Решение по делу № 02-5307/2022~М-5321/2022 от 27.10.2022 - о признании кредитного договора расторгнутым, признании договора уступки прав требований недействительным, установлении факта истечения срока давности требований по кредитному договору, внесении изменений в кредитной истории и взыскании денежных средств.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

адрес 27 октября 2022 года

Бутырский районный суд адрес в составе председательствующего федерального судьи Завьяловой С.И., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-5307/2022 по исковому заявлению ФИО1 к Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» о признании кредитного договора расторгнутым, признании договора уступки прав требований недействительным, установлении факта истечения срока давности требований по кредитному договору, внесении изменений в кредитной истории и взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Бутырский районный суд адрес с исковым заявлением к Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» о признании кредитного договора №633/2011-0000746 заключенного между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО1 расторгнутым с 30 марта 2016 года, признании договора уступки прав требований между Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» недействительным, признании юридического факта истечении срока давности по требованиям кредитного договора №633/2011-0000746, взыскании компенсации морального вреда в сумме 1.000.000 рублей и внесении изменений в кредитной истории в бюро кредитных историй путем исключения сведений о истце как о должнике по кредитным обязательствам, мотивируя свои требования тем, что 24 июня 2010 года между истцом и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор №633/2011-0000746 в рамках которого на имя истца была изготовлена и выдана кредитная карта, обязательства по которой были исполнены истцом в полном объеме 30 марта 2016 года путем возвращения банковской карты в адрес банка держателя – Банк ВТБ (ПАО). Между тем, по утверждению истца, банком без ведом истца, кредитные правоотношения прекращены не были, а на кредитный договор №633/2011-0000746 была начислена сумма долга, которая в последствии была продана в рамках кредитного портфеля ООО «ЭОС».

Истец ФИО1 и её представитель по доверенности фио в судебное заседание явились, исковые требования поддержали и настаивали на их удовлетворении в полном объеме, по доводам приведенным в иске.

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения гражданского дела по существу был извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине.

Представитель ответчика ООО «ЭОС» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения гражданского дела по существу был извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине. Представил суду возражения на исковое заявление в котором в удовлетворении исковых требований просил суд отказать в полном объеме.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть настоящее гражданское дело по существу при данной явке.

Председательствующий, выслушав пояснения истца и его представителя, изучив доводы искового заявления и возражений нему, исследовав письменные материалы гражданского дела и установив значимые для дела обстоятельства, приходит к следующему.

Согласно ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п.1 ст.407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по кредитному договору банк или иная кредитная организация обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за нее.

Согласно части 1 статьи 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 395-I «О банках и банковской деятельности» (в редакции, действовавшей на момент заключения кредитного договора) процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам) и комиссионное вознаграждение по операциям устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено федеральным законом.

К банковским операциям статьей 5 названного Закона, в том числе отнесено, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц.

Материалами гражданского дела установлено, что 24 июня 2010 года между истцом ФИО1 и банком в лице Банк ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор №633/2011-0000746, в соответствии с которым, банк предоставил заемщику ФИО1 кредит, путем открытия кредитной линии с изготовление и выдачей заемщику кредитной банковской карты с установленной суммой овердрафта.

Названный кредитный договор был заключен на условиях срочности, платности и возвратности, а правоотношения по условиям пользования и возврата кредита были урегулированы Правилами предоставления и использования банковских карт ВТБ 24 (ПАО), с которым истец был ознакомлен при подписании кредитного договора и выразил свое полное согласие с ними.

Согласно п.7.1.10 Правил, клиент обязался - в случае расторжения договора по инициативе клиента – не менее чем за 10 дней до предполагаемой даты расторжения и при условии отсутствия задолженности передать в банк письменное заявление (уведомление) о расторжении договора и закрытии счета с обязательным указанием способа, которым ему должен быть возвращен остаток на счете после завершения обработки распоряжений и урегулирования задолженностей; - погасить задолженность перед банком по договору, в том числе сумму овердрафта и процентов за фактический срок пользования овердрафтом.

Как следует из письма Банка ВТБ (ПАО) за №5200/455000 от 29 апреля 2019 года по состоянию на 30 марта 2016 года за ФИО1 числится задолженность по банковской кредитной карте в сумме сумма, при этом после 30 марта 2016 года денежные средства в счет погашения задолженности по карте ФИО1 не вносилось.

В связи с образовавшейся кредитной задолженность по вышеназванному кредитному договору и в соответствии с Условиями кредитного договора, 12 сентября 2019 года Банк ВТБ (ПАО) уступил по договору цессии №185/2019/ДРВ право требования задолженности по кредитному договору ООО «ЭОС» в сумме долга сумма.

Таким образом с 12 сентября 2019 года ООО «ЭОС» является надлежащим кредитором ФИО1 по кредитному договору №633/2011-0000746 от 24 июня 2010 года.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец ФИО1 указала, что 30 марта 2016 года путем погашения ссудной задолженности по кредитному договору и возвратом банковской карты в адрес банка держателя – Банк ВТБ (ПАО), кредитный договор между сторонами был расторгнут. Истец с момент оплаты ссудной задолженности и до настоящего времени в адрес банка с предложением о заключении иных кредитных продуктов не обращалась, начисленная банком задолженность по кредитному договор №633/2011-0000746, а равно как и последующую уступка прав требований по нему, по мнению истца являются неправомерными и противоречат условиям договора. Истцом были выполнены действия по прекращению кредитных обязательств перед банком путем оплаты ссудной задолженности, иные кредитно-банковские правоотношения между сторонами отсутствовали.

Анализируя собранные по делу доказательства, суд находит доводы истца в части неправомерности начисления ссудной задолженности по кредитному договору и отсутствия согласия истца на заключение договора цессии - не состоятельными и подлежащими отклонению в полном объеме, в силу следующего.

В силу статьи 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора, добровольно принимают на себя права и обязанности, определенные договором, либо отказываются от его заключения.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1). Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в указанном кодексе (пункт 2).

Согласно статье 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором (пункт 1). Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее заимодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункт 3).

Как указано в статье 11 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" заемщик имеет право вернуть досрочно кредитору всю сумму полученного потребительского кредита (займа) или ее часть, уведомив об этом кредитора способом, установленным договором потребительского кредита (займа), не менее чем за тридцать календарных дней до дня возврата потребительского кредита (займа), если более короткий срок не установлен договором потребительского кредита (займа) (часть 4).

В случае досрочного возврата всей суммы потребительского кредита (займа) или ее части заемщик обязан уплатить кредитору проценты по договору потребительского кредита (займа) на возвращаемую сумму потребительского кредита (займа) включительно до дня фактического возврата соответствующей суммы потребительского кредита (займа) или ее части (часть 6).

Как судом указывалось ранее, 24 июня 2010 года между истцом ФИО1 и банком в лице Банк ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор №633/2011-0000746, в соответствии с которым, банк предоставил заемщику ФИО1 кредит, путем открытия кредитной линии с изготовление и выдачей заемщику кредитной банковской карты с установленной суммой овердрафта.

Согласно справке Банк ВТБ (ПАО) от 29 апреля 2019 года названный кредитный договор заключенный между банком и заемщиком ФИО1 является действующим и расторгнут не был. Кроме того, за заемщиком ФИО1 на момент изготовления справки числилась ссудная задолженность по кредитному договору в сумме сумма.

Согласно пункту 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается в результате надлежащего исполнения.

Между тем, судом установлено не было, а стороной истца не доказано, надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору №633/2011-0000746 от 24 июня 2010 года. Утверждения истца о возврате банковской карты в адрес банка эмитента (Банк ВТБ (ПАО) является исключительно правовой позицией последнего, документально подтверждено не были, а само возвращение банковской карты в адрес банка эмитента не свидетельствует о полном исполнении должником обязательств перед кредитной организацией.

Согласно статьям 56, 57, 59, 60 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно статье 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Принимая во внимание объем собранных по делу доказательств, суд находит доводы истца об исполнении перед ответчиком обязательств по кредитному договору №633/2011-0000746 от 24 июня 2010 года в полном объеме и признании задолженности отсутствующей – несостоятельными, поскольку согласно выписке банка - истцом 30 марта 2016 года в рамках исполнения кредитного договора были внесены денежные средства в сумме сумма, указанная сумма была недостаточной для полной оплаты суммы ссудной задолженности, которая по состоянию на день оплаты – 30 марта 2016 года – составляла сумма, при этом в материалы дела не представлены доказательства внесения истцом денежных средств в большем размере, чем отражено в выписке по счету. Ответчиком в лице банка предпринимались все необходимые меры для извещения истца о наличии у него задолженности по кредитному договору, что подтверждается представленными в материалы дела письменными уведомлением и требованием. Поскольку по состоянию на 12 сентября 2019 года задолженность истца по кредиту не была погашена в полном объеме, суд пришел к выводу об отсутствии у последнего оснований для расторжения кредитного договора и признании его исполненным 30 марта 2016 года.

Относительно требований истца о признании договора цессии недействительным, суд полагает необходимым указать следующее.

Как полагает истец, оспариваемое соглашение цессии от 12 сентября 2019 года является недействительным, поскольку между сторонами на момент заключения договора цессии отсутствовали какие-либо правоотношения, истец не давала своего согласия банку на передачу кредитных обязательств третьим лицам. Кроме того, при уступке права требования возврата кредита субъекту небанковской сферы кредитная организация не только передает информацию, составляющую банковскую тайну, в нарушение норм как общегражданского, так и специального законодательства, но и нарушает требования о защите персональных данных клиентов своего банка. Уступка банком своих прав требования третьему лицу, не равноценному банку либо иной кредитной организации по объему прав и обязанностей в рамках лицензируемого вида деятельности, может быть допустимо лишь с согласия должника.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии со ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 388 ГК РФ, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

В силу ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Из положений ст. 384 ГК РФ следует, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно письменным материалам гражданского дела 12 сентября 2019 года Банк ВТБ (ПАО) уступил по договору цессии №185/2019/ДРВ право требования задолженности по кредитному договору ООО «ЭОС» в сумме долга сумма.

Названный договор цессии был заключен в соответствии с условиями кредитного договора №633/2011-0000746 от 24 июня 2010 года, в котором стороны в числе ключевых условий указали на возможность переуступки прав кредитора другому лицу.

Кредитный договор на условиях установленных при его подписании сторонами сделки оспорен не был и является действующим.

Доводы истца о том, что у банка не имелось права уступить права требования третьему лицу, поскольку в таком случае будут нарушены права потребителя на банковскую тайну, судом отклоняются как основанные на неверном толковании норм материального права.

Условиями кредитования предусмотрено, что банк имеет право уступить, передать в залог любым третьим лицам или обременить иным образом полностью или частично свои права (требования) по карте и/или договору о карте третьему лицу (в том числе некредитной и небанковской организации).

Круг информации, который составляет банковскую тайну, определен в ст. 26 Закона о банках и банковской деятельности, ст. 857 ГК РФ. Этот круг информации держится в тайне только по тем операциям, которые совершаются по счету, а при уступке права требования третьему лицу передается иная информация о должнике, о сумме долга, о залоге. Информация о движении денежных средств по банковским счетам не передается, и права потребителя в том смысле, который заложен в Законе о защите прав потребителей, не нарушаются.

Ссылка истца на совершение сделки со злоупотреблением правом со стороны банка, также является не состоятельной и отклоняется судом в силу следующего.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из смысла вышеприведенных правовых норм и разъяснений их применения под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением, установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка, нарушающая запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, и посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна (ст. 168 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании договора недействительным по тому основанию, что одной из сторон договора допущено злоупотребление правом при его заключении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора, и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, установив юридически значимые для дела обстоятельства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделки цессии недействительной, поскольку не установил злоупотребления правом со стороны банка, в частности банк действовал в соответствии с достигнутыми сторонами соглашениями в кредитном договоре. При заключении договора цессии стороны исходили из экономической деятельности и в рамках действующего законодательства. Все действия банка осуществлены в порядке, предусмотренном заключенным с истцом кредитным договором, нарушений законодательства и условий договора со стороны банка допущено не было. Указанный договор подписан сторонами, реально исполнен, о чем свидетельствует факт получения истцом суммы кредита.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части признания недействительным заключенного между ответчиками договора уступки права (требования), суд также исходил из того, что оспариваемый договор цессии содержит все существенные условия, по которым сторонами достигнуто соглашение, соответствует требованиям закона о форме и содержании такого вида договоров, следовательно, является заключенным. Между ответчиками отсутствует спор относительно действительности оспариваемого договора. Обязанности по извещению участников сделки о произошедшей переуступке выполнены.

В части требований о признании юридического факта истечения срока давности требованиям вытекающим из кредитного договора, суд отмечает, что срок исковой давности в силу закона может быть применен только к заявленным требованиям, однако требования о взыскании ссудной задолженности ответчиком не заявлялись, в связи с чем суд находит не состоятельными требования о признании факта истечения срока давности по требованиями кредитного договора.

Наряду с этим суд отклоняет требования истца о возложении на ответчиком обязательств опровергнуть сведения содержащиеся в бюро кредитных историй, в силу следующего.

Источником формирования кредитной истории в части информации о задолженности истца по кредитному договору является ООО "ЭОС".

Согласно требованиям, к формату кредитных историй, источники формирования кредитных историй должны передавать в бюро кредитных историй информацию о переуступке прав требований (дату договора цессии), вместо даты заключения договора, а также общую сумму задолженности выкупленного долга.

В силу п. 1 ст. 5 ФЗ "О кредитных историях" источники формирования кредитной истории предоставляют всю имеющуюся информацию, определенную статьей 4 ФЗ "О кредитных историях", в бюро кредитных историй на основании заключенного договора об оказании информационных услуг.

Согласно ч. 5 ст. 5 ФЗ "О кредитных историях" источники формирования кредитной истории представляют информацию в бюро кредитных историй в срок, предусмотренный договором о предоставлении информации, но не позднее пяти рабочих дней со дня совершения действия (наступления события), информация о котором входит в состав кредитной истории в соответствии с настоящим Федеральным законом, либо со дня, когда источнику формирования кредитной истории стало известно о совершении такого действия (наступлении такого события). Источники формирования кредитной истории (за исключением источников, указанных в части 5.1 настоящей статьи) представляют информацию в бюро кредитных историй в форме электронного документа.

Обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским Кодексом РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором (ст. 407 ГК РФ).

Оснований для прекращения обязательств по кредитному договору суд не усматривает. Доказательств погашения задолженности по кредитным договорам истцом в материалы дела не представлено.

Кредитный договор является действующим, недействительным или незаключенным или расторгнутым судом не признавался. Соглашение о расторжении кредитного договора его сторонами не заключалось. Задолженность по кредитному договору не погашена.

Рассматривая доводы искового заявления о неправомерной обработке ответчиком персональных данных истца, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 3 ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее-Закон) следует, что обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.,

По смыслу ст. 6 Закона обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных (п. 1 ч. 1 ст. 6 Закона) либо без согласия - в случаях, когда такое согласие не требуется (п. 2 - 11 ч. 1 ст. 6 Закона).

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 6 Закона согласие субъекта персональных данных не требуется, если обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, в том числе в случае реализации оператором своего права на уступку прав (требований) по такому договору, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем.

Суд отмечает, что обработка ответчиком персональных данных истца- заемщика по кредитному договору, включая передачу персональных данных истца третьим лицам для целей исполнения кредитного договора, в силу п. 5 ч. 1 ст. 6 Закона не требует на то согласия истца, при наличии неисполненных обязательств истца - заемщика по кредитному договору.

Доводы искового заявления не подтверждаются материалами дела, не основываются на требованиях действующего законодательства Российской Федерации. В действиях ответчиков нарушений прав истца суд не усматривает и находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Оснований для применения статьи 13 Закона "О защите прав потребителей" не имеется, нарушений прав истца со стороны банка не усматривается.

Поскольку никаких обстоятельств, достоверно свидетельствующих о том, что со стороны ответчика допущено нарушение каких-либо прав и законных интересов истца, не установлено, правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» о признании кредитного договора расторгнутым, признании договора уступки прав требований недействительным, установлении факта истечения срока давности требований по кредитному договору, внесении изменений в кредитной истории и взыскании денежных средств – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мосгорсуд в течение месяца.

Федеральный судьяЗавьялова С.И.