УИД 66RS0001-01-2023-000847-41 Дело № 33а-11940/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 августа 2023 года город Екатеринбург

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Кориновской О.Л.,

судей Антропова И.В., Филипповой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гудименко Н.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-2729/2023 по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службы исполнения наказаний

на решение Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 13 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Антропова И.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области (далее также - ГУФСИН России по Свердловской области), в котором просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей.

В обоснование заявленных требований административный истец ссылается на то, что в период с 01 июня 2022 года по 27 ноября 2022 года он содержался в Федеральном казенном учреждении «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» (далее также - ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области) в камерах № 427 и 229 в ненадлежащих условиях содержания, которые выразились в перелимите лиц, содержавшихся совместно в камерах, нарушении норм санитарной площади, отсутствии индивидуального спального места, недостаточном количестве посадочных мест за обеденным столом, отсутствии приточно-вытяжной вентиляции, недостаточном освещении, необеспечении постельным бельем в полном объеме, смена постельного белья и помывка в душе производились 1 раз в 2- 3 недели. Кроме того, в период нахождения в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области он неоднократно этапировался в ИВС города Первоуральска Свердловской области, в связи с чем при каждом этапировании помещался за сутки в этапный бокс, оборудованный только скамейками без кроватей, что нарушало право административного истца на непрерывный восьмичасовой сон, отсутствовала приточно-вытяжная вентиляция, освещение было недостаточным, отсутствовало личное пространство.

Перечисленные нарушения условий содержания под стражей причинили административному истцу физические и нравственные страдания.

Судом к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России).

Решением Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга от 13 апреля 2023 года административный иск ФИО1 удовлетворен частично, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России подал апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на недоказанность факта нарушения прав и законных интересов административного истца, на отсутствие вины административных ответчиков в нарушениях, которые признаны судом доказанными, просит отменить решение суда первой инстанции, принять по административному делу новое решение – об отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 требований в полном объеме.

Административный истец ФИО1, представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения административного дела судом апелляционной инстанции, по электронной почте, в том числе посредством размещения указанной информации на официальном сайте Свердловского областного суда, в судебное заседание не явились. Административный истец извещен по месту отбывания наказания электронной почтой – 06 июля 2023 года, ходатайство о личном участии не заявил.

Учитывая надлежащее извещение указанных лиц о времени и месте судебного заседания, руководствуясь положениями части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы административного дела, доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ) регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу положений статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24 Федерального закона № 103-ФЗ).

Согласно пункту 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года № 189, действовавшим в спорный период времени и утратившим силу 16 июля 2022 года (далее также – Правила внутреннего распорядка), камеры следственного изолятора оборудуются одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Как следует из материалов административного дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 в период с 06 июня 2022 года по 27 ноября 2022 года содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области: с 06 июня 2022 года по 20 июня 2022 года в камере № 427 площадью 14,94 м?, оборудованной 3 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 2-3 человек, за исключением периодов 07 июня 2022 года, с 09 по 15 июня 2022 года, когда в камере содержалось от 4-5 человек; с 22 июня 2022 года по 29 июня 2022 года в камере № 427 площадью 14,94 м?, оборудованной 3 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 1-3 человек, за исключением 29 июня 2022 года, когда в камере содержалось 4 человека; с 06 июля 2022 года по 11 июля 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 8-12 человек, за исключением периодов с 07-10 июля 2022 года, когда в камере содержалось 14-15 человек; с 13 июля 2022 года по 18 июля 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 12 человек, за исключением периода с 13-18 июля 2022 года, когда в камере содержалось 15 человек; с 22 июля 2022 год по 05 августа 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 11-12 человек, за исключением периодов с 22-25 июля 2022 года, с 27 июля 2022 года по 02 августа 2022 года, с 04 по 05 августа 2022 года, когда в камере содержалось 13-15 человек; с 10 августа 2022 года по 12 августа 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 10-12 человек, за исключением 10 августа 2022 года, когда в камере содержалось 16 человек; с 17 августа 2022 года по 26 августа 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 15-18 человек; со 02 сентября 2022 года по 07 октября 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 7-11 человек, за исключением периодов со 02-04 сентября 2022 года, с 07 по 21 сентября 2022 года, когда в камере содержалось 13-15 человек; с 14 октября 2022 года по 27 ноября 2022 года в камере № 229 площадью 48,44 м?, оборудованной 12 спальными местами, 14-19 октября 2022 года, 13-21 октября 2022 года, 23 октября 2022 года, с 26 октября по 27 ноября 2022 года, когда в камере содержалось 13-16 человек.

Указанные сведения подтверждаются материалами дела, в том числе справкой ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, журналами количественных проверок.

ФИО1, обратившись в суд с административным исковым заявлением, настаивает на нарушении условий его содержания следственном изоляторе, что причинило ему физические и нравственные страдания.

Разрешая административный спор и частично удовлетворяя требования ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводам о том, что при содержании административного истца в камере № 427 - 07 июня 2022 года, с 09 июня 2022 года по 15 июня 2022 года, 29 июня 2022 года; в камере № 229 - с 07 июля 2022 года по 10 июля 2022 года, с 13 июля 2022 года по 18 июля 2022 года, с 22 июля 2022 года по 25 июля 2022 года, с 27 июля 2022 года по 02 августа 2022 года, с 04 августа 2022 года по 05 августа 2022 года, 10 августа 2022 года, с 17 августа 2022 года по 28 августа 2022 года, с 02 сентября 2022 года по 04 сентября 2022 года, с 07 сентября 2022 года по 21 сентября 2022 года, с 14 октября 2022 года по 19 октября 2022 года, с 21 октября 2022 года по 23 октября 2022 года, с 26 октября 2022 года по 27 ноября 2022 года условия содержания под стражей были нарушены, что выразилось в перелимите лиц, несоблюдении нормы санитарной площади из расчета 4 кв.м на одного человека, непредоставлении индивидуального спального места и нехватки мест за обеденным столом, в связи с чем ФИО1 испытывал физические и нравственные страдания. Признав доказанным факт нарушения прав административного истца, допущенного при его содержании под стражей, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд принял во внимание характер нарушений условий его содержания под стражей, длительность периодов, в течение которых административный истец содержался в таких условиях, степень причиненных физических и нравственных страданий и взыскал в пользу последнего 3 000 рублей.

Между тем суд отклонил доводы ФИО1 о наличии иных нарушений условий содержания в следственном изоляторе, повлекших причинение ему физических и нравственных страданий, поскольку они не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

При этом суд пришел к выводам об отсутствии иных нарушений условий содержания ФИО1 под стражей в спорные периоды времени, на которые он указал в административном исковом заявлении, поскольку какими-либо объективным данными они не подтверждаются, равно как не подтверждается факт причинения административному истцу такими нарушениями физических и нравственных страданий, бремя по доказыванию которого возложено на последнего. ФИО1, перечисляя предполагаемые нарушения условий содержания под стражей, не представил доказательств нарушения его прав и законных интересов всеми перечисленными нарушениями.

Относительно доводов административного истца ФИО1 о нарушении его права на помывку и необеспечении постельным бельем суд первой инстанции пришел к правильному выводу об их безосновательности, поскольку такие нарушения своего подтверждения не нашли, что следует из журнала учета санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области за указанные выше периоды времени. При этом административному истцу были выданы матрас, подушка, одеяло, две простыни, наволочка, полотенце, гигиенический набор, от посуды ФИО1 отказался, о чем свидетельствуют записи в камерной карточке.

Доводы административного истца об отсутствии приточно-вытяжной вентиляции, недостаточном освещении, необеспечении помывкой, нарушении смены постельного белья один раз в неделю также опровергаются представленными копиями журналов санитарной обработки, справками ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, фотографиями камерных помещений.

Также суд пришел к выводу о том, что размещение лиц в камерах сборного отделения производилось в соответствии с требованиями пункта 15 Правил внутреннего распорядка. Вопреки изложенным в административном иске доводам, оборудование помещений сборного отделения спальными местами не предусмотрено.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных административным истцом требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку они соответствуют нормам действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, сделаны по результатам всестороннего исследования и оценки по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации имеющихся в материалах административного дела доказательств.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные обстоятельства и нормы права изложены в обжалуемом решении, их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно вышеприведенным нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом на потерпевшем лежит бремя доказывания обстоятельств, связанных с тем, что он перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Судебная коллегия находит правильными выводы суда о том, что ФИО1 не был обеспечен нормой санитарной площади из расчета 4 кв.м на одного человека и индивидуальным спальным местом, поскольку установленный лимит наполнения камер был превышен в отдельные периоды содержания административного истца в следственном изоляторе, что нашло свое подтверждение при рассмотрении настоящего административного дела и не оспаривается административными ответчиками, в связи с чем ФИО1 причинены физические и нравственные страдания, то есть моральный вред.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно взыскал в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия также соглашается с размером компенсации морального вреда, присужденной в пользу ФИО1, полагая, что он отвечает принципам разумности и справедливости. При определении размера компенсации морального вреда суд учел необходимые для этого обстоятельства, и судебная коллегия не усматривает оснований для изменения размера взысканной в пользу административного истца компенсации ни в сторону увеличения, ни в сторону уменьшения.

Доводы апелляционной жалобы представителя административных ответчиков об отсутствии оснований для взыскания в пользу административного истца компенсации морального вреда сводятся к переоценке выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает. Каких-либо обстоятельств, опровергающих выводы суда, автор апелляционной жалобы не приводит.

Доводы представителя административных ответчиков о том, что вина последних в нарушениях, которые признаны судом доказанными, отсутствует, не свидетельствуют об отсутствии факта причинения административному истцу физических и нравственных страданий и не освобождает административных ответчиков от установленной законом ответственности, учитывая, что следственный изолятор входит в уголовно-исполнительную систему, деятельность которой, в силу положений статьи 1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации», должна осуществляться на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

Иных доводов, которые бы свидетельствовали о незаконности решения суда, апелляционная жалоба административных ответчиков не содержат.

Поскольку обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела, суд установил верно, нарушений норм материального и процессуального права не допустил, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признает законным и обоснованным решение суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 308-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 13 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службы исполнения наказаний – без удовлетворения.

Решение суда первой инстанции и апелляционное определение могут быть обжалованы в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий О.Л. Кориновская

Судьи И.В. Антропов

Ю.А. Филиппова