УИД № 74RS0042-01-2025-000015-02
Дело № 2-83/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Усть-Катав 26 февраля 2025 года
Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего Хлёскиной Ю.Р.,
при секретаре Часовой Е.А.,
с участием истца ФИО3,
её представителя ФИО4,
ответчика ФИО5,
его представителя ФИО6,
третьего лица ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 о признании недействительным договора дарения жилого дома, применении последствий недействительности договора,
установил:
ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО5, с учётом уточнений, просит признать недействительным договор дарения от 31 июля 2024 года жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, отменить переход права собственности на жилой дом.
В обоснование своих требований сослалась на то, что она проживает в доме, расположенном по адресу: <адрес>, который перешел ей по наследству в 1991 году смерти мужа ФИО1. Право собственности на земельный участок, кадастровый №, принадлежит ей на основании свидетельства о государственной регистрации права <адрес> от 29.12.2012 года. Она всегда считала, что все её имущество, после её смерти, достанется поровну её детям сыну Геннадию и дочери Елене, о чем она постоянно говорила. Летом 2024 года они с сыном ФИО5 ездили к нотариусу, для оформления документов, которые ей будут необходимы в дальнейшем. Позже от дочери Елены она узнала, что 01.08.2024 года Усть-Катавским отделом Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области зарегистрирован переход права собственности на объект жилой дом по адресу: <адрес>. Через «Госуслуги» она узнала, что ею был оформлен договор дарения указанного дома на ФИО5, однако никакого договора она не подписывала и дом дарить не собиралась. Может предположить, что такой договор мог составить сын против её воли. Указанный договор дарения у неё отсутствует, она его не видела и не подписывала.
При так называемом совершении предполагаемой сделки по дарению дома, ей никем не разъяснялись условия договора дарения, и в силу своего возраста и состояния здоровья у неё возникли трудности в восприятии смысла подписываемого документа. То, что, совершая указанную сделку, она может лишиться принадлежащего ей недвижимого имущества, в том числе и права проживания в доме, она поняла только сейчас.
Дарение - это безвозмездная передача недвижимости или другого имущества дарителем без-каких либо обязательств со стороны одаряемого. К примеру, если даритель планировал сохранить жилье в своем владении и пользовании, то договор, по сути, фиктивный. В этом случае такие условия считаются незаконными и противоречащими понятию договора дарения, поэтому договор с самого начала не законен и не мог быть заключен. Если даритель указывает в дарственной встречное требование, то это можно считать юридическими нарушениями, не допускающими проведение сделки. Пунктом 7 оспариваемого договора дарения предусмотрено встречное требование, закрепляющее права пожизненного проживания дарителя, что в свою очередь лишает одаряемого воспользоваться своими правами, предусмотренными ст. 209 ГК РФ, исходя из чего, указанный договор следует признать ничтожной сделкой. Согласно статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом. На основании пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Положениями п. 1 ст. 178 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. По смыслу вышеприведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду (л.д. 4-5, 62-63).
Определение суда от 6 февраля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена ФИО7 (л.д. 46).
Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования полностью поддержала, просила удовлетворить их в полном объеме, пояснила, что не понимала, что подписывает договор дарения своего имущества, у неё не было намерения подарить дом сыну.
Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО3 полностью поддержал, ссылаясь на доводы, указанные в исковом заявлении.
Ответчик ФИО5 с исковыми требованиями не согласился, пояснил, что действительно, ФИО3 подарила ему жилой дом по адресу: <адрес>. Данное решение она приняла самостоятельно, никто давление на неё не оказывал. Она сама предложила ему оформить на него дом, он согласился. Договор дарения оформляли в МФЦ г. Усть-Катава. Сотрудник МФЦ спрашивала ФИО3, понимает ли она, что дарит дом сыну, та сказала, что знает.
Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании пояснил, что с исковыми требованиями не согласны, считает, что договор дарения является законным. У истца были намерения подарить дом сыну. На протяжении многих лет ФИО5 ухаживал за матерью, у них были доброжелательные отношения, конфликтов не было. Она, находясь в твёрдой памяти и в здравом уме, оформляла договор дарения. Стороны предусмотрели пожизненное право регистрации и проживания истца в доме. Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра. Истец просит признать договор дарения недействительным, но доказательств, подтверждающих недействительность договора, не представлено.
Третье лица ФИО7 в судебном заседании пояснила, что поддерживает исковые требования, в конце сентября 2024 года ей стало известно, что её мама ФИО3 подарила дом сыну ФИО5 Мама никогда не говорила ей о том, что хочет подарить дом ФИО5 Со слов мамы, она не знала, что подписывает. Желает, чтобы дом вернули маме.
Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области ФИО8, действующая на основании доверенности от 23.01.2025 года (л.д. 37), в судебное заседание не явилась, извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом (л.д. 56); представила мнение на исковое заявление, указав, что государственная регистрация прав проводится на основании решения суда только при поступлении заявления лица, у которого право возникает на основании решения суда либо право которого подтверждено решением суда, без соблюдения заявительного порядка решение суда не может быть исполнено. Просит рассмотреть дело в своё отсутствие (л.д. 35-36).
Учитывая наличие сведений о надлежащем извещении о времени и месте судебного разбирательства представителя третьего лица, при отсутствии ходатайств об отложении судебного заседания, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.
Выслушав истца, ответчика, их представителей, третье лицо, исследовав письменные материалы дела, суд находит требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
В силу ч. 1 ст. 8 Гражданского кодекса и Федерации (далее - ГК РФ), гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Ч. 2 ст. 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
В судебном заседании установлено, что 31 июля 2024 года между ФИО3 и её сыном ФИО5 заключен договор дарения жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>.
Отчуждаемый жилой дом с кадастровым номером №, общей площадью 35,4 кв. м., принадлежит дарителю на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 27.06.1991 года, выданного 23.07.2024 года и удостоверенного нотариусом нотариального округа Усть-Катавского городского округа ФИО2. 23.07.2024 года.
Отчуждаемый земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 600 кв. м., принадлежит дарителю на праве собственности. Государственная регистрация права собственности произведена в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 29.12.2012 г. сделана запись регистрации №.
Согласно п. 6 Договора дарения от 31 июля 2024 года настоящий договор дарения является одновременно актом приёма-передачи объекта недвижимого имущества (л.д.44).
Пунктом 7 Договора дарения установлено, на момент заключения настоящего договора в доме зарегистрирована ФИО3, которая сохраняет пожизненную регистрацию и проживание.
Согласно п. 9 Договора дарения стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях (л.д. 44).
Также установлено, что вышеуказанный договор дарения от 31 июля 2024 года зарегистрирован в установленном порядке 1 августа 2024 года, о чём в Едином государственном реестре недвижимости имеются номера государственной регистрации №, № (л.д.29-30, 31-32).
Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В силу пункта 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка).
В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Положениями ч. 2, 3 ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.
Как следует из статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Из положений статьи 167 Гражданского кодекса РФ следует, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В данном случае последствия договора дарения выражаются в переходе к одаряемому права собственности на недвижимое имущество.
В соответствии с положениями ст. 1 Федерального закона от 13 июля 2015 № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (часть 3).
Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке (часть 5).
Из положений пунктов 52 - 53, 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как поясняла истец, поводом для обращения в суд с указанным иском явилось то, что в момент совершения сделки с сыном, она не была способная понимать значение своих действий, руководить ими, намерения дарить квартиру сыну у нее не было, договор дарения она подписывала, не понимая последствий. Представитель истца просил признать договор дарения недействительным в соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что оспариваемый договор заключен под влиянием заблуждения.
На основании п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В силу положений п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Согласно п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
По смыслу вышеприведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.
Разрешая заявленные исковые требования в порядке п. 3 ст. 196 ГПК РФ относительно заблуждения ФИО3 при совершении заключенного 31 июля 2024 года между истцом и ответчиком договора дарения жилого дома и земельного участка, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку названный довод является голословным и ничем не подтвержден.
Поскольку сделка может быть признана недействительной только по основаниям и с предусмотренными законом последствиями, суд обязан установить наличие обстоятельств, с которыми закон связывает признание сделки недействительной и наступление определенных юридических последствий, а на истца возложена обязанность доказать эти обстоятельства.
Договор дарения от 31 июля 2024 года заключен в простой письменной форме, подписан собственноручно сторонами, при этом, факт безвозмездного отчуждения недвижимого имущества подтверждается содержанием договора дарения, факт подписания договора дарения лично истец во время рассмотрения дела не оспаривала, подтверждение того, что спорный договор был заключен под какими-либо условиями, суду представлено не было, а ответчик данный факт отрицает.
Приведённые истцом доводы не подтверждены соответствующими доказательствами по делу, истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не доказано, что, заключая договор дарения, она добросовестно заблуждалась относительно природы сделки и ее последствий, а также, что имел место обман со стороны ответчика при заключении оспариваемого договора.
В судебном заседании нашло своё подтверждение, что сторонами были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности на спорное недвижимое имущество, действительная воля сторон договора дарения была направлена на создание данных правовых последствий, условия, определённые сторонами в договоре, исполнены ими. Договор дарения жилого дома и земельного участка был совершён истцом ФИО3 в пользу своего сына ФИО5, который является для дарителя близким человеком, в связи с чем, само по себе желание ФИО3 заключить договор дарения при таких обстоятельствах, не может быть поставлено под сомнение.
Факт наличия собственноручной подписи истца в договоре дарения подтвержден истцом в судебном заседании.
В тексте договора указано, что его стороны не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.
Истцом не представлено объективных и допустимых доказательств, свидетельствующих о заключении договора дарения от 31 июля 2024 года под влиянием заблуждения. ФИО3 лично принимала участие в заключение сделки, подписывала договор дарения и подавала заявление на его регистрацию. Тем самым ФИО3 в момент заключения договора дарения спорного жилого помещения осознавала природу договора и не находилась в состоянии заблуждения.
Кроме того, ссылку на то обстоятельство, что в силу преклонного возраста ФИО3, она не могла оценить условия договора, суд считает несостоятельной, поскольку из поведения истицы и дачи ею пояснений в суде, следует, что истица понимает и говорит на русском языке, не задаваемые вопросы в ходе судебного разбирательства отвечает. Тем самым, не имеется оснований полагать, что истец ФИО3 заключила договор дарения квартиры под влиянием заблуждения.
Не представлено суду каких-либо достоверных доказательств, подтверждающих, что при заключении договора дарения волеизъявление истца сформировалось под влиянием обмана, доказательств умысла ответчика на завладение недвижимым имуществом.
Доказательств, подтверждающих наличие порока воли у ФИО3 при заключении оспариваемого договора дарения, а также доказательств, свидетельствующих о том, что даритель, распоряжаясь имуществом, находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, также не представлено.
Кроме того, довод истца о том, что ФИО3 не осознавала своих действий и не могла предусмотреть все последствия заключения спорного договора дарения не подтвердился в суде, так как пожилой возраст не может служить основанием полагать, что ФИО3 не осознавала своих действий, медицинских документов, подтверждающих нарушение психического состояния суду представлено не было.
Не соглашается суд и с доводом истца о том, что она не могла прочитать текст договора в силу плохого зрения, поскольку объективного подтверждения указанное обстоятельство не нашло. Кроме того, из объяснений истца и третьего лица следует, что ФИО3 выписывает газету «Усть-Катавская неделя», читает новости. Договор дарения истец заключила добровольно, собственноручно подписала его с указанием полностью фамилии, имени, отчества, в присутствии сотрудника многофункционального центра; также подписала собственноручно и заявления о регистрации перехода права собственности на имущество к ответчику. Из текста оспариваемого договора следует, что он содержит все существенные условия договора дарения, которые изложены понятным языком, никакой двусмысленности в себе не содержат.
То обстоятельство, что при подписании документов, как истец сообщила суду, ей не был оглашен текст договора, должным образом она его не изучила, не может служить основанием для признания договора недействительным, так как существенным заблуждением данное обстоятельство не является, а свидетельствует только о недостаточной осмотрительности истца.
То обстоятельство, что жилой дома является для истца единственным жильем, само по себе не может являться достаточным основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества в виде жилого помещения любому лицу.
Ссылки стороны истца на недействительность договора дарения, поскольку с 31 июля 2024 года и до настоящего времени ФИО3 пользуется спорным имуществом, не могут быть приняты во внимание, поскольку сам факт пользования имуществом, равно как и представленные в подтверждение данного доводы доказательства, в том числе по оплате коммунальных услуг, не могут служить основанием для признания договора недействительным.
Также суд отмечает, что квалифицирующим признаком дарения является безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствие встречного предоставления. Любое встречное предоставление со стороны одаряемого делает договор дарения недействительным. Чтобы предоставление считалось встречным, оно необязательно должно быть предусмотрено тем же договором, что и первоначальный дар, может быть предметом отдельной сделки, в том числе и с другим лицом. В данном случае должна существовать причинная обусловленность дарения встречным предоставлением со стороны одаряемого, при наличии которого будет действовать правило о притворной сделке.
В связи с этим условие о сохранении права пользования жилым не может считаться встречным предоставлением со стороны ответчика, поскольку это право и так имелось у истца, в связи с чем оно не могло быть передано истцу ответчиком.
Суд принимает во внимание, что оспариваемый договор по своей форме и содержанию соответствует требованиям закона, сторонами согласованы все существенные условия, четко выражены предмет и воля сторон, договор не содержит встречных обязательств со стороны одаряемого. Договор исполнен, переход права собственности недвижимого имущества к одаряемому зарегистрирован.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что оснований для признания недействительным договора дарения от 31 июля 2024 года и применения недействительности сделки, не имеется, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований необходимо отказать в полном объеме.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО3 <данные изъяты> к ФИО5 (<данные изъяты> о признании недействительным договора дарения от 31 июля 2024 года жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, применении последствий недействительности договора, отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Усть-Катавский городской суд Челябинской области.
Председательствующий подпись Ю.Р.Хлёскина Решение не вступило в законную силу
Мотивированное решение изготовлено 28 февраля 2025 года.