств намерения создать совместный со ФИО2 проект в виде ЮК «Пермское Банкротное Бюро» по оказанию юридических услуг неопределенному кругу лиц, в том числе ФИО1, в отсутствие безусловных данных, позволяющих сделать вывод о возникновении правоотношений между истцом, с одной стороны, и ФИО2 и ФИО3, с другой стороны, еще не создает правовых оснований для применения нормы ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указание в договоре от 23.11.2020 на то, что представлением интересов истца в рамках дела о банкротстве будут заниматься ФИО2, ФИО3 и ФИО6, в отсутствие подписи ФИО3 не может признаваться волеизъявлением последнего на заключение такого соглашения, которое, по сути, достигнуто только между ФИО2 и ФИО1.

Напротив, в рамках материала КУСП 8019 (копии процессуальных документов из данного материала, оглашенные в суде первой инстанции, приобщены к настоящему делу в суде апелляционной инстанции) как ФИО3, так и ФИО2 указывали на то, что юридические услуги должны были быть оказаны ФИО1 именно ФИО2. Факт передачи денежных средств, полученных от истца ответчиком ФИО2, в пользу ФИО3 какими-либо доказательствами не подтвержден.

Последующая регистрация 05.07.2021 в ЕГРЮЛ ООО «Пермское Банкротное Бюро», учредителем которого является ФИО3, также не указывает сама по себе, что последний вступал в гражданско-правовые отношения по оказанию истцу 23.11.2020 юридических услуг.

В связи с чем, ссылки истца на то, что ответчики в отношениях с ней действовали сообща, в данном случае подлежат отклонению как несостоятельные, основанные на субъективном восприятии спорной ситуации самим истцом.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела по существу оснований для привлечения ФИО3 к солидарной ответственности по обязательствам ФИО2 перед ФИО1, судом первой инстанции обоснованно не усмотрено.

Поскольку по иным основаниям решение суда лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке не оспаривается, судебная коллегия иным выводам суда в силу положений ст. 327.1 ГПК РФ не дает.

Существенных нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии со ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 199, ст.328 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Индустриального районного суда г. Перми от 26.04.2023 - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.09.2023.