Решение по делу № 2А-2021/2022 от 22.02.2023 - о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации.

Дело № 2а-82/2023 (2а-2021/2022) ***

***

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 февраля 2023 года город Кола Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Ивановой Н.А.,

при секретаре Цветковой Е.И.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России по доверенностям ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области (далее также - ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области) о взыскании компенсации за нарушение условий содержания. В обоснование заявленных требований указал, что отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в период времени с *** по *** в условиях нарушающих его права. Являясь инвалидом 2-ой группы проживал на втором этаже в инвалидном отряде №, в секции, где проживал, оконные проемы были заложены кирпичом, в связи с чем была нехватка дневного света, в отряде не было горячей воды. Несмотря на то, что помещение было предназначено для проживания 12 человек, в нем содержалось 24-26 осужденных. Кровати над инвалидами были двухярусные, в помещении было сыро, душно. В *** года в связи с признанием помещений отряда № непригодным для проживания, он был переведен в отряд №, в котором условия проживания были аналогичные. Кроме того, в отряде в котором проживало 120 человек, было всего три умывальника. Просил взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 700 000 рублей.

При рассмотрении дела административный ответчик уточнил исковые требования, дополнительно в качестве нарушений условий содержания указал, что в туалетных кабинках отрядов не было дверей, что нарушало условия приватности. В отряде № находился в секции № где было сыро, душно, при размещении 60 человек, было установлено две раковины, два туалета, что было явно недостаточно. В отряде № размещался в секции №. В отряде содержалось 120 осужденных, было 3 секции, две туалетные комнаты с двумя раковинами и туалетами. Несмотря на то, что содержался также в отряде №, нарушений по данному отряду не предъявляет.

Протокольными определениями суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Управление Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области (далее также - УФСИН России по Мурманской области), Федеральная служба исполнения наказаний России (далее также - ФСИН России)

Представитель ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России по доверенностям ФИО2 в удовлетворении исковых требований просила отказать. Указала, что условия содержания истца в исправительном учреждении соответствует требованиям законодательства, обратила внимание на год постройки здания исправительного учреждения и соответствие его строительным нормам, действовавшим на дату его возведения. Отметила, что административным истцом без уважительной причины пропущен срок на обращение в суд с исковыми требованиями о признании условий содержания, установленный ст. 219 КАС РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Заслушав участвовавших в деле лиц, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Правовое положение осужденных регламентировано специальным законом – Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, а также принятыми на основании и во исполнение его положений Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Уголовно исполнительного кодекса Российской Федерации (далее также УИК РФ) одной из задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является охрана прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу части 1 статьи 3 УИК РФ уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ст. 10 УИК РФ).

В соответствии со статьей 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

В соответствии с частями 1,3,4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее также КАС РФ), введенной в действие Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Требования об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего рассматриваются в порядке главы 22 КАС РФ и подлежат удовлетворению при наличии в совокупности двух необходимых условий: несоответствия оспариваемого решения или действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение этим решением или действием (бездействием) прав либо свобод заявителя.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно части 8 статьи 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в ч. 9 настоящей статьи, в полном объеме.

Из частей 9 и 11 статьи 226 КАС РФ следует, что на административного истца возлагается обязанность доказывания обстоятельств нарушения его прав, свобод и законных интересов, а также соблюдения сроков обращения в суд, а на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие), возлагается обязанность доказывания соблюдения требований нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа, организации, должностного лица, порядок принятия оспариваемого решения и основания для принятия оспариваемого решения.

ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, являющееся юридическим лицом, осуществляет деятельность по исполнению наказания в виде лишения свободы, по организационно-правовой форме является федеральным казенным учреждением, расположено по адрес***, является исправительной колонией строгого режима.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 *** г.р. находился в учреждении ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области *** по ***. Освобожден *** по отбытию срока.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как указано в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2018 № 47, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Заявленные ФИО1 в настоящем иске нарушения условий содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН Росси по Мурманской области имели место в период с *** по ***.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом (часть 7 статьи 219 КАС РФ).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020) обращено внимание судов на то, что отказ в удовлетворении административного искового заявления исключительно по мотиву пропуска срока обращения в суд, без принятия судом мер, направленных на выяснение обстоятельств, объективно препятствовавших обращению в суд в установленный законом срок, без установления иных обстоятельств, предусмотренных ч. 9 ст. 226 КАС РФ, а также без исследования фактических обстоятельств административного дела является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2004 года № 367-О и от 18 июля 2006 года № 308-О, право судьи рассмотреть заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3(2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 года, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 года), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 года, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

В судебном заседании административный истец пояснил, что узнал о нарушении своих прав несколько месяцев назад от другого осужденного при нахождении в ФКУ ИК-19 УФСИН России по Республике Коми.

Оснований не доверять указанному обстоятельству у суда не имеется.

Административное исковое заявление датировано 01 ноября 2022 года и поступило в суд 10 ноября 2022 года. При этом административный истец отбывает наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии, вследствие чего ограничен в возможностях непосредственного (минуя администрацию исправительного учреждения) обращения в суд. Таким образом, установлено наличие обстоятельств, которые объективно препятствовали ФИО1 подать административное исковое заявление в установленный законом срок.

Несмотря на то, что административный истец убыл из ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области ***, он с *** содержится в местах лишения свободы и принудительной изоляции, что ограничивает его возможности по защите нарушенных прав и законных интересов.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что право на обращение в суд с административным иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в порядке, установленном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административным истцом, отбывающим в настоящее время наказание в местах лишения свободы, не утрачено, срок на обращение в суд в данном конкретном случае подлежит восстановлению, а причины пропуска срока признанию уважительными.

При разрешении заявленных требований, суд учитывает положение статей 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации, согласно которым право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47) возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены законодательством об административных правонарушениях, уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами и представляют собой, в том числе лишение свободы.

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам (далее - лишенные свободы лица), которые обеспечиваются Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации (в частности, Международным пактом о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, ратифицированным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 сентября 1973 года № 4812-VIII, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ, Конвенцией против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 года, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 января 1987 года № 6416-XI), федеральными законами (например, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, Федеральным законом от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», УИК РФ и иными нормативными правовыми актами.

В силу пункта 2 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47 под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, части 3, 6, 6.1 статьи 12, статьи 13, 101 УИК РФ); право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», часть 4 статьи 12, статья 15 УИК РФ); право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»); право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

В соответствии с пунктом 3 указанного Постановления Пленума ВС РФ принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Пунктом 14 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47 определено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 99 УИК РФ).

По смыслу статьи 3 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» правовую основу деятельности уголовно-исполнительной системы кроме Конституции Российской Федерации составляют указанный закон и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, нормативные акты субъектов Российской Федерации в пределах их полномочий, нормативные правовые акты Министерства юстиции Российской Федерации.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с частью 1, 2, 4 статьи 10 УИК РФ, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом. Права и обязанности осужденных определяются настоящим Кодексом исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определённого морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на определённые ограничения.

Таким образом, осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). При этом, установленные в отношении них ограничения связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

Непосредственный контроль за деятельностью учреждений, исполняющих наказания, в соответствии со статьей 38 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» осуществляют федеральный орган уголовно-исполнительной системы и территориальные органы уголовно-исполнительной системы.

Как пояснил при рассмотрении дела административный истец, в период отбывания наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области он находился в отрядах № на втором этаже, при этом является инвалидом 2-ой группы по зрению. В помещениях, которых содержался, отсутствовало горячее водоснабжение, в отряде № окна были заложены кирпичной кладкой, в связи с чем, дневного света было недостаточно, также было душно и сыро. Указывает на переполненность секций, в которых размещался, имеющегося санитарного оборудования было недостаточно. Также отметил, что душевая комната в отрядах № отсутствовала, ему приходилось в дни приема душа идти в другое помещение.

Согласно статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Согласно сведениям административных ответчиков, ФИО1 с *** по *** размещался в отделении карантин. С *** по *** размещался в отряде № секции №, с *** по *** в отряде № с *** по ***.

На указанный момент действовали Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденные Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295 (далее также Правила, ПВР ИУ).

Разделом XXVIII указанных Правил внутреннего распорядка установлены особенности содержания осужденных к лишению свободы, являющихся инвалидами.

В соответствии с п. 192 раздела XXVIII Правил внутреннего распорядка в исправительных учреждениях, обеспечение осужденным-инвалидам равных с другими осужденными возможностей в реализации прав осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».

Администрация исправительных учреждений размещает осужденных-инвалидов первой и второй групп в отрядах для проживания осужденных, расположенных на первых этажах зданий, оказывает содействие в проведении реабилитационных мероприятий для инвалидов, предусматривает возможность использования технических средств реабилитации. Обеспечивает доступ лицам с ограниченными возможностями в места общего пребывания осужденных в установленное распорядком дня время.

Осужденные имеют право, в числе прочего, на охрану здоровья и личную безопасность (пункт 13 ПВР ИУ).

Согласно ч. 6 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным, являющимся инвалидами первой или второй группы, создаются улучшенные жилищно-бытовые условия и устанавливаются повышенные нормы питания.

Из разъяснений, данных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47, следует, что исходя из правового статуса отдельных категорий лишенных свободы лиц (например, инвалиды), судам необходимо учитывать конкретные обстоятельства, в том числе возраст, состояние здоровья, способность к самообслуживанию, а также заключения экспертов, проводивших медицинские экспертизы, свидетельствующие о нуждаемости этих лиц в определенных условиях содержания. Например, помещение лишенных свободы лиц, страдающих жизнеугрожающими заболеваниями (состояниями), в условия, не учитывающие особенности их состояния здоровья, при отсутствии надлежащего ухода со стороны сотрудников органа или учреждения может свидетельствовать о нарушении условий содержания (часть 1 статьи 20, статья 21 Конституции Российской Федерации, часть 2 статьи 90, части 5, 6 статьи 99, статья 100, части 6, 7 статьи 101 УИК РФ, часть 3 статьи 62 КАС РФ).

Согласно информации ФКУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» Минтруда России, ФИО1 до *** года проходил освидетельствование в ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Коми» Минтруда России, с *** проходил освидетельствование в ФКУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» Минтруда России», повторно установлена III группа с *** по *** с причиной «общее заболевание». Повторно установлена III группа инвалидности с *** по *** с причиной «общее заболевание», повторно установлена II группа инвалидности с *** по *** с причиной «общее заболевание». Повторно по собственной инициативе (в порядке контроля) установлена II группа инвалидности с *** по *** с причиной «общее заболевание», отменена ИПРА №***/2019 от ***, разработана новая №.2.Э.51/2019 от ***. Повторно установлена II группа инвалидности с *** по *** с причиной «общее заболевание». Повторно установлена II группа инвалидности с *** по *** с причиной «общее заболевание». Повторно установлена II группа инвалидности с *** по *** с причиной «общее заболевание».

Согласно п. 7 приказа Министерства труда и социального развития РФ от 27 августа 2019 г. № 585н «О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы», выделяются 3 степени выраженности ограничений каждой из основных категорий жизнедеятельности человека, предусмотренной пунктом 6 настоящих классификаций и критериев: а) способность к самообслуживанию - способность человека самостоятельно осуществлять основные физиологические потребности, выполнять повседневную бытовую деятельность, в том числе использовать навыки личной гигиены: 1 степень - способность к самообслуживанию при более длительном затрачивании времени, дробности его выполнения, сокращении объема с использованием при необходимости вспомогательных технических средств; 2 степень - способность к самообслуживанию с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств; 3 степень - неспособность к самообслуживанию, нуждаемость в постоянной посторонней помощи и уходе, полная зависимость от других лиц; б) способность к самостоятельному передвижению - способность самостоятельно перемещаться в пространстве, сохранять равновесие тела при передвижении, в покое и при перемене положения тела, пользоваться общественным транспортом: 1 степень - способность к самостоятельному передвижению при более длительном затрачивании времени, дробности выполнения и сокращении расстояния с использованием при необходимости вспомогательных технических средств; 2 степень - способность к самостоятельному передвижению с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств; 3 степень - неспособность к самостоятельному передвижению и нуждаемость в постоянной помощи других лиц.

Как следует из сведений о результатах проведенной медико-социальной экспертизы и разработанной индивидуальной программы реабилитации абилитации (далее – ИПРА) № от ***, ФИО1 повторно установлена группа инвалидности. Степень ограничения основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию, к передвижению, в ориентации, к общению, к трудовой деятельности – первая (п. 16 ИПРА), нуждается в социально-средовой реабилитации и абилитации, социально-бытовой адаптации.

В соответствии с ИПРА № от *** ФИО1 повторно установлена третья группа инвалидности. Имеет умеренные нарушения функции зрения. Степень ограничения основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию, к передвижению, в ориентации, к общению, к трудовой деятельности – первая (п. 21 ИПРА), нуждается в социально-средовой реабилитации и абилитации, нуждается в оборудовании жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами и приспособлениями как инвалид, имеющий нарушения здоровья со стойким расстройством функции зрения, нуждается в помощи для преодоления барьеров, препятствующих ему в получении услуг на объектах социальной, инженерной и транспортной инфраструктур наравне с другими лицами.

Согласно сведениям, имеющимся в ИПРА № от *** ФИО1 повторно установлена вторая группа инвалидности по «общему заболеванию». Степень ограничения основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию, к передвижению, в ориентации, к общению, к трудовой деятельности – вторая (п. 21 ИПРА), нуждается в социально-средовой реабилитации и абилитации, социально-психологической реабилитации и абилитации, социокультурной реабилитации и абилитации, социально-бытовой адаптации, нуждается в оборудовании жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами и приспособлениями как инвалид, имеющий нарушения здоровья со стойким расстройством функции зрения, нуждается в технических средствах реабилитации – трость белая тактильная складная, специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах.

Из ИПРА № от *** следует, что ФИО1 повторно установлена вторая группа инвалидности по «общему заболеванию». Степень ограничения основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию, к передвижению, в ориентации, к общению, к трудовой деятельности – вторая (п. 21 ИПРА), нуждается в социально-средовой реабилитации и абилитации, социально-психологической реабилитации и абилитации, социокультурной реабилитации и абилитации, социально-бытовой адаптации, нуждается в оборудовании жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами и приспособлениями как инвалид, имеющий нарушения здоровья со стойким расстройством функции зрения, нуждается в оборудовании жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами и приспособлениями как инвалид, имеющий нарушения здоровья со стойким расстройством функции зрения, нуждается в технических средствах реабилитации – трость белая тактильная складная, специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах.

В соответствии со сведениями ИПРА № от ***, ФИО1 повторно установлена вторая группа инвалидности по «общему заболеванию». Степень ограничения основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию, к передвижению, в ориентации, к общению, к трудовой деятельности – вторая (п. 21 ИПРА), нуждается в социально-средовой реабилитации и абилитации, социально-психологической реабилитации и абилитации, социокультурной реабилитации и абилитации, социально-бытовой адаптации, нуждается в оборудовании жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами и приспособлениями как инвалид, имеющий нарушения здоровья со стойким расстройством функции зрения, нуждается в оборудовании жилого помещения, занимаемого инвалидом, специальными средствами и приспособлениями как инвалид, имеющий нарушения здоровья со стойким расстройством функции зрения, нуждается в технических средствах реабилитации – трость белая тактильная складная, специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах.

Таким образом, ФИО1 с *** является инвалидом второй группы, и в соответствии с п. 192 ПВР ИУ (действовавшими в спорный период) имел право на размещение в помещениях на первом этаже, в улучшенных жилищно-бытовых условиях. Вместе с тем, вопреки требованиям ПВР ИУ, в период с *** по *** содержался в отрядах № на втором этаже, что не оспаривалось при рассмотрении дела представителем административных ответчиков.

При изложенных обстоятельствах суд признает обоснованными доводы административного иска о наличии со стороны администрации исправительного учреждения нарушений, выразившихся в размещении его на втором этаже зданий в период с *** по ***. Также обоснованными представляются доводы административного истца о том, что такое размещение нарушало его права и законные интересы, поскольку в силу имеющегося заболевания у него снижено зрение, что затрудняло спуск и подъем по лестницам на второй этаж к месту размещения.

При этом, доводы о нарушении условий содержания в период *** по *** при размещении в отряде № на втором этаже судом отклоняются, поскольку в указанный период ему была установлена третья группа инвалидности, при которой обязанность по размещению осужденных на первом этаже зданий у администрации исправительного учреждения в соответствии с п. 192 ПВР ИУ (действовавших в спорный период) не возникает.

Как пояснила при рассмотрении дела представитель административных ответчиков, помывка осужденных проживающих в отрядах № осуществляется в банно-прачечном комплексе согласно графику помывки.

При этом, вопреки утверждению административного истца о наличии права на взыскание компенсации за нарушение условий его содержания в спорный период в связи с отсутствием душевой комнаты непосредственно в отрядах № указанное требование ПВР ИУ не установлено, в связи с чем, указанные доводы судом отклоняются как необоснованные.

Разрешая требования административного истца в части несоответствия нормы жилой площади спальных помещений отрядов, в которых содержался и нехватки санитарного оборудования, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Из представленных ответчиком документов усматривается, что отряд №, в который был размещен истец, располагается на втором этаже общежития №. Общая жилая площадь в спального помещении № в которой содержался истец, составляет 52 кв.м., согласно данным технического паспорта. Отряд имеет помещения, предусмотренные для отдыха, бытовые комнаты, туалетную комнату, комнату для умывания. Совместно с ним в указанном спальном помещении содержалось от 10 до 19 человек.

Отряд № располагался на первом и втором этажах пристройки общежития №. Общая жилая площадь в спального помещении № в которой содержался истец составляет 52 кв.м, согласно данным технического паспорта. Отряд имеет помещения, предусмотренные для отдыха, бытовые комнаты, туалетные комнаты, комнату для умывания. Совместно с ним в спальном помещении содержалось от 12 до 18 человек.

Кроме спальных помещений осужденные имеют право находиться в прочих помещениях отряда. На каждый отряд выделен локальный участок, предусмотренный для проведения прогулок и нахождения на свежем воздухе осужденных, живущих в общежитиях отрядов. Ограничений на пребывание в прогулочном дворике нет, осужденные в любое время имеют возможность (при желании) находится на территории локального участка.

Исходя из материалов дела, истец был обеспечен жилой площадью в соответствии с установленными нормами. Так же суд принимает во внимание, что истец содержался не в камерных условиях, имел регулярный доступ к помещениям общежития и прогулочному дворику, куда имел свободный доступ, при посещении столовой и в другие периоды.

Согласно таблице 14.2 Свода правил «Исправительные учреждения и центра уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр (действующего с 2017 года), умывальную общежитий исправительных колоний необходимо оборудовать 1 ножной ванной и 1 умывальником на 15 осужденных, уборную - 1 унитазом и 1 писсуаром на 15 осужденных.

В отношении ранее запроектированных и построенных зданий исправительных учреждений, действует в обязательном порядке Инструкция по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России (СП 17-02 Минюста России), утв. Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 02.06.2003 № 130-ДСП.

Согласно пункту 14.3 СП 17-02 Минюста России мужскую уборную необходимо оборудовать одним унитазом и одним писсуаром на 15 осужденных, умывальную необходимо оборудовать 1 умывальником на 15 осужденных.

Исходя из справки начальника отряда ОВРсО ФКУ ИК-18, в отряде № жилая площадь 62 кв.м., с *** по *** в отряде содержалось от 45 до 63 человек. В туалетных помещениях отряда №, расположенных на 1 и 2 этажах установлено следующее санитарное оборудование: 2 унитаза, 4 чаши Генуя, 4 писсуара, 5 раковин, 2 ножные ванны.

В отряде № жилая площадь 260 кв.м., с *** по *** содержалось от 50 до 60 осужденных. В туалетном помещении отряда №, установлено следующее санитарное оборудование: 4 чаши Генуя, 4 писсуара, 5 раковин, 2 ножные ванны.

Таким образом, санитарного оборудования при максимальном размещении осужденных в отрядах № в количестве 60 и 63 соответственно, а именно: унитазов, писсуаров и раковин было достаточно. Доводы о нехватки ножных ванн в отрядах административный истец при рассмотрении дела не предъявлял.

Таким образом, доводы о переполненности, стесненности при размещении в отрядах № нехватке санитарного оборудования в спорных отрядах, судом отклоняются, поскольку опровергаются материалами дела.

При этом, утверждение истца о необеспечении приватности в туалетах в ходе рассмотрения дела нашло свое подтверждение. Как следует из справки начальника отдела К-Б, И и ХО ФКУ ИК-18, санитарные узлы отрядов № не имеют дверей, а в отряде № санитарные узлы не имеют ограждения в виде стенок-перегородок.

Суд полагает, что отсутствие дверей в санузлах отрядов № а также отсутствие перегородок в туалетных комнатах отряде №, безусловно не обеспечивает приватность посещения туалета. При этом доказательств того, что такое устройство санузлов необходимо в учреждении с целью обеспечения безопасности, ответчиками не представлено.

Доводы административного истца о нехватке освещения в отряде № частично нашли свое подтверждение. Так, согласно протоколу измерений освещенности от ***, в секции № в которой содержался административный истец на момент измерений, уровень освещенности не соответствует допустимым нормам СанПин 2.2.1/2.1.1.1278-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий».

Нарушения в части освещенности до 2021 года надзорным органом не фиксировалось.

Установленные выше обстоятельства подтверждаются актом санитарно-эпидемиологического обследования ФКУ ИК-18 от ***.

Так, в соответствии с актом санитарно-эпидемиологического обследования ФКУ ИК-18, проведенного филиалом ЦГСЭН № ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России ***, на момент проверки отряда № площадь на одного человека в отряде составляет 2,9 кв.м., нормы площади на инвалидов осужденных соблюдаются. Все обеспечены спальными местами и спальными принадлежностями. Санитарное состояние секции удовлетворительное. Естественное освещение предусмотрено. Искусственное освещение осуществляется потолочными светильниками с люминесцентными лампами. Лампы исправны. Уровень освещенности и параметры микроклимата соответствуют нормативным требованиям. Воздухообмен осуществляется через решетки естественной канальной вентиляции. В туалетных кабинах двери не предусмотрены. В туалете чисто. Инвентарь и средства для уборки и дезинфекции туалета имеются.

Нарушений касающихся сырости, духоты, связанной с устройством окна, которое было частично заложено кирпичной кладкой в спальном помещении, в котором располагался истец в отряде №, надзорным органом не выявлялись, в связи с чем, указанные доводы ФИО1 отклоняются, поскольку опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Доводы административного истца о признании помещения отряда № непригодным для проживания в связи с чем, он был переведен в отряд №, своего подтверждения не нашли. По информации надзорных и контролирующих органов, подобного решения не принималось.

Разрешая доводы о нарушениях прав истца в связи с отсутствием горячего водоснабжения в спорный период, суд принимает во внимание, что согласно в силу пунктов 19.2.1, 19.2.5 Свода правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водоводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям действующих нормативных документов; подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе, к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Вопреки доводам административных ответчиков, указанный Свод правил, предусматривающий оборудование зданий исправительного учреждения горячим водоснабжением и распространяя свое действие на проектирование, строительство, реконструкцию и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений исправительных, лечебных исправительных, лечебно-профилактических учреждений и исправительных центров уголовно-исполнительной системы, не содержит запрета на возможность применения его действия применительно к объектам, введенным в действие и эксплуатацию до его принятия, поскольку обратное ставило бы в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия данного свода правил.

Кроме того, требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 2 июня 2003 года № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года № 217-дсп.

Согласно возражениям на исковое заявление и предоставленным административными ответчиками документам, отсутствие горячего водоснабжения в помещениях, где содержался истец, не оспаривается. При этом представитель административного ответчика ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области отмечает, что в соответствии с правилами внутреннего распорядка осужденным предоставляется возможность помывки в специально оборудованном для этого месте, согласно установленному распорядку дня времени.

Однако, с учетом закрепленных положениями национального законодательства гарантий, осужденных на размещение в помещениях, отвечающих санитарным требованиям, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

Наличие горячего водоснабжение в туалетных помещениях исправительного учреждения непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях Учреждения.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков, потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия и безопасных условий для обитания человека.

Суд приходит к выводу, что отсутствие горячего водоснабжения является ущемлением прав административного истца на отбывание наказания в условиях, отвечающих санитарным и гигиеническим требованиям, и также признает этот довод административного истца обоснованным.

При этом, обеспечение осужденным не менее одного раза до 2017 года и двух раз в неделю после 2017 года помывки в банно-прачечном комбинате учреждения, где имеется централизованная подводка горячего водоснабжения, не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания.

Поскольку обеспечение помещений исправительного учреждения горячим водоснабжением с 2004 года являлось и является обязательным, постольку неисполнение административными ответчиками требований закона влечет нарушение прав осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

Установленные судом нарушения в части отсутствия горячего водоснабжения, размещение истца на втором этаже в период с *** по ***, необеспечение условий приватности в санитарных узлах туалетных комнат отрядов № несоблюдение уровня освещенности в помещении где размещался истец, само по себе объективно доказывает причинение административному истцу неизбежного уровня страданий (переживаний) при существующих ограничениях прав осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, поскольку вышеуказанные нарушения не обеспечивают право осужденных на безопасное и санитарно-эпидемиологическое благополучие, могут оказать влияние на жизнь и здоровье осужденных, отбывающих наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Принимая во внимание изложенное, а также установленные факты нарушения условий содержаний истца, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания в период отбывания им наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Отмеченное нарушение прав административного истца вызвано теми или иными действиями (бездействием) органов государственной власти, отвечающих за создание условий отбывания наказания в виде лишения свободы, в которых может быть обеспечено соблюдение установленных законом гарантий прав осужденных, потому взыскание в пользу ФИО1 компенсации морального вреда соответствует нормам материального права.

Вместе с тем, материалами административного дела не подтверждено, что на протяжении содержания в исправительном учреждении ФИО1 считал нарушенными его права на надлежащие условия содержания. При рассмотрении дела доказательств обращения административного истца с соответствующими жалобами и заявлениями в органы прокуратуры, в суд с целью защиты своих прав и законных интересов не представлено, факты нарушения его прав в конкретные периоды не фиксировались уполномоченными органами в документах, которые в последующем могли бы быть использованы в качестве доказательств.

Учитывая характер причиненных административному истцу нравственных страданий, выразившихся в нарушении санитарно-эпидемиологического благополучия, отсутствии горячего водоснабжения в помещениях в которых он содержался, что затрудняло выполнение гигиенических процедур, вынужденное использование санитарного оборудования в условиях несоблюдения приватности в туалетных комнатах отрядов № а также несоблюдение уровня освещенности гигиеническим требованиям, исходя из принципа разумности и справедливости, степени вины ответчика, учитывая индивидуальные особенности административного истца, с учетом продолжительности периода отбывания наказания, отсутствии для административного истца стойких негативных последствий, суд полагает, что в счет компенсации за нарушение условий содержания с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу административного истца подлежит взысканию денежная сумма в размере 30 000 рублей, что достаточно полно и адекватно компенсирует нравственные переживания.

Размер указанной компенсации определен судом также с учетом принципов разумности и справедливости, поскольку обязанность по соблюдению данного принципа, предусмотренного законом, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. В связи с этим, определяя размер рассматриваемой компенсации, суд должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред лицу, чье право нарушено действиями (бездействием) государственного органа, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Заявленную административным истцом ко взысканию сумму компенсации суд считает необоснованной, не отвечающей последствиям допущенных нарушений.

В соответствии с частями 2 и 3 статьи 227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается одно из следующих решений: 1) об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление; 2) об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными.

Статьей 227.1 КАС РФ предусмотрено, что решение суда при удовлетворении заявленных административным истцом требований о компенсации за нарушение условий содержания должно содержать обоснование размера компенсации и наименование органа (учреждения), допустившего нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также сведения о размере компенсации, наименование органа, осуществляющего полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и представлявшего интересы Российской Федерации по делу о присуждении компенсации.

Главным распорядителем средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, является ФСИН России.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 30 000 (тридцать тысяч) руб. 00 коп. с зачислением на личный счет ФИО1, открытый в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми».

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации, на сумму, превышающую 30 000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

***

***

Судья Н.А. Иванова

***

***

***