РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июля 2025 года г. Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Петрович К.Э.,

при секретаре Кононовой Н.Н.,

с участием истцов ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10,

представителя истцов ФИО11, действующей на основании доверенности от *дата скрыта*,

представителя ответчика ФИО12, действующего на основании доверенности от *дата скрыта*,

представителя ответчика (третьего лица) ФИО13, действующего на основании доверенности от *дата скрыта*,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-150/2025 по иску ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 к гаражному кооперативу №10 г. Шелехова о признании недействительными протоколов собраний правления гаражного кооператива и принятых на них решений, признании недействительными отчетов финансово-хозяйственной деятельности гаражного кооператива,

установил:

в обоснование исковых требований, уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ, указано, что истцы являются собственниками гаражных боксов в Гаражном кооперативе №10 г. Шелехова (далее – ГК №10) и членами кооператива.

При рассмотрении гражданского дела №2-23/2024 председателем ГК №10 ФИО13 были предоставлены сметы на 2021, 2022, 2023 гг. и отчеты финансово-хозяйственной деятельности ГК №10 за 2020, 2021, 2022 гг.

Внесенные членские взносы расходовались на усмотрение председателя ГК №10, хозяйственная деятельность не ведется и документального подтверждения о ведении такой деятельности не представлено.

Кроме того, председателем ГК №10 незаконно установлен повышенный размер членских взносов, а также дополнительные меры поддержки председателю и казначею. Без каких-либо оснований председателем заключены договоры об оказании услуг, не предусмотренные в сметах расходов ГК №10.

Ревизионная комиссия ГК №10 отчетов о проведении финансовых проверок общему собранию членов кооператива не давала, результаты проведения проверки до членов не доводила, информация о финансово-хозяйственной деятельности ГК №10 также не доводилась и не размещалась на территории кооператива.

Председатель кооператива должен являться членом правления ГК №10, его должность определяется как председатель правления кооператива. Поскольку в отношении сметы основных затрат полномочий по ее утверждению нет ни у председателя, ни у правления, разделить фактически, кто из указанных лиц что делал в отношении оспариваемых смет, невозможно.

Устав ГК №10 содержит указание на исключительную компетенцию общего собрания членов ГК №10 на утверждение отчетов правления и ревизора, а у членов правления - на утверждение сметы затрат, что противоречит законодательству РФ, действующему на момент принятия и утверждения оспариваемых документов.

Истцы полагают, что правление кооператива, являясь исполнительным органом кооператива, в которое также входит и председатель гаражного кооператива, действовали от имени кооператива, приняв отчеты за 2020, 2021, 2022 гг. и утвердив оспариваемые сметы на 2021, 2022, 2023, 2024 гг., при этом, вышли за пределы предоставленных им полномочий.

Указанные сметы фактически являются принятыми решениями гаражного кооператива, так как такая смета является основным финансовым документом, по которому расходуются все средства кооператива, а эти средства формируются из членских взносов, которые истцы также, как и другие члены кооператива, уплачивают в кассу. При этом, расчет членских взносов осуществляется исходя из содержания такой сметы.

Решения по вопросу утверждения планов деятельности кооператива и отчетов об их исполнении относятся к исключительной компетенции общего собрания кооператива. Ревизионная комиссия (ревизор) проверяют финансовую и хозяйственную деятельность правления.

Как указано в п. 4.2 Устава ГК №10, очередное общее отчетное собрание кооператива созывается правлением не реже одного раза в два года.

В данном случае, отчеты финансово-хозяйственной деятельности ГК №10 за 2020, 2021, 2022 гг. ревизионной комиссией не проверялись, были утверждены единолично председателем ГК №10 ФИО13, на основании данных отчетов были утверждены сметы работ ГК №10 на 2021, 2022, 2023 гг., что является неправомерным.

Смета должна составляться по суммам предполагаемых поступлений и направлений расходования денежных средств, а сами расходы фактически определяют перечень услуг и работ по управлению кооперативом, содержанию и ремонту общего имущества кооператива, поддержание его нормального функционирования и т.п. Смета по своему содержанию включает как экономическую, так и правовую составляющую. Экономическая составляемая сметы определяет содержание статей сметы и объемов средств, а правовая составляющая реализуется в круге прав и обязанностей участников процесса, порожденных разработкой, утверждение и исполнением сметы. Следовательно, смета является разновидностью локального акта – финансово-правовым локальным актом, который определяет финансовый план деятельности организации.

Председателем ФИО13 утвержден отчет за 2020 год, в котором общий приход из членских, целевых, вступительных взносов и взносов за электроэнергию составил 2 100 959,22 руб.

В смете на 2021 год, утвержденной председателем ФИО13, учтено 877 боксов и выделенных земельных участков.

Также председателем ФИО13 утвержден отчет за 2021 год, в котором общий приход составляет 2 679 957,89 руб.

В смете, утвержденной правлением ГК №10 *дата скрыта* на 2022 год, количество боксов не указано, из чего не понятно, на основании чего рассчитана смета на общую сумму 2 772 000 руб.

Председателем ГК №10 ФИО13 утвержден отчет за 2022 год, в котором общий приход составляет 2 812 051,30 руб.

В смете, утвержденной правлением ГК №10 *дата скрыта* на 2023 год, количество боксов также не указано, на общую сумму 2 703 000 руб.

Смета за 2024 год утверждена правлением ГК №10 *дата скрыта*, без предоставления отчета за 2023 год. В данной смете, по состоянию на *дата скрыта* учтено 874 гаражных бокса, принадлежащие членам ГК №10, на общую сумму 2 601 000 руб.

Актами ревизионной комиссии в составе ФИО1 и ФИО2 от *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта* на председателя ГК №10 ФИО13 были наложены штрафы за несвоевременное предоставление отчетно-финансовых документов за 2020, 2021 и первый квартал 2022 гг. Штрафы наложены также на казначея ФИО3

Из акта приема-передачи документов ревизионной комиссии от *дата скрыта* следует, что председателю ГК №10 ФИО13 возвращены финансовые документы ГК №10 за 2020 и 2021 гг., для дополнения недостающих документов и доработки в расчетах. На *дата скрыта* финансовые отчеты по деятельности ГК №10 за 2020 и 2021 гг. приняты и подписаны не были. На *дата скрыта* отчет за 2022 год для проверки представлен не был.

Из акта ревизионной комиссии от *дата скрыта* следует, что председателем ГК №10 ФИО13 отчетно-финансовые документы за 2020, 2021, 2022 гг. и первый квартал 2023 г. для проверки финансового состояния кооператива предоставлены не были. Документы за 2020, 2021, 2022 гг. возвращены на доработку.

Как следует из представленных суду документов, отчеты финансово-хозяйственной деятельности и сметы основных затрат ГК №10 согласованы правлением кооператива либо утверждены единолично председателем. Между тем, принятие отчетов и утверждение смет отнесено к полномочиям общего собрания членов кооператива.

Согласование смет затрат правлением и утверждение отчетов финансово-хозяйственной деятельности председателем ГК №10 не соответствует требованиям закона и локальным нормативным актам кооператива.

В силу того, что общие собрания членов ГК *номер скрыт*, для обсуждения спорных документов не созывались, истцы полагают, что их права нарушены действиями председателя кооператива и членами правления по принятию отчетов финансово-хозяйственной деятельности ГК *номер скрыт* и согласованию смет на 2021, 2022, 2023, 2024 гг., совершены с превышением их полномочий, в этой связи принятые решения являются недействительными в силу их ничтожности.

Истцы ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просили суд признать недействительными (ничтожными) протоколы собраний правления ГК №10 от 17.12.2020, от 27.12.2021, от 25.12.2022, от 30.12.2023, принятые на них решения об утверждении смет на 2021, 2022, 2023, 2024 гг. и установлении членских взносов в размере 3 000 руб. – незаконными; признать недействительными отчеты финансово-хозяйственной деятельности ГК №10 за 2020, 2021, 2022 гг., утвержденные председателем ГК №10 ФИО13, на основании которых были утверждены сметы работы ГК №10 на 2021, 2022, 2023 гг.

Протокольным определением суда от 16.01.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора на стороне ответчика, привлечен бывший председатель ГК №10 ФИО13

В судебном заседании истцы ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, их представитель ФИО11 заявленные требования в редакции последнего уточненного искового заявления поддержали, настаивали на их удовлетворении, заявили ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение с настоящим иском в суд, указав в его обоснование, что с 2022 г. истцы неоднократно запрашивали у бывшего председателя ФИО13 всю финансовую документацию и решения правлений и общих собраний членов кооператива, однако, данная документация для ознакомления им не была предоставлена. Оспариваемые отчеты финансово-хозяйственной деятельности и сметы впервые были представлены председателем ФИО13 только *дата скрыта* в материалы гражданского дела *номер скрыт* по иску членов ГК *номер скрыт* о досрочном отстранении председателя гаражного кооператива ФИО13 от занимаемой должности, возложении обязанности по передаче документов. Первоначально настоящий иск был подан в суд *дата скрыта*, однако, *дата скрыта* исковое заявление было возвращено. После возвращения исковое заявление было подано повторно в суд *дата скрыта*, определением суда от 03.06.2024 в его принятии было отказано. После обжалования указанного определения в суд апелляционной инстанции и его отмены исковое заявление было принято к производству суда, возбуждено гражданское дело. Полагали, что к спорным правоотношениям подлежит применению общий срок исковой давности, составляющий три года. В случае применения срока исковой давности, просили признать причины его пропуска уважительными и восстановить.

Представитель ответчика ФИО12 исковые требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях, полагал, что истцами избран неверный способ защиты нарушенного права, поскольку отчеты финансово-хозяйственной деятельности на общих собраниях членов ГК №10 не утверждались и какие-либо правовые последствия для членов кооператива не создали; дополнительно пояснил, что размещение информации об отчетах финансово-хозяйственной деятельности, которые оспаривают истцы, и об утвержденном на очередной год размере членских взносов производилось в общедоступном для членов кооператива месте, на доске объявлений при входе в ГК №10, примерно через неделю после принятия, а потому истцы должны были знать о принятых решениях правления, которыми ежегодно устанавливались размеры членских взносов, в связи с чем, просил применить к заявленным требованиям последствия пропуска срока обращения в суд и отказать в их удовлетворении.

Представитель ответчика (третье лицо) ФИО13 полагал исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, просил применить к ним последствия пропуска срока исковой давности.

Выслушав объяснения явившихся лиц, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в совокупности каждое в отдельности, суд приходит к следующему.

С 1 октября 2023 г. вступил в силу Федеральный закон от 24 июля 2023 г. N 338-ФЗ "О гаражных объединениях и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Частью 9 статьи 34 указанного Федерального закона предусмотрено, что созданные до дня вступления в силу настоящего Федерального закона гаражные кооперативы осуществляют свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации с учетом установленных настоящим Федеральным законом особенностей.

Деятельность гаражного потребительского кооператива в части, не урегулированной Гражданским кодексом Российской Федерации, в настоящее время регулируется также положениями Закона СССР "О кооперации в СССР" от 26.05.1988 N 8998-XI (в действующей редакции).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовой форме потребительских кооперативов, к которым относятся, в том числе жилищные, жилищно-строительные и гаражные кооперативы, общества взаимного страхования, кредитные кооперативы, фонды проката, сельскохозяйственные потребительские кооперативы.

Потребительским кооперативом согласно пункту 1 статьи 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов. Общество взаимного страхования может быть основано на членстве юридических лиц.

Из изложенного следует, что гаражный кооператив представляет собой некоммерческую организацию, являющуюся основанным на членстве добровольным объединением граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их потребностей в строительстве и содержании гаражей для размещения транспортных средств.

Устав потребительского кооператива должен содержать сведения о наименовании и месте нахождения кооператива, предмете и целях его деятельности, условия о размере паевых взносов членов кооператива, составе и порядке внесения паевых взносов членами кооператива и об их ответственности за нарушение обязательства по внесению паевых взносов, о составе и компетенции органов кооператива и порядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов, порядке покрытия членами кооператива понесенных им убытков (пункт 2 статьи 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 3 ГПК РФ, лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Возможность судебной защиты гражданских прав служит одной из гарантий их осуществления. Право на судебную защиту является правом, гарантированным ст. 46 Конституции Российской Федерации.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания недействительным решения собрания.

В силу статьи 181.1 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

В пункте 103 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 2, пункта 6 статьи 50 и пункта 2 статьи 181.1 Гражданского кодекса Российской Федерации под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

В частности, к решениям собраний относятся решения коллегиальных органов управления юридического лица (собраний участников, советов директоров и т.д.), решения собраний кредиторов, а также комитета кредиторов при банкротстве, решения долевых собственников, в том числе решения собственников помещений в многоквартирном доме или нежилом здании, решения участников общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: 1) допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; 2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; 3) допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; 4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Согласно статье 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: 1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; 2) принято при отсутствии необходимого кворума; 3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; 4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

Из положений п. 3 ст. 181.4 ГК РФ следует, что решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего правового сообщества, не принимавший участие в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения. Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

Судом установлено, что Гаражный кооператив №10 г. Шелехова (ГК №10) создан решением общего собрания учредителей, объединившихся на добровольной основе для удовлетворения потребностей членов кооператива в приобретении и строительстве гаражей. Кооператив является некоммерческой организацией, созданной как добровольное объединение граждан и юридических лиц на основе членства в форме специализированного потребительского кооператива – гаражного кооператива – с целью удовлетворения потребностей в гаражах для стоянки автомототранспорта. Деятельность кооператива строится на принципах добровольности, имущественной взаимопомощи, самоокупаемости и самоуправления. ГК №10 осуществляет свою деятельность на основании действующего законодательства, а также Устава в редакции, принятой решением общего собрания от 06 декабря 2015 г.Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, с 15.08.2024 председателем ГК №10 является ФИО14, до него обязанности председателя исполнял ФИО13, избранный решением общего собрания членов ГК №10 от 05-06 декабря 2015 г.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истцы ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 являются членами ГК №10, что подтверждено представленными в материалы дела копиями расчетных книжек членов кооператива и не оспорено ответчиком.

Из обстоятельств дела следует, что в 2023-2024 гг. Шелеховским городским судом Иркутской области рассматривалось гражданское дело №2-23/2024 по иску ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО10, ФИО6, ФИО8, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО9 к председателю гаражного кооператива №10 ФИО13, гаражному кооперативу №10 о досрочном отстранении председателя гаражного кооператива от занимаемой должности, возложении обязанности по передаче документов; по иску председателя гаражного кооператива №10 г. Шелехова ФИО13 к ФИО8, ФИО19, ФИО16, ФИО7, ФИО17 о признании ничтожными решений общего собрания членов гаражного кооператива от 03.06.2023. В ходе судебного разбирательства по указанному гражданскому делу к его материалам председателем ГК №10 ФИО13 были приобщены документы: копии отчетов финансово-хозяйственной деятельности гаражного кооператива №10 за 2020, 2021, 2022 гг., а также копии расходных смет на 2021, 2022, 2023 и 2024 гг.

В соответствии с пп. 4.1, 4.2.2 Устава ГК №10, органами управления кооператива являются: общее собрание членов кооператива; правление кооператива; председатель кооператива; ревизор. Очередное общее отчетное собрание кооператива созывается правлением не реже одного раза в два года. Общее собрание является высшим органом управления кооперативом и имеет право принимать решения по любым вопросам деятельности кооператива, в т.ч. входящим в компетенцию других органов, а также вправе отменять решения правления. К исключительной компетенции общего собрания относится, в числе прочих вопросов, учреждение отчетов правления и ревизора.

Согласно п. 4.3, 4.3.1 Устава ГК №10, правление кооператива – коллегиальный исполнительный орган, избираемый из членов кооператива сроком на два года, осуществляющий руководство кооперативом в период между общими собраниями. Заседания правления проводятся не реже одного раза в месяц. Работой правления руководит председатель кооператива. Заседание правления правомочно, если на нем присутствуют 2/3 членов правления. Решения принимаются простым большинством голосов членов правления. Решения правления оформляются протоколами, которые подписываются председателем кооператива и секретарем.

В соответствии с п. 4.3.2 правление кооператива, в числе иных полномочий:

- определяет размер вступительных, дополнительных, членских и иных взносов и устанавливает сроки их внесения;

- принимает решения о внесении целевого взноса, утверждает размер и сроки внесения и направления их использования;

- утверждает порядок покрытия убытков кооператива;

- планирует хозяйственную и финансовую деятельность кооператива;

- утверждает смету затрат и штатное расписание аппарата кооператива.

Для контроля за финансовой деятельностью кооператива общее собрание избирает ревизора сроком на 5 лет. Проверка ревизором финансово-хозяйственной деятельности кооператива осуществляется по итогам деятельности кооператива за год, а также по инициативе ревизора в другой промежуток времени. По требованию ревизора лица, занимающие должности в органах управления кооператива, обязаны представить документы о финансово-хозяйственной деятельности кооператива (пп. 4.4, 4.4.1, 4.4.2 Устава ГК №10).

Положения пункта 4.3.3 Устава ГК №10, регламентирующего полномочия председателя кооператива, не содержат полномочий по утверждению отчетов финансово-хозяйственной деятельности и приходно-расходных смет, а также установления размера членских и иных взносов, срока их уплаты.

В соответствии с положениями ч. 2-3 ст. 14 Закона СССР от 26.05.1988 N8998-XI "О кооперации в СССР" высшим органом управления кооператива является общее собрание, которое для руководства текущими делами избирает председателя, а в крупных кооперативах также правление. К исключительной компетенции общего собрания кооператива относится: избирание председателя кооператива, правления и ревизионной комиссии (ревизора) кооператива, заслушивание отчетов об их деятельности; утверждение планов деятельности кооператива и отчетов об их исполнении.

В соответствии с ч. 7 ст. 26 Федерального закона от 24 июля 2023 г. N 338-ФЗ "О гаражных объединениях и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", вступившего в силу с 1 октября 2023 г., размер взносов (членских и целевых) определяется на основании приходно-расходной сметы товарищества собственников недвижимости и финансово-экономического обоснования, утвержденных общим собранием членов товарищества.

В ходе судебного разбирательства установлено и подтверждено ответчиком, что отчеты финансово-хозяйственной деятельности гаражного кооператива №10 за 2020, 2021, 2022 гг. не были утверждены общим собранием членов ГК №10, соответствующие отметки на имеющихся в материалах дела копиях отчетов отсутствуют.

Более того, согласно актам ревизионной комиссии от *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, составленным председателем комиссии ФИО1 и его членом ФИО2, по отчетам финансово-хозяйственной деятельности за 2020, 2021 гг. и первый квартал 2022 г. имелись замечания, они не были одобрены ревизионной комиссией, были возвращены на доработку, за что на председателя ГК №10 ФИО13 и казначея ФИО3. неоднократно налагались штрафы.

Вместе с тем, сметы расходов на 2021, 2022, 2023 и 2024 гг. имеют записи об их утверждении: смета на 2021 г. утверждена единолично председателем ГК *номер скрыт* ФИО13, смета на 2022 г. утверждена решением правления ГК №10 от *дата скрыта*, смета на 2023 г. утверждена решением правления ГК №10 от *дата скрыта*, смета на 2024 г. утверждена решением правления ГК №10 от *дата скрыта*.

Также судом установлено, что на основании смет, утвержденных председателем ГК №10 ФИО13 на 2021 г. и решениями правления кооператива от *дата скрыта*, *дата скрыта* и *дата скрыта* на 2021-2023 гг., были установлены размеры ежегодных членских взносов на указанные периоды в размере 3 000 руб.

Ответчиком в ходе суде судебного разбирательства в материалы дела представлены копии протоколов собраний правления ГК №10 от *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта* и *дата скрыта*, на которых были приняты решения об утверждении смет и установлении размера ежегодного членского взноса.

По правилам пункта 3 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания.

Анализируя установленные обстоятельства в совокупности с представленными доказательствами, положениями законодательства, действовавшего на момент принятия оспариваемых решений, суд приходит к обоснованному выводу, что утверждение приходно-расходной сметы, принятие решений о ее исполнении отнесено законом к исключительной компетенции общего собрания, а потому разрешение данных вопросов на заседании правления кооператива либо единолично председателем кооператива влечет ничтожность принятых решений.

При этом, наделение положениями Устава членов правления кооператива полномочиями по утверждению приходно-расходных смет и определению на их основании размера членских взносов противоречит положениям действующего законодательства, регламентирующему вопросы, относящиеся к исключительной компетенции общего собрания кооператива, а потому указанные положения Устав ГК №19 не могут быть применены к возникшим правоотношениям.

Более того, суд дает оценку тому обстоятельству, что все сметы утверждались правлением кооператива в отсутствие утвержденных общим собранием отчетов финансово-хозяйственной деятельности за предыдущий год, при наличии замечаний со стороны ревизионной комиссии.

Вместе с тем, суд не находит оснований для признания недействительными отчетов финансово-хозяйственной деятельности гаражного кооператива за 2020, 2021, 2022 гг. и протоколов собраний правления гаражного кооператива, на которых были приняты решения об утверждении смет и размеров членских вносов, поскольку оспаривание указанных документов отдельно от решений собраний, на которых они были приняты либо утверждены, законом не предусмотрено.

Отчеты финансово-хозяйственной деятельности кооператива не порождают правовых последствий для истцов до их утверждения общим собранием членов ГК №10. Оспариваемые финансовые документы не являются итоговыми юридическими актами, влекущими возникновение у истцов прав и обязанностей, равно как и протокол собрания членов правления, как документ, фиксирующий ход ведения заседания правления. По убеждению суда, в данной части требований истцами избран ненадлежащий способ защиты предполагаемого нарушенного права, удовлетворение таких требований не приведет к восстановлению каких-либо прав истцов, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в данной части.

Разрешая требования истцов о признании недействительными решений правления гаражного кооператива №10 г. Шелехова от *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта* и *дата скрыта* об утверждении расходных смет на 2021-2024 г. и определении размера членского взноса в размере 3 000 руб., суд учитывает, что ответчиком заявлено ходатайство о применении к ним последствий пропуска срока исковой давности. Истцами, в свою очередь, заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока с указанием о том, что о принятии правлением кооператива оспариваемых решений им стало известно только *дата скрыта*, после представления копии смет в материалы гражданского дела №2-23/2024, рассматриваемого в Шелеховском городском суде Иркутской области.

Как следует из ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

Статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу пп. 1, 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Статьей ст. 197 ГК РФ предусмотрено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Из разъяснений, содержащихся в п. 112 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными п. 5 ст. 181.4 ГК РФ (п. 1 ст. 6 ГК РФ).

В соответствии с п. 5 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Таким образом, учитывая вышеприведенные правовые нормы, для оспаривания решений, в том числе общих собраний членов гаражного кооператива и собраний членов правления такого кооператива, установлен специальный срок исковой давности, который составляет шесть месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом. При этом, срок исковой давности не может превышать двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 111 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», общедоступным с учетом конкретных обстоятельств дела может быть признано размещение информации о принятом решении собрания на доске объявлений, в средствах массовой информации, сети «Интернет», на официальном сайте соответствующего органа, если такие способы размещения являются сложившейся практикой доведения информации до участников данного гражданско-правового сообщества, а также ссылка в платежном документе, направленном непосредственно участнику, оспаривающему решение.

Общедоступность сведений о решениях собрания предполагается, пока лицом, права которого нарушены принятием решения, не доказано иное. Такие разъяснения о распределении бремени доказывания между сторонами изложены в абзаце третьем пункта 111 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

В силу ст.152 ГПК РФ, при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

При наличии уважительных причин пропущенный процессуальный срок может быть восстановлен.

Процессуальным законом в качестве общего правила закреплена процессуальная обязанность каждой из сторон доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).

По смыслу вышеприведенных положений закона, бремя доказывания уважительности причин пропуска срока для обращения в суд возлагается на сторону истца.

В ходе судебного разбирательства истцы указали, что расходные сметы на 2020-2024 гг., утвержденные на заседаниях правления кооператива, на информационных стендах не размещались, по письменному запросу от *дата скрыта* членам кооператива для ознакомления не представлялись, а впервые были представлены бывшим председателем ГК №10 ФИО13 в материалы другого гражданского дела только *дата скрыта*.

В подтверждение того обстоятельства, что сметы на 2020-2024 гг. не размещались в общедоступных местах истцы сослались на показания двух свидетелей ФИО4, супруги истца ФИО6, и ФИО5

Ответчик, возражая против доводов истцов, представил в материалы дела фотографии от *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, свидетельствующие о размещении на стене здания «сторожки» объявлений о созыве заседаний членов правления кооператива *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта*, *дата скрыта* и предложением для желающих принять в них участие, а также о размещении смет на 2021, 2022, 2023 гг.

Со слов истцов, о размере ежегодного членского взноса они уточняли либо лично у бывшего председателя ФИО13, либо у казначея, что также подтвердили допрошенные свидетели. При этом, из пояснений истцов и представленных в материалы дела расчетных книжек следует, что ФИО10 уплачены членские взносы за 2020, 2021, 2022 гг.; ФИО8 – за 2020, 2021, 2022 гг, за 2023-2024 гг. внесено только за земельный налог; ФИО21 – за 2020, 2021, 2022, 2023 и 2024 гг.; ФИО9 – за 2020, 2021, 2022 гг.; ФИО6 членские взносы не уплачиваются с 2019 г., вынесенный в отношении него судебный приказ о взыскании задолженности за 2019-2023 гг. отменен.

Следовательно, начиная с 2020 года, всем истцам было известно о размере утвержденного членского взноса на очередной год.

Из материалов дела следует, что истцы обратились с данным иском в суд *дата скрыта*

В этой связи, суд приходит к выводу о пропуске истцами срока обращения в суд, предусмотренного п. 5 ст. 181.4 ГК РФ, в части требований об оспаривании решений правления ГК №10 от 17 декабря 2020 г., 27 декабря 2021 г. и 25 декабря 2022 г.

Суд приходит к выводу, что истцы не назвали обстоятельств, свидетельствующих о наличии уважительных причин пропуска срока на обращение в суд, и не представили доказательств того, что информация о принятых на собраниях членов правления кооператива решениях не доводилась до сведения общедоступным способом.

Кроме того, истцы, являясь членами ГК №10, на которых возложена обязанность по своевременной уплате членских взносов, зная об утвержденном размере таких взносов, начиная с 2020 г., при несогласии с ним имели возможность своевременного обращения в суд с соответствующими исковыми требованиями, даже в отсутствии у них сведений о конкретном принятом решении об утверждении размера членского взноса.

В этой связи, в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2015 года №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске в части требований об оспаривании решений собраний правления ГК №10 от 17.12.2020, от 27.12.2021, от 25.12.2022, в связи с чем, иные доводы истцов о ничтожности указанных решений правления кооператива судом отклоняются.

Вместе с тем, с учетом ранее установленных судом обстоятельств и сделанных выводов, решения собрания правления ГК №10 г. Шелехова от 30.12.2023 об утверждении сметы работ на 2024 г. и определении размера членского взноса на 2024 г. в размере 3 000 руб. суд признает недействительными, как принятыми за пределами полномочий данного органа управления. Данные требования заявлены истцами с соблюдением установленного законом срока.

Таким образом, исковые требования ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

исковые требования ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 удовлетворить частично.

Признать недействительными решения собрания правления гаражного кооператива №10 г. Шелехова от 30.12.2023 об утверждении сметы работ на 2024 г. и определении размера членского взноса на 2024 г. в размере 3 000 руб.

В удовлетворении требований ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 к гаражному кооперативу №10 г. Шелехова о признании недействительными протоколов собраний правления гаражного кооператива от 17.12.2020, от 27.12.2021, от 25.12.2022, и принятых на них решений, признании недействительными отчетов финансово-хозяйственной деятельности гаражного кооператива за 2020, 2021, 2022 гг. – отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного текста.

Судья: Петрович К.Э.

Мотивированный текст решения суда изготовлен 07 августа 2025 г.