№2-804/2022
№58RS0018-01-2020-002746-94
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
12 августа 2022 года
Ленинский районный суд г. Пензы в составе
председательствующего судьи Егоровой И.Б.
при помощнике ФИО9,
рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к ФИО11 о признании завещания недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО10 обратился в суд с названным иском, в котором просит признать недействительным удостоверенное 26 мая 2014 года (рег. номер 1-375) нотариусом ФИО12 завещание ФИО1, сыном которой он приходится.
В обоснование заявленных требований истец указал, что после смерти матери при обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства ему стало известно, что имеется завещание ФИО1, по которому квартира, расположенная по адресу: Адрес , завещана ФИО11 – сводной сестре ФИО1
Истец полагает, что на момент составления и подписания завещания ФИО1 находилась в психологической зависимости от ответчицы, которая была обусловлена обеспечением (обещанием) ответчицы издательства ее (ФИО1) книг. Ранее умершая, имеющая техническое образование, никогда не занималась и не пробовала заниматься писательским делом. Идея «фикс» написать книги об истории своей семьи появилась у ФИО1 неожиданно, после смерти матери в 2012 году. Немаловажную роль в этом сыграла ФИО11, которая была в авторитете у ФИО1, являясь сотрудником Центрального дома литераторов (г. Москва) и Клуба писателей ЦДЛ, манипулировала ФИО1 и навязывала ей эти мысли. В книгах очень мало фактического материала, документов-свидетелей прошлых лет, они написаны в жанре «семейной истории», но для ФИО1 издательство книг было сверхценной идеей.
Завещание ФИО1 было удостоверено нотариусом в период, когда ответчица находилась в г. Пензе в связи со второй годовщиной смерти матери ФИО1 и ФИО11 (бабушки истца). А в 2015 году ИПО «У Никитских ворот» (г. Москва) была издана книга, написанная ФИО1 «Судьба, единая с Россией», тиражом 50 экз. Осталась неизданной книга ФИО1 «Казак всегда казак», написанная ею в 2016 году. Сохранились ее черновики (рабочие материалы) для третьей книги «За каркасом событий гг. 1982-1992».
Истец также указывает, что с матерью у него всегда были доверительные отношения. Несмотря на то, что истец постоянно окружал заботой и вниманием своих родителей, особенно последние 14-15 лет в силу состояния их здоровья, ФИО1 при жизни не сообщила ему о наличии завещания в пользу ответчика. При этом в последние годы жизни ФИО1 постоянно говорила ему, что должна кому-то 200 000 руб. Но за возвратом долга к нему после смерти матери никто не обращался. Истец полагает, что, возможно, это как раз и был долг ФИО1 перед своей сестрой ФИО11 за издательство книги, что свидетельствует о несоответствии волеизъявления внутренней воли ФИО1 на отчуждение спорной квартиры в пользу ФИО11
Истец ФИО10 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить.
Ответчик ФИО11 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.
Представитель ФИО11 по доверенности ФИО13 в судебном заседании иск не признал, просил оставить его без удовлетворения.
Третьи лица нотариус ФИО12 и нотариус ФИО14 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в письменных заявлениях просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Заслушав пояснения истца и представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что ФИО1, являясь собственником квартиры по адресу: Адрес (л.д.97 т.1), путем составления завещания 58 АА 0662465 от 26 мая 2014 года, удостоверенного нотариусом г. Пензы ФИО12, завещала ее ФИО11 (л.д.94 т.1).
Также судом установлено, что Дата ФИО1 умерла (л.д.12 т.1).
Как следует из наследственного дела №147/2019 к имуществу умершей ФИО1, ФИО2, действующая от имени ФИО11, обратилась 6 февраля 2020 года к нотариусу ФИО14 с заявлением о принятии наследства по завещанию (л.д.90 т.1).
Кроме того, с заявлениями о принятии наследства по закону к нотариусу ФИО14 обратился ФИО10, являющийся ее сыном (л.д.91,92 т.1), на основании которых ему выданы свидетельства о праве на наследство по закону на следующее имущество ФИО1: ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: Адрес (л.д.112 т.1), автомашину марки «Шевроле Нива», регистрационный знак Номер (л.д.112 об.), а также на компенсации по закрытым денежным вкладам по счетам, находящимся в подразделении №8624/1051 Поволжского банка ПАО Сбербанк (л.д.113 т.1), страховую пенсию по старости и ЕДВ (л.д.113 об.).
Данные обстоятельства подтверждаются материалами гражданского дела.
Обращаясь в суд с иском, истец ФИО10, ссылаясь на положения ст.ч.1 ст.177 ГК РФ, считает, что завещание ФИО1, удостоверенное нотариусом ФИО12, является недействительным, на момент составления и подписания завещания его мать находилась в психологической зависимости от ответчицы, которая была обусловлена обеспечением (обещанием) издательства ее (ФИО1) книги «Судьба, единая с Россией».
В ходе рассмотрения настоящего дела истец дополнил основания заявленных требований, утверждая, что в силу состояния своего здоровья - наличия хронического заболевания - сахарного диабета ФИО1 на момент составления завещания была не способна понимать значение своих действий или руководить ими.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания.
Положениям ст. 1119 ГК РФ предусмотрено, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания данной сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания и заключения договора, степень его тяжести, имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
В соответствии с положениями статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
При этом в силу вышеназванной нормы бремя представления доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 не понимала в момент составления завещания значения своих действий, лежит на истце.
В ходе судебного разбирательства доказательств, что в момент совершения сделки ФИО1, распоряжаясь имуществом, находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, истцом в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ не представлено.
Как следует из текста завещания 58 АА 0662465 от 26 мая 2014 года, удостоверенного нотариусом г. Пензы ФИО12, на момент составления завещания ФИО1 находилась в здравом уме и твердой памяти, действовала добровольно.
Содержание ст.1149 Гражданского кодекса РФ нотариусом разъяснено. Текст завещания по ее просьбе записан нотариусом с ее слов и до его подписания прочитан лично в присутствии нотариуса.
Таким образом, ФИО1, как наследодатель, распорядилась своим имуществом на случай своей смерти по своему усмотрению, и распорядилась им (в части квартиры по адресу: Адрес ), составив завещание, в котором указала наследником сводную сестру ФИО11
Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов №838 от 21 июня 2021 года в представленных материалах гражданского дела не имеется сведений, указывающих на наличие у ФИО1 на момент составления завещания 26 мая 2014 года хронического психического расстройства, лишавшего ее возможности правильно понимать значение своих действий и руководить ими.
Психологический анализ содержащихся в материалах гражданского дела свидетельских показаний и медицинской документации, отражающей информацию о подэкспертной ФИО1 на период времени, максимально приближенный к юридически значимой дате составления завещания от 26 мая 2014 года, позволяет заключить: у ФИО1 по состоянию на 26 мая 2014 года не имелось таких индивидуально-психологических особенностей, в том числе и признаков зависимости от ФИО15, которые могли бы существенно повлиять (ограничивать) на ее способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент выдачи ею доверенности (л.д.64-68 т.2).
Допрошенные в судебном заседании 6 апреля 2022 года эксперты ФИО3, ФИО4 вышеуказанное заключение посмертной экспертизы поддержали в полном объеме, подробно ответили на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным по его результатам заключением.
Как следует из заключения дополнительной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов №838 от 15 июля 2022 года, в представленных материалах гражданского дела не имеется сведений, указывающих на то, что имеющееся у ФИО1 на момент составления завещания 26 мая 2014 года хроническое соматическое заболевание (сахарный диабет и др.) повлияли на ее возможность правильно понимать значение своих действий и руководить ими.
Ввиду отсутствия сведений о лекарственных препаратах, назначенных ФИО1 в 2014 году, исследовать вопрос о влиянии лекарственных препаратов на возможность ФИО1 правильно понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания от 26 мая 2014 года не представляется возможным (л.д.230-232 т.2).
Экспертизы проведены по материалам настоящего гражданского дела и медицинской документации в отношении ФИО1 представленной экспертам, сведения из которых в отношении характеристики личности последней, ее состоянии здоровья и индивидуально-психологических особенностях изложены в исследовательской части заключения. При проведении экспертизы использовались методы клинического анализа истории жизни, соматического и неврологического статусов по представленной медицинской документации, психопатологический анализ и оценка психического состояния испытуемой в интересующий период.
Экспертизы проведены экспертами комиссионно в составе трех врачей-психиатров и психолога, имеющих образование, позволяющее выполнить назначенную судом экспертизу, которые предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Нарушений при производстве экспертизы и даче заключений требованиям Федерального закона от 31 мая 2002 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статьям 79, 83 - 86 ГПК РФ, которые бы свидетельствовали о некомпетентности экспертов, неполноте, недостоверности проведенных экспертиз, недопустимости заключений не установлено.
Оснований не доверять вышеуказанным заключениям судебных экспертов, обладающих специальными познаниями, у суда не имеется.
Допрошенная в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО5, являющаяся соседкой ФИО1, в судебном заседании 7 апреля 2021 года пояснила, что ей известно о наличии у умершей сахарного диабета, до последних дней она оставалась разумной, адекватной, четкомыслящей женщиной, к которой жители подъезда обращались за советом.
Свидетель ФИО6, являвшаяся лечащим врачом ФИО1, в судебном заседании 15 апреля 2021 года пояснила, что последняя являлась социально адаптированной, целеустремленной, активно занималась лечением супруга. При посещении ФИО1 на дому 4 декабря 2019 года, она вела себя адекватно.
Показания свидетелей ФИО5 и ФИО7, заверенные нотариусом ФИО8 (л.д.138,139 т.2), фактов, свидетельствующих об особенностях поведения наследодателя ФИО1, не содержат. При этом из пояснений свидетелей следует, что от самой ФИО1 им известно о составлении завещания на квартиру в пользу ФИО16 в качестве компенсации за публикацию книги. Однако при жизни она хотела его отменить, но не успела.
Исходя из пояснений свидетелей, заключений судебной экспертизы каких-либо сомнений относительно психического состояния не установлено, совокупность указанных доказательств свидетельствует о том, что состояние ФИО1 на дату составления завещания не препятствовало ей целостно осмысливать существо завещания, осознавать юридические особенности и прогнозировать его (завещания) последствия, поскольку находилась в здравом уме и светлой памяти, была способна понимать значение своих действий и руководить ими.
Доводы истца о наличии у его матери желания опубликовать написанную ею книгу «Судьба, единая с Россией» (год издания 2015 год), которая, по мнению истца, была для нее «сверхценной идеей», не свидетельствует о ее неадекватности и наличии такого психического заболевания, при котором она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Напротив, такого состояния по результатам судебной экспертизы не установлено, на учете у врача психиатра она не состояла.
Суд считает, что доводы истца сводятся к оспариванию волеизъявления ФИО1 на завещание принадлежащего ей имущества.
Учитывая, что относимых, допустимых и достоверных доказательств, опровергающих выводы экспертов об отсутствии данных о наличии у ФИО1 каких-либо психических расстройств, заболеваний, эмоционально-волевых нарушений в юридически значимый период, которые могли препятствовать последней осознавать характер совершаемых ею действий и руководить ими, истцом не представлено и в судебном заседании не добыто, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.
Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО10 к ФИО11 о признании завещания недействительным оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Ленинский районный суд г. Пензы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 19 августа 2022 года.
Судья И.Б. Егорова