Решение по делу № 2-187/2022 от 29.08.2022 - о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, признании незаключенным и недействительным договор ренты – пожизненного содержания с иждивением, истребовании из чужого незаконного владения жилого дома и земельного участка.

Дело № 2-187/2022г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Хохольский 29 августа 2022 года

Хохольский районный суд Воронежской области

в составе: председательствующего Белоусова Е.А.

при секретаре судебного заседания – Лещевой Н.И.

с участием: истца ФИО7 и его представителя - ФИО8,

ответчика ФИО9 и её представителя ФИО10, ответчика ФИО11

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО9 и ФИО11 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, признании незаключенным и недействительным договор ренты – пожизненного содержания с иждивением, истребовании из чужого незаконного владения жилого дома и земельного участка

установил:

Решением Хохольского районного суда Воронежской области от 24.11.2020 года были рассмотрены исковые требования ФИО1 к ФИО9 и ФИО11 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок оставлены без удовлетворения (т.1 л.д. 23-27). В последующем истец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ умерла.

Определением Хохольского районного суда Воронежской области от 04.10.2021 года, в порядке ст. 44 ГПК РФ, удовлетворено заявление ФИО7 об установлении процессуального правопреемства, заменена выбывшая сторона ФИО1 на её правопреемника, наследника по завещанию - ФИО7 (истца по настоящему делу).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 02.12.2021 года решение суда от 24.11.2020 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба правопреемника ФИО1 - ФИО7 оставлена без удовлетворения (т. 1 л.д. 28-32).

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26.05.2022 года решение Хохольского районного суда Воронежской области от 24.11.2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 02.12.2021 года оставлены без изменения, а кассационную жалобу ФИО7 - без удовлетворения (т.1 л.д. 216-218).

31.01.2022 года истец ФИО7 обратился в Хохольский районный суд Воронежской области с иском к ФИО9 и ФИО11, в котором с учетом уточнения требований просил признать недействительными договор дарения от 13.12.2012г., заключенный между ФИО1 и ФИО9 и договор дарения от 09.08.2013г., заключенный между ФИО9 и ФИО11 в отношении объектов недвижимости – жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: признать незаключенным и недействительным договор ренты – пожизненного содержания с иждивением, прикрываемый притворным и недействительным договором дарения от 13.12.2012г., истребовать из чужого незаконного владения ФИО11 спорных объектов недвижимости и включить их в наследственную массу после смерти ФИО1, указав, что решение суда является основанием для прекращения права собственности и погашения в ЕГРН права собственности ФИО11 на спорные объектов недвижимости.

В обоснование своих требований истец указывает, что он является единственным наследником по завещанию от 16.07.2020г., после смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО1. 31.08.2021 года нотариусом НО Хохольского района Воронежской области ФИО12 наследнику по завещанию ФИО7 было выдано свидетельство о праве на наследство ФИО1 по вышеуказанному завещанию, которое состояло из недополученной пенсии и денежных вкладов в банке.

Истец ФИО7 ссылается также, что в состав наследственной массы после смерти ФИО1 должно быть включено и иное имущество, а именно принадлежащие ей жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: , р..

Ввиду возраста и состояния здоровья ФИО1, 13.02.2012 года она заключила договор дарения своего единственного жилого дома и земельного участка по вышеуказанному адресу, хотя суть и последствия договора были ей не ясны и она полагала, что был заключен договор пожизненного содержания с иждивением. В свою очередь ФИО9 обещала ФИО1 заботится о ней до конца жизни, обеспечивать социальную и медицинскую помощь с сохранением проживания в доме. В 2014 году ФИО9 устранилась от вышеперечисленных обязанностей, возложив их на свою дочь – ФИО11, которая с её согласия вселилась с мужем и ребенком к ФИО1 и стала выполнять обязанности, которые ранее выполняла ее мать. В дальнейшем ФИО1 стало известно, что 09.08.2013г. между ФИО9 и ФИО11 был заключен договор дарения спорных жилого дома и земельного участка, о чем у неё никто не спрашивал и не говорил об этом. В конце июня 2020 года ФИО1 стало известно, какой именно договор был ею подписан 13.02.2012 года, о чем ей сообщила ФИО11, перед своим уходом из дома.

Истец ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что ФИО1 под влиянием обмана заключила с ФИО9 договор дарения, ошибочно полагая, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением, о договоре дарения узнала лишь в 2020 году. Уход за ФИО1 осуществляла ФИО9, а с 2014 года её дочь ФИО11. ФИО1 продолжала жить в своем доме, несла расходы по его содержанию и оплачивала коммунальные платежи.

Представитель истца по устной доверенности – ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить их с учетом уточненного искового заявления.

Ответчик ФИО9 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что по просьбе ФИО1 с 2009г. она стала за ней ухаживать и ФИО1 оформила на нее у нотариуса сначала завещание. Спустя некоторое время ФИО1 сама предложила заключить договор дарения, т.к. у неё имеются и другие родственники, которые могли претендовать на наследство. Поэтому она знала какой именно договор она подписала 13.12.2012 года. В 2013 году ФИО9 передарила дом своей дочери – ФИО11, о чем истцу также было известно.

Представитель ответчика ФИО9 по доверенности – ФИО10 в судебном заседании возражал против удовлетворения уточненных исковых требований, пояснив что совершенная сделка является законной, ФИО1 подарила ФИО9 свое имущество. Никаких доказательств о заключении договора пожизненного содержания с иждивением в судебном заседании истцом не представлено.

Ответчик ФИО11 в судебном заседании возражала против исковых требований.

3-е лицо - представитель Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Воронежской области ФИО13 - в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие (т.1 л.д. 213).

Согласно ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если причины неявки признает неуважительными.

Выслушав объяснения и доводы лиц участвующих в деле, допросив свидетелей – ФИО6, ФИО5, ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО2, исследовав материалы дела, давая им правовую оценку, суд не находит достаточных оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Решением Хохольского районного суда Воронежской области от 24.11.2020 года исковые требования ФИО1 к ФИО9 и ФИО11 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок оставлены без удовлетворения. Решение суда вступило в законную силу 02.12.2021 года (т.1 л.д. 23-27). Предметом спора по делу являлись - признание недействительными договор дарения от 13.12.2012г., заключенный между ФИО1 и ФИО9 и договор дарения от 09.08.2013г., заключенный между ФИО9 и ФИО11 в отношении объектов недвижимости – жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу:

Также судом установлено, что после вынесения решение суда от 24.11.2020 года, истец ФИО1 06.02.2021 года умерла. Определением Хохольского районного суда Воронежской области от 04.10.2021 года, в порядке ст. 44 ГПК РФ, удовлетворено заявление ФИО7 об установлении процессуального правопреемства, заменена выбывшая сторона ФИО1 на её правопреемника, наследника по завещанию - ФИО7 (т.1 л.д. ). Последний участвовал в гражданском деле № 2-350/2020г. в качестве представителя ФИО1 по доверенности в суде 1-й инстанции, а в вышестоящих инстанциях в качестве её правопреемника.

Поскольку решение суда вступило в законную силу 02.12.2021 года, указанные в нем обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

В соответствии со статьей 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Из анализа положений статьи 178 ГК РФ следует, что заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. При этом оно может выражаться как в неправильном представлении о названных в статье 178 ГК РФ обстоятельствах, так и в их незнании. Причины существенного заблуждения значения не имеют: ими могут быть вина самого участника сделки, неправильное поведение его контрагента и третьих лиц, а также иные сопровождающие заключение сделки обстоятельства. Не является существенным заблуждение относительно мотивов сделки, то есть побудительных представлений в отношении выгодности и целесообразности состоявшейся сделки. Равным образом не может признаваться существенным заблуждением неправильное представление о правах и обязанностях по сделке. Таким образом, по настоящему делу с учетом заявленных исковых требований и их обоснования (ст. ст. 177, 178 ГК РФ) юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством являлось выяснение вопроса о действительной воле сторон, совершающих сделку, с учетом цели договора и его правовых последствий.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1110, ст. 1111 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил данного Кодекса не следует иное. Наследование осуществляется по завещанию либо по закону.

Согласно ст. 1119 ГК РФ, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам.

В силу п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Таким правом наследодатель ФИО1 при жизни воспользовалась и оспаривала совершенные сделки. Решением Хохольского районного суда Воронежской области от 24.11.2020 года установлено, что на момент заключения оспариваемой сделки от 13.02.2012 года ФИО1 являлась собственником жилого дома и земельного участка, общей площадью 2000 кв.м, расположенных по адресу: (т.1 л.д. 23-27).

Совершенные сделки от - 13.02.2012 года между ФИО1 и ФИО9 и 09.08.2013 года между ФИО9 и ФИО11 об оспаривании договоров дарения жилого дома, общей площадью 61,0 кв.м и земельного участка, общей площадью 2000 кв.м, расположенных по адресу: , оспаривались ФИО1 при жизни и решением Хохольского районного суда Воронежской области от 24.11.2020 года, ей было отказано. Решение вступило в законную силу 02.12.2021г. (т.1 л.д. 23-27).

Вышеназванным решением суда установлено, что здание с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером № расположенные по адресу: , в период с 27.04.2011 года по 29.02.2012 год находились в собственности у ФИО1, в период с 29.02.2012 года по 22.08.2013 года – у ФИО9, а с 22.08.2013 года по настоящее время право собственности зарегистрировано за ФИО11.

Как следует из данного решения суда, в период совместного проживания ФИО1 и семьи ФИО11, оплату коммунальных услуг и налогов производила ФИО11 по июль 2020 года, а после того как она выбыла из спорного дома, оплату начала производить сама ФИО1. Однако в судебном заседании истец ФИО7 пытается его опровергнуть, ссылаясь на то, что ФИО1, несмотря на заключенные договоры продолжала нести все расходы и платежи по содержанию своего жилого дома и земельного участка. Также стороной истца не было представлено суду никаких доказательств, что на период оспариваемой сделки наличия такой ситуации, при которой ФИО1 была бы вынуждена принимать решения в отношении спорного имущества, влияния такой ситуации на ее действия, как не представлено доказательств злонамеренного поведения ответчика ФИО9, направленного на заключение спорного договора либо ухудшение состояния здоровья ФИО1 в целях заключения такой сделки, что вело бы к повышенной внушаемости и подчиняемости, ограничивало бы её возможность адекватно оценивать действия ответчика, способствовало бы формированию у неё ошибочных представлений о существенных элементах сделки.

31.08.2021 года и 01.09.2021 года нотариусом НО Хохольского района Воронежской области ФИО12 наследнику по завещанию ФИО7 было выдано свидетельство о праве на наследство ФИО1 по завещанию, которое состояло из недополученной пенсии и денежных вкладов в банке (т.1 л.д. 219).

Допрошенные в судебном заседании свидетели со стороны истца – ФИО6, ФИО5, ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО2 суду показали, что они хорошо знали ФИО1, которая после смерти сына в 2009г. стала искать людей, которые могли бы доходить её, а взамен она им подпишет свой дом. Знают, что ФИО9 согласилась и стала ухаживать за ней. В дальнейшем ФИО14 в беседах говорила им, что она подарила свой дом ФИО9 за уход. Однако все коммунальные платежи, налоги, продукты питания, ремонт дома оплачивала ФИО1. В июне 2020г., после того как семья ФИО11 ушла от неё, она осталась жить в доме одна.

Других доказательств со стороны истца ФИО7 в судебном заседании представлено не было. Однако показания данных свидетелей подтверждают, что ФИО1 знала о заключенном ею договоре дарения, однако до возникшего конфликта в июне 2020г., никакого спора не поднимала и не оспаривала сделку.

В тоже время, из показаний данных свидетелей следует, что они ничего не знали о заключенной сделке по договору дарения 13.02.2012г., лично при этом нигде не присутствовали, перед её совершением ФИО1. с ними по этому вопросу не советовалась. Знают об этом только со слов самой ФИО1, которая им об этом говорила, что подарила свой дом «за уход».

Никаких новых доказательств того, что 13.02.2012 года между ФИО1 и ФИО9 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, о чем пытается доказать истец, он не представил. Оценку состоянию здоровья ФИО1 в связи с болезнями, преклонным возрастом, на момент заключения сделки, суд давал в своем решении от 24.11.2020 года и повторно его не оценивает. Доказательств того, что ФИО1 не понимала сущности заключаемого договора дарения истцом в настоящем судебном заседании представлено не было. Оспариваемый договор был заключен истцом лично и добровольно.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В соответствие с ч. 1 и ч. 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Поскольку убедительных и бесспорных доказательств того, что договор дарения от 13.02.2012г. был заключен между ФИО1 и ФИО9 под влиянием заблуждения либо является недействительным по основаниям п. 2 ст. 170 ГК РФ, т.к. носит притворный характер, истцом не представлено, на которые ФИО7 ссылается как на основания своих требований, то оснований для удовлетворения исковых требований в данной части у суда не имеется.

В силу того, что суд не находит оснований для признания договора дарения от 13.02.2012г. недействительным, следовательно не подлежат удовлетворению и заявленные им требования о признании договора дарения, заключенного 09.08.2013 года между ФИО9 и ФИО11 в отношении объектов недвижимого имущества - жилого дома (здания) с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: , р. – недействительным, а также вытекающие из этого остальные требования ФИО7.

Доводы истца ФИО7 направлены к оспариванию выводов суда, изложенных в решение от 24.11.2020 года, но не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда и не опровергают выводы судебного решения, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, требующих проверки, которые могли бы повлиять на существо постановленного решения от 24.11.2020 года, а сводятся к переоценке доказательств, оцененных судом в соответствии с правилами статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 к ФИО9 и ФИО11 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, признании незаключенным и недействительным договор ренты – пожизненного содержания с иждивением, истребовании из чужого незаконного владения жилого дома и земельного участка - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через суд вынесший решение.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 02.09.2022 года.

Судья Белоусов Е.А.