Решение по делу № 2-2534/2024 от 24.01.2025 - о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Дело № 2-29/2025

УИД 35RS0010-01-2024-000458-67

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Вологда 24 января 2025 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Папушиной Г.А.,

при секретаре Калабышевой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к акционерному обществу «АльфаСтрахование», ФИО4 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к акционерному обществу «АльфаСтрахование» (далее – АО «АльфаСтрахование») о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Требования мотивировал тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) был поврежден принадлежащий ему автомобиль Toyota Camry, государственный регистрационный знак №. Виновником в ДТП признана ФИО4 АО «АльфаСтрахование», признав случай страховым, произвела страховую выплату в размере 319 100 рублей, что значительно ниже затрат для приведения автомобиля в состояние до ДТП. Согласно экспертному заключению №, выполненному ИП ФИО1, стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила 647 491 рублей 80 копеек.

С учетом уменьшенных исковых требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ответчика ущерб в размере 247 491 рубля 80 копеек, расходы по оценке в размере 7 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, неустойку за период с 30 июня 2023 года по 19 декабря 2023 года в размере 139 148 рублей, расходы на представителя в размере 14 000 рублей.

Определением суда от 20 февраля 2024 года, внесенным в протокол судебного заседания, третье лицо ФИО4 исключена их числа третьих лиц, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмет спора, и привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен. Его представитель по доверенности ФИО5 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Выводы дополнительной судебной экспертизы не оспаривает, просит учесть данные, предоставленные стороной истца, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Не согласен с наличием у ФИО3 нарушений в части езды по обочине, поскольку до ДТП он съехал на полосу дорожного движения. Тот факт, что ФИО3 выехал на полосу дорожного движения с обочины, не состоит в причинно-следственной связи с ДТП. Надлежащим ответчиком полагает АО «АльфаСтрахование», так как при обращении в страховую компанию ремонт автомобиля организован не был. Проставленная в заявление о страховом случае машинописная галочка на получение денежных средств соглашением фактически не является. В устной форме страховщик сообщил, что ремонт невозможен в виду отсутствия договоров с СТОА. Не оспаривает, что подпись в заявлении истца.

Ранее истец ФИО3 пояснил, что ехал со стороны ул. Конева по Окружному шоссе, после моста остановился на обочине, чтобы осмотреть колесо. Поправив брызговик, поехал в сторону Пошехонского шоссе, была пробка, попросился налево, не пускали на полосу перестроится. Двигался по обочине, увидев за 3 метра, что между машинами появилось расстояние, хотел встать на это место. Притормозил и в это время между машинами выехала Лада Гранта. Скорость была 50-60 км/ч, в момент столкновения скорость была 30-40 км/ч. Расстояние, которое проехал автомобиль Lada Granta с момента выезда на полосу движения автомобиля истца до столкновения составляет 6,8 м; скорость движения автомобиля Lada Granta составляет 16 км/ч.

Ответчик ФИО4 и ее представитель по доверенности ФИО6 с исковыми требованиями не согласились, просили в иске отказать. Пояснили, что с расчетами стороны истца не согласны, так как они носят субъективный характер, основаны на видео, оригинал который суду не предоставлен, переснят на телефон с экрана компьютера более года назад. Автомобиль ФИО4 практически стоял, до скорости 25 км/ч разогнаться не могла, она только начала набирать скорость. Истец двигался с грубым нарушением ПДД по обочине, которая не предназначена для движения. Полагает, что движение истца по обочине состоит в причинно-следственной связи с ДТП, поскольку выезжая с обочины на дополнительную полосу истец должен был реагировать на наличие препятствия в виде автомобиля ответчика, именно движение по обочине спровоцировало ДТП.

Ранее ответчик ФИО4 пояснила, что ехала в дилерский центр LADA, примерно в 08 часов 30 минут со стороны Пошехонского шоссе, были пробки, ехала со скоростью 60 км/ч, ограничительных знаков скорости не было. Перед поворотом налево остановилась, встречный поток машин также остановился, так как были пробки. Убедившись, что ее пропускают, начала поворот, скорость была 5 км/ч. Когда проехала полосу для разгона и торможения, в заднюю часть машины въехал автомобиль ФИО3 Расстояние, которое проследовал автомобиль Lada Granta с момента начала выезда из-за автомобиля, который стоял без движения на встречной полосе до столкновения составляло 3,5 м; в автомобиле Lada Granta не было пассажиров, но был груз весом 40 кг, скорость автомобиля истца составляла 30 км/ч, в его автомобиле пассажиров не было.

Представители ответчика АО «АльфаСтрахование» по доверенностям ФИО7 и ФИО8 с заявленными исковыми требованиями не согласились, просили в иске отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве и дополнении к нему. В отзыве и дополнении к нему указали, что обращаясь в страховую компанию 08 июня 2023 года истец выбрал в качестве формы возмещения путем перечисления денежных средств на банковские реквизиты. 28 июня 2023 года ответчиком произведена страховая выплата в размере 319 100 рублей, по претензии доплата в размере 80 000 рублей (до лимита ответственности). Поскольку истцом была избрана денежная форма возмещения, оснований для взыскания убытков не имеется. Полагают, что нарушения требований пунктов 8.1, 8.8 ПДД со стороны ФИО4 носят формальный характер и не состоят в причинной связи с ДТП, поскольку непосредственным виновником ДТП является ФИО3, двигавшийся по обочине и нарушивший пункты 9.9, абзац 2 пункта 10.1 ПДД. В случае удовлетворения исковых требований просит применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к штрафу, неустойки, а также снизить размер расходов на представителя, компенсацию морального вреда.

Третьи лица САО «ВСК», Уполномоченный по правам потребителей финансовых услуг о дате и времени рассмотрения дела извещены, в судебное заседание не явились.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что 21 апреля 2024 года по адресу: <адрес>, произошло ДТП с участием автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО3 и автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер № под управлением ФИО4

Постановлением № от 21 апреля 2024 года ФИО4 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.14 КоАП РФ и подвергнута наказанию в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

Гражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП застрахована в АО «АльфаСтрахование» (страховой полис №), виновника ДТП ФИО4 – САО «ВСК» (страховой полис №).

08 июня 2023 года ФИО3 обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о наступлении страхового случая, в котором просил перечислить денежные средства на банковские реквизиты.

Этим же числом АО «АльфаСтрахование» был проведен осмотр транспортного средства и составлен акт №.

16 июня 2023 года АО «АльфаСтрахование» был проведен дополнительный осмотр транспортного средства, о чем был составлен акт №.

Согласно экспертному заключению № от 20 июня 2023 года, выполненного ООО «НМЦ «ТехЮр сервис», стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа деталей составляет 511 531 рублей 58 копеек, с учетом износа – 319 100 рублей.

Платежным поручением № от 28 июня 2023 года АО «АльфаСтрахование» осуществило выплату страхового возмещения в размере 319 100 рублей.

03 августа 2023 года ФИО3 направил в адрес страховщика претензию о доплате страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 80 000 рублей, выплате расходов на проведение независимой экспертизы в размере 7 500 рублей, неустойки.

Письмом № от 11 августа 2023 года АО «АльфаСтрахование» уведомило ФИО3 об отказе в удовлетворении требований.

Не согласившись с отказом страховой компании, 10 октября 2023 года ФИО3 обратился в службу финансового уполномоченного с требованием о взыскании доплаты страхового возмещения 80 000 рублей, выплате расходов на проведение независимой экспертизы в размере 7 500 рублей, неустойки.

Решением финансового уполномоченного от 08 ноября 2023 года №№ в удовлетворении требований ФИО3 о взыскании с АО «АльфаСтрахование» доплаты страхового возмещения по договору ОСАГО, расходов на проведение независимой экспертизы, неустойки отказано.

В ходе рассмотрения дела АО «АльфаСтрахование» произвело доплату страхового возмещения до лимита ответственности страховщика, выплатив 02 февраля 2024 года на основании платежного поручения № страховое возмещение в размере 80 900 рублей.

Пунктом 1 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами.

Статья 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) предусматривает, что по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 4 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 названного выше федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 этого закона.

На основании пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Согласно пункту 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 данной статьи) в соответствии с пунктом 15.2 данной статьи или в соответствии с пунктом 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 данной статьи.

Как разъяснено в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства и (или) проведения его независимой технической экспертизы обязан выдать потерпевшему направление на ремонт, в том числе повторный ремонт в случае выявления недостатков первоначально проведенного восстановительного ремонта, на станцию технического обслуживания, которая соответствует требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего (пункт 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО).

По смыслу приведенных норм права и акта их толкования, страховая компания обязана выдать направление на ремонт на станцию технического обслуживания, которая соответствует требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, при условии согласования сроков и полной стоимости проведения такого ремонта.

Перечень случаев, когда страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств вместо организации и оплаты восстановительного ремонта осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

Согласно статье 16.1 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет) в случае: а) полной гибели транспортного средства; б) смерти потерпевшего; в) причинения тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего в результате наступления страхового случая, если в заявлении о страховом возмещении потерпевший выбрал такую форму страхового возмещения; г) если потерпевший является инвалидом, указанным в абзаце первом пункта 1 статьи 17 настоящего Федерального закона, и в заявлении о страховом возмещении выбрал такую форму страхового возмещения; д) если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом «б» статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания; е) выбора потерпевшим возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем шестым пункта 15.2 настоящей статьи или абзацем вторым пункта 3.1 статьи 15 настоящего Федерального закона; ж) наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, законом предусмотрены специальные случаи, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, может осуществляться в форме страховой выплаты.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 в отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме. О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать, в том числе, выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Вместе с тем вопреки указанным требования закона и разъяснениям по их применению, обстоятельств, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО в силу которых страховая компания имела право заменить без согласия потерпевшего организацию и оплату восстановительного ремонта на страховую выплату, по настоящему делу не установлено.

Доказательств наличия согласия потерпевшего на страховую выплату, предусмотренную абзацем 6 пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, либо заключения между сторонами соглашения о возмещении вреда в денежной форме материалы дела не содержат.

Ссылка ответчика АО «АльфаСтрахования» о выборе истцом денежной формы несостоятельна, поскольку в заявлении о наступлении страхового случая от 08 июня 2023 года какие-либо отметки в соответствующей графе 4.1 (вариант страхового возмещения) отсутствуют, избранный вариант не подчеркнут. Проставление без участия истца машинописным способом галочки в пункте 4.2 заявления само по себе не свидетельствует о заключении между страховщиком и истцом соглашения о денежной форме страхового возмещения. Кроме того, согласно примечанию к пункту 4.2 он заполняется при осуществлении страховой выплаты в случае причинения вреда жизни и здоровью потерпевшего, а также при наличии условий, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ. Само заявление реквизитов счета не содержит.

Кроме того, позиция АО «АльфаСтрахование» о заключенном 08 июня 2024 года с истцом соглашении об изменении формы страхового возмещения с натуральной на денежную противоречит фактическим обстоятельствам дела и не согласуется с действиями самого страховщика.

Так, на основании претензии истца страховщиком частично признаны обоснованными доводы заявителя и истцу 02 февраля 2024 года осуществлена доплата страхового возмещения в сумме 80 900 рублей. В случае достижения соглашения по выплате определенной суммы возмещения 08 июня 2024 года обязанности по доплате у страховщика не имелось.

Невозможность восстановительного ремонта транспортного средства на СТОА, ввиду отсутствия договоров со СТОА, которые отвечают требованиям Закона об ОСАГО, не может служить основанием для изменения формы страхового возмещения с организации оплаты стоимости восстановительного ремонта на выплату в денежной форме в размере, рассчитанном с учетом износа комплектующих изделий.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что у страховщика отсутствовали основания для изменения формы возмещения с натуральной на денежную.

Далее, отношения между причинителем вреда и потерпевшим регулируются положениями статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред (пункт 1 статьи 1064), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15), а под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества - реальный ущерб, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено - упущенная выгода (пункт 2 статьи 15).

Пунктом 3 статьи 1079 этого же Кодекса установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 08 декабря 2017 года № 39-П, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

По смыслу приведенных положений гражданского законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Обстоятельством, которое имеет значение для разрешения данного спора, является правомерность действия каждого из участников ДТП, соответствие данных действий положениям Правилам дорожного движения Российской Федерации.

В целях определения степени вины водителей в совершении ДТП определением суда от 08 апреля 2024 года по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Минюста России.

Согласно экспертному заключению № от 22 августа 2024 года водитель автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер № ФИО4 должна была действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 8.2, 8.5, 8.8 ПДД РФ.

Действия водителя Lada Granta, государственный регистрационный номер № ФИО4 не соответствовали требованиям пунктов 8.1, 8.8 ПДД. В ее действиях несоответствий требованиям пунктом 8.2, 8.5 ПДД РФ не имеется.

Выполняя требования пунктов 8.1, 8.8 ПДД РФ водитель автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер № ФИО4 имела возможность избежать столкновения транспортных средств.

Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 9.9, 10.1 абз. 2 ПДД РФ.

Действия водителя автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 не соответствовали требованиям пунктов 9.9, 10.1 абз. 2 ПДД РФ.

Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 имел техническую возможность избежать столкновения транспортных средств.

Выражая несогласие с заключением эксперта, а именно принявшим во внимание скорость автомобилей в момент столкновения и расстояния, которое прошел автомобиль Lada Granta с момента выезда на полосу движения автомобиля истца до момента столкновения, стороной истца заявлено ходатайство о назначении судебной криминалистической экспертизы видеозаписи, по которой возможно установить объективные данные обстоятельств ДТП, и дополнительной автотехнической экспертизы.

Определением суда от 30 сентября 2024 года по делу назначена судебная криминалистическая экспертиза видеозаписи и дополнительная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Минюста России.

Согласно экспертному заключению № от 25 декабря 2024 года действия водителя Lada Granta, государственный регистрационный номер № ФИО4 не соответствовали требованиям п.п. 8.1 (в части выполнения безопасности маневра), 8.8 Правил дорожного движения РФ.

Действия водителя автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 не соответствовали требованиям п. 9.9 Правил дорожного движения РФ.

С учетом представленных исходных данных водителем ФИО3 в действиях водителя Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 несоответствий требованиям п. 10.1 абзаца 2 Правил дорожного движения Российской Федерации не имеется. Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

С учетом заданных исходных данных водителем ФИО4 действия водителя автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 не соответствовали требованиям п. 10.1 абзаца 2 Правил дорожного движения Российской Федерации. Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № ФИО3 имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

При этом из исследовательской части заключения следует, что эксперт исследовал видеозапись, представленную суда, на обстоятельства ДТП и исходя из нее установил, у автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер № при повороте налево включен указатель левого поворота. Во встречном направлении на проезжей части имеется 2 полосы для движения в одном направлении. Согласно схемы места ДТП и схемы дислокации дорожных знаков и дорожной разметки в месте ДТП имеется дополнительная полоса перед началом которой установлен дорожный знак 5.15.3 «Начало полосы». Дорожный знак 5.15.3 «Начало полосы» означает начала дополнительной полосы на подъем или полосы торможения. Столкновение произошло на дополнительной полосе движения, на которой отсутствует какая-либо горизонтальная дорожная разметка, запрещающая движение в прямом направлении, отсутствуют какие-либо дородные знаки, запрещающие движение в прямом направлении. Таким образом, автомобилю Toyоta Camry по дополнительной полосе не запрещалось движение в прямом направлении.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Lada Granta ФИО4 должна была заблаговременно, до начала поворота налево включить световые указатели поворота, занять соответствующее крайнее положение на проезжей части. Встречный автомобиль, который остановился и пропускал автомобиль Lada Granta, ограничивал водителю ФИО4 обзорность правой стороны проезжей части дороги, поэтому перед началом поворота она должна была убедиться в безопасности маневра и при его выполнении не должна была создавать опасность для движения, а также помех другим участникам дорожного движения. Водитель автомобиля Lada Granta ФИО4 должна была уступить дорогу автомобилю Toyоta Camry, двигавшемуся со встречного направления прямо.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Toyоta Camry ФИО3 не должен был допускать движения по обочине, руководствуясь при этом требованиями пункта 9.9 Правил дорожного движения РФ. Поскольку водитель автомобиля Toyоta Camry допустил движение по обочине, его действия не соответствовали требованиям пункта 9.9 Правил дорожного движения РФ.

Оценивая заключения судебных экспертиз в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает во внимание и признает допустимыми доказательствами по делу оба заключения экспертов ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Минюста России, поскольку экспертами проведено подробное сравнение обстоятельств ДТП, в нем содержатся ответы на вопросы, имеющие значение для разрешения дела по существу; экспертное заключение обоснованно, аргументировано с научной точки зрения; экспертами в ходе исследования были приняты во внимание материалы гражданского дела, видеозапись, в исследовательской части заключения подробно отражен весь ход проведенных экспертами исследований. Эксперты имеют соответствующую экспертную специальность, кроме того, они являются независимыми по отношению к сторонам судебного процесса, были предупреждены судом об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, а содержание заключения соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Данные заключения не противоречат, а дополняют друг друга.

Правила дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ) ориентированы на воспитание у участников дорожного движения дисциплины, ответственности, взаимной предупредительности, внимательности. Неукоснительное выполнение всех требований Правил создает необходимые предпосылки четкого, бесперебойного и безопасного движения транспортных средств и пешеходов по дорогам.

Согласно пункту 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 данных Правил участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пункт 8.2 ПДД РФ предусматривает, что подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с п. 8.5 ПДД РФ перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Требования пункта 8.8 ПДД РФ предписывают, что при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления.

Пунктом 10.1 ПДД РФ установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно основным понятиям и терминам в п. 1.2 ПДД РФ «Опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП.

В ходе судебного заседания и исходя из просмотренной видеозаписи ДТП, установлено, что транспортное средство Toyоta Camry перед столкновением двигалось по обочине, непосредственно перед ДТП автомобиль съехал на дополнительную полосу движения и пытался вернуться в левую полосу, из которой выехал на обочину. При этом, автомобиль Lada Granta двигался во встречном направлении и осуществлял маневр поворота.

Из первоначальных показаний истца ФИО3, данных в судебном заседании от 08 апреля 2024 года следует, что он ехал со стороны ул. Конева по Окружному шоссе. Поскольку что-то стало задевать колесо, остановился на обочине, поправил брызговик, и продолжил движение в сторону Пошехонского шоссе по обочине, поскольку на проезжую часть его не пускали, была пробка. Увидев, что с левой стороны между машинами имеется расстояние, съехал с обочины в расширительный карман, притормозил и в этот момент выехал автомобиль Lada Granta, применил экстренное торможение. Скорость движения его автомобиля была 60 км/ч, в момент столкновение 30-40 км/ч.

Согласно показаниям ответчика ФИО4, данных в судебном заседании от 02 апреля 2024 года, она ехала со стороны Пошехонского шоссе, была пробка во встречном направлении. Скорость была 60 км/ч. Остановилась, чтобы повернуть налево, в сторону дилера, при этом встречные автомобили ее пропускали. Убедившись, что встречные автомобили ее пропускали, начала движение и поворот налево, скорость движения при этом была 5 км/ч. Когда практически проехала полосу разгона и торможения, в заднюю часть автомобиля почувствовала удар.

Данные показания сторон согласуются и с показаниями, предоставленными ими сотрудникам полиции на месте ДТП. В частности, ФИО3 не отрицал, что двигался по обочине, пытался перестроиться в левую полосу, но его не попускали, в связи с чем продолжил движение. Автомобили слева от него стали притормаживать, он тоже притормозил и предположил, что его хотят пропустить. Скорость автомобиля была 60 км/ч.

Из объяснений ФИО4 следует, что ей нужно было повернуть налево к дилерскому центру, убедившись, что ее пропускают автомобили по встречной полосе, начала движение, скорость была 5 км/ч и произошло ДТП. Скорость основного потока со встречной полосы была 30-35 км/ч.

Исходя из изложенного, суд принимает вышеизложенные показания истца и ответчика (обоих водителей) в качестве исходных данных, а именно скорость автомобиля Lada Granta – непосредственно перед столкновением 5 км/ч, скорость автомобиля Toyоta Camry – 30 км/ч, поскольку эти данные соответствуют представленным первоначальным показаниям сторон непосредственно в момент ДТП и оспариваемой дорожной ситуации.

При этом исходные данные, представленные стороной истца, о том, что скорость движения автомобиля в момент ДТП автомобиля Toyоta Camry была 60 км/ч, а скорость движения автомобиля Lada Granta – 16 км/ч, суд не может принять во внимание, поскольку данные по скорости движения автомобиля Toyоta Camry противоречат показаниям самого истца, указавшего, что перед столкновением он снизил скорость до 30-40 км/ч, а определенная представителем истца скорость автомобиля Lada Granta по видеозаписи не может соответствовать объективным данным, так как представленная видеозапись ДТП является экранной копией, и видеоизображение постоянно двигается, поэтому определить временные и пространственные характеристики (скорость и расстояние) по данной видеозаписи не представляется возможным, на что было указано экспертом в ходатайстве о предоставлении дополнительных исходных данных, необходимых для дачи заключения от 22 октября 2024 года.

Также следует отметить, что поскольку оригинал видеозаписи ДТП ни стороной истца, ни стороной ответчика суду представлен не был, и у сторон такая запись отсутствует, от проведения судебной криминалистической экспертизы сторона истца отказалась в ходе рассмотрения дела.

Кроме того, из исследовательской части заключения № от 22 августа 2024 года следует, что сравнивая остановочный путь автомобиля Toyоta Camry в данных дорожных условиях при скорости автомобиля 30 км/ч, и при скорости 60 км/ч, водитель данного автомобиля располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Lada Granta.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1083 данного Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства в их совокупности, а именно материал по делу об административном правонарушении, объяснения водителей ФИО3 и ФИО4, заключения экспертов ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Минюста России, проанализировав обстоятельства ДТП и роль каждого из водителей в его возникновения, развитии и последствий в виде причинения вреда, суд приходит к выводу о наличия вины обоих водителей ФИО3 и ФИО4 в случившемся ДТП, распределяя степень вины в произошедшем ДТП и причинении ущерба истцу с отнесением на ФИО4 – 60%, а на ФИО3 – 40%.

Определяя степень вины каждого из участников ДТП, суд исходит из того, что непосредственной причиной ДТП являются действия водителя ФИО4, которая совершая маневр поворота и с учетом ограниченной обзорности правой стороны проезжей части должна была убедиться в безопасности своего маневра, не создавая опасность для движения встречным транспортным средствам, помехи для них, и уступить дорогу двигающемуся со встречного направления прямо автомобилю истца, что в значительно большей степени повлияло на создание аварийной обстановки и причинение вреда, поскольку привело к возникновению опасности для движения автомобиля Toyоta Camry, создав для него помеху для движения, а действия второго участника ДТП ФИО3, выразились в том, что съехав со своей полосы движения на обочину, не предпринял меры к остановке транспортного средства, а продолжил движение автомобиля, опережаю образовавшуюся пробку, а съехав с обочины на проезжую часть с целью перестроения в полосу движения на проезжей части не предпринял достаточных мер к снижению скорости своего автомобиля при обнаружении опасности и избежания столкновений при наличии у него технической возможности.

Оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, вопреки его доводам, не имеется, поскольку доказательств того, что вред причинен вследствие умысла истца, ответчиком не представлено.

Согласно экспертному заключению №, составленному ИП ФИО1 от 25 июля 2023 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер № составляет 647 491 рубль 80 копеек.

Данное экспертное заключение ИП ФИО1 стороной ответчиков не оспаривается, в связи с чем оно принимается во внимание судом при расчете убытков, поскольку сомнений в правильности или обоснованности выводов оно не вызывает, соответствует требованиям законодательства, выполнен лицом, имеющим необходимую квалификацию и стаж работы.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ).

Поскольку в данном случае потерпевший вправе предъявить требования к причинителю вреда лишь в той части ущерба, которая не возмещена по договору ОСАГО, с учетом степени вины каждого водителя, суд приходит к выводу, что для правильного определения размера ущерба, право на которое имеет истец, необходимо определить общий размер ущерба, причиненный истцу, применить пропорцию исходя из степени вины каждого из водителей, после чего установить, покрывает ли выплаченное страховщиком страховое возмещение причитающийся потерпевшему ущерб и только в случае, если страховое возмещение не покрывает подлежащий выплате истцу ущерб, в непокрытой части он подлежит взысканию с виновника (определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 29 мая 2024 года №).

Как следует из материалов дела, размер ущерба составляет 647 491 рубль 80 копеек, с учетом степени вины водителей, размер страхового возмещения, подлежащего выплате истцу, составляет 388 495 рублей 08 копеек (647 491,80 х 60%:100).

Принимая во внимание, что АО «АльфаСтрахование» произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 рублей, оснований для взыскания убытков с АО «АльфаСтрахование», равно как и ущерба с ФИО4 суд не находит, в данной части исковые требования не подлежат удовлетворению.

Далее, разрешая требования истца в части взыскания неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения суд исходит из следующего.

В соответствии с абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном пунктом 15.1 данной статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с данным Законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему (абзац второй).

По смыслу приведенных норм права, неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты в необходимом размере подлежит оплате страховщиком за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения с страховом возмещении, в размере 1 процента от определенного Законом об ОСАГО страхового возмещения, и до дня фактического исполнения обязательства.

Аналогичная правовая позиция нашла свое подтверждение в абзаце 2 пункта 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Из содержания вышеприведенных норм права и акта разъяснения следует, что невыплата в двадцатидневный срок страхователю страхового возмещения в необходимом размере (либо невыдача направления на ремонт) является неисполнением обязательства страховщика в установленном законом порядке, и за просрочку исполнения обязательства по выплате страхового возмещения со страховщика подлежит взысканию неустойка, которая исчисляется со дня, следующего за днем, когда страховщик должен был выплатить надлежащее страховое возмещение, и до дня фактического исполнения данного обязательства.

Как установлено судом, истец за выплатой страхового возмещения обратился 08 июня 2023 года, следовательно, страховое возмещение должно быть выплачено не позднее 29 июня 2023 года.

Страховое возмещение в размере 319 100 рублей выплачено 28 июня 2023 года, то есть в установленный законом срок.

Страховое возмещение, подлежащее доплате в необходимом размере, с учетом степени вины участников ДТП, в размере 69 395 рублей 08 копеек (388 495,08 надлежащий размер страхового возмещения – 319 100 страховая выплата) выплачено АО «АльфаСтрахование» лишь 02 февраля 2024 года, соответственно за период с 30 июня 2023 года (с 21 – го числа после истечения срока выплаты страхового возмещения) по 19 декабря 2023 года (период определен истцом) подлежит начислению неустойка в размере 119 359 рублей 53 копеек (69 395,08х1%х172 дня просрочки: 100), которая подлежит взысканию.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку (часть первая); при этом правила о возможности уменьшения неустойки не затрагивают права кредитора на возмещение убытков (часть вторая).

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2 Определения от 21 декабря 2000 года № 263-О, указал, что положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Как разъяснено в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330, статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Если уменьшение неустойки допускается по инициативе суда, то вопрос о таком уменьшении может быть также поставлен на обсуждение сторон судом апелляционной инстанции независимо от перехода им к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (части 1 и 2 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям пункта 73 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Учитывая сумму страхового возмещения, обстоятельства ее выплаты страховщиком, период просрочки исполнения обязательств, поведение каждой из сторон, а также отсутствие каких-либо доказательств несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательств, суд не усматривает оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что размер неустойки соразмерным последствиям допущенного нарушения обязательства.

Оснований полагать, что в действиях истца имеет место недобросовестное поведение, не имеется.

Далее, согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон № 2300-1) моральный вред, причинённый потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Поскольку факт нарушения прав истца как потребителя установлен, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, учитывая принципы разумности и справедливости.

Пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 установлено, что при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Из установленных обстоятельств дела следует, что страховщиком обязательство по страховому возмещению в форме организации и оплаты восстановительного ремонта надлежащим образом исполнено не было, в связи с чем оснований для его освобождения от уплаты штрафа, исходя из рассчитанного в соответствии с законом надлежащего размера страхового возмещения не усматривается.

Установление судом того факта, что в процессе рассмотрения дела до вынесения судом решения ответчик исполнил требования истца, не свидетельствует о необоснованности иска, а может служить основанием для указания суда о том, что решение суда в этой части не подлежит исполнению.

Само по себе наличие судебного спора указывает на несоблюдение ответчиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, в связи с чем удовлетворение требований потерпевшего в период рассмотрения спора в суде при условии, что истец не отказался от иска, не является основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде штрафа.

С учетом аналогии закона и в соответствии с пунктами 46 и 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», в случае отсутствия отказа истца от иска, в том числе в части заявленного требования о взыскании штрафа, исчисляемого от всей подлежащей выплате истцу денежной суммы, несмотря на удовлетворение исполнителем услуги требований потребителя о выплате причитающейся денежной суммы после принятия иска и до вынесения решения суда, в пользу потребителя подлежит взысканию предусмотренный Законом о защите прав потребителей штраф, исчисляемый от присужденной судом суммы с учетом невыплаченной денежной суммы в добровольном порядке исполнителем услуги до принятия иска к производству суда.

Учитывая, что доплата страхового возмещения в надлежащем размере АО «АльфаСтрахование» произведена в период рассмотрения дела, после подачи иска в суд, с АО «АльфаСтрахование» в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 34 697 рублей 54 копейки (69 395,08:2).

При этом оснований для уменьшения размера штрафа по ходатайству ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд не усматривает, поскольку штраф в указанном размере в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, и способствует соблюдению баланса интересов сторон. Кроме того, доказательств его несоразмерности последствиям допущенного нарушения обязательства, как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», стороной ответчика не представлено.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В пункте 12 того же постановления указано, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 13 того же постановления разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

Если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).

Из анализа действующего законодательства следует, что разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства.

Для установления разумности расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание юридической помощи, характеру услуг, оказанных по договору, а равно принимает во внимание доказательства, представленные другой стороной и свидетельствующие о чрезмерности заявленных расходов.

В пункте 12 того же постановления указано, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Согласно пункту 20 того же постановления при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, 13 июля 2023 года между ИП ФИО2 (исполнитель) и ФИО3 (заказчик) заключен договор на оказание юридических услуг, по условиям которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридические услуги: консультации по делу, составление искового заявления, ведение дела в суд по возмещению ущерба автомобилю Toyota Camry, государственный регистрационный знак №, причиненного в результате ДТП от 21 апреля 2023 года.

Стоимость услуг по договору составила 14 000 рублей, оплата которого подтверждается квитанцией № от 13 июля 2023 года.

Представление в суде интересов истца ФИО3, осуществлял по доверенности ФИО5, который принимал участие в судебных заседаниях 20 февраля 2024 года (продолжительность 15 минут), 02 апреля 2024 года (продолжительность 23 минуты), 08 апреля 2024 года (продолжительность 39 минут), 24 сентября 2024 года (продолжительность 45 минут), 30 сентября 2024 года (19 минут), 24 января 2025 года.

При обращении в суд с иском истец просила взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 247 491 рубль 80 копеек, неустойку в размер 139 148 рублей, всего 386 639 рублей 80 копеек. Судебным актом суд признал обоснованными требования в размере 119 359 рублей 53 копейки (неустойка).

Поскольку требования истца удовлетворены частично, к заявленным требованиям подлежит принцип пропорциональности, и как следствие она имеет право на возмещение расходов на представителя в размере 4 321 рубль 94 копейки (14 000 х 119 359,53 :386 639,80).

Принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также затраченное время на его рассмотрение и непосредственное участие представителя в судебном заседании суда первой инстанции, а также совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований, суд признает размер расходов на представителя в размере 4 321 рубля 94 копеек соответствующим балансу между процессуальными правами лиц, участвующих в деле, и объему оказанных услуг.

Требования о взыскании расходов по оценке в размере 7 500 рублей удовлетворению не подлежат, поскольку в удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба истцу отказано.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 887 рублей 19 копеек.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

взыскать с акционерного общества «АльфаСтрахование», ИНН <***> в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия №, неустойку за период с 30 июня 2023 года по 19 декабря 2023 года в размере 119 359 рублей 53 копейки, штраф в размере 34 697 рублей 54 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы на представителя в размере 4 321 рублей 94 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО3 отказать.

В удовлетворении исковых требований к ФИО4 отказать.

Взыскать с акционерного общества «АльфаСтрахование», ИНН <***> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 887 рублей 19 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд Вологодской области в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Г.А.Папушина

Мотивированное решение изготовлено 07.02.2025.