Решение по делу № 2-520/2023 от 31.03.2023 - о взыскании долга по договорам займов, денежных средств, переданных умершему.

Производство № 2-520/2023 (2-8475/2022;)

УИД 28RS0004-01-2022-010952-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 марта 2023 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Гребенник А.В.,

При секретаре Грязева Е.Д.,

с участием представителя истца ВГ., представителя ответчика МВ – МВ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО «Гидроэлектромонтаж» к АВ, МП о взыскании долга по договорам займов, денежных средств, переданных умершему,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Гидроэлектромонтаж» обратилось с указанным иском, в обоснование указав, что 6 декабря 2019 года между ООО «Гидроэлектромонтаж» и ВС был заключен договор денежного займа № б/н, по условиям которого займодавец передал заемщику денежные средства в размере 18 959 000 рублей. 24 декабря 2019 года также был заключен договор денежного займа № б/н, по условиям которого ВС были переданы денежные средства в размере 5 000 000 рублей. Заемщик обязался вернуть указанные суммы займов. 4 ноября 2021 года ВС умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти. Обязательство заемщика, возникающее из договора займа, носит имущественный характер, не обусловлено личностью заемщика и не требует его личного участия. Наследниками первой очереди по закону являются сын АВ и супруга МП Передача денежных средств истцом ответчику подтверждается реестрами платежных поручений.

На основании изложенного, уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец просил взыскать солидарно с ответчиков АВ и МП денежные средства в общем размере 9 758 000 рублей, из них 2 600 000 рублей задолженность наследодателя ВС по перечисленным займам и 7 158 000 рублей задолженность наследодателя ВС по невозвращенным суммам, полученным в подотчет.

Будучи извещенными о месте и времени судебного заседания в него не явились ответчик АВ извещался судом о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, судебная корреспонденция возращена в суд с отметкой почтовой организации «истек срок хранения», однако учитывая, что ранее в судебных заседания ответчик лично принимал участие, суд приходит к выводу, что ответчику АВ было достоверно известно о нахождении дела в производстве, принимая во внимание положения статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд находит извещение ответчика надлежащим; также в судебное заседание не явилась ответчик МП – сведений о причинах неявки суду не представила, обеспечила явку в судебное заседание своего представителя; третье лицо Управление Федеральной налоговой службы по Амурской области – извещено о дате и времени судебного заседания, сведений о причинах неявки не сообщило. Учитывая мнение представителя истца и представителя ответчика МП, а также положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассматривать дело при данной явке.

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях с учетом уточнения настаивал, подробно указал на обстоятельства, изложенные как в исковом заявлении, так и в уточненном исковом заявлении, дополнительно пояснил, что денежные средства по платежным документам № 308 от 24.12.2019 на сумму 500 000 рублей, № 313 от 26.12.2019 на сумму 500 000 рублей, № 20 от 12.02.2020 на сумму 200 000 рублей, № 22 от 14.02.2020 на сумму 300 000 рублей и от 25.02.2020 на сумму 100 000 рублей в общей сумме 1 600 000 рублей, и по платежным документам № 420 от 29.12.2020 на сумму 500 000 рублей и № 427 от 30.12.2020 на сумму 500 000 рублей перечислены ВС в счет исполнения заемных правоотношений и отнесены истцом к заемным денежным средствам по договору от 24.12.2019. Таким образом, денежные средства в размере 2 600 000 рублей являются задолженностью ВС перед ООО «Гидроэлектромонтаж» по предоставленному займу. Также ВС были перечислены денежные средства в подотчет в сумме 7 158 000 рублей, которые не были им возвращены, авансовые отчеты за указанные денежные средства ВС также не предоставлены. Относительно первоначальной заявленной суммы задолженности в качестве процентов за пользование договором займа в размере 1 726 207 рублей истец отказывается, последствия такого отказа истцу понятны, представитель истца просил требования о взыскания задолженности в размере 1 726 207 рублей не рассматривать. Поскольку ВС умер, однако его смерть не прекращается исполнения обязательств, представитель полагал, что указанная задолженность подлежит взысканию с наследников ВС – АВ и МП На основании изложенного, представитель истца просил суд взыскать солидарно с ответчиков денежные средства в размере 2 600 000 рублей как задолженность наследодателя ВС по займу и 7 158 000 рублей задолженность наследодателя ВС по невозвращенным суммам, полученным в подотчет.

Представитель ответчика МП с исковыми требованиями не согласилась, в обоснование своих возражений указала, что между ВС и ООО «Гидроэлектромонтаж» существовали разнородные правоотношения, помимо правоотношений по договору займа, существовали еще правоотношения как минимум в области трудового права, и в области корпоративного права. Из представленных истцом документов не усматривается назначение платежей при переводе, соответственно невозможно определить по какому именно основанию производилась выплата. Также из реестра следует, что выплаты идут как прочие в соответствии с договором. Выданные ВС в подотчет денежные средства относятся к категории требований рассматриваемых в рамках индивидуально-трудовых споров. Именно поэтому в соответствии со статьей 392 Трудового Кодекса Российской Федерации полагает, что ООО «Гидроэлектромонтаж» имело право взыскать денежные средства с ВС еще при жизни в течение года, со дня обнаружения ущерба. На основании изложенного, просила суд отказать истцу в удовлетворении исковых требований, в том числе в связи с пропуском сроком исковой давности.

Выслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск, и в каком объеме требовать от суда защиты (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Вследствие этого суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, и только в отношении того ответчика, который указан истцом, за исключением случаев, прямо определенных в законе.

Анализируя правовую позицию стороны истца с учетом поступившего уточнения исковых требований, суд приходит к выводу о том, что предметом настоящего спора является задолженность умершего ВС по договорам займа и задолженность по полученным в подотчет денежным средствам.

Рассматривая требования ООО «Гидроэлектромонтаж» о взыскании с наследников умершего ВС задолженности по договорам займа, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Пунктами 1, 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу положений пункта 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

Договор займа предполагается беспроцентным, если в нем прямо не предусмотрено иное, в случаях, когда договор заключен между гражданами, в том числе индивидуальными предпринимателями, на сумму, не превышающую ста тысяч рублей; по договору заемщику передаются не деньги, а другие вещи, определенные родовыми признаками (пункт 4 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В соответствии с частью 2 статьи 811 ГК РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за пользование займом, причитающимися на момент его возврата.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, и иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

24 декабря 2019 года между ООО «Гидроэлектромонтаж» и ВС был заключен договор займа № б/н на сумму 5 000 000 рублей.

По условиям указанного договора заемщик обязался вернуть указанную сумму до 10 декабря 2020 года, проценты за пользование займом не выплачиваются.

Как следует из правовой позиции истца и подтверждается представленными в материалы дела реестрами № 308 от 24 декабря 2019 года, № 313 от 26 декабря 2019 года, № 20 от 12 февраля 2020 года, № 22 от 14 февраля 2020 года и от 25 февраля 2020 года, № 420 от 29 декабря 2020 года и № 427 от 30 декабря 2020 года, а также карточкой счета 73.01 за период с декабря 2019 года по декабрь 2021 года ВС 24, 26 декабря 2019 года, 12, 14 и 25 февраля 2020 года, 29 и 30 декабря 2020 года перечислены денежные средства в общем размере 2 600 000 рублей.

Из доводов искового заявления (с учетом уточнения) следует, что денежные средства в указанном размере были перечислены ВС в качестве заемных денежных средств по договору займа от 24 декабря 2019 года, заключенному между ООО «Гидроэлектромонтаж» и ВС, однако денежные средства последним возвращены не были, в связи с чем образовалась задолженность.

Из представленного в материалы дела свидетельства о смерти от 8 ноября 2021 года серии I-OT №***, следует, что ВС умер 4 ноября 2021 года, о чем отделом ЗАГС по г. Благовещенску и Благовещенскому району управления ЗАГС Амурской области составлена запись акта о смерти № ***.

Согласно материалам наследственного дела, заведенного 22 апреля 2022 № 91/2022 нотариусом Благовещенского нотариального округа АП, наследниками принявшими наследство, оставшееся после смерти ВС по закону являются сын АВ и жена – МП

В соответствии с выданными свидетельствами о праве на наследство по закону следует, что АВ принадлежит ? доли наследственного имущества, МП 1/4 доля указанного имущества.

На основании пункта 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Согласно пункту 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (статья 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к наследственному имуществу.

Принятое наследство в силу положений пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 наследники, принявшие наследство, становятся должниками по договору займа. Они несут обязанность исполнить в установленном размере обязательства заемщика из этого договора.

Из приведенных правовых норм следует, что в случае смерти заемщика, не исполнившего денежное обязательство, допускается перемена лиц в таком обязательстве, так как возникающие из договора займа обязанности, не связаны неразрывно с личностью заемщика, поскольку займодавец может принять исполнение от любого лица.

Таким образом, наследники заемщика при условии принятия ими наследства становится заемщиком перед займодавцем в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В данной связи, учитывая приведенные выше положения закона, суд приходит к выводу, что требования ООО «Гидроэлектромонтаж» о взыскании задолженности по договорам займа обращены к надлежащим ответчикам – наследникам умершего ВС – АВ и МП

Вместе с тем, давая правовую оценку договору займа от 24 декабря 2019 года, заключенному между ООО «Гидроэлектромонтаж» и ВС, а также рассматривая законность предъявленных к наследникам требований о возврате задолженности по указанному договору займа, суд приходит к следующим выводам.

Из условий представленного в материалы дела договора займа от 24 декабря 2019 года № б/н следует, что ООО «Гидроэлектромонтаж» передает ВС займ в сумме 5 000 000 рублей, а ВС обязуется в свою очередь вернуть указанную сумма займа в полном объеме и в срок установленный договором.

В пункте 3.1 договора стороны установили дату возврата займа – 10 декабря 2020 года. При этом, также оговорено, что сумма передается ВС единовременно и в полном объеме (абзац 3 пункта 3.1), а заемщик (ВС) вправе вернуть указанную сумму как единовременно в полном объеме, так и по частям (пункт 3.2).

В соответствии с пунктом 6.1 указанного договора, договор вступает в силу с момента передачи займодавцем (ООО «Гидроэлектромонтаж») заемщику суммы займа и действует до полного погашения заемщиком своих обязательств по договору.

Пунктом 6.2 договора определено, что действие договора может быть пролонгировано по соглашению сторон на новых условиях.

Таким образом, анализ указанного договора показывает, что сумма займа, предоставляемая ВС, составляет 5 000 000 рублей и выплачивается ему единовременно и полном объеме.

Вместе с тем, учитывая представленные в материалы дела платежные документы, в том числе карточку счета 73.01 за период с декабря 2019 года по декабрь 2021 года, денежные средства, требуемые ко взысканию, в размере 2 600 000 рублей переводились ВС частями в период с декабря 2019 года по декабрь 2021 года, что не соответствует указанным в договоре займа от 24 декабря 2019 года условиям, в связи с чем достоверно точно установить правовую природу данных денежных средств и отнести указанную сумму к исполнению своих обязательствам ООО «Гидроэлектромонтаж» перед ВС по договору займа от 24 декабря 2019 года суд лишен возможности.

Кроме того, в материалы дела стороной истца также представлен договор займа от 6 декабря 2019 года, заключенный между ООО «Гидроэлектромонтаж» и ВС с аналогичными условиями, однако сумма займа, по которому составляет 18 959 000 рублей, в связи с чем между истцом и умершим ВС имелись иные заемные правоотношения, однако определить, что данные денежные средства в размере 2 600 000 рублей, были перечислены ВС в счет исполнения данного договора суд также лишен возможности по изложенным выше мотивам.

Более того, из представленной стороной истца карточки счета 73.01 за период с декабря 2019 года по декабрь 2021 года следует, что денежные средства в размере 500 000 рублей, перечисленные 24 декабря 2019 года, 500 000 рублей, перечисленные 26 декабря 2019 года, 200 000 рублей, перечисленные 12 февраля 2020 года, 300 000 рублей, перечисленные 14 февраля 2020 года, 100 000 рублей, перечисленные 25 февраля 2020 года, 500 000 рублей, перечисленные 29 декабря 2020 года, и 500 000 рублей, перечисленные 30 декабря 2020 года имеют назначение «в соответствии с договор 03003128 от 17 января 2005», аналогичное назначение платежа указано в выписке по счету № ***, принадлежащему ВС, истребованной по запросу суда, в связи с чем правовых оснований для взыскания задолженности в размере 2 600 000 рублей ни по договору займа от 26 декабря 2019 года, ни по договору от 6 декабря 2019 года с наследников умершего заемщика не имеется.

При этом, договор 03003128 от 17 января 2005 года стороной истца в материалы дела не представлен, в ходе судебного заседания представитель ответчика пояснил, что иные договоры, заключенные с ВС, в распоряжении ООО «Гидроэлектромонтаж» отсутствуют.

При таких обстоятельствах, когда судом установлена невозможность отнесения взыскиваемых денежных средств в размере 2 600 000 рублей ни к договору займа от 26 декабря 2019 года, ни к договору от 6 декабря 2019 года, а также из дела видно, что перечисленные в период с декабря 2019 года по декабрь 2020 год денежные средства в заявленном размере имели иное назначение платежа «в соответствии с договор 03003128 от 17 января 2005», а также принимая во внимание существенные условие договоров займа от 6 и 26 декабря 2019 года, в части касающейся суммы займов и порядка предоставления займов, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскании с ответчиков суммы задолженности наследодателя ВС по перечисленным займам в размере 2 600 000 рублей, а, потому в удовлетворении данных требований ООО «Гидроэлектромонтаж» надлежит отказать.

Поскольку в ходе судебного заседания представитель истца на требованиях о взыскании процентов а пользование чужими денежными средствами в размере 1 726 207 рублей не настаивал, просил данные требования не рассматривать, о чем также имеется письменное заявление об отказе истца от иска данной части требований, суд не находит оснований рассматривать указанные требования.

Рассматривая требование истца о взыскании невозвращенных денежных средств переданных ВС в подотчет, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, в том числе из пояснений представителя истца, ВС в период возникновения спорных правоотношений (с 2019 года и до момента смерти 4 ноября 2021 года) являлся единоличным исполнительным органом ООО «Гидроэлектромонтаж» - генеральным директором.

Как следует из искового заявления ООО «Гидроэлектромонтаж» денежные средства в размере 7 158 000 рублей, требуемые ко взысканию с ответчиков, были получены ВС в период осуществления обязанностей генерального директора и не были им возвращены, а также не представлены авансовые отчеты за израсходованную часть денежных средств.

Учитывая, что в спорный период времени ООО «Гидроэлектромонтаж» и ВС состояли в трудовых правоотношениях, денежные средства, которые истец взыскивает с ответчиков (как наследников умершего ВС), указанные денежные средства находились в распоряжении ВС как работника ООО «Гидроэлектромонтаж», передавались в счет и для исполнения трудовых обязанностей.

Таким образом, суд находит достоверно установленным, что требуемые ко взысканию денежные средства были получены ВС при исполнении должностных обязанностей.

Как ранее уже было указано судом, пунктом 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил названного кодекса не следует иное.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (пункт 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 2 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается названным Кодексом или другими законами.

Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага (пункт 3 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства (пункт 58 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу при наследовании имущество умершего лица переходит к другим лицам в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, то есть наследование относится к числу производных, то есть основанных на правопреемстве, способов приобретения прав и обязанностей. В состав наследства входят не только принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, имущественные права, но и имущественные обязанности наследодателя, включая его долги в пределах стоимости наследственного имущества. При этом в состав наследства входят только те имущественные обязанности наследодателя, включая его долги, которые имели место, то есть существовали или возникли на момент открытия наследства - дату смерти наследодателя. Если у наследодателя на момент его смерти имелись имущественные обязанности, в том числе долги, то такие обязанности переходят к его наследникам, принявшим наследство, а в случае их отсутствия - правообладателю выморочного имущества.

Положения приведенных норм права о составе наследства, а именно об имущественной обязанности наследодателя, входящей в состав наследства, подлежат применению к спорным отношениям во взаимосвязи с нормами Трудового кодекса Российской Федерации о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, об основаниях возникновения такой обязанности.

Обращаясь в суд с указанными требованиями ООО «Гидроэлектромонтаж» утверждало, что при жизни ВС получал от истца в подотчет денежные средства, которые им не были возвращены, а также не были представлены авансовые отчеты за переданные ему в подотчет денежные средства.

Главой 39 «Материальная ответственность работника» Трудового кодекса Российской Федерации урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

В силу статьи 273 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации – физическое лицо, которое в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа. Положения главы 43 распространяются на руководителей организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.

Согласно статье 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

Размер ущерба, причиненного работодателю при утрате или порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер (статья 246 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 248 Трудового кодекса Российской Федерации установлен порядок взыскания ущерба с работника.

Из приведенных нормативных положений следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности. При этом порядок определения работодателем ущерба, причиненного работником, регламентирован положениями статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации, а при проведении работодателем инвентаризации и нормами Федерального закона от 6 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Реализация работодателем права потребовать от работника возмещения причиненного им ущерба, определенного по правилам, установленным в статье 246 Трудового кодекса Российской Федерации, осуществляется в порядке и на условиях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, а именно в судебном порядке по иску работодателя о возмещении ущерба, причиненного работником, или путем достижения работодателем и работником соглашения о погашении причиненного им ущерба. Такое соглашение между работником и работодателем, содержащее обязательство работника возместить причиненный работодателю ущерб, подлежит оформлению в письменном виде с обязательным указанием размера ущерба и сроков его погашения.

Следовательно, имущественная обязанность работника по возмещению ущерба, причиненного работодателю, возникает: в случае отказа работника от добровольного возмещения ущерба работодателю - со дня вступления в законную силу решения суда о взыскании с работника в пользу работодателя суммы причиненного ущерба, в случае добровольного согласия работника возместить причиненный ущерб полностью или в части - с даты заключения между работником и работодателем письменного соглашения о возмещении ущерба.

Между тем, из материалов дела следует, что обязанность ООО «Гидроэлектромонтаж» по установлению действительно причинённого ущерба действиями работника ВС не устанавливалась, соглашение о добровольном возмещении работником суммы ущерба до 4 ноября 2021 года не заключалось, в иском в суд ООО «Гидроэлектромонтаж» о взыскании с работника – генерального директора ВС суммы ущерба не обращалось.

В данной связи, учитывая, что на момент смерти ВС (4 ноября 2021 года) признанная в установленном порядке имущественная обязанность по возмещению причиненного работодателю ООО «Гидроэлектромонтаж» отсутствовала, нельзя признать правомерным, что наследники умершего ВС – АВ и МП должны отвечать по долгам ВС (ущерб, причиненный ООО «Гидроэлектромонтаж») перед ее работодателем - ООО «Гидроэлектромонтаж».

Таким образом, с учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ООО «Гидроэлектромонтаж» не вправе взыскивать с наследников умершего работника причиненный этим работником ущерб, в связи с чем в данной части требования искового заявления также не подлежат удовлетворению.

Рассматривая обоснованность заявления ответчика МП о пропуске истцом срока на обращение в суд с исковым заявлением, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Вместе с тем, учитывая, что денежные средства, переданные в подотчет ВС как генеральному директору ООО «Гидроэлектромонтаж» и умершему 4 ноября 2021 года, взыскиваются с его наследников, к спорным правоотношениям положения части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не применимы, к данным правоотношениям подлежат применению общие положения статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации о трехлетнем сроке исковой давности, так как основанием заявленного требования является ответственность наследников по долгам наследодателя.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен общий срок исковой давности три года. Правила определения момента начала течения исковой давности установлены статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно свидетельству о смерти от 8 ноября 2021 года серии I-OT №***, ВС умер 4 ноября 2021 года, в связи с чем с момента смерти ВС ООО «Гидроэлектромонтаж» должно было стать достоверно известно о том, что у ВС имеется неисполненная обязанность по возврату денежных средств, переданных ему в подотчет и не предоставление авансовых отчетов.

Настоящим иском ООО «Гидроэлектромонтаж» обратилось 19 октября 2022 года, о чем свидетельствует оттиск штампа Благовещенского городского суда.

Таким образом, суд приходит к выводу, что срок для обращения в суд с требованием о взыскании денежных средств переданных ВС в подотчет в размере 7 158 000 рублей не пропущен, а заявление ответчика МП не обоснованное.

В данной связи, поскольку судом не установлено правовых оснований для взыскания с АВ, МП денежные средства в размере 2 600 000 рублей в качестве задолженности наследодателя ВС по перечисленным займам, задолженности наследодателя ВС по невозвращенным суммам, полученным в подотчет в размере 7 158 000 рублей, ООО «Гидроэлектромонтаж» в удовлетворении иска надлежит отказать в полном объеме.

Поскольку в удовлетворении иска ООО «Гидроэлектромонтаж» отказано, оснований для распределения судебных расходов в виде государственной пошлины по правилам статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Рруководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ООО «Гидроэлектромонтаж» к АВ, МП о взыскании в солидарном порядке денежных средств, перечисленных по договору займа от 24 декабря 2019 года № б/н в размере 2 600 000 рублей, денежных средства, переданных умершему ВС в подотчет в размере 7 158 000 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятии решения в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Гребенник

Решение суда в окончательной форме изготовлено 17 апреля 2023 года.