Судья Леконцев А.П. Дело № 33а-7421/2023

(номер дела суда первой инстанции № 2а-3804/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе председательствующего Голикова А.А.,

судей Колесниковой Д.А., Мишариной И.С.,

при секретаре судебного заседания Нечаевой Л.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 21 августа 2023 года в городе Сыктывкаре Республики Коми административное дело по апелляционной жалобе административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 13 марта 2023 года по административному делу по административному иску ФИО1 к ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-1, ФКУ ИК-1, ФКУ ИК-29, ФКУ ИК-35, ФКУ ИК-8, ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Заслушав доклад материалов административного дела судьи Колесниковой Д.А., судебная коллегия по административным делам

установила:

ФИО1 обратился в Сыктывкарский городской суд Республики Коми с административным исковым заявлением к УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации в размере 2 000 000 рублей за ненадлежащие условия содержания в исправительных учреждениях УФСИН России по Республике Коми: ФКУ СИЗО-1, ФКУ ИК-1, ФКУ ИК-29, ФКУ ИК-35, ФКУ ИК-8, ФКУ ИК-31, – за период с 1999 по 2000 годы, с июля 2006 года по май 2020 года по основанию недостаточности жилой площади, отсутствием горячего водоснабжения, недостаточности площади локальных участков, отсутствии приватности в санитарных узлах, отсутствии вентиляции.

Определением Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 13 февраля 2023 года к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-29 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-35 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми.

По итогам рассмотрения административного дела Сыктывкарским городским судом Республики Коми 13 марта 2023 года постановлено решение, в соответствии с которым административный иск удовлетворен частично. Взыскана с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсация за ненадлежащие условия содержания ФКУ СИЗО-1, ФКУ ИК-1, ФКУ ИК-35, ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми в размере 50 000 рублей. В удовлетворении административного иска ФИО1 к УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-1, ФКУ ИК-1, ФКУ ИК-29, ФКУ ИК-35, ФКУ ИК-8, ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания отказано.

Не соглашаясь с постановленным судебным актом, ФИО2, уполномоченная доверенностями на представление интересов административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, подала в Верховный Суд Республики Коми апелляционную жалобу, в которой просит об отмене решения суда. В обоснование доводов жалобы указано на неверное применение судом норм материального права, регулирующего вопросы обеспечения горячим водоснабжением. Кроме того, отсутствие горячей воды может расцениваться как существенное отклонение от стандартов, причиняющее нравственные страдания и умаляющее человеческое достоинство, лишь при установлении иных, более серьезных нарушений. Податель жалобы указывает на пропуск установленного статьей 219 Кодекса административного судопроизводства РФ срока обращения в суд. Размер взысканной судом компенсации полагает подлежащим снижению до 2000 рублей.

Административный истец извещен о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции по месту жительства, своего участия не обеспечил, не ходатайствовал об отложении рассмотрении дела.

Иные лица, участвующие в рассмотрении административного дела, в судебное заседание Верховного Суда Республики Коми не явились, извещены о месте и времени слушания дела в суде апелляционной инстанции надлежащим образом. Административным истцом ходатайства о рассмотрении дела с его участием посредством использования системы видеоконференц-связи не заявлено.

Согласно статьям 150 (часть 2), 226 (часть 6), 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, и не представивших доказательства уважительности своей неявки, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции и судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, согласно которой суд апелляционной инстанции рассматривает административное дело в полном объеме и не связан основаниями и доводами, изложенными в апелляционной жалобе, судебная коллегия по административным делам приходит к следующим выводам.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Возможность ограничения приведённого права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма.

Условия и порядок содержания под стражей регламентированы Федеральным законом №103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту также Федеральный закон №103-ФЗ).

Согласно статье 4 Федерального закона №103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона №103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными законодательством Российской Федерации; порядок осуществления прав осужденных устанавливается поименованным кодексом, а также иными нормативными правовыми актами; при осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц (части 2 статьи 10, частей 10 и 11 статьи 12 упомянутого кодекса).

По смыслу положений статьи 17.1 Закона о содержании под стражей, статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания подозреваемые, обвиняемые, осужденные имеют право обратиться в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Пунктом 132 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года №295 (действующих в период содержания истца в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми), установлено, что лечебно-профилактические учреждения, оказывающие стационарную медицинскую помощь осужденным, исполняют функции исправительного учреждения в отношении находящихся в них осужденных.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 218, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, положениями Закона о содержании под стражей, Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации; утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 02 июня 2003 года № 130дсп и другими, пришел к выводу о содержании ФИО1 в следственных изоляторах и исправительных колониях в ненадлежащих условиях, выразившихся в нарушении права на обеспечение горячей водой, а равно нарушения его прав и оснований в связи с этим к присуждению компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, размер которой определил в сумме 50 000 рублей.

Устанавливая периоды содержания ФИО1 в каждом из поименованных им в иске учреждений, суд первой инстанции установил, что административный истец содержался под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми с 05 октября 1999 года по 09 марта 2000 года, с 10 июля по 23 декабря 2006 года, с 14 октября 2008 года по 02 июня 2009 года.

В период с 09 марта по 28 ноября 2000 года отбывал уголовное наказание в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Республике Коми, откуда был освобожден по амнистии.

С 23 декабря 2006 года по 14 октября 2008 года и со 02 июня 2009 года по 06 июня 2013 года отбывал наказание в ФКУ ИК-35 УФСИН России по Республике Коми.

В период с 06 июня 2013 года по 07 января 2014 года отбывал наказание в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми.

С 07 января 2014 года по 10 марта 2017 года отбывал наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми.

С 10 марта 2017 года по 29 мая 2020 года содержался в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, откуда освобожден по отбытию срока наказания.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (абзац 8 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Оценивая доводы иска о ненадлежащих условиях содержания в следственном изоляторе, суд первой инстанции правильно исходил из того, что административными ответчиками не представлено доказательств обеспечения ФИО1 горячей водой для принятия гигиенических процедур.

В силу положений статьи 23 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденных Приказом Минюста РФ от 12 мая 2000 года № 148, Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 14 октября 2005 года № 189 (действующих в период спорных правоотношений) при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Нормами проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 161-дсп, были предусмотрены требования о подводке горячей воды к умывальникам, в том числе в камерах следственных изоляторов.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15 апреля 2016 года № 245/пр утвержден и введен в действие с 4 июля 2016 г. Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектировании». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего Свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (пункт 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

С учетом приведенных законоположений суд перовой инстанции правомерно исключил из числа нарушений по мотиву необеспечения горячим водоснабжением период содержания истца в следственном изоляторе с 05 октября 1999 года по 09 марта 2000 года, признав право на компенсацию в связи с нарушением права на обеспечение горячей водой с 10 июля по 23 декабря 2016 года и с 14 октября 2008 года по 02 июня 2009 года.

Проверяя доводы административного истца об отсутствии горячего водоснабжения в исправительных колониях, суд правильно основывал свой вывод на пунктах 19.2.1 и 19.2.5 Свода Правил 308.1325800.2017 Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях), утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, согласно которым здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующих нормативных документов. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

При рассмотрении дела установлено, что в период содержания ФИО1 в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Республике Коми, в ФКУ ИК-35 УФСИН России по Республике Коми, в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми, в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми горячее водоснабжениее в помещениях исправительных учреждений отсутствовало.

Одновременно с этим, удовлетворяя требований иска в названной части, суд первой инстанции учитывал, что здания общежитий отрядов ФКУ ИК-29 УФСИН России по Республике Коми построены и введены в эксплуатации в соответствии с действовавшими на тот период строительными нормами и правилами – «Указание по проектированию и строительству И ГУ и военных городков войсковых частей МВД СССР» (ВСН 10-73 МВД СССР), утвержденными Министерством внутренних дел СССР 20 декабря 1973 года, которые не предусматривали наличие уборных в мужских исправительных учреждений в зданиях общежитий для проживания осужденных. При строительстве учреждения не было предусмотрено наличие горячего водоснабжения и системы канализации.

Впервые требования о подводе горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 02 июня 2003 года № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года.

Поскольку строительными нормами и правилами, действовавшими до 2003 года, подводка горячей воды в режимные корпуса исправительных учреждений не была предусмотрена, вывод суда первой инстанции о надлежащих условиях содержания административного истца в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Республике Коми в период с 09 марта по 28 ноября 2000 года хотя бы и в отсутствии горячего водоснабжения в следует признать правильным.

С учетом приведенного регулирования, обеспечение помещений СИЗО и исправительных колоний горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, постольку неисполнение исправительными учреждениями требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого и осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

Данные нарушения правомерно отнесены судом первой инстанции к нарушениям условий содержания в исправительном учреждении, за которое подлежит взысканию денежная компенсация.Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что административными ответчиками не представлено допустимых и достоверных доказательств создания вышеуказанных условий содержания истца в учреждениях уголовно-исполнительной системы, а именно доступа к горячему водоснабжению в соответствии с требованиями закона, в то время как обязанность доказать отсутствие нарушений установленных правил и норм в силу положений статьи 62 и пункта 3 частей 9 и 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, возложена на административных ответчиков.

Обеспечение в соответствии с Правилами внутреннего распорядка обвиняемым (подозреваемым) и осужденным не менее одного (двух) раза в неделю помывки, согласно установленному распорядку дня, где имеется подвод горячего водоснабжения, не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания истца в иное время, а подтверждает исключительно факт соблюдения требований Правил внутреннего распорядка следственных изолятор и исправительных учреждений уголовно-исполнительной системы, в связи с чем, не может являться основанием к отказу в удовлетворении требований в приведенной части.

Сама по себе возможность иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать электрокипятильники заводского изготовления или чайники электрические, в отсутствие доказательств наличия таких электроприборов в пользовании истца, не обеспечивала административному истцу его права по поддержание своего гигиенического состояния в надлежащем состоянии. Отсутствие обращений истца к администрации исправительных учреждений с требованиями о выдаче горячей воды по мере необходимости не свидетельствует об обеспечении его горячим водоснабжением и об отсутствии нарушения его прав и законных интересов.

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о наличии нарушений, выразившихся в отсутствии обеспечения горячего водоснабжения в камерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми и исправительных колониях ФКУ ИК-35 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми и ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми являются верными.

Отказывая в удовлетворении требований по мотиву отсутствия центрального горячего водоснабжения в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, суд первой инстанции исходил из установленных при рассмотрении дела обстоятельств, в соответствии с которыми в помещениях отрядов в спорный период холодное и горячее водоснабжение функционировало круглосуточно, было подведено ко всем умывальникам санитарной комнаты и душевым кабинкам и было доступно осужденным жилых отрядов, горячее водоснабжение подготавливалось от собственной котельной, при том, что имелись водонагреватели объемом от 50 до 100 литров, которые функционировали как резервный источник горячего водоснабжения.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований в названной части, судебная коллегия исходит из того, что характер и существо заявленных административным истцом нарушений, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения при фактическом предоставлении ему помывки в банном комплексе, подведении горячего водоснабжения ко всем умывальникам санитарной комнаты и душевым кабинкам, доступным осужденным жилых отрядов, от собственной котельной, при наличии резервных источников горячего водоснабжения в виде водонагревателей, как и отсутствие туалета в отряде при его организации в отдельном отапливаемом здании, оборудованном санитарными узлами огороженными стенками, а равно обеспечивающими необходимую приватность, не свидетельствует о существенных отклонениях от установленных законом требований к условиям содержания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, не свидетельствуют об унижении достоинства административного истца, причинении физических и нравственных страданий.

С учетом примечаний № 6, 7 пункта 32 к таблице 14.3 Свода Правил СП 308.1325800.2017, в соответствии с которыми санитарные помещения общежитий следует оборудовать одним унитазом и одним писсуаром на 15 осужденных, одной ножной ванной и одним умывальником на 15 осужденных, не противоречит материалам дела и представленным доказательствам вывод суда первой инстанции о недостаточном оснащении санитарными приборами отряда №... в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми с учетом количества осужденных, содержащихся в данном отряде в период размещения в нем административного истца. Такой вывод суда первой инстанции диктован правом осужденных иметь беспрепятственный доступ к санитарным устройствам, отвечающим требованиям гигиены и позволяющим уединение.

Оснований для отмены и (или) изменения решения суда, в том числе по доводам жалоб административных ответчиков не имеется, поскольку вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований для компенсации за ненадлежащие условия содержания, предусмотренной статей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, является правильным, исходя из наличия описанных выше нарушений условий содержания в следственном изоляторе и исправительных учреждениях, с которыми судебная коллегия соглашается, поскольку они основаны на материалах дела и приняты в соответствии с нормами действующего законодательства, регулирующими данный вид спорных правоотношений.

Доводы жалоб административных ответчиков с иным толкованием положений приведенного выше законодательства не подтверждают неправильного применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а направлены на переоценку исследованных судом обстоятельств дела, представленных доказательств и сделанных на их основе выводов.

Правовых условий, позволяющих принять решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, как об этом ставиться вопрос в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции не установлено.

Проверяя доводы административного иска о нарушении нормы жилой площади в период размещения административного истца в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми и в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, суд первой инстанции, с учетом отсутствия информации о том, в каком спальном помещении располагался административный истец одновременно с другими осужденными, при расчете норматива площади, сопоставляя количественный состав осужденных лиц, размещенных в соответствующих отрядах, с размером совокупной площади спальных помещений, пришел к обоснованному выводу, что норма жилой площади, установленная положениями статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса РФ в названных исправительных учреждениях обеспечивалась, поскольку практически всегда составляла не менее 2 кв.м.

Установленные отклонения от нормы жилой площади в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми правомерно не учтены при оценке нарушения прав истца по основанию несоблюдения норматива площади, приходящейся на осужденного, исходя из того, что такое отклонение являлось незначительным (0,1 кв.м) и не могло повлечь нарушений прав, влекущих взыскание в пользу истца заявленной компенсации.

С такими выводами судебная коллегия соглашается, поскольку такое незначительное отклонение площади от требуемых норм не носила системный характер, не препятствовало использованию вспомогательными помещениями колонии и локальным участком, а равно такой недостаток жилой площади не свидетельствует о жестоких и бесчеловечных условиях содержания осужденного, унижающем человеческое достоинство обращении, незаконном - как физическом, так и психическом - воздействии на человека.

Исходя из того, что прогулка в отрядах правилами внутреннего распорядка не ограничена, осужденные выходят на прогулку по своему усмотрению, и их выход на прогулку всем отрядом не регламентирован, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований полагать о лишении истца права на прогулку, в том числе, с учетом норматива представленной площади локальных участков.

Выводы суда о несостоятельности доводов ФИО1 о нарушении административными ответчиками условий его содержания в части недостаточности вентиляции, нарушении приватности в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми проверены и ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми и оценены судом по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и согласуются с нормами материального права.

В целях оценки условий содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике, ФКУ ИК-29 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-35 УФСИН России по Республике Коми и в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми, не связанных с обеспечением горячей водой, суд первой инстанции истребовал соответствующие доказательства.

Между тем, сведения о количественной проверки лиц, содержащихся в следственном изоляторе, план покамерного размещения в СИЗО-1, каким количеством спальных мест были оборудованы помещения отрядов исправительных колоний, каким образом организованы санитарные узлы в отрядах колоний, в которых размещался ФИО1 в период его содержания в названных исправительном учреждении в периоды с 1999 по 2014 годы, установить невозможно, так как документация за названный период уничтожена в связи с истечением сроков ее хранения в соответствии с Приказом МВД РФ от 05 октября 1990 года № 062, пунктом 196 которого срок хранения таких документов составлял 3 года.

Таким образом, суд первой инстанции, несмотря на предпринятые меры, был лишен возможности проверить доводы истца о допущенных нарушениях при его содержании в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми в связи с тем, что соответствующая документация о лицах, содержащихся в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми в спорный период, не сохранились в связи с их уничтожением по истечении установленного срока хранения, который определен нормативным правовым актом и является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части неустановленных нарушений, как недостаточной площади камер режимного корпуса, спальных помещений и прогулочного двора, недостаточной вентиляции, недостаточного количества сантехнического оборудования и нарушения приватности в санузлах. Обратное, по убеждению судебной коллегии, приведет к возложению на ответчика неблагоприятных последствий невозможности представления сведений, подтверждающих соблюдение надлежащих условий содержания истца, в связи с уничтожением в установленном законом порядке соответствующих документов.

Лишен возможности проверить доводы административного истца и суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия учитывает, что на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

С учетом конкретных обстоятельств дела, судебная коллегия по административным делам соглашается с выводами суда первой инстанции в приведенной выше части доводов иска, в том числе исходя из того, что обращение в суд с иском по истечении значительного промежутка времени (спустя более 20 лет) после событий, которые, по мнению административного истца, имели место и приводили к нарушению его прав, свидетельствует о злоупотреблении административным истцом своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

Решение суда первой инстанции в той части, в которой в удовлетворении требований иска отказано, сторонами административного дела не оспаривается. Судебная коллегия не находит оснований для иной оценки условий содержания в указанной части.

Удовлетворяя заявленные административным истцом требования в части, суд первой инстанции учитывал, что нарушения условий содержания административного истца в следственном изоляторе и исправительных учреждениях нашли свое частичное подтверждение, принял во внимание продолжительность данных нарушений, обстоятельства, при которых допускались нарушения, его последствия для административного истца, который претерпевал нравственные страдания, выражающиеся в чувстве несправедливости и незащищенности от неправомерных действий администрации исправительного учреждения, физические страдания и пришел к выводу о взыскании в пользу административного истца с Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации компенсации в размере 50 000 рублей.

Разумность компенсации является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

Из анализа действующего законодательства следует, что размер компенсации определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении. Такими обстоятельствами могут являться длительность содержания административного истца под стражей в ненадлежащих условиях, неоднократность нарушения его прав, состояние здоровья, а также иные сведения, имеющие правовое значение для решения вопроса о компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении

Такие выводы основаны на правильном применении судом норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, и соответствуют обстоятельствам административного дела.

По убеждению судебной коллегии, исчисленный размер компенсации является достаточным, отвечает принципам разумности и справедливости, и предписанным законом критериям.

Применительно к настоящему делу наряду с фактом причинения физических и нравственных страданий, вызванных ненадлежащими условиями содержания, судебная коллегия учитывает фактические обстоятельства дела, при которых отсутствовал преднамеренный характер нарушений со стороны исправительного учреждения, а также значительно длительное время, в период которого истец о нарушении своих прав относительно условий содержания в следственных изоляторах не заявлял, что, безусловно, свидетельствует об отношении самого истца к рассматриваемым обстоятельствам.

При этом доводы о пропуске срока обращения в суд судебной коллегией отклоняются.

Действительно, согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020) Верховным Судом Российской Федерации отмечено, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 года, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы.

Таким образом, поскольку ФИО1 на момент подачи административного иска находился в исправительном учреждении, оснований для отказа в удовлетворении его требований по мотиву пропуска срока обращения в суд у суда первой инстанции не имелось.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации).

Неотчуждаемость основных прав и свобод человека, принадлежность их каждому от рождения предполагают необходимость установления гарантий, одной из которых является право каждого на судебную защиту, не подлежащее ограничению (статьи 46 и 56 Конституции Российской Федерации).

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункты 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В силу чего обстоятельство пропуска срока на обращение в суд само по себе не может быть признано достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий, что следует из статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению дела, не допущено, основания к отмене или изменению верного по существу судебного акта, не установлены.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 13 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения.

Председательствующий –

Судьи: