Дело № 2-7739/2022

УИН 72RS0013-01-2022-003430-26

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Тюмень 18 ноября 2022 года Калининский районный суд города Тюмени в составе:

председательствующего судьи Молоковой С.Н.

при секретаре Малгаждаровой А.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения квартиры недействительным, признании недействительной государственной регистрации, восстановлении государственной регистрации, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения квартиры недействительным, признании недействительной государственной регистрации, восстановлении государственной регистрации, взыскании судебных расходов. Требования мотивированы тем, что истица по договору дарения подарила ответчикам принадлежащую ей квартиру по адресу: <адрес> тракт, <адрес>. Ответчики обещали не бросать истца одну, ухаживать за ней, помогать материально. После регистрации договора дарения ответчики не появляются у истца, звонят редко, помощь не оказывают. В связи с чем, истица обратилась в суд с иском, просит признать недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между истцом и ответчиками, признать недействительной государственную регистрацию права собственности на квартиру по адресу: <адрес> тракт, <адрес>, восстановить государственную регистрацию, взыскать судебные расходы.

Истица в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Представитель истца ФИО10 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Представитель ответчиков ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, просила отказать в его удовлетворении.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

В силу ст. 1 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу пункта 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2(даритель) и ФИО3, ФИО4 (одаряемые) заключен договор дарения, согласно которому, даритель безвозмездно передает в собственность одаряемым в равных долях по ? доли каждому – принадлежащую ему на праве собственности двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес> тракт, <адрес> (л.д. 16).

Согласно п. 1.4 договора, сделка дарения совершена добровольно, не под влиянием обмана, угрозы или заблуждения и не является кабальной.

ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 и ФИО4 на квартиру по адресу: <адрес> тракт, <адрес>.

Гражданским законодательством РФ установлено, что любая сделка как действие представляет собой единство внутренней воли и внешнего волеизъявления. Именно поэтому отсутствие какого-либо из этих элементов или несоответствие между ними лишает сделку юридической силы. Презумпция соответствия волеизъявления внутренней воле является опровержимой. Однако в силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ опровержение этой презумпции допускается законом лишь по основаниям, прямо установленным в гражданском законодательстве.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что при наличии приведенных условий заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидную оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Согласно пункту 3 указанной статьи заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. При этом такое заблуждение одной из сторон сделки не обязательно возникает по вине другой стороны договора.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из смысла приведенных норм, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 177, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации лежит на истце.

Из материалов дела правоустанавливающих документов, представленных Управлением Росреестра по <адрес>, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ для регистрации перехода права собственности на <адрес> по адресу <адрес> тракт, <адрес> по договору дарения обратились лично ФИО2 и ФИО3, действующая за себя и по доверенности за ФИО4, о чем ими были поданы соответствующие заявления (л.д. 54 оборот-56).

ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила суду, что заключила договор дарения под влиянием угрозы со стороны супруга ФИО3, кроме того, ответчики обещали оказывать материальную поддержку в будущем, чего не делают.

Судом установлено, что коммунальные платежи за спорную квартиру в 2021-2022 г.г., оплачивала ФИО4, что следует из выписки из финансового лицевого счета и кассовых чеков (л.д. 178-188,203-207). Истец несет расходы по оплате услуг Интернета и телефонной связи.

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что утверждения истицы о заключении оспариваемого договора дарения квартиры под влиянием заблуждения или обмана не нашли своего подтверждения.

В договоре дарения выражена действительная воля ФИО2 по распоряжению принадлежащим ей имуществом.

Доказательств, преднамеренного создания у истца не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на ее решение, истцом не представлено и при рассмотрении дела не установлено. Также не представлено доказательств того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения.

Природа сделки дарения, ее правовые последствия в виде передачи истцом ответчику права собственности на предмет сделки, вследствие чего право собственности истца прекращается, явно следуют из заключенного между сторонами договора дарения, текст которого не допускает неоднозначного толкования.

Таким образом, заключая спорный договор, истец по своему усмотрению реализовала свое право собственника по распоряжению принадлежащим им имуществом в соответствии со ст. 421 ГК РФ, данных о том, что истец не понимала сущность сделки дарения, действовала под влиянием заблуждения или обмана или в момент ее совершения не была способны понимать значение своих действий или руководить ими, не представлено.

С учетом того, что в материалах дела отсутствуют доказательства совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на введение истца в заблуждение относительно совершаемой сделки - договора дарения, суд не усматривает оснований для признания договора дарения недействительным, по основанию, предусмотренному ст. 178 ГК РФ. Договор дарения соответствует требованиям закона, переход права собственности на недвижимость зарегистрирован.

Показания свидетеля ФИО8, допрошенного в судебном заседании, судом не принимаются во внимание, поскольку не подтверждают доводы истца о наличии угрозы со стороны ответчиков, в результате которых истица была вынуждена заключить договор дарения. Кроме того, свидетель пояснил, что периодически получал материальную помощь от бабушки (истца), следовательно, тем самым опровергаются доводы истца о ее нуждаемости в материальной поддержке, недостаточности средств к существованию.

Ссылка истца на то обстоятельство, что ответчики после заключения договора дарения перестали ухаживать за истцом также правового значения для настоящего спора не имеет, поскольку о недействительности договора дарения не свидетельствуют и, как следствие, подлежат отклонению в полном объеме.

Тот факт, что ФИО2 полагала, что ответчики будут ухаживать за ней, не свидетельствует о заблуждении относительно природы сделки, поскольку таких условий договор дарения в себе не содержит. При этом, заблуждение относительно последующего поведения одаряемых по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания договора дарения недействительным, в связи с чем доводы истца о том, что ответчики не выполнили обещания осуществлять за ней уход, не имеют значения для оспаривания указанного договора.

Доводы истицы в части того, что договор она заключила под влиянием угрозы со стороны супруга ФИО3, не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела.

Кроме того, суд полагает обоснованным заявление стороны ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований (ст. 199 ГК РФ).

В силу ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку договор дарения, который истец просила признать недействительным по основаниям, предусмотренным ст. ст. 177, 178, 179 ГК РФ, является оспоримой сделкой, срок исковой давности составляет один год, течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Учитывая, что истец знала о существе заключенной сделки, не страдала заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельств его заключения, действовала добровольно, то должна была знать о предполагаемом нарушении права в момент заключения сделки, при этом с заявленными исковыми требования обратилась в суд только по истечении более 4-х лет, поэтому срок, установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ, истцом пропущен.

Каких-либо доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска срока исковой давности, истцом не представлено.

Принимая во внимание, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании договора дарения недействительным, имеются основания для отказа в иске в связи с пропуском ФИО2 срока исковой давности и отсутствием оснований для его восстановления.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, поэтому в иске ФИО2 надлежит отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь Гражданским кодексом РФ, ст. 12, 56, 67, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения квартиры недействительным, признании недействительной государственной регистрации, восстановлении государственной регистрации, взыскании судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Калининский районный суд города Тюмени.

Председательствующий судья/подпись/ С.Н.Молокова

Решение принято в окончательной форме 28 ноября 2022 года

Копия верна

Судья С.Н.Молокова