44RS0028-01-2022-000359-26
Дело № 2-560/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 июля 2022 года
Костромской районный суд Костромской области в составе:
председательствующего судьи Вороновой О.Е.
при секретаре Любимовой Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело
по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании права собственности на земельный участок и садовый домик в порядке наследования и в порядке приобретательной давности,
по встречному иску ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о признании права собственности на доли земельного участка и садового домика в порядке наследования, устранении препятствий в пользовании имуществом,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 (ранее ФИО4) Е.В., Рождественской (ранее ФИО9) И.В., уточнив который в порядке ст.39 ГПК РФ, просил признать за ним право собственности на земельный участок, площадью ***** кв.м, кадастровый №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешённого использования: для ведения садоводства и садовый домик, площадью ***** кв.м расположенные по адресу: (адрес):
- в порядке наследования после смерти ФИО5 и ФИО6 – в размере 5/6 долей;
- в порядке приобретательской давности в размере 1/6 доли.
В обоснование иска указал, что является сыном ФИО5, умершего ДДММГГГГ, и ФИО6, умершей ДДММГГГГ.
Наследниками ФИО7 на дату его смерти являлись: супруга ФИО6, доля от наследуемого имущества - 1/3, сын ФИО1, доля от наследуемого имущества - 1/3, и две внучки ФИО8 и ФИО9, доля от наследуемого имущества – по 1/6 каждой.
При оформлении наследства, оставшегося после смерти ФИО5, в наследственную массу не было включено спорное имущество.
Указанный выше земельный участок был предоставлен ФИО5 в собственность на основании решения Главы Администрации Костромского района от 14.12.1992 года № 262 а, что подтверждается свидетельством на право собственности на землю от 24.12.1992 года № 3351. Земельный участок был предоставлен ФИО5 в период нахождения его в браке с ФИО6
Согласно правовой позиции, сформированной Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 28.11.2017 года № 64- КГ17-10, бесплатная передача земельного участка одному из супругов во время брака на основании акта органа местного самоуправления не может являться основанием его отнесения к личной собственности этого супруга.
В силу положений действующего гражданского законодательства об общей собственности супругов (ст. 34 СК РФ, ст. 256 ГК РФ) право собственности одного из супругов на долю в имуществе, нажитом во время брака, не прекращается после смерти другого супруга. Обращение к нотариусу за получением свидетельства о праве собственности на супружескую долю не является обязанностью пережившего супруга, императивно предусмотренной законом. Все имущество, приобретенное в период брака, является совместно нажитым в силу ст. 34 СК РФ, если не будут представлены доказательства того, что это имущество было приобретено за счет личных средств одного из супругов.
Учитывая изложенное, ФИО6, независимо от осуществления регистрационных прав собственности, стало принадлежать 2/3 доли от всего наследуемого имущество (1/2 - супружеская доля +1/6 доля наследства (1/2 : 3), ФИО1 1/6 доля от всего наследуемого имущества, ФИО8 и ФИО9 по 1/12 доли каждой (1/6:2).
ФИО6 было оформлено завещание от ДДММГГГГ, согласно которому все принадлежащее на день смерти имущество в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось, на случай смерти переходит к ФИО1
После смерти ФИО6 ФИО1 вступил в права наследования, что подтверждается свидетельством о праве на наследство по завещанию от ДДММГГГГ.
При этом, 2/3 доли земельного участка и садового домика в наследственную массу включены не были, в связи с отсутствием зарегистрированного права. Между тем, в силу положения части 2 статьи 1152 ГК РФ ФИО1 стало принадлежать 2/3 доли земельного участка и садового домика,
С учетом изложенного доля ФИО1 составила 5/6 долей (2/3 доли после матери + 1/6 после отца) от земельного участка и садового домика, доли ФИО8 и ФИО9 остались без изменений в размере 1/12 каждой.
Однако ФИО8 и ФИО9, зная о наличии наследственных прав на земельный участок и садовый домик, после смерти ФИО5 ДДММГГГГ какого-либо интереса к наследственному имуществу ФИО5 не проявили, расходы по его содержанию не несли.
Между тем, сначала ФИО6, а после её смерти ФИО1 открыто и непрерывно владели указанным имуществом как свои собственным, несли расходы по его содержанию, осуществляли ремонт садового домика, обрабатывали земельный участок. Общий срок владения земельным участком и садовым домиком на дату обращения с иском составил более 23 лет.
Со ссылкой на положения п. 4 ст. 256, ст. 1150, п. 2 ст. 218, ст. 1110, п. 2 ст. 1152, ст. 234 ГК РФ, ст. 34 СК РФ просил суд признать за ним право собственности на все имущество в целом в порядке наследования и приобретательной давности.
Ответчики ФИО2 и ФИО3 обратились в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1, в котором указали, что с заявленными истцом требованиями не согласны, считают, что для их удовлетворения правовых оснований не имеется.
Срок приобретальной давности должен составлять 15 и более лет, но ответчики не могли пользоваться земельным участком с 2010 года, так как истец чинил препятствия им в этом.
Согласно ответам ПАО Сбербанк, ответчики наследство, принадлежащее ФИО5, приняли в части денежных средств. Свидетельство о праве на наследство на земельный участок и садовый домик они не получали по причине того, что нотариус его не выдала в связи с непредоставлением правоустанавливающих документов, которые находились у супруги наследодателя, а в последующем у истца.
Ответчики знали, что земельный участок принадлежит на праве собственности их дедушке - ФИО5, а значит, принадлежит всей их семье, а после смерти дедушки считали его своим в части; считали, что имеется и их доля в спорном земельном участке и садовом домике.
До смерти бабушки, ФИО6, то есть вплоть до 2009 г, ответчики приезжали на дачу с целью посадить овощи весной, собрать ягоды и фрукты летом, а осенью урожай овощей. Все действия ответчиков производились исключительно в личных интересах, то есть не только, как помощь их бабушке, ФИО6 .
После смерти бабушки её сын, ФИО10 начиная с 2010 начал чинить препятствия ответчикам в пользовании земельным участком, перестал пускать их на дачу, вёл себя агрессивно, нецензурно выражался, грубил,. сменил замки на калитке и двери в садовый домик.
Пункт 4 статьи 256 ГК РФ, на которую ссылается истец в обоснование своих требований, была введена Федеральным законом от 19.07.2018 № 217-ФЗ «О внесении изменений в статью 256 части первой и часть третью Гражданского кодекса Российской Федерации» уже после возникших правоотношений, касающихся наследования имущества после смерти ФИО5 в 1999 году.
Исходя из положений статьи 3 указанного закона, Федеральный закон вступает в силу с 1 июня 2019 года, и положения статьи 256 части первой и части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к отношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. Следовательно, на момент принятия наследства, оставшегося после смерти ФИО5, ФИО6 должна была выделить супружескую долю из наследственного имущества, выразить своё волеизъявление каким-либо образом. Но после смерти Г.И. она просто продолжала пользоваться им совместно с тремя другими наследниками: 1/3 доли - ФИО6, 1/3 доли - ФИО1 1/3 доли - внучек: ФИО2 и ФИО3. Данные действия свидетельствуют о том, что после смерти мужа, оставшееся после него наследство она считала поделенным поровну, по 1/3 доли каждому наследнику (внучки в порядке универсального правопреемства после смерти сына).
Поэтому истцы по встречному иску и ответчики по первоначальному иску считают, что их доля в наследственном имуществе, оставшемся после смерти ФИО5, составляет 1/3 – по 1/6 доли каждой.
Ссылаясь на ст. 218, ст. 1112, ст. 1141-1146, ст. 1152, ст. 1153, ст. 209, ст. 304 ГК РФ просят суд:
- признать за ФИО2 и ФИО3 право собственности на 1/6 доли каждой в праве собственности на земельный участок, площадью ***** кв.м, кадастровый №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешённого использования: для ведения садоводства, и садовый домик, 1977 года постройки площадью 48,8 кв.м, расположенных по адресу: (адрес) порядке наследования;
- обязать ФИО1 не чинить препятствий в осуществлении права пользования земельным участком указанным имуществом, передать дубликаты ключей от калитки земельного участка и садового домика.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено Управление Росреестра по Костромской области.
В судебное заседание истец ФИО11 не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя ФИО12
Представитель истца ФИО12, действуя по доверенности от 07.02.2022 сроком действия 1 год, на требованиях своего доверителя настаивала в соответствии с доводами, изложенными в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что с 1997 года со стороны ответчиков не принималось никаких мер по содержанию имущества, его распоряжению. После смерти ФИО5 в наследство вступила его супруга ФИО13, сын и две внучки. Но фактически спорным имуществом пользовались только супруга А. и сын ФИО1 (истец по делу). А после смерти А.И., сын А. единолично владел имуществом.
Полагает, что Ответчикам на двоих принадлежит всего 1/6 доля, поскольку в данном наследственном имуществе имелась супружеская доля - это доля является обязательной и право собственности возникло у ФИО6 независимо от того, что владельцем по документам являлся её супруг.
Внучки наследодателя интерес к данному имуществу не проявляли, пару раз они приезжали в гости, но к самому недвижимому имуществу интерес не имели. На протяжении двадцати лет ответчики фактически после открытия наследства отстранились от его принятия, не вступали в право владения, что следует из первых показаний ФИО3 о том, что после смерти ФИО14 они приезжали нечасто, только по приглашению. После смерти ФИО6 каких-либо прав на наследство не заявляли, к нотариусу с заявлением не обращались. Заявление в правоохранительные органы, иск в суд об установлении препятствий в пользовании земельным участком не писали. Садовый домик и земельный участок не содержали, какого-либо интереса к нему не проявляли.
Требования об устранении препятствий также необоснованы. Замки навесные на доме были установлены в 1980-х годах и на сегодняшний день они не менялись. Никаких препятствий в пользовании не было. Каких либо негативных, конфликтных отношений между истцом и племянницами не было.
Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 исковые требования ФИО1 не признала, на встречных настаивала. Пояснила, что на момент смерти ФИО14 была несовершеннолетней, достигла возраста 14 лет. К нотариусу с заявлением о вступлении в наследство обращалась мама, но со слов матери, ей было отказано в выдаче свидетельства на спорное имущество.
С самого раннего детства она с сестрой и родителями находились на данном участке в весенний, летний период. Школьные каникулы проводила там же. В садовом домике всегда были принадлежащие им вещи. После смерти дедушки забрала из домика любимый приемник, который до сегодняшнего дня не сохранился, продолжала ездить на участок. Она ездила туда не только с родителями, но и со своим маленьким ребенком, который родился в ДД.ММ.ГГГГ году. Приезжала с ним в 2008 и 2009 году. На земельном участке у нее были грядки, которые сама сажала.
Дружеские отношения с дядей (истцом) с самого детства не сложились. По какой причине он не хотел видеть их там, не понимает. Сестре он говорил, чтобы они (ответчики) ушли. При жизни бабушки они старались не встречаться с дядей. Если видели, что он там, уходили, так как думали, что он мог применить физическую силу, даст отпор в пользовании имуществом.
В сентябре 2009 года убирали урожай на этом участке, но это делалось в отсутствие истца. Сажали зелень, редис, которые не требуют полного ухода. Посадка была в конце апреля - начале мая 2009 года, она помогала маме посадить растения. На протяжении летнего периода она с сестрой были 5-6 раз на земельном участке. В августе 2009 года собирали яблоки.
Весной 2010 года на участок приезжала сестра ФИО3 Дядя её прогнал. К участковому обращались, но так как документов на имущество не было, то защитить свои права не могли. В 2015-2016 годах ходили к юристу на консультацию. Из-за материальных проблем вопрос об оформлении права собственности отложили.
Указала, что в 2009 году спокойно могла пройти в дом, поскольку были ключи. Дверь была деревянная, установлен врезной замок. Сейчас замок поменян, ключей у нее нет.
Ответчик ФИО3 исковые требования ФИО1 не признала, на встречных настаивала. Суду пояснила, что показания, данные в судебном заседании 11.04.2022 о том, что наследство своего деда не принимала и спорным имуществом не пользовалась, как собственник, не поддерживает. Объясняет ошибочность данных пояснений волнением, поскольку исковое заявление получила прямо перед заседанием, была не подготовлена, растеряна, шокирована, что родной дядя хочет лишить её с сестрой доли в праве на участок и садовый домик.
Эти её показания нельзя воспринимать как действительные и реальные. После успокоилась, многое вспомнилось.
Настаивает, что после смерти деда она и сестра ездили на участок регулярно, когда хотели. Там одна находилась без бабушки, это был 2005 год. На протяжении всего времени в доме находились принадлежащие им вещи. Она взяла на память посуду из домика. В их распоряжении имелся общий ключ от садового домика. Из-за проблем со здоровьем почти не занималась посадками, больше приезжала туда отдохнуть после работы.
Бабушка неоднократно жаловалась на дядю, так как он выпивал. Были факты, что он бегал с топором за ней по даче. Дядя кодировался неоднократно, и они старались не общаться с агрессивным родственником.
В 2010 году после смерти бабушки в конце сезона собирали с сестрой на участке урожай. Она приехала с подругой посмотреть, что будут делать в этом году, и там застали дядю, он был не один, сказал, чтобы они (ответчик с подругой) ушли. Его компания была выпившая. Дядя нецензурно высказывался, говорил, что её здесь ничего нет, после этого он поменял замки. Позже в 2010 году в дом уже не попали. Затем на территории появился забор, весь дом обвешан табличками, что охраняется ЧОП. Спрашивали документы у дяди, но он их не отдал. Ходили к юристу, но из-за финансовых проблем дом с участком в свою собственность не оформили.
Представитель ответчиков ФИО15, действующий по доверенности от 06.05.2022 и от 04.05.2022, с иском ФИО1 не согласился, требования доверителей поддержал. Дополнительно к изложенному во встречном иске пояснил, что каждая из его доверителей вступила в права наследования после смерти деда по 1/6 доле денежного вклада, а потому они являются собственниками в порядке наследования на спорное имущество в том же объеме, по 1/6 доле каждая. Ответчики пользовались спорным имуществом вплоть до 2010 года, когда истец стал чинить им препятствия в этом. С того момента не прошло 15 лет открытого, непрерывного и добросовестного владения земельным участком и домиком.
Обращает внимание на то, что истец в обоснование своей позиции о супружеской доле одного из наследодателей истца ссылается на норму права, которая на момент открытия наследства после смерти ФИО5 не существовала. Согласно п.п. 74, 75 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, а также пунктам 14.1, 14.4 "Методических рекомендаций по оформлению наследственных прав по оформлению наследственных прав", утвержденных решением Правления ФНП от 25.03.2019, протокол № 03/19, на момент открытия наследства ФИО5 было предусмотрено, что в случае смерти одного из супругов свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов выдается нотариусом по письменному заявлению пережившего супруга с извещением наследников, принявших наследство. По письменному заявлению наследников, принявших наследство, и с согласия пережившего супруга в свидетельстве о праве собственности может быть определена и доля умершего супруга в общем имуществе. Поскольку ФИО6 на момент оформления наследственных прав не заявила о праве на супружескую долю в наследственном имуществе ФИО5, и получила свидетельство о праве на наследство в равных долях с остальными наследниками, то в спорном имуществе его доверителя приобрели право собственности по 1/6 доле каждая.
Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Костромской области (далее – Управление Росреестра) ходатайствовало о рассмотрении дела в его отсутствие. В письменном отзыве указали, что в случае установления судом оснований для вынесения решения о признании права собственности за истцами, последние могут обратиться в Управление с заявлением о государственной регистрации своего права в установленном законом порядке. Тогда основанием для государственной регистрации нрав на объект недвижимости, а также снятия с кадастрового учета объекта недвижимости будет являться вступившее в законную силу решение суда.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему:
В силу ст. 12 ГК РФ, одним из способов осуществления защиты гражданских прав является признание права.
Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование имущества умершего гражданина осуществляется, по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.
Согласно ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.
В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 1152 ГК РФ, для приобретения наследства наследник должен его принять.
Согласно п. 2 ст. 1153 ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.
Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.
В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 Гражданского кодекса РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 Гражданского кодекса РФ.
В соответствии с п. 1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
Судом установлено, что отец истца и дед ответчиков ФИО5 умер ДДММГГГГ, и его наследниками по закону первой очереди в соответствии со ст. 1142 ГК РФ являлись: супруга ФИО6, сын ФИО1 и внучки ФИО2 ДДММГГГГ., ФИО3 ДДММГГГГ.
Все четверо наследников, в том числе законный представитель несовершеннолетней внучки ФИО2 (ранее ФИО4) Е.В. в установленный законом шестимесячный срок обратились к нотариусу с заявлениями о вступлении в права наследования после смерти ФИО5 В числе имущества, поименованного в качестве наследственного, наследники указали: денежный вклад и земельный участок с постройками в (адрес) В рамках наследственного дела наследники ФИО6 и истец при отсутствии документов родства дали согласие на включение в свидетельство о праве на наследство внучки ФИО5 – ФИО9 (ныне Рождественской) И.В..
Каждому из наследников нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону на имущество ФИО5 денежные вклады, в том числе: супруге ФИО6 и сыну ФИО1 – по 1/3 доле, внучкам ФИО2 (ранее ФИО4) Е.В. и Рождественской (ранее ФИО9) И.В. – по 1/6 доле.
Свидетельства о праве на наследство на спорный земельный участок и садовый домик не выданы, из материалов наследственного дела следует, что по запросам нотариуса правоустанавливающие документы на эти объекты не были представлены.
Между тем право собственности наследодателя на земельный участок с кадастровым номером № и садовый домик по адресу: (адрес) документально подтверждено в рамках настоящего дела, в том числе:
- Свидетельством на право собственности на землю №, выданным ФИО5 ДДММГГГГ на основании постановления Администрации Костромского района № от 14.12.1992, которым спорный участок был предоставлен для ведения садоводства,
- Справкой председателя НСОТ «Борщино» о том, что ФИО5 принадлежит по праву собственности садовый участок за (адрес), с расположенным на нем садовым домиком,
- выпиской из ЕГРН на земельный участок от 24.03.2022, где в особых отметках в качестве правообладателя земельного участка указан ФИО5.
При жизни ФИО5 не успел в соответствии с принятием Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" зарегистрировать свое право собственности на объекты недвижимости. Оснований полагать, что до принятия указанного закона и до своей смерти ФИО5 распорядился принадлежащим ему земельным участком с постройками, у суда не имеется.
Таким образом, указанное имущество является объектом наследственных прав после смерти ФИО5, и с учетом положений ст. 1110 ГК РФ в порядке универсального правопреемства перешло в собственность его наследников в тех же долях, а именно: супруге ФИО6 и сыну ФИО1 – по 1/3 доле, внучкам ФИО2 и ФИО3 – по 1/6 доле.
Довод стороны истца о том, что имущество является совместной собственностью супругов, а потому супружеская доля ФИО6 в размере ? не должна учитываться в составе наследственной массы ФИО5, несостоятелен, поскольку, как верно отметил представитель ответчиков ФИО15, положения пункта 4 ст. 256 ГК РФ, на которые опирается истец, начали действовать только 01 июня 2019 года в соответствии с Федеральный закон от 19.07.2018 N 217-ФЗ "О внесении изменений в статью 256 части первой и часть третью Гражданского кодекса Российской Федерации".
Согласно статье 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. В то же время статья 256 ГК РФ для целей определения этих долей отсылает к семейному законодательству, который не устанавливает каких-либо правил определения доли пережившего супруга и, соответственно, не устанавливает наследственную долю. Семейный кодекс РФ в данном вопросе регулирует лишь раздел общего имущества супругов при их жизни.
В настоящем случае спорные наследственные правоотношения возникли в день смерти наследодателя 21.11.1998 года, когда действовала статья 75 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате", утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1, согласно которой, в случае смерти одного из супругов свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов выдается нотариусом по месту открытия наследства по письменному заявлению пережившего супруга с извещением наследников, принявших наследство.
Из содержания наследственного дела после смерти ФИО5 следует, что наследник – пережившая супруга ФИО6 – соответствующего заявления о праве собственности на долю в общем имуществе не подавала, что указывало на её согласие с отнесением земельного участка и садового домика к наследственной массе мужа в целом. Также и в её заявлении к нотариусу о принятии наследства от 02.03.1999 спорное имущество поименовано в составе наследственного без указания доли супруга.
С учетом установленных судом фактических обстоятельств, принимая во внимание отсутствие у ФИО6 притязаний в отношении супружеской доли в наследственном имуществе, фактического принятия наследства всеми наследниками умершего ФИО5, выразившегося в своевременном обращении к нотариусу, а также отсутствие между ними спора о долях в наследстве, определенных нотариусом, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения встречного иска ФИО2 и ФИО3 о признании за каждой из них по 1/6 доле в праве собственности на спорный земельный участок и садовый домик в порядке наследования после смерти деда ФИО5.
Соответственно исковые требования ФИО1 о признании права собственности на это же имущество в порядке наследования после смерти ФИО5 подлежат удовлетворению в объеме 1/3 доли.
Судом также установлено, что ФИО6, принявшая наследство своего супруга в размере 1/3 доли, умерла ДДММГГГГ.
При жизни 28.01.2009 она сделала завещание, которым все свое имущество, которое ко дню её смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещала сыну ФИО1.
Истец ФИО1 принял наследство своей матери и получил у нотариуса Свидетельства о праве на наследство по завещанию на квартиру и денежный вклад.
В числе нотариально оформленных наследственных прав спорное имущество в виде 1/3 доли земельного участка и садового домика не упоминается.
По сведениям ЕГРН право собственности ФИО6 на это имущество зарегистрировано в установленном законодательством порядке не было. Однако указанное обстоятельство не должно влечь негативных последствий для её наследника по завещанию. Доказательств отчуждения этого имущества при жизни наследодателя в деле не имеется, а потому суд приходит к выводу о том, что земельный участок и садовый домик по адресу: (адрес) вошел в состав её наследственной массы в размере 1/3 доли.
Учитывая положения пункта 2 ст.1152 ГК РФ, согласно которой, принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, принимая во внимание отсутствие возражений и спора ответчиков о праве истца ФИО1 наследовать земельный участок и домик в объеме 1/3 доли после смерти ФИО6, фактическое отсутствие у наследодателя притязаний на супружескую долю при жизни, суд принимает решение об удовлетворении требований истца о признании за ним права собственности в порядке наследования на данное имущество в размере 1/3 доли. В остальной части указанного требования оснований для удовлетворения не имеется.
Таким образом, за истцом ФИО1 подлежит признанию право собственности на земельный участок и садовый домик: в порядке наследования по закону после смерти отца ФИО16 – в размере 1/3 доли, в порядке наследования по завещанию после смерти матери ФИО6 – в размере 1/3 доли, а всего: в размере 2/3 доли.
Соответственно и истец, и ответчики наделены полномочиями собственника каждый, и в силу положений ст. 209 ГК РФ вправе по своему усмотрению владеть, пользоваться и распоряжаться спорным имуществом, совершать в отношении него любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.
Согласно статье 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (части 1 - 3).
Согласно ст. 304 ГК РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ и ВАС РФ, изложенным в пункте 45 Постановления N 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.
В соответствии с п. 1 ст. 234 Гражданского кодекса РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что при разрешении судами споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:
- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;
- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;
- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности;
- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
В соответствии со ст. ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.
Истец ФИО1 в обоснование доводов о самоустранении ответчиков от осуществления прав и обязанностей в отношении принадлежащего им имущества представил документальные свидетельства приобретения им инструмента (триммер), а также доставки в адрес Борщино теплицы по договору купли-продажи от 18.04.2014, справку об отсутствии задолженности по налогам. Однако данные свидетельства с учетом его права собственности в отношении спорного имущества могут лишь указывать на осуществление правомочий собственника, но никак не подтверждают добровольный отказ от права собственности иных владельцев. Равно как и членская книжка садовода, в которой отражена информация об уплате членских взносов, таким доказательством не является.
Представленные стороной истца письменные пояснения ФИО17 являются недопустимым доказательством по делу, поскольку отобраны истцом в нарушение ст. 55, ст. 69, ст. 70 ГПК РФ без участия суда и других участников по делу и без предупреждения об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. При этом пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что в силу ст. 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании.
По ходатайству истца также были допрошены иные свидетели.
Свидетель ФИО18 пояснила, что истец приходится ей супругом, проживает совместно с ним с ДДММГГГГ года. Примерно с ДДММГГГГ года стали ездить на спорный участок каждые выходные, муж ездил раз в два дня. На тот момент собственником участка считала свою свекровь ФИО6. В 2003 году видела на участке племянниц мужа (ответчиков по делу), они приезжали в гости к своей бабушке. Муж им не препятствовал в этом. Потом они на участке не появлялись, к истцу по вопросу о предоставлении ключей, о сборе урожая не обращались. С 2003 года ФИО13 Ивановна ухаживала за своим огородом сама, от помощи отказывалась. После смерти супруга участком стали заниматься вместе с мужем, больше никто. Вещей внучек в доме бабушки не видела. Предполагает, что сестры оставались ночевать в садовом домике, потому, что когда она приезжала на следующий день, то девушки собирались уже домой. Каждая из них приезжала по отдельности, сначала Ирина, потом Елена с матерью. Младшая дочь (ФИО2) также приезжала с ребенком, но назвать год затруднилась. В последний раз видела ответчиков на участке не позднее 2005 года, точнее сказать не может.
Свидетель ФИО19 пояснила, что приходится истцу падчерицей. С 2003 года, когда её мать сошлась с истцом, она была на участке, сажали картошку, помидоры. Первые три года она ездила на участок каждое лето по выходным, потом ездила реже раз в месяц, поскольку у неё появился маленький ребенок. И сейчас бывает на участке. Первое время там была с ними ФИО13 Ивановна, больше там никого не видела. С 2003 года к участку никто интерес больше не проявлял. Ей также известно, что участок принадлежал сначала Августе Ивановне и её мужу, а потом отчиму. Но откуда ей это известно, не помнит.
Свидетель ФИО20 суду пояснила, что имеет в (адрес) с ***** ездила на свой участок вместе с родителями в летний период. Знакома с ФИО6, которая после смерти своего супруга сама лично ухаживала за участком, при этом жаловалась, что никто не помогает, кроме А. (истца). Про внучек говорила, что не навещают, не ходят. Истец приезжал по выходным, занимался садом, платил взносы регулярно. Знает об этом, потому что была раньше казначеем. При повторном уточняющем допросе пояснила, что каждую неделю общалась с А.И., приходили друг к другу в гости. В 2005-ДД.ММ.ГГГГ годах она жаловалась, что ей никто не помогает. На своем участке свидетель бывала в тот период с пятницы по воскресенье. Также пояснила, что раньше между участками никакого забора не было, но три года назад спорный участок был огорожен забором.
Свидетель ФИО21 суду пояснил, что с 2000-х годов имеет (адрес) в садоводческом товариществе Борщино. До этого бывал на участке с 1975 года, когда он еще принадлежал отцу брата. После того, как стал собственником, на своем участке бывает все лето. Знал А.И. и А.Г.. Предполагает, что спорный участок принадлежит им, потому что они постоянно там были. О внуках А.И. не рассказывала. Больше никого на их участке не видел.
Свидетель ФИО23 суду пояснила, что является пользователем участка (адрес) в садоводческом товариществе, ездил на участок с 1992 года, а с 2014 года является активным его пользователем. Знал ФИО6, которая всегда говорила, что у нее есть внучки, которые при жизни ФИО6 приезжали на участок, после её смерти ни разу не видел их. После того, как ФИО1 женился, с того момента на участке никого не было. На участке всегда работал только А.. Пояснил также, что видел мать внучек, которая приезжала с детьми только отдыхать на этот участок. О том, что они приезжают только отдыхать, говорила и сама ФИО6 Как часто они ездили, сказать затруднился, поскольку не жил там постоянно.
Таким образом, допрошенные со стороны истца свидетели – ФИО18, ФИО23 – пояснили, что при жизни ФИО6 видели или слышали о том, что на её участок приезжают внучки, чтобы отдыхать, при этом своей бабушке не помогали обрабатывать земельный участок. Также свидетель ФИО18 (супруга истца) пояснила, что последний раз видела ответчиков на участке не позднее 2005 года, что имеет весомую юридическую значимость для разрешения вопроса по требованию о праве собственности в порядке приобретательной давности. Оснований не доверять указанным свидетелям у суда не имеется, поскольку в указанной части их показания последовательны, согласуются между собой и с показаниями других свидетелей, в том числе, со стороны ответчика.
Свидетели ФИО19, ФИО20, ФИО21 пояснили, что не видели ответчиков на спорном участке, но при этом каждый из них также пояснил, что постоянно на территории садоводческого товарищества не проживали. При таких обстоятельствах возможно допустить, что ответчики действительно появлялись на спорном участке, но не встречались с перечисленными свидетелями из-за несовпадений по времени.
Утверждения свидетеля ФИО20 в части показаний о том, что ФИО6 в период 2005-ДД.ММ.ГГГГ годов жаловалась, что внучки ей не помогают, не приходят, не противоречат показаниям всех вышеперечисленных свидетелей, но подкрепляют позицию истца о самоустранении ответчиков от прав на это имущество в период с 2005 года, а также согласуются с пояснениями супруги истца ФИО18
Таким образом, из показаний вышеперечисленных свидетелей истца можно сделать вывод о том, что при отсутствии интереса ответчиков к спорному имуществу, права собственника на участке как минимум с 2005 года осуществляли ФИО6 и истец ФИО1. Соответственно, на момент подачи иска давность такого владения составляла 17 лет.
Наряду с показаниями данных свидетелей суд принимает во внимание также показания свидетелей, допрошенных по ходатайству ответчиков.
Так, свидетель ФИО24 пояснила, что является матерью ФИО2 и ФИО3, была замужем за сыном ФИО6 – ФИО14, и с той поры, как появился земельный участок, все вместе с детьми ездили туда. После смерти ФИО5 из-за отсутствия документов о праве собственности наследство на спорное имущество не было оформлено. Разговор о наследстве был с ФИО6, которая в 1999 году сделала завещание на внучек, но потом под давлением истца за несколько месяцев до смерти переписала его. Пока была жива ФИО6, они приезжали в этот домик, ночевали в нем, приходили на участок открыто, выращивали зелень, собирали урожай. В присутствии ФИО1 приходили на участок редко, поскольку сложились какие-то неприязненные отношения. После того, как умерла ФИО6, ФИО1 сказал, что «ничего вашего тут нет», и чтобы они уезжали отсюда. Об этом слышала со слов дочери тогда же, когда это случилось. Он считал себя единственным наследником. Кроме того, был случай скандала по телефону со старшей дочерью (ФИО3), когда она спросила у ФИО1 про документы на это имущество.
Свидетель ФИО25 суду пояснила, что является знакомой ФИО3, с которой вместе училась в институте; знает также её сестру ФИО2. В ДД.ММ.ГГГГ-2008 годах вместе с И. приезжали к бабушке И., чтобы отдохнуть, оставляли вещи и уходили купаться на речку. В 2010 году И. попросила свозить её за какими-то вещами на дачу в Борщино, но ей не удалось их забрать, потому что дорогу перегородил дядя и не впустил на участок. Сказал, что он является единственным хозяином на этом участке. Ира была очень расстроена, и пришлось уехать.
Суд доверяет показаниям указанных свидетелей, поскольку они подробны и последовательны, согласуются между собой и с показаниями свидетелей со стороны истца по вопросу визитов на участок ответчиков при жизни ФИО6. Оснований полагать, что данные свидетели имеют заинтересованность в исходе дела, либо добросовестно заблуждаются о периодах притязаний ФИО2 и ФИО3 в отношении земельного участка и садового домика, у суда не имеется.
Таким образом, из совокупности показаний всех допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей истца и ответчиков следует, что до 2005 года, а затем в ДД.ММ.ГГГГ-2008 годах и в 2010 году ответчики заявляли о своем праве пользования имуществом, своими действиями это право реализовывали.
То обстоятельство, что они приходили на участок при жизни своей бабушки по её приглашению, либо в целях отдыха у рядом расположенной реки, и в помощь ФИО6 не обрабатывали землю, не умаляет их прав, поскольку неисполнение обязательств по содержанию, обслуживанию имущества само по себе не прекращает права владения и распоряжения им и не свидетельствует о добровольном отказе от собственности.
С учетом пользования имуществом в ДД.ММ.ГГГГ-2008 годах, притязаний на право пользования в 2010 году, на момент предъявления иска о признании права ФИО1 в порядке ст.234 ГК РФ, предусмотренный в пункте 1 данной нормы пятнадцатилетний срок не истёк.
Более того, даже если не принимать во внимание обстоятельства, установленные судом на основе свидетельских показаний ФИО25 и ФИО18, и считать течение давностного срока лишь на основе показаний свидетелей истца - с 2005 года (17 лет) - требуется учитывать положения пункта 4 статьи 234 ГК РФ (в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям), предусматривающие начало течения срока давностного владения не ранее истечения срока исковой давности по виндикационному иску об истребовании собственниками своего имущества из чужого владения. Следовательно, в существующем споре срок давностного владения должен составлять не менее 18 лет.
К моменту обращения истца в суд 18.02.2022 этот срок не истек. В мае 2022 года ответчики предъявили к истцу письменные требования об устранении препятствий в пользовании земельным участком и садовым домиком и обратились к нотариусу с заявлениями о выдаче свидетельства о праве на наследство в виде спорного имущества. Соответственно основания для удовлетворения требований истца в порядке ст.234 ГК РФ не наступили. А потому суд отказывает ему в удовлетворении данной части заявленного иска.
Кроме того, по смыслу статьи 234 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).
Со своей стороны ответчики ФИО2 и ФИО3 утверждают, что истец ФИО1 не позволял им пользоваться спорным имуществом, заявляя о своем единоличном праве на него. Эти доводы подтверждаются допрошенными в качестве свидетелей ФИО24 и ФИО25, а также некоторыми фотографиями, приобщенными к материалам дела, которые доказывают наличие препятствий для прохода на участок и входа в домик.
В частности, из фотографии на листе дела 177 т.1, приобщенной по ходатайству представителя истца, следует, что по состоянию на 2005 год входная дверь в садовый домик имела врезной замок. В то же время представителем истца также представлена фотография навесных замков, которые, согласно её же пояснениям, установлены на двери в настоящее время (том 1 л.д.208). Факт существования навесных замков на входной двери в домик и на калитке ограждения участка в 2022 году подкреплен фотографиями стороны ответчика (том 1 л.д.236).
Из показаний свидетеля ФИО20 следует, что земельный участок был огорожен забором, что также видно из фотографии на листе дела 236 том 1.
Совокупность данных доказательств свидетельствует о принятии истцом охранных мер к имуществу, несмотря на правопритязания ФИО2 и ФИО3 в целях исключения возможности реализации ими прав собственности.
Довод ответчиков о том, что им до настоящего времени не предоставлены ключи от замков на калитке забора и входной двери, стороной истца не оспаривался; доказательства обратного в деле отсутствуют.
Истец не мог не знать о принадлежности имущества племянницам, поскольку после смерти своего отца он достоверно знал об их праве наследования. Таким образом, истец, будучи осведомленным о праве собственности ответчиков на земельный участок и садовый домик, нарушил принадлежащее им право, что указывает на отсутствие признака открытого и добросовестного владения спорным имуществом.
С учетом изложенного у суда имеется достаточно правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований об обязании ФИО1 устранить препятствия в пользовании имуществом и передать ключи от замков, установленных на калитке ограждения участка и входной двери в садовый домик, в целях восстановления нарушенных прав ФИО2 и ФИО3.
Остальные представленные сторонами в дело фотографии по своему содержанию существенного значения для разрешения спора не имеют. При наличии у сторон спора об актуальности времени совершения снимков и при отсутствии бесспорных доказательств момента съемки, суд не может принять их во внимание при вынесении решения.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Признать право собственности ФИО1, ДДММГГГГ года рождения, в порядке наследования после смерти ФИО5 и ФИО6 на:
- 2/3 доли земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью ***** кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, виды разрешенного использования: для ведения садоводства, расположенного по адресу: (адрес)
- 2/3 доли садового дома, общей площадью ***** кв.м, 1977 года постройки, расположенного на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: (адрес)
ФИО1 в удовлетворении остальной части исковых требований к ФИО2, ФИО3 отказать.
Встречные исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворить.
Признать за ФИО2, ДДММГГГГ года рождения, и ФИО3, ДДММГГГГ года рождения, право собственности в порядке наследования после смерти ФИО5 за каждой по 1/6 доле на:
- земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью ***** кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, виды разрешенного использования: для ведения садоводства, расположенный по адресу: (адрес)
- садовый дом, общей площадью ***** кв.м, 1977 года постройки, расположенный на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: (адрес)
Обязать ФИО1 не чинить препятствия ФИО2, ФИО3 в праве пользования земельным участком и садовым домом по адресу: (адрес), обязав передать дубликат ключей от садового дома и калитки ограждения земельного участка.
Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Костромской районный суд Костромской области.
Судья Воронова О.Е.
решение в окончательной форме
изготовлено 20.06.2022 - судья