Решение по делу № 2-494/2023 от 05.04.2023

Гражданское дело №2-494/2023

УИД 77RS0024-02-2022-010563-82

Решение

Именем Российской Федерации

5 апреля 2023 года город Конаково

Конаковский городской суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.А.,

при секретаре Бабчук Л.Х.,

с надлежащим извещением, лиц участвующих в деле.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств по долгу, судебных расходов,

установил:

ФИО1, действуя через представителя по доверенности ФИО4, обратилась в Конаковский городской суд Тверской области с иском к ФИО2 учредителю ООО «ГАРАНТ» и ФИО3 генеральному директору ООО «ГАРАНТ» о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно денежных средств по решению Савеловского районного суда г. Москвы, вступившему в законную силу в сумме 4011450,00 рублей, взыскании солидарно денежных средств в возмещение расходов по уплате государственной пошлине в размере 28310,72 рублей.

Свои требования истец мотивировал тем, что 27 октября 2020 года решением Савеловского районного суда г. Москвы по гражданскому делу № 2-6324/2020 по иску ФИО1 к ООО «ГАРАНТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о расторжении договоров об оказании юридических услуг, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа, исковые требования удовлетворены частично. С ответчика взыскано: денежные средства, уплаченные по договору об оказании юридических услуг от 22.12.2017 г. в размере 1 446 000,00 руб., денежные средства, уплаченные по договору об оказании юридических услуг от 31 января 2018 года в размере 1 204 000,00 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 1330 000,00 руб., оплаченную госпошлину в размере 21450, 00 руб. Всего постановлено взыскать 4 011 450,00 руб.

Исполнительный лист подан на исполнение в УФССП России по г. Москве, возбуждено исполнительное производство, однако до настоящего времени денежные средства с ООО «ГАРАНТ» не взысканы, так как согласно выписки из ЕГРЮЛ от 25.04.2022 г. № ЮЭ9965-22- 85919907 МИФНС № 46 по г. Москве от 22.10.2018 года принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ запись за № 145849.

На момент заключения договоров об оказании юридических услуг от 22.12.2017 г. и 31.01.2018 г., подачи искового заявления в суд о защите прав потребителей, по которому было вынесено решение Савеловским районным судом г. Москвы, генеральным директором ООО «ГАРАНТ» являлся Ответчик 2 - ФИО3 (ИНН №), а учредителем ЮЛ являлся Ответчик 1- ФИО2 (ИНН №).

В связи с вышеизложенными событиями, решение Савеловского районного суда г. Москвы исполнено не было. Исполнительный лист, а равно как и сами денежные средства Истцом получены не были.

Положениями ст. 399 ГК РФ предусмотрено, что до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума ВС РФ № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (ч. 2 п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Требуемая к применению ответственность является гражданско-правовой ответственностью за неисполнение органом юридического лица возложенных на него законом и документами о статусе юридического лица обязанностей, для применения которой необходимо, в том числе наличие причинно-следственной связи между неправомерными действиями и наступившими последствиями (ст. ст. 15,1064 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Спор о взыскании убытков в рамках субсидиарной ответственности относится к имущественному спору, а положения ст. ст. 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 г № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» являются специальными по отношению к ст. 399 ГК РФ.

Согласно п. 3.1. ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что указанные в п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как следует из содержания п. 1 и п. 2 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств.

Из содержания вышеприведенных положений ст.ст. 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 г. №127-ФЗ в их взаимосвязи следует, что сам факт неисполнения обязанности руководителем юридического лица по подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность для указанного выше лица является одной из мер обеспечения надлежащего исполнения возложенной на него законом обязанности. Причем не имеет значения, умышленно бездействует руководитель или нет.

Согласно положениям ст. 61 (п.2 абз. 2) ГК РФ, юридическое лицо может быть ликвидировано по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

Обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью и др.) (ст. 416 ГК РФ).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 25.04.2022 г. учредителем должника ООО «ГАРАНТ» является ФИО2 ИНН № а генеральным директором ООО «ГАРАНТ» является ФИО3 ИНН №

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 ст. 61.12. Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 56, 98, 132, 139 ГПК РФ, ст. 53, 53.1, 399 ГК РФ, ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 3, 6, 9, 61, 61.10, 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», истец обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями.

Истец ФИО1 и её представитель ФИО4 в судебное заседание не явились, о дне, месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом. Представлено заявление о рассмотрении дела в их отсутствие.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещался о дне, месте и времени слушания дела по адресу регистрации, судебная корреспонденция возвращена с отметкой «Истек срок хранения».

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, находится под стражей, извещен о слушании дела надлежащим образом по месту отбывания наказания, сто подтверждено распиской, письменных возражений в суд не представил.

Учитывая надлежащее извещение не явившихся лиц, участвующих в деле, положения ст. 167 ГПК РФ, суд признал возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав доводы искового заявления, материалы дела, проанализировав представленные доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 3 ГПК РФ - заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Правосудие по гражданским делам осуществляется на началах равенства перед законом и судом всех граждан независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обстоятельств, а также всех организаций независимо от их организационно-правовой формы, формы собственности, места нахождения, подчиненности и других обстоятельств (ст. 6 ГПК РФ).

В силу ч.1 ст. 12 ГПК РФ - правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Согласно ч.1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. По ч. 1 ст. 56 ГПК РФ - каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно ст. 56 ГК РФ юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

В соответствии со ст. 15 Гражданского Кодекса РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Судом установлено и следует из материалов дела, что решением Савеловского районного суда города Москвы от 27 октября 2020 года исковые требования ФИО1 к ООО «ГАРАНТ» о расторжении договоров и взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа удовлетворены в части.

Расторгнут договор об оказании юридических услуг, заключенный между ФИО1 и ООО «ГАРАНТ» 22 декабря 2017 года. С ООО «ГАРАНТ» взысканы в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по договору об оказании юридических услуг от 22 декабря 2017 года, в размере 1446000,00 рублей.

Расторгнут договор об оказании юридических услуг, заключенный между ФИО1 и ООО «ГАРАНТ» 31 января 2018 года. С ООО «ГАРАНТ» взысканы в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по договору об оказании юридических услуг от 31 января 2018 года, в размере 1204000,00 рублей.

Также с ООО «ГАРАНТ» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 10000,00 рублей, штраф в размере 1330000,00 рублей, оплаченная госпошлина в размере 21450,00 рублей.

Решение Савеловского районного суда города Москвы от 27 октября 2020 года не обжаловано и вступило в законную силу 4 декабря 2020 года.

Исполнительное производство на основании исполнительного листа ФС №038816782 выданного от 19 декабря 2022 года Савеловским районным судом города Москвы не возбуждалось, что следует из официального сайта ФССП России.

7 февраля 2019 года деятельность ООО «ГАРАНТ» прекращена с 25 января 2018 года в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Генеральным директором ООО «ГАРАНТ» являлся ФИО3, единственным учредителем общества являлся ФИО2.

В соответствии с пунктом 3 части 3 Федерального закона от 08 февраля 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Федеральным законом от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ внесены изменения в Закон о банкротстве, который дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

На основании пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии, с пунктом 2 статьи 9 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности, (банкротстве)» заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший, срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих, обстоятельств.

С учетом изложенного, обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением должника возлагается, прежде всего, на руководителя должника, когда такой руководитель вопреки установленным, требованиям не обратился с заявлением в арбитражный суд, инициируя процедуру банкротства, вследствие чего для реализации закрепленных законодательством о банкротстве целей с заявлением был вынужден обратиться уполномоченный орган, а на бюджет были возложены расходы, на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и на выплату арбитражному управляющему вознаграждения, является основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности руководителя должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 8, 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной, управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных, в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно статье 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно (пункт 1).

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3).

До вступления в силу Федерального закона от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам были определены в статье 10 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01 июля 1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных, с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

Руководитель организации-должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности в случае, если банкротство должника установлено вступившим в законную силу решением арбитражного суда, при том, что возникло оно вследствие недобросовестных, неразумных, противоречащих интересам организации действий ее руководителя, то есть по его вине.

Процедура банкротства в отношении ООО «ГАРАНТ» не проводилась, банкротство данного общества по вине ответчика вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не установлено, закрепленная в абзацах втором-пятом пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» презумпция, касающаяся наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и банкротством юридического лица, не доказаны.

Из материалов дела следует, что деятельность ООО «ГАРАНТ» прекращена с 7 февраля 2019 года по решению регистрирующего органа.

В силу пункта 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Согласно статье 419 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Согласно пункту 2 указанной статьи исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Согласно пункту 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 21.1 Федеральный закон от 08 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом (пункт 1).

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении)

Решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений, предусмотренных подпунктом «и.2» пункта 1 статьи 5 настоящего Федерального закона (пункт 2).

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления (пункт 3).

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 настоящего Федерального закона, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункт 4).

Предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт «б» пункта 5).

Согласно пунктам 6-8 статьи 22 указанного Федерального закона ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим свою деятельность после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц. Регистрирующий орган публикует информацию о ликвидации юридического лица.

Регистрирующий орган не исключает юридическое лицо из единого государственного реестра юридических лиц при наличии у регистрирующего органа сведений, предусмотренных подпунктом «и.2» пункта 1 статьи 5 настоящего Федерального закона.

Исключение юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Исходя из пункта 2 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии со статьей 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08 февраля 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Основанием для привлечения руководителя (учредителя) юридического лица к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью при прекращении его деятельности в связи с исключением из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица является то, что он действовал недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При этом, бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя юридического лица, возлагается на лицо, требующее привлечения участника общества к ответственности, то есть в настоящем случае на истца, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на лице, привлекаемом к гражданско-правовой ответственности (ответчике).

Требуется чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктам 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц, и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер.

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие у него права давать обязательные для должника указания, либо иным образом определять его действия, совершение таким лицом действий об использовании таких прав, наличие причинной связи между действиями лица и наступлением банкротства должника, факт недостаточности имущества должника для расчета с кредиторами, а также вину лица в наступлении банкротства.

Само по себе исключение юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора или учредителя общества.

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Согласно указанной норме одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Истцом в ходе судебного разбирательства в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не было представлено доказательств, подтверждающих совершение ответчиками учредителем и генеральным директором ООО «ГАРАНТ» действий, свидетельствующих о намеренном уклонении от исполнения обязательств общества.

Не представлено суду и доказательств того, что принятие ответчиками мер к ликвидации ООО «ГАРАНТ» через процедуру банкротства после принятого решения могло привести к погашению задолженности, имевшейся у общества перед истцом.

Само по себе наличие у ООО «ГАРАНТ» задолженности перед истцом не свидетельствует о недобросовестности или неразумности действий руководителя и/или учредителя общества, приведших к прекращению обществом своей деятельности.

То обстоятельство, что ответчики являлись генеральным директором и учредителем юридического лица, деятельность которого в настоящее время прекращена, не является безусловным основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности. Руководитель организации-должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам организации только по тому основанию, что он являлся ее руководителем и имел возможность определять ее действия.

Доказательств наличия в действиях ответчиков недобросовестного поведения, материалы дела не содержат.

Ответчики ФИО3 и ФИО2 в судебное заседание не явились, объяснений относительно своих действий не представили, однако данное обстоятельство не свидетельствует о наличии оснований, применительно к правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 31 мая 2022 года по делу № 44-КГ22-2-К7, к изменению бремени доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором, с возложением данной обязанности на ответчиков.

Из материалов дела следует, что ООО «ГАРАНТ»» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 17 апреля 2017 года. Учредителем указанного общества указан ФИО2, а директором указан ФИО5. В сведениях об адресе юридического лица указан адрес: 117105, <...>, эт.6, ком. 33. Основным видом деятельности общества указана 69.10 Деятельность в области права.

25 января 2018 года внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице, в связи с результатами проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице.

22 октября 2018 года регистрирующим обществом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о юридическом лице, в отношении которого внесена запись о недостоверности, о чем 24 октября 2018 года внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ.

07 февраля 2019 года сведения о юридическом лице исключены из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведения о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Доказательств того, ФИО3 или ФИО2 совершили действия, свидетельствующие о намеренном уклонении от исполнения обязательств общества перед ФИО1, в деле не имеется.

Согласно сведениям отдела адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Тверской области ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирован с 12.05.2011 года по адресу: <адрес>, а ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, осужден и отбывает наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Тверской области, где зарегистрирован по месту пребывания с 05.12.2022 года по 03.06.2023 года.

Более того, на момент рассмотрения Савеловским районным судом города Москвы деятельность ООО «ГАРАНТ» уже была прекращена более полутора лет.

Договора об оказании юридических услуг заключенные между истцом и ООО «ГАРАНТ» 22 декабря 2017 года и 31 января 2018 года суду не представлены.

Кто и каким образом в декабре 2017 и январе 2018 года предоставил исполнение по обязательствам ООО «Гарант» перед ФИО1 в деле не имеется.

При таких обстоятельствах оснований для освобождения ФИО1 от обязанности по предоставлению доказательств наличия оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности не имеется.

Доводы истца и её представителя о наличии оснований для привлечения ответчиком к субсидиарной ответственности свидетельствует факт неисполнения ими обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве юридического лица, основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих ответственность контролирующих должника лиц.

То обстоятельство, что ответчики не совершили действий по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, не может являться основанием для удовлетворения иска, поскольку правило о привлечении руководителя и/или учредителя организации к субсидиарной ответственности за неподачу в установленный срок заявления о банкротстве предприятия применяется изначально в рамках процедуры банкротства.

В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие об умышленных действиях ответчиков, направленных на уклонение от обращения с заявлением о признании юридического лица банкротом.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора и/или учредителя обязанностей заключаются в принятии ими необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Доказательств, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, не представлено.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению, равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной выше нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Привлечение названных лиц к субсидиарной ответственности допускается в случае доведения должника до неплатежеспособного состояния, а не уклонения от обращения с заявлением о банкротстве должника.

Наличие у возглавляемого ответчиком ФИО3 общества задолженности перед истцом не свидетельствует о недобросовестности или неразумности действий руководителя общества, приведших к прекращению обществом своей деятельности. То обстоятельство, что ответчики являлись учредителем и руководителем юридического лица, деятельность которого в настоящее время прекращена, не является безусловным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Учредитель/руководитель организации-должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам организации только по тому основанию, что он являлся ее учредителем/руководителем и имел возможность определять ее действия. Доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между какими-либо виновными действиями ответчиков и заявленными последствиями в виде неплатежеспособности данного юридического лица, не представлено.

При этом, субсидиарная ответственность является дополнительной ответственностью лиц, которые наряду с должником отвечают перед кредитором за надлежащее исполнение обязательств.

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ из-за отсутствия деятельности, в связи с наличием недостоверных сведений, равно как и неисполнение этим юридическим лицом обязательств, сами по себе не являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по требованию кредиторов этого юридического лица.

Позиция подателя жалобы о том, что необращение в установленный срок ответчика с заявлением о признании должника банкротом, является достаточным основанием для привлечения учредителя и руководителя общества к субсидиарной ответственности, основана на ошибочном толковании норм материального права, на что и было указано судом первой инстанции, который при разрешении дела применил нормы материального права, подлежащие применению к правоотношениям сторон, и применительно к этому определил обстоятельства имеющие значение для дела, включая обстоятельства, касающиеся добросовестности действий руководителя.

Сведения об ООО «ГАРАНТ» исключены из ЕГРЮЛ на основании решения регистрирующего органа, что и учитывается судом при разрешении дела.

При этом суд полагает необходимым отметить, что истец вправе был обратиться, но не обратился в регистрирующий орган с возражениями в отношении исключения сведений об ООО «ГАРАНТ» из ЕГРЮЛ. Задолженность, на которую ссылается истец, у ООО «ГАРАНТ» возникла на основании решения суда после прекращения деятельности общества.

Оценивая представленные доказательства, доводы сторон, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Таким образом, учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 учредителю ООО «ГАРАНТ» и ФИО3 генеральному директору ООО «ГАРАНТ» о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно денежных средств по решению Савеловского районного суда г. Москвы, вступившему в законную силу, в сумме 4011450,00 рублей.

Учитывая положения статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оставление без удовлетворения основного искового требования истца, оснований для взыскания солидарно с ответчиков в пользу истца денежных средств в возмещение расходов по уплате государственной пошлине в размере 28310,72 рублей, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по долгу ООО «ГАРАНТ» по решению Савеловского районного суда города Москвы от 27 октября 2020 года, взыскании солидарно денежных средств в размере 4011450,00 рублей в качестве субсидиарной ответственности по долгу ООО «ГАРАНТ» перед ФИО1, взыскании денежных средств в возмещение расходов по уплате государственной пошлине в размере 28310,72 рублей – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Конаковский городской суд Тверской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Никитина

Решение в окончательной форме изготовлено 17 апреля 2023 года

Председательствующий Е.А. Никитина