Дело №2-4402/2022

УИД: 36RS0002-01-2022-004041-64

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОСССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2022 года Коминтерновский районный суд г. Воронежа

в составе:

председательствующего судьи Безрядиной Я.А.,

при секретаре Араповой А.А.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Исковые требования мотивированы тем, что ей на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство принадлежалаквартира, общей площадью 46,2 кв.м., кадастровый (№), по адресу: <адрес>. Стороны являются соседями по дому. 15.09.2021 истец заболела аденовирусным гастроэнтеритом, и в состоянии средней тяжести попала в БУЗ ВО ВОКИБ. После выписки из стационара, в октябре 2021 года ФИО1 вновь заболела, диагностировали COVID-19. В период медицинского наблюдения и лечения состояние здоровья истца было крайне тяжелым: она практически перестала самостоятельно ходить, была ограничена в передвижении и самообслуживании, не могла ходить в магазин за продуктами, готовить себе пищу; усугубляло ситуацию со здоровьем наличие сердечно-сосудистых заболеваний, в результате которых истец часто падала, теряла сознание, получала травмы и ушибы.Находясь в тяжелых жизненных обстоятельствах, испытывая отчаяние и беспомощность, ФИО1 обратилась к соседке по подъезду – ФИО2 за помощью в уходе. 15.04.2022 истцом на ответчикабыла оформлена нотариальная доверенности на получение ее пенсии. В последующем, ответчик, воспользовавшись тяжелой жизненной ситуацией истца, убедила осуществить передачу указанного выше недвижимого имущества в ее пользу путем заключения договора дарения, в качестве благодарности за оказываемый уход, с чем ФИО1 была вынуждена согласиться. Между тем, сделкабыла заключена на крайне невыгодных для нее условиях.Фактически истец лишилась своего имущества и не получила никакого встречного предоставления со стороны ответчика. В начале мая 2022 года ФИО2 сообщила истцу о том, что сделка по дарению квартиры зарегистрирована в Росреестре по Воронежской области, право собственности на недвижимость перешло к ней.

Истец считает, что ответчик обманула ее, она заключила оспариваемую сделку на крайне невыгодных для себя условиях, находясь в тяжелых жизненных обстоятельствах, не получив встречного предоставления. В связи с чем, просила суд признать сделку по дарению спорного имущества недействительной на основании положений статьи 179 ГК РФ, с учетом статьи 572 ГК РФ (л.д.9-12).

Истец ФИО1 в судебное заседание явились, на удовлетворении исковых требований настаивала по изложенным в иске основаниям.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве на иск (л.д.105), согласно которым договор дарения был заключен по инициативе истца, пунктом договора предусматривалось, что даритель вправе отменить дарение на квартиру, если он переживет одаряемую. Никаких обязательств встречного характера она ФИО1 не давала, ее помощь носила добровольный характер. Истец знала и понимала, что совершает безвозмездную сделку, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется (л.д.105).

Третье лицо Управление Росреестра по Воронежской области представителя для участия в судебном заседании не направило, о слушании дела извещено в установленном законом порядке.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Как указано в ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с п. 1 ст. 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В п. 2 ст. 218 ГК РФ указано, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 3 ст. 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом, во-первых, на крайне невыгодных для него условиях, во-вторых, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

При наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть признана недействительной по мотиву ее кабальности.

Самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только, если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Исходя из вышеприведенных норм закона, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных статьей179 Гражданского кодекса Российской Федерации, возложено на истца.

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Судом установлено, что спорное недвижимое имущество в виде квартиры, общей площадью 46,2 кв.м., кадастровый (№), по адресу: <адрес>, принадлежало истцу на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 16.11.2020, выданного нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж Воронежской области ФИО3 Н.16.11.2020, реестровый номер (№) (л.д.73).

22 апреля 2022 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения вышеуказанного недвижимого имущества (л.д.23-24).

Согласно п. 1 договора, даритель безвозмездно передает, а одаряемая принимает квартиру, кадастровый (№), жилое, площадью 46,2 кв.м., этаж 5, расположенную по адресу: <адрес>.

В силу п. 4 указанного договора даритель вправе отменить настоящий договор, в случае если он переживет одаряемую.

Пунктом 7 установлено, что одаряемая приобретает право собственности (владения, пользования и распоряжения) на квартиру с момента государственной регистрации перехода права и регистрации права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области.

В п. 8 договора сторонами подтверждено, что они не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данныйдоговор.

Переход права собственности на спорное недвижимое имущество к одаряемой - ответчику по настоящему гражданскому делу –ФИО2 по договору дарения от 22.04.2022 был зарегистрирован Управлением Росреестра по Воронежской области27.04.2022 (л.д.50-52).

Также судом было установлено, что ранее сторонами 15 апреля 2022 года былаоформлена нотариальная доверенность, согласно которой ФИО1 уполномочила ФИО2 получать во внутреннем структурном подразделении ПАО Сбербанк №9013/0139 причитающуюся ей пенсию, хранящуюся на счете (№), в период действия настоящей доверенности, с правом получения ежемесячных денежных выплат, дополнительного ежемесячного обеспечения, разовых и иных компенсационных выплат, с правом производить необходимые для выполнения данного поручения банковские операции, с правом давать согласие на обработку моих персональных данных, подавать от ее имени заявления и другие необходимые документы, расписываться за меня и совершать все действия, связанные с выполнением этого поручения.

Подписывая настоящую доверенность в присутствии нотариуса истец подтвердила, что в дееспособности она не ограничена, что опеки и попечительства над ней не устанавливалось, под патронажем не состоит, не страдает заболеваниями, способными препятствовать осознанию и осмыслению сути подписываемой доверенности (л.д.25-26).

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Доводы истцаФИО1, указанные в ходе судебного разбирательства о том, что оспариваемый договор был подписан ею вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств, при наличии обещания соответствующего ухода со стороны ответчика Т.Н.ВБ., не нашли своего подтверждения в суде.

Анализируя условия спорного договора дарения и состояние здоровья истца, судом было установлено, что договор дарения был подписан собственноручно сторонами, что свидетельствует о согласии со всеми его условиями, в том числе, с п. 8 договора об отсутствии у сторон обстоятельств, вынуждающих совершить данную сделку на крайне не выгодных для себя условиях, регистрация перехода права собственности к ответчику была осуществлена по личному заявлению истца, тогда как достоверных, достаточных, допустимых доказательств, позволяющих полагать, что на момент совершения сделки ФИО1 находилась в тяжелой жизненной ситуации, чем воспользовалась ответчик ФИО2, склонив ее к совершению сделки суду не было представлено.

При этом суд исходит из того, что само по себе тяжелое физическое состояние здоровья истца, связанное с последствиями перенесенных в сентябре 2021 года и октябре 2021 года заболеваний, а также с обострением хронических заболеваний, не может быть признано в качестве самостоятельных оснований для признания сделки кабальной, а соответственно, недействительной.

Как усматривается из материалов дела, все существенные условия договора дарения от 22 апреля 2022 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, сторонами были изложены четко, ясно и понятно; возражений по вопросу заключения договораистцом не высказывалось; стороны достигли правового результата, характерного для такой сделки, а именно ФИО1 передалаФИО2 в дар объект недвижимости в виде квартиры. Доказательств того, что истец подписала договор, не понимая его содержания, условий и суть сделки, не представлено, равно как и доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий.

Также судпринимает во внимание, что текст оспариваемого договора был прочитан ФИО1, при подписании договора сотрудником АУ ВО «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» (л.д.46,47,48-49). Договор между сторонами заключен в письменной форме, имеет наименование «договор дарения», стороны поименованы как даритель и одаряемая, стороны согласовали все существенные условия договора, четко выразили его предмет, касающийся исключительно взаимоотношений дарения. В договоре не содержатся какие-либо условия по дальнейшему содержанию, осуществлению ухода, материальной и физической помощи в отношении дарителя. С целью дальнейшей государственной регистрации перехода права собственности на спорный объект недвижимого имущества, на основании оспариваемой сделки, ФИО1 не возражала против оформления от ее имени соответствующего заявлениявуполномоченный на то орган, о чем свидетельствуют материалы регистрационного дела, предоставленного по запросу суда (л.д.59-87).

Учитывая установленные обстоятельства, руководствуясь приведенными выше нормами права, суд приходит к выводу, что последовательность действий истца, а именно: заключение договора дарения с ответчиком, регистрация указанного договора на основании личного заявления истца в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области, свидетельствует о волеизъявлении ФИО1 на дарение спорной недвижимости ответчику ФИО2

Доводы истца о том, что в силу последствий, перенесенного еюаденовирусного гастроэнтерита в сентябре 2021 года, последующего лечения от новой коронавирусной инфекции в октябре этого же года, обострением ряда хронических заболеваний, в связи с чем, на момент совершения сделки она находилась в тяжелой жизненной ситуации и болезненном состоянии, чем воспользовалась ответчик, и что является основанием для признания договора дарения кабальным, суд отклоняет в силу следующего.

Судом установлено и следует из материалов дела, исследованной в судебном заседании медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, что все указанные выше заболевания были диагностированы у ФИО1 в конце 2021 года, тогда как договор дарения квартиры был заключен в апреле 2022 года.

При этом, согласно данных медицинской документации, с жалобами на обострение хронических заболеваний, головные боли, головокружение, потерю сознания, памяти, невозможность восприятия окружающей действительности, ФИО1 вплоть до июня 2022 года не обращалась.

Таким образом, для применения ст. 179 ГК РФ к оспариваемому договору оснований не имеется, поскольку отсутствует совокупность признаков, предусмотренных положениями ст. 179 ГК РФ, для признания сделки недействительной.

Утверждение истца о том, что ее соседка ФИО2 обещала осуществлять за ней уход и не исполнила его, нельзя отнести к заблуждению или обману, поскольку договор дарения не содержит условий о том, что имущество может быть передано в собственность ответчика при условии оказания такой помощи.

Судом принято во внимание, что ФИО1 не поясняла, что она была намерена заключить с ответчиком какой-либо иной договор, по которому ФИО2 обещала выполнить в отношении нее какие-либо условия.

То обстоятельство, что до настоящего времени истец проживает и использует подаренноежилое помещение, то есть фактически одаряемый обеспечил возможность для дарителя проживать в квартире, не является встречным обязательством по смыслу абзаца 2 пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

На основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса) (пункты 87 - 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса»).

Таким образом, в случае представления доказательств, свидетельствующих о том, что договор безвозмездного отчуждения (дарения) является притворной сделкой и фактически спорная квартира была отчуждена на возмездной основе, такой договор в силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса является ничтожным, а к сделке, с учетом ее существа, применяются правила, регулирующие соответствующий договор.

Квалифицирующим признаком дарения согласно указанной статье 572 Гражданского кодекса является его безвозмездность.

В тексте договора дарения не содержится условий о цене имущества и о возмездной его передаче, сделка имеет безвозмездный характер, договор подписан сторонами. Каких-либо сведений, свидетельствующих о передаче объекта недвижимости на возмездной основе, в договоре дарения не содержится. Договор дарения заключен путем составления письменного документа, в котором воля дарителя явно выражена, предмет договора определен. Сторонами оспариваемая сделка исполнена, за ответчиком ФИО2 зарегистрировано право собственности, то есть для сторон созданы правовые последствия договора дарения.

Поскольку спорный договор является безвозмездным, исполнен сторонами, не содержит каких-либо условий о возмездности сделки, оснований для признания его ничтожным (притворным) по такому основанию в соответствии с п. 2 ст. 170Гражданского кодекса у суда также не имеется.

Ссылка истца на то, что квартира является для ФИО1 единственным жильем, сама по себе не может являться достаточным основанием для признания договора дарения недействительными, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества в виде жилого помещения любому лицу.

Поскольку ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о недействительности сделки дарения от 22 апреля 2022 года по основаниям, предусмотренным статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, оснований для признания договора дарения недействительным и применения последствий недействительности сделок не имеется.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истцом ФИО1 не было представлено в суд доказательств тому, что она была вынуждена заключить договор дарения на указанных в нем условиях, вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем воспользовался ответчик ФИО2, обманув ее, и пообещав встречное предоставление в виде помощи во временном уходе, в удовлетворении иска следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Коминтерновский районный суд г. Воронежа.

Председательствующий: Я.А. Безрядина

Мотивированное решение

изготовлено 12.10.2022.