Решение по делу № 2-3533/2023 от 05.10.2023 - о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов.

16RS0047-01-2019-004336-59

Дело №2-3533/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

5 октября 2023 года город Казань

Кировский районный суд города Казани Республики Татарстан в составе председательствующего судьи А.Р. Андреева, при секретаре судебного заседания Ю.В. Минуллиной,

с участием представителя истца, представителя ответчика,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ДИОН», Обществу с ограниченной ответственностью «Стоматология на Краснококшайской» о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ООО «ДИОН», ООО «Стоматология на Краснококшайской», в обоснование иска указав, что между ООО «Стоматология на Краснококшайской» в лице главного врача ФИО2 и истцом было заключено два договора на оказание платных медицинских услуг (стоматологическое лечение с использованием имплантатов) № <данные изъяты> года.

Истец предоставил ответчику всю медицинскую документацию, результаты лабораторных и инструментальных исследований, оплатил денежные средства за медицинские услуги в полном объеме.

Однако, медицинская услуга оказана некачественно, имеются негативные последствия для здоровья, потеряно доверие к врачам.

В результате медицинских манипуляций в клинике ответчика истец в тяжелом состоянии попала в реанимационное отделение ГАУЗ «РКБ МЗ РТ».

Врачами клиники ответчика не были учтены индивидуальные физиологические особенности истца (сопутствующая патология, прием лекарственных средств), в связи с чем был назначен непоказанный для истца метод восстановления зубных рядов.

В результате одномоментного удаления 5 зубов (11, 13, 17, 22, 23 зубов) и имплантации у истца на фоне имеющейся у нее в анамнезе лекарственной тромбоцитопении развился геморрагический синдром (кровотечение из лунки 17 зуба).

По мнению истца, имелись следующие недостатки оказания медицинской помощи ФИО1 в клинике ответчика, возникшие в результате действий/бездействия медицинского персонала: неполный и некачественный сбор анамнеза жизни и заболевания, несвоевременно проведены и не проведены дополнительные методы исследования и осмотр, недооценена степень тяжести сопутствующего заболевания, непринятия во внимание данных о ранее проводимых госпитализациях, исследованиях и лечении, не учтены при назначении и выборе метода лечения (восстановления зубных рядов) сопутствующие заболевания, которые в значительной степени оказывают влияние на течение основной патологии.

Ответчики отказались в добровольном порядке возместить материальный и моральный вред, причиненный истцу оказанием платных медицинских услуг ненадлежащего качества.

На основании изложенного, истец, с учетом уточнений исковых требований, просит суд взыскать с ответчиков в пользу истца в солидарном порядке денежные средства, уплаченные истцом по договорам на оказание платных медицинских услуг (стоматологическое лечение с использованием имплантатов) № <данные изъяты> года и № <данные изъяты> года в размере 455 662 рублей, компенсацию за причинение вреда здоровью в размере 3 000 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 2 500 000 рублей, штраф, неустойку в размере 3% от суммы 455 662 рубля с момента направления в адрес ответчиков претензии, то есть с ДД.ММ.ГГГГ года до момента принятия судебного решения, судебные расходы в размере 150 000 рублей.

Истец в суд не явилась, причинах неявки суду не известна.

Представитель истца исковые требования с учетом уточнений поддержал в полном объеме.

Представитель ответчиков ООО «ДИОН», ООО «Стоматология на Краснокошайской» иск не признал, по основаниям изложенным в отзыве на иск, а также просил суд в соответствии со статьей 333 ГК РФ снизить размер неустойки и штрафа.

Представитель третьего лица Министерство здравоохранения МЗ РТ в суд не явился, в материалах дела имеется ходатайство и отзыв.

Представитель третьего лица ГАУЗ «РКБ МЗ РТ» не явился, в материалах дела имеется ходатайство и отзыв.

Представитель третьего лица ГУ «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Татарстан» (далее ГУ ТФОМС РТ) не явился, в материалах дела имеется ходатайство и отзыв.

Представитель третьего лица ГАУЗ «Городская клиническая больница № 7 г. Казани» не явился, в материалах дела имеется ходатайство и отзыв.

Представитель третьего лица ЗАО СК «Чулпан» не явился, в материалах дела имеется ходатайство и отзыв.

Представитель третьего лица ООО «СК «АК БАРС МЕД» не явился, в материалах дела имеется ходатайство и отзыв.

Прокурор не явился, извещен, сведений о причинах неявки суду не представил.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материала дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что между ООО <данные изъяты>.

В соответствии с предметом вышеупомянутых Договоров Исполнитель обязался оказать Пациенту на возмездной основе медицинские услуги (стоматологическое лечение адентии, а именно ортопедическое лечение с использованием зубных имплантатов), отвечающее соответствующим требованиям, предъявляемым к методам диагностики, профилактики и лечения, а Пациент обязуется своевременно оплачивать стоимость предоставленных медицинских услуг, а также выполнять требования Исполнителя, обеспечивающие качественное предоставления медицинских услуг, включая сообщения необходимых для этого сведений.

Истец предоставила ответчику всю медицинскую документацию, результаты лабораторных и инструментальных исследований, исполнив тем самым условия заключенных Договоров.

В счет исполнения Договоров истец понесла расходы: условно-съемного протеза с опорой на 4 имплантатах – <данные изъяты>

Кроме того истцом понесены расходы: исследование на компьютерном томографе 3 D – 3080 рублей; распечатка снимка на электронном носителе 1 660 рублей. Данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела представителем ответчика не оспаривались.

В результате медицинских манипуляций в клинике ответчика, истец в тяжелом состоянии попала в реанимационное отделение ГАУЗ «Республиканская клиническая больница М3 РТ».

ДД.ММ.ГГГГ года в адрес ответчиков была направлена претензия.

ДД.ММ.ГГГГ года истец получил ответ на претензию, в которой ответчики отказались от добровольного возмещения материального и морального вреда.

Статья 41 Конституции Российской Федерации гарантирует гражданам право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1). Правила настоящей главы применяются к договорам оказания медицинских услуг (п. 2).

Правовым основанием гражданско-правовой ответственности за причинение вреда при ненадлежащем оказании медицинских услуг являются нормы главы 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда».

В соответствии со ст. ст. 1064, 1068 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом причинившим вред. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п. п. 3, 4 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон об основах охраны здоровья) медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Статьей 4 Закона об основах охраны здоровья предусмотрено, что основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи; приоритет профилактики в сфере охраны здоровья; соблюдение врачебной тайны.

Доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с настоящим Федеральным законом и применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (п. п. 3, 4 ст. 10 Закона об основах охраны здоровья).

Согласно части 1 статьи 37 Закона об основах охраны здоровья медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

Из части 2 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 8 статьи 84 Закона об основах охраны здоровья к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей).

В соответствии с п. 27 Постановления Правительства Российской Федерации № 1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг» исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

Согласно п. 7 ч. 1 ст. 29 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Согласно разъяснениям, данным в п. 13 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», исходя из преамбулы и пункта 1 статьи 20 Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, следует понимать:

а) неустранимый недостаток товара (работы, услуги) - недостаток, который не может быть устранен посредством проведения мероприятий по его устранению с целью приведения товара (работы, услуги) в соответствие с обязательными требованиями, предусмотренными законом или в установленном им порядке, или условиями договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемыми требованиями), приводящий к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцом и (или) описанием при продаже товара по образцу и (или) по описанию;

б) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерных расходов, - недостаток, расходы на устранение которого приближены к стоимости или превышают стоимость самого товара (работы, услуги) либо выгоду, которая могла бы быть получена потребителем от его использования.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности.

При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пункты 2, 3 статьи 13 Закона).

Под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При определении причиненных потребителю убытков суду в соответствии с пунктом 3 статьи 393 ГК РФ следует исходить из цен, существующих в том месте, где должно было быть удовлетворено требование потребителя, на день вынесения решения, если Законом или договором не предусмотрено иное (пункт 31 названного постановления Пленума).

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении дела по ходатайству представителя истца судом для установления факта некачественного лечения была назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ» (т. 3, л.д. 164-190).

Определением Кировского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 27 декабря 2022 года по делу назначена дополнительная судебная комиссионно-медицинская экспертиза. Производство экспертизы поручено Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Из заключения экспертной комиссии №5-п/вр-О (т. 5, л.д. 19-39) следует, что фактически выбранный способ зубного протезирования ФИО1 (с предварительным удалением всех верхних зубов, имплантацией и протезированием с опорой на 4 имплантата, удалением двух нижних зубов (34 и 35), имплантацией в области 34, 35, 45 зубов и протезированием), был не обоснован (показания к нему не определены).

Также отмечено, что по состоянию на март 2019 у пациентки имелись временные противопоказания к выбранному способу лечения, а именно наличие у пациентки тромбоцитопении неясного генеза в совокупности с применением ею дезагрегантной терапии (в рамках профилактики новых событий, обусловленных ишемической болезнью сердца), являлись временными противопоказаниями к плановому оперативному вмешательству (в объеме удаления зубов и имплантации как на верхней, так и на нижней челюсти), поскольку обуславливали высокий риск развития кровотечения в интра- и послеоперационном периоде.

Таким образом, подготовка пациентки к ортопедическому лечению в ООО «Стоматология на Краснококшайской» проведена неправильно; не были определены показания и противопоказания к ортопедическому лечению с предварительным хирургическим вмешательством удалением зубов и имплантацией.

Протоколы операции удаления зубов неинформативны (не содержат описания хода операции), что не позволило экспертам оценить соблюдение методики удаления зубов.

Протоколы имплантации от ДД.ММ.ГГГГ в целом соответствуют стандартным протоколам для такого вида операций. Вместе с тем, экспертами установлено, что имеет место неправильное позиционирование имплантата в области 45 зуба, подтвержденное данными КТ от ДД.ММ.ГГГГ (имплантат своей верхушкой прилежит к корню 44 зуба). Позиционирование имплантатов на верхней челюсти, а также имплантатов в области 34, 35 зубов удовлетворительное. По данным КТ от 09.09.2021 также установлено, что наружная вестибулярная пластинка в области 14 и 34 имплантатов отчасти не прослеживается, что может быть обусловлено как неточным исходным позиционированием имплантатов, так и закономерной убылью костной ткани вокруг имплантатов с течением времени. Достоверно сказать о причине этого экспертам не представилось возможным, поскольку КТ от 09.09.2021 выполнена более чем через два года после имплантации.

При оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «Стоматологии Краснококшайской» были не соблюдены требования «Клинических рекомендаций (протоколов лечения) при частичном отсутствии зубов», «Клинических рекомендаций (протоколов лечения) при полном отсутствии зубов» (после удаления зубов верхней челюсти пациентка переведена в последний протокол лечения), общепринятые требование дентальной имплантации и к проведению плановых оперативных вмешательств, изложенные в специальной литературе, а также положения «Критериев оценки качества медицинской помощи», утвержденных Приказом Минздрава России № 203 н от 10.05.2017

Таким образом, по мнению экспертов, имела место недооценка соматического и стоматологического статуса пациентки ФИО1, не были определены показания к ортопедическому лечению с предварительным удалением зубов и имплантацией и не установлены противопоказания к таковому.

Вышеуказанные дефекты диагностики и планирования стоматологического лечения привели к тому, что лечение пациентки (удаление зубов с одномоментной имплантацией) выполнено при наличии противопоказаний (тромбоцитопения и прием дезагрегантных препаратов), что является дефектом лечения.

Также экспертами установлены следующие дефекты лечения ФИО1 в ООО «Стоматология на Краснококшайской»: неверное позиционирование имплантата в позиции 45 зуба (верхушка которого прилежит к корню 44 зуба) - дефект лечения; на приеме ДД.ММ.ГГГГ после обнаружения кровотечения из зоны оперативного вмешательства на верхней челюсти не установлен диагноз; назначение явки через 4 дня являлось запоздалым (после развития послеоперационного кровотечения необходимо назначить явку на следующий день с целью динамического наблюдения за пациенткой) - дефекты диагностики и врачебной тактики.

По данным КТ от ДД.ММ.ГГГГ и результатам судебно-медицинского стоматологического обследования ФИО1 от 21.03.2023, все имплантаты на верхней и нижней челюсти остеоинтегрированы, клинико-рентгенологических признаков периимплантита не выявлено. То есть, имплантаты состоятельны. Также, в настоящее время у ФИО1 имеет место убыль костной ткани (атрофия) в области всех имплантатов (по данным КТ от 15.03.2023), что объясняется закономерным рассасыванием костной ткани в течение длительного периода времени (около 4 лет), прошедшего после имплантации.

Пациентка нуждается в завершении протезирования с опорой на имплантаты. Таковое возможно выполнить либо с применением методики, позволяющей провести протезирование при частичном обнажении имплантатов, либо с предварительной костной и/или мягкотканой пластикой в зоне обнаженных имплантатов. Наиболее целесообразно выполнить протезирование на имплантатах съемными протезами с фиксацией на локаторах или балке (что позволит в дальнейшем, в случае необходимости, выполнять коррекцию протеза без переделки всей конструкции и, кроме того, базисом съемного протеза можно закрыть зоны обнажения имплантатов, не прибегая к пластике). Окончательное решение данного вопроса (и соответственно, вопроса о показаниях к хирургическим вмешательствам) возможно после снятия с имплантатов формирователей десневой манжеты и по согласованию с пациенткой.

В отношении имплантата, установленного в позиции 45 зуба и прилежащего к 44 зубу, эксперты пояснили следующее: ввиду отсутствия признаков периимплантита в области этого имплантата можно фиксировать на него временную коронку и, при отсутствии признаков воспаления вокруг имплантата и/или 44 зуба, фиксировать на имплантат постоянную коронку с последующим динамическим клинико-рентгенологическим контролем; либо удалить имплантат в позиции 45 зуба и выполнить постоянное протезирование нижней челюсти без него.

Между дефектами, допущенными ООО «Стоматолога на Краснококшайской» (проведением оперативного вмешательства при ни противопоказаний) и усугублением тромбоцитопении вследствие развившего у ФИО1 кровотечения, имеется причинно-следственная связь.

Вследствие рецидивирующего кровотечения из зоны оперативного вмешательства, у ФИО1 развилась тяжелая кровопотеря, которая не могла быть купирована организмом самостоятельно и без оказания медицинской помощи закономерно закончилась бы летальным исходом.

Ввиду изложенного, ухудшение состояния здоровья ФИО1 (в виде рецидивирующего кровотечения и обильной (тяжелой) кровопотери), обусловленное дефектами оказания медицинской помощи в ООО «Стоматология на Краснококшайской», по признаку опасности для жизни расценивается, как тяжкий вред здоровью (согласно п. 6.2.3 Приказа ФИО3 №194н от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

В соответствии с частью 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса.

Согласно частям 1-4 статьи 67 этого же Кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Оценивая указанное заключение в соответствии с вышеприведенными нормами процессуального права и анализируя содержащиеся в его исследовательской части мотивы и аргументы, суд находит, что оснований не доверять выводам экспертной комиссии не имеется, поскольку экспертиза назначена и проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не предоставлено. Доказательств заинтересованности экспертов в исходе дела суду также не представлено.

При таких обстоятельствах, учитывая, что в соответствии с результатами проведенной по делу судебной экспертизы установлены дефекты при проведении лечебно-диагностических мероприятий ООО «Стоматология на Краснококшайской», вследствие которых истцу причинен тяжкий вред здоровью, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца к ООО «Стоматология на Краснококшайской» о возврате уплаченной за некачественно оказанные медицинские услуги денежной суммы в размере 450922 рублей.

При этом с учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что ООО «ДИОН» является ненадлежащим ответчиком по настоящему спору, поскольку каких-либо прав истца данным ответчиком нарушено не было. Доказательств обратному суду не представлено.

В соответствии с п. п. 1, 3 ст. 31 Закона о защите прав потребителей требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

За нарушение предусмотренных настоящей статьей сроков удовлетворения отдельных требований потребителя исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона.

В соответствии с пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Размер неустойки (пени) определяется, исходя из цены выполнения работы (оказания услуги), а если указанная цена не определена, исходя из общей цены заказа, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ истцом в адрес ответчиков направлена претензия о возврате уплаченных по договору на оказание медицинских услуг денежных средств, компенсации морального вреда. Претензия ответчиком оставлена без удовлетворения.

На момент рассмотрения дела ООО «Стоматология на Краснококшайской» не возвращены истцу денежные средства, уплаченные за некачественно оказанные медицинские услуги, не возмещены расходы связанные с оказанием услуг.

При таких обстоятельствах, учитывая, что в установленный статьей 31 Закона о защите прав потребителей десятидневный срок указанные в претензии требования истца не исполнены ответчиком, суд приходит к выводу об обязанности ООО «Стоматология на Краснококшайской» уплатить истцу неустойку в размере трех процентов от цены оказания услуги.

Поскольку сумма взысканной потребителем неустойки не может превышать цену отдельного вида оказания услуги, суд приходит к выводу о взыскании с ООО «Стоматология на Краснококшайской» в пользу истца неустойки в размере 450922 рубля.

Истцом заявлены требования о взыскании убытков в виде оплаты стоимости исследования на компьютерном томографе 3 D в размере 3080 рублей и распечатке снимка на электронном носителе в размере 1660 рублей.

С учетом установленных по делу обстоятельств суд, руководствуясь ст. 15 ГК РФ, ст. 29 Закона о защите прав потребителей, данные расходы относит к убыткам истца вследствие некачественно оказанной ответчиком медицинской услуги, поэтому указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Таким образом, суд находит, что с ООО «Стоматология на Краснококшайской» в пользу истца подлежат взысканию убытки в связи с оказанием некачественных медицинских услуг в размере <данные изъяты>

В силу ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Поскольку факт нарушения ответчиком прав потребителя нашел свое подтверждение, требование истца о взыскании компенсации морального вреда в силу ст. 15 Закона о защите прав потребителя также подлежит удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание возраст истца, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, претерпевание истцом болезненных ощущений, необходимость прохождения восстановительного лечения, требования разумности и справедливости, и приходит к выводу о взыскании с ответчика ООО «Стоматология на Краснококшайской» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Судом установлено, что истец обращался к ответчику с досудебной претензией о возврате уплаченных по договору на оказание медицинских услуг денежных средств, в связи с некачественным лечением, компенсации морального вреда, которая (претензия) ответчиком не исполнена. Следовательно, за неисполнение в добровольном порядке требований истца в его пользу с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку истцу присуждена денежная сумма <данные изъяты>» за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя, составляет 528 292 рубля.

Представителем ответчика в ходе рассмотрения дела заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ, относительно штрафа.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 75).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 15 января 2015 года № 7-О, часть 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает право суда уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, указанной в Определении от 21 декабря 2000 года № 263-О, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, при применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Явная несоразмерность заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел законодательством не предусмотрено, в силу чего только суд на основании своего внутреннего убеждения вправе дать оценку указанному критерию, учитывая обстоятельства каждого конкретного дела.

Таким образом, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки и штрафа, в случае их чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки и штрафа, то есть по существу, - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, поэтому применение к спорным правоотношениям положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не может расцениваться как нарушение прав и законных интересов истца-потребителя.

При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что указанный штраф имеет гражданско-правовую природу и по своей сути является предусмотренной законом мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, то есть является формой предусмотренной законом неустойки, полагает, что в данном случае размер штрафа необходимо снизить. Руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд уменьшает размер штрафа до 250 000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. В нарушение указанной обязанности, истцом в материалы дела не представлены доказательства наличия расходов на услуги представителя. В связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в заявленном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчиков, не освобожденных от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО7 ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Стоматология на Краснококшайской» (<данные изъяты> пользу ФИО8 ФИО1 (паспорт <данные изъяты> года) денежные средства в размере 455 662 (четыреста пятьдесят пять тысяч шестьсот шестьдесят два) рубля, неустойку в размере 455 662 (четыреста пятьдесят пять тысяч шестьсот шестьдесят два) рублей, 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, штраф в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО9 ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Стоматология на Краснококшайской» отказать.

В удовлетворении иска ФИО10 ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ДИОН» отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Стоматология на Краснококшайской» в соответствующий бюджет государственную пошлину в размере 14 306 (четырнадцать тысяч триста шесть) рубля 62 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Кировский районный суд г.Казани Республики Татарстан в течении месяца с дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 12 октября 2023 года.

Судья А.Р. Андреев